РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

14 января 2025 года г.Рязань

Московский районный суд г.Рязани в составе:

председательствующего - судьи Бородиной С.В.,

с участием помощника прокурора Московского района г.Рязани Огневой М.В.,

истца ФИО1,

представителя истца ФИО1 – ФИО2, действующей на основании ордера №14 от 01 февраля 2024 года,

представителя ответчика Индивидуального предпринимателя ФИО3 – ФИО4, действующего на основании доверенности от 06 июня 2024 года,

при секретаре Чудиной Д.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда с использованием аудиопротоколирования гражданское дело №2-22/2025 (УИД: 62RS0002-01-2023-004469-86) по иску ФИО1 к Индивидуального предпринимателю ФИО3 о компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3, ФИО5 о компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, мотивируя заявленные исковые требования тем, что ДД.ММ.ГГГГ примерно в 19 часов 40 минут на <адрес> водитель ФИО5, управляя автобусом <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, принадлежащим ФИО3, при выполнении маневра (поворота налево) совершил столкновение с мотоциклом <данные изъяты>, государственный регистрационный номер №, принадлежащим ФИО1 и под его управлением, в результате чего ФИО1 получил телесные повреждения.

Таким образом, в результате данного дорожно-транспортного происшествия ФИО1 был причинен моральный вред, который выразился в причинении физических и нравственных страданий, которые он испытывает до настоящего времени. Физические страдания выразились в телесных повреждениях, которые были причинены истцу в результате дорожно-транспортного происшествия, а также физической боли от полученных травм. ФИО1 боится вновь садиться за руль мотоцикла, стал часто испытывать головные боли, панические атаки, что также причиняет ему существенный дискомфорт и не дает оправиться от случившегося, восстановить былой ритм жизни. Однако истец не может показывать свою слабость, открыто говорить об испытываемых болях и дискомфорте, поскольку близкие родственники и так сильно переживают за его здоровье.

Сам факт физической боли, связанной с полученными истцом телесными повреждениями, свидетельствует о причинении ему нравственных страданий, поэтому наличие причинной связи между действиями ответчика и причинением истцу морального вреда в данном случае предполагается.

Истец оценивает моральный вред, причиненный ему в результате действий ответчика, в размере 400000 рублей 00 копеек, и полагает, что данная сумма компенсации морального вреда является обоснованной и справедливой.

На основании изложенного, истец ФИО1 просил суд взыскать с надлежащего ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 400000 рублей 00 копеек.

Вдальнейшем, истец ФИО1 уточнил заявленные исковые требования и окончательно просил суд взыскать с ответчика ИП ФИО3 в свою пользу компенсацию морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 400000 рублей 00 копеек.

Не согласившись с заявленными исковыми требованиями, представитель ответчика ИП ФИО3 – ФИО4 представил в материалы дела письменные возражения, пояснения и дополнительные пояснения, в которых возражал против удовлетворения заявленных исковых требований; полагал, что в действиях ФИО5 отсутствует состав административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.12.24 КоАП РФ, его вина сотрудниками ГИБДД не устанавливалась, в связи с чем оснований для взыскания с ИП ФИО3 в пользу истца компенсации морального вреда, причиненного в результате действий его работника ФИО5, не имеется. Кроме того, полагал, что компенсация морального вреда в заявленном размере необоснованно завышена, ничем не подтверждена и направлена на удовлетворение материальных потребностей истца, а не на восстановление его психического и физического благополучия.

Третье лицо ФИО5, представители третьих лиц АО СК «СОГАЗ» и АО «Альфастрахование» в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, причины неявки неизвестны.

В соответствии со ст.167 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса.

Истец ФИО1 и его представитель ФИО2 в судебном заседании поддержали заявленные исковые требования, с учетом уточнений, в полном объеме по основаниям, изложенным в исковых заявлениях.

