Решение по делу № 2А-1205/2023 от 27.02.2023 - о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области.

УИД: 51RS0001-01-2023-000521-36

Дело № 2а-1205/2023

Принято в окончательной форме 27.02.2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 февраля 2023 года город Мурманск

Октябрьский районный суд города Мурманска

в составе:

председательствующего – судьи Шуминовой Н.В.,

при секретаре – Величко Е.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по административному исковому заявлению ФИО1 о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением о взыскании компенсации за нарушение условий содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области (далее – учреждение).

В обоснование иска указал, что находился под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области в различные периоды, а именно - в 2007, 2008 годах, а также с 26.07.2013 до 10.03.2015, в настоящее время отбывает наказание в <данные изъяты>. В период нахождения под стражей помещался в различные камеры учреждения. В 2007 и 2008 годах условия содержания нарушались в виду переполненности камер, нарушения санитарной нормы площади, что приводило к нехватке спальных мест; не обеспечивалась приватность санузлов. В 2013-2015 годах также не обеспечивалась приватность санузлов; превышалось допустимое количество лиц в камерах; прогулочные дворики не обеспечивали доступ к небу, свету и воздуху. Во все периоды отсутствовало горячее водоснабжение в камерах; не было кнопки пожарной тревоги и датчиков; отсутствовала принудительная вентиляция (за исключением содержания в камерах на четвертом этаже с 23.05.2014 по 03.10.2014); в камерах отсутствовало оборудование информационными стендами, индивидуальные тумбочки для хранения личных вещей и продуктов питания; сушилки для полотенец. Кроме того, перед отопительным сезоном (осень-зима) в камере 208, где он пребывал в период 2013-2015 годов, был неправильно проведен ремонт отопительной системы, что привело к холоду в камере, в результате чего потребовалось второе одеяло и даже выдавались дополнительно фуфайки. Просит взыскать компенсацию за нарушение условий содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области в размере 1.184.500 рублей из расчета 2.000 рублей в сутки за последний период нахождения под стражей и из расчета 1.000 рублей в сутки за период 2007 и 2008 годов.

В судебном заседании ФИО1 лично не участвовал, ходатайства о рассмотрении дела с его участием не заявлял, о слушании уведомлен, имеется расписка.

Представитель административных ответчиков ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области, УФСИН России по МО и ФСИН России ФИО2 в судебном заседании пояснила, что с административным исковым заявлением не согласна. Принимая во внимание давность времени, условия пребывания под стражей в периоды 2007 и 2008 годов невозможно ни подтвердить, ни опровергнуть, поскольку никаких сведений у учреждения в отношении административного истца не имеется, документы уничтожены как по срокам хранения, так и в связи с затоплением архива, установить в каких камерах, с кем вместе содержался административный истец невозможно. Касательно же последнего периода пребывания в 2013-2015 годах может подтвердить, что с 26.07.2013 ФИО1 находился в учреждении до 10.03.2015, переводясь из камеры в камеру, четырежды помещался в карцер. Если подтвердить камеры, в которых он находился, возможно по базе ПТК АКУС, то уже утверждать, с кем именно и в каком количестве человек содержался, невозможно, так как книги учета количественной проверки либо уничтожены, либо пострадали от затопления архива в виду залития с кровли здания УПМ, что не позволяет произвести проверку доводов о переполненности камер, нехватки спальных мест; нарушения норм площади. Касательно приватности санузлов, то до 2012 года камеры оборудовались согласно приказу Минюста РФ № 161дсп, напольными чашами и стенки кабин – 1 метр от пола, а с 2012 года производился ремонт, которым полностью осуществлена замена чаш на унитазы, при этом кабины сделаны со стенками от пола до потолка, то есть, приватность обеспечена. Все камеры оборудовались по п. 42 ПВР, утвержденных приказом № 189 Минюста РФ от 14.10.2005спальными местами; выдача горячей воды осуществлялась согласно п. 43 ПВР, а вентиляция приточно-вытяжная не является обязательной к наличию, четвертый этаж режимного корпуса ею оборудован полностью, сам истец подтвердил, что в камерах четвертого этажа она была, когда он там находился, в иных камерах имеются окна с форточками, вентиляционные отверстия. Все камеры оборудованы стендами с информацией, тумбочки для хранения личных вещей и продуктов не положены. В силу приказа ФСИН РФ № 222 от 31.03.2005 и приказа Минюста РФ № 204дсп от 03.11.2005 наличие кнопки пожарной тревоги и датчиков не предусмотрено, а прогулочные дворики оборудовались так, как предписывалось приказом. Касательно отсутствия отопления в № камере каких-либо подтверждающих документов нет, как и нет документов, которые подтверждали бы выдачу дополнительную одеял и фуфаек, даже если это и происходило, хотя данный факт административным истцом никак не подтвержден. Никаких жалоб от ФИО1 в периоды нахождения в учреждении не поступало ни устно, ни письменно, впрочем, не было и мер прокурорского реагирования за 2007 год, в частности. Просит в иске отказать, учтя и пропуск срока на обращение в суд. Не возражала против рассмотрения дела при настоящей явке.

