Судья Г №–872/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

<адрес> ДД.ММ.ГГГГ

Судебная коллегия по уголовным делам Калининградского областного суда в составе

председательствующего Кирмасовой Н.И.,

судей Коренькова В.А. и Гаренко С.В.,

при секретаре судебного заседания Тарановой И.И.,

с участием прокурора Дзик З.А.,

осужденного ФИО2,

его защитника – адвоката Баранова С.Г.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Баранова С.Г. в защиту интересов осужденного ФИО2 на приговор <адрес> районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, по которому

ФИО2, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин <адрес>, несудимый,

осужден:

- по ч.3 ст.291 УК РФ к 3 годам лишения свободы со штрафом в размере десятикратной суммы взятки - в сумме 250 000 рублей с лишением права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий, сроком на 2 года;

- по ч.3 ст.30 ч.6 ст.290 УК РФ к 8 годам 6 месяцам лишения свободы со штрафом в размере двукратной суммы взятки – в сумме 6 714 800 рублей с лишением права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий, сроком на 4 года;

- на основании ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначено 9 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима со штрафом в размере 6 800 000 рублей с лишением права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий, сроком на 5 лет.

В срок наказания зачтено:

- время содержания под стражей с 24 до ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима;

- время содержания под домашним арестом с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима;

- время нахождения под запретом определенных действий с 5 марта до ДД.ММ.ГГГГ и с 4 февраля до ДД.ММ.ГГГГ (срок, когда действовал запрет на выход из жилого помещения в установленное время) из расчета два дня нахождения под запретом определенных действий за один день лишения свободы.

Заслушав доклад судьи Гаренко С.В., выступления осужденного в режиме видеоконференц-связи, его защитника, поддержавших доводы апелляционной жалобы об отмене приговора, мнение прокурора об отсутствии к тому оснований, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

По приговору суда ФИО2 признан виновным в том, что, <данные изъяты>

Кроме того, он признан виновным в покушении в период <данные изъяты>

Адвокат Баранов С.Г. апелляционной жалобе в защиту интересов осужденного ФИО2 и дополнениях к ней ссылается на незаконность и необоснованность приговора ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, недоказанности виновности осужденного и допущенных судом нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов.

Полагает, что вина ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.291 УК РФ, не доказана, а обвинение опровергнуто исследованными в судебном заседании доказательствами.

Указывает, что в приговоре не приведены доказательства встречи ФИО2 с М до ДД.ММ.ГГГГ, на которой осужденный якобы предложил ему взятку. Не учтены показания ФИО2 о том, что он и ранее по просьбам М давал ему деньги в долг, а при встрече ДД.ММ.ГГГГ у торгового центра «Колизей» передал в долг М 30 000 рублей, которые занял у своей <данные изъяты>, находившейся там же, а М в разговоре напомнил о своем долге в сумме 25 000 рублей. Наличие долговых обязательств перед осужденным М подтвердил в судебном заседании. Разговоров о том, что 25 000 рублей переданы ФИО2 за совершение каких-либо незаконных действий в интересах третьих лиц либо за общее покровительство, они между собой не вели, что подтверждается видеозаписью встречи. Поскольку М в этот же день вернул ФИО2 деньги за минусом 5000 рублей, осужденный об этом сообщил М по телефону, пообещав вернуть недостающую сумму либо сейчас, либо до нового года вместе с ранее взятыми в долг денежными средствами. Так как деньги М ему не вернул, он перед новым годом звонил ему и напоминал о долге, но, пообещав перечислить деньги на счет в сбербанке, М так этого и не сделал, что подтверждается отчетом о движении денежных средств по счету в банке.

Считает, что формулировка предъявленного обвинения являлась неконкретной. Описание преступного деяния в приговоре относительно преступного умысла ФИО2 и его реализации, а также того, за какие действия передана взятка, содержит противоречия. Вывод суда о том, что ФИО2 предложил М взятку за заведомо незаконное бездействие при проведении оперативно-розыскных и проверочных мероприятий, направленных на предупреждение, выявление и раскрытие преступлений в сфере незаконной разработки недр и хищения песка, противоречит аудиозаписи состоявшегося между ними ДД.ММ.ГГГГ разговора. Конкретные фразы ФИО2, позволившие суду прийти к такому выводу, в приговоре не указаны. Утверждение М о том, что такой разговор между ними состоялся ранее, не свидетельствует о виновности осужденного, поскольку М не сообщил место и время такого разговора.

Показания свидетелей М М, рапорт сотрудника ФСБ, сопроводительное письмо к ОРМ, акт опроса М, содержащие сведения о том, что ФИО2, склоняя М к незаконному бездействию, обещал передать ему деньги, которые намеревался получить от М, а тот в свою очередь от неустановленных лиц, указывают на намерение ФИО2 выполнить роль посредника и противоречат последующим показаниям М и выводам, изложенным в приговоре суда. В таком случае действия осужденного могли быть квалифицированы по ч.1 ст.291-1 УК РФ, однако с учетом размера взятки не являются уголовно-наказуемыми. При этом вопрос об уголовной ответственности М за указанные действия решен не был. Показания М в ходе очной ставки относительно долговых обязательств противоречат его показаниям в судебном заседании. Согласно записи разговора инициатором встречи являлся М, а не ФИО2, что свидетель подтвердил в судебном заседании.