Представитель ответчика ИП ФИО3 – ФИО4 в судебном заседании возражал против удовлетворения уточненных исковых требований по основаниям, изложенным в письменных возражениях, пояснениях и дополнительных пояснениях.

Изучив исковое заявление, выслушав мнения участников процесса, заключение помощника прокурора Московского района г.Рязани Огневой М.В., исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно пункту 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №1 от 26 января 2010 года «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Пунктом 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» установлено, что моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Пунктом 2 статьи 1079 Гражданского кодекса РФ установлено, что владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

В силу части 1 статьи 1068 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно положениям статей 1068 и 1079 Гражданского кодекса РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

В силу пунктов 1 и 3 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса РФ; компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Согласно абзацу второму статьи 1100 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии с абзацем вторым статьи 151 Гражданского кодекса РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу статьи 1101 Гражданского кодекса РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (пункт 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ примерно в 19 часов 40 минут на <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автобуса <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, принадлежащего ИП ФИО3, под управлением водителя ФИО5, и мотоцикла <данные изъяты>, государственный регистрационный номер № принадлежащего ФИО1 и под его управлением.

Рассматриваемое дорожно-транспортное происшествие произошло при следующих обстоятельствах: водитель ФИО5, управляя автобусом <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, при повороте налево нарушил п.8.1 Правил дородного движения РФ, то есть при выполнении маневра создал помеху другому участнику дорожного движения, в связи с чем совершил столкновение с мотоциклом <данные изъяты>, государственный регистрационный номер №, под управлением водителя ФИО1

Постановлением инспектора ДПС отдельного СБ ДПС Госавтоинспекции УМВД России по Рязанской области лейтенанта полиции ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ административное производство, возбужденное в отношении ФИО5 по ч.2 ст.12.24 КоАП РФ (нарушение Правил дорожного движения или Правил эксплуатации транспортного средства, повлекшее причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевшего), было прекращено ввиду отсутствия в его действиях состава административного правонарушения, а именно, в связи с невозможностью определения степени тяжести вреда здоровью потерпевшего ФИО1, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, по причине отказа ФИО1 от проведения в отношении него судебно-медицинской экспертизы. Между тем, данным постановлением в действиях водителя ФИО5 установлено нарушение п.8.1 Правил дорожного движения РФ, согласно которому перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны – рукой; при выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Вышеуказанные обстоятельства подтверждаются: копией административного материала № по факту дорожно-транспортного происшествия, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ, и пояснениями участников процесса в судебном заседании.

Исходя из установленных в судебном заседании обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что рассматриваемое дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя ФИО5, который, управляя автобусом <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, выполняя маневр - поворот налево создал помеху другому участнику дорожного движения, в связи с чем совершил столкновение с мотоциклом <данные изъяты>, государственный регистрационный номер №, под управлением водителя ФИО1

Таким образом, именно виновные действия водителя ФИО5, нарушившего п.8.1 Правил дорожного движения РФ, привели к дорожно-транспортному происшествию.

Нарушение ФИО5 требований п.8.1 Правил дорожного движения РФ находится в прямой причинно-следственной связи с рассматриваемым дорожно-транспортным происшествием.

Доводы представителя ответчика ИП ФИО3 – ФИО4 об отсутствии в рассматриваемом дорожно-транспортном происшествии вины водителя ФИО5, и о наличии вины в данном дорожно-транспортном происшествии водителя ФИО1, не подтверждены надлежащими доказательствами по делу. Так, постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО5, которым в действиях водителя ФИО5 установлено нарушение п.8.1 Правил дорожного движения РФ, не было обжаловано в установленном законом порядке. Кроме того, в связи с оспариванием вины в рассматриваемом дорожно-транспортном происшествии, представителю ответчика ИП ФИО3 – ФИО4 в процессе рассмотрения дела неоднократно предлагалось заявить ходатайство о назначении по делу судебной автотехнической экспертизы, однако такое ходатайство заявлено не было; тогда как установленная статьей 1064 Гражданского кодекса РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить именно ответчик.

