УИД № 38RS0019-01-2025-000810-27

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

10 июля 2025г. город Братск

Падунский районный суд г. Братска Иркутской области в составе:

председательствующего судьи Зелевой А.В.,

при секретаре Игумновой Е.П.,

с участием: представителя истца ФИО1 – адвоката Харитоновой О.А., действующей на основании ордера, представителя ответчика ФИО2 – ФИО3, действующей на основании доверенности, помощника прокурора Падунского района г. Братска Иркутской области Чирковой В.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о взыскании расходов на лечение, компенсации морального вреда, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО2, в котором просит взыскать с ФИО2 в свою пользу расходы на лечение в размере 42 800 рублей, компенсацию морального вреда в размере 200000 рублей, судебные расходы в размере 10000 рублей.

В обоснование исковых требований указано, что (дата) около 22 часов 00 минут возле кафе «(данные изъяты)», расположенном по адресу: (адрес) ФИО2 накинулась на истца и вцепилась ей в волосы, от неожиданности истец не смогла дать отпор. Удерживая за волосы ФИО4 стала таскать истца в разные стороны, от чего истец почувствовала очень сильную боль. На просьбы остановиться, последняя никак не реагировала. В какой-то момент, ФИО2 со всей силы дернула истца за волосы и отпустила, от боли у истца потемнело в глазах. В этот момент подъехали сотрудники полиции, которых вызвали официанты кафе, и отвезли истца и ФИО2 в ближайшее отделение полиции. В результате неправомерных действий ФИО2 истцу были причинены телесные повреждения в виде: травматических эпиляций волос в левой и правой теменно-височных областях, затылочной области, посередине, относящихся к не причинившим вреда здоровью повреждениям.

(дата) постановлением исполняющего обязанности мирового судьи (адрес) ФИО2 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.1.1 КоАП РФ, и подвергнута административному наказанию в виде административного штрафа в размере 5000 рублей. В судебном заседании ФИО2 вину в инкриминируемом ей правонарушении признала полностью, в содеянном раскаялась.

В связи с полученными травмами истец вынуждена была обратиться к врачу неврологу, поскольку у нее постоянно болела голова. Периодически боль усиливалась, и начинала отдавать в глаза и шейный отдел позвоночника, из-за чего нарушился сон, истец стала раздражительной, стала быстро утомляться, у нее снизилось внимание.

Кроме того, на ее состояние здоровья отрицательно отразился и тот факт, что на голове отсутствовал значительный участок волос, из-за чего истец очень переживала, находилась в тревожно-депрессивном состоянии, не могла смотреть на себя в зеркало, стеснялась выходить на улицу и на работу с непокрытой головой. В итоге, ей пришлось купить парик, который она была вынуждена носить постоянно.

В ноябре 2024г. истец обратилась к врачу дерматовенерологу, поскольку в местах, где ответчик вырвала волосы, образовались проплешины, а новые не росли. Истцу было назначено лечение в виде 10-дневного курса инъекций мезотерапии стоимостью одной процедуры 3500 руб. В связи с медленным восстановлением волосяного покрова в местах алопеции, курс инъекции мезотерапии был продлен до полного восстановления. Общая сумма понесенных истцом расходов на лечение составила 42800 руб., из них 2300 руб. – стоимость приема врача невролога, 2000 руб. – стоимость приема врача трихолога, 38500 руб. – 11 уколов мезотерапии.

Считает, что данной ситуацией истцу причинен моральный вред, поскольку неожиданное изменение внешности очень сильно повлияло на ее самооценку, привело к чувству беспокойства, отчаяния и безнадежности, ситуация также усугубляется очень медленным и не полным восстановлением, с сочетанием в необходимости длительного лечения.

Сумму компенсации причиненного в результате противоправных действий ФИО2 морального вреда истец оценивает в 200000 руб.

Истец ФИО1 в судебное заедание не явилась, будучи извещена надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела,

Представитель истца ФИО1 – адвокат Харитонова О.А., действующая на основании ордера, в судебном заседании исковые требования поддержала, просила их удовлетворить. Суду пояснила, истец не обращалась в государственные лечебные учреждения для получения консультации невролога и трихолога, поскольку услуга по приему врача невролога предоставляется спустя длительное время, необходимо длительное время ждать записи на прием к врачу, а врач трихолог в указанных медучреждениях отсутствует, у истца была необходимость пройти лечение как можно скорее.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 – ФИО3, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала. Суду пояснила, что мезотерапия не является методом лечения алопеции, а относится к косметическим процедурам, в связи с чем требование о взыскании с ответчика расходов на ее прохождение не обосновано. Истец не обращалась в медицинские учреждения для получения помощи в рамках программы ОМС, а сразу получала медицинские услуги на платной основе, что привело к увеличению материальных затрат. Истцом не представлено доказательств причинения нравственных страданий.