Ссылается на отсутствие оснований для проведения оперативного эксперимента ДД.ММ.ГГГГ, допущенные нарушения при его проведении, выразившиеся в совмещении оперативного эксперимента с покупкой М мебели в магазине, его бесконтрольное нахождение после его досмотра, отсутствие в документах сведений о вручении ему записывающей аппаратуры, нахождение в магазине <данные изъяты>, у которой имелись денежные средства, что влечет признание материалов ОРМ недопустимыми доказательствами. Суд в приговоре не мотивировал, в связи с чем не приняты во внимание показания свидетеля ФИО1 – <данные изъяты>. В приговоре искажено содержание состоявшегося между ФИО2 и М разговора, поскольку фраза о том, что он «давал зеленку», произнесена не осужденным, а М

Кроме того, считает недоказанной вину ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30 ч.6 ст.290 УК РФ.

Обращает внимание, что в постановлении о возбуждении уголовного дела в отношении Л указано, что последний действовал в интересах Г, а не ФИО2, с которым никогда не контактировал и находился в неприязненных отношениях, что подтвердил свидетель М Из протокола осмотра смартфона Г от ДД.ММ.ГГГГ следует, что Л умышленно вводит Г в заблуждение относительно проводимой в отношении него проверки и предлагает свои услуги в ее прекращении, намереваясь дать взятку сотрудникам полиции. О наличии своего интереса у Л свидетельствуют и сведения, содержащиеся в протоколах осмотра смартфона от ДД.ММ.ГГГГ и предметов от ДД.ММ.ГГГГ, переписка Л с Г и диалог Л с Л и Г. Не учтены доводы защиты о том, что Л после передачи ему Г очередной части взятки в сумме 5100 евро не намеревался их передать ни М, ни ФИО2, а расходовал по собственному усмотрению, в том числе на покупку турпутевки.

Из показаний Л в судебном заседании следует, что он не имел контактов с ФИО2 и не действовал в его интересах, а о причастности осужденного к проводимой в отношении ООО «<данные изъяты>» проверке знал только со слов М сообщившего, что умышленно вводил Л в заблуждение относительно роли ФИО2. Наличие у ООО «<данные изъяты>» задолженности перед ООО «<данные изъяты>», в связи с которой М проводилась проверка, подтверждается протоколом осмотра от ДД.ММ.ГГГГ, содержащего сведения об изъятии в кабинетах ФИО2 и начальника ОМВД по Светловскому ГО документов, касающихся деятельности Общества. Указанные доказательства свидетельствуют о необоснованности вывода суда о том, что именно ФИО2 намеревался получить взятку от Г при посредничестве М и Л.

Считает, что М и Л совершали мошенничество в отношении Г, при этом М подлежал привлечению к ответственности по ст.159 УК РФ, а Л – по ст.291.1 УК РФ.

Выводы суда о виновности ФИО2 в покушении на получение взятки от Г основаны на противоречивых доказательствах.

Из материалов дела следует, что в ДД.ММ.ГГГГ года М проводил проверку в отношении ООО «<данные изъяты>» и сообщил Л информацию о наличии задолженности Общества перед ООО «<данные изъяты>» в сумме более 30 миллионов рублей, а тот сфотографировал таблицу о задолженности и отправил Г, сообщив о проведении в отношении него проверки. В дальнейшем М сообщил Л, что вопрос проведения проверки в отношении Г можно урегулировать за денежное вознаграждение. Указанные действия имели место в конце сентября – начале октября 2018 года, что подтверждается смс-сообщением, направленным Л Г ДД.ММ.ГГГГ, тогда как проверка ФИО2 в отношении компании Г проводилась с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Эти обстоятельства опровергают вывод суда об обращении ФИО2 к М с просьбой подыскать знакомое Г лицо с целью его склонения к передаче осужденному взятки.

Считает, что ФИО2 не был наделен полномочиями на проведение проверки в рамках ОРМ и решение вопроса о направлении результатов ОРМ в орган предварительного следствия для осуществления проверки в порядке ст.ст.144-145 УУПК РФ и дальнейшего привлечения к уголовной ответственности. На какой-либо нормативный акт, подтверждающий наличие у ФИО2 таких полномочий, суд в приговоре не сослался. Отсутствие у него таких полномочий подтвердили в суде свидетели Р, Д и К направленные в СУ СК РФ по <адрес> материалы были возвращены в УЭБ и ПК ввиду отсутствия оснований для проведения проверки. Не учтено, что ФИО2 совместно с другими должностными лицами составил рапорт на имя врио начальника полиции УМВД России по <адрес> К о целесообразности направления материалов в Следственный комитет. Эти доказательства свидетельствуют об отсутствии у ФИО2 намерения получить взятку от Г. Не учтено, что проверку, кроме ФИО2, проводил Д, а решение о ее прекращении могло быть принято только вышестоящим руководством.

Судом не принято во внимание, что первоначально информация о возможном совершении Г преступления поступила от М, а ФИО2 лишь подготовил документы и докладную записку на имя начальника отдела полиции о возможной противоправной деятельности Г. При этом все планируемые мероприятия обсуждались на совещаниях отдела.

Встреча ФИО2 с руководителем ООО «<данные изъяты>» В состоялась по поводу деятельности его организации, а вопросы, связанные с взяткой, они не обсуждали, что подтверждается аудиозаписью состоявшегося разговора. Не учтено, что ранее они между собой знакомы не были. Полагает, что со стороны В, действовавшего под контролем ФСБ, была попытка провокации.