Из просмотренной в судебном заседании видеозаписи с места дорожно-транспортного происшествия, представленной в материалы дела представителем ответчика, не виден момент столкновения транспортных средств, в связи с чем она не может служить доказательством отсутствия вины водителя ФИО5 и наличия вины истца ФИО1 в рассматриваемом дорожно-транспортном происшествии.

В судебном заседании также установлено, что автобус <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, принадлежит ИП ФИО3

Согласно трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 осуществляет трудовую деятельность у ответчика ИП ФИО3 в должности водителя.

ДД.ММ.ГГГГ в момент дорожно-транспортного происшествия водитель ФИО5 управлял автобусом <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, на основании путевого листа № от ДД.ММ.ГГГГ года, выданного ИП ФИО3

Данные обстоятельства подтверждаются: сведениями об участниках дорожно-транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, копией трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, копией путевого листа № от ДД.ММ.ГГГГ, выданного ИП ФИО3, а также не оспаривались представителем ответчика в судебном заседании.

Исходя из установленных по делу обстоятельств и положений приведенных выше правовых норм, суд приходит к выводу о том, что в момент дорожно-транспортного происшествия водитель ФИО5 находился при исполнении трудовых обязанностей, действовал по заданию и в интересах ИП ФИО3, в связи с чем ответственность по возмещению причиненного истцу вреда должна быть возложена на работодателя ФИО5 – ИП ФИО3

Из материалов дела следует, что в результате рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия водителю мотоцикла <данные изъяты>, государственный регистрационный номер № ФИО1 были причинены телесные повреждения.

На место дорожно-транспортного происшествия для оказания первой медицинской помощи ФИО1 была вызвана скорая медицинская помощь.

Сотрудниками скорой медицинской помощи ФИО1 был поставлен диагноз «закрытый перелом правой ключицы и ушиб правового плечевого сустава под вопросом».

ДД.ММ.ГГГГ года ФИО1 обращался в ГБУ РО «ГКБСМП» к дежурному травматологу, которым ФИО1 был установлен диагноз закрытый перелом большого бугорка правой плечевой кости без смещения и ушиб грудной клетки. ФИО1 была рекомендована гипсовая иммобилизация на 4 недели, а также наблюдение у хирурга по месту жительства.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находился на амбулаторном лечении с диагнозом «закрытый перелом большого бугра правой плечевой кости».

Вышеуказанные обстоятельства подтверждаются: копией административного материала №№ по факту дорожно-транспортного происшествия, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ года; копией выписки из амбулаторной карты ФИО1 из ГБУ РО «ОКБ» от ДД.ММ.ГГГГ; копией справки дежурного травматолога ГБУ РО «ГКБСМП» от ДД.ММ.ГГГГ; копией электронного больничного листа №№ от ДД.ММ.ГГГГ; копией электронного больничного листа № от ДД.ММ.ГГГГ; копией электронного больничного листа №№ от ДД.ММ.ГГГГ; амбулаторной картой ФИО1 из ГБУ РО «ОКБ»; копией карты ФИО1 из ГБУ РО «ГКБСМП»; копией справки нейрохирурга ГБУ РО «ГКБСМП» от ДД.ММ.ГГГГ; диском с рентгенограммами ФИО1 из ГБУ РО «ГКБСМП»; медицинской картой ФИО1 из ГБУ РО «ОКБ им.Н.А.Семашко»; рентгеновскими снимками ФИО1 из ГБУ РО «ОКБ им.Н.А.Семашко»; копией протокола рентгенографии плечевого сустава ФИО1 из ГБУ РО «ОКБ» от ДД.ММ.ГГГГ; копией протокола рентгенографии плечевого сустава ФИО1 из ГБУ РО «ОКБ» от ДД.ММ.ГГГГ, а также пояснения истца ФИО1 и его представителя ФИО2 в судебном заседании.

