УИД – 45RS0004-01-2025-000172-39 Дело № 2-166/2025
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
г. Далматово Курганской области 07 мая 2025 года
Далматовский районный суд Курганской области в составе
председательствующего судьи Баландиной А.В.,
при секретаре Косинцевой Н.Г.,
с участием помощника прокурора Далматовского района Тимошенко О.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО2 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда,
установил:
ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда. В обоснование своих требований указали, что 05 июля 2016 года в результате умышленного преступления – убийства умер их отец, ФИО11 Убийство совершила ФИО3, осужденная приговором Далматовского районного суда от 08.12.2017. Истцы являются дочерями ФИО11 Просят взыскать компенсацию морального вреда с ответчика в пользу истцов по 3000000 руб. каждой.
В судебном заседании истец ФИО1 пояснила, что они проживали семьей, состоящей из родителей и троих детей – ее, сестры и брата ФИО12 в Адрес Обезличен. Жили в основном на заработок от домашнего хозяйства, которым занимался отец. В 2015 году дом сгорел, и они переехали в другой дом, который состоял из одной комнаты и кухни. Отец ФИО11 стал ездить на заработки в Адрес Обезличен, работал каждые две недели. Пока его не было дома, мать употребляла спиртные напитки, занималась хозяйством в те моменты, когда не пила. Отец давал детям деньги на мелкие расходы, покупал разные вкусности. Между ними были теплые, доверительные отношения. В 2016 году мать ФИО3 убила отца, при этом Жаркынай явилась очевидцем произошедшего. Видела труп, завернутый в простынь, знала, где он находился. Мать пригрозила ей ничего не рассказывать, но примерно через год после смерти она не смогла молчать и указала органам полиции где находится тело ФИО11 Она была свидетелем по уголовному делу, также опознавала тело отца по золотому зубу и татуировке, поскольку он был уже не узнаваем, в этот момент у нее случилась истерика. После смерти отца мать распродала весь скот, часто уезжала в Адрес Обезличен употреблять спиртное, дети оставались одни, приходилось самим готовить, но также им помогала соседка, которая в последующем стала их опекуном. С матерью у нее не было хороших отношений, сейчас общение не поддерживают. Других близких родственников у отца нет, их брат ФИО12 погиб в зоне СВО в 2024 году. ФИО1 описала, как после убийства в отношении них в школе была травля, о них говорили как о детях убийцы. По этому поводу она даже обращалась к психологу за помощью. Некоторое время она находилась под опекой, а затем по собственной инициативе ушла в детский дом. Она все еще переживает о случившемся, а незнакомым людям не может рассказать кто их родители.
Представитель истца ФИО4 в судебном заседании исковые требования поддержала.
Истец ФИО2 в ходе рассмотрения дела пояснила, что отец полностью занимался воспитанием своих детей, учил с ними уроки, учил девочек готовить еду, покупал одежду. Если он уезжал куда-то, все время звонил и интересовался ими. Вместе они проводили праздники, с ним они обсуждали планы на жизнь. Мать такой любви к ним не проявляла. В моменты, когда отца не было дома, она употребляла спиртные напитки. Когда произошло убийство, ФИО6 не было в стране, она гостила у родственников, а когда вернулась, мать сказала, что отец ушел к другой женщине. Гораздо позднее, от опекуна она узнала об убийстве, у нее случилась истерика. После убийства дети остались одни, им помогала будущая опекун – их соседка. Когда мать заключили под стражу, опекунство было оформлено официально. Сейчас, когда она видит полноценные семьи, вспоминает папу, думает о том, что у нее нет такой же возможности просто поговорить с отцом.
Представитель истца ФИО5 в судебном заседании исковые требования поддержала, просила их удовлетворить в полном объеме.
Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщила.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, согласно телефонограмме помощника судьи, не желает принимать участие в рассмотрении дела, самостоятельные требования заявлять не намерен.
На основании ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом в отсутствие ответчика.
Прокурор Тимошенко О.В. в заключении указала, что исковые требования являются обоснованными и подлежат удовлетворению частично.
Заслушав заключение прокурора, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.
При рассмотрении дела установлено, что ФИО1 и ФИО2 являются дочерями ФИО3 и ФИО11
Третьим ребенком в семье был ФИО12, который умер 08.09.2024.
Приговором Далматовского районного суда от 08.12.2017 ФИО3 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ с назначением наказания в виде лишения свободы на срок 8 лет 10 месяцев, по ч.1 ст. 158 УК РФ – в виде исправительных работ, в соответствии с ч.3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок девять лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.
ФИО3 осуждена за убийство ФИО11
В ходе рассмотрения уголовного дела ФИО1 неоднократно была допрошена в качестве свидетеля, давала показания об обстоятельствах преступления
В период нахождения ФИО3 в местах лишения свободы обязанности опекуна над детьми исполняла ФИО15
Из материалов уголовного дела, а также пояснений сторон следует, что семья, состоящая из ФИО3, ФИО11 и трех несовершеннолетних детей проживала на момент смерти ФИО11 в Адрес Обезличен, ФИО3 состояла на контроле в органах опеки как находящаяся в социально опасном положении, поскольку замечена в употреблении спиртных напитков.
