Судья ФИО дело №

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Курск 28 сентября 2023 года

Курский областной суд в составе:

председательствующего – судьи Шеварева А.Н.,

судей Рассадневой Ю.Ф., Феоктистова А.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Касьяновой В.И.,

с участием:

прокурора Дюкаревой А.Ю.,

потерпевшей – гражданского истца ФИО,

осужденного – гражданского ответчика ФИО1,

защитника – адвоката Султанахмедова С.Г.,

рассмотрел в открытом судебном заседании 28 сентября 2023 года уголовное дело по апелляционной жалобе защитника – адвоката Султанахмедова С.Г. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Солнцевского районного суда Курской области от 5 июля 2023 года, которым:

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец д.<адрес>, <данные изъяты> осужден:

по ч.1 ст.105 УК РФ к 10 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима;

срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу;

в соответствии с п.3.1 ст.72 УК РФ в срок отбытия наказания засчитано время содержания под стражей с 8 февраля 2023 года по день вступления приговора в законную силу, из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима;

гражданский иск ФИО удовлетворен частично, взыскано с ФИО1 в пользу ФИО в счёт возмещения материального ущерба 106 023 рубля, в счет компенсации морального вреда 1 000 000 рублей, в остальной части гражданского иска отказано;

приняты решения о мере пресечения, о судьбе вещественных доказательств,

УСТАНОВИЛ :

ФИО1 признан виновным и осужден за совершение убийства, то есть умышленного причинения смерти другому человеку, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В частности, судом признано доказанным, что 7 февраля 2023 года примерно с 15 часов 40 минут до 23 часов 19 минут находящийся в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, ФИО1 в своем жилище на территории домовладения по адресу: <адрес> ходе конфликта с ФИО нанес ей клинком ножа с рукоятью темного цвета не менее одного удара и клинком ножа с рукоятью светлого цвета не менее одного удара в область задней поверхности грудной клетки, а всего нанес клинками ножей не менее четырех ударов в область задней поверхности грудной клетки, после чего, обухом топора нанес ФИО не менее семи ударов в область головы и не менее одного удара в область правой молочной железы, причинив сочетанную травму головы (тупую открытую черепно-мозговую травму) и грудной клетки (множественные слепые колото-резаные ранения задней поверхности грудной клетки, проникающие в плевральные полости с повреждением левой общей сонной артерии и правого легкого), осложнившуюся массивной кровопотерей и двусторонним гемотораксом, причинившую тяжкий вред здоровья по признаку опасности для жизни, от которой в тот же день, в том же месте наступила смерть ФИО

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении указанного преступления не признал.

В апелляционной жалобе защитник – адвокат Султанахмедов С.Г. в интересах осужденного ФИО1 считает вынесенный приговор несправедливым, вследствие чрезмерной суровости. Отмечает, что суд обоснованно учел в качестве смягчающих вину обстоятельств возраст и состояние здоровья ФИО1, но не применил при назначении наказания положения ст.64 УК РФ. Полагает, что с учетом наличия смягчающих обстоятельств и того, что ФИО1 ранее не привлекался к уголовной ответственности, назначенное наказание подлежит смягчению.

В возражениях на апелляционную жалобу защитника потерпевшая ФИО указывает, что по делу не были установлены основания для назначения менее строгого наказания. Ссылаясь на показания свидетелей, отмечает, что ФИО1 не предпринял никаких мер для сохранения жизни ФИО, не испытывал эмоциональных переживаний после совершенного преступления, не признал свою вину, препятствовал следствию в установлении фактов произошедшего. Считает несостоятельными доводы защитника о снижении наказания в связи с состоянием здоровья ФИО1, поскольку у того отсутствуют заболевания, препятствующие отбыванию назначенного наказания. Просит отказать в удовлетворении апелляционной жалобы защитника в интересах осужденного ФИО1

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель – помощник прокурора Солнцевского района Марков С.И. выражает мнение о том, что оснований для смягчения назначенного ФИО1 наказания не имеется. Приговор суда считает законным, обоснованным, справедливым, вынесенным в строгом соответствии с требованиями закона. Отмечает, что действия ФИО1 верно квалифицированы судом по ч.1 ст.105 УК РФ, его вина подтверждена совокупностью доказательств, собранных по делу, которым судом дана верная оценка. Полагает, что при назначении наказания в полной мере учтены все смягчающие наказание обстоятельства, исключительных обстоятельств, позволяющих применить положения ст. 64 УК РФ, не установлено. Просит приговор суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника – без удовлетворения.