Для определения степени тяжести повреждений, полученных ФИО1 в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ, по ходатайству представителя истца ФИО1 – ФИО2 судом была назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой было поручено экспертам ГБУ РО «Бюро судебно-медицинской экспертизы им.Д.И.Мастбаума».

Согласно заключению эксперта ГБУ РО «Бюро судебно-медицинской экспертизы им.Д.И.Мастбаума» ФИО7 № от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 имел место закрытый перелом большого бугорка правой плечевой кости без смещения костных отломков с кровоподтеком и травматическим отеком области правого надплечья. Образование данных телесных повреждений в срок и при условиях дорожно-транспортного происшествия, имевшего место ДД.ММ.ГГГГ, не исключается. Данные телесные повреждения сами по себе по своему характеру не являются опасными для жизни, повлекли за собой документированное длительное (свыше 21 дня) расстройство здоровья, относящееся к категории средней тяжести вреда, причиненного здоровью человека в соответствии с пунктами 4, 4.б Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных постановлением Правительства РФ от 17 августа 2007 года №522, и пунктами 7, 7.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 года №194н.

Проанализировав содержание заключения эксперта ГБУ РО «Бюро судебно-медицинской экспертизы им.Д.И.Мастбаума» ФИО7 № от ДД.ММ.ГГГГ, суд приходит к выводу о том, что данное заключение в полной мере отвечает требованиям ст.86 Гражданского процессуального кодекса РФ, поскольку не вызывает сомнений в обоснованности и правильности, не содержит каких-либо противоречий, дает ясный и полный научно-обоснованный ответ на поставленный вопрос, содержит подробное описание произведенных исследований. В обоснование своих выводов эксперт привела соответствующие данные из представленных в распоряжение эксперта материалов дела, медицинских карт ФИО1, рентгеновских снимков, указала на применение методов исследования, основываясь на исходных объективных данных.

Эксперт ФИО7, которой было поручено проведение данной экспертизы, была предупреждена об уголовной ответственности по ст.307 Уголовного кодекса РФ за дачу заведомо ложного заключения, о чем в материалах дела имеется подписка; имеет соответствующее образование и квалификацию судебного эксперта, а также удостоверения и сертификаты, удостоверяющие наличие у нее права на проведение подобного рода исследований, прохождение ей курсов повышения квалификации, а также имеет значительный стаж экспертной деятельности.

Достоверных и объективных доказательств, опровергающих выводы вышеназванного экспертного заключения, а также подтверждающих неполноту проведенного исследования и нарушение методологических требований к процессу его проведения стороной ответчика представлено не было.

Таким образом, заключение эксперта ГБУ РО «Бюро судебно-медицинской экспертизы им.Д.И.Мастбаума» ФИО7 № от ДД.ММ.ГГГГ суд принимает в качестве надлежащего доказательства по делу.

Оценив приведенные выше доказательства в их совокупности по правилам ст.67 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд приходит к выводу о том, что факт получения истцом ФИО1 вреда здоровью средней тяжести в результате неправомерных действий водителя ФИО5, управлявшего автобусом <данные изъяты>, государственный регистрационный номер №, подтвержден приведенными выше доказательствами, признанными судом относимыми и допустимыми.

При этом у суда не вызывает сомнения тот факт, что в результате рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия, истец испытывал нравственные страдания, то есть ему был причинен моральный вред; а потому, в силу ст.ст.1068 и 1100 Гражданского кодекса РФ, ответчик ИП ФИО3, как работодатель ФИО5 и как владелец источника повышенной опасности, обязан возместить причиненный истцу моральный вред.

Помощник прокурора Московского района г.Рязани Огнева М.В. в судебном заседании дала заключение по делу, в котором полагала, что исковые требования ФИО1 к ИП ФИО3 о компенсации морального вреда являются обоснованными и подлежат удовлетворению, однако заявленный истцом размер компенсации морального вреда является завышенным и подлежит снижению до разумных пределов.

