Решение по делу № 2-19261/2024 от 16.07.2025 | Люберецкий городской суд (Московская область)

№

Приказ

<...>

На подпись спорных приказов за период 2021–2023 гг. именно управляющим ФИО1 указывает и сама ФИО2, что подтверждается вступившим в законную силу решением Люберецкого городского суда Московской области от 25.07.2024 по делу № 2–10480/2024 по иску ФИО2 к ТСЖ «Дом на Давыдковской» о признании незаконным и отмене приказа о применении дисциплинарного взыскания, признании незаконным и отмене приказа о прекращении трудового договора, взыскании денежной компенсации и компенсации морального вреда.

Согласно ч.ч. 1, 3 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле, в пределах срока, установленного судом, если иное не установлено настоящим Кодексом.

Как указано в ч. 1 ст. 55 ГПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

В соответствии с ч.ч. 1–3 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

ФИО2 заявлено о применении срока исковой давности.

Так, в соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

По смыслу п. 1 ст. 196, п. 1 ст. 200 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии с ч. 4 ст. 392 ТК РФ работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба.

В силу правовой позиции, изложенной в абзаце 3 пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», срок исковой давности, пропущенный юридическим лицом, а также гражданином - индивидуальным предпринимателем по требованиям, связанным с осуществлением им предпринимательской деятельности, не подлежит восстановлению независимо от причин его пропуска.

Вместе с тем, как следует из письменных объяснений истца, являющихся по смыслу ч. 1 ст. 55, ч. 1 ст. 68 ГПК РФ доказательствами по делу, ТСЖ «Дом на Давыдковской» узнало о нарушенном праве в марте 2024 года, после выявления признаков незаконных выплат ТСЖ была назначено служебное расследование в отношении главного бухгалтера ФИО2, 15.04.2024 составлен акт комиссии по служебному расследованию, которым установлена вина ФИО2 в совершении действий по выплате премий и иных начислений, превышающих оклады работников ТСЖ, на основании подложных приказов о денежном поощрении, подписанных от имени председателя ТСЖ «Дом на Давыдковской» ФИО3 другим лицом.

Суд соглашается с доводом истца о том, что о нарушении своего права ТСЖ «Дом на Давыдковской» стало известно в 2024 году, учитывая то, что ФИО2 уволена из ТСЖ по инициативе работодателя по основанию п. 9 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации (принятие необоснованного решения руководителем организации, его заместителями и главным бухгалтером, руководителем филиала, представительства, его заместителями и главным бухгалтером, повлекшего за собой нарушение сохранности имущества, неправомерное его использование или иной ущерб имуществу организации) в 2024 году, если бы бывшему работодателю ответчика ФИО2 стало известно о причинении ею ущерба имуществу ТСЖ раньше, учитывая презумпцию разумности действий участников гражданских правоотношений (п. 5 ст. 10 ГК РФ), вероятно, она была уволена ранее 2024 года, а значит срок для защиты Товариществом нарушенного права не истек.

Истец утверждает, что председатель ТСЖ «Дом на Давыдковской» ФИО3 никогда не предоставлял ФИО1 право на подписание внутренних документов по утверждению премирования. Кроме того, в указанных приказах реквизит подписи не содержит сведений, указывающих на подписание данных приказов ФИО1 на основании доверенности.

Также согласно п. 7.3 Положения «О премировании работников ТСЖ «Дом на Давыдковской», утвержденного 05.05.2015, председатель Правления принимает решения о начислении премий после получения служебных записок от управляющего

Товариществом. Никаких служебных записок от управляющего ФИО1 председатель ФИО3 никогда не получал.

Рассматривая требования истца о признании вышеупомянутых приказов недействительными (ничтожными), суд приходит к выводу об их удовлетворении, поскольку в силу прямого указания закона (п. 2 ст. 174 ГК РФ) сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

В п. 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» содержатся разъяснения, согласно которым о наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