В суде апелляционной инстанции:

осужденный ФИО1, его защитник - адвокат Султанахмедов С.Г. поддержали апелляционную жалобу, защитник просил оправдать осужденного;

прокурор Дюкарева А.Ю., потерпевшая ФИО возражали против удовлетворения апелляционной жалобы, указав на несостоятельность изложенных в ней доводов, выразили мнение о том, что приговор суда является законным и обоснованным, подлежит оставлению без изменения.

Заслушав доклад судьи Рассадневой Ю.Ф., выступления участников судебного заседания, проверив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, суд апелляционной инстанции призходит к следующему.

Выводы суда первой инстанции о виновности ФИО1 в совершении того преступления, за которое он осужден, при установленных и приведенных в судебном решении обстоятельствах основаны на проверенных в судебном заседании доказательствах, полно и подробно изложенных в приговоре.

В частности, судом верно положены в основу осуждения ФИО1:

- показания потерпевшей ФИО о том, что в ночь на ДД.ММ.ГГГГ от сестры ФИО ей стало известно о наступившей смерти их матери ФИО;

- показания свидетелей ФИО2 №3 (сына осужденного) и ФИО2 №4 (невестки осужденного), проживающих в соседнем доме по отношению к дому ФИО1 на территории того же домовладения, ДД.ММ.ГГГГ примерно в 16 часов они видели ФИО, в 17 часов наблюдали, что входная дверь в доме отца заперта, а в период с 21 часа до 21 часа 30 минут, услышав крики ФИО1, зашли в его дом и обнаружили на полу еще живую ФИО, которая была обнажена, в крови, при этом, на одежде ФИО1 (кальсонах и майке) были капли крови; в связи с чем, они вызвали «Скорую помощь»;

- показания свидетеля ФИО2 №9 о том, что ДД.ММ.ГГГГ в 22 часа 59 минут по телефону мать ФИО2 №4 попросила ее вызвать «Скорую помощь» и полицию, рассказав, что она и отец ФИО2 №3 в вечернее время пришли на зов деда ФИО1 в его дом и увидели там ФИО в крови и обнаженную;

- показания свидетеля ФИО2 №5 – дежурной «Скорой медицинской помощи» о том, что ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 22 часов до 23 часов 30 минут по телефону поступило сообщение женщины о том, что в доме ее родителей лежит женщина в луже крови, которая «хрипит», приняла вызов в д. Екатериновку, <адрес>. (т.2 л.д.127-129);

- показания свидетелей ФИО2 №7, ФИО2 №6 – фельдшеров «Скорой медицинской помощи» о том, что ДД.ММ.ГГГГ в 23 часа 40 минут они прибыли по вызову в дом по адресу: <адрес>-я Екатериновка, <адрес>, где обнаружили на полу ФИО, которая была расположена на правом боку, лицом вниз, ее тело было в крови, на спине были три ножевых ранения, на волосистой части головы в теменной области - открытая рана, дыхание и пульс на сонных артериях отсутствовал; там же находился ФИО1, у которого на кистях рук была кровь, его футболка была порвана с правой стороны; ФИО1 пояснил, что он и ФИО выпивали; ФИО2 №7 был составлен протокол констатации смерти ФИО (т.2 л.д. 130-132);

