Дело № 1-112/2023

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Вязьма Смоленской области «7» июля 2023 года

Вяземский районный суд Смоленской области в составе:

председательствующего - федерального судьи Лакезина А.В.,

при секретаре Баркаловой Е.В.,

с участием государственного обвинителя – старшего помощника Вяземского межрайонного прокурора Смоленской области Куштаревой А.А.,

подсудимого – ФИО1,

защитника – адвоката Шудловской И.С., представившей удостоверение № 623 и ордер № 176 от «01» ноября 2022 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке уголовное дело по обвинению:

ФИО1, <данные изъяты>, не судимого, в порядке ст.ст. 91-92 УПК РФ не задерживавшегося, под стражей не содержавшегося,

в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Подсудимый ФИО1 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, при следующих обстоятельствах.

ФИО1 в период с 21 часа 00 минут 25.09.2022 по 01 час 11 минут 26.09.2022 года, находился на расстоянии 17 метров от подъезда <адрес> с ранее ему знакомым В.А.. В это время и месте между ними возникла ссора из-за предшествующих аморальных действий В.А., оскорбившего ФИО1, в ходе которой у ФИО1 возник прямой преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью В.А., опасного для жизни человека.

С целью реализации указанного умысла ФИО1, в период с 21 часа 00 минут 25.09.2022 по 01 час 11 минут 26.09.2022 года, находясь на расстоянии 17 метров от подъезда <адрес>, осознавая общественную опасность своих преступных действий, предвидя возможность наступления общественно – опасных последствий и желая их наступления, умышленно нанес В.А. со значительной силой в область живота не менее одного удара ногой и не менее одного удара рукой в область лица, причинив В.А. своими действиями телесные повреждения <данные изъяты>, по признаку опасности для жизни человека, как создающие непосредственную угрозу для жизни, согласно заключения эксперта № 130 от 20.12.2022 квалифицирующиеся как тяжкий вред здоровью. Кроме того, действиями ФИО1 В.А. причинены телесные повреждения в виде <данные изъяты> по признаку кратковременного расстройства здоровья продолжительностью до 21 дня включительно квалифицирующиеся согласно заключения эксперта № 130 от 20.12.2022 как легкий вред здоровью; телесные повреждения <данные изъяты>, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека, согласно заключения эксперта № 130 от 20.12.2022 не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты трудоспособности.

ФИО1 в судебном заседании вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ признал частично. У него была драка с В.А., но в живот его не бил. 25 сентября 2022 года он узнал от родственников, что В.А. высказывал в его адрес негативную информацию. С В.А. у него давно возникли неприязненные отношения из-за поведения последнего. Он позвонил В.А. и спросил, что происходит. В.А. сказал, что приедет и побьет его (ФИО1). Его (ФИО1) это задело. Он (ФИО1) сам приехал по указанному потерпевшим адресу на автомашине с Р.Д.. На улице около дома находились В.А., В.С. и Н.М.. В.А. был сильно пьян, он (ФИО1) до произошедшего выпил полтора литра пива. Он (ФИО1) и В.А. отошли в сторону. Разговора не получилось, В.А. стал его оскорблять. Тогда он (ФИО1) ударил В.А. кулаком в область челюсти, В.А. нанес ему удар в ответ в область глаза. Он (ФИО1) схватил его за грудь, В.А. споткнулся и стал падать спиной назад, упали вместе. Потерпевший в момент падения был прямо перед ним, «в области его живота был его (ФИО1) живот». Он выставил ногу, чтобы не наткнуться на колени В.А.. «На живот В.А. не прыгал». Он (ФИО1) оказался сверху, сел на В.А. (ближе к ребрам) и ударил 3-4 раза кулаком в область лица. В грудь бить не мог, там находились руки потерпевшего. В живот и по бокам потерпевшего не бил. Потом он (ФИО1) встал и драка закончилась. На месте происшествия освещение было затемненное, но силуэты присутствующих было видно. В месте падения трава с камнями, бордюр. Не может сказать, падали ли с потерпевшим в ходе драки на бордюр. В исследованном в суде протоколе осмотра места происшествия то самое место, где он дрался с В.А.. Почему после возвращения с места происшествия потерпевший стал жаловаться на боль в животе, не знает. Как образовались телесные повреждения у потерпевшего, от каких действий, не знает. Не может объяснить, почему из показаний свидетеля Н.М. следует, что он (ФИО1) наносил удары потерпевшему в область грудной клетки, оснований для оговора его Н.М. ему неизвестны. У В.А. из носа шла кровь. Жалоб на самочувствие В.А. не заявлял. Гражданский иск не признает.

