РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

02 сентября 2025 года адрес

Бутырский районный суд адрес в составе председательствующего судьи Королевой Е.Е., с участием прокурора фио, при ведении протокола помощником фио, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-3537/25 по иску ФИО1 к ООО «Региональная строительная компания» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

фио А.И. обратился в суд с настоящим иском, указав, что 20 февраля 2024 года был принят на работу в ООО «Региональная строительная компания» на должность заместителя начальника службы безопасности, на основании трудового договора № 0000007538 от 20 февраля 2024 года. 01 октября 2024 года на основании Дополнительного соглашения к трудовому договору № 0000007538 от 20 февраля 2024 года переведен на должность заместителя генерального директора по безопасности –начальник службы безопасности с заработной платой сумма. Находился в подчинении только генерального директора общества. Взысканий не имел. 21 марта 2025 года уволен по пп. «а», п. 6, ч. 1, ст. 81 ТК РФ за «прогул» в соответствии с Приказом генерального директора № 939/1-У. Увольнение считает незаконным, поскольку 03 февраля 2025 года принял решение об уходе в отпуск без сохранения заработной платы на 35 дней (по 09 марта 2025 года включительно), являясь ветераном боевых действий. Имелась договоренность, согласно которой, 10 марта 2025 года истец явится на работу для подписания Соглашения о расторжении трудового договора по соглашению сторон с компенсацией сумма, получения трудовой книжки и расчета, с учетом наличия у ответчика задолженности перед истцом по выплате заработной платы. 26 февраля 2025 года истец посетил офис, однако, истцу предложено изменить сумму выходного пособия на сумма. Истец согласился. Подписанное соглашение передано в отдел кадров. До 10 марта 2025 года истца не вызывали. Прибыв в офис 10 марта 2025 года истцу стало известно, что генеральный директор решения не принял, при этом пояснил, что истцу на работу выходить не нужно. Заподозрив обман, истец заявил о намерении реализовать неиспользованный им отпуск за 2024 год, с 11 марта 2025 года на 28 дней (по 07 апреля 2025 года включительно на основании п.п. 11 п. 1 ст. 16 Федерального закона от 12 января 1995 года № 5-ФЗ «О ветеранах»). Заявление на отпуск 11 марта 2025 года истец направил заказным письмом, которое получено 19 марта 2025 года. 07 апреля 2025 года не получив заработную плату и отпускные, осознав обман, истец направил в адрес работодателя заявление о выплате задолженности по заработной плате и о приостановлении работы с 08 апреля 2025 года до полного погашения задолженности. Письмо получено ответчиком 15 апреля 2025 года. Задолженность до настоящего времени не погашена. Истец просил суд признать незаконным и отменить приказ №939/1-У от 21 марта 2025 года об увольнении; восстановить на работе в должности заместителя генерального директора по безопасности –начальника службы безопасности; взыскать задолженность по выплате заработной платы по день восстановления на работе и неустойку; средний заработок за время вынужденного прогула сумма, компенсацию морального вреда сумма, судебные расходы; с учетом уточнения сумма.

Суду представлены трудовой договор и дополнительные соглашения к нему; заявления на отпуск с 03 февраля 2025 года по 09 марта 2025 года, датированное 03 февраля 2025 года; удостоверение; копии Соглашения о расторжении трудового договора не подписанное генеральным директором; заявление на отпуск с 11 марта 2025 года, датированное 10 марта 2025 года; заявление от 07 апреля 2025 года; почтовые уведомления; расчет; Обращение в ГИТ, прокуратуру и ответ на обращение.

Истец в судебном заседании требования поддержал.