- показания свидетеля ФИО2 №1 - понятой при осмотре ДД.ММ.ГГГГ домовладения по адресу: <адрес>, <адрес>, об обнаружении в помещении времянки на полу обнаруженного трупа ФИО с ранами и кровью на нем, а также крови на полу, об изъятии одежды ФИО, ножей, двух стопок, а также топора с имевшимися на нем кровью и волосами; кроме того, о том, что находившийся там же ФИО1 был в состоянии алкогольного опьянения, пояснял, что выпивал алкоголь совместно с ФИО, на его футболке, которая была порвана, на трико были обнаружены пятна, похожие на кровь (т.2 л.д.21-24);

- показания свидетеля ФИО2 №8 – ст.оперуполномоченного ОУР Отделения МВД России по <адрес> о том, что ДД.ММ.ГГГГ он получил объяснение от ФИО1, в письменной форме изложил все указанные тем обстоятельства, при этом, какого-либо воздействия он не оказывал; с составленным документом ФИО1 ознакомился и собственноручно его подписал (т.2 л.д.136-139);

- данные протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ - домовладения по адресу: <адрес>, <адрес> об обнаружении трупа ФИО с множественными ранами задней поверхности туловища и волосистой части головы, обнаружении и изъятии топора, двух стеклянных стопок, ножа с рукоятью белого цвета, ножа с рукоятью темного цвета, марлевых тампонов со смывами с левой и правой ладони трупа ФИО, нательного белья ФИО1, марлевых салфеток со смывами с мебели, с образцом крови с трупа ФИО, одежды ФИО (т.1 л.д.46-81);

- сведения в протоколе установления смерти человека от ДД.ММ.ГГГГ о том, что в 23 часа 52 минуты в связи с наличием признаков биологической смерти констатирована смерть ФИО (т.1 л.д.164);

- выводы заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ по проведенной судебно-медицинской экспертизе трупа ФИО об обнаружении у нее 7 зон травматизации, из них: головы - 4: правая орбитальная область и правая височно-скуловая область, левая теменная область, затылочная область, количество травматических воздействий - 7; на грудной клетке - 3: область правой молочной железы, задняя поверхность грудной клетки справа и слева, количество травматических воздействий – 5; общее количество травматических воздействий в области головы и грудной клетки - 12. Полученная ФИО сочетанная травма головы (тупая открытая черепно-мозговая травма) и грудной клетки (множественные слепые колото-резаные ранения задней поверхности грудной клетки, проникающие в плевральные полости с повреждением левой общей сонной артерии и правого легкого), осложнившаяся массивной кровопотерей и двусторонним гемотораксом, причинившая тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО; телесные повреждения в виде кровоподтеков лица и правой молочной железы квалифицируются как не причинившие вред здоровью человека, поскольку не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и в причинной связи со смертью потерпевшей не состоят (т. 3 л.д.108-124);

- выводы заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ о том, что на кожных лоскутах из области задней поверхности грудной клетки обнаружены линейные сквозные повреждения в виде ран, на кожном лоскуте из области головы имеются линейные сквозные повреждения в виде ран, на фрагменте свода черепа имеются вдавленные оскольчатые переломы левой теменной и затылочной костей, а также отходящие от них линейные переломы левой теменной кости, с переходом на затылочную кость и линейный перелом; морфологические особенности ран на кожных лоскутах из области задней поверхности грудной клетки классифицированы как колото-резаные, образовавшиеся в результате воздействий острого колюще-режущего предмета (не исключена возможность получения вследствие ударно-травматических воздействий клинками ножей, представленными на экспертизу), морфологические особенности ран из области головы классифицированы как ушибленные,, морфологические особенности вдавленных оскольчатых переломов на костях фрагмента черепа классифицированы как локально-конструкционные, образованные в результате ударных воздействий твердым тупым предметом с ограниченной травмирующей поверхностью (не исключена возможность получения ушибленных ран и переломов костей черепа в их проекции вследствие ударных воздействий обухом топора, представленного на экспертизу) (т. 3 л.д.135-153);

- выводы заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ о том, что на представленных на экспертизу: ногтевых срезах с правой и левой рук ФИО1, тампоне со смывом обнаружены: пот, кровь и эпителиальные клетки поверхностных слоев кожи человека (не исключена возможность происхождения от смешения биологического материала ФИО1 и ФИО3); в пятнах на кофте ФИО1 обнаружена кровь с вероятностью происхождения от ФИО 99,(9)95362% (т.3 л.д.199-212);