28 июня 2023 года в суде подсудимый также показал, что у него и потерпевшего примерно одинаковый рост – 170-172 см.. Когда они встретились, то отошли в сторону, сначала разговаривали. Потом он (ФИО1) нанес В.А. удар в челюсть и тот, отходя назад, ногами зацепился за что-то и стал падать. Потерпевший упал на спину, он (ФИО1) – сверху на него, упали одинаково друг на друга лицом к лицу, В.А. держал его за грудь (за воротник). Падали со всего роста друг на друга, его (ФИО1) колени были на том же уровне, что и колени потерпевшего. На уровне его живота (ФИО1) выступающих предметов не было. Он (ФИО1) встал на колени, опершись ими на землю, и ударил потерпевшего по лицу 2-3 раза, затем встал и ушел. Руками и ногами в область живота потерпевшего не бил.

Вина подсудимого ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ, подтверждается следующими доказательствами по уголовному делу.

В соответствии с показаниями потерпевшего В.А. в суде, 25 сентября 2022 года он находился в квартире <адрес> в гостях у родственников, употребляли спиртные напитки. В квартире также были его супруга, Н.М. и В.С.. Н.М. и супруга В.А. спиртное не употребляли. Позвонил ФИО1 – муж его племянницы. В ходе телефонных переговоров он поругался с ФИО1. Неприязненных отношений у него с ФИО1 не было. Вечером ФИО1 приехал. Он (В.А.) выходил с Н.М. и В.С. на улицу, где его (В.А.) ударил ФИО1 в лицо, дальше события не помнит. Помнит, что была боль в животе. Исключает возможность получения телесных повреждений при падении и при других, не связанных с дракой с подсудимым обстоятельствах. В квартире не падал, сидел на стуле. С улицы поднимался на 9 этаж сам. На скорой доставили в больницу, где поставили диагноз «разрыв двенадцатиперстной кишки», был прооперирован. До случившегося была язва желудка, других заболеваний не было. Допускает, что при оказании медицинской помощи мог сказать, что избит неизвестным, чтобы у ФИО1 не было проблем. В месте, где происходила драка, земляной покров.

Согласно показаниям свидетеля Ю.М. в суде, потерпевший является ее мужем. Подсудимый – муж племянницы В.А.. Очевидцем преступления она не являлась. Когда она с супругом находилась в квартире на <адрес> позвонил ФИО1, ругался, кричал, что его оскорбляют, сказал, что приедет. До этого они особо не общались. Муж, когда тот приехал (через полтора – два часа после звонка), выходил на улицу. Он был в состоянии опьянения, но передвигался самостоятельно. Минут через двадцать вернулся в сопровождении племянников, лег на кровать и сказал, что у него болит живот. У него также шатались передние зубы, были синяки на теле, сломан нос, повреждена губа. Говорил, что как вышел из подъезда, ФИО2 его сразу ударил по лицу. Также говорил, что «бил ногой в живот». Приехал работник скорой помощи, осмотрел В.А., предложил госпитализацию, но муж отказался. В ее присутствии медицинским работникам В.А. не говорил, что был избит неизвестными. В дальнейшем, поскольку боль не прекращалась, часа через полтора-два вновь вызвали скорую помощь, мужа госпитализировали, в больнице диагностировали разрыв двенадцатиперстной кишки. Проходил лечение в больнице с 26 сентября по 6 октября 2022 года. Жалуется после выписки на боли в животе, колет внутри. ФИО1 после случившегося звонил, приезжал, хотел извиниться, муж его не хочет видеть.