Представители ответчика требования не признали. В обоснование возражений указывали, что должностной оклад истца в соответствии с дополнительным соглашением от 01 октября 2024 года установлен в сумме сумма. В соответствии с п. 11 ч. 1 ст. 16 Федерального закона от 12 января 1995 года № 5-ФЗ «О ветеранах», истец воспользовался правом на предоставление отпуска без сохранения заработной платы до 35 календарных дней в году, а именно, с 03 февраля 2025 года по 09 марта 2025 года на основании заявления. Истец должен был явиться на работу 10 марта 2025 года, однако, на рабочее место не явился, о чем был составлен акт. Истец не явился на работу 11, 12,13,14,17,18,19,20,21 марта 2025 года. В отношении истца составлены акты об отсутствии на рабочем месте. 12 марта 2025 года истцу было направлено по месту регистрации требование о предоставлении объяснений о причинах отсутствия, с предупреждением об увольнении «за прогул». Требование получено истцом не было, возвращено, письменные объяснения не даны. 20 марта 2025 года подготовлено уведомление о необходимости явиться и представить объяснения в связи с длительным отсутствием истца на рабочем месте. Указанное уведомление зачитано истцу в слух. В связи с нежеланием сотрудничать, давать какие-либо разъяснения своим действиям, продолжительным отсутствием на рабочем месте, 21 марта 2025года был подготовлен и подписан приказ о прекращении трудового договора. Подготовлено и направлено по месту регистрации уведомление о необходимости получить трудовую книжку. Отправление получен не было. Ответчик считает процедуру увольнения соблюденной. По состоянию на 18 июня 2025 года задолженность перед истцом по заработной плате отсутствует. Ответчик имеет трудное финансовое положение, в рамках дела о банкротстве в отношении ответчика введена процедура наблюдения. Истцу выплачена заработная плата за январь 2025 года сумма, из которых, сумма выплачено 26 апреля 2025 года, сумма выплачены 25 апреля 2025 года. Заработная плата за февраль отсутствует, поскольку истец находился в отпуске без сохранения заработной платы, однако была начислена компенсация за задержку выплаты заработной платы сумма, которая выплачена 24 апреля 2025 года. В связи с отсутствием истца на рабочем месте в марте 2025 года, заработная плата не начислялась, однако, по факту увольнения, истцу выплачена компенсация за отпуск сумма 27 мая 2025 года. В апреле и мае 2025 года истцу начислена компенсация за задержку выплаты заработной платы сумма (апрель) и сумма (май), которые будут погашены. Компенсацию морального вреда считал чрезмерной. В связи с доводом истца относительно отпуска с 11 марта 2025 года, ответчик указал, что истцу отпуск согласован не был, заявление получено 20 марта 2025 года, что исключало его предоставление с 11 марта 2025 года. Бывший генеральный директор общества, под руководством которого работал истец, объявлен в федеральный розыск в связи с организацией им мошеннических схем на вывод денежных средств более чем на сумма прописью. Просил в иске отказать.

Суду представлены: докладные записки и Акты об отсутствии истца на рабочем месте в период с 10 марта 2025 года по 21 марта 2025 года включительно; требование о предоставлении письменных объяснений о 12 марта 2025 года; сведения о его направлении почтовым отправлением по адресу регистрации истца; Уведомление о необходимости явиться от 20 марта 2025 года; Акт об отказе ознакомиться с уведомлением от 20 марта 2025 года; Приказ о прекращении трудового договора от 20 февраля 2024 года и увольнении 21 марта 2025 года с должности заместителя генерального директора по безопасности – начальника службы безопасности на основании подпункта «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ (Прогул). Основанием указаны: докладные записки, Акты, уведомления (л.д.84 том 1); уведомление от 21 марта 2025 года о необходимости получить трудовую книжку и сведения о его направлении (л.д. 85,86 том 1); расчетные листки; платежные поручения, подтверждающие произведенные истцу выплаты; справки о доходах; Устав; Трудовой договор от 20 февраля 2024 года с окладом сумма и дополнительное соглашение, установившее оклад сумма; контррасчет заработной платы на 02 сентября 2025 года на сумму сумма; выписки из табеля учета рабочего времени; приказы о приеме на работу фио; фио, а также справка начальника управления фио о том, что заместитель генерального директора по безопасности – начальник службы безопасности ФИО1 за время работы в ООО «РСК» с 20 февраля 2024 года по 21 марта 2025 года сведения на себя для составления графика отпуска на 2024 и 2025 гг не предоставил и график отпусков.

Изучив представленные сторонами доказательства, выслушав стороны, допросив свидетелей, изучив представленную видеозапись, выслушав заключение прокурора, полагавшую требования истца не подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующему.

Согласно п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении дел о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

В силу ст. 15 ТК РФ трудовые отношения представляют собой отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

На работника, помимо прочего, законом возлагается обязанность добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором (ст. 21 ТК РФ).

За совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: 1) замечание; 2) выговор; 3) увольнение по соответствующим основаниям.

К дисциплинарным взысканиям, в частности, относится увольнение работника по основаниям, предусмотренным пунктом 6 части первой статьи 81 ТК РФ (ч. 3 ст. 192 ТК РФ).

В соответствии с пп. "а" п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях прогула, то есть отсутствия работника на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия работника на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Согласно ч. 1 ст. 193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания (ч. 2 ст. 193 ТК РФ).

