Дело № 2-243/2025

УИД: 33RS0016-01-2025-000366-91

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

09 октября 2025 года

Селивановский районный суд Владимирской области в составе:

председательствующего судьи Вороновой И.А.,

при секретаре Шубенкиной Н.В.,

с участием помощника прокурора Селивановского района Хохловой О.А.,

истца ФИО3, ее представителя ФИО12,

представителей ответчика ФИО4, ФИО16,

рассмотрев в открытом судебном заседании в поселке Красная Горбатка Селивановского района Владимирской области гражданское дело по иску ФИО3 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в Селивановский районный суд с исковым заявлением, уточненным в порядке ст. 39 ГПК РФ, в котором просит признать незаконным увольнение и отменить приказ ИП ФИО2 от 02.06.2025г. № о прекращении (расторжении) трудового договора, восстановить на работе у ИП ФИО2 в должности кладовщика с 03.06.2025г., взыскать с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГг. по ДД.ММ.ГГГГг. в сумме 109998,98 руб., а также компенсацию морального вреда в размере 300000 руб.

Требования мотивированы тем, что с 09.01.2025г. истец работала у ИП ФИО2 кладовщиком на складе, в период с 04.03.2025г. по 28.05.2025г. находилась на больничном, по выходу с которого от руководства склада последовало требование уволиться по собственному желанию. После ее отказов, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ не была допущена до рабочего места, в связи с чем обратилась с заявлением в полицию. Впоследствии, под давлением руководства, написала заявление на увольнение по собственному желанию. Полагает, что незаконными действиями работодателя ей причинены нравственные страдания, в связи с чем она имеет право на компенсацию морального вреда.

Истец ФИО3 в судебном заседании поддержала заявленные требования, дополнительно пояснила, что после длительного лечения и выздоровления она ДД.ММ.ГГГГ вышла на работу. Со слов ее непосредственного руководителя Свидетель №2 и начальника склада Свидетель №1 (так ей представили указанных лиц при трудоустройте на работу) ей стало известно, что она уже уволена и ей необходимо написать заявление об увольнении. Поскольку она не имела намерения увольняться, она отказалась, после чего указанные сотрудники не допустили ее до работы, удерживали в офисе и настаивали на написании заявления. На ее просьбу выдать ей копию трудовой книжки, в целях оценки их действий, ответили отказом. ДД.ММ.ГГГГ она вышла на работу, где Свидетель №2 и Свидетель №1 вновь настаивали на написании заявления об увольнении ввиду того, что она длительный период времени была на больничном и такой работник их не устраивает. После того, как она отказалась писать заявление, они стали выгонять ее со склада, в результате чего обратилась в заявлением в органы полиции. ДД.ММ.ГГГГ она вновь приехала на работу и, не зная что ей делать в сложившейся ситуации, написала заявление о предоставлении ей отпуска без сохранении заработной платы, на что ей было отказано. Измотанная тем, что на нее оказывалось психологическое давление, ее не допускали до работы, отказывали во встрече с работодателем, скрывали телефон ИП ФИО2, а Свидетель №1 угрожал «повесить» на нее недостачу по результатам проведенной ревизии, она была вынуждена написать заявление об увольнении по собственному желанию, которое принял сотрудник склада Свидетель №3 и через 15-20 минут ознакомил ее с приказом ИП ФИО2 об увольнении и выдал трудовую книжку. Считает, что у работодателя не имелось достаточных оснований для расторжения трудового договора по инициативе работника, а ее увольнение произведено с нарушением порядка, установленного Трудовым кодексом РФ. Ее волеизъявление на расторжение договора не было добровольным, она была вынуждена написать заявление об увольнении под давлением обстоятельств. Причины ее увольнения работадатель у нее не выяснял, последствия подачи заявления об увольнении никто не разъяснял. За все время работы у ИП ФИО2 она никогда работодателя не видела и не общалась с ним. Полагала, что ей причинен моральный вред, выразившийся в негативных эмоциях, переживаниях, чувстве несправедливости, ухудшении общего психического состояния, финансового положения, неопределенностью дальнейшего положения на рынке труда.

Представитель истца ФИО12 поддержал исковые требования по доводам истца. Указал на отсутствие волеизъявления истца на увольнение по собственному желанию и добровольность данного волеизъявления. Представил суду расчет среднего заработка за время вынужденного прогула.