Ссылка суда на отправку Л М ДД.ММ.ГГГГ в 20 часов 11 минут текстового сообщения «Все ОК, все забрал», необоснованна, так как Л был задержан не позднее ДД.ММ.ГГГГ участвовал в ОРМ «Обследование помещений, зданий, сооружений». Полагает, что смс-сообщение могли отправить сотрудники УФСБ.

Приведенные в приговоре сведения о телефонных соединениях ФИО2 за период с № ДД.ММ.ГГГГ и о его нахождении в указанное время в районе базовой станции в <адрес>, то есть по месту жительства М, не свидетельствуют о виновности осужденного, поскольку приговором от ДД.ММ.ГГГГ, постановленным в отношении М и Л, установлено, что Л получил от Г часть взятки в размере 5100 евро с 18 часов 10 минут до 18 часов 40 минут ДД.ММ.ГГГГ, после чего был задержан. Указанные несоответствия и нарушения повлекли за собой неверную оценку доказательств и постановление незаконного и необоснованного приговора.

Кроме того, защитник указывает, что при повторном рассмотрении в отношении ФИО2 уголовного дела судом были допущены нарушения, которые ранее являлись основанием для отмены приговора: судом оглашены и исследованы показания М и Л на предварительном следствии как в качестве подозреваемых (обвиняемых), так и свидетелей. Протокол очной ставки от ДД.ММ.ГГГГ между подозреваемыми М и Л является недопустимым доказательством.

Полагает, что в срок наказания подлежало зачету из расчета два дня за один день лишения свободы время нахождения ФИО2 под запретом определенных действий в период с 4 ноября до ДД.ММ.ГГГГ. Несмотря на то, что срок действия указанной меры пресечения после ДД.ММ.ГГГГ судом не продлевался, электронный браслет был снят с ФИО2 сотрудниками уголовно-исполнительной инспекции только после оглашения ДД.ММ.ГГГГ приговора, а стационарное устройство, установленное в его жилище, было изъято на следующий день.

Просит приговор отменить и вынести в отношении ФИО2 оправдательный приговор.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы защитника и дополнений к ней, заслушав выступления сторон, судебная коллегия приходит к следующему.

Вывод суда о виновности ФИО2 в преступлениях, за которые он осужден, судом мотивирован и является правильным, поскольку соответствует фактическим обстоятельствам дела, основан на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, подробно изложенных в приговоре.

В подтверждение вывода о виновности ФИО2 в даче взятки старшему оперуполномоченному 3-го отдела УЭБиПК УМВД России по <адрес> М суд в числе других привел следующие доказательства:

- показания свидетеля М в судебном заседании, в ходе очной ставки с ФИО2 и при проверке показаний на месте о состоявшемся между ним и ФИО2 в ДД.ММ.ГГГГ года во дворе УЭБиПК УМВД России по <адрес> разговоре, в ходе которого ФИО2 предложил ему за денежное вознаграждение не совершать действий по пресечению незаконной добычи песка на территории карьера в <адрес> городского округа, о чем он, ФИО3, сообщил в ФСБ, согласившись на участие в оперативном эксперименте, который был проведен ДД.ММ.ГГГГ по согласованной с ФИО2 встрече возле ТЦ «<данные изъяты>», в ходе которой осужденный передал ему взятку в размере 25 000 рублей купюрами по 500 рублей;

- показания свидетеля С об обращении в ДД.ММ.ГГГГ года М в УФСБ по <адрес> с сообщением о том, что его коллега ФИО2 склоняет его к получению взятки за то, чтобы он не выявлял, не пресекал и не документировал незаконную деятельность лиц, осуществляющих работы в сфере недропользования на территории <адрес>; об организации оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент» с участием М вручении ему технического устройства для ведения аудио- и видеозаписей встречи с ФИО2; о выдаче М ДД.ММ.ГГГГ записывающего устройства и 25 000 рублей, полученных от ФИО2 в качестве взятки;

- материалы оперативно-розыскных мероприятий: акты осмотра М перед встречей с ФИО2 и после нее, выдачи 25 000 рублей купюрами по 500 рублей; видеозапись встречи М и ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ возле ТЦ «<данные изъяты>», из которой следует, что они между собой ведут разговор о незаконной добыче песка, вывозе грунта на «<данные изъяты>», то есть на территории <адрес> городского округа, при этом ФИО2 говорит, что у него «25 за две недели», что-то передает М и говорит: «На 25», а также говорит М, что, если он перейдет в их отдел, то будет «делать деньги»;

- заключения экспертиз от 23 апреля и ДД.ММ.ГГГГ об установлении дословного содержания разговора ФИО2 с М и отсутствии признаков монтажа указанной записи;

- протокол осмотра оптического диска с информацией о телефонных соединениях ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ и о нахождении абонента в зоне базовой станции по <адрес> в <адрес>, то есть неподалеку от его места встречи с М

- протокол осмотра документов, изъятых сотрудниками полиции, подтверждающих сведения о незаконной добыче неустановленными лицами с использованием спецтехники песка и песчано-гравийной смеси на земельных участках в Светловском городском округе в 2017-2019 годах;

- протокол проверки показаний М на месте от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которой он указал место расположения карьерных выемок, на которых в 2018 году работала спецтехника и производилась добыча песка без соответствующего разрешения на пользование недрами, что свидетельствует о его осведомленности в этом вопросе;

- протокол осмотра оптического диска с информацией о телефонных соединениях ФИО2 17, 23, 29 октября, 13, 19 и ДД.ММ.ГГГГ и о нахождении абонента в указанные дни в районах базовых станций неподалеку от <адрес> городского округа, где велась незаконная деятельность по добыче песка, подтверждающих осведомленность ФИО2 об этой деятельности и определенную заинтересованность в ее продолжении неустановленными лицами.