Как установлено вступившим в законную силу решением Люберецкого городского суда Московской области от 25.07.2024 по делу № 2–10480/2024 по иску ФИО2 к ТСЖ «Дом на Давыдковской» о признании незаконным и отмене приказа о применении дисциплинарного взыскания, признании незаконным и отмене приказа о прекращении трудового договора, взыскании денежной компенсации и компенсации морального вреда: «В судебном заседании установлено и не оспаривалось истцом, что ей заведомо было известно о подписании приказов о премировании от имени председателя ТСЖ «Дом на Давыдковской» – ФИО3 иным лицом – управляющим ТСЖ ФИО1, подпись на документах о премировании за 2021–2023 годы принадлежит ФИО1 При этом истец полагала, что данные документы не являются подложными, поскольку выполнены на основании доверенности, согласно которой председатель ТСЖ «Дом на Давыдковской» ФИО3 доверил подписание внутренних документов ТСЖ «Дом на Давыдковской» ФИО1 Между тем суд учитывает, что реквизит подписи в спорных приказах о премировании не содержит сведений, указывающих на подписание данных приказов ФИО1 на основании вышеуказанной доверенности, следовательно, истец при достаточной степени осмотрительности при выполнении своих трудовых обязанностей не могла не осознавать ничтожность данных приказов, подписанных вместо ФИО3 – ФИО1».

Согласно ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Таким образом, суд приходит к выводу, что ответчик ФИО2 заведомо знала, что подпись в спорных приказах поддельная, а указанные приказы являются ничтожными, соответственно, при выполнении своих трудовых обязанностей сознательно осуществляла выплаты в пользу ответчиков по ничтожным приказам, тем самым довод ФИО2 о том, что ответственным за подписание спорных приказов является ТСЖ «Дом на Давыдковской» в лице председателя правления ФИО3, несостоятелен.

Выполнение подписи от имени ФИО3 иным лицом также подтверждается заключением специалиста о проведении почерковедческого исследования от 06.05.2024 и полиграфическим исследованием.

Факт совершения сделок представителем юридического лица без доверенности в ущерб интересам юридического лица, на заведомо и значительно невыгодных условиях, когда другая сторона сделки знала о явном ущербе для юридического лица, установлен вступившим в законную силу решением суда, в связи с этим имеются основания для признания спорных приказов недействительными (ничтожными).

Общие положения о материальной ответственности сторон трудового договора, определяющие обязанности стороны трудового договора по возмещению причинённого другой стороне ущерба и условия наступления материальной ответственности стороны трудового договора, содержатся в главе 37 Трудового кодекса Российской Федерации.

Частью первой статьи 232 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с этим кодексом и иными федеральными законами.

Согласно части третьей статьи 232 Трудового кодекса Российской Федерации расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечёт за собой освобождение стороны этого договора от материальной ответственности, предусмотренной Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами.

Условия наступления материальной ответственности стороны трудового договора установлены статьёй 233 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с этой нормой материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причинённый ею другой стороне этого договора в результате её виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причинённого ей ущерба.

Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации «Материальная ответственность работника» определены условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе и пределы такой ответственности.

Работник обязан возместить работодателю причинённый ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат (часть первая статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несёт ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причинённого работником третьим лицам (часть вторая статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьёй 241 Трудового кодекса Российской Федерации за причинённый ущерб работник несёт материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами.

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причинённый работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (часть первая статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью второй статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что материальная ответственность в полном размере причинённого ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим кодексом или иными федеральными законами.

Перечень случаев возложения на работника материальной ответственности в полном размере причинённого ущерба приведён в статье 243 Трудового кодекса Российской Федерации.

Так, в частности, материальная ответственность в полном размере причинённого ущерба возлагается на работника в случае умышленного причинения ущерба (пункт третий части первой статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации).

Материальная ответственность в полном размере причинённого работодателю ущерба может быть установлена трудовым договором, заключаемым с заместителями руководителя организации, главным бухгалтером (часть вторая статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части первой статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причинённого ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Согласно части второй статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном настоящим кодексом (часть третья статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации).

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причинённый работодателю» (далее также – постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 № 52) даны разъяснения о том, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причинённого ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

При рассмотрении дела о возмещении причинённого работодателю прямого действительного ущерба в полном размере работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации либо иными федеральными законами работник может быть привлечён к ответственности в полном размере причинённого ущерба (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 № 52).

Судам необходимо иметь в виду, что в силу части второй статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность в полном размере может быть возложена на заместителя руководителя организации или на главного бухгалтера при условии, что это установлено трудовым договором. Если трудовым договором не предусмотрено, что указанные лица в случае причинения ущерба несут материальную ответственность в полном размере, то при отсутствии иных оснований, дающих право на привлечение этих лиц к такой ответственности, они могут нести ответственность лишь в пределах своего среднего месячного заработка (пункт 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 № 52).