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт (ч. 6 ст. 193 ТК РФ).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, решение работодателя о признании конкретной причины отсутствия работника на работе неуважительной и, как следствие, об увольнении его за прогул может быть проверено в судебном порядке. При этом, осуществляя судебную проверку и разрешая конкретное дело, суд действует не произвольно, а исходит из общих принципов юридической, а следовательно, и дисциплинарной ответственности (в частности, таких как справедливость, соразмерность, законность) и, руководствуясь подпунктом "а" пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с другими его положениями, оценивает всю совокупность конкретных обстоятельств дела, в том числе причины отсутствия работника на работе (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 февраля 2009 г. N 75-О-О, от 24 сентября 2012 г. N 1793-О, от 24 июня 2014 г. N 1288-О, от 23 июня 2015 г. N 1243-О, от 26 января 2017 г. N 33-О и др.).

В пункте 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что суд, являющийся органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в силу части 1 статьи 195 ГПК РФ должен вынести законное и обоснованное решение. Обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно, и дисциплинарной ответственности, таких как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм. В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду. Если при рассмотрении дела о восстановлении на работе суд придет к выводу, что проступок действительно имел место, но увольнение произведено без учета вышеуказанных обстоятельств, иск может быть удовлетворен.

По смыслу приведенных нормативных положений Трудового кодекса Российской Федерации, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при рассмотрении судом дела по спору о законности увольнения работника на основании подпункта "а" пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации обязательным для правильного разрешения спора является установление обстоятельств и причин (уважительные или неуважительные) отсутствия работника на рабочем месте. При этом, исходя из таких общих принципов юридической, а значит, и дисциплинарной ответственности, как справедливость, соразмерность, законность, вина и гуманизм, суду надлежит проверить обоснованность признания работодателем причины отсутствия работника на рабочем месте неуважительной, а также то, учитывались ли работодателем при наложении дисциплинарного взыскания тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, предшествующее поведение работника, его отношение к труду. Если увольнение работника произведено работодателем без соблюдения этих принципов юридической ответственности, то такое увольнение не может быть признано правомерным.

Истец указывал, что фактически имел место «рейдерский захват», с его стороны нарушений допущен не было. Истец, занимая должность заместителя генерального директора – начальника службы безопасности, подчинялся только генеральному директору, добросовестно исполняя возложенные на него трудовые функции. фио, который претендовал на должность истца в связи с высокой заработной платой истца, дал поручение фио создать истцу «проблемы». 27 января 2025 года фио, не находящийся в штате Службы безопасности, которой руководил истец, не будучи сотрудником ООО «РСК», совместно с еще 4-5 неизвестными, заблокировал истцу выезд служебного автомобиля, которым истец управлял на законном основании (доверенность). Генеральный директор на звонки не отвечал, в связи с чем, истец припарковал автомобиль на внутренней, охраняемой ЧОП стоянке. Материалы проверок генеральным директором у истца не запрашивались, а передавать материалы, ключи и документы требующим их людям у истца оснований не было. Незаконно был вскрыт кабинет 31 января 2025 года. Документы, представленные ответчиком полагал сфабрикованными. Указывал, что факта прогула не было, никто не интересовался его отсутствием на рабочем месте, поскольку генеральному директору было известно о нахождении истца в отпуске. В графике отпусков ни генеральный директор, ни его заместитель не значатся и не должны были. Письменных уведомлений, истцу почтовым отправлением либо электронной почтой не направлялось.

Как пояснял в ходе судебного разбирательства представитель ответчика, предшествующее увольнению поведение истца и его отношение к труду и коллективу, явное нежелание работать, иллюстрирует видеозапись.

В декабре 2024 года в ООО «РСК» произошла смена Генерального директора в связи с тем, что бывший генеральный директор фио находится в уголовном международном розыске. С января 2025 года новый генеральный директор фио, с января 2025 года начал активно восстанавливать деятельность компании и погашать накопившуюся задолженность перед сотрудниками. В целях предотвращения экономического ущерба, генеральным директором дано указание сотруднику службы безопасности фио предоставить результаты служебных проверок за период 2024 год. Однако, 28 января 2025года подготовлена служебная записка, из которой следует отказ руководителя направления безопасности ФИО1, действующего в интересах учредителя, предоставить материалы проверок, выполнять распоряжения генерального директора. Истец незаконно удерживал и отказывался возвратить имущество общества – автомобиль марка автомобиля <***>, распоряжение о передаче ключей выполнить отказался, заблокировал автомобилем выезд с территории парковки, в связи с чем, сотрудники СБ вынуждены были открыть шлагбаум, автомобиль длительное время находился на стоянке, при отсутствии ключей, ответчик не мог исполнить требование собственника, в связи с чем, понес убытки, связанные с хранением автомобиля. 31 января 2025 года проводилась инвентаризация, в связи с переездом, 27 января 2025 года был назначен переезд, нанята сторонняя организация с целью вскрытия кабинета ФИО1, который отказывался передать ключи и документы. После предварительных звонков, дверь была вскрыта, в кабинете находился истец, который отказался открыть сейф, передать ключи, препятствуя инвентаризации. Истец вел себя неподобающим образом, оскорблял коллектив. Сейф пришлось вскрывать путем распиливания задней стенки, однако ключей и свидетельства о регистрации ТС, в нем не оказалось. Ключи и документы на автомобиль были переданы в марте 2025 года, после выхода истца из отпуска лично генеральному директору. Об отсутствии истца на рабочем месте были составлены докладные, служебные записки и акты. Уведомление о необходимости дать объяснение зачитывалось ФИО1 вслух, от подписи ФИО1 отказался, о чем составлен акт.