Ответчик ФИО2 в судебное заседания не явилась, будучи извещена надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, ранее в судебном заседании исковые требования не признала, просила отказать в их удовлетворении, представила письменные возражения на исковое заявление, в которых указала, что ФИО1 не испытывала сильного дискомфорта, как описывает в исковом заявлении, поскольку посещала кафе и рабочее место.

В соответствии с положениями ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть данное дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав участвующих в деле лиц, заключение помощника прокурора Падунского района г.Братска Иркутской области Чирковой В.О., полагавшей исковые требования обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению с учетом требований разумности и справедливости, исследовав письменные материалы дела, а также дело об административном правонарушении №, допросив свидетеля и специалиста, суд приходит к выводу, что исковые требования истца подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Права гражданина на жизнь и здоровье закреплены в ряде международных актов, а также в Конституции Российской Федерации (ст. 20, 41).

Согласно ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье относятся к нематериальным благам и принадлежат человеку от рождения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК Российской Федерации).

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда (пункт 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).

Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего (пункт 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).

Судом установлено, что вступившим в законную силу (дата) постановлением исполняющего обязанности мирового судьи (адрес) от (дата) ФИО2 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.1.1. КоАП РФ с назначением наказания в виде штрафа в размере 5000 руб.

Указанным постановлением установлено, что (дата) около 22 часов 00 минут ФИО2, находясь около кафе «(данные изъяты)», расположенного по адресу: (адрес) в ходе конфликта с ФИО1 руками вырвала последней волосы на голове, в результате чего ФИО1 испытала физическую боль и ей были причинены телесные повреждения в виде: травматических эпиляций волос в левой и правой теменно-височных областях, затылочной области посередине, которые относятся к не причинившим вреда здоровью повреждениям, тем самым совершила в отношении потерпевшей насильственные действия, причинившие физическую боль, но не повлекшие последствий, указанных в ст. 115 УК РФ. Эти действия не содержат уголовно наказуемого деяния.

Согласно заключению эксперта № ГБУЗ «ИО БСМЭ Братское отделение, проведенного в рамках административного дела, у ФИО1 обнаружены телесные повреждения: (данные изъяты), которые расцениваются, как не причинившие вред здоровью и могли образоваться в результате захвата и выдергивания волос пальцами рук человека, срок давности причинения, который может соответствовать времени, указанный в настоящем определении. Не исключается причинение данных телесных повреждений и при обстоятельствах, указанных в настоящем определении в пояснении ФИО1

В соответствии с ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Таким образом, вина ответчика в совершении противоправного деяния подтверждаются вступившим в законную силу постановлением по делу об административном правонарушении, и в силу п. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, имеет преюдициальное значение для данного дела.

Моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В обоснование размера компенсации морального вреда истец указала на такие негативные последствия, возникшие в результате действий ответчика, как ухудшение общего самочувствия, наличие постоянных головных болей, нарушение сна, раздражительность, быструю утомляемость, снижение внимания, тревожно-депрессивном состоянии по причине отсутствия волос на значительном участке головы, затруднение и стеснение при необходимости выхода из дома, длительное ношения парика, как единственного доступного средства восстановления социального приемлемого внешнего вида.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО8 суду пояснила, что истец и ответчик арендуют у нее помещение для оказания услуг парикмахера, после получения травмы Т. (истец) находилась на рабочем месте в «шапочке», после носила парик. Никакого депрессивного состояния у ФИО1 она не наблюдала.

Согласно пояснениям врача-невролога ФИО9, допрошенной в судебном заседании в качестве специалиста, вертеброгенная цервикобрахиалгия - это болевой синдром, при котором боль локализуется в шейном отделе позвоночника, может возникнуть из-за патологических изменений в шейном отделе позвоночника, в том числе, таких как остеохондроз. Субкомпенсация означает, что пациент испытывает дискомфорт и боли, но они не настолько сильные, чтобы сильно ограничивать его движения и жизнедеятельность. Субкомпенсация указывает на наличие патологического процесса, но его проявления пока не являются критическими. Таким образом, повреждения здоровья, причиненные ФИО1 действиями ответчика, могли стать следствием ухудшения общего состояния здоровья, усугубить симптоматику имеющихся заболеваний, вызвать тревожное расстройство.

