Решение по делу № 2А-5947/2022 от 09.01.2023 - о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области.

УИД: 51RS0001-01-2022-007012-44

Дело № 2а-5947/2022

Принято в окончательной форме 09.01.2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 декабря 2022 года город Мурманск

Октябрьский районный суд города Мурманска

в составе:

председательствующего – судьи Шуминовой Н.В.,

при секретаре – Лопотовой В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по административному исковому заявлению Бадьина А..В. о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области,

УСТАНОВИЛ:

Административный истец ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением о взыскании компенсации за нарушение условий содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области.

В обоснование административный истец указал, что в 2006, 2008, 2012, 2013, 2014 и 2022 годах содержался под стражей в данном учреждении. В периоды его пребывания в нем в камерах отсутствовало горячее водоснабжение, также число посадочных мест за столом для приема пищи было несоответствующим числу лиц, находившихся в камере, не соблюдался норматив площади на одного человека, не было электронных кнопок вызова дежурного и в камерах были бетонные полы. Это создавало дискомфорт с точки зрения обеспечения минимальных санитарно-гигиенических потребностей, вызывало излишнюю напряженность и унижало его достоинство. Считает, что в данном случае имело место быть незаконное бездействие со стороны администрации учреждения, выразившееся в необеспечении надлежащих условий нахождения под стражей, в связи с чем просит суд взыскать компенсацию за нарушение условий содержания под стражей в размере 500.000 рублей.

В судебном заседании административный истец личного участия не принимал, будучи надлежаще извещен о слушании, ходатайства о применении системы ВКС не заявлял.

В судебном заседании представитель административных ответчиков ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области, УФСИН России по Мурманской области и ФСИН России ФИО2 с административным иском не согласилась, пояснив, что доводы административного истца касательно периодов 2006-2014 годов достаточно трудно подтвердить или опровергнуть с учетом давности происходившего. Имеются сведения «ПТК АКУС», подтверждающие факт того, что ФИО1 пребывал в учреждении в 2012 году, в 2013 году, в 2014 и в 2022 годах, имеются и данные о камерах, в которых он тогда содержался. За более ранние периоды данные не сохранились. Соответственно, доводы о том, что в камерах не соблюдался метраж, а число посадочных мест за столом было меньше, чем число лиц, пребывающих в камере, как и прочие моменты, помимо горячей воды, которой камеры мужские практически не оборудованы, за периоды 2006, 2008, 2012, 2013 и 2014 по сути не проверяемы, а по периоду пребывания в 2022 году можно отметить, что даже если длина скамеек и была меньше положенной, то несущественно, как и несоответствие метража камер № № и № № числу находившихся в них лиц, учитывая, что периоды пребывания в данных камерах носили непродолжительный характер. Также хочет заметить, что камеры № и №, в которых административный истец пребывал в 2022 году горячим водоснабжением оборудованы, вызывные механические кнопки имеются во всех камерах, причем нигде не прописано, что они должны быть электрифицированы. Бетонные полы также ничем не подтверждаются. Касательно обеспечения подозреваемых и обвиняемых содержащихся в камерах учреждения горячей водой для стирки и гигиенических целей, кипяченой водой для питья осуществляется в соответствии с п. 43 главы V Приказа Минюста РФ № 189 при отсутствии в камере водонагревательных приборов. Аналогично раскрыт этот вопрос и в новых ПВР, начавших действовать с июля 2022 года. Для гигиенических целей и стирки одежды все камеры «СИЗО-1» в соответствии с требованиями п. 42 главы V Приказа Минюста РФ № 189 оборудованы тазами и кранами с водопроводной водой. За все время содержания под стражей в учреждении ФИО1 не обращался с жалобами ни к администрации учреждения, ни в надзорные органы на условия содержания. Административным истцом не указано, какие нравственные и физические страдания он перенес, какова степень этих страданий, не обоснован размер компенсации за нарушение условий содержания. Полагала, что срок на обращение в суд за защитой своих прав административным истцом пропущен с учетом положений ст. 219 КАС РФ. На основании изложенного просила в иске отказать.

Суд, исходя из данных о надлежащем извещении административного истца и отсутствия возражений со стороны представителя административных ответчиков, находит обоснованным рассмотреть дело при настоящей явке.