Из приведённых норм трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что материальная ответственность работника является самостоятельным видом юридической ответственности и возникает лишь при наличии ряда обязательных условий, к которым относятся: наличие прямого действительного ущерба, противоправность поведения (действия или бездействия) работника, причинно-следственная связь между действиями или бездействием работника и причинённым ущербом, вина работника в причинении ущерба. При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причинённого ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба. Расторжение трудового договора после причинения работником ущерба работодателю не влечёт за собой освобождение работника от материальной ответственности, предусмотренной Трудовым кодексом Российской Федерации, в случае установления работодателем факта причинения работником ущерба при исполнении трудовых обязанностей.

Основным видом материальной ответственности работника за ущерб, причинённый работодателю, является ограниченная материальная ответственность. Правило об ограниченной материальной ответственности работника в пределах его среднего месячного заработка применяется во всех случаях, кроме тех, в отношении которых Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом прямо установлена более высокая материальная ответственность работника, в частности полная материальная ответственность. Одним из таких случаев полной материальной ответственности является умышленное причинение работником ущерба работодателю. Наличие основания для привлечения работника к полной материальной ответственности должен доказать работодатель при рассмотрении дела о возмещении причинённого работодателю прямого действительного ущерба в полном объёме. Полная материальная ответственность заместителя руководителя и главного бухгалтера организации может быть установлена трудовым договором, заключаемым с ними работодателем. Вместе с тем отсутствие в трудовом договоре с заместителем руководителя или главным бухгалтером организации условия об их полной материальной ответственности не исключает возможность возложения на этих работников такой ответственности при наличии иных оснований, установленных законом, в частности при умышленном причинении ущерба (пункт третий части первой статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации).

Довод ответчика о том, что с ней не заключался договор о полной материальной ответственности, противоречит приведённому правовому регулированию спорных отношений об основаниях возложения полной материальной ответственности на работника, в том числе на заместителя руководителя организации.

Основанием исковых требований Товарищества, предъявленных к ФИО2 как к главному бухгалтеру, на которую были возложены обязанности по ведению бухгалтерского учёта, является причинение ФИО2 материального ущерба Товариществу в результате её умышленных действий (пункт третий части первой статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации), выразившихся в неправомерном начислении ежемесячных премий себе и управляющему ТСЖ ФИО1

Поскольку отсутствие в трудовом договоре с главным бухгалтером ТСЖ условия о полной материальной ответственности не исключает возможность возложения на такого работника полной материальной ответственности при наличии иных установленных законом оснований, правовое значение при разрешении данного спора имеет установление факта умышленного причинения ФИО2 ущерба работодателю, а не наличие или отсутствие в трудовом договоре с ней условия о возложении на неё материальной ответственности в полном размере.

Указание ФИО2 на отсутствие недостач, на то, что размер ущерба можно было установить в ходе ревизий финансовой деятельности, ошибочно. Трудовой кодекс Российской Федерации, устанавливающий правило об обязанности работника возместить работодателю причинённый ему прямой действительный ущерб, не содержит норм о том, что размер этого ущерба должен быть подтверждён только определёнными средствами доказывания, то есть закон круг таких допустимых доказательств не определяет. Следовательно, размер ущерба может быть подтверждён работодателем не только результатами инвентаризации, но и иными доказательствами, в том числе актом проверки финансово-хозяйственной деятельности организации, проведённой на основании имеющихся у работодателя финансовых, бухгалтерских и кадровых документов.

В рамках проверки установления финансовых потерь истцом была проведена бухгалтерская экспертиза.

Заключением специалиста № 49–ФЭИ от 06.07.2024 установлено, что сумма начислений на оплату труда, произведенных ТСЖ «Дом на Давыдковской» в адрес ФИО2, по данным бухгалтерского учета за период 01.01.2021–31.12.2023 значительно отличается от оклада, сумма премий составила 6 094 754,45 руб.

У суда не имеется оснований не доверять заключению специалиста, представленному стороной истца, поскольку оно обосновано, мотивировано. Суд принимает в качестве доказательства указанное заключение специалиста, так как специалист исчерпывающе ответил на поставленные вопросы, обладает специальными познаниями в исследуемых областях знаний, что подтверждено документально, оснований сомневаться в компетентности специалиста у суда не имеется.

Заключение специалиста ответчиками не оспорено, ходатайства о назначении по делу судебной экспертизы с их стороны не заявлено.

Каких-либо доказательств, позволивших бы суду усомниться в правильности выводов специалиста, сторонами не представлено.

Несмотря на несогласие ответчика ФИО2 с расчетом истца, альтернативный расчет указанным ответчиком не представлен.