Суд, с учетом мнения представителя административных ответчиков, а также имеющихся в деле сведений об уведомлении административного истца, находит обоснованным рассмотреть дело при настоящей явке.

Выслушав представителя административного ответчика, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Статьей 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.

Статьей 21 Конституции Российской Федерации установлено, что достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Частью 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации определено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В соответствии со статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В силу требований, содержащихся в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны гарантироваться с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения.

Аналогичные положения закреплены и в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 г. № 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации".

На основании статьи 13 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года № 5473-1 "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы", учреждения, исполняющие наказания, обязаны создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях, обеспечивать охрану здоровья осужденных, осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы.

Согласно статье 4 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" (далее - Закон № 103-ФЗ) содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

Условия и порядок содержания в следственных изоляторах регулируются Федеральным законом от 15.07.1995 № 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" (далее – Закон).

Согласно ст. 7 Закона следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы относятся к местам содержания под стражей.

Согласно ст. 8 Закона следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы предназначены для содержания подозреваемых и обвиняемых, в отношении которых в качестве меры пресечения применено заключение под стражу. Следственные изоляторы обладают правами юридического лица.

Финансирование следственных изоляторов осуществляется за счет средств федерального бюджета. Согласно ст. 23 Закона подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности.

Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место.

Подозреваемым и обвиняемым выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы.

Все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием. В камеры выдаются литература и издания периодической печати из библиотеки места содержания под стражей либо приобретенные через администрацию места содержания под стражей в торговой сети, а также настольные игры.

Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

Статьей 16 Закона определяется, что порядок приема и размещения подозреваемых и обвиняемых по камерам; материально-бытового обеспечения подозреваемых и обвиняемых; медико-санитарного обеспечения подозреваемых и обвиняемых определяется Правилами внутреннего распорядка в местах содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений. Согласно ст. 17 Закона подозреваемые и обвиняемые имеют право, в частности, получать бесплатное питание, материально-бытовое и медико-санитарное обеспечение, в том числе в период участия их в следственных действиях и судебных заседаниях; на восьмичасовой сон в ночное время; пользоваться собственными постельными принадлежностями, а также другими вещами и предметами, перечень и количество которых определяются Правилами внутреннего распорядка.

Приказом Минюста РФ № 189 от 14.10.2005 утверждены Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы (далее – ПВР).