Оценивая доказательства по делу в своей совокупности, суд считает, что действиями ответчика ФИО2 истцу ФИО1 был причинен моральный вред, который выразился в том, что ФИО1 испытывала физические страдания: физическую боль, в связи с причинением ей побоев, а также нравственные страдания, связанные переживанием. Кроме того, в результате противоправных действий ответчика, выразившихся в насильственном вырывании волос с головы потерпевшей, последней были причинены физические страдания, выразившиеся в испытанной острой боли на момент совершения указанных действий, потерпевшая испытала значительный нравственный стресс и психологическую травму, вызванные как самим фактом насильственных действий, так и их последствиями. Вследствие образовавшихся на голове видимых участков алопеции (отсутствия волос), носящих устойчивый характер, потерпевшая, что стороной ответчика не оспаривалось, была вынуждена приобрести парик для скрытия данного косметического дефекта. Указанный видимый дефект внешности вызвали у потерпевшей стойкое чувство стеснения, психологического дискомфорта и социальной дезадаптации, что негативно отразилось на ее образе жизни, профессиональной деятельности и психологическом благополучии.

Каких-либо доказательств отсутствия вины ФИО2 в причинении морального вреда (физических и нравственных страданий) ФИО1 - ответчиком ФИО2 и ее представителем суду не представлено.

Учитывая фактические обстоятельства дела, характер и степень перенесенных потерпевшей физических и нравственных страданий, суд, руководствуясь принципом разумности и требованиями справедливости, считает необходимым уменьшить заявленный к взысканию ФИО1 размер компенсации морального вреда с 200000 рублей до 50000 рублей, который подлежит взысканию с ответчика ФИО2

Требования ФИО1 о взыскании с ответчика ФИО2 компенсации морального вреда в размере 150000 рублей удовлетворению не подлежат.

Разрешая требования истца ФИО1 о взыскании с ответчика ФИО2 расходов на лечение в размере 42800 руб., суд приходит к следующему.

Пунктом 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

В соответствии с пунктом 5 статьи 10 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах, охраны здоровья граждан в Российской Федерации" и статьи 4 Федерального закона от 29 ноября 2010 г. N 326-ФЗ "Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации", застрахованному лицу гарантируется бесплатное оказание медицинской помощи при наступлении страхового случая в рамках территориальной программы обязательного медицинского страхования и базовой программы обязательного медицинского страхования.

В соответствии со статьей 16 Федерального закона от 29 ноября 2010 г. N 326-ФЗ "Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации", застрахованные лица имеют право на: бесплатное оказание им медицинской помощи медицинскими организациями при наступлении страхового случая: на всей территории Российской Федерации в объеме, установленном базовой программой обязательного медицинского страхования; на территории субъекта Российской Федерации, в котором выдан полис обязательного медицинского страхования, в объеме, установленном территориальной программой обязательного медицинского страхования.

В подпункте "б" пункта 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что в объем возмещаемого вреда, причиненного здоровью, включаются расходы на лечение и иные дополнительные расходы (расходы на дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии и т.п.). Судам следует иметь в виду, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что в случае причинения вреда здоровью гражданина расходы на его лечение и иные понесенные им дополнительные расходы, вызванные повреждением здоровья, подлежат возмещению такому гражданину (потерпевшему) причинителем вреда или иным лицом, на которого в силу закона возложена такая обязанность, при одновременном наличии следующих условий: нуждаемости потерпевшего в этих видах помощи и ухода, отсутствии права на их бесплатное получение, наличии причинно-следственной связи между нуждаемостью потерпевшего в конкретных видах медицинской помощи и ухода и причиненным его здоровью вредом. При доказанности потерпевшим, имеющим право на бесплатное получение необходимых ему в связи с причинением вреда здоровью видов помощи и ухода, факта невозможности получения такого рода помощи качественно и своевременно на лицо, виновное в причинении вреда здоровью, или на лицо, которое в силу закона несет ответственность за вред, причиненный здоровью потерпевшего, может быть возложена обязанность по компенсации такому потерпевшему фактически понесенных им расходов.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 31 января 2025 г. N 4-П "По делу о проверке конституционности статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО5", в целях реализации государством его конституционных обязанностей, обозначенных в пункте 2 настоящего Постановления, принят Федеральный закон от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", который закрепляет правовые, организационные и экономические основы охраны здоровья и, конкретизируя положение статьи 41 Конституции Российской Федерации, устанавливает, что каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (пункт 1 статьи 1, часть 2 статьи 19).