При определении размера денежной компенсации морального вреда, суд принимает во внимание, что жизнь и здоровье относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, и их защита должна быть приоритетной. Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции РФ. При этом возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим.

Исходя из фактических обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, при которых истцом была получена травма, степени вины водителя ФИО5, а также характера и последствий полученных истцом повреждений, с учетом требований разумности и справедливости, обеспечения баланса интересов обеих спорящих сторон, суд определяет компенсацию морального вреда, подлежащую взысканию с ответчика ИП ФИО3 в пользу истца ФИО1 в размере 300000 рублей 00 копеек.

Довод представителя ответчика ИП ФИО3 – ФИО4 о том, что факт причинения истцу морального вреда не подтвержден надлежащими доказательствами, является несостоятельным, поскольку причинение ФИО1 физических страданий (телесных повреждений) подтверждается представленными в материалы дела медицинскими документами и заключением судебно-медицинской экспертизы, а, так как, в связи с причинением вреда здоровью, потерпевший во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, то факт причинения ему морального вреда предполагается.

Довод представителя ответчика ИП ФИО3 – ФИО4 о том, что ФИО1 было выплачено страховое возмещение не только в части возмещения материального ущерба, причиненного повреждением мотоцикла, но и в части возмещения вреда здоровью, как основание для отказа в иске, несостоятелен, поскольку под возмещением вреда, причиненного здоровью потерпевшего, понимаются расходы на лечение и восстановление поврежденного в результате дорожно-транспортного происшествия здоровья потерпевшего, утраченный потерпевшим в связи с причинением вреда его здоровью в результате дорожно-транспортного происшествия заработок (доход) иные дополнительные расходы. То есть, по своей правовой природе страховая выплата и компенсационная выплата не являются компенсацией морального вреда, возмещаемой при причинении вреда здоровью потерпевшего.

Остальные доводы представителя ответчика ИП ФИО3 – ФИО4, указанные в письменных возражениях и пояснениях, также являются несостоятельными и не могут служить основаниями для отказа в удовлетворении заявленных исковых требований.

По ходатайству представителя истца ФИО1 – ФИО2 судом была назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой было поручено экспертам ГБУ РО «Бюро судебно-медицинской экспертизы им.Д.И.Мастбаума», расходы по проведению экспертизы согласно определению суда были возложены на истца ФИО1, однако он не оплатил стоимость данной экспертизы.

Исходя из результата рассмотрения дела, руководствуясь положениями ст.98 Гражданского процессуального кодекса РФ и разъяснениями п.21 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 21 января 2016 года №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», суд считает необходимым взыскать с ответчика ИП ФИО3 в пользу ГБУ РО «Бюро судебно-медицинской экспертизы им.Д.И.Мастбаума» стоимость судебно-медицинской экспертизы в размере 56325 рублей 00 копеек.

В силу ст.103 Гражданского процессуального кодекса РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Учитывая результат рассмотрения дела, с ответчика ИП ФИО3 подлежит взысканию в местный бюджет государственная пошлина, от уплаты которой при подаче иска был освобожден истец, в размере 300 рублей 00 копеек.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Индивидуальному предпринимателю ФИО3 о компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия - удовлетворить частично.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН №, ОГРНИП №) в пользу ФИО1 (паспорт гражданина РФ серии №) компенсацию морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 300000 (Триста тысяч) рублей 00 копеек.

Во взыскании компенсации морального вреда в большем размере - отказать.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН №, ОГРНИП №) в доход муниципального образования г.Рязань государственную пошлину в размере 300 (Триста) рублей 00 копеек.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН №, ОГРНИП №) в пользу Государственного бюджетного учреждения Рязанской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы имени Д.И. Мастбаума» (ИНН №, ОГРН №) стоимость судебно-медицинской экспертизы в размере 56325 (Пятьдесят шесть тысяч триста двадцать пять) рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Рязанский областной суд через Московский районный суд г.Рязани в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ года.

Судья Бородина С.В.