Суд тщательно проверил и обоснованно отверг показания ФИО2 о том, что на состоявшейся ДД.ММ.ГГГГ встрече он дал М деньги в долг, а не в качестве взятки, поскольку эти показания осужденного опровергаются приведенными выше доказательствами.

При этом суд обоснованно не принял во внимание показания свидетеля Ц – <данные изъяты>, о ее нахождении в автомобиле ФИО2 в момент его встречи с М передаче ему 30 000 рублей для дачи в долг его коллеге.

Суд обоснованно указал, что показания ФИО1 опровергаются протоколом проверки ее показаний на месте, в ходе которых она не смогла указать ни маршрут передвижения, ни место парковки автомобиля; видеозаписью передвижения автомобиля ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ по улицам города, из которой усматривается, что в автомобиле никого, кроме водителя, не было; информацией о телефонных соединениях ФИО1 и о нахождении абонента в указанный день в районе базовой станции <адрес>, что свидетельствует о том, что в указанный день она в <адрес> не приезжала и не могла находиться <данные изъяты> <данные изъяты> Ц в месте его встречи с М.

Каких-либо обстоятельств, которые могли бы свидетельствовать об оговоре осужденного свидетелем М, не установлено. Довод защитника о наличии противоречий в показаниях М на предварительном следствии относительно долговых обязательств и способов возврата ФИО2 ранее взятых в долг денежных средств не влияет на вывод суда о виновности осужденного в даче взятки, поскольку то обстоятельство, что переданные ДД.ММ.ГГГГ 25 000 рублей являлись взяткой за непроведение М в отношении известных ФИО2 лиц оперативно-розыскных и проверочных мероприятий, направленных на предупреждение, выявление и раскрытие преступлений в сфере незаконной разработки недр и хищения песка на территории <данные изъяты> городского округа, подтверждается совокупностью приведенных в приговоре доказательств.

Вывод суда о том, что встреча ФИО2 с М, на которой осужденный предложил ему взятку, состоялась с 1 по ДД.ММ.ГГГГ, подтверждается показаниями свидетеля М, в том числе о месте встречи, а также его обращением в УФСБ по <адрес> в декабре 2018 года.

То обстоятельство, что при встрече ДД.ММ.ГГГГ осужденный и ФИО2 не обсуждают сумму и конкретные действия, за которые передается взятка, не свидетельствует о невиновности ФИО2, а лишь подтверждает достоверность показаний М о том, что эти вопросы между ними были обсуждены и согласованы заранее.

Из содержания видеозаписи встречи между ФИО2 и М следует, что они обсуждают между собой деятельность по незаконному вывозу песка с карьерных выработок, при этом ФИО2 говорит, что получил за две недели двадцать пять, и, если ФИО3 перейдет на службу в их отдел, то «будет делать деньги». При этом видно, что оба осведомлены о случаях незаконного вывоза грунта и песка и о том, что за это дают «зеленку». Вопреки доводам апелляционной жалобы, именно ФИО2 принадлежат слова: «я там даже не говорил, что ты меня спрашивал: чьи, кто там, как «зеленку давал», не знает об этом никто» (т.5 л.д.105).

Вопреки доводам защитника, оперативно-розыскные мероприятия в отношении ФИО2 проведены в соответствии с ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», в связи с поступившей от М информацией о предложении ему ФИО2 взятки, материалы ОРМ были надлежащим образом оформлены, рассекречены, переданы в следственный орган в установленном законом порядке и обоснованно использованы в качестве источника доказательств.

Оснований считать, что в отношении ФИО2 допущена провокация, на что ссылается защитник, не имеется; на видеозаписи видно, что ФИО2 без какого-либо воздействия передает М деньги. При этом из материалов дела следует, что инициатором разговора о передаче взятки являлся осужденный.

Довод защитника об отсутствии в протоколах ОРМ сведений о вручении М записывающей аппаратуры, о том, что его передвижение не контролировалось сотрудниками ФСБ, и об одновременном приобретении мебели для его матери, не ставит под сомнение вывод суда о допустимости доказательств, полученных на основании материалов оперативно-розыскных мероприятий.

Сам факт встречи М и ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ возле ТЦ «<данные изъяты>», принадлежность им голосов и содержание происходившего между ними разговора, запечатленного на видеозаписи, самим осужденным не оспаривается, а показания ФИО2 об ином назначении переданных им М денег в сумме 25 000 рублей правильно оценены судом, как недостоверные.

Акт опроса М, на который ссылается защитник, доказательством по делу не является и не свидетельствует о том, что ФИО2 являлся посредником во взяточничестве.

Факт назначения М на должность старшего оперуполномоченного отделения в сфере недропользования, добычи и оборота янтаря отдела по борьбе с преступлениями на объектах потребительского рынка, агропромышленного комплекса, лесного хозяйства, недропользования, добычи янтаря, в сфере игорного бизнеса и подакцизных товаров 3-го отдела УЭБиПК УМВД России по <адрес> подтверждается приказом начальника УМВД России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ.

Полномочия М по проведению мероприятий по обнаружению, предупреждению, выявлению и раскрытию преступлений экономической направленности, принятии, проверке и рассмотрении заявлений и сообщений о преступлениях подтверждаются должностным регламентом, утвержденным ДД.ММ.ГГГГ начальником УЭБиПК УМВД России по <адрес>.

