Дело № 2-2010/2023

54RS0009-01-2023-001806-47

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

«18» сентября 2023 года г. Новосибирск

Советский районный суд г. Новосибирска в составе:

Председательствующего судьи: Бабушкиной Е.А.,

при секретаре Тарасовой В.В.,

с участием ответчика ФИО1,

представителя ответчика ФИО1 В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ООО «Тендервин» к ФИО1 об истребовании из чужого незаконного владения нематериальных активов,

УСТАНОВИЛ:

ООО «Тендервин» обратилось в суд с исковым заявлением, в котором, с учетом уточнений после оставления иска без движения (л.д.83-87), а также итоговых уточнений (л.д.154-155), просило истребовать из чужого незаконного владения следующие нематериальные активы ООО «Тендервин» - систему Tender Win, которая представляет собой программно-аппаратный комплекс, состоящий из трех частей: аппаратная, программная и информационная, в том числе:

1. Аппаратная часть представляет собой взаимосвязанную систему ЭВМ (web-сервер, SQL-сервер, ElasticSearch – сервер).

2. Программная часть состоит из блоков:

- система управления базами данных;

- система загрузки данных из источников (воркер);

- система индексации и поиска;

- web-приложение.

3. Информационная часть состоит из автоматизированных баз данных:

- TWContract – база данных контрактов по тендерам;

- TWIdentity – база данных пользователей (включающая персональные данные);

- TSourceData – база данных тендеров;

- TWNSI – база данных нормативно-справочной информации;

- TWServiceDesk – база данных системы загрузки данных из источников;

- TWSync – база данных системы загрузки данных из источников;

- TWUserData – база данных CRM.

Исковые требования обоснованы следующим.

Основным видом деятельности ООО «Тендервин» является деятельность по созданию и использованию баз данных и информационных ресурсов. В рамках финансово-хозяйственной деятельности ООО «Тендервин» была создана особая база данных тендеров. Для обеспечения функционирования указанной базы данных ООО «Тендервин» с привлечением подрядчиков и своими силами также была разработана программа для ЭВМ «<данные изъяты>», которая позволяет клиентам осуществлять поиск тендеров в базе данных, сохранять необходимую информацию о тендере в базе данных, анализировать результаты торгов из базы данных. Согласно приказу №9 от 27.04.2018 ООО «Тендервин» ввело в эксплуатацию нематериальные активы, состоящие из следующих компонентов: база данных тендеров, выгруженная и выгружаемая с ЕИС, ЭТП и других источников РФ; база данных клиентов, регистрирующихся в программе для ЭВМ «<данные изъяты>»; система загрузки данных из источников (ЕИС, ЭТП и т.д.); система индексации и поиска тендеров; система управления базами данных; web-приложение <данные изъяты>, расположенное в сети Интернет <данные изъяты>; <данные изъяты> (сайт), расположенный в сети Интернет <данные изъяты> Нематериальные активы введены в эксплуатацию на основании трех заключенных и исполненных договоров подряда: от 22.11.2016, заключенного между ООО «Тендервин» и ИП В.Ю.; от 17.05.2017, заключенного между ООО «Тендервин» и ИП А.А; от 09.10.2017, заключенного между ООО «Тендервин» и ИП А.А

ООО «Тендервин» понесены существенные материальные затраты на разработку и наполнение особой базы данных тендеров.

В иске указано, что ООО «Тендервин», как изготовитель особой базы данных, обладает исключительным правом, как на саму базу данных, так и на компоненты / элементы, ее обслуживающие.

Актом № от 20.03.2023 установлено, что согласно данным с ресурса <данные изъяты>, расположенного в сети Интернет, сайт <данные изъяты>, веб-приложение <данные изъяты> текстовый сайт <данные изъяты> текстовое веб-приложение <данные изъяты> по состоянию на 20.03.2023 развернуты по IP-адресам, принадлежащим ответчику и не принадлежащим истцу.

Ответчик не наделялся истцом правом осуществлять перенос данных. Также при рассмотрении <данные изъяты> судом Новосибирской области дела № установлено, что ФИО1 осуществил действия по удалению с серверов ООО «Тендервин» программы для ЭВМ <данные изъяты> и ее компонентов.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения с исковым заявлением в суд.

Представитель истца в судебное заседание не явился, ранее участвуя в судебном разбирательстве заявленные требования с учетом уточнений поддерживал.