Суду представлены должностная инструкция, акты, служебные записки; сведения о расторжении договора аренды нежилого здания; Приказ от 28 января 2025 года о проведении внеплановой инвентаризации с включением в состав комиссии, главного бухгалтера фио, заместителя начальника управления механизации фио и Специалиста отдела экономической безопасности управления по безопасности фио

Видеозапись обозревалась судом в судебном заседании 07 августа 2025 года.

В судебном заседании 07 августа 2025 года по ходатайству ответчика допрошены в качестве свидетелей фио, фио, фио и фио

Свидетель фио показал, что с 27 января 2025 года работает специалистом по экономической безопасности. 28 января 2025 года ему на совещании генеральным директором поставлена задача запросить у ФИО1 результаты деятельности за 2025 года, ознакомиться и составить отчет. фио А.И. отказался что-либо предоставлять, со ссылкой на отсутствие у фио полномочий. Была написана докладная записка. Вечером того же дня, ФИО1 перекрыл выезд с территории, создав «пробку». По поручению начальника отдела механизации, в связи с тем, что требовалось возвратить автомобиль, переданный ранее в пользование ФИО1, свидетель обратился с требованием передать ключи и документы на автомобиль. фио А.И. отказался. В связи с необходимостью переезда и расторжением договора аренды, проводилась инвентаризация 29 января 2025 года. Кабинет ФИО1 был вскрыт 31 января 2025 года после многократных предупреждений и звонков. фио А.И. отказался передать ключи и документы, открыть сейф, покинул кабинет в неизвестном направлении. Сейф пришлось вскрывать. Ключей и документов в нем не было. 10 марта 2025 года ФИО1 должен был выйти из отпуска. Зафиксировано его отсутствие на рабочем месте. фио А.И. дать объяснения о причинах своего отсутствия отказался.

Свидетель фио работает главным специалистом службы безопасности. 31 января 2025 года являясь ответственным за инвентаризацию, в связи с воспрепятствованием ФИО1 проведению инвентаризации и отказом выдать ключи и документы, фиксировал вскрытие кабинета. фио А.И. оказался в кабинете. Открыть сейф отказался и покинул офис, указав, что ключи от машины и документы находятся в сейфе. Сейф пришлось вскрыть, ключей и документов на автомобиль в нем не оказалось. Компания несла убытки в течение более месяца в связи с оплатой стоянки арендодателю после завершения переезда. Свидетелю 27 января 2025года генеральным директором дана команда запретить ФИО1 выезд с территории. фио А.И. предложено передать ключи и документы и решить вопрос относительно дальнейшего пользования служебным автомобилем с руководством. фио А.И. отказался, поскольку свидетель находился в его подчинении, перекрыл выезд всем. Принято решение выпустить. В последствие понесены убытки по оплате стоянки.

Свидетель фио работает в должности начальника отдела кадров (управления персоналом). Акты об отсутствии ФИО1 на рабочем месте составлялись в её присутствии. В отпуске ФИО1 был с 03 февраля 2025 года по 09 марта 2025 года. 10 марта 2025 должен был выйти на работу, но не вышел, о чем составлены акты 11,12 марта и в последующие дни. 12 марта 2025 года направлено уведомление. 12 марта 2025 года ФИО1 пришел в офис непосредственно к генеральному директору, ФИО1 расписаться в уведомлении отказался. До 20 марта 2025 года акты составлялись каждый день. 20 марта 2025 года ФИО1 явился в офис, был ознакомлен с уведомлением о необходимости дать объяснения об отсутствии на рабочем месте, но расписаться ФИО1 снова отказался, о чем составлен акт. С должностной инструкцией по распоряжению генерального директора ФИО1 также отказался ознакомиться. Его заявление на отпуск было получено отделом кадров 20 марта 2025 года, датировано 10 марта 2025 года, а направлено почтовым уведомлением 11 марта 2025 года. Во время его кратких визитов в офис в указанные дни, ФИО1 ничего не заявлял, о причинах своего отсутствия не сообщал, о своем заявлении на отпуск не сказал.