Ответчик ИП ФИО2, извещенный о слушании дела надлежащим образом, в судебное заседание не явился, обеспечил явку своих представителей ФИО4, ФИО16, которые исковые требования не признали, возражали против удовлетворения иска, поддержали доводы письменных возражений. Дополнительно представитель ФИО16 сообщил суду, что ФИО3 работала у ИП ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ на основании трудового договора кладовщиком склада. У нее был установлен 4-х часовой рабочий день с двумя выходными днями. Договор материальной ответственности с ней не заключался. В период с марта по май 2025 г. истец более 2-х месяцев находилась на больничном. ДД.ММ.ГГГГ, в первый рабочий день, ФИО3 не приступила к работе, высказала намерение уволиться по собственному желанию, поскольку ее не устраивал график работы и заработная плата, в связи с чем был издан приказ об увольнении. Однако истец передумала и попросила уволить ее по соглашению сторон, такой приказ был издан, но ФИО3 вновь передумала, в связи с чем приказ был отменен. Письменные заявления от работника у ИП ФИО2 отсутствуют. ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 вышла на работу, но к работе также не приступила, в связи с чем на основании акта об отсутствии на рабочем месте, был зафиксирован прогул и издан приказ о привлечении работника к дисциплинарной ответственности в виде выговора, который в настоящее время отменен. ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 обратилась с заявлением о предоставлении ей отпуска без сохранении заработной платы, на что ей было отказано в силу того, что уважительных причин для данного отпуска работник не обозначил. После чего истец подала заявление об увольнении по собственному желанию, которое было рассмотрено и издан приказ об увольнении, выдана трудовая книжка и произведен окончательный расчет. ИП ФИО2 с ФИО3 не встречался, поскольку у сотрудников склада были доверенности от индивидуального предпринимателя на разрешение трудовых вопросов с работниками. Со склада истца никто не выгонял, препятствий в работе никто не чинил, ФИО3 сама провоцировала сотрудников своим поведением, не приступая к исполнению своих должностных обязанностей.

Суд, заслушав объяснения сторон, показания свидетелей, заключение помощника прокурора, полагавшего, что исковые требования истца о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда подлежат удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему.

Согласно ст. 1 Трудового кодекса Российской Федерации, целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности, запрещение принудительного труда и дискриминации в сфере труда, обеспечение права каждого работника на справедливые условия труда, в том числе на условия труда, отвечающие требованиям безопасности и гигиены, права на отдых, включая ограничение рабочего времени, предоставление ежедневного отдыха, выходных и нерабочих праздничных дней, оплачиваемого ежегодного отпуска (абз. 1, 2, 3 и 5 ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовой договор может быть прекращен по инициативе работника (ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

В ч. 1 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее, чем за две недели, если иной срок не установлен ТК РФ или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (ч. 2 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с данным кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора (ч. 4 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

В подп. «а» п. 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, предусматривает, в том числе, возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее, чем за две недели, если иной срок не установлен Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашение о сокращении срока предупреждения. Если такое соглашение не было достигнуто, трудовой договор не может быть расторгнут работодателем до истечения двухнедельного срока предупреждения об увольнении.

Обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника, являются: наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что на основании приказа ИП ФИО2 от 10.01.2025г. № ФИО3 принята на работу с ДД.ММ.ГГГГ кладовщиком по основному месту работы с сокращенной рабочей неделей, с окла<адрес> руб. (т. 1 л.д. 48).

ФИО3 осуществляла трудовую деятельность в соответствии с трудовым договором №С-02 от 09.01.2025г. продолжительностью 20 часов в неделю (4 часа в день). Трудовой договор заключен на неопределенный срок (т. 1 л.д. 106-115).

По условиям договора работнику установлена пятидневная рабочая неделя с двумя выходными днями в субботу и воскресенье, рабочее время – не менее 4 часов в день (п.п. 5.1, 5.2), заработная плата работнику выплачивается ежемесячно в размере 23000 руб., что составляет ? оклада, установленного штатным расписанием для занимаемой должности с полной нормой рабочего времени (п. 7.1). Договор материальной ответственности с истцом не заключался.

Согласно должностной инструкции кладовщика, утвержденной ИП ФИО2 01.12.2024г., кладовщик принимается на работу и увольняется с нее в установленном действующим трудовым законодательством порядке приказом ИП ФИО2 (п. 1.2); принимает на склад, обеспечивает сохранность и выдает со склада товарно-материальные ценности, контролирует целостность их упаковки и тары, ведет их учет, проверяет на соответствие сопроводительным документам, составляет дефектные ведомости на неисправные инструменты, приборы, акты на их ремонт и списание, принимает участие в проведение инвентаризаций товарно-материальных ценностей (п. 2.1-2.9) ( т.1, л.д.116).