В соответствии с показаниями свидетеля В.С. в суде, на его телефон в день случившегося позвонил ФИО1 и попросил передать трубку В.А.. Они разговаривали на повышенных тонах. В.А. был в состоянии алкогольного опьянения. Через час ФИО1 приехал в г. Вязьму поговорить с В.А., позвонил последнему и предложил выйти на улицу. На улицу вышли В.А., он (В.С.) и Н.М.. В.А. и ФИО1 пошли разговаривать на участок местности около песочницы, в березках около дома (на представленной в суде фототаблице изображено то самое место), а он (В.С.) общался с Р.Д. – другом ФИО1, который привез последнего. Через пять минут ФИО1 подошел и сел в машину, на которой приехал. Увидели В.А. на земле, подняли его. У В.А. шла кровь с носа, были повреждены губа, нос. В.А. рвало. Как В.А. причинены телесные повреждения, не видел и не слышал. После драки ФИО1 уехал. Домой В.А. шел сам, он (В.С.) и Н.М. помогали идти. Потом вызвали скорую помощь и полицию.

Согласно показаниям свидетеля Р.Д. в суде, осенью 2022 года его друг ФИО1 попросил отвезти его на <адрес>. На улицу из указанного дома вышли В.А., В.С. и Н.М.. В.А. и ФИО1 отошли поговорить в сторону - на неосвещенный участок местности (рядом с бетонным бордюром, около которого росли деревья, на каком расстоянии от бордюра были потерпевший и подсудимый, не знает), а он, В.С. и Н.М., ранее знакомые между собой, разговаривали друг с другом у его (Р.Д.) машины. Был шум, возня с места, где находились В.А. и ФИО1, он (Р.Д.) к ним не подходил, что происходило, не видел. Потом у потерпевшего были видимые следы телесных повреждений. Затем он (Р.Д.) отвез ФИО1 обратно в <адрес>.

В соответствии с оглашенными в суде в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ показаниями свидетеля Р.Д. от 17 ноября 2022 года, которые тот подтвердил, также следует, что он видел, что В.А. и ФИО1 лежали на земле, между ними происходила борьба. Кто-то из них наносил удары. У В.А. лицо было в крови (л.д. 81-83).

Более достоверными суд считает показания Р.Д. данные на предварительном следствии, поскольку они согласуются с другими доказательствами по уголовному делу, соответствуют установленным судом фактическим обстоятельствам уголовного дела. Противоречия в показаниях обусловлены длительным периодом, прошедшим с момента первоначального допроса свидетеля на предварительном следствии.

Из показаний в суде свидетеля И.М. следует, что осенью 2022 года он в период ночного дежурства (после 20 часов) выезжал в составе бригады скорой помощи на <адрес> по поводу боли в животе с медбратом В.В.. Пациентом был мужчина, лежавший на кровати, был в состоянии опьянения, но в сознании, понимал происходящее; в присутствии жены, его (И.М.) и В.В. сказал, что был избит, били в область живота руками и ногами. Кем были избит, не сообщал. В квартире также находилась жена и родственник последнего. Мужчина отказался от госпитализации, несмотря на подозрение о повреждении внутренних органов. Ему сделали укол обезболивающего и рекомендовали обратиться на прием к хирургу.

Свидетель В.В. показал, что в 2022 году в темное время суток выезжал с И.М. со станции скорой помощи для оказания помощи на <адрес>. Мужчина жаловался на боль в животе, тошноту и рвоту. Кто его избил, мужчина не сказал, но пояснил, что знает его. Был осмотрен И.М.. От госпитализации отказался. Состояние пациента было средней тяжести.

Согласно показаниям свидетеля Н.М. в суде, в один из дней сентября 2022 года он проснулся от того, что В.А. громко разговаривал по телефону с ФИО1, выражался нецензурной бранью. Полагает, что В.А. являлся инициатором конфликта в связи с его поведением во время разговора с ФИО1. В.А. сказал, что приедет ФИО1 с Р.Д.. В.А. вышел на улицу, с ним вышел он (Н.М.) и В.С.. На улице были ФИО7. И ФИО3 находились в состоянии опьянения. ФИО1 нанес удар В.А. в область головы. Потом ФИО3 упали на землю в пяти – шести сантиметрах от бордюра. ФИО1 упал сверху на В.А., но как именно, не видел. ФИО1 лежа продолжил наносить удары одной рукой В.А., хорошо видел, что ФИО1 нанес В.А. 3 – 4 удара, один из которых в лицо. Разнять их во время драки присутствующие не пытались. Затем драка прекратилась, он, В.А. и В.С. вернулись в квартиру. В.А. лег на кровать. Он (Н.М.) слышал как В.А. жаловался жене на боли в области живота. Вызвали скорую помощь. В.А. сделали укол, он отказался от госпитализации и машина скорой помощи уехала. От В.А. знает, что у потерпевшего диагностирована язва желудка, о других хронических заболеваниях последнего не знает.