Выслушав представителя административных ответчиков, исследовав материалы дела, суд считает административные исковые требования подлежащими частичному удовлетворению на основании следующего.

В силу ст. 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

В соответствии со статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В силу требований, содержащихся в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны гарантироваться с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения.

Согласно статье 1 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» деятельность уголовно-исполнительной системы осуществляется на основе принципов законности, гуманизма, уважения прав человека.

В уголовно-исполнительную систему по решению Правительства Российской Федерации могут входить следственные изоляторы, предприятия, специально созданные для обеспечения деятельности уголовно-исполнительной системы, научно-исследовательские, проектные, медицинские, образовательные и иные организации (статья 5 Закона).

Учреждения, исполняющие наказания, обязаны, в том числе обеспечивать исполнение уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации; обеспечивать режим содержания подозреваемых и обвиняемых, в отношении которых в качестве меры пресечения применено заключение под стражу, а также соблюдение их прав и исполнение ими своих обязанностей в соответствии с Федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (пункты 1,7 статьи 13 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 года № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы»).

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с названным Кодексом избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регулирует и определяет Федеральный закон от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее - Федеральный закон № 103-ФЗ), а также Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденными приказом Минюста России от 14.10.2005 № 189 (далее – ПВР-1), а с июля 2022 года - Правилами внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных приказом Минюста России от 04.07.2022 № 110, начавших свое действие с 17.07.2022 (далее – ПВР-2).

Содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (далее - подозреваемые и обвиняемые) (статья 4 Федерального закона № 103-ФЗ).

ФИО1 в административном иске заявляет, что содержался в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области в периоды 2006, 2008, 2012, 2013, 2014 и 2022 годов. При этом он не указывает ни точные периоды нахождения под стражей, ни камеры, в которых он содержался. Также им не заявлено ходатайств о допросе свидетелей, как способе подтверждения своих доводов, не представлено иных доказательств в их подтверждение. Его претензии по содержанию в учреждении касаются несоблюдения норматива площади на одного человека, норматива посадочных мест за столом для приема пищи, бетонного покрытия полов, отсутствия электрической кнопки вызова дежурного и горячего водоснабжения.

Суд учитывает, что стороной административных ответчиков не оспаривался факт того, что административный истец пребывал в учреждении в заявленные им года, однако достоверно установить, в каких камерах он находился можно только начиная с 2012 года, поскольку вся имевшаяся ранее документация уничтожена за давностью лет, а также в связи с имевшим место быть в 2017 году затоплением архива, что подтверждается соответствующим актом. Соответственно, проверить доводы административного истца в части 2006, 2008, 2012, 2013 и 2014 годов по вопросу числа лиц в камерах, соблюдения норматива площади и посадочных мест за столом для принятия пищи в указанное время, невозможно, учитывая, что стороной административных ответчиков не оспаривался факт того, что кнопки вызова дежурных не были электрифицированы в учреждении с момента его постройки, полы дощатые с 2012 года, когда были проведены работы по ремонту камер, а горячая вода подведена к умывальникам не во всех камерах учреждения.

Согласно справке по личному делу административного истца, ФИО1 действительно пребывал под стражей в периоды с 07.06.2006 по 21.06.2006; с 07.07.2006 по 02.10.2006; затем с 11.04.2008 по 08.06.2008; в дальнейшем прибыл 21.05.2012 и убыл 18.02.2013; в дальнейшем прибыл 24.02.2013 и убыл 04.05.2013, затем прибыл 25.05.2013 и убыл 29.07.2013; вновь поступил в учреждение 16.03.2014 и 30.03.2014 убыл в ФКУ «ИК-23» УФСИН России по МО, откуда в дальнейшем освободился в 2020 году. При этом суд считает обоснованным исходить из того, что согласно части 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства РФ, если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что, проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 КАС РФ трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

Исключение из указанного правила предусмотрел федеральный законодатель в Федеральном законе от 27.12.2019 № 494-ФЗ для лиц, подавших в Европейский Суд по правам человека жалобу на предполагаемое нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, в отношении которой не вынесено решение по вопросу ее приемлемости или по существу дела либо по которой вынесено решение о неприемлемости ввиду неисчерпания национальных средств правовой защиты в связи с вступлением в силу настоящего Федерального закона (180 дней со дня вступления в силу настоящего Федерального закона).