Свидетель фио работает в должности помощника руководителя Административной службы с 2022 года. ФИО1, в её присутствии отказался расписаться в уведомлении. При этом, в период с 10 по 20 марта 2025 года истец дважды приходил в офис, но не на работу. 20 марта 2025 года был составлен акт об отказе ФИО1 об отказе с уведомлением о необходимости дать объяснения по факту прогулов, которое ему было зачитано вслух.

Истец просил признать недопустимым доказательством показания фио и фио и все материалы, фото и видео с их участием. Указывая, что на момент составления, сотрудниками ответчика указанные лица не являлись.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что обязанность законности и обоснованности увольнения в данном случае ответчиком доказана.

Вместе с тем, ставить под сомнение показания кого-либо из свидетелей у суда не имеется, оснований для исключения каких-либо доказательств, признания недопустимыми, у суда не имеется.

Как установлено судом, произошедшую смену руководства ФИО1, занимающий должность заместителя генерального директора по безопасности –начальник службы безопасности, не принял. Распоряжения генерального директора выполнять отказался.

При этом, доказательств того, что распоряжения были даны непосредственно генеральным директором общества имеются в материалах дела, опровергнуты не были.

Нахождение ФИО1 в отпуске в период с 03 февраля 2025 года по 09 марта 2025 года было согласовано. 10 марта 2025 года истец должен был приступить к выполнению должностных обязанностей.

Учитывая руководящую должность истца, работодатель вправе был рассчитывать на добросовестное выполнение истцом как заместителем генерального директора по безопасности, должностных обязанностей в полном объеме с учетом сложного положения Общества.

Однако, ФИО1 оказывал явное, активное противодействие принимаемым генеральным директором, а именно его непосредственным руководителем, мер по минимизации экономического ущерба Обществу, отказывался выполнять распоряжения генерального директора.

Согласно Федеральному закону от 12 января 1995 года № 5-ФЗ «О ветеранах», истец имеет право на отпуск без сохранения заработной платы продолжительностью 35 календарных дней в году. Работодатель обязан предоставить такой отпуск. Согласование дат не требуется.

Вместе с тем, указывая, что действовал правомерно, реализовал государственные гарантии, истец действовал недобросовестно, поскольку уведомил о начале отпуска постфактум, значительно позже начала такого отпуска, являлся в указанный период дважды в офис, но не представил доказательств уважительной причины своего отсутствия на рабочем месте, а также, санкционирования своего отсутствия генеральным директором.

Указывая, что отпуск им был согласован с генеральным директором, вместе с тем, доказательств таких согласованных действий суду не представил. Действия руководства свидетельствуют об обратном. Истцом не представлено доказательств направления в адрес генерального директора каких-либо письменных пояснений с учетом предъявления требований, как полагал истец, неполномочными лицами.

Отпуск работодателем не мог быть предоставлен истцу «задним» числом. Наличие задолженности работодателя перед работником, не установлено.

Именно не добросовестность в действиях истца в данном случае влечет вывод суда об отказе в иске.

Истец имел возможность и должен был, не позднее 10 марта 2025 года написать заявление на отпуск и получить резолюцию генерального директора, что исключило бы недобросовестность с его стороны как работника. Доводы о согласованности действий, добросовестности, в данном случае суд признает несостоятельными.

Со стороны работодателя, с учетом всех обстоятельств, включая фактическую утрату доверия, имелись основания для признания отсутствия на рабочем месте в течение более десяти дней без уважительной причины, прогулом, а с учетом должности истца, отсутствия надлежащего взаимодействия, невыполнения всех требований и распоряжений генерального директора, систематическое противодействие им, является соразмерной и обоснованной самая жесткая мера дисциплинарной ответственности – увольнение.

В удовлетворении требований о признании увольнения незаконным, отмене приказа №939/1-У от 21 марта 2025 года об увольнении; восстановлении на работе, а, следовательно, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, расходов, суд отказывает.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194- 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении требований ФИО1 к ООО «Региональная строительная компания» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в Московский городской суд через Бутырский районный суд адрес в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Е.Е. Королева

Мотивированное решение изготовлено 12 сентября 2025 года