В период с 04.03.2025г. по 08.03.2025г., с 24.03.2025г. по 28.05.2025г. ФИО3 была временно нетрудоспособной (т. 1 л.д. 61-81, 156-157).

Из материалов дела следует, в первый рабочий день, приказом ИП ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ №, ФИО3 уволена с занимаемой должности на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ по инициативе работника. Основание расторжения трудового договора в приказе не указано. Соответствующая запись внесена в трудовую книжку (т.2, л.д. 10, т.1, л.д. 153).

В этот же день, ДД.ММ.ГГГГ приказом работодателя №-ПР указанный приказ был признан недействительным и отменен (т.2, л.д. 11).

Также ДД.ММ.ГГГГ приказом ИП ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ №, ФИО3 вновь уволена с занимаемой должности на основании п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ по соглашению сторон. Основание расторжения трудового договора в приказе не указано. Соответствующая запись внесена в трудовую книжку (т.2, л.д. 9, т.1, л.д. 154).

В этот же день, приказом работодателя от ДД.ММ.ГГГГ №-ПР указанный приказ был признан недействительным и отменен (т.2, л.д. 12).

Приказом ИП ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ №-ТД, запись в трудовой книжке от ДД.ММ.ГГГГ № об увольнении по инициативе работника была признана недействительной, внесена запись об увольнении по соглашению сторон ( т.2, л.д. 13, т.1, л.д. 154).

Приказом ИП ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ №-ТД, запись в трудовой книжке от ДД.ММ.ГГГГ № об увольнении по соглашению сторон также признана недействительной ( т.2, л.д. 14, т.1, л.д. 155).

В ходе рассмотрения данного спора установлено, что заявления о расторжении трудового договора как по инициативе работника, как и по соглашению сторон ФИО3 не писала, с вышеуказанными приказами ИП ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении ознакомлена не была. Ответчиком данные факты не оспорены. Иного суду не представлено.

Таким образом, ответчиком в материалы дела представлено два различных по содержанию приказа об увольнении истца с одним и теми же реквизитами (номером и датой), с которыми истец не была ознакомлена, соответствующие заявления на увольнение не писала, в связи с чем приказы были отменены.

В свою очередь, по информации истца, ДД.ММ.ГГГГ, в первый рабочий день после выхода с больничного, сотрудники склада Свидетель №2 и Свидетель №1 не допустили ее до рабочего места, требуя, чтобы она написала заявление об увольнении.

30.05.2025г. она вновь вышла на работу, но на рабочее место указанными сотрудниками склада Свидетель №2 и Свидетель №1 допущена не была, в связи с чем вызвала полицию и написала заявление, которое было зарегистрировано в КУСП ОМВД России <адрес> № от 30.05.2025г. В заявлении указала, что её не допустили на рабочее место – склад по адресу: Москва, МКАД 14 км <адрес>, поскольку руководство склада заставляют ее написать заявление на увольнение по собственному желанию. Постановлением старшего УУП ОУУП Отдела МВД России по району Капотня <адрес> от 07.06.2025г. в возбуждении уголовного дела отказано на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления (т. 1 л.д. 193-206).

Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ Свидетель №2 сообщил ей, что она уже здесь больше не работает, на предложение выдать ей копию трудовой книжки, чтобы обратиться в трудовую инспекцию, она получила отказ, что также следует из видеозаписи с телефона ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ, приобщенной к материалам дела ( т.2, л.д. 204).

При этом суд не принимает доводы представителя ответчика о том, что представленные истцом видеозаписи от ДД.ММ.ГГГГ № и №, являются недопустимыми доказательствами ввиду следующего.

В силу ст. 77 ГПК РФ видеозапись является одним из доказательств, которое может быть исследовано и положено судом в основу решения при разрешении гражданско-правового спора.

Лицо, представляющее аудио- и (или) видеозаписи на электронном или ином носителе либо ходатайствующее об их истребовании, обязано указать, когда, кем и в каких условиях осуществлялись записи (ст. 77 ГПК РФ).