Сложившееся в правоприменительной практике толкование (имевшее место и в деле заявителя) пункта 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации, исключающее возмещение потерпевшему расходов на лечение, в котором он нуждался вследствие причинения вреда его здоровью и которое ему показано на основании клинических рекомендаций - притом что у него формально имелась возможность получения медицинской помощи в рамках программы ОМС, - фактически ограничивает самостоятельный выбор потерпевшим способа лечения.

Верховный Суд Российской Федерации обращал внимание судов на то, что, если потерпевший, нуждающийся в соответствующих видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов (подпункт "б" пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина").

С учетом этого в ряде случаев допускается взыскание в пользу потерпевшего понесенных им расходов на лечение, когда медицинское учреждение, в которое гражданин имел возможность обратиться в рамках программы ОМС, не может оказать соответствующую медицинскую помощь в связи с неприменением в нем необходимых способов (методов) лечения или обследования либо в связи с невозможностью сделать это в необходимые (исходя из состояния пациента) сроки ввиду отсутствия материалов, исчерпания квот или по иным причинам организационно-технического характера, притом что ожидание лечения могло бы в значительной степени осложнить процесс выздоровления пациента (определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 10 сентября 2009 г. N 5-В09-106 и от 27 ноября 2018 г. N 5-КГПР18-232, Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 17 февраля 2021 г. по делу N 88-1560/2021, Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 14 марта 2024 г.по делу N 88-8594/2024 и др.).

С учетом этого в каждом конкретном случае пациенту в целях оказания наиболее эффективной медицинской помощи лечебным учреждением с учетом действующих клинических рекомендаций наряду с бесплатными (финансируемыми, в частности, за счет средств ОМС), как правило, могут быть предложены иные методы и способы лечения (восстановления здоровья), что отражает надлежащий баланс между свободой действий оказывающего медицинскую помощь врача и реальными возможностями органов публичной власти по бесплатному оказанию медицинской помощи (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 4 февраля 2014 г. N 373-О).

При этом истец, требующий компенсации понесенных им затрат, опираясь на положения Конституции Российской Федерации и действующего законодательства, имеет разумные ожидания того, что причиненный ему вред - включая расходы на лечение, необходимое в соответствии с клиническими рекомендациями, - будет возмещен в полном объеме лицом, его причинившим. Разрешение же вопроса о возможности (необходимости) возмещения расходов, понесенных потерпевшим на получение медицинской помощи, осуществляется судом общей юрисдикции применительно к каждому случаю индивидуально (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2011 г. N 1613-О-О и от 28 марта 2017 г. N 614-О).

Вместе с тем пункт 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации предполагает, что общие критерии разумности и обоснованности расходов, понесенных потерпевшим, применяются к случаям причинения вреда здоровью в весьма специфическом значении, не исчерпывающемся лишь доказыванием их необходимости для восстановления положения, существовавшего до нарушения права. К расходам на лечение, которые не подлежат возмещению, относятся в том числе расходы на те формы медицинской помощи, которые могли быть получены лицом в рамках программы ОМС, т.е. по смыслу статьи 41 (часть 1) Конституции Российской Федерации бесплатно.