ФИО1 впоследствии произвел возврат денежных средств в адрес ТСЖ «Дома на Давыдковской» в размере 6 031 000 руб., о чем составлена объяснительная записка от 07.03.2024, в которой отражено самовольное использования ФИО1 денежных средств ТСЖ для личных нужд, фактически своими действиями ответчик признал, что приказы, подписанные ФИО1, ничтожны. Возврат денежных средств подтверждается платежными поручениями.

Разрешая спор, руководствуясь положениями приведенных выше норм права, исходя из того, что факт вины ФИО2 с учётом её должностного положения, противоправности её поведения и причинения ущерба истцу доказан в ходе судебного разбирательства, противоправные действия ФИО2 носят виновный характер, так как совершались сознательно и неоднократно, в течение длительного периода, имели целью извлечение, в том числе, личной материальной выгоды, приходит к выводу о том, что имеет место случай умышленного причинения ущерба, предусмотренный пунктом 3 части 1 статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации, в связи с чем причинённый ФИО2 материальный ущерб Товариществу подлежит взысканию с неё в полном объёме.

Согласно п. 1 ст. 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

В силу разъяснений п. 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» проценты, предусмотренные пунктом 1 статьи 395 ГК РФ, подлежат уплате независимо от основания возникновения обязательства (договора, других сделок, причинения вреда, неосновательного обогащения или иных оснований, указанных в ГК РФ).

Согласно расчету истца сумма процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 01.02.2021 по 04.02.2025 составила 1 963 569,71 руб.

Расчет процентов за пользование чужими денежными средствами суд находит правильным, требования истца в указанной части – обоснованными и подлежащими удовлетворению: с ФИО2 в пользу ТСЖ «Дом на Давыдковской» надлежит взыскать проценты на основании п. 1 ст. 395 ГК РФ в размере 1 963 569,71 руб.

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Из материалов дела усматривается, что истцом понесены судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 79 636 руб.

На основании ч. 1 ст. 98, ч. 1 ст. 88 ГПК РФ считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца расходы по уплате государственной пошлины в вышеуказанном размере.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194–198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ТСЖ «Дом на Давыдковской» (ИНН <***>, ОГРН <***>) к ФИО2 № ФИО1 № о признании приказов ничтожными, взыскании неосновательного обогащения – удовлетворить.

Признать ничтожными приказы ТСЖ «Дом на Давыдковской»: №г. от 18.01.2021 г., №г. от 18.01.2021 г., №г. от 18.02.2021г., № г. от 18.02.2021г., № г. от 18.03.2021г., №г. от 18.03.2021г., №г. от 30.04.2021г., №г. от 30.04,2021г., №г. от 18.05.2021г., №г. от 18.06.2021г., №г. от 18.06.2021г., № г. от 19.07.2021г., №г. от 19.07.2021г., №г. от 19.08.2021г., №г. от 19.08.2021г., №г. от 21.09.2021г., №г. от 18.10.2021г., №г. от 18.11.2021г., №г. от 18.11.2021г., № г. от 14.12.2021г., №г. от 17.01.2022г., №г. от 17.01.2022г., №г. от 17.02.2022г., №г. от 17.02.2022г., №г. от 17.03.2022г., №г. от 29.04.2022г., №г. от 18.05.2022г., №г. от 18.05.2022г., №г. от 30.06.2022г., №г. от 17.06.2022г., №г. от 29,07.2022г., №г. от 29.07.2022г., №г. от 31.08.2022г., №г. от 31.08.2022г., №г. от 19.09.2022г., №г. от 19.10.2022г., №г. от 18.11.2022г., №г. от 14.12.2022г., №г. от 18.01.2023г., №г. от 18.01.2023г., №г. от 02.02.2023г., №г. от 17.02.2023г., №г. от 20.03.2023г., №г. от 30.03.2023г., №г. от 19.04.2023г., №г. от 18.05.2023г., №г. от 30.06.2023г., №г. от 31.07.2023г., №г. от 28.08.2023г., №г. от 28.09.2023г., №г. от 19.10.2023г., №г. от 17.11.2023г., №г. от 15.12.2023г., №г. от 18.01.2021г., №г. от 17.01.2022г., №г. от 18.01.2023г., №г. от 15.12.2023г.

Взыскать с ФИО2 в пользу ТСЖ «Дом на Давыдковской» неосновательное обогащение в размере 6 094 754,45 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 01 февраля 2021 г. по 04 февраля 2025 г. в размере 1 963 569,71 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 79 636 руб.

Решение может быть обжаловано в Московский областной суд, через Люберецкий городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья А.А. Семенова

Решение в окончательной форме изготовлено 16 июля 2025 года.