УИД 77RS0016-02-2022-016953-57

Гр.дело №2-8214/2022

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

31 августа 2022 года адрес

Мещанский районный суд адрес в составе

председательствующего судьи фио,

при секретаре фио,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-8214/2022

по иску фио к адрес Банк» о признании недействительным договора уступки прав требования в части,

установил:

Истец фио обратился в суд с иском, в котором просит признать договор об уступке прав (требований) по договорам потребительского кредитования № 08/46/213-21, заключенный 16.04.2021 года между Банком «Возрождение» (ПАО) и Банком ВТБ (ПАО) недействительным в части уступки прав (требований) по договору потребительского кредита <***>, заключенного 27 декабря 2018 года между фио M.B. и Банком «Возрождение» (ПАО), указывая что законных оснований для заключения договора цессии не имелось, поскольку кредитный договор содержал запрет на уступку прав по нему.

Истец и его представитель в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Представитель ответчика по доверенности фио в судебное заседание явилась, возражала против удовлетворения требований, поддержала позицию отражённую в возражениях.

о рассмотрении дела надлежащим образом извещен, ранее направил в суд отзыв на исковое заявление.

Представитель третьего лица Банка ВТБ (ПАО) в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом извещен.

С учетом положений ч.4 ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено при данной явке сторон.

Выслушав представителя ответчика, исследовав письменные материалы дела, оценив представленные сторонами доказательства, суд приходит к следующему.

Судом установлено и следует из материалов дела, 27 декабря 2018 года между фио и Воронежским филиалом Банка «Возрождение» (ПАО) был заключен договор потребительского кредита <***> на сумму сумма, сроком на 84 месяца.

16.04.2021 года между Банком «Возрождение» (ПАО) и Банком ВТБ (ПАО) был заключен договор об уступке прав (требований) по договорам потребительского кредитования № 08/46/213-21. Дата перехода прав - 20.04.2021 года, согласно которого Цедент уступил Цессионарию права (требования) по кредитным договора, согласно перечню, предусмотренному Приложением №1 к договору, а Цессионарий принимает такие требования и уплачивает за них покупную цену.

Согласно выписке из Приложения № 1 к Договору, Цедент, в том числе, уступил Цессионарию право требования к фио в общей сумме сумма, возникшее на основании кредитного договора <***> от 27.12.2018 г.

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец указывает, что согласно п. 13 кредитного договора, фио установил запрет на уступку прав (требований) по заключенным между фио и Банком Договору любым третьим лицам, в том числе не имеющим лицензию на осуществление банковской деятельности.

Между тем, суд находит необоснованными доводы истца о недействительности договора уступки прав требования в связи с указанием в кредитном договоре на запрет уступки прав требования любым третьим лицам ввиду нижеследующего.

В соответствии с ч.1 ст. 382 ГК РФ, право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, могут быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Статьей 384 ГК РФ установлено, что право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором (ч. 2 ст. 382 ГК РФ).

В соответствии с ч. 2 ст. 388 ГК РФ не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

Само по себе отсутствие согласия не влечет недействительности сделки в соответствии с ц. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки"

В соответствии с 4.1 ст. 12 Федерального закона от 21.1.2.2013 N 353-ФЗ (ред. от 02.08.2019) "О потребительском кредите (займе)" кредитор вправе осуществлять уступку прав (требований) по договору потребительского кредита (займа), если запрет на осуществление уступки не предусмотрен федеральным законом или договором, содержащим условие о запрете уступки, согласованное при его заключении.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" при оценке того, имеет ли личность кредитора в обязательстве существенное значение для должника, для целей применения пункта 2 статьи 388 ГК РФ необходимо исходить из существа обязательства.

Если стороны установили в договоре, что личность кредитора имеет существенное значение для должника, однако это не вытекает из существа возникшего на основании этого договора обязательства, то подобные условия следует квалифицировать как запрет на уступку прав по договору без согласия должника (п. 2 ст. 382 ГК РФ)

Исходя из положений параграфа 2 главы 42 Гражданского кодекса РФ обязательства, вытекающие из кредитного договора, не относятся к числу обязательств, в которых личность кредитора имеет существенное значение для должника.

Для заемщика смена кредитора Банка «Возрождение» (ПАО) на Банк ВТБ Ю) не имеет существенного значения, поскольку обе организации являются кредитными учреждениями, осуществляющими свою деятельность в соответствии с Федеральным законом от 02.12.1990 г. № 395-1 «О банках и банковской деятельности».

В исковом заявлении отсутствуют документально подтвержденные доказательства того, смена кредитора каким-либо образом повлияла на обязательства заемщика.