Виновность ФИО2 в покушении на получение через посредников М и Л взятки от руководителя ООО «<данные изъяты>» Г в виде денег за незаконные действия и бездействие за прекращение проводимых в отношении Г мероприятий по факту возможного уклонения от уплаты организацией налогов и за ненаправление результатов ОРМ в орган предварительного следствия для осуществления проверки в порядке ст.ст.144-145 УПК РФ также подтверждается исследованными в судебном заседании и приведенными в приговоре доказательствами.

Так, из показаний свидетеля Г следует, что требование ФИО2 о передаче ему взятки в размере 5 000 000 рублей за прекращение проверки в отношении ОООО «<данные изъяты>» ему передал Л, после чего он обратился в УФСБ и в дальнейшем действовал под контролем сотрудников Управления. При встрече ДД.ММ.ГГГГ с Л и Л в «<данные изъяты>» по <адрес> в <адрес> в присутствии Л сообщил о том, что договорился с сотрудниками полиции о снижении суммы взятки до 4 000 000 рублей. По вопросам финансовой деятельности возглавляемого им общества его ДД.ММ.ГГГГ опрашивал ФИО2, о чем он, Г, рассказал Л, который был осведомлен о всех нюансах проводимой проверки, а ДД.ММ.ГГГГ через мессенджер «ВатсАп» сообщил ему о необходимости передать 50 000 евро за прекращение проверки; именно эта сумма была озвучена Л при встрече ДД.ММ.ГГГГ кафе <адрес>. Встреча с Л ДД.ММ.ГГГГ состоялась в офисе ОООО «<данные изъяты>» в здании Бизнес-центра на Московском проспекте в <адрес>, где он, Г передал Л деньги в сумме 1 000 000 рублей, врученные ранее сотрудниками УФСБ, при этом Л сделал фото его ответа на запрос, кому-то позвонил, после чего сообщил, что исполнять запрос нет необходимости. Они договорились о том, что оставшаяся сумма будет передана на следующий день. ДД.ММ.ГГГГ при передаче врученных ему сотрудниками ФСБ 5 100 евро Л был задержан.

Показания Г согласуются с показаниями свидетеля Л о его осведомленности о том, что сотрудники полиции ФИО2 и М проводят проверку в отношении ООО «<данные изъяты>», возглавляемого Г; о встрече в декабре 2018 года с Г и Л в «<данные изъяты>» на <адрес> в <адрес>, в ходе которой Л сообщил Г о том, что за прекращение проверки ФИО2 требует от Г 50 000 евро; о том, что в январе 2019 года по обстоятельствам сотрудничества с Г его опрашивал ФИО2; о звонке ФИО2 бухгалтеру ООО «<данные изъяты>», встрече с Г и Л после этого опроса в кафе в <адрес>, в ходе которой последние обсуждали вопрос об урегулировании с сотрудниками полиции возникшей из-за проводимой проверки проблемы, при этом Л сообщил Г о необходимости передачи ФИО2 через него и М за прекращение проверки 50 000 евро; об обстоятельствах передачи Г ДД.ММ.ГГГГ пачки денег в евро Л, после чего последний был задержан.

Показаниями свидетеля С и материалами оперативно-розыскных мероприятий подтверждаются обстоятельства проведения оперативного эксперимента, вручения Г денег, обработанных специальным химическим веществом, задержания Л изъятия у него денежных средств и мобильного телефона, а также а выдачи Г двух запросов, подписанных сотрудниками УЭБиПК.

Из протокола осмотра выданного Г мобильного телефона усматривается, что между ним и Л велась переписка с октября 2018 года, в ходе которой Л отправлял Г фотографию с изображением таблицы выводных данных бухгалтерского учета, содержащих сведения о денежных обязательствах по договорам ООО «<данные изъяты>», а также сообщал ему о возможности прекращения проверки в отношении Г и о требуемой ФИО2 за это взятке в размере 50 000 евро. Кроме того, в телефоне содержатся сведения об отправленных 22 октября и ДД.ММ.ГГГГ Г смс-сообщениях ФИО1.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, из этой переписки не следует, что М вводил Л в заблуждение относительно роли ФИО2.

Согласно видеозаписи встречи Г, Л и Л от ДД.ММ.ГГГГ, состоявшейся в «<данные изъяты>», Л сообщает Г о том, что его вызывают в УБЭП и его «ждет» ФИО2, а также о том, что бухгалтер Г дала ФИО1 всю информацию; Л сообщает, что прекратить проверку можно за 4 000 000 рублей.

Из содержания аудиозаписи телефонного разговора Г и Л от ДД.ММ.ГГГГ следует, что Г сообщает Л, что его накануне опрашивали по ходу проверки, Л предлагает встретиться и переговорить. Из аудиозаписи их разговора при встрече в районе <адрес> в <адрес> усматривается, что Л говорит о том, что Г вызывал для опроса ФИО2, чтобы запугать и склонить его к передаче взятки.

При осмотре оптических дисков с информацией о соединениях абонентов установлено, что в период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ Г неоднократно созванивался с ФИО2, что опровергает довод стороны защиты о том, что ФИО2 до декабря 2018 года не проводил оперативных мероприятий в отношении возглавляемой Г организации ООО «<данные изъяты>».