- выводы заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ о том, что на представленных на экспертизу: двух ножах и топоре обнаружены: пот, кровь и эпителиальные клетки поверхностных слоев кожи человека (не исключена возможность происхождения от смешения биологического материала ФИО1 и ФИО3) и кровь, с вероятностью происхождения от ФИО 99,(9)15%, на смывах с мебели обнаружены пот, кровь и эпителиальные клетки с вероятностью происхождения от ФИО 99,(9)15% (т.4 л.д.24-39);

- выводы заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ о том, что в пятнах на представленных на исследование марлевых тампонах со смывами с правой и левой ладоней ФИО1 обнаружены следы крови с возможностью происхождения от смешения биологического материала ФИО и ФИО1 (т.4 л.д.50-57);

- выводы заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ о том, что в пятнах на наволочке обнаружена кровь человека с вероятностью происхождения от ФИО1 99,(9)124%, в пятнах на одеяле обнаружена кровь человека с вероятностью происхождения от ФИО 99,(9)15%, на ногтевых срезах с правой и левой рук ФИО обнаружена кровь, следы пота и эпителиальные клетки поверхностных слоев кожи, произошедших от смешения биологического материала ФИО и ФИО1, вероятность того, что данные следы произошли от 3алогиной Н.В., составляет не менее 99,(9)15% (т.4 л.д.77-90);

- выводы заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ о том, что представленные на исследование волосы могли произойти именно от ФИО с вероятностью не менее 99,(9)15% (т.4 л.д.101-108);

- выводы заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ о том, что нож с рукоятью коричневого цвета и нож с рукоятью белого цвета изготовлены самодельным способом, являются хозяйственными ножами и не относятся к холодному оружию (т.4 л.д.133-136);

- выводы заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ о механизме образования следов, обнаруженных на ткани, представленных на экспертизу лонгслива и кальсон справа, а именно мелких брызг, - вследствие ударов по окровавленной поверхности/ размахивания окровавленным предметом (так как отсутствует особенность веерообразного расхождения, а имеет место беспорядочное варьирование интервалов между следами и разные размеры); наличие точечных и пылевидных брызг на ткани области гульфика кальсон указывает на то, что удар по окровавленной поверхности был произведен в непосредственной близости от этого следа; учитывая особенности перечисленных в постановлении орудий, данным предметом мог быть топор, так как для причиненной колюще-режущим орудием травмы характерно отсутствие брызг крови, и, наоборот, для причиненной рубящими орудиями травмы характерно наличие множества брызг от размахивания окровавленным топором, а также от непосредственных ударов (т.4 л.д.144-149);

- выводы заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ об обнаружении на кофте двух повреждений, которые являются разрывами (т.4 л.д.158-162);

иные доказательства, которым судом дана надлежащая оценка.

Эти доказательства судом верно признаны относимыми, допустимыми и достоверными в своей совокупности, достаточными для вывода о виновности ФИО1 в совершении того преступления, за которое он осужден.

Судом верно отвергнуты показания ФИО1, который не признав свою вину в убийстве ФИО, сослался на то, что он не помнит события, произошедшие после того, как он и ФИО распили спиртной напиток. Данные показания опровергнуты совокупностью согласующихся между собой в логической последовательности собранных по делу доказательств.

