Дело (УИД) №31RS0009-01-2025-000364-33 производство №2-260/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Грайворон 30 октября 2025 г.

Грайворонский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Фенько Н.А.,

при ведении протокола помощником судьи Золотарь А.Ю.,

с участием:

истца ФИО1 и её представителя ФИО2,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Белгородской области о признании незаконными решений об отказе в назначении пенсии и признании права на страховую пенсию,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Белгородской области (далее – ОСФР по Белгородской области) о признании незаконными решений об отказе в назначении пенсии и признании права на страховую пенсию.

В обоснование заявленных требований истец указала, что она дважды 29 января 2025 г. и 9 июля 2025 г. обращалась в ОСФР по Белгородской области с заявлением о назначении ей досрочной страховой пенсии по старости на основании пункта 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. №400-ФЗ «О страховых пенсиях», так как родила и воспитала трех детей, достигла возраста 57 лет, имеет необходимые для назначения пенсии страховой стаж и величину индивидуального пенсионного коэффициента.

В назначении указанной пенсии истцу отказано решениями ответчика от 31 января 2025 г. и 11 июля 2025 г. со ссылкой на то, что один ребенок рожден на территории Украины, в связи с чем факт его рождения не может учитываться при определении права на досрочно назначаемую страховую пенсию по старости по указанному основанию.

С такими решениями ОСФР по Белгородской области истец не согласна, полагая, что условия для назначения пенсии по заявленному основанию у неё соблюдены.

ФИО1 просила признать незаконными решения ОСФР по Белгородской области от 31 января 2025 г. №250000009098/14130/25 и от 11 июля 2025 г. №97589/25 об отказе в назначении пенсии, признать за ней право на назначение пенсии со дня возникновения права на нее, т. е. с 15 апреля 2025 г. и возложить на ответчика обязанность производить выплату пенсии с указанной даты.

В судебном заседании истец ФИО1 и её представитель ФИО2 требования поддержали.

Представитель ОСФР по Белгородской области в судебное заседание не прибыл, заявил ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя отделения, а также представил возражения, в которых просил в удовлетворении исковых требований отказать (л. <...>).

Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным сторонами доказательствам, суд считает исковые требования подлежащими удовлетворению.

Как следует из материалов дела, ФИО1 родилась ДД.ММ.ГГГГ г. и, соответственно, 15 апреля 2025 г. достигла возраста 57 лет (л. д. 6).

Согласно свидетельствам о рождении и свидетельству о заключении брака между ФИО3 и ФИО4, истец является матерью трех детей: ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ р., ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ р. и ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ р. (л. <...>, 13, 14).

При этом, старшая дочь ФИО5 родилась в с. <адрес>.

Согласно решениям ОСФР по Белгородской области от 31 января 2025 г. №250000009098/14130/25 и от 11 июля 2025 г. №97589/25, принятыми в связи с обращениями ФИО1 с заявлениями о назначении страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. №400-ФЗ «О страховых пенсиях», в назначении пенсии по указанному основанию истцу отказано (л. <...>).

В обоснование принятых решений пенсионным органом указано, что при досрочном назначении страховой пенсии в соответствии с пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» учитываются дети, рожденные и воспитанные на территории РСФСР и России, а поскольку старшая дочь истца ФИО5 родилась на территории Украины, необходимые условия для назначения пенсии отсутствуют.

С решениями ОСФР по Белгородской области об отказе истцу в назначении пенсии согласиться нельзя в связи со следующим.

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии установлены Федеральным законом от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее – Федеральный закон «О страховых пенсиях»), вступившим в силу с 1 января 2015 г.

В соответствии с частью 1 статьи 4 Федерального закона «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 г. № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» при соблюдении ими условий, предусмотренных Федеральным законом «О страховых пенсиях».

По общему правилу право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) (с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к настоящему Федеральному закону) (часть 1 статьи 8 Федерального закона «О страховых пенсиях»).

Порядок и условия сохранения права на досрочное назначение страховой пенсии отдельным категориям граждан определены статьей 32 Федерального закона «О страховых пенсиях».

Пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» установлено, что страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30, женщинам, родившим трех детей и воспитавшим их до достижения ими возраста 8 лет, достигшим возраста 57 лет, если они имеют страховой стаж не менее 15 лет.

Таким образом, условиями назначения пенсии в соответствии с пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» является факт рождения у женщины трех детей и воспитания их до достижения детьми возраста 8 лет, в совокупности с условиями достижения самой женщиной возраста 57 лет, наличия страхового стажа не менее 15 лет и величины индивидуального пенсионного коэффициента не менее 30.

Судом установлено, что истец ФИО1 является матерью трех дочерей, из которых ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ р., рождена на территории Украины.

В судебном заседании ФИО1 пояснила, что она с дочерью ФИО5 в 1989 г. переехала на постоянное место жительства в с. <адрес>., где были зарегистрированы в 1990 г. и проживают до настоящего времени. Ни она (истец), ни дочь ФИО5 никогда не являлись гражданами Украины. Она занималась воспитанием своих детей и родительских прав в отношении дочерей не лишалась.

В соответствии со справкой начальника восточного территориального управления – главы Головчинской территориальной администрации Грайворонского муниципального округа, ФИО5 проживала совместно с матерью ФИО1, которая зарегистрирована на месту жительства по адресу: <адрес>, с 24 декабря 1990 г. по настоящее время (л. д. 10).