Суд учитывает, что стороной административных ответчиков не оспаривается факт того, что ФИО1 находился в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по МО в периоды 2007, 2008 годов, а также с 26.07.2013 по 10.03.2015, принимая во внимание данные ИЦ УМВД России по МО, справку по личному делу, данные «ПТК АКУС». При этом данными о том, в каких именно камерах в 2007-2008 годах находился административный истец в эти периоды, как и сведениями о том, сколько человек располагалось в тех же камерных помещениях как в 2007-2008, так и в 2013-2015 годах, соблюдалась ли в них санитарная норма площади, хватало ли спальных мест на всех подследственных лиц, административные ответчики не располагают, поскольку актами ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по МО подтверждается факт уничтожения практически всей документации в связи с истечением срока хранения, а также в связи с затоплением здания УПМ в августе 2017 года. Сам административный истец указал камеры, однако, с учетом вышеизложенного, подтвердить или опровергнуть доводы в части переполненности камер, нехватки спальных мест, нарушения норм площади в настоящее время невозможно именно в силу отсутствия документальных доказательств. Сам административный истец указал, что с ним в означенные промежутки времени вместе содержались иные лица, однако ходатайства об их допросе в качестве свидетелей не заявлял, не указал, где именно данные лица находятся в настоящее время, кроме того, даже при условии их допроса достоверно утверждать, что они в рассматриваемые временные периоды содержались вместе с административным истцом с учетом отсутствия допустимых и относимых доказательств этого факта, также невозможно именно в связи с давностью событий, о которых заявляет административный истец, и уничтожением или отсутствием документальных доказательств.

Суд считает обоснованным исходить из того, что согласно части 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства РФ, если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что, проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 КАС РФ трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

Исключение из указанного правила предусмотрел федеральный законодатель в Федеральном законе от 27.12.2019 № 494-ФЗ для лиц, подавших в Европейский Суд по правам человека жалобу на предполагаемое нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, в отношении которой не вынесено решение по вопросу ее приемлемости или по существу дела либо по которой вынесено решение о неприемлемости ввиду неисчерпания национальных средств правовой защиты в связи с вступлением в силу настоящего Федерального закона (180 дней со дня вступления в силу настоящего Федерального закона).

В Обзоре практики межгосударственных органов по защите прав и основных свобод человека № 3(2020), Верховным Судом Российской Федерации приведен анализ Европейским Судом по правам человека Федерального закона от 27.12.2019 № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», из которого также следует, что новый Закон о компенсации, вступивший в силу 27.01.2020, предусматривает, что любой заключенный, утверждающий, что его или ее условия содержания под стражей нарушают национальное законодательство или международные договоры Российской Федерации, вправе обратиться в суд. Новизна Закона заключается в том, что заключенный может одновременно требовать установления соответствующего нарушения и финансовой компенсации за данное нарушение. Производство ведется в соответствии с Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации. При этом подача иска напрямую доступна заключенному. Имеются два формальных требования: иск должен соответствовать общим процессуальным нормам, сопровождаться судебным сбором; быть поданным во время содержания под стражей или в течение трех месяцев после его прекращения, за исключением лиц, чьи жалобы находились на рассмотрении в настоящем Суде в день вступления в силу Закона о компенсации, или чьи жалобы были отклонены по причине неисчерпания средств правовой защиты.

Изложенное свидетельствует о том, что за компенсацией, установленной Федеральным законом от 27.12.2019 № 494-ФЗ в порядке, предусмотренном статьей 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, вправе обратиться любое лицо, оспаривающее условия содержания и находящееся на момент вступления в силу указанного Закона в местах лишения свободы, а также в течение трех месяцев после освобождения (но не ранее 27.01.2020), либо независимо от указанных обстоятельств в течение 180 дней, начиная с 27.01.2020, в случае подачи в Европейский Суд по правам человека жалоб на нарушение условий содержания, по которым не принято решение.