В Обзоре практики межгосударственных органов по защите прав и основных свобод человека № 3(2020), Верховным Судом Российской Федерации приведен анализ Европейским Судом по правам человека Федерального закона от 27.12.2019 № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», из которого также следует, что новый Закон о компенсации, вступивший в силу 27.01.2020, предусматривает, что любой заключенный, утверждающий, что его или ее условия содержания под стражей нарушают национальное законодательство или международные договоры Российской Федерации, вправе обратиться в суд. Новизна Закона заключается в том, что заключенный может одновременно требовать установления соответствующего нарушения и финансовой компенсации за данное нарушение. Производство ведется в соответствии с Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации. При этом подача иска напрямую доступна заключенному. Имеются два формальных требования: иск должен соответствовать общим процессуальным нормам, сопровождаться судебным сбором; быть поданным во время содержания под стражей или в течение трех месяцев после его прекращения, за исключением лиц, чьи жалобы находились на рассмотрении в настоящем Суде в день вступления в силу Закона о компенсации, или чьи жалобы были отклонены по причине неисчерпания средств правовой защиты.

Изложенное свидетельствует о том, что за компенсацией, установленной Федеральным законом от 27.12.2019 № 494-ФЗ в порядке, предусмотренном статьей 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, вправе обратиться любое лицо, оспаривающее условия содержания и находящееся на момент вступления в силу указанного Закона в местах лишения свободы, а также в течение трех месяцев после освобождения (но не ранее 27.01.2020), либо независимо от указанных обстоятельств в течение 180 дней, начиная с 27.01.2020, в случае подачи в Европейский Суд по правам человека жалоб на нарушение условий содержания, по которым не принято решение.

С учетом того, что административный истец в период с 2020 по июнь 2022 не пребывал в местах лишения свободы и не содержался под стражей, суд принимает во внимание довод стороны административных ответчиков о пропуске ФИО1 срока на обращение в суд за защитой своих прав в связи с нарушением условий содержания под стражей за период 2006, 2008, 2012, 2013 и 2014 годов, что является самостоятельным основанием для отказа в иске.

В то же время суд учитывает, что ФИО1 вновь поступил в учреждение 10.06.2022, и согласно как камерной карточке, так и справке по личному делу, он находился под стражей в период с 10.06.2022 по 15.07.2022. 10.06.2022 административный истец осужден приговором Октябрьского районного суда г. Мурманска к 01 году лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. В настоящее время ФИО1 отбывает наказание в виде лишения свободы по указанному приговору. И в данном случае суд полагает, что в отношении указанного периода срок на обращение в суд за защитой своих прав в связи с ненадлежащими условиями содержания под стражей административным истцом не пропущен, поскольку он не убыл из ведения УФСИН России по МО, не смотря на перевод его в исправительное учреждение для отбывания наказания, и не утратил права на взыскание компенсации взамен реального устранения возможных нарушений со стороны административных ответчиков.

Соответственно, в рассматриваемый период ФИО1 содержался в камерах № – 10.06.2022; № - с 10.06.2022 по 30.06.2022; № – с 01.07.2022 по 08.07.2022 и № – с 08.07.2022 по 15.07.2022, согласно камерной карточке.

Исходя из представленных административными ответчиками доказательств, в данных камерах вместе с ФИО1 содержалось в камере № – 4 человека, № – 4 человека и № -3 человека.

Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров с учетом требований, предусмотренных частью первой статьи 30 Федерального закона № 103-ФЗ.

Принимая во внимание данные о площади данных камер согласно техпаспорту и экспликации, а также число содержавшихся ФИО1, одновременно человек, усматривается, что в камерах № и № на одного содержавшегося в ней человека приходилось 3,3 и 3,5 кв.м., что нельзя рассматривать, как существенное отклонение от установленного норматива, с учетом того, что периоды нахождения в данных условиях были непродолжительными. Кроме того, в № на ФИО1 приходилось уже 4,6 кв.м. площади, что косвенно указывает на устранение администрацией учреждения нарушения норматива за предыдущие периоды пребывания в иных камерах. При этом, учитывая, что в камере № ФИО1 находился только неполный один день, условия нахождения в данной камере не подлежат оценке с точки зрения ст. 227.1 КАС РФ.