Представленные истцом в материалы дела 2 аудиозаписи от ДД.ММ.ГГГГ № и №, как доказательства, отвечают требованиям относимости и допустимости, установленным ст. ст. 59, 60 ГПК РФ, подтверждают обстоятельства, на которые ссылается истец в обоснование заявленных требований. Материалы дела содержат информацию о времени, месте и условиях, при которых осуществлялись записи, сведения о выполнявшем их лице.

Видеозаписи произведены истцом в рабочее время и на рабочем месте исключительно для фиксации нарушения ее трудовых прав в целях защиты своих прав. Кроме того, записи просмотрены в судебном заседании в полном объеме как на первоисточнике – телефоне ФИО3, так и на диске, который приобщен в материалы дела.

Таким образом, представленные суду истцом видеозаписи от ДД.ММ.ГГГГ являются достоверными и допустимыми доказательствами и принимаются судом в качестве таковых.

По информации представителя ответчика ФИО16, ДД.ММ.ГГГГ истец вышла на работу, однако к исполнению должностных обязанностей не приступила, в устной форме высказывала намерение уволиться сначала по собственному желанию затем по соглашению сторон, однако заявление не написала и в итоге передумала.

30.05.2025г. ФИО3 вышла на работу, однако к должностным обязанностям не приступила по неизвестным причинам, о чем составлен акт об отсутствии на рабочем месте в течение всего рабочего дня (т. 1 л.д. 55) и вынесен приказ о привлечении ФИО3 к дисциплинарной ответственности в виде выговора за прогул (т. 1 л.д. 57), который впоследствии был отменен приказом ИП ФИО2 от 17.09.2025г. №-ПР (т. 1 л.д. 250).

В судебном заседании установлено, что 02.06.2025г., выйдя на работу, ФИО3 обратилась с заявлением о предоставлении ей отпуска без сохранения заработной платы по семейным обстоятельствам с 02.06.2025г. по 09.06.2025г. (т. 1 л.д. 20), что свидетельствует о том, что истец намеревалась продолжить работать у ИП ФИО2

Менеджер по хозяйственной деятельности ФИО9, на основании доверенности ИП ФИО2, рассмотрела указанное заявление и приняла решение об отказе в предоставлении отпуска в связи с отсутствием документов, подтверждающих уважительность причины отпуска, что следует из ее резолюции на заявлении истца ( т.1, л.д.20, т.2, л.д.108-114).

Как пояснила в судебном заседании ФИО10, измотанная тем, что ее не допускают до работы, отказали в предоставлении отпуска, проигнорировали ее просьбу о встрече с работодателем, скрывают телефон ИП ФИО2, а также в связи с поступающими в ее адрес угрозами начальника склада Свидетель №1 о том, что на нее могут возложить ответственность за недостачу по результатам ревизии, она была вынуждена ДД.ММ.ГГГГ написать заявление об увольнении по собственному желанию.

В соответствии с приказом ИП ФИО2 от 02.06.2025г. № трудовой договор с ФИО3 был расторгнут по инициативе работника на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ. (т. 1 л.д. 49). С приказом истец была ознакомлена, трудовая книжка выдана на руки 02.06.2025г. (т. 1 л.д. 39).

В этот же день с ФИО3 произведен расчет, что подтверждается запиской-расчетом (т. 1 л.д. 58) и платежными поручениями от 02.06.2025г. №, 28 на сумму 14937 руб. (т. 1 л.д. 59, 60). Данные обстоятельства истец не оспаривала.

Из табелей учета рабочего времени за май и июнь 2025 г. следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 находилась в отпуске без сохранения заработной платы, ДД.ММ.ГГГГ у работника был прогул, ДД.ММ.ГГГГ – рабочий день. Представитель ответчика объяснил сведения в табеле за ДД.ММ.ГГГГ технической ошибкой, указал, что это был рабочий день ( т.1, л.д. 52,53).

Из расчетных листков ФИО3 следует, рабочие дни ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ ей оплачены работодателем в полном объеме. В связи с отменой приказа о привлечении истца к дисциплинарной ответственности за прогул ДД.ММ.ГГГГ, внесены изменения в штатное расписание, ФИО3 доначислено и перечислено за указанный рабочий день 1111 руб. 28 коп. ( т.1, л.д. 245-250, т.2, л.д. 148), что истцом не оспаривалось.

