Судья ФИО3 №К-6354/2023
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ
г. Владивосток 22 ноября 2023 года
Приморский краевой суд в составе:
председательствующего- судьи Устименко С.М.,
при помощнике судьи Русских Я.В.,
с участием: прокурора Яцун М.А., подсудимых ФИО17., ФИО6, ФИО2 (посредством систем видеоконференц-связи), защитников-адвокатов ФИО11 (удостоверение №, ордер № от ДД.ММ.ГГГГ), ФИО16 (удостоверение №, ордер № от ДД.ММ.ГГГГ), ФИО7 (удостоверение №, ордер № от ДД.ММ.ГГГГ), защитника, наряду с адвокатом, ФИО8,
рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционным жалобам подсудимых ФИО18 (с дополнением), ФИО6 с дополнением защитника-адвоката ФИО14, адвоката ФИО11 в защиту подсудимой ФИО2 на постановление Хорольского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым подсудимым
ФИО19, родившемуся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> Узбекистан, гражданину РФ, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.282.2 УК РФ,
ФИО1, родившемуся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданину РФ, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.282.2 УК РФ,
ФИО2, родившейся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> Казахстан, гражданке РФ, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 282.2 УК РФ,
продлен срок содержания под стражей, каждому, на 6 месяцев, со дня поступления уголовного дела в суд, т.е. до ДД.ММ.ГГГГ; при этом отказано в удовлетворении ходатайств подсудимых ФИО20., ФИО1, ФИО2, а также защитников- адвокатов ФИО9, ФИО10, ФИО11 об изменении меры пресечения в виде заключении под стражу на домашний арест либо подписку о невыезде и надлежащем поведении.
Заслушав доклад судьи Устименко С.М., выступления адвоката Колобова И.С., подсудимых ФИО2, ФИО22 ФИО3, адвокатов ФИО16, ФИО7, защитника ФИО8, поддержавших доводы апелляционных жалоб, с дополнениями, и просивших постановление суда отменить, меру пресечения изменить, избрать более мягкую, не связанную с изоляцией от общества; мнение прокурора ФИО5 об оставлении постановления суда без изменения; суд апелляционной инстанции
установил:
оспариваемое постановление суда вынесено в ходе судебного разбирательства по уголовному делу, поступившему в Хорольский районный суд <адрес> ДД.ММ.ГГГГ с обвинением ФИО23 ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 282.2 УК РФ, а также ФИО2 -ч. 2 ст. 282.2 УК РФ.
ФИО2 и ФИО1 содержатся под стражей с ДД.ММ.ГГГГ – со дня задержания в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ, в соответствии с избранной в отношении них в ходе досудебного производства по уголовному делу постановлением Хорольского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ мерой пресечения в виде заключения под стражу, срок действия которой продлевался, всего до 12 месяцев 00 суток, т.е. до ДД.ММ.ГГГГ.
ФИО24 содержится под стражей с ДД.ММ.ГГГГ – со дня задержания в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ, в соответствии с избранной в отношении него в ходе досудебного производства по уголовному делу постановлением Хорольского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ мерой пресечения в виде заключения под стражу, срок действия которой продлевался, всего до 12 месяцев 00 суток, т.е. до ДД.ММ.ГГГГ.
ДД.ММ.ГГГГ Хорольский районный суд <адрес>, рассмотрев в судебном заседании по уголовному делу с участием сторон вопрос о мере пресечения в отношении ФИО25., ФИО1, ФИО2, вынес постановление, которым, в соответствии со ст. 255 УК РФ, продлил, каждому, срок содержания под стражей на 6 месяцев, со дня поступления уголовного дела в суд, т.е. до ДД.ММ.ГГГГ; при этом отказано в удовлетворении ходатайств подсудимых ФИО26., ФИО1, ФИО2, а также защитников- адвокатов ФИО9, ФИО10, ФИО11 об изменении меры пресечения в виде заключении под стражу на домашний арест либо подписку о невыезде и надлежащем поведении.