С учетом того, что согласно данным ИЦ УМВД России по МО административный истец в 2007, 2008 годах после нахождения под стражей отбывал наказания в различных исправительных учреждениях Мурманской области, выходя из них на свободу после отбытия срока наказания (последнее освобождение состоялось 25.06.2010), суд принимает во внимание довод стороны административных ответчиков о пропуске ФИО1 срока на обращение в суд за защитой своих прав в связи с нарушением условий содержания под стражей в указанные года, что является самостоятельным основанием для отказа в иске в части требований по этим периодам. Оснований для восстановления срока на подачу административного иска по указанным периодам не имеется, учитывая, что административный истец пребывал на свободе, выбывая из ведения ФСИН России, и имел возможность обратиться за защитой своих прав, чем, однако не воспользовался. Довод о том, что он в силу неграмотности не знал о таком праве, не может служить обоснованием восстановления срока, учитывая, что административный истец своим длительным не обращением в суд лишил сторону административных ответчиков возможности представления каких-либо доказательств, то есть, фактически злоупотребил своим правом.

Однако это не относится к последнему периоду нахождения под стражей, поскольку ФИО1, будучи осужден 24.07.2013 и помещен после этого под стражу с дальнейшим этапированием в <данные изъяты> не выбыл из ведения ФСИН России, не смотря на перевод его в исправительное учреждение для отбывания наказания, и не утратил права на взыскание компенсации взамен реального устранения возможных нарушений со стороны административных ответчиков в случае их установления судом в настоящем деле.

С учетом доводов стороны административных ответчиков, представителем которых не оспаривался факт того, что камеры учреждения до 2012 года не были оборудованы санузлами с полностью закрытыми кабинами, поскольку в силу действовавшего на тот период приказа Минюста РФ № 161дсп от 28.05.2001, а именно п. 8.66 оборудование камер не предполагало обязательного наличия унитазов, а стены кабины должны были составлять 1 метр от пола, суд приходит к выводу о том, что вышеприведенные документы опровергают доводы административного истца о незаконном бездействии административного ответчика с точки зрения необеспечения положенных жилищно-бытовых условий в учреждении, отвечающих требованиям названного нормативно-правового акта.

При этом ПВР в п. 42 указывалось, что камеры СИЗО оборудуются напольными чашами (унитазами), но не оговаривалось наличие ограждения. Таковое указание содержалось в приказе № 161-дсп Минюста РФ от 28.05.2001 года, лишь с 2016 года появилось четкое указание на обязательное наличие огораживания санузла и технические характеристики огораживания после издания приказа Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ от 15.04.2016 № 245/пр, которым утвержден и введен в действие с 04.07.2016 Свод правил «Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования». Данный Свод правил зарегистрирован Росстандартом и имеет номер СП 247.1325800.2016.

Согласно пункту 10.7 названного Свода правил, в камерах унитазы следует размещать в кабинах с дверьми, открывающимися наружу. Перегородки кабин следует выполнять кирпичными, толщиной 120 мм на всю высоту камеры. В дверном проеме кабины устанавливается полноразмерный дверной блок. Доказательства того, что оборудование кабин не соответствовало как ранее действовавшим нормативно-правовым актам в более ранние периоды, так и вышеприведенным нормам в 2013-2015 годах административным истцом не представлены. В то же время имеются акты приемки ремонтов камер, проведенных в учреждении в 2012 году именно в части переоборудования санузлов, которыми подтверждается факт того, что к 2013-2015 годам кабины санузлов уже были приведены в соответствие с требованиями приватности.

Ссылки административного истца на то, что в камерах отсутствовали информационные стенды, опровергаются представленными суду фотографиями, из которых следует, что стенды в камерах присутствуют, доказательств обратного суду не представлено и в судебном заседании не добыто. Ссылка на отсутствие индивидуальных тумбочек для хранения вещей и продуктов питания, как и сушилок для белья, также оценивается критически, поскольку ПВР не предусматривает наличие таковых. Кроме того, административным истцом не доказан факт того, что ему негде было хранить продукты и сушить вещи, учитывая, что ПВР не запрещает сушку вещей в камере при соблюдении режимных требований, а холодильниками камеры оборудуются только при наличии технической возможности.