Аналогично, рассматривая вопрос о количестве посадочных мест за столом для принятия пищи суд исходит из того, что согласно ом п. 8.57 Норм проектирования следственных изоляторов и тюрем, утвержденных приказом № 161-дсп Минюста России от 28.05.2001 (СП 15-01 Минюста России), норматив площади скамьи на одного человека составлял 40 см. Замеры длины скамеек в камерах, в которых пребывал административный истец в 2022 году в сопоставлении с числом лиц, находившихся в них, указывают на то, что длина скамеек в камерах № и № приводила к недостатку установленного норматива, поскольку на одного человека приходилось по 37,5 и 30,75 см соответственно. Однако и в данном случае суд не усматривает в этом существенного нарушения прав административного истца, принимая во внимание незначительное отхождение от норматива в 2,5 мм и 9,25 мм, тем более что в № на одного человека за столом приходилось 40,3 см.

Касательно бетонного покрытия полов в камерах, административным истцом не представлен доказательств того, что в период 2022 года имело место быть нарушение п. 9.10 Норм проектирования следственных изоляторов и тюрем, утвержденных приказом № 161-дсп Минюста России от 28.05.2001 (СП 15-01 Минюста России), которым устанавливалось, что полы в камерных помещениях следует предусматривать дощатые беспустотные с креплением к трапециевидным лагам, втопленным в бетонную стяжку по бетонному основанию. Полы в камерах по периметру помещений следует крепить деревянными брусьями на болтах. Данный приказ утратил свою силу в виду того, что приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ от 15.04.2016 № 245/пр утвержден и введен в действие с 04.07.2016 Свод правил «Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования».

Согласно пункту 1.1 указанного Свода правил, он устанавливает нормы проектирования и распространяется на строительство, реконструкцию, расширение, техническое перевооружение и капитальный ремонт зданий, помещений и сооружений, предназначенных для размещения и функционирования следственных изоляторов (СИЗО).

Положения указанного свода правил не распространяются на объекты капитального строительства, проектная документация которых до вступления в силу названного свода правил получила положительное заключение государственной экспертизы, а также на документы территориального планирования и документацию по планированию территории, утвержденные до вступления в силу настоящего свода правил (п. 1.2).

Свод правил фактически сохраняет те же требования о наличии дощатых полов в камерах. Однако и факт нарушения Свода правил административным истцом не доказан, учитывая, что и со стороны административных ответчиков не представлено доказательств обратного, в то же время, административным истцом не приведено доказательств того, что отсутствие дощатого пола в камерах пагубно отразилось на его физическом или эмоциональном состоянии.

По вопросу оборудования камер электрической кнопкой вызова дежурного, суд исходит из того, что в ПВР-1 не установлено требование об обязательной электрической кнопке вызова дежурного, в п. 40 указано лишь на обязательность оборудования камер вызывной сигнализацией. Аналогично и в Своде правил нет указания на то, что вызывная сигнализация должна быть электрической, а факт того, что механическая вызывная сигнализация имеется во всех камерах, в которых административный истец содержался в 2022 году, подтверждается фотоматериалами, представленными административными ответчиками.

Суд учитывает, что стороной административных ответчиков не оспаривался факт отсутствия в камерах учреждения № и №, в которых находился в период содержания под стражей в 2022 году ФИО1, общегородского централизованного или локального горячего водоснабжения, учитывая справку замначальника учреждения.

Действительно, согласно пункту 43 ПВР-1 при отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное время с учетом потребности.

Вместе с тем пунктом 19.1 СП 247.1325800.2016 предусмотрено, что здания СИЗО должны быть оборудованы хозяйственно-питьевым и противопожарным водопроводом, горячим водоснабжением, канализацией и водостоками согласно требованиям СП 30.13330 («Внутренний водопровод и канализация зданий»), СП 31.13330 («Водоснабжение. Наружные сети и сооружения»), СП 32.13330 («Канализация. Наружные сети и сооружения»), СП 118.13330 («Общественные здания и сооружения»).