В судебном заседании в качестве свидетеля допрошен Свидетель №3, который показал суду, что с февраля 2025 г. работает кладовщиком у ИП ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ ИП ФИО2 выдал ему доверенность с правом действовать от его имени и в его интересах по всем вопросам, связанным с его деятельностью в качестве ИП, в том числе представлять интересы в трудовых отношениях с работниками ( т. 1, лд. 158-159). Сообщил суду, что 29 и 30 мая, а также ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 вышла на работу, но к исполнению должностных обязанностей на складе не приступила, хотя никто ей в этом не препятствовал, в рабочее время находилась в офисе с Свидетель №2 ДД.ММ.ГГГГ он принял у ФИО3 заявление на увольнение по собственному желанию, которое она мотивировала тем, что ищет новую работу. После чего он вкратце объяснил работнику последствия увольнения. Поскольку ИП ФИО2 на складе отсутствовал, он передал ему через курьера заявление ФИО3 В этот же день, ДД.ММ.ГГГГ работодатель издал приказ об увольнении ФИО3, внес запись в трудовую книжку и с курьером передал указанные документы ему на склад. Он незамедлительно вручил документы истцу. На вопрос суда почему он сам на основании имеющейся у него доверенности не уволил истца, сообщил, что лично такие решения не принимает, только работодатель ИП ФИО2 ( файл 23.09.2025_14-00 1, 49:23-01:28:19), ( файл 23.09.2025_14-00 1, 02:34:23-02:41:32), ( файл 23.09.2025_14-00 1, 03:05:43-03:06:46), (файл 23.09.2025_14-00 2, 43:63-47:00).

Свидетель Свидетель №2 показал суду, что работает на складе ИП ФИО2 по гражданско-правовому договору, обеспечивает работу склада (т.2, л.д.32-33). Сообщил, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 вышла на работу после больничного, однако к исполнению должностных обязанностей не приступила. Имела намерение уволиться по соглашению сторон, однако передумала. Высказывала угрозы, что будет обращаться с заявлением в соответствующие органы с целью проверки деятельности ИП ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ присутствовала на работе, однако к исполнению должностных обязанностей не приступила. При этом он не препятствовал истцу в ее трудовой деятельности и на складе не удерживал. ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 обратилась с заявлением о предоставлении ей отпуска без сохранении заработной платы, после того, как ей было отказано, добровольно написала заявление об увольнении по собственному желанию, которое принял Свидетель №3 (файл 23.09.2025_14-00 1, 1:29:00-02:33:50).

Свидетель Свидетель №1 показал, что ИП ФИО2 является его товарищем, по просьбе которого он помогает ему следить за порядком на складе. Официально у ИП ФИО2 он не трудоустроен, никаких обязанностей не выполняет. Каких-либо действий по принуждению ФИО3 к увольнению не совершал, заявление написано ею в добровольном порядке (файл 23.09.2025_14-00 1, 02:41:58-02:44:38, 2:54:05-03:05:15), ( файл 23.09.2025_14-00 2, 38:17-39:37).

Суд не находит оснований для удовлетворения ходатайства представителя истца и признания показаний свидетелей Свидетель №3, Свидетель №2 и Свидетель №1 недопустимыми доказательствами по делу, поскольку для этого не установлено предусмотренных законом оснований. Каждый из допрошенных судом свидетелей предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Достаточных доказательств стороной истца в обоснование заявленного ходатайства о признании показаний свидетелей недопустимым доказательством суду не представлено и судом таковых не установлено.

Одновременно с этим, суд критически относится к показаниям указанных свидетелей в части наличия у истца намерения прекратить трудовые отношения, а также в части не препятствования ей в осуществлении трудовой деятельности, поскольку они вызывают сомнения в их объективности в силу того, что Свидетель №3 состоит в трудовых отношениях с работодателем, находится в прямой служебной зависимости от него. Свидетель №2 состоит в гражданско-правовых, а Свидетель №1 – в приятельских отношениях с ответчиком. При этом, личное восприятие свидетелями возникшей ситуации не свидетельствует об отсутствии нарушений трудовых прав истца и добровольном характере написания заявления о расторжении трудового договора по собственному желанию.