Из протокола осмотра дисков, содержащих информацию о соединениях Л следует, что в период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ Л систематически созванивался с Г, при этом сведения о расположении базовых станций соответствуют показаниям свидетелей о его нахождении ДД.ММ.ГГГГ в «<данные изъяты>» в <адрес>, ДД.ММ.ГГГГ – в пекарне «Кенигбекер» в <адрес>, 3 и ДД.ММ.ГГГГ – в офисе Г по ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, а также факт телефонного соединения с М ДД.ММ.ГГГГ, когда Л сообщил М о получении от Г первой части взятки.

Аудиозаписями встреч Г и Л 3 и ДД.ММ.ГГГГ9 года подтверждается факт передачи Г Л денежных средств для передачи М

Свидетель В пояснил о том, что в январе 2019 года он узнал от Г что у последнего сотрудники полиции требуют деньги в сумме 5 000 000 рублей за прекращение проводимой ФИО2 проверки в отношении ООО «<данные изъяты>» и что деньги он должен передать Л, а последний через М ФИО1. Он, В пообещал, что поговорит с ФИО2 о снижении суммы взятки. Он трижды встречался с ФИО2 на Советском переулке в Калининграде, они беседовали по поводу проводимой в отношении Г проверки, он просил уменьшить сумму взятки, а в ходе последней встречи договорился с ФИО2 о снижении суммы взятки до 3 000 000 рублей.

Из аудиозаписей встреч 23 и ДД.ММ.ГГГГ, видеозаписи от ДД.ММ.ГГГГ следует, что В действовавший под контролем сотрудников ФСБ, встречался с ФИО2, в ходе встреч ФИО2 сообщал ему о проводимой проверке в отношении компании Г, о достаточности материалов для ст.199 УК РФ, о том, что есть «люди», которые донесли до Г информацию о том, что необходимо сделать, чтобы решить вопрос с проверкой; при этом они обсуждают вопрос о снижении суммы взятки, В озвучивает сумму «трешка», а ФИО2 рекомендует передать Г необходимость встретиться с «людьми» и все обсудить.

При этом суд обоснованно учитывал, что хотя В и был вызван ФИО2 для опроса, однако встречи между ними проходили не в служебном кабинете, а на улице, при этом опрос не производился и процессуальные документы не составлялись, а, исходя из содержания беседы следует, что ФИО2 был осведомлен о том, что вопрос о передаче Г денег за прекращение им проверки Л решает через М

То обстоятельство, что ФИО2 и В ранее не были знакомы, не ставит под сомнение достоверность указанных выше доказательств.

Из оглашенных и исследованных в судебном заседании показаний в качестве обвиняемого М осужденного приговором от ДД.ММ.ГГГГ за посредничество во взяточничестве, следует, что информацию о наличии неотработанных ООО «А» авансов в сумме 30 000 000 рублей по объекту «<данные изъяты>» он довел до ФИО2 в сентябре 2018 года, тот заинтересовался этой информацией и сказал, что проверит ее оперативным путем. В октябре 2018 года о проведении проверки ФИО2 он сообщил Л, который стал интересоваться возможностью прекратить проверку, намекая на вознаграждение в сумме 5 000 000 рублей. В декабре 2018 года он встретился с Л и предложил ему выступить посредником в передаче от Г денег, а тот попросил за свои услуги 400 000 рублей. Затем сумма вознаграждения была снижена до 50 000 евро, и в конце января 2019 года Л сообщил о согласии Г передать такую сумму. ДД.ММ.ГГГГ ему позвонил Л и спросил, нужно ли Г передавать ФИО2 документы по его запросу, на что он, М ответил, что не нужно, в этот же день Л по телефону сообщил о передаче ему Г 1 000 000 рублей и намерении передать оставшуюся сумму ДД.ММ.ГГГГ. В указанный день он получил сообщение от Л о том, что деньги им от Г получены.

При проверке показаний на месте М показал место встречи с Л, где у них состоялся разговор о передаче денежных средств от Г за прекращение ФИО2 оперативно-розыскных мероприятий.

Из показаний Л, также осужденного приговором от ДД.ММ.ГГГГ, усматривается, что предложение о передаче Г взятки в размере 4 000 000 рублей или 50 000 евро за прекращение проверки в отношении Г ему поступило от М он знал, что проверку проводит ФИО2 и его отдел. Л пояснил о передаче ему Г ДД.ММ.ГГГГ 1 000 000 рублей, а на следующий день – 5 100 евро и об обстоятельствах своего задержания.

Вопреки доводам жалобы защитника, нарушений при допросе в суде Л и оглашении показаний М, данных им на предварительном следствии, не допущено.

Как следует из протокола судебного заседания, после ходатайства гособвинителя об оглашении показаний М на предварительном следствии в качестве подозреваемого и обвиняемого защитник попросил предоставить время для ознакомления с ними, а после ознакомления сторона защиты не возражала против оглашения этих показаний.

Поскольку М был допрошен в присутствии защитника, с разъяснением ему прав, в том числе права не свидетельствовать против себя, а также положений о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств, суд обоснованно сослался на эти показания в приговоре. При этом судом с приведением надлежащих мотивов в приговоре обоснованно отвергнут довод защитника о недопустимости протокола очной ставки между М и Л.

Показания М в качестве свидетеля, в которых он пояснял, что соврал Л относительно того, что взятка от Г предназначалась ФИО2, опровергаются совокупностью иных доказательств, приведенных в приговоре.

Осужденный Л допрошен в суде в присутствии адвоката. Разъяснение ему судом гражданской обязанности говорить правду не свидетельствует о недопустимости указанного доказательства.