Касательно отсутствия кнопки пожарной тревоги и датчиков суд также критически оценивает указанную претензию, поскольку в ПВР не предусмотрено наличие такого оборудования, как и приказом ФСИН РФ № 222 от 31.03.2005 не предполагается оборудование камер автоматическими установками пожаротушения и автоматической пожарной сигнализацией.

Что касается ссылок административного истца на то, что его права нарушало отсутствие в камерах приточно-вытяжной вентиляции, то в данном случае суд исходит из того, что согласно ПВР оборудование камер СИЗО приточно-вытяжной вентиляцией оговаривалось наличием возможности ее установки (п. 42 ПВР). Доказательства того, что в камерах невозможно было обеспечить проветривание с помощью форточки, а также отсутствия вентиляционных стеновых отверстий административным истцом не представлены. При этом сам ФИО1, указал, что при нахождении в учреждении в последнем периоде 2013-2015 годов он помещался в камеры четвертого этажа режимного корпуса, где принудительная вентиляция имелась. Следовательно, суд не усматривает в данном случае нарушения прав ФИО1 со стороны административных ответчиков.

Аналогично суд оценивает и претензию административного истца по вопросу оборудования прогулочных двориков, требования к которым содержатся в приказе Минюста РФ № 204дсп от 03.11.2005, а именно - Приложении № 67, исходя из которого и представленных фотографий, прогулочные дворики оборудованы в строгом соответствии с данным приказом, наличие сетки «рабицы» с металлической решеткой, а также навеса прямо предписано приказом, с учетом характера содержащегося в учреждении контингента и необходимости защиты от дождя и снега.

Суд учитывает и то, что со стороны административного истца не представлено доказательств того, что все перечисленные им претензии повлекли какие-либо серьезные последствия для его здоровья, что именно он был лишен спального места в виду переполненности камер, подвергся унижению со стороны сокамерников при отправлении естественных нужд, пострадал в результате пожара в учреждении, утратил свои личные вещи продукты, или нуждался в особых условиях содержания с точки зрения качества воздуха в силу нарушений здоровья.

При этом представителем ФКУ «СИЗО-1» не оспаривался факт того, что ФИО1 с 26.07.2013 по 10.03.2015 пребывал в камерах, где отсутствовало горячее водоснабжение.

Отсутствие горячего водоснабжения в камерах объясняется тем, что в соответствии со строительными нормами на момент возведения здания режимного корпуса, горячее водоснабжение предусматривалось только в банно-прачечном комплексе, душевых и пищеблоке учреждения, а также тем, что согласно пункту 43 ПВР при отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное время с учетом потребности.

Вместе с тем, приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ от 15.04.2016 № 245/пр утвержден и введен в действие с 04.07.2016 Свод правил «Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования». Данный Свод правил зарегистрирован Росстандартом и имеет номер СП 247.1325800.2016.

Согласно пункту 1.1 указанного Свода правил, он устанавливает нормы проектирования и распространяется на строительство, реконструкцию, расширение, техническое перевооружение и капитальный ремонт зданий, помещений и сооружений, предназначенных для размещения и функционирования следственных изоляторов (СИЗО).

Положения указанного свода правил не распространяются на объекты капитального строительства, проектная документация которых до вступления в силу названного свода правил получила положительное заключение государственной экспертизы, а также на документы территориального планирования и документацию по планированию территории, утвержденные до вступления в силу настоящего свода правил (п. 1.2).

Пунктом 19.1 СП 247.1325800.2016 предусмотрено, что здания СИЗО должны быть оборудованы хозяйственно-питьевым и противопожарным водопроводом, горячим водоснабжением, канализацией и водостоками согласно требованиям СП 30.13330 («Внутренний водопровод и канализация зданий»), СП 31.13330 («Водоснабжение. Наружные сети и сооружения»), СП 32.13330 («Канализация. Наружные сети и сооружения»), СП 118.13330 («Общественные здания и сооружения»).