В частности, позиция осужденного опровергнута показаниями свидетелей ФИО2 №3 и ФИО2 №4 о том, что после прихода на территорию домовладения ФИО примерно в 17 часов дверь во времянке ФИО1 была заперта, после 20 часов у последнего в окнах, вопреки обыкновению, из окон был виден свет, после обнаружения ими лежавшей в крови ФИО сам ФИО1 ни о чем не рассказывал, на кальсонах и майке у него были капли крови, при этом, калитка двора была закрыта на затвор, находившиеся на территории домовладения собаки, которые обычно лают при появлении посторонних, не лаяли; показаниями свидетелей ФИО2 №7, ФИО2 №6 о наличии у ФИО1 на кистях рук крови; показаниями свидетеля ФИО2 №1 об обнаружении на одежде ФИО1 пятен, похожих на кровь; выводами заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ о том, что не исключена возможность происхождения пота, крови и эпителиальных клеток поверхностных слоев кожи человека с ногтевых срезах с рук ФИО1, тампона со смывом от смешения биологического материала ФИО1 и ФИО3, а также об обнаружении в пятнах на кофте ФИО1 крови, вероятного происхождения от ФИО; выводами заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ об обнаружении в пятнах на марлевых тампонах со смывами с ладоней ФИО1 следов крови с возможностью происхождения от смешения биологического материала ФИО и ФИО1; выводами заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ об обнаружении на ногтевых срезах с правой руки ФИО биологических следов (кровь, пот, эпителиальные клетки), которые могли произойти, в числе других вариантов, от смешения биологического материала ФИО и ФИО1; выводами заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ о том, что мелкие брызги на ткани одежды, изъятой у ФИО1, образовались вследствие ударов по окровавленной поверхности/ размахивания окровавленным предметом, удар по окровавленной поверхности был произведен в непосредственной близости от этого следа, данным предметом мог быть топор.

Приняты во внимание и выводы заключения экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ по проведенной стационарной судебной психолого-психиатрической экспертизы о том, что предъявляемые ФИО1 жалобы на грубые нарушения памяти с «провалами», доходящими до полного беспамятства, появились у него в ходе следствия, а так же при проведении настоящей судебно-психиатрической экспертизы, ярко проявились при проведении экспериментально-психологического исследования, сделав его фактически малоинформативным; неправдоподобны, поскольку изолированы, нарочиты, демонстративны, сочетаются правильным и адекватным поведением с сохранной ориентировкой в пространстве, привлекаются как доказывание тяжелого психического расстройства, носят надуманный характер, лишены свойственной психическим расстройствам динамики, не сопровождаются другими симптомами психического расстройства, и не укладываются в рамки какого-либо известного психического заболевания, поэтому их стоит расценивать, как защитно-установочное поведение. (т.3 л.д.186-192)

При таких обстоятельствах следует признать, что ФИО1 действует в рамках избранного им в соответствии со ст.47 УПК РФ способа защиты от предъявленного обвинения.

Вместе с тем, в соответствии с положениями ч. 1 ст. 75 УПК РФ, доказательства, полученные с нарушением требований УПК РФ, являются недопустимыми, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ.

Как следует из приговора, в обоснование вывода о виновности ФИО1 суд сослался, в том числе, на показания свидетеля ФИО2 №8 – оперативного сотрудника полиции об обстоятельствах совершенного осужденным преступления, ставших ему известными в ходе опроса, при котором ФИО1 пояснял о своей причастности к причинению смерти ФИО Согласно правовой позиции, сформулированной Конституционным Судом Российской Федерации в Определении от ДД.ММ.ГГГГ N 44-О положения ст. 56 УПК РФ, определяющей круг лиц, которые могут быть допрошены в качестве свидетелей, не исключают возможность допроса дознавателя, следователя, производивших предварительное расследование по уголовному делу, в качестве свидетелей об обстоятельствах производства отдельных следственных и иных процессуальных действий. Вместе с тем, эти положения, подлежащие применению в системной связи с другими нормами уголовно-процессуального законодательства, не дают оснований рассматривать их как позволяющие суду допрашивать дознавателя и следователя о содержании показаний, данных в ходе досудебного производства подозреваемым или обвиняемым.

Таким образом, следует признать, что суд, мотивируя свой вывод о виновности ФИО1, сослался, в том числе и на показания свидетеля ФИО2 №8 – оперативного сотрудника полиции, которые, в части фактических обстоятельств преступления являются недопустимыми доказательствами.

Кроме того, суд оставил без внимания положения п.1 ч.2 ст.75 УПК РФ о том, что к недопустимым доказательствам относятся показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, включая случаи отказа от защитника, и не подтвержденные подозреваемым, обвиняемым в суде.