В апелляционной жалобе адвокат ФИО11 в защиту подсудимой ФИО2 просит отменить постановление суда, избрать иную, более мягкую меру пресечения; при этом, оспаривая выводы суда в обоснование принятого решения, сослался на положения абз.4 п.5, п. 21, абз. 4 п.31 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, указав, что в обжалуемом постановлении суда приведены те же мотивы, что и при избрании заключения под стражу и дальнейшем продлении на протяжении года- с целью избежать уголовной ответственности, может скрыться от суда, воздействовать на свидетелей, данные которых известны, либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу. Однако, в настоящее время обстоятельства по делу изменились, а именно: предварительное следствие завершено, необходимые доказательства собраны и закреплены, ФИО2 предъявлено обвинение в окончательной редакции, она ознакомлена с материалами дела в порядке ст. 217 УПК РФ; эти выводы суда оценивает как «стереотипные формулировки», которые ничем не подтверждались из раза в раз, например, заявленные следствием свидетели по делу близкие родственники подзащитной - дочь ФИО12 и преклонного возраста (84 года) мать ФИО13, в принципе, не смогли стать для следствия ключевыми свидетелями, как и не смогут быть ими для суда, т.к., в силу закона и своих нравственных убеждений, не станут свидетельствовать против ФИО2; ранее приводившиеся доводы органа предварительного следствия о неустановленных иных лицах, возможно причастных к делу, с которыми может контактировать ФИО2, потеряли свою актуальность, поскольку предварительное следствие по делу окончено, а значит, круг причастных установлен; достоверных данных о том, что ФИО2 может оказать давление на каких-либо лиц, с целью дачи ложных показаний об обстоятельствах, имеющих существенное значение для уголовного дела, в представленных материалах не имеется; свидетели дали все необходимые показания и не один из них не сообщил, что на него оказывается давление и в его адрес поступают угрозы; уголовным законом предусмотрена ответственность за заведомо ложные показания, что более действенно для дачи правдивых показаний. ФИО2 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 282.2 УК РФ, за которое санкцией предусмотрено более мягкое наказание, чем за ранее вмененное; предусмотрен и другой вид наказания, не связанный с лишением свободы, - штраф в размере от 300 тыс. руб. до 600 тыс. руб. или в размере зарплаты или иного дохода осужденного за период от 2 до 3 лет. ФИО2 добросовестно выполняла возложенные на нее УПК РФ обязанности по ознакомлению с материалами дела, за время пребывания в следственном изоляторе не нарушала правила внутреннего распорядка, к дисциплинарной ответственности не привлекалась, нарекания отсутствуют, что также характеризует ее как лицо, не намеренное нарушать требования, установленные уголовно-процессуальным законодательством.
В апелляционной жалобе подсудимый ФИО1 просит отменить постановление суда, освободив его из-под стражи; в обоснование доводов о незаконности судебного решения заявляет об отсутствии доказательств невозможности избрания иной, более мягкой меры пресечения, и не приведение доказательств, подтверждающих то, что он может скрыться от следствия и суда, помешать расследованию уголовного дела; также отсутствует обоснование в том, что он совершил какое-либо преступление; отсутствует обоснование в том, что совершил какое-либо преступление. Вопреки предписанному п.2.2 постановления Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-П, пп. 3,13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, суд «шаблонно» перечислил доводы, на которые следствие и прокуратура ранее ссылались при избрании меры пресечения и которые не нашли подтверждения в ходе предварительного расследования; при этом не принял во внимание и не дал никакой оценки тому, что ранее он не судим, не склонен к противоправным действиям, имеет постоянное место жительства и, до заключения под стражу, работу, положительно характеризуется, женат, является ветераном труда федерального значения, его состояния здоровья требует постоянного приема дорогостоящих лекарств; является законопослушным гражданином и не занимался экстремисткой деятельностью, не совершал преступления, за которое его нужно было задерживать утром ДД.ММ.ГГГГ и арестовывать; ведет мирный образ жизни, уважает закон и власть, поскольку является верующим человеком; с его взглядами не совместимы проявление ненависти, вражды и насилия; уважительно относится к представителям других религий и национальностей; все, кто его знает, могут это подтвердить и дать ему только положительную характеристику; не скрывался от следствия или суда, постоянно проживает в местности, где проводятся заседания суда. Утверждает, что нет доказательств того, что может оказывать давление на свидетелей или скрываться от правосудия; не понимает, почему его обвиняют в совершении преступления, и считает, что единственная причина содержания его под стражей- это его вероисповедание; тогда как Верховный Суд РФ не запрещал исповедование религии Свидетелей Иеговы; право эсвободно исповедовать избранную им религию, в том числе читать Библию и обсуждать ее с другими, молиться Богу и петь песни, восхваляющие Бога, разговаривать с другими людьми о своей вере, гарантировано ст. 28 Конституции РФ и ст. 18 Международного пакта о гражданских и политических правах. Согласно п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № (в ред. от ДД.