По данному делу юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учетом исковых требований и их обоснования, возражений ответчика и регулирующих спорные отношения норм ТК РФ являются следующие обстоятельства: являлись ли действия ФИО3 при подписании заявления об увольнении по собственному желанию добровольными и осознанными, намеревался ли работник в действительности прекратить трудовые отношения по собственной инициативе, выяснялись ли ИП ФИО2 причины подачи ФИО3 заявления об увольнении по собственному желанию, разъяснялись ли ФИО3 работодателем последствия написания ею заявления об увольнении по инициативе работника и право отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию; имели ли место накануне написания ФИО3 заявления об увольнении обстоятельства, характеризующиеся конфликтной ситуацией, психологическим давлением со стороны представителей работодателя, приведшие к подписанию заявления об увольнении, выяснялся ли работодателем вопрос о возможном трудоустройстве к другому работодателю исходя из семейного и материального положения работника.

Участвуя в судебных заседаниях, ФИО3 последовательно настаивала, что желания увольняться у нее не было, ее увольнение обусловлено тем, что со стороны ее руководителя Свидетель №2 и начальника склада Свидетель №1 на нее оказывалось психологическое давление с целью принуждения к написанию заявления об увольнении по собственному желанию, мотивируя это тем, что они недовольны ее длительным больничным и указывая на то, что она уже уволена, что подтверждается записями в трудовой книжке от ДД.ММ.ГГГГ Возможность обратиться к ИП ФИО2 у нее отсутствовала, так как она никогда его на складе не видела, а номер его телефона от нее скрывали.

Действия истца по обращению в органы внутренних дел с заявлением о принятии мер к сотрудникам склада, которые совершают в отношении нее неправомерные действия также были направлены на защиту своих прав и свидетельствуют об отсутствии добровольности волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию (т. 1 л.д. 193-206).

Кроме того, из представленной в материалы дела детализации абонентского номера, принадлежащего истцу, следует, что 29 и ДД.ММ.ГГГГ, а также ДД.ММ.ГГГГ ею совершены исходящие вызовы в Государственную инспекцию труда в городе Москве, что подтверждает довод истца о нежелании увольняться (т.2, л.д. 170-176).

Более того, сразу после увольнения, истец обратилась с письменным заявлением в Госинспекцию труда за защитой нарушенных прав, что говорит о намерении ФИО3 оспорить увольнение ( т.1, л.д.176-185).

Помимо прочего, уже ДД.ММ.ГГГГ истец обратилась с настоящим исковым заявлением в суд, что следует из штампа на конверте почтовой корреспонденции (т.1, л.д. 5-7, 26). Данные действия ФИО3 свидетельствуют о несогласии с действиями работодателя.

До настоящего времени истец нигде не трудоустроена, поскольку намерена продолжить работу у ИП ФИО2

Представители ответчика в судебных заседаниях не отрицали тот факт, что ИП ФИО2 последствия подачи заявления об увольнении по собственному желанию ФИО3 не разъяснялись, о сроках такого обращения не сообщалось, истинная причина ее увольнения работодателем не выяснялась, на беседу к ИП ФИО2 работника не приглашали.

В этой связи оснований для вывода о достигнутом соглашении между истцом и ответчиком относительно обстоятельств и даты увольнения ФИО3, у суда не имеется.

Давая оценку установленным обстоятельствам по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что последовательные действия работодателя ИП ФИО2 после выхода с больничного ФИО3, а именно, увольнение ДД.ММ.ГГГГ в отсутствие заявлений работника (с последующей отменой приказов), привлечение ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 к дисциплинарной ответственности в виде выговора за прогул (с последующей отменой приказа), немотивированный отказ ДД.ММ.ГГГГ в предоставлении отпуска без сохранения заработной платы и увольнение истца ДД.ММ.ГГГГ без отработки свидетельствуют о том, что решение о расторжении трудового договора вызвано инициативой работодателя, а не работника, увольнение истца не являлось добровольным, решение уволиться принято под влиянием давления руководства, в состоянии эмоционального напряжения, поэтому суд не может согласиться с утверждением представителей ответчика о том, что это было обдуманное решение работника.

ФИО3 не была инициатором разговора о своем увольнении, к работодателю с таким вопросом не обращалась, изначально заявление не писала.

Несмотря на то, что трудовое законодательство не регулирует порядок заключения соглашения о прекращении трудового договора, тем не менее, исходя из смысла указанного основания прекращения трудового договора, каждая из сторон должна понимать и выразить однозначное согласие не только на саму возможность прекращения трудового договора по указанному основанию, но и понимать момент заключения соглашения и форму этого соглашения, когда соглашение будет считаться окончательно оформленным и порождать юридические последствия.