Оспариваемое законоположение о праве на возмещение расходов на лечение в тех случаях, когда потерпевший не имеет права на бесплатное получение медицинской помощи, может рассматриваться как преследующее цель исключить возможность злоупотребления со стороны потерпевшего своим правом и получения неосновательного обогащения путем предъявления к причинителю вреда требований о возмещении расходов на лечение, которые он не понес (или понес необоснованно), поскольку уже получил, мог или может получить необходимое лечение в рамках программы ОМС. Кроме того, эта норма направлена на защиту прав ответчика в тех случаях, когда потерпевший умышленно завышает объем подлежащего возмещению вреда, обращаясь к избыточным средствам лечения, а также стремится к экономическому воздействию на причинителя вреда, интересы которого при этом могут не учитываться даже при невиновном причинении вреда здоровью при оказании медицинской услуги (абзац первый статьи 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В то же время оспариваемое законоположение не может рассматриваться как направленное на необоснованные ограничения законных интересов потерпевшего в применении выходящих за пределы программы ОМС методов лечения. Получение медицинской помощи в рамках программы ОМС является типичным, наиболее востребованным, но не обязательным для пациента, а в отдельных случаях и вовсе невозможным. Это характерно для случаев, когда конкретный эффективный метод лечения не входит в программу ОМС, а также когда обращение за бесплатной медицинской помощью сопряжено с длительным ожиданием консультации врача, проведения обследования и прочими объективными сложностями. Стремление потерпевшего восстановить свое здоровье любыми доступными способами, в том числе не покрываемыми за счет средств ОМС, не может само по себе рассматриваться в качестве предосудительного.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (часть 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, к обстоятельствам, имеющим значение для правильного разрешения спора об объеме подлежащих возмещению потерпевшему расходов на его лечение и иных понесенных им дополнительных расходов в связи с причинением вреда его здоровью, обязанность доказать которые законом возложена на истца (потерпевшего), относятся: наличие расходов на лечение и иных дополнительных расходов, связанных с восстановлением здоровья, отсутствие права на бесплатное получение этих видов медицинской помощи либо невозможность их получения качественно и в срок, а также наличие причинно-следственной связи между понесенными потерпевшим расходами и вредом, причиненным его здоровью.

Из материалов дела следует, что (дата) ФИО1 обратилась на прием врачу трихологу ФИО11 по поводу очагов выпадения волос, диагностирована очаговая алопеция, посттравматическая. Назначено лечение, в том числе мезотерапия волосистой части головы 1 р в неделю №. Курс мезотерапии пройден, стоимость одной процедуры составила 3500 руб., что подтверждается информацией ООО «(данные изъяты)» от (дата), предоставленной по запросу суда.

Из ответа ООО «(данные изъяты)» на запрос суда следует, что (дата) ФИО1 находилась на приеме невролога в ООО «(данные изъяты)», ей постановлен диагноз: «(данные изъяты), даны рекомендации: ЛФК, наблюдение невролога, массаж ШОП-ГОП №, ИРТ №, у/звук с гидрокар мазью на ШОП №, УЗИ БЦА, а также назначен прием лекарственных препаратов. Стоимость приема составила 2200 руб.

Согласно представленным представителем истца ответам ОГАУЗ «Братская городская больница №» от (дата), ОГБУЗ «Братская городская больница №» от (дата) врач-трихолог в указанных медицинских учреждениях отсутствует.

Из пояснений представителя истца ФИО1 – Харитоновой О.А., действующей на основании ордера, следует, что истец не обращалась в государственные лечебные учреждения для получения консультации невролога и трихолога, поскольку услуга по приему врача невролога предоставляется спустя длительное время, а врач трихолог в указанных медучреждениях отсутствует, у истца была необходимость пройти лечение как можно скорее.

Между тем, по информации лечебного учреждения по месту жительства истца – ОГБУЗ «Братская городская больница №» от (дата), а также иным медицинским учреждениям города Братска – ОГАУЗ «Братская городская больница №» от (дата), ОГАУЗ «Братская городская больница №» от (дата) в штате указанных учреждений имеется врач-невролог, для получения услуг которого в рамках программы ОМС нужно обратиться к терапевту или врачу общей практики для получения направления.

Из медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № на имя ФИО1 следует, что истец после получения травмы в медицинское учреждение по месту жительства не обращалась.

Стороной истца надлежащим образом не подтверждена и не доказана объективная невозможность получения требуемой медицинской помощи (консультации врача-невролога) в рамках территориальной программы обязательного медицинского страхования (ОМС) по месту прикрепления или в иных медицинских организациях, участвующих в реализации программы ОМС на территории города.

В соответствии с п.п. 1, 3 ст. 21 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» при оказании гражданину медицинской помощи в рамках программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи он имеет право на выбор медицинской организации в порядке, утвержденном уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, и на выбор врача с учетом согласия врача. Оказание первичной специализированной медико-санитарной помощи осуществляется по направлению врача-терапевта участкового, врача-педиатра участкового, врача общей практики (семейного врача), фельдшера, врача-специалиста, а также в случае самостоятельного обращения гражданина в медицинскую организацию, в том числе организацию, выбранную им в соответствии с частью 2 настоящей статьи, с учетом порядков оказания медицинской помощи.