ММ.ГГГГ) «О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремисткой направленности», в случае признания религиозного объединения экстремистским, верующие могут продолжать реализацию права на свободу совести и свободу вероисповедания, в том числе посредством индивидуального или совместного вероисповедания религии, совершения богослужений или иных религиозных обрядов и церемоний, если они не содержат признаков экстремизма; тогда как его действия не содержат признаков экстремизма, поскольку он не разжигает религиозную или любую другую рознь, не подстрекает к применению насилии, не утверждает, что одни люди превосходят других, или одни люди являются неполноценными по отношению к другим в связи с их принадлежностью или отношением к религии. Несмотря на то, что в действующее законодательство внесены изменения в части применения Конвенции о защите прав человека и основных свобод, многочисленные правовые позиции, выраженные в постановлениях Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ) совпадают с национальной правоприменительной практикой, а также являются авторитетными с точки зрения развития демократического общества, к которым относит себя и РФ. Таким образом, продление ему срока содержания под стражей является незаконным и несправедливым, поскольку фактически подвергается ограничению свободы за свою веру, за то, что является христианином- свидетелем Иеговы, а не за то, что совершил какое-то общественно опасное действие; в связи с этим, заявляет о дискриминации и нарушении ст.19 Конституции РФ, ст. 26 Международного пакта о гражданских и политических правах. С учетом изложенного, полагает, что судом не приведено убедительных доводов о том, почему заключение его под стражу является единственно возможной мерой пресечения и почему нельзя было применить более мягкую меру пресечения.
Адвокат ФИО14 дополнительно в интересах ФИО1, поддержав доводы об отмене постановления суда ввиду его незаконности и освобождении подзащитного из-под стражи, указал, что судом допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, выводы суда не подтверждаются доказательствами, не указано, какие именно конкретные обстоятельства дела и какие конкретно сведения о личности ФИО1 подтверждают вывод, что может скрыться от суда, воздействовать на свидетелей, иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу; не приведено мотивов, по которым суд пришел к такому выводу, и доказательств этому; судом оставлены без оценки обстоятельства, явно указывающие на отсутствие намерения скрыться от органов предварительного следствия и суда; например, что подсудимый ФИО27. после того, как в октябре 2022 года узнал о возбуждении уголовного дела, по собственной инициативе явился в орган предварительного следствия, не пытаясь скрыться или иным образом препятствовать расследованию, тогда как такую возможность имел; также не учтено, что обвинение в отношении ФИО2 переквалифицировано на менее тяжкую статью- с ч.1.1 на ч.2 ст. 282.2 УК РФ. Также судом не учтено, что предварительное следствие окончено, собраны все доказательства, допрошены свидетели, проведены экспертизы; не приведено доводов, указывающих на особую опасность подсудимых и их склонность к действиям по воспрепятствованию расследования и рассмотрения дела в суде; напротив, факты указывают на то, что подсудимые – законопослушные граждане, не судимы, имею прочные социальные связи, их поведение, как до, так и после возбуждения уголовного дела не содержало и намека на воспрепятствование расследованию. Постановление суда содержит лишь предположительные выводы о возможности совершения подсудимыми перечисленных в ст. 97 УПК РФ действий, но доказательств этому нет, а отсутствию их судом не дана оценка, в нарушению ст. ст. 14, 15 УПК РФ. Ссылаясь на п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, пп.1.2, 1.1 Обзора практики рассмотрения судами ходатайств об избрании меры пресечения, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ ДД.ММ.