После оглашения показаний, данных на предварительном следствии от 01.11.2022 свидетель Н.М. подтвердил их, он действительно видел как ФИО1 бил В.А. в верхнюю часть грудной клетки (л.д. 53-56).

Согласно медицинской справке от 26.09.2022 у В.А. при поступлении в ОГБУЗ «Вяземская центральная районная больница» обнаружены телесные повреждения: <данные изъяты> (л.д. 4).

В соответствии с протоколом осмотра места происшествия и фототаблице к нему от 26.09.2022 года, ФИО1 указал участок местности напротив подъезда <адрес> на расстоянии 17 метров от него как место драки с В.А. (л.д. 10-14, 15-18).

<данные изъяты>

Повреждения: разрыв двенадцатиперстной кишки по признаку опасности для жизни как создающий непосредственно угрозу жизни квалифицируется как тяжкий вред здоровью (п.6.1.16 Правил определения степени тяжести вреда причиненного здоровью человека, утв. Приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 г № 194н).

Повреждение - перелом костей носа, влечет за собой кратковременное расстройство здоровья на срок менее 21 суток, квалифицируется как легкий вред здоровью (п. 8.1 правил определения степени тяжести вреда причиненного здоровью человека приказ Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 г № 194н).

Повреждения: кровоподтек области век правого глаза, гематома в области корня брыжейки тонкого кишечника не влекут за собой вреда здоровью (п. 9 правил определения степени тяжести вреда причиненного здоровью человека приказ Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 г № 194н) (л.д. 32-33).

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Допрошенный в суде эксперт А.И. показал, что не может ответить на вопросы защитника о возможности нанесения телесных повреждений потерпевшему, квалифицирующихся как тяжкий вред здоровью, из конкретного положения подсудимым конкретным способом, поскольку для этого требуется наличие допуска на производство медико-криминалистической (ситуационной) экспертизы, которого у него не имеется.

При падении навзничь и ударе спиной такие повреждения образоваться не могли. При падении сверху на потерпевшего может быть один из двух вариантов: удар в область живота твердым предметом (коленом или чем – то еще) либо ударно-сдавливающий механизм, когда человек поднимался и стоял коленом на животе. При этом область надавливания должна была быть на уровне правого подреберья, то есть расстояние между пупком и мечевидным отростком.

Обсудив материалы дела, суд считает, что предъявленное ФИО1 обвинение доказано.

Доводы подсудимого на предварительном следствии и в суде о том, что он не наносил ударов в область живота потерпевшему судом проверены, своего подтверждения не нашли, противоречат фактическим обстоятельствам дела, установленным на основании вышеуказанных в приговоре доказательств.

Из вышеприведенных заключений экспертов следует, <данные изъяты> у потерпевшего В.А. образовались в результате ударных воздействий твердых тупых предметов (в том числе, рук или ног человека) незадолго до момента первичного обращения потерпевшего за медицинской помощью в ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ». Исключается их образование при падении потерпевшего с высоты собственного роста на спину с одновременным падением сверху на него подсудимого.

При этом судом не установлено каких-либо противоречий в заключениях экспертов, сами исследования проведены с соблюдением норм уголовно-процессуального закона и Федерального закона от 31 мая 2001 года N 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Вопреки позиции защитника назначение ситуационной (медико-криминалистической) судебной экспертизы для установления механизма возникновения телесных повреждений у потерпевшего, повлекших тяжкий вред здоровью последнего, при обстоятельствах, изложенных подсудимым, не представляется возможным. В показаниях подсудимого не содержится указаний на конкретные обстоятельства, при которых потерпевшему были причинены такие телесные повреждения, нанесение ударов потерпевшему в область живота руками и ногами он отрицает. Это не позволяет составить представление о динамике процессов получения потерпевшим телесных повреждений и сравнить их с имеющимися объективными данными, в том числе путем производства ситуационной экспертизы.