Так, в приговоре содержится ссылка на объяснение ФИО1 (т.1 л.д.32), которое было дано в отсутствие защитника, и не подтверждено осужденным в суде.

При таких обстоятельствах, из приговора суда подлежат исключению ссылки на показания свидетеля ФИО2 №8 в части обстоятельств совершенного ФИО1 преступления, ставших ему известными в ходе проводимого опроса осужденного, а также на объяснения ФИО1 (т.1 л.д.32), как на доказательства его вины в совершении преступления.

Вместе с тем, исключение из приговора ссылок на эти доказательства не влияет на общий вывод о доказанности виновности ФИО1 в совершенном преступлении, поскольку он подтверждается другими исследованными судом доказательствами, отраженными в приговоре, и получившими надлежащую оценку.

Данная судом правовая оценка действиям ФИО1 - по ч.1 ст.105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, соответствует установленным судом фактическим обстоятельствам дела, в соответствии с которыми, осужденный на почве неприязненных отношений к потерпевшей, в ходе ссоры, умышленно нанес последней удары ножами и обухом топора в область жизненно-важных органов, в результате чего, причинил ФИО сочетанную травму головы (тупую открытую черепно-мозговую травму) и грудной клетки (множественные слепые колото-резаные ранения задней поверхности грудной клетки, проникающие в плевральные полости с повреждением левой общей сонной артерии и правого легкого), осложнившуюся массивной кровопотерей и двусторонним гемотораксом, причинившую тяжкий вред здоровью человека по признаку опасности для жизни, от которой наступила смерть последней.

Указанные в приговоре мотивы, по которым сделан вывод о том, что умысел осужденного был направлен именно на убийство потерпевшей, следует признать убедительными.

Фактически принято во внимание и то, что в действиях ФИО1 не усматривается необходимой обороны либо превышения пределов необходимой обороны, поскольку данных о применения к нему ФИО насилия, создавшего реальную угрозу его жизни и здоровья, не установлено. Судом признано доказанным, что ФИО1 действовал в связи с возникшей неприязнью и из-за своего состояния опьянения.

Каких-либо данных о том, что в момент совершения убийства ФИО1 находился в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта), судом обоснованно не установлено. Приняты во внимание и выводы заключения экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ по проведенной стационарной судебной психолого-психиатрической экспертизе о том, что в показаниях подэкспертного, представленных в материалах уголовного дела он достаточно подробно, последовательно описывает криминальную ситуацию, собственные действия и их связь с поведением потерпевшей, а также свои последовательные целенаправленные действия после совершенного деяния, что указывает на отсутствие в эмоциональном состоянии подэкспертного характерной для аффекта трехфазной динамики развития и сохранение способности к произвольной регуляции своих действий, которые носили осознанный, целенаправленный характер. В настоящем исследовании, а также в данных им показаниях подэкспертный активно ссылается на полное запамятование своих действий непосредственно в момент совершения инкриминируемого ему деяния, что само по себе не является признаком, характерным для аффекта. Кроме того, в соответствии с материалами дела и самоотчета подэкспертного, во время совершения преступления ФИО1 находился в состоянии алкогольного опьянения, которое само по себе изменяет течение эмоциональных процессов и облегчает открытое проявление агрессивности во внешнем поведении. Таким образом, подэкспертный ФИО1 в период совершения инкриминируемого ему деяния не находился в каком-либо юридически значимом эмоциональном состоянии, в том числе в состоянии аффекта, которое могло оказать существенное влияние на его поведение (т. 3 л.д.186-192) Фактически принято во внимание и поведение осужденного после совершенного преступления, когда он принял меры к сообщению родственникам о нахождении в его жилище раненной ФИО