ГГГГ, утверждает, что вывод суда о том, что обстоятельства, послужившие основанием для заключения ФИО1 под стражу и дальнейшего продления срока действия этой меры пресечения, не изменились и не отпали, является необоснованным и не подтвержденным какими-либо доказательствами; в нарушение ст. 7 УПК РФ, суд не обосновал свой вывод, несмотря на то, заключение под стражу на стадии предварительного следствия применяется уже в течение 12 месяцев; сами эти обстоятельства в постановлении не приведены, их содержание не раскрыто, не указаны подтверждающие их доказательства, а ссылка на предъявление обвинения в совершении тяжкого преступления является формальной; а выводы суда, что при избрании более мягкой меры пресечения подсудимые могут скрыться от суда, воздействовать на свидетелей или иным способом воспрепятствовать производству по делу, сделан без проверки и оценки доказательств, их обосновывающих; также формально суд подошел к оценке сведений о личности подзащитного и иных, имеющих существенное значение для принятия такого решения; не приняты во внимание обобщения судебной практики, согласно указанному выше Обзору, а также разъяснения, содержащиеся в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ №, согласно чему тяжесть преступления, в совершении которого лицо обвиняется, не может является единственным и достаточным основанием для заключения под стражу и, если на первоначальных этапах производства по делу тяжесть преступления и возможность назначения лишения свободы еще может служить основанием к выводу, что может скрыться, то в дальнейшем одного этого недостаточно для продления срока действия меры пресечения в виде заключения под стражу; однако, в обжалуемом постановлении суда не содержится каких-либо конкретных фактических обстоятельств в пользу продления на столь длительный срок содержания под стражей, которые суд бы исследовал в судебном заседании; вместе с тем, имеются сведения о личности ФИО1- положительно характеризуется, имеет почетное звание «Ветеран труда», пенсионер (ДД.ММ.ГГГГ - 72 года), женат, ухаживает за престарелой родной сестрой, работает диспетчером, не судим, не склонен к противоправным действиям, не предпринимал попыток скрыться или уничтожить, либо сфальсифицировать доказательства, или попыток угрожать кому-либо, имеет постоянное место жительство- квартира в <адрес>, которая пригодна дл исполнения любой меры пресечения, не связанной с содержанием под стражей; имеет серьезные проблемы со здоровьем и нуждается в настоящее время в неотложном качественном медицинском обследовании и лечении в связи с подозрением на онкологическое заболевание, в СИЗО этого не получает своевременно и в полном объеме; согласно анализу крови от ДД.ММ.ГГГГ, показатель ПСА превышает допустимый более чем в 7 раз, что свидетельствует о высокой вероятности злокачественного характера опухоли; ДД.ММ.ГГГГ врачом-онкологом выставлен предварительный диагноз и назначен план обследования, ДД.ММ.ГГГГ переведен в СИЗО-1 для обследования и лечения в МСЧ, однако, согласно ответу из ФКУ « МЧС№» ФСИН России от ДД.ММ.ГГГГ, проведено лишь УЗИ, а назначенное МРТ не проведено, как и другие обследования, которые так и не назначены. Таким образом, судом не приведено убедительных доводов, почему такой миролюбивый, пожилой и остро нуждающийся в качественном обследовании и лечении, в том числе хирургическом, человек, как ФИО1, во время судебного разбирательства до постановления приговора должен находиться под стражей и почему в отношении него такая мера пресечения является единственно возможной, и, вопреки п. 29 того же постановления Пленума Верховного Суда РФ, не указано, почему в отношении него не может быть применена более мягкая мера пресечения; не приведены конкретные фактические обстоятельства невозможности этого, не дана оценка этому, с учетом личности и особых обстоятельств ФИО1, результаты их исследования в судебном заседании; а вывод суда о том, что достоверных оснований полагать о возможном обеспечении надлежащего поведения подсудимых, в случае изменения на более мягкую меру пресечения, не имеется, считает необоснованным, противоречащим материалам дела, сведениям, которые исключительно положительно характеризуют ФИО1 и свидетельствуют о серьезных проблемах со здоровьем; судом не опровергнуты те обстоятельства, что он не скрывался от следствии и суда, постоянно проживает в местности, где рассматривается уголовное дело; ведет мирный образ жизни, уважает закон и власть, поскольку является верующим человеком, с его взглядами несовместимо проявление ненависти, вражды и насилия, он уважительно относится к представителям других религий и национальностей, что могут подтвердить все, кто его знает, и положительно характеризовать; нет доказательств того, что ФИО1 может воспрепятствовать суда, оказывать давление на свидетелей, скрываться. В постановлении суда отсутствуют мотивы, по которым суд решил, что при наличии таких сведений, его поведение не будет надлежащим; при этом суд вновь сослался лишь на тяжесть преступления и обстоятельства, первоначально послужившие основанием для избрания меры пресечения, но сами эти обстоятельства не названы, их содержание не раскрыто и оценка им не дана. В соответствии с нормами международного права, российским законодательством предусмотрены иные эффективные меры пресечения, однако, суд не указал