Заключение соглашения предполагает, что стороны предлагают свои условия, ведут переговоры, рассматривают и разрешают взаимные возражения, приходят к обоюдному согласию и в результате подписывают достигнутое соглашение, при этом волеизъявление сторон на увольнение по соглашению сторон подтверждается соглашением о расторжении трудового договора.

В совокупности вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о том, что в материалы дела ответчиком не представлено доказательств, подтверждающих наличие волеизъявления ФИО3 на увольнение по собственному желанию и добровольность волеизъявления истца на увольнение по собственному желанию, достижения с ней соглашения о дате ее увольнения.

При таких обстоятельствах увольнение ФИО3 не может быть признано законным, в связи с чем, истец подлежит восстановлению на работе в прежней должности кладовщика с ДД.ММ.ГГГГ

В судебном заседании представитель ответчика заявил о недопустимости использования в качестве допустимого доказательства скриншот переписки ФИО3 в WhatsApp, представленной истцом в материалы дела в виде ксерокопий, не заверенных в установленном порядке ( т.1, л.д. 209-211).

В соответствии с п. 2 ст. 71 ГПК РФ письменные доказательства представляются в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии.

Вышеуказанная переписка в виде надлежащим образом заверенной копии истцом суду не представлена, первоисточник переписки у истца в телефоне отсутствует.

Таким образом, удовлетворяя данное ходатайство представителя ответчика, суд исходит из невозможности принятия переписки достоверным и допустимым доказательством, как приобщенной в виде копии, не признаваемой ответчиком, и не заверенной в установленном порядке, что не отвечает критерию допустимости и достоверности.

Также суд удовлетворяет ходатайство представителя ответчика и признает в качестве недопустимого доказательства скриншоты объявлений в сети интернет на сайте «Corvus Global AG» о наличии вакансий, представленные в материалы дела представителем истца (т.1, л.д. 207-208), поскольку из указанных доказательств невозможно установить когда даны объявления и относятся ли они к правоотношениям истца и ИП ФИО2 в спорный период.

Представителем истца в судебном заседании также заявлено ходатайство о признании недопустимым доказательством переписки WhatsApp между ФИО3 и Свидетель №2, представленной представителем ответчика. Суд, руководствуясь ст. 71 ГПК РФ, не находит оснований для удовлетворения заявленного ходатайства, поскольку приобщенная стороной ответчика в материалы дела нотариально заверенная переписка в мессенджере WhatsApp, подтверждена нотариально, о чем свидетельствует представленный протокол осмотра доказательств, и не оспаривалась истцом в ходе рассмотрения дела.

В силу ч. 1 ст. 234 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.

В случае признания увольнения незаконным работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор. Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула (ч. 1, ч. 2 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации).

Общие правила для расчета средней заработной платы установлены ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № утверждено Положение об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, устанавливающее особенности порядка исчисления средней заработной платы (среднего заработка) для всех случаев определения ее размера, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 9 названного Положения, средний заработок работника определяется путем умножения среднего дневного заработка на количество дней (календарных, рабочих) в периоде, подлежащем оплате.

Средний дневной заработок, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсаций за неиспользованные отпуска, исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 настоящего Положения, на количество фактически отработанных в этот период дней.

В свете приведенных норм при расчете среднедневного заработка следует исходить из сведений о фактически начисленной заработной плате за 12 месяцев, предшествующих увольнению, а также сведений о фактически отработанных за тот же период днях.

В данном случае временем вынужденного прогула является период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (день вынесения судом решения).

Исследовав расчетные листки за период с января 2025 года по июнь 2025 года (т. 1 л.д. 83, 245-249), справку по форме 2-НДФЛ за 2025 год (т. 1 л.д. 132), а также расчет среднедневного заработка ИП ФИО2 ( т.1, л.д. 92), суд соглашается с расчетом истца, признает его правильным и соответствующим действующему законодательству. Представителем ответчика расчет не оспорен, контррасчет не предоставлен.

Материалами дела подтверждается, при сокращенной норме рабочего времени ежемесячная заработная плата ФИО3 составляла 23000 руб. ( ? оклада 46000 руб.).

Всего в указанный расчетный период истец фактически отработала 51 день (в январе 2025г. – 17, в феврале 2025г. – 20, в марте 2025г. – 11, в мае 2025г. – 2, в июне 2025г. – 1).

При исчислении среднего заработка из расчетного периода исключается время, а также начисленные за это время суммы, если работник получал пособие по временной нетрудоспособности (пп. «б» п. 5 Положения).