Показания свидетеля Е, ранее состоявшей в должности главного бухгалтера ООО «<данные изъяты>», о получении в октябре 2018 года запроса от ФИО2 о предоставлении документов, запрос начальника УЭБиПК УМВД России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ о предоставлении документов, исполнителем которого указан ФИО2, в совокупности с показаниями М о доведении до ФИО2 в сентябре 2018 года информации о выявленных нарушениях в финансово-хозяйственной деятельности ООО «<данные изъяты>» опровергают довод стороны защиты и сведения, изложенные в справке, о том, что проверка проводилась ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ.

То обстоятельство, что первоначально информация о нарушениях, допущенных Г, поступила от М, и этот вопрос обсуждался на совещаниях отдела, не влияет на выводы суда о виновности ФИО2.

Информация о телефонных соединениях М и ФИО2, содержащяся на оптических дисках, осмотренных судом, свидетельствует об общении М как с Л, так и с ФИО2, а также о том, что ДД.ММ.ГГГГ в день передачи Г денежных средств Л М и ФИО2 находились в районе базовой станции в <адрес>, то есть, по месту жительства М что подтверждает обоснованность вывода суда о том, что взятка от Г предназначалась ФИО2, а М, как и Л, являлись посредниками в ее получении.

То обстоятельство, что информация о телефонных соединениях ФИО2 предоставлена за период с 20 часов 53 минут до 21 часов 45 минут ДД.ММ.ГГГГ, а приговором от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что Л получил деньги от Г с 18 часов 10 минут до 18 часов 40 минут, не опровергает выводы суда о нахождении ФИО2 в день передачи взятки вместе с М.

Суд обоснованно сослался на запись разговора М с В, в ходе которого последний сообщает ей, что информацию о проблемах Г с налогами он довел до ФИО1, и намеревался с последним получить 50 000 евро от Г через Л, вместе с ФИО2 в день получения Л денег от Г ждал по месту своего жительства сигнала от Л но догадался, что тот был задержан сотрудниками ФСБ.

Отсутствие в протоколе осмотра места происшествия сведений об отправке Л в 20 часов 11 минут ДД.ММ.ГГГГ смс-сообщения М о получении им денег от Г при наличии совокупности иных доказательств не влияет на выводы суда о виновности ФИО2.

Судом установлено, что именно у ФИО2 возник умысел на получение от Г взятки за прекращение в отношении него оперативно-розыскных мероприятий, проводимых по факту уклонения от уплаты налогов и за ненаправление материалов в орган предварительного следствия для проведения проверки в порядке ст.ст.144-145 УПК РФ, поскольку именно он обратился к М с просьбой подыскать среди знакомых Г лицо с целью его склонения к передаче взятки.

Довод стороны защиты о неприязненных отношениях между Л и ФИО2, об участии М и других должностных лиц в проводимой в отношении ООО «<данные изъяты>» проверке, а также о том, что Л непосредственно не контактировал с ФИО2 и часть полученных от Г денег потратил на свои нужды, не влияет на выводы суда и не свидетельствует о неверной квалификации действий как ФИО2, так и Л и М виновность которых установлена вступившим в законную силу приговором суда от ДД.ММ.ГГГГ. При этом суд обоснованно учитывал, что М и Л действовали в интересах ФИО2. М выполняя его поручения, доводил известную ему информацию до Л, обсуждая с последним, в том числе и размер взятки за прекращение проверки в отношении Г

То обстоятельство, что в постановлении о возбуждении уголовного дела указано, что умысел на мошенничество в отношении Г возник у Л не имеет значения для данного дела, так как обстоятельства совершенного преступления и роли в нем каждого, в том числе ФИО2, подлежали установлению следственным путем, что и было сделано при дальнейшем расследовании уголовного дела.

Суд обоснованно указал о том, что оперативно-розыскные мероприятия проведены в соответствии с ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» и переданы органам следствия в установленном законом порядке.

Довод защитника о том, что в отношении ФИО2 имела место провокация, в том числе со стороны Г и В действовавших под контролем сотрудников ФСБ, является необоснованным, поскольку умысел на получение взятки сформировался у ФИО2 независимо от действий сотрудников ФСБ, а оперативные мероприятия стали проводиться только после обращения к ним Г с информацией о требуемой сотрудниками полиции взятке.

Вопреки доводам защитника, мотивируя наличие у ФИО2 полномочий на проведение проверки в отношении возглавляемой Г организации, суд сослался на документы и конкретные нормативно-правовые акты, в том числе Федеральные законы «О полиции», «Об оперативно-розыскной деятельности», правильно указав, что в силу занимаемой должности оперуполномоченного межрайонного отдела по борьбе с экономическими и налоговыми преступлениями 4-го отдела УЭБиПК УМВД России по <адрес> он был уполномочен осуществлять оперативно-розыскную деятельность и направлять результаты проводимых мероприятий, в том числе по факту возможного уклонения от уплаты налогов Г, в орган предварительного расследования для осуществления проверки в порядке ст.ст.144-145 УПК РФ и дальнейшего привлечения к уголовной ответственности. Показания свидетелей Р, К и Д об отсутствии у него таких полномочий опровергаются материалами дела.

Вывод суда о том, что ФИО2 покушался на получение от Г через посредников взятки в особом крупном размере за прекращение указанных действий, то есть за заведомо незаконные действия и бездействие, является правильным и основан на фактических обстоятельствах дела.

Все доказательства по делу судом проверены и оценены в соответствии с требованиями статей 87, 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности и достаточности для постановления в отношении ФИО2 обвинительного приговора. При этом в приговоре указано, какие доказательства приняты во внимание, а какие отвергнуты.