Предположения защитника о получении потерпевшим телесных повреждений, квалифицирующихся как тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, при иных обстоятельствах по сравнению с указанными в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительном заключении проверены судом и своего подтверждения не нашли. Такие доводы являются надуманными, опровергаются материалами дела (в том числе, показаниями свидетелей Ю.М., И.М., приведенными выше).

Во время осмотра места происшествия не обнаружено предметов, при соприкосновении с которыми у потерпевшего при падении могли образоваться телесные повреждения, квалифицирующиеся как тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека. Не сообщали о наличии там таких предметов и допрошенные в суде свидетели по делу.

В соответствии с показаниями в суде свидетелей Н.М., В.С., Ю.М. следует, что до драки с подсудимым телесных повреждений у потерпевшего не имелось, жалоб на самочувствие В.А. не высказывал. Согласно показаниям свидетеля В.С. сразу после драки с подсудимым потерпевшего тошнило, по возвращению в квартиру, как следует из показаний указанных свидетелей, В.А. активных действий не совершал, по пути в квартиру не падал, сообщил о том, что был избит и о боли в животе.

Из показаний свидетелей Н.М., В.С., Р.Д., а также подсудимого в суде следует, что с потерпевшим дрался только подсудимый, другие лица ему телесные повреждения не наносили.

Время причинения потерпевшему телесных повреждений, указанное в заключении судебно-медицинской экспертизы согласуется с показаниями свидетелей, присутствующих на месте происшествия в период нанесения подсудимым ударов по телу потерпевшему.

Из показаний свидетеля Н.М. следует, что подсудимый, вопреки своим показаниям в суде, наносил удары потерпевшему и в область грудной клетки. Тот факт, что Н.М. не видел удара в живот подсудимым потерпевшему установленные судом фактические обстоятельства дела не опровергает, поскольку наблюдение за действиями участвовавших в драке лиц затруднялось плохим освещением, а также расположения подсудимого и потерпевшего относительно друг друга и обстановки на месте происшествия после падения.

Из показаний свидетеля Ю.М. следует, что потерпевший сразу после случившегося сообщил, что его били ногой в живот. Об этом сообщил в суде и свидетель И.М., оказывавший медицинскую помощь потерпевшему.

Оснований для оговора свидетелями подсудимого судом не установлено, не названы они и ФИО1.

Поэтому показания подсудимого, противоречащие другим доказательствам и установленным судом фактических обстоятельств дела, судом оцениваются критически как способ защиты от привлечения к уголовной ответственности.

Неустранимых сомнений в виновности подсудимого не имеется, его вина подтверждается достаточной совокупностью вышеуказанных доказательств.

Действия ФИО1 суд квалифицирует как преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 111 УК РФ, поскольку он совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека.

Об умысле подсудимого на совершение данного преступления свидетельствует характер и локализация телесных повреждений, приведенных выше, способ его совершения – нанесение с силой удара ногой в область расположения жизненно важного органа потерпевшего.

При этом суд, с учетом выводов вышеприведенных заключений экспертов и показаний свидетелей И.М. и Ю.М. уточняет обвинение в части указания в нем сведений о нанесении подсудимым потерпевшему «в область живота не менее одного удара ногой и не менее одного удара рукой в область лица», поскольку это установлено судом и следует из вышеуказанных доказательств по делу. Таким уточнением не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту, поскольку возможность нанесения ударов потерпевшему таким способом прямо отражена в заключении эксперта, приведенном в постановлении о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого и обвинительном заключении. Суд не вышел за рамки обвинения, указанного в обвинительном заключении, установленные судом фактические обстоятельства дела не содержат новых обстоятельств и фактов, не известных ранее стороне защиты.

Оснований для другой уголовно-правовой квалификации действий подсудимого, переквалификации их с части 1 статьи 111 УК РФ на часть 1 статьи 118 УК РФ не имеется.