Постановление Правительства Иркутской области от 29.12.2023 N 1269-пп «О территориальной программе государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи в Иркутской области на 2024 год и на плановый период 2025 и 2026 годов» сроки проведения консультаций врачей-специалистов (за исключением подозрения на онкологическое заболевание) не должны превышать 14 рабочих дней со дня обращения пациента в медицинскую организацию.

В медицинской карте пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № на имя ФИО1 отсутствуют сведения об обращения к врачу терапевту или врачу общей практики для получения направления к неврологу.

Таким образом, в нарушение установленного порядка оказания первичной медико-санитарной помощи, истец не обращалась к врачу-терапевту участковому (врачу общей практики) по месту прикрепления для получения направления к врачу-неврологу, которое является основанием для записи на прием к специалисту в рамках ОМС.

В судебном заседании достоверно установлено наличие доступной медицинской услуги по профилю «Неврология» в рамках программы ОМС, поскольку врач-невролог осуществляет прием в медицинской организации по месту жительства истца. Кроме того, консультация врача-невролога доступна в медицинских организациях иных районов города, участвующих в программе ОМС, что предоставляло истцу альтернативные возможности для получения необходимой помощи бесплатно.

Как указано выше срок ожидания консультации врача-специалиста (включая невролога) в рамках программы ОМС составляет не более 14 рабочих дней обращения пациента в медицинскую организацию. Данный срок является установленным законом гарантированным максимальным периодом ожидания.

Истец не предприняла предусмотренных законом действий для получения услуги бесплатно (обращение к терапевту за направлением), чем лишила себя возможности реализовать право на бесплатную медицинскую помощь в установленные сроки.

Также суд учитывает, что обращение истца за платной медицинской помощью к неврологу ((дата)) произошло спустя один месяц после получения травмы ((дата)). Этот срок существенно превышает установленный законом 14-дневный максимальный срок ожидания консультации специалиста по ОМС и свидетельствует об отсутствии медицинских показаний, требующих экстренной или неотложной консультации невролога непосредственно после травмы, которая могла бы теоретически оправдать обращение за платной помощью при невозможности срочного получения помощи по ОМС. Однако и эту невозможность истец не доказала.

В материалах дела отсутствуют документально подтвержденные доказательства того, что в момент обращения за платной помощью невролога (спустя месяц после травмы) существовали объективные непреодолимые препятствия для получения направления от терапевта и записи на прием к неврологу по ОМС в установленные 14 дней (например, отсутствие специалистов во всех доступных по ОМС учреждениях города на ближайшие 14 дней, отказ в выдаче направления без законных оснований и т.п.). Бремя доказывания данных обстоятельств лежит на истце (ст. 56 ГПК РФ).

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что действия истца по обращению за платной медицинской услугой – консультацией невролога являются преждевременными и необоснованными, так как она не исчерпала установленный законом механизм и гарантированные сроки получения аналогичной медицинской помощи бесплатно в рамках программы ОМС. Расходы, понесенные истцом на платную медицинскую услугу, возникли вследствие ее собственных действий (бездействия), следовательно, указанные расходы не могут быть взысканы с ответчика, так как несоразмерны принципам доступности и бесплатности медицинской помощи, гарантированным государством через систему ОМС.

Суд также не находит оснований для удовлетворения требований ФИО1 о взыскании расходов на прохождение курса мезотерапии в виду следующего.

Согласно вышеуказанным ответам ОГАУЗ «Братская городская больница №», ОГБУЗ «Братская городская больница №», ОГАУЗ «Братская городская больница №» врач-трихолог, а также специалист, исполняющий его функцию, в штате указанных медицинских учреждений отсутствует, мезотерапия волосистой части головы не проводится и не входит в базовый перечень медицинских услуг.