Вывод суда о вменяемости осужденного основан на данных заключения судебно-психиатрической экспертизы о том, что в период деяния и в настоящее время ФИО1 хроническим психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики не страдал и не страдает, в период инкриминируемого деяния находился в состоянии простого алкогольного опьянения (амнестическая форма); в период инкриминируемого деяния и в настоящее время он страдал и страдает органическим расстройством личности (по МКБ-10 Органическое расстройство личности в связи со смешанными причинами травмы головы, церебральный атеросклероз, энцефалопатия F 07.08), не лишавшем его способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не связанным с возможностью причинения им иного существенного вреда, опасностью для себя и других лиц, в применении принудительных мер медицинского характера он не нуждается. Имеющееся у ФИО1 психическое расстройство не относится к категории психических недостатков, препятствующих самостоятельному осуществлению им права на защиту, по состоянию своего психического здоровья он может участвовать в следственных действиях и судебных заседаниях, он понимает характер и значение уголовного судопроизводства, своего процессуального положения и способен к самостоятельному совершению действий, направленных на реализацию процессуальных прав и обязанностей. (т.3 л.д.186-192)

Приняты во внимание и обстоятельства дела, в соответствии с которыми в момент совершения преступления осужденный действовал целенаправленно, после него, на предварительном следствии и в суде участвовал в исследовании доказательств, старался отдельные из них истолковать в свою пользу, что также свидетельствует о том, что он является вменяемым.

Разрешая вопрос о назначении ФИО1 вида и размера наказания, суд учел обстоятельства, смягчающие наказание: его возраст, состояние здоровья, а именно: наличие ряда хронических заболеваний.

Решение суда о признании обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1, предусмотренном ч.1.1 ст.63 УК РФ, совершение им преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, следует признать верным. Оно соответствует не только установленным судом характеру и обстоятельствам совершения преступления, но и исследованным судом показаниям самого осужденного на стадии предварительного следствия о том, что он, обычно много не выпивая, после распития спиртного с ФИО сильно опьянел и допускает, поскольку был пьяный, последняя могла рассердить его и он мог в ссоре ударить ФИО ножом в спину, ударить топором по голове и другим местам. (т.4 л.д.174-181) Эти показания осужденного соответствуют показаниям свидетеля ФИО5 в суде апелляционной инстанции о том, что его отец обычно выпивает редко и понемногу.

Несмотря на то, что судом по делу установлено лишь одно отягчающее наказание обстоятельство – совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, суд ошибочно указал в описательно-мотивировочной части приговора на то, что учитывает наличие отягчающих наказание обстоятельств, в связи с чем, в приговор суда надлежит внести уточняющее изменение.

Кроме того, приговор суда в отношении ФИО1 подлежит изменению на основании п.3 ст.389.15 УПК РФ: в связи с неправильным применением уголовного закона.

Согласно ст.142 УПК РФ явка с повинной - это добровольное сообщение лица о совершенном им преступлении, которое может быть сделано как в письменном, так и в устном виде.

Явка с повинной в соответствии с п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ признается обстоятельством, смягчающим наказание.

Как видно из материалов уголовного дела, оно было возбуждено ДД.ММ.ГГГГ в отношении неустановленного лица по факту обнаружения трупа ФИО со множественными телесными повреждениями в области головы и туловища. Согласно исследованного судом первой инстанции документа, поименованного объяснением (т.1 л.д.32), ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ сообщил правоохранительному органу о том, что именно он нанес ФИО удары кухонным ножом в область спины, а также обухом топора в область головы, при этом, на тот момент он не был задержан по подозрению в совершении этого преступления. Сведений о том, что до сделанного осужденным заявления правоохранительному органу было известно об указанных им обстоятельствах, материалы дела не содержат.

При таких данных сообщение ФИО1 в его объяснении от ДД.ММ.ГГГГ суд апелляционной инстанции признает явкой с повинной, учитывает в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, ввиду чего, назначенное наказание подлежит смягчению.

Кроме того, суд апелляционной инстанции в соответствии с ч.3 ст.60 УК РФ учитывает данные о личности ФИО1: положительные характеристики по месту жительства, сведения о надлежащем поведении в быту, его крайне престарелый возраст – 87 лет, помимо того, согласно положениям ч.2 ст.22 УК РФ - установленное при проведении судебно-психиатрической экспертизы психическое расстройство, не исключающее вменяемости, - органическое расстройство личности.