С учетом этого истцу начислено за фактически отработанные дни 61647,71 руб. (в январе 2025г. – 23000 руб., в феврале 2025г. – 23000 руб., в марте 2025г. – 12047,62 руб., в мае 2025г. – 2389,56 руб., в июне 2025г. – 1210,53 руб.).

Среднедневной заработок составил 61647,71 руб. / 51 день = 1208, 78 руб.

Согласно производственному календарю на 2025 год для пятидневной рабочей недели, в период с 03.06.2025г. по 09.10.2025г. (дату вынесения решения) предполагалось 91 рабочий день, в соответствии с трудовым договором, заключенным с ФИО3, трудовая деятельность истца составляла 4 часа в день.

Исходя из этого, в период вынужденного прогула с 03.06.2025г. по 09.10.2025г. ФИО3 должна была отработать 91 день (в июне 2025 г. – 18 дней, в июле 2025 г. – 23 дня, в августе 2025 г. – 21 день, в сентябре 2025 г. – 22 дня, в октябре 2025 г. – 7 дней).

Таким образом, средний заработок за время вынужденного прогула составил 109998 руб. 98 коп. (1208,78 руб. х 91 день), включая средний заработок за время вынужденного прогула за первые три месяца с 03.06.2025г. по 03.09.2025г. в размере 78570, 70 руб. (1208,78 руб. х 65 дней)

Тем самым, с ответчика в пользу истца следует взыскать средний заработок за время вынужденного прогула за период с 03.06.2025г. по 09.10.2025г. включительно в размере 109998 руб. 98 коп., из которых 78570, 70 руб. - средний заработок за время вынужденного прогула за первые три месяца с 03.06.2025г. по 03.09.2025г. включительно.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Согласно п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» в соответствии с ч. 4 ст. 3 и ч. 9 ст. 394 ТК РФ суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда.

Учитывая, что Трудовой кодекс Российской Федерации не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд, в силу ст.ст. 21 (абз. 14 ч. 1) и 237 ТК РФ, вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав.

В данном случае суд учитывает, что конституционное право каждого на труд, право работника на своевременное и в полном объеме получение заработной платы является основным имущественным правом работника в трудовых отношениях. Умаление этих прав влечет для работника лишение его возможности приобретения жизненно важных предметов - продуктов питания, других вещей, необходимых для обеспечения жизнедеятельности и удовлетворения его бытовых потребностей, что, в свою очередь, свидетельствует о причинении работнику определенных нравственных переживаний.

Установив факт нарушения трудовых прав ФИО3 в связи с незаконным увольнением, значимость нарушенного права, исходя из конкретных обстоятельств настоящего дела, учитывая объем и характер нравственных страданий причиненных истцу, степень вины работодателя, то обстоятельство, что незаконное увольнение лишает истца права на достойную жизнь и ставит его в крайне неблагоприятное материальное положение, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 20000 руб., что будет являться разумным и справедливым.

Поскольку при подаче иска на основании пп. 1 п. 1 ст. 333.36 НК РФ истец освобожден от уплаты государственной пошлины, суд в соответствии со ст. 103 ГПК РФ считает необходимым взыскать ее с ответчика в доход местного бюджета в размере 7299 руб. 97 коп.

В соответствии со ст.ст. 210, 211 ГПК РФ, а также с учетом разъяснений, приведенных в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебном решении», решение суда в части восстановления на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула в течение первых трех месяцев за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно в размере 78570,70 руб. подлежит немедленному исполнению.

В связи с изложенным, руководствуясь ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 удовлетворить частично.

Признать незаконным увольнение ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ с должности кладовщика индивидуального предпринимателя ФИО2

Признать незаконным и отменить приказ индивидуального предпринимателя ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ № о прекращении (расторжении) трудового договора с ФИО3 по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Восстановить ФИО3 (ИНН № на работе у индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН <***>) в должности кладовщика с ДД.ММ.ГГГГ.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН <***>) в пользу ФИО3 (ИНН №) средний заработок за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно в размере 109998 руб. 98 коп., компенсацию морального вреда в размере 20000 руб.

Решение в части восстановления на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула за первые три месяца за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 78696 руб. 80 коп. подлежит немедленному исполнению.

В удовлетворении остальной части заявленных требований отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН <***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 7299 руб. 97 коп.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во Владимирский областной суд через Селивановский районный суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено ДД.ММ.ГГГГ

Судья И.А. Воронова