Ответчик, представитель ответчика в судебном заседании возражали относительно удовлетворения требований по доводам, изложенным в письменных возражениях (л.д.104-106, 136-137), в частности, по причине избрания истцом ненадлежащего способа защиты права.

Руководствуясь положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд принимает решение о рассмотрении дела в отсутствие не явившегося представителя истца.

Выслушав участников процесса, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Из материалов дела и пояснений участников процесса следует, что ООО «Тендервин» осуществлялась деятельность по получению дохода от продажи прав доступа к электронному ресурсу по отслеживанию сведений на торговых площадках, а также сбору и подготовке аналитических данных, связанных с проведение торгов по отдельным видам товаров и услуг.

Для организации работы была осуществлена разработка специальной программы для ЭВМ <данные изъяты>, сбор сведений для наполнения базы данных, организована работа сайта, с использованием которого клиенты могли осуществлять использование программы.

При рассмотрении искового заявления ФИО1 к ООО «Тендервин» об обязании представить документы <данные изъяты> судом Новосибирской области по делу № установлено, что ФИО1 удалил с серверов ООО «Тендервин» программу для ЭВМ <данные изъяты> и ее компоненты (л.д.156-158).

Обосновывая заявленные требования, ООО «Тендервин» представило в материалы дела договоры на разработку программного продукта (л.д.20-43), из содержания которых следует, что ООО «Тендервин» были привлечены физические лица, оказывавшие услуги по разработке программного обеспечения, в том числе по анализу задач, кодированию, разработке структур данных и баз данных, подготовке соответствующих текстовых данных, проверке работоспособности, подготовке отчетов по тестированию, анализ и разбор дефектов, документирование, проведение консультаций по функциональности. В договорах также указано, что, если в результате оказания услуг будут созданы объекты интеллектуальной собственности, все исключительные права на такие объекты принадлежат ООО «Тендервин» с момента их создания.

Из содержания договоров следует, что на их основании осуществлялась разработка производных компонентов программы.

Вместе с тем, по доводам ответчика, не опровергнутым истцом, разработка исходного кода осуществлялась именно ответчиком, и исключительные права принадлежат ответчику, а не истцу.

Ответчик ФИО1 в период с 01.08.2018 по 21.02.2023 являлся работником ООО «Тендервин» в должности технического директора (л.д.44-48).

Обстоятельства удаления с серверов ООО «Тендервин» программы <данные изъяты> и использование ее в настоящее время ответчиком ФИО1 не отрицались.

Вместе с тем, ФИО1 отмечается, что его исключительные права на сервис <данные изъяты> возникли до регистрации ООО «Тендервин» (28.10.2016, л.д.66). Разработкой программы он занимался совместно с другими авторами с апреля 2016 г. Несмотря на то, что ФИО1 являлся сотрудником ООО «Тендервин», ни он, никто другой из авторов программы, не передавали права на нее ООО «Тендервин». При этом, ответчиком отмечается, что сервис на протяжении времени работы менялся, выпускались новые версии, дорабатывался и менялся функционал. Фактически результат деятельности не является служебным произведением. Между истцом и ответчиком сложился такой формат взаимодействия, при котором ФИО1 предоставил ООО «Тендервин» право заключить от его имени лицензионные договоры на право использования сервиса <данные изъяты> и рассчитывал на получение дивидендов в будущем. Ни ФИО1, ни другие авторы не получали от работодателя заданий на разработку сервиса. Все авторы занимались этим по соглашению о совместном создании и использовании результата интеллектуальной деятельности, которое каждый заключил с ФИО1 (л.д.105 оборот -106, 144-150, 172-186).

Разрешая исковые требования, суд руководствуется следующими нормами права и разъяснениями.

Согласно ст. 1225 Гражданского кодекса РФ результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в частности, программы для электронных вычислительных машин (программы для ЭВМ).

В ст. 1259 Гражданского кодекса РФ установлено, что к объектам авторских прав также относятся программы для ЭВМ, которые охраняются как литературные произведения.

В соответствии со ст. 1261 Гражданского кодекса РФ авторские права на все виды программ для ЭВМ (в том числе на операционные системы и программные комплексы), которые могут быть выражены на любом языке и в любой форме, включая исходный текст и объектный код, охраняются так же, как авторские права на произведения литературы. Программой для ЭВМ является представленная в объективной форме совокупность данных и команд, предназначенных для функционирования ЭВМ и других компьютерных устройств в целях получения определенного результата, включая подготовительные материалы, полученные в ходе разработки программы для ЭВМ, и порождаемые ею аудиовизуальные отображения.