Справкой директора МОУ «Головчинская средняя общеобразовательная школа с углубленным изучением отдельных предметов» подтверждается, что ФИО5 поступила в Головчинскую среднюю школу с 1 сентября 1995 г., в которой обучалась с 1 по 11 класс и окончила школу 23 июня 2006 г. (л. д. 12).

Согласно справке ОГБУЗ «Грайворонская ЦРБ» ФИО5 наблюдалась в Головчинской амбулатории с 1994 г., где получала прививки по возрасту (л. д. 11).

Приведенными доказательствами подтверждается, что ФИО5 с 1989 г. проживала со своей матерью ФИО1 на территории Российской Федерации, в связи с чем факт воспитания истцом своей дочери до восьмилетнего возраста сомнений не вызывает.

Из сведений о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица следует, что стаж ФИО1, учитываемый для целей назначения пенсии, составляет 26 лет 10 месяцев 6 дней, величина индивидуального пенсионного коэффициента – 59.366 (л. д. 36-38).

Таким образом, требования о продолжительности страхового стажа 15 лет и ИПК в размере не менее 30 у истца соблюдены.

При таких обстоятельствах, содержащиеся в оспариваемых решениях ОСФР по Белгородской области выводы об отсутствии необходимых условий для назначения истцу пенсии в соответствии с пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях», являются необоснованными.

Приведенные в оспариваемых решениях и возражениях ответчика на исковое заявление доводы о том, что в условиях денонсации Российской Федерацией Соглашения СНГ от 13 марта 1992 г. и отсутствия в настоящее время международного договора в области пенсионного обеспечения между Россией и Украиной, при определении права на досрочную страховую пенсию по старости женщинам, родившим трех детей и воспитавшим их до достижения возврата 8 лет, достигшим возврата 57 лет, переселившимся с территории государств, с которыми у Российской Федерации не заключен международный договор в обрасти пенсионного обеспечения, должны учитываться дети, рожденные и воспитанные на территории РФ и бывшей РСФСР, суд считает неубедительными.

Так, прекращение действия с 1 января 2023 г. Соглашения от 13 марта 1992 г. в отношениях Российской Федерации с другими участниками Соглашения, на правоотношения сторон в сложившейся ситуации не влияет, поскольку данным Соглашением не регулировались вопросы пенсионного обеспечения граждан Российской Федерации, имеющих детей, а регламентировались вопросы назначения пенсий иностранным гражданам, проживавшим на территории государств - участников данного Соглашения, а также учета трудового стажа, приобретенного на территории любого из этих государств и на территории бывшего СССР за время до вступления в силу данного Соглашения.

Перечень необходимых для назначения пенсии документов утвержден приказом Минтруда Российской Федерации от 4 августа 2021 г. № 538н «Об утверждении перечня документов, необходимых для установления страховой пенсии, установления и перерасчета размера фиксированной выплаты к страховой пенсии с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии, назначения накопительной пенсии, установления пенсии по государственному пенсионному обеспечению».

Согласно пункту 12 (в) названного Перечня для назначения страховой пенсии по старости в соответствии со статьями 30-32 Федерального закона «О страховых пенсиях» в дополнение к документам, предусмотренным пунктами 6 и 7 настоящего Перечня, необходимы документы (сведения) о рождении ребенка (детей) (пункты 1, 1.1, 1.2 и 2 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях»).

В приведенном правовом акте не установлены условия о предоставлении свидетельств о рождении детей на территории Российской Федерации или РСФСР.

Иные требуемые для назначения пенсии документы в пенсионный орган истцом были представлены.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что требования ФИО1 о признании незаконными решений ОСФР по Белгородской области об отказе в назначении пенсии и признании за ней права на назначение досрочной страховой пенсии на основании пункта 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» с 15 апреля 2025 г. подлежат удовлетворению, поскольку условия назначения пенсии по указанному основанию соблюдены: истец родила и воспитала до достижения восьмилетнего возврата трех детей, 15 апреля 2025 г. ей исполнилось 57 лет, страховой стаж истца составляет более 15 лет, а величина ИПК не менее 30.

Само по себе рождение одного из детей истца на территории Украины (что явилось причиной отказа пенсионного органа в назначении пенсии) не свидетельствует об отсутствии у истца права на пенсию, поскольку требований о рождении и воспитании трех детей до достижения ими возраста 8 лет на территории Российской Федерации, как об этом указал пенсионный орган в обоснование отказа в назначении страховой пенсии, приведенные выше нормы права не устанавливают.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ :

исковые требования ФИО1 (паспорт серии №) к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Белгородской области (ИНН №) о признании незаконными решений об отказе в назначении пенсии и признании права на страховую пенсию удовлетворить.

Признать незаконными решения Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Белгородской области от 31 января 2025 г. №250000009098/14130/25 и от 11 июля 2025 г. №97589/25 об отказе ФИО1 в назначении (установлении) пенсии.

Признать за ФИО1 право на назначение пенсии на основании пункта 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. №400-ФЗ «О страховых пенсиях» с 15 апреля 2025 г. и возложить на Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Белгородской области обязанность производить выплату пенсии ФИО1 с указанной даты.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Грайворонский районный суд Белгородской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 30 октября 2025 г.

Судья подпись Н.А. Фенько