<данные изъяты>

С учетом выводов вышеуказанной экспертизы, данных о личности подсудимого, его поведения на предварительном следствии и в судебном заседании суд признает, что преступление ФИО1 совершил вменяемым.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность подсудимого, обстоятельства, смягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Подсудимый совершил умышленное тяжкое преступление. Не судим (л.д. 152-153, л.д. 154-156), на учетах в психиатрическом и наркологическом отделениях ОГБУЗ «Угранская ЦРБ» не состоит (л.д. 151), имеет на иждивении трех малолетних детей (л.д. 143, 144-148), органом внутренних дел характеризуется положительно (л.д. 158).

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого, судом не установлено.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого, являются: наличие малолетних детей у виновного, предусмотренное п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ, аморальность поведения потерпевшего, явившаяся поводом для преступления в силу п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд также признает в качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, частичное признание вины в совершении преступления.

Оснований для применения при назначении наказания ФИО1 требований ч. 1 ст. 62 УК РФ не имеется.

Принимая во внимание вышеприведенные данные о личности подсудимого ФИО1, обстоятельства дела, характер и степени общественной опасности совершенного им преступления, все смягчающие и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, исходя из конституционного принципа индивидуализации наказания и положений ст. 43 Уголовного кодекса Российской Федерации о том, что цели уголовного наказания связаны с восстановлением социальной справедливости, исправлением осужденного и предупреждением совершения им новых преступлений, суд полагает, что стойкой антисоциальной ориентации ФИО1 не имеет и его исправление возможно без изоляции от общества и назначает ему наказание в виде лишения свободы, но с применением к нему условного осуждения, предусмотренного ст. 73 УК РФ.

В целях исправления осужденного ФИО1 в соответствии с ч. 5 ст. 73 УК РФ, суд возлагает на него в период испытательного срока исполнение следующих обязанностей: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, являться на регистрацию в этот орган с установленной им периодичностью.

Оснований для изменения категории тяжести преступления, совершенного подсудимым, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ, на менее тяжкое, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, не усматривается с учетом степени общественной опасности преступления, фактических обстоятельств его совершения.

Оснований для применения при назначении наказания ФИО1 положений ст. 64 УК РФ, судом не имеется, поскольку отсутствуют исключительные обстоятельства по делу.

В соответствии с положениями части 1 статьи 309 УПК РФ при постановлении обвинительного приговора суд обязан разрешить предъявленный по делу гражданский иск.

Потерпевшим В.А. заявлен иск к подсудимому ФИО1 о возмещении имущественного вреда, причиненного преступлением, на сумму 280 960 рублей (убытков в размере 60 000 рублей из-за непродления трудового договора с работодателем в связи с прохождением лечения из-за причиненных телесных повреждений; убытков в размере 14 000 рублей в связи с тем, что его жена осуществляла уход за потерпевшим и не работала двухнедельный период; 11960 рублей убытков из-за вынужденного переезда на другую квартиру; 95000 рублей – стоимость восстановления зубов в стоматологической поликлинике, 90000 рублей – оплату аренды квартиры и коммунальных услуг в ней за период его восстановительного лечения (составившего два месяца), 10 000 рублей – стоимости топлива для поездок на автомашине к следователю) и морального вреда на сумму 300 000 (триста тысяч) рублей.

В судебном заседании подсудимый гражданский иск потерпевшего о возмещении имущественного вреда и компенсации причиненного преступлением морального вреда не признал.

В соответствии с п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2020 № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу» исходя из положений части 1 статьи 44 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - УПК РФ) физическое лицо вправе предъявить по уголовному делу гражданский иск, содержащий требование о возмещении имущественного вреда, при наличии оснований полагать, что данный вред причинен ему непосредственно преступлением, а физическое лицо - также и о компенсации причиненного ему преступлением морального вреда.

Согласно п. 11 указанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2020 № 23 исходя из части 3 статьи 42 УПК РФ расходы, понесенные потерпевшим в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, не относятся к предмету гражданского иска, а вопросы, связанные с их возмещением, разрешаются в соответствии с положениями статьи 131 УПК РФ о процессуальных издержках.