Ссылка в исковом заявлении на то, что цессионарий и цедент знали о запрете уступки за требования, а потому не должны были заключать договор в отношении фио неосновательна.

Согласно разъяснений, содержащихся в п. п. 16,17 постановления Пленума Верховного РФ от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 ганского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки", если договор содержит условие о необходимости получения согласия должника либо о запрете уступки требования третьим лицам, передача такого требования, за исключением уступки требований по денежному обязательству, может быть признана недействительной по должника только в случае, когда доказано, что цессионарий знал или должен был знать об указанном запрете (пункт 2 статьи 382, пункт 3 статьи 388 ГК РФ). Уступка требований денежному обязательству в нарушение условия договора о предоставлении согласия должника или о запрете уступки, по общему правилу, действительна независимо от того, знал или должен был знать цессионарий о достигнутом цедентом и должником соглашении, запрещающем или ограничивающем уступку (пункт 3 статьи 388 ГК РФ). Вместе с тем, если цедент и цессионарий , совершая уступку вопреки названному договорному запрету, действовали с намерением причинить вред должнику, такая уступка может быть признана недействительной ( статья 10 и ст. 168 ГК РФ).

В исковом заявлении не содержится доказательств , свидетельствующих о том, что цедент и цессионарий , совершая уступку , действовали с намерением причинить вред должнику.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 51 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.

Таким образом, довод истца о необходимости получения его согласия на заключение Договора цессии в связи с тем, что личность кредитора имеет для него существенное значение, противоречит нормам действующего законодательства и условиям заключенного договора.

Довод истца о том, что цедент не проинформировал о совершенной уступке, а потому договор уступки в отношении последнего должен быть признан недейственным так же не основан на законе.

Согласно п. 16 индивидуальных условий договора потребительного кредитования, стороны установили, что адресом для уведомления клиента являться адрес постоянной регистрации клиента, указанный в заявлении на предоставление потребительского кредита, также то, что Банк в зависимости от вида направляемой информации клиенту может уведомить клиента различными способами. Так согласно пп.7 п. 16 индивидуальных условий договора потребительного кредитования иные уведомления и сообщения клиенту направляются либо sms-оповещение по телефону, указанному в заявлении на предоставление потребительского кредита/автокредита/поручительства, либо письмом без почтового уведомления о вручении, либо заказным письмом с уведомлением о вручении по усмотрению Банка, либо путем размещения информации в Интернет Банке/Мобильном Банке.

Истец подписал индивидуальные условия, тем самым выражая свое согласие на различные варианты обмена информацией между заемщиком и Банком.

Таким образом, Банк вправе был проинформировать истца о состоявшейся уступке любым из указанных в договоре потребительного кредитования способом.

При этом в п.6.1.1.1. Договора об уступке прав (требований) по договорам потребительского кредитования от 16.04.2021 г. № 08/46/213-21 предусмотрено, что Цедент уведомляет заемщика/созаемщика/поручителя о переходе к цессионарию соответствующих прав кредитора, а также о необходимости замены выгодоприобретателя (цедента) по договорам страхования, предусмотренным кредитным договором, путем направления заказным письмом письменных уведомлений по форме, согласованной сторонами не позднее даты перехода прав.

В п.6.1.1.1.1 Договора об уступке прав (требований) по договорам потребительского кредитования от 16.04.2021 г. № 08/46/213-21 также установлено, что цессионарию не позднее 2 рабочих дней с даты исполнения цедентом обязанности в соответствии со статьёй .1.1.1. Договора предоставляется оригинал реестра отправки регистрируемых почтовых отправлений, содержащего уникальный почтовый идентификатор каждого почтового отправления в адрес заемщика/созаемщика/поручителя

Таким образом, Банком было направлено уведомление в адрес заемщика, тем самым произведены действия по информированию истца о передаче прав требования цессионарию, что подтверждается копией почтового реестра об отправке и отчетом об отслеживании отправления с почтовым идентификатором 80091060897118.

В соответствии с положениями статьи 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 той же статьи).

В пункте 73 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" указано, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой (пункт 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Истцом не представлено доказательств ничтожности сделки. О ничтожности договора цессии в силу действующего законодательства может свидетельствовать договор, по которому передается требование (право), уступка которого запрещена законом; безвозмездный договор цессии между коммерческими организациями, либо договор цессии не удостоверен нотариально, в том случае когда уступка основана на нотариально удостоверенной сделке с должником. Ни одного из перечисленных выше случаев не имеет место быть.

При указанных обстоятельствах заявленные требования удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования фио к адрес Банк» о признании недействительным договора уступки прав требования - оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский городской суд через Мещанский районный суд адрес в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме

фио ФИО1