причин, в силу которых невозможно применение ни одной из них, хотя каждая налагает существенные ограничения и (или) запреты на подсудимого; доказательств того, что использование технических средств, например, в случае избрания домашнего ареста, запрета определенных действий, является ненадежным способом предотвращения вероятности сокрытия от суда, воздействия на свидетелей, иного воспрепятствования производству по делу, судом не установлено. Также заявляет, что в постановлении суда отсутствует обоснованное подозрение, что подсудимый совершил преступление; при этом высказано утверждение о причастности подсудимых к совершению преступления, а именно, что причастность установлена, подтверждается собранными по делу доказательствами; тогда как суд не вправе был делать выводы о доказанной причастности подсудимых к совершению преступления, а по сути, о виновности в его совершении, т.к. на этой стадии судом должна производится лишь проверка обоснованности подозрения в причастности лица к совершенному преступлению, что предполагает наличие достаточных данных о том, что лицо могло совершить преступление, т.е. речь идет именно о подозрении, но не о доказанной причастности к совершению преступления; тем самым суд вышел за пределы полномочий по проверке обоснованности подозрения, сделал категоричный вывод о безусловной причастности подсудимых к совершению преступлению. ФИО1- законопослушный гражданин и не занимался экстремистской деятельностью, не совершал преступление, за которое его нужно было задерживать с ДД.ММ.ГГГГ и содержать под стражей до приговора; а оставление без проверки и оценки обоснованности подозрения в причастности должно оцениваться как существенное нарушение уголовно-процессуального закона (ч.4 ст.7 УПК РФ), влекущего отмену постановления суда; по смыслу закона, заключение под стражу может применяться только в случае, если в отношении лица осуществляется уголовное преследование на законных основаниях; однако, суд, в нарушение ч.2 ст.1 УК РФ, не применил норму прямого действия; ст. 28 Конституции РФ каждому гарантирует свободу совести, свободу вероисповедания, включая право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой, свободно выбирать, иметь и распространять религиозные и иные убеждения, и действовать в соответствии с ними; суд не учел, что христианская религия Свидетелей Иеговы не запрещена, а суд, в соответствии с апелляционным определением Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № АПЛ17-216 не оценивал законность религиозных убеждений Свидетелей Иеговы и способы их выражения; и, согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ в п. 20 постановления от ДД.ММ.ГГГГ №, решение о ликвидации или запрете деятельности общественного или религиозного объединения либо иной организации в связи с осуществлением экстремистской деятельности, последующие действия лиц, не связанные с продолжением или возобновлением деятельности соответствующей экстремистской организации и состоящие исключительно в реализации своего права на свободу совести и свободу вероисповедания, в том числе посредством индивидуального или совместного исповедования религии, совершения богослужений или иных религиозных обрядов и церемоний, сами по себе, если они не содержат признаков экстремизма, не образуют состава преступления, предусмотренного ч.2 ст. 282.2 УК РФ; в силу ст.1 ФЗ РФ «О противодействии экстремистской деятельности», не является признаком экстремизма распространение и исповедание, в том числе совместно с единоверцами, той религии, к которой принадлежали ликвидированные религиозные организации; поэтому признание религиозной организации экстремистской не равнозначен наложению запрета на религиозную конфессию с присущими ей вероучениями, духовной терминологией и структурой, религиозным регламентом проведения богослужений, распространением религиозных убеждений. В связи с этим, заявляет, что даже при наличии осуществления подсудимым ФИО1 религиозной деятельности, свойственной конфессии Свидетелей Иеговы, применение меры пресечения за реализацию конституционных прав и свобод действующим законом запрещено. Кроме того, ссылается на не применение норм международных договоров РФ, подлежащих применению по делу, а именно, правовых позиций Рабочей группы по произвольным задержаниям ООН, высказанные в Мнении № по делу « ФИО4 и 17 других Свидетелей Иеговы» и др.; таким образом, продление ФИО1 срока содержания под стражей является незаконным, поскольку он фактически подвергается лишению свободы за свою веру, за то, что является христианином Свидетелем Иеговы, а не за то, что он совершил какое –то общественно опасное действие, что свидетельствует о дискриминации, а значит, недопустимо в соответствии со ст. 19 Конституции РФ и ст. 26 Международного пакта о гражданских и политических правах, ст. 136 УК РФ; в подтверждение доводов касаемо здоровья подзащитного прилагает соответствующие документы, в ксерокопиях.