Из нормативных положений ст.8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, толкования положений Конвенции в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положений ст. 150, 151 ГК Российской Федерации следует, что в случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда здоровья их близкому родственнику, другому лицу, являющемуся членом семьи по иным основаниям.
Как установлено п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст.151 ГК РФ).
В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда (как имущественного, так и морального), вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В судебном заседании установлено, что ФИО3 признана виновной в совершении убийства ФИО11, отца истцов ФИО1 и ФИО2
Согласно п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Согласно абз. 2 п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», разъяснено, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.
В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.
Моральный вред, причиненный лицу, не достигшему возраста восемнадцати лет, подлежит компенсации по тем же основаниям и на тех же условиях, что и вред, причиненный лицу, достигшему возраста восемнадцати лет.
Разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать).
Тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда.
Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 Семейного кодекса Российской Федерации).
Смерть ФИО11 явилась причиной нравственных страданий членов его семьи – дочерей ФИО1 и ФИО2
Нравственные страдания дочерей обусловлены тесным общением, их взаимной привязанностью, любовью и заботой друг о друге. Отец проживал совместно с несовершеннолетними и обеспечивал их комфортным бытом. ФИО1 и ФИО2 перенесли утрату самого близкого родственника, испытывают скорбь. Подобная ситуация, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни. Переживания дочерей погибшего связаны с невосполнимой утратой отца, необходимостью приспосабливаться к эмоциональной и социальной ситуации этой жизненной потери. Тяжелое воздействие трагедии затронуло их психологическое благополучие.
Переживания ФИО1 связаны не только с потерей отца, с которым у нее были доверительные отношения, но и непосредственно с обстоятельствами убийства, поскольку она являлась очевидцем преступления, именно она указала органам полиции на место расположения трупа, присутствовала при его опознании, при этом тело было обнаружено через год после смерти, опознавала отца, что очевидно не могло не нанести психологическую травму ребенку. При этом, со слов Жаркынай Азимжановны, она была вынуждена обращаться к психологу. После смерти отца она никому не рассказывала о том, что видела, поскольку мать ей запрещала говорить об этом, у нее даже были видения. Также исходя из ее пояснений, мать употребляла спиртные напитки, и после смерти отца они были предоставлены сами себе, затем находились под опекой, а в последующем она проживала в детском доме.
ФИО7 связаны с тем, что у нее нет возможности даже просто поговорить с отцом, ее мечта быть вместе с ним на выпускном из школы не исполнилась. Когда она вернулась от родственников в 2016 году, мать сообщила ей о том, что отец ушел к другой женщине, и она долго думала о том, как отец мог оставить их. Когда опекун сообщила ей об убийстве, у нее случилась истерика.
Однозначно такие события оставили след в жизни девочек. Обе поясняли о том, что их называли детьми убийцы.
Принимая во внимание фактические обстоятельства дела, степень и характер причиненных истцам нравственных страданий, их индивидуальные особенности, выразившиеся в глубоких эмоциональных переживаниях, необратимое нарушение семейных связей, относящихся к категории неотчуждаемых и не передаваемых иным способом неимущественных благ, принадлежащих каждому человеку от рождения, требования разумности и справедливости, учитывая юный возраст девочек на момент смерти отца, а также тот факт, что в смерти отца признана виновной их мать, и соответственно, они остались без попечения родителей после ее заключения под стражу, суд приходит к выводу, отнесенному законом к сфере судебного усмотрения, о размере компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в размере 1500000 рублей в пользу ФИО1 и в размере 1200000 в пользу ФИО2
Доказательств тяжелого материального положения ответчиком в материалы дела не представлено, как и сведений о том, что на ее иждивении имеются дети, родители, либо иные лица.
В соответствии со статьей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3000 руб.
Руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
исковые ФИО1, ФИО2 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО3 (ИНН №*) в пользу ФИО1 (паспорт №* выдан Адрес Обезличен **.**.****), компенсацию морального вреда в размере 1500 000 (один миллион пятьсот тысяч) рублей.
Взыскать с ФИО3 (ИНН №*) в пользу ФИО2 (паспорт №* выдан Адрес Обезличен **.**.****), компенсацию морального вреда в размере 1200 000 (один миллион двести тысяч) рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Взыскать с ФИО3 (ИНН №*) в доход бюджета муниципального образования Далматовский муниципальный округ Курганской области государственную пошлину в размере 3000 рублей.
Решение может быть обжаловано в Курганский областной суд в течение месяца со дня его вынесения путем подачи апелляционной жалобы через Далматовский районный суд Курганской области.
Судья А.В. Баландина
Мотивированное решение изготовлено 07 мая 2025 года.