Действия ФИО2 по ч.3 ст.291 и ч.3 ст.30 ч.6 ст.290 УК РФ квалифицированы правильно.

Процессуальных нарушений, влекущих отмену приговора, судом не допущено.

Уголовное дело судом рассмотрено полно, всесторонне и объективно, с соблюдением принципов равноправия и состязательности сторон. Сторонам были предоставлены равные возможности для реализации своих процессуальных прав и созданы необходимые условия для исполнения их процессуальных обязанностей. Все ходатайства, в том числе заявленные стороной защиты, были рассмотрены, и по ним приняты правильные решения.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, обвинительное заключение по делу составлено в соответствии с требованиями закона, обвинение являлось конкретным и не содержало противоречий, в том числе при описании действий, за которые ФИО2 передал взятку М, и за которые покушался на получение взятки от Г через посредников. Постановлением суда апелляционной инстанции от ДД.ММ.ГГГГ постановление о возвращении уголовного дела прокурору было отменено.

При назначении ФИО2 наказания суд учел характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные о его личности, отсутствие судимостей, положительную характеристику, наличие благодарностей, грамот и медалей за добросовестное выполнение служебных обязанностей, <данные изъяты>, смягчающие наказание обстоятельства: <данные изъяты> и состояние здоровья самого осужденного.

Мотивы назначения ФИО2 дополнительного наказания в виде лишения права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий, в приговоре приведены и судебная коллегия с ними согласна.

Наказание за преступление, предусмотренное ч.3 ст.30 ч.6 ст.290 УК РФ, назначено в соответствии со ст.ст.6, 60 и ч.3 ст.66 УК РФ и является справедливым.

По преступлению, предусмотренному ч.3 ст.291 УК РФ, отягчающим наказание обстоятельством суд признал совершение умышленного преступления сотрудником органа внутренних дел.

Вместе с тем, Федеральным законом № 210-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ подпункт «о» пункта 1 статьи 63 УК РФ признан утратившим силу.

Поскольку внесенные в уголовный закон изменения улучшают положение осужденного, судебная коллегия считает необходимым исключить из описательно-мотивировочной части приговора при назначении ФИО2 наказания по ч.3 ст.291 УК РФ указание на отягчающее наказание обстоятельство – совершение умышленного преступления сотрудником органа внутренних дел и смягчить наказание, назначенное за данное преступление.

С учетом фактических обстоятельств и степени общественной опасности преступления, предусмотренного ч.3 ст.291 УК РФ, оснований для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ судебная коллегия не усматривает.

Наказание по совокупности преступлений подлежит назначению ФИО2 на основании ч.3 ст.69 УК РФ путем частичного сложения наказаний с учетом внесенных в приговор изменений.

Режим исправительного учреждения, в котором ФИО2 надлежит отбывать наказание, определен верно.

Принципы зачета в срок наказания времени содержания ФИО2 под стражей, под домашним арестом и запретом определенных действий судом применены правильно.

При этом, определяя период зачета запрета определенных действий, суд правильно исходил из того, что запрет на выход из жилого помещения действовал в отношении ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ года, поскольку после ДД.ММ.ГГГГ года срок запрета определенных действий судом не продлевался.

Таким образом, довод защитника о необходимости зачета в срок лишения свободы из расчета два дня запрета определенных действий за один день лишения свободы периода с 4 ноября до ДД.ММ.ГГГГ, когда запрет покидать жилое помещение не действовал, является необоснованным.

Как следует из материалов уголовного дела, ФИО2 содержался под стражей с 24 до ДД.ММ.ГГГГ (включая ДД.ММ.ГГГГ), с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ (включая ДД.ММ.ГГГГ), под домашним арестом - с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ (включая ДД.ММ.ГГГГ), под запретом определенных действий - с 5 марта до ДД.ММ.ГГГГ и с 4 февраля до ДД.ММ.ГГГГ.

Однако, поскольку судом не учтено содержание осужденного под стражей ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, а также содержание под домашним арестом ДД.ММ.ГГГГ, судебная коллегия считает необходимым внести в приговор соответствующие изменения.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор <адрес> районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 изменить:

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора при назначении наказания по ч.3 ст.291 УК РФ указание на отягчающее наказание обстоятельство – совершение умышленного преступления сотрудником органа внутренних дел;

- смягчить назначенное по ч.3 ст.291 УК РФ наказание до 2 лет 10 месяцев лишения свободы со штрафом в размере девятикратной суммы взятки - 225000 рублей с лишением права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий, сроком на 1 год 10 месяцев;

- на основании ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначить 8 лет 10 месяцев лишения свободы со штрафом в сумме 6 775 000 рублей с лишением права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий, сроком на 4 года 10 месяцев;

- зачесть время содержания ФИО2 под стражей с 24 до ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ до вступления приговора в законную силу в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима;

- время содержания под домашним арестом с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, а также время нахождения под запретом определенных действий с 6 марта до ДД.ММ.ГГГГ и с 5 февраля до ДД.ММ.ГГГГ из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы и два дня нахождения под запретом определенных действий за один день лишения свободы.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции через <адрес> районный суд <адрес> в течение 6 месяцев со дня вынесения, а осужденным – в тот же срок со дня вручения ему копий вступившего в законную силу приговора и апелляционного определения.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: подпись

Судьи: подписи

Копия верна судья С.В.Гаренко