В апелляционной жалобе, с дополнением, подсудимый ФИО28 просит отменить постановление суда, освободить из- под стражи, а в случае необходимости сохранения меры пресечения на время судебного разбирательства, избрать меру пресечения, не связанную с заключением под стражу; в обоснование, заявляя о незаконности принятого судом решения и оспаривая выводы по основаниям продления срока содержания под стражей, указал, что тяжесть преступления сама по себе не может являться единственным и достаточным основанием для заключения под стражу и продления срока действия этой меры пресечения (утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ ДД.ММ.ГГГГ Обзор практики); опасность бегства не может подтверждаться только тяжестью возможного приговора, а должна оцениваться на основании различных факторов, которые или подтверждают риск бегства, или делают его настолько незначительным, что досудебное содержание под стражей становится неоправданным; эти доводы не должны быть общими и абстрактными (постановление ЕСПЧ от ДД.ММ.ГГГГ); ссылаясь на ряд разъяснений Пленума Верховного Суда РФ в постановлении от ДД.ММ.ГГГГ №, утверждает о незаконности и необоснованности продления срока содержания под стражей, без приведения конкретных обстоятельств к выводам суда и без учета перехода в стадию судебного разбирательства по уголовному делу, когда невозможно повлиять на свидетелей, т.к. все допрошены; за все время следствия не предпринимал попыток воспрепятствовать производству по делу или скрыться; более того, сам добровольно явился сразу, как узнал, что им интересуются органы следствия; не учтены данные о личности- безупречные характеристики на него от соседей, участкового, учеников и коллег, имеет высшее образование и официальную занятость репетиторством по иностранным языкам, не судим и не был замечен в нарушении общественного порядка, у него крепкие социальные связи, проживает в <адрес> с мамой и братом с 1994 года, в браке более 12 лет; имеет жилье на праве собственности, в котором зарегистрирован; нуждается в ортодоническом лечении (установлена брекет-система), которую в СИЗО получить невозможно, в силу чего может потерять все зубы. Предположение о совершении им преступления основано лишь на то, что исповедовал религию Свидетели Иеговы, в том числе встречался для просмотра видеозаписей богослужений с единоверцами и обсуждал свои убеждения с другими; нет никаких оснований полагать, что такая мирная религиозная деятельность может считаться преступлением; членом ликвидированной религиозной организации не являлся и, в соответствии с позицией Верховного Суда РФ, выраженной в ряде определений, имеет право на отправление своих религиозных обрядов. Также заявляет о существенных нарушениях уголовно-процессуального закона и не подтверждение выводов суда доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, что влечет отмену постановления суда, согласно ст. ст. 389.16, 389.17 УПК РФ; судебное решение не отвечает требованиям ч.4 ст. 7 УПК РФ; продление срока действия избранной меры пресечения в порядке ст. 255 УПК РФ может иметь место только в случае, если сохраняют свою актуальность данные, указанные в ст. 97 УПК РФ, и в связи со ст. 73 УПК РФ, наличие достаточных оснований полагать, что обвиняемый может скрыться от суда, иным путем воспрепятствовать производству по делу, должно быть мотивировано в постановлении суда и подтверждено доказательствами, что судом по настоящему делу не выполнено; конкретных обстоятельств и конкретных сведений о личности каждого из подсудимых, в подтверждение выводов, что могут скрыться от суда, воздействовать на свидетелей, иным путем воспрепятствовать производству по делу, не приведено, как и мотивов к таким выводам; в нарушение ст. ст. 14, 15 УПК РФ, судом не дана оценка доказательствами по делу, которые бы свидетельствовали о безусловных основаниях для сохранения избранной меры пресечения и невозможности избрания более мягкой, чем заключение под стражу; выводы