В соответствии с ответом ОГБУЗ «Братский ОКВД» от (дата) в номенклатуре должностей медицинских работников и фармацевтических работников, утвержденной приказом министерства здравоохранения Российской Федерации № 205н от 2 мая 2023г. отсутствует должность «врач-трихолог». В штате ОГБУЗ «Братский ОКВД» не предусмотрена должность «врач-трихолог», оказанием медицинской помощи занимаются врачи-дерматовенерологи. Трихология, как область медицины, занимается изучением и лечением заболеваний волос и кожи головы, и в рамках оказания медицинской помощи, врачи-трихологи руководствуются общими принципами и порядками, установленными для дерматовенерологии и общей врачебной практики. Мезотерапия - это косметологическая процедура, которая не входит в перечень услуг, финансируемых по системе обязательного медицинского страхования (Тарифное соглашение на оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию в Иркутской области от 28.12.2024г.) Кроме этого, мезотерапия, как метод лечения, не входит в клинические рекомендации, утвержденные Российским обществом дерматовенерологов и косметологов, применяемые при оказании медицинской помощи по специальности «дерматовенерология».

В соответствии с Приказом Минтруда России от 14.03.2018 № 142н «Об утверждении профессионального стандарта «Врач-дерматовенеролог» (Зарегистрировано в Минюсте России 05.04.2018 N 50641) в трудовые функции, входящие в профессиональный стандарт «Врач-дерматовенеролог», входит оказание первичной специализированной медико-санитарной помощи населению по профилю «дерматовенерология» в амбулаторных условиях, в том числе оказание первичной специализированной медико-санитарной помощи в амбулаторных условиях пациентам с дерматозами, доброкачественными новообразованиями кожи, заболеваниями волос, микозами гладкой кожи и ее придатков, лепрой.

Сроки ожидания консультаций врача-дерматовенеролога также не должны превышать 14 рабочих дней со дня обращения пациента в медицинскую организацию (Постановление Правительства Иркутской области от 29.12.2023 N 1269-пп «О территориальной программе государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи в Иркутской области на 2024 год и на плановый период 2025 и 2026 годов»).

На основании изложенного, судом установлено, что в медицинской организации ОГБУЗ «Братский ОКВД», участвующей в реализации территориальной программы ОМС, врач-дерматовенеролог осуществляет прием пациентов с патологией волос (трихологическими заболеваниями, включая алопецию) и обладают необходимой компетенцией для оказания медицинской помощи в рамках своей специальности.

Истцом не представлено доказательств обращения к врачу-дерматовенерологу по месту прикрепления или в иных доступных учреждениях системы ОМС для диагностики и лечения алопеции, возникшей после травмы. Бездействие истца в данном аспекте лишило ее возможности получить необходимую медицинскую помощь бесплатно в установленном порядке.

Кроме того, мезотерапия головы (введение лекарственных препаратов в кожу волосистой части головы) в контексте лечения алопеции квалифицируется преимущественно как косметологическая процедура, направленная на улучшение внешнего вида и состояния волос, а не на лечение основного заболевания в соответствии с утвержденными медицинскими стандартами. Расходы на косметологические процедуры не подлежат возмещению в рамках обязательств системы ОМС или по правилам о возмещении вреда, причиненного здоровью, так как не являются необходимыми расходами на лечение.

Истцом не исчерпаны все доступные и предусмотренные законом бесплатные способы получения необходимой медицинской помощи как по профилю неврологии (отсутствие обращения к терапевту за направлением), так и по профилю дерматовенерологии (отсутствие обращения к дерматовенерологу для лечения алопеции).

Действия истца по обращению исключительно к платным услугам в обоих случаях носят преждевременный, необоснованный и невынужденный характер, поскольку она не предприняла предусмотренных законом шагов для реализации своего права на бесплатную помощь в установленные сроки.

Расходы на консультацию невролога и, тем более, на косметологическую процедуру мезотерапии головы, возникли исключительно вследствие добровольного выбора истца в условиях, когда адекватная медицинская помощь (консультация невролога по направлению, консультация и лечение у дерматовенеролога по алопеции) была доступна бесплатно в рамках ОМС в гарантированные сроки.

Совокупность представленных обстоятельств (нарушение порядка обращения за помощью по ОМС к терапевту и дерматовенерологу, наличие доступной помощи в установленные сроки, несвоевременное обращение за платными услугами, характер процедуры мезотерапии как косметологической) неопровержимо свидетельствует о том, что понесенные истцом расходы не являются необходимыми, вынужденными и подлежащими возмещению в рамках действующего законодательства. Требования истца о возмещении указанных расходов в размере 42 800 рублей необоснованны и не подлежат удовлетворению.