Из п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2020 № 23 следует, что по смыслу части 1 статьи 44 УПК РФ требования имущественного характера, хотя и связанные с преступлением, но относящиеся, в частности, к последующему восстановлению нарушенных прав потерпевшего (например, о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, о признании гражданско-правового договора недействительным, о возмещении вреда в случае смерти кормильца), а также регрессные иски (о возмещении расходов страховым организациям и др.) подлежат разрешению в порядке гражданского судопроизводства. В этой части гражданский иск по уголовному делу суд оставляет без рассмотрения с указанием в постановлении (определении) или обвинительном приговоре мотивов принятого решения.

В связи с изложенным, гражданский иск потерпевшего В.А. к подсудимому ФИО1 о возмещении имущественного вреда, причиненного преступлением в части взыскания убытков в размере 60 000 рублей; 14 000 рублей; 11 600 рублей; 90 000 рублей; взыскании процессуальных издержек на сумму 10 000 рублей суд в соответствии с ч. 1 ст. 44 УПК РФ оставляет без рассмотрения.

Доводы гражданского истца о том, что расходы на стоматологическую медицинскую помощь состоят в причинно-следственной связи с совершенным подсудимым преступлением нельзя признать обоснованным, поскольку повреждение зубов потерпевшего подсудимому в обвинении и в обвинительном заключении не вменялось, доказательств, подтверждающих наличие причинно-следственной связи между действиями подсудимого и лечением потерпевшего в стоматологической клинике органу предварительного расследования и суду не представлено, поэтому суд отказывает в удовлетворении гражданского иска потерпевшего о взыскании с подсудимого 95 000 рублей «стоимости восстановления зубов в Балашихинской стоматологии».

В соответствии с ч. 4 ст. 42 УПК РФ по иску потерпевшего о возмещении в денежном выражении причиненного ему морального вреда размер возмещения определяется судом при рассмотрении уголовного дела или в порядке гражданского судопроизводства.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ в случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации морального вреда.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно ст. 151, 1101 ГК РФ при определении размера компенсации морального вреда суд, учитывая характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями (в результате преступления потерпевшему причинен тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека), степень вины подсудимого, его материальное положение, с учетом требований разумности, справедливости и соразмерности полагает, что исковое заявление потерпевшего в части компенсации морального вреда подлежит удовлетворению и взыскивает с подсудимого ФИО1 в пользу потерпевшего В.А. на основании ст.ст. 151, 1101, ГК РФ компенсацию морального вреда в размере 300 000 (трехсот тысяч) рублей.

Вещественных доказательств по уголовному делу не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 303, 304, 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОР И Л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ и назначить ему наказание в виде 3 (трех) лет лишения свободы.

В соответствии со ст. 73 УК РФ данное наказание считать условным с установлением испытательного срока 2 (два) года.

Возложить на условно осужденного ФИО1 обязанности: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, являться на регистрацию в этот орган с установленной им периодичностью.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить по вступлению приговора в законную силу.

Взыскать с ФИО1 300 000 (триста тысяч) рублей в пользу В.А. в счет компенсации причиненного преступлением морального вреда.

Гражданский иск потерпевшего В.А. к ФИО1 в части заявленных требований о возмещении причиненного в результате преступления имущественного вреда в виде убытков в размере 60 000 рублей; 14 000 рублей; 11 600 рублей; 90 000 рублей; взыскании процессуальных издержек на сумму 10 000 рублей, оставить без рассмотрения.

В удовлетворении гражданского иска потерпевшего В.А. к ФИО1 в части заявленных требований о взыскании с подсудимого 95 000 рублей «стоимости восстановления зубов в Балашихинской стоматологии» отказать.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Смоленский областной суд в течение 15 суток со дня его провозглашения с подачей жалобы через Вяземский районный суд Смоленской области.

В случае подачи апелляционной жалобы ФИО1 вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции. О желании участвовать в заседании суда апелляционной инстанции осужденный должен указать в апелляционной жалобе, либо в отдельном ходатайстве или возражениях на жалобу либо апелляционное представление, в течение 15 суток со дня вручения ему копии приговора либо копии жалобы или представления.

Также поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника. В случае неявки приглашенного защитника в течение 5-ти суток, суд вправе предложить пригласить другого защитника, а в случае отказа, принять меры по назначению защитника по своему усмотрению.

Судья А.В. Лакезин