суда основаны на предположениях, что недопустимо; оставлено без внимания, что производство по делу перешло в стадию судебного разбирательства, когда невозможно повлиять на свидетелей, все допрошены, за все это время не предпринимал попыток каким-либо образом воспрепятствовать производству по делу, уничтожить либо сфальсифицировать доказательства, угрожать или оказывать давление, не склонен к насилию или агрессии, не обвиняется в насильственном преступлении, не состоит на учете у нарколога, имеет постоянное место жительства, которое в собственности, обеспечен жилым помещением, пригодным для исполнения любой иной меры пресечения; Опровергает выводы суда о том, что обстоятельства, послужившие основанием для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу и дальнейшего продления срока избранной меры пресечения, в настоящее время не изменились и не отпали, данные обстоятельства в постановлении не приведены, их содержание не раскрыто, не указаны подтверждающие их доказательства; при том, что данная мера уже применяется в течение 12 месяцев на стадии предварительного следствия. Заявляет, что ссылка на предъявление обвинения в совершении тяжкого преступления и возможность скрыться от суда, воздействовать на свидетелей или иным способом воспрепятствовать производству по делу, является формальной, без проверки и оценки доказательств их обосновывающих. Также формально оценены сведения о личности и иные сведения, имеющие существенное значение для принятия решения, при этом каких-либо конкретных фактических обстоятельств в пользу длительного продления содержания под стражей, которые суд исследовал бы в судебном заседании, в постановлении не содержится. Не соответствуют фактическим обстоятельствам дела выводы о намерениях скрыться, воздействовать на свидетелей и иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу, они ничем не подтверждены; в постановлении отсутствуют причины невозможности избрания более мягкой меры пресечения; ссылается на нормы международных актов, российское законодательство, Правовые позиции Рабочей группы по произвольным задержаниям ООН, высказанные в Мнении № (A/HR.C/WGAD/2020/10) по делу «ФИО4 и 17 других Свидетелей Иеговы», пр. к доводам о незаконности продления срока содержания под стражей, поскольку подвергается лишению свободы за свою веру, что свидетельствует о дискриминации и нарушении ст. 19 Конституции РФ, ст. 26 Международного пакта о гражданских и политических правах.
Письменных возражений на апелляционные жалобы, с дополнениями, не принесено.
Проверив материалы дела и обсудив доводы апелляционных жалоб, с дополнениями, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.
В соответствии со ст. 255 УПК РФ, в ходе судебного разбирательства суд вправе избрать, отменить или изменить меру пресечения в отношении подсудимого, а также продлить действие ранее избранной ему меры пресечения, на срок до 6 месяцев, исчисляя этот срок со дня поступления уголовного дела в суд для рассмотрения по существу.
Эти требования уголовно-процессуального закона при вынесения постановления, обжалуемого стороной защиты, судом в целом соблюдены.
Так, вопрос о мере пресечения рассмотрен в судебном заседании по уголовному делу с участием всех подсудимых, защитников и прокурора, с заслушиванием их мнений, исследованием соответствующих материалов дела в необходимом и достаточном объеме; вынесенное по итогу судебное решение отвечает требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ, является законным, обоснованным и мотивированным; срок действия ранее избранной меры пресечения в виде заключения под стражу продлен в отношении каждого подсудимого на 6 месяцев, т.е. до ДД.ММ.ГГГГ, со дня поступления уголовного дела в суд (ДД.ММ.ГГГГ), с обвинительным заключением, согласно которому ФИО29. и ФИО1 обвиняются в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 282.2 УК РФ, а ФИО2- ч.2 ст. 282.2 УК РФ, относящихся к категории умышленных тяжких преступлений.