Согласно пункту 19.5 указанного Свода правил СП 247.1325800.2016, подводку холодной и горячей воды следует предусматривать, в том числе к умывальникам в камерах.

В силу положений Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» соблюдение санитарных правил является обязательным для граждан, индивидуальных предпринимателей и юридических лиц.

С учетом вышеприведенных положений законодательства, обеспечение помещений исправительных учреждений горячим водоснабжением является обязательным, о чем обоснованно заявлено административным истцом.

Факт постройки и введение здания учреждения в эксплуатацию ранее принятия перечисленных выше норм не препятствует его переоборудованию, реконструкции или капитальному ремонту с целью создания надлежащих условий содержания. Приведенные выше нормы регулируют как строительство, так и эксплуатацию помещений в исправительных учреждениях и являются обязательными.

Суд также учитывает, что стороной административного ответчика не представлено в материалы дела бесспорных доказательств надлежащего обеспечения административного истца горячей водой в период его содержания в следственном изоляторе в камерах № 306 и 311, сотрудниками учреждения как произвольно, так и по требованию административного истца.

В то же время суд полагает, что даже при условии обеспечения административного истца горячей водой в порядке, предусмотренном пунктом 43 ПВР, это не может быть признано достаточным для удовлетворения его ежедневной потребности в горячем водоснабжении с учетом пребывания под стражей в 2022 году в указанных камерах на протяжении почти одного месяца.

Поскольку обеспечение помещений СИЗО горячим водоснабжением, являлось и является обязательным, его отсутствие с учетом вышеизложенного следует расценивать как незаконное бездействие со стороны административных ответчиков, повлекшее нарушение прав ФИО1, на содержание под стражей в условиях надлежащего обеспечения его жизнедеятельности с учетом устоявшихся общечеловеческих санитарно-гигиенических нужд.

Наличие в учреждении в рассматриваемый период графика ежедневной выдачи горячей воды в установленное время с учетом потребности, не свидетельствует об обеспечении надлежащих условий содержания административного истца под стражей с учетом отсутствия как доказательств выдачи, как указывалось выше, так и доказательств того, что до сведения ФИО1 доводилась информация о наличии такого графика. При этом суд также учитывает, что камеры № и №, в которых административный истец также содержался в 2022 году, имеют горячее водоснабжение, что также косвенно доказывает возможность осуществления подводки горячей воды к иным камерным помещениям учреждения, а отсутствие таковой подтверждает факт незаконного бездействия административных ответчиков в данной части.

Таким образом, требования административного истца о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области в связи с ненадлежащим обеспечением горячим водоснабжением следует признать обоснованными.

Сам по себе факт содержания в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области в условиях, не соответствующих установленным санитарным правилам и нормам влечет нарушение прав административного истца, гарантированных законом, и является достаточным для того, чтобы причинить страдания и переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению свободы, что, в соответствии с упомянутыми выше правовыми нормами, является основанием для признания требований о взыскании компенсации за нарушение условий содержания правомерными.

В то же время при определении размера денежной компенсации, суд исходит из того, что признанное незаконным бездействие следственного изолятора не привело к наступлению для административного истца стойких негативных последствий, а также, учитывая фактические обстоятельства дела, отсутствие со стороны административного истца каких-либо доказательств обосновывающих исключительный характер и степень причиненных ему нравственных страданий, его индивидуальные особенности, период содержания истца в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области в оспариваемых условиях, меры, предпринимаемые административным ответчиком по соблюдению требований санитарно-эпидемиологического законодательства Российской Федерации, руководствуясь принципом разумности и справедливости, считает необходимым определить компенсацию за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере 1.000 рублей.

При этом оснований для присуждения административному истцу большей суммы, с учетом указанных выше обстоятельств, судом не усматривается.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 175-180, 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Административное исковое заявление Бадьина А..В. о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области – удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет средств казны Российской Федерации в пользу Бадьина А..В. компенсацию за ненадлежащие условия его содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области в размере 1.000 (одна тысяча) рублей.

Решение суда о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Октябрьский районный суд города Мурманска в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий: Н.В. Шуминова