Согласно части 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам; расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд; расходы на оплату услуг представителей; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии со ст. 48 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей. Личное участие в деле гражданина не лишает его права иметь по этому делу представителя.

Согласно ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В силу ст. 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Согласно п. 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Так, в подтверждение доводов о понесенных расходах на оплату услуг представителя представлено соглашение об оказании юридической помощи от (дата), заключенное между ФИО1 (доверитель) и Харитоновой О.А. (адвокат), по условиям которого доверитель поручает, а адвокат принимает на себя обязанности по оказанию юридической помощи – консультация по вопросу возмещения материального и компенсации морального вреда, составление искового заявления, акт сдачи-приемки выполненных работ (оказания услуг) от (дата), стоимость услуг по договору определена в сумме 10000 руб. ФИО1 произведена оплата услуг адвоката Харитоновой О.А. по изучению представленных документов, консультации по вопросу взыскания ущерба, подготовки к судебному заседанию, составлению искового заявления в размере 10000 руб., что подтверждается квитанцией серии № от (дата).

Исходя из материалов гражданского дела, суд установил, что Харитонова О.А. в соответствии с условиями соглашения об оказании юридической помощи в рамках данного гражданского дела изучила документы, предоставила ФИО1 консультацию по вопросу возмещения ущерба, составила исковое заявление.

Суд учитывает, что обращение ФИО1 оказанием юридической помощи было вызвано защитой своих прав и интересов в суде и оказания юридической помощи, что повлекло для неё расходы на оплату услуг представителя.

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

Таким образом, судом установлено, что расходы ФИО1 по оплате услуг представителя связаны, с рассмотрением гражданского дела № и подтверждаются письменными доказательствами.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" при неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Из пункта 21 вышеназванного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

Согласно части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1).

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Вместе с тем в целях реализации задач судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный чрезмерный характер (пункт 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1).

Оценивая представленные истцом доказательства по несению судебных расходов, с учетом фактически оказанной истцу юридической помощи в рамках настоящего гражданского дела, с учетом разумности действий и добросовестности участников гражданских правоотношений, предусмотренных пунктом 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом характера спора, уровня его сложности, продолжительности рассмотрения дела в суде, объема нарушенного права, получившего защиту, и объема проделанной представителем истца работы, суд находит заявление о возмещении понесенных судебных расходов подлежащим удовлетворению и полагает возможным взыскать в пользу ФИО1 расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах в размере 10000 руб.

В силу с ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Решением суда удовлетворено требование истца о взыскании компенсации морального вреда (с учетом разъяснений пункта 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от (дата) N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела"), что составляет 50% удовлетворения иска, в одном требовании о взыскании расходов на лечение отказано (0%), таким образом исковые требования ФИО1 удовлетворены судом частично, степень удовлетворения иска составила 50%.

Исходя из удовлетворенных судом исковых требований, суд считает необходимым взыскать с ответчика ФИО2 в пользу ФИО1 расходы по оплате услуг представителя в размере 5000 рублей (10000 х 50%).

В связи с чем, в удовлетворении требований ФИО1 о взыскании расходов по оплате услуг представителя в размере 5000 руб. следует отказать.

Согласно ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Поскольку в соответствии с действующим законодательством истец при подаче иска была освобождена от уплаты госпошлины, с ответчика ФИО2 подлежит взысканию в доход бюджета государственная пошлина в размере 3000 руб., исчисленная в соответствии с требованиями ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 (паспорт серии № №) к ФИО2 (паспорт серии № №) о взыскании расходов на лечение, компенсации морального вреда, судебных расходов, – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, судебные расходы по оплате юридических услуг в размере 5 000 рублей, а всего взыскать 55 000 (пятьдесят пять тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО2 в доход бюджета государственную пошлину в размере 3000 (три тысячи) рублей.

В удовлетворении исковых требований о взыскании с ФИО2 в пользу ФИО1 расходов на лечение в размере 42 800 рублей, компенсации морального вреда в размере 150 000 рублей, судебных расходов в размере 5 000 рублей, – отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами и другими лицами, участвующими в деле, в апелляционном порядке путем подачи апелляционной жалобы, а прокурором путем принесения апелляционного представления в Иркутский областной суд через Падунский районный суд г. Братска Иркутской области в течение месяца со дня принятия решения суда.

Мотивированное решение суда составлено 24 июля 2025г.

Судья А.В. Зелева