Данная мера пресечения избрана в стадии предварительного следствия, на основании вступивших в законную силу судебных постановлений, с проверкой обоснованности подозрений в причастности ФИО30., ФИО1 и ФИО2 к преступлениям, по признакам которых в отношении них возбуждались уголовные дела; при установлении соответствующих оснований и мотивов к этому; в последующем срок содержания под стражей в ходе досудебного производства продлевался судом в порядке ст.109 УПК РФ, при не установлении оснований для ее отмены либо изменения, в силу положений ст. 110 УПК РФ; при этом крайний раз в этой стадии- всего до 12 месяцев 00 суток, т.е. в отношении ФИО31. –до ДД.ММ.ГГГГ (постановление суда от ДД.ММ.ГГГГ оставлено без изменения судом апелляционной инстанции ДД.ММ.ГГГГ), ФИО1 и ФИО2- до ДД.ММ.ГГГГ (постановления суда от ДД.ММ.ГГГГ оставлены без изменения судом апелляционной инстанции, соответственно, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ); причем, в отношении ФИО2 уже учитывалось предъявление обвинения по ч.2 ст. 282.2 УК РФ.
Из обжалуемого стороной защиты постановления следует, что решение суда о продлении срока содержания под стражей в отношении каждого подсудимого обусловлено сохранением значимости оснований, в силу которых применяется ранее избранная мера пресечения, поскольку обстоятельств, влекущих отмену либо изменение данной меры пресечения на более мягкую, не связанную с содержанием под стражей, не установлено, с чем у суда апелляционной инстанции нет оснований не соглашаться, поскольку сделанные к этому выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на правильном применении норм уголовного и уголовно-процессуального закона, без вхождения в обсуждение вопросов виновности или невиновности, доказанности или недоказанности обвинения, квалификации действий, подлежащих разрешению по итогам судебного разбирательства по уголовному делу; а некорректность допускаемых формулировок в некоторых выводах суда: «установление причастности постановлениями суда», «подтверждается собранными по делу доказательствами», «учитывая тяжесть совершенного…преступления» не оценивается в качестве веских оснований для удовлетворения апелляционных жалоб стороны защиты, с дополнениями, с изменением меры пресечения на более мягкую и освобождением из-под стражи, в том числе и в отношении ФИО1, учитывая, в числе принятых судом во внимание обстоятельств, и сведения о его состоянии здоровья, что само по себе не является безусловным к избранию меры пресечения, не связанной с содержанием под стражей.
Из протокола судебного заседания видно, что судебное разбирательство по мере пресечения проведено в соответствии с требованиями уголовного – процессуального закона, с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон, с оценкой доводов всех участников процесса, с предоставлением равных возможностей для реализации процессуальных прав.
Вопреки апелляционным доводам стороны защиты, длительное пребывание подсудимых в условиях изоляции от общества не противоречит положениям Конвенции о защите прав человека и основных свободы и другим нормам международного права, а также Конституции РФ.
Судом первой инстанции убедительно отвергнуты доводы стороны защиты о возможном применении более мягкой меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, домашнего ареста, а приводимые в апелляционных жалобах, с дополнениями, сведения о личности каждого подсудимого учтены наряду с другими обстоятельствами по делу, с основательными выводами, что, находясь на свободе, каждый из подсудимых может скрыться от суда, воздействовать на свидетелей либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу, что согласуется с положениями ст. ст. 97,99 УПК РФ.
Таким образом, нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену либо изменение постановления суда, не допущено; судебное решение соответствует требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ, является законным, обоснованным и мотивированным, а потому оставляется без изменения, апелляционные жалобы, с дополнениями,- без удовлетворения.
С учетом изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции
постановил:
Постановление Хорольского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО33 ФИО1, ФИО2 оставить без изменения, а апелляционные жалобы подсудимых ФИО3 (с дополнением), ФИО6, с дополнением защитника-адвоката ФИО14, адвоката ФИО11 в защиту подсудимой ФИО2- без удовлетворения.
Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента провозглашения и может быть обжаловано, как и постановление суда, в Девятый кассационный суд в порядке главы 47.1 УПК РФ, путем подачи кассационной жалобы, представления в течение шести месяцев со дня вступления постановления суда в законную силу (со дня вынесения апелляционного постановления), а для подсудимых, содержащихся под стражей, - в тот же срок со дня вручения им копий вступивших в законную силу постановления суда, апелляционного постановления; в случае обжалования, вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.
Председательствующий С.М. Устименко
Справка: подсудимый ФИО32 содержится в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по <адрес> края; подсудимый ФИО1 содержится в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> края; подсудимая ФИО2 содержится в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по <адрес> края.