Исключительных обстоятельств, которые позволили бы применить к ФИО1 положения ст.64 УК РФ, установлено не было, не усматривает их и суд апелляционной инстанции.

Вид исправительного учреждения – исправительная колония строгого режима ФИО1 - мужчине, осужденному за особо тяжкое преступление, ранее не отбывавшему лишение свободы, назначен верно в соответствии с п.«в» ч.1 ст.58 УК РФ.

Время содержания осужденного под стражей до вступления приговора в законную силу засчитано в срок лишения свободы в соответствии с требованиями п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ.

Решение, принятое по заявленному ФИО гражданскому иску, основано на верном применении закона, убедительно мотивировано. Суд, тщательно проанализировав исследованные доказательства, пришел к обоснованному выводу об удовлетворении иска о компенсации морального вреда, что основано на материалах дела и верном применении положений ст.151, 1099, 1100 ГК РФ. При этом, в полной мере учел все значимые установленные по делу обстоятельства. Определяя размер денежной компенсации морального вреда, суд обоснованно исходил из характера причиненных гражданскому истцу физических и нравственных страданий. Из приговора усматривается, что фактически приняты во внимание требования разумности и справедливости, степень вины гражданского ответчика, его материальное положение. Удовлетворяя гражданский иск о возмещении вреда, причиненного имуществу, суд правильно применил положения ст.1064 ГК РФ. Фактически приняв во внимание представленные документы, свидетельствующие о том, что истица понесла расходы на погребение ФИО, связанные с обрядовыми действиями по захоронению тела в могилу в соответствии с обычаями и традициями в общей сумме 106 023 рубля, суд обоснованно взыскал ее в возмещение причиненного вреда с осужденного.

Поскольку, как видно из протокола судебного заседания, судом непосредственно не исследовалось постановление ст. следователя второго следственного отделения первого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по Курской области от 29 марта 2023 года, которым защитнику - адвокату «Адвокатского кабинета адвокат Султанахмедов С.Г.» за участие на предварительном следствии выплачено за счет федерального бюджета вознаграждение в размере 12048 руб., позиция осужденного по вопросу о возможности взыскания процессуальных издержек с него в судебном заседании не выяснялась, принимая во внимание содержание резолютивной части приговора, которая не содержит решение по вопросу о процессуальных издержках, из описательно-мотивировочной части приговора надлежит исключить указание на взыскание процессуальных издержек с осужденного.

Иных существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену либо изменение приговора суда, в том числе по доводам, указанным в апелляционной жалобе, - не установлено.

Руководствуясь ст.389.13, 389.15, 389.18, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ,

ОПРЕДЕЛИЛ :

апелляционную жалобу защитника – адвоката Султанахмедова С.Г. в интересах осужденного ФИО1 удовлетворить частично.

Приговор Солнцевского районного суда Курской области от 5 июля 2023 года в отношении ФИО1 изменить:

исключить из описательно-мотивировочной части ссылку на показания свидетеля ФИО2 №8 об обстоятельствах совершенного ФИО1 преступления, ставших ему известными из опроса осужденного, а также на объяснения ФИО1 (т.1 л.д.32), как на доказательства его вины в совершении преступления;

исключить из описательно-мотивировочной части указание на учет при назначении наказания обстоятельств, отягчающих наказание, во множественном числе, указав на обстоятельство, отягчающее наказание, в единственном числе;

признать в соответствии с п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ смягчающим обстоятельством явку с повинной;

смягчить назначенное ФИО1 по ч.1 ст.105 УК РФ наказание до 9 лет лишения свободы;

исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на взыскание процессуальных издержек с осужденного.

В остальной части тот же приговор суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника – адвоката Султанахмедова С.Г. в интересах осужденного ФИО1 - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции в течение шести месяцев, а осужденным, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного определения.

В случае подачи кассационной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции, поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом кассационной инстанции о назначении защитника.

Председательствующий А.Н. Шеварев

Судьи Ю.Ф. Рассаднева

А.В. Феоктистов