Согласно пункту 19.5 указанного Свода правил СП 247.1325800.2016, подводку холодной и горячей воды следует предусматривать, в том числе к умывальникам в камерах.

В силу положений Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» соблюдение санитарных правил является обязательным для граждан, индивидуальных предпринимателей и юридических лиц.

С учетом вышеприведенных положений законодательства, обеспечение помещений исправительных учреждений горячим водоснабжением является обязательным, о чем обоснованно заявлено административным истцом.

Факт постройки и введение здания учреждения в эксплуатацию ранее принятия перечисленных выше норм не препятствует его переоборудованию, реконструкции или капитальному ремонту с целью создания надлежащих условий содержания. Приведенные выше нормы регулируют как строительство, так и эксплуатацию помещений в исправительных учреждениях и являются обязательными.

Суд также учитывает, что стороной административного ответчика не представлено в материалы дела бесспорных доказательств надлежащего обеспечения административного истца горячей водой в период его содержания в следственном изоляторе, учитывая, что представителем следственного изолятора подтверждено, что график выдачи воды, которые ежегодно утверждается в виде типового документа, не доводится до сведения подследственных лиц, а разрабатывается для сотрудников – дежурных инспекторов.

В то же время суд полагает, что даже при условии обеспечения административного истца горячей водой в порядке, предусмотренном пунктом 43 ПВР, это не может быть признано достаточным для удовлетворения его ежедневной потребности в горячем водоснабжении.

Поскольку обеспечение помещений СИЗО горячим водоснабжением, являлось и является обязательным, его отсутствие с учетом вышеизложенного следует расценивать как незаконное бездействие со стороны административных ответчиков, повлекшее нарушение прав ФИО1 на содержание под стражей в условиях надлежащего обеспечения его жизнедеятельности с учетом устоявшихся общечеловеческих санитарно-гигиенических нужд.

Как уже указывалось ранее, суд учитывает, что в настоящее время ФИО1 продолжает пребывать в исправительном учреждении УФСИН России по МО, то есть, находится в ведении административных ответчиков с 26.07.2013, что указывает на отсутствие пропуска срока на подачу иска в суд в части, касающейся отсутствия горячего водоснабжения при последнем пребывании административного истца в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по МО.

Таким образом, требования административного истца о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области в связи с ненадлежащим обеспечением горячим водоснабжением в период содержания под стражей в 2013-2015 годах следует признать обоснованными.

В то же время при определении размера денежной компенсации, суд исходит из того, что признанное незаконным бездействие следственного изолятора не привело к наступлению для административного истца стойких негативных последствий, а также, учитывая фактические обстоятельства дела, характер и степень причиненных административному истцу нравственных страданий, его индивидуальные особенности, длительность периода содержания истца в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области в оспариваемых условиях, меры, предпринимаемые административным ответчиком по соблюдению требований санитарно-эпидемиологического законодательства Российской Федерации, руководствуясь принципом разумности и справедливости, считает необходимым определить компенсацию за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере 19.000 рублей, учитывая, что ФИО1 провел в следственном изоляторе полных девятнадцать календарных месяцев.

При этом оснований для присуждения административному истцу большей суммы, с учетом указанных выше обстоятельств, судом не усматривается, принимая во внимание, что из выписки из медкарты административного истца, представленной на запрос суда, не усматривается что в период с июля 2013 по март 2015 года, находясь в учреждении административный истец неоднократно перенес заболевания, связанные с переохлаждением или отсутствием возможности поддерживать личную гигиену, учитывая, что им не заявлялось об отсутствии бани раз в неделю, как это предписано п. 45 ПВР, что в целом свидетельствует об удовлетворительном, хотя и недостаточном, обеспечении санитарно-гигиенических нужд.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 175-180, 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Административное исковое заявление ФИО1 о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области – удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию за ненадлежащие условия его содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области в размере 19.000 (девятнадцать тысяч) рублей.

Решение суда о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Октябрьский районный суд города Мурманска в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий: Н.В. Шуминова