Согласно ст. 128 Гражданского кодекса РФ к объектам гражданских прав относятся вещи (включая наличные деньги и документарные ценные бумаги), иное имущество, в том числе имущественные права (включая безналичные денежные средства, в том числе цифровые рубли, бездокументарные ценные бумаги, цифровые права); результаты работ и оказание услуг; охраняемые результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (интеллектуальная собственность); нематериальные блага.

Результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации различны по признакам, правообладателям, правовому режиму и др. Однако общей чертой указанных объектов является их нематериальный характер.

В силу особой природы интеллектуальных прав к ним неприменим виндикационный иск, что обусловлено, в частности, тем, что объекты интеллектуальной собственности не определяются с помощью таких вещно-правовых категорий, как масса, вес, длина и т.п.

Это также прямо следует из п. 3 ст. 1227 Гражданского кодекса РФ, согласно которому к интеллектуальным правам не применяются положения разд. II ГК РФ (где и расположены положения о виндикационном иске).

Нормы ч. IV Гражданского кодекса РФ, регулирующей права на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации, не предусматривают их истребование из чужого незаконного владения в качестве способа защиты.

Указанный правовой подход следует из однозначного толкования вышеуказанных положений и является устоявшимся в судебной практике (решение Арбитражного суда Свердловской области от 31.05.2022 по делу № А60-5209/2022, Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 01.11.2016 № Ф08-7832/2016 по делу N А32-34061/2015, решение Сортавальского городского суда Республики Карелия от 17.07.2021 по делу № 2-556/2021 и многие другие).

Истец основывает свои доводы на положениях гражданского законодательства о виндикации.

Несмотря на уже сделанные выводы о недопустимости применения положений о виндикации, суд полагает возможным дать дополнительную оценку и указанным доводам истца.

Согласно статье 209 Гражданского кодекса РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Статьей 301 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

В соответствии с указанной нормой права лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании имущества из чужого незаконного владения должно в совокупности доказать: свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика; неправомерность пользования ответчиком виндицируемой вещи, нахождение ее у незаконного владельца и сохранившейся в натуре на момент предъявления требования.

В силу пунктов 32, 36 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10/22, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», применяя статью 301 ГК РФ, судам следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении. Лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика.

Таким образом, по искам об истребовании имущества из чужого незаконного владения подлежат установлению факты наличия у истца права собственности на имущество, обладающее индивидуально-определенными признаками, незаконного владения ответчиком имуществом и факт наличия истребуемого имущества у ответчика.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания обстоятельств, подтверждающих факт нахождения имущества в чужом незаконном владении, возлагается на лицо, заявившее такое требование.

Вместе с тем, истцом в материалы дела не представлено убедительной совокупности доказательств наличия у него прав на истребуемые активы. При этом, ответчиком наличие таких прав оспаривается, приводятся доводы и доказательства наличия у него прав на объект интеллектуальной собственности. При этом, истцом не обоснованы должным образом заявленные требования с учетом пояснений и доказательства относительно наличия у ответчика переработанной версии программы (п. 2 ст. 1259 ГК РФ к самостоятельным объектам авторских прав относятся производные произведения, то есть произведения, представляющие собой переработку другого произведения), а следовательно, именно на истце лежала обязанность по доказыванию своих прав на находящийся в пользовании ответчика объект.

Анализируя совокупность представленных в материалы дела доказательств, суд приходит к выводу, что основания для удовлетворения исковых требований отсутствуют, что не препятствует истцу избрать иной надлежащий способ защиты права, учитывая обсуждения в судебных заседаниях правовой квалификации сложившихся между сторонами правоотношений.

В соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Совокупность представленных в материалы дела доказательств приводит суд к выводу о том, что правовых оснований для удовлетворения исковых требований не имеется, равно как и для удовлетворения производного требования о взыскании расходов по уплате госпошлины.

В дело не представлено объективных и достаточных доказательств, опровергающих указанные выводы.

Учитывая изложенное и руководствуясь положениями статей 196-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ООО «Тендервин» к ФИО1 об истребовании из чужого незаконного владения нематериальных активов оставить без удовлетворения.

Разъяснить сторонам, что настоящее решение может быть обжаловано ими в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме в Новосибирский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через суд, вынесший решение.

Судья Е.А. Бабушкина

Мотивированное решение изготовлено 13.10.2023.