Санкт-Петербургский городской суд

Дело № 1-58/2023 Судья Павлова О.Ю.

Рег. № 22-3794/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 25 июля 2023 года

Судья судебной коллегии по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда Каширин В.Г.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Савельевой Д.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу и дополнения к ней осужденной ФИО1 и ее защитника – адвоката Кузьмина Д.В. на приговор Красносельского районного суда Санкт-Петербурга от 31 марта 2023 года, которым

ФИО1, <...>, ранее не судимая;

осуждена по ч. 2 ст. 109 УК РФ к наказанию в виде ограничения свободы сроком на 01 год 06 месяцев с возложением на основании ч. 1 ст. 53 УК РФ ограничений: не выезжать за пределы Санкт-Петербурга без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, не менять постоянного места жительства или пребывания без уведомления указанного органа, являться в указанный орган один раз в месяц для регистрации.

На основании ч. 3 ст. 47 УК РФ назначено дополнительное наказание в виде лишения права заниматься врачебной деятельностью, связанной с оказанием медицинской помощи, сроком на 2 года, которое на основании ч. 2 ст. 71 УК РФ постановлено исполнять самостоятельно; в соответствии с ч. 4 ст. 47 УК РФ срок дополнительного наказания постановлено исчислять с момента вступления приговора суда в законную силу.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении постановлено отменить после вступления приговора в законную силу.

Приговором также разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Каширина В.Г., объяснения адвоката Кузьмина Д.В., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Ломакиной С.С. об оставлении приговора суда без изменения, апелляционной жалобы – без удовлетворения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признана виновной в совершении причинения смерти К. по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей <дата> в период времени с <дата> до <дата> на территории Санкт-Петербурга при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденная ФИО1 и ее защитник – адвокат Кузьмин Д.В. просят приговор суда как незаконный и необоснованный отменить, вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор.

Ссылаясь на отдельные положения уголовного и уголовно-процессуального закона, позицию Верховного Суда РФ, изложенную в Обзоре судебной практики № 3 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 25.11.2015, указывают на допущенные судом нарушения.

Полагают приговор суда необоснованным ввиду того, что судом не установлено наличие обязательных к исполнению врачом анестезиологом-реаниматологом конкретных правовых предписаний, действующих на момент совершения инкриминированного ФИО1 деяния, устанавливающих обязательную для исполнения технику выполнения операции – катетеризация подключичной вены под рентген-контролем по Сельдингеру, понятие «допустимая глубина введения катетера в вену», допустимую глубину такового; обязанности врача анестезиолога-реаниматолога оценивать в должной мере результаты рентгенограмм, предусматривающих понятие «оценка в должной мере», устанавливать по рентгенограмме диагноз, обращаться за помощью с целью оценки результатов рентгенограммы, равно как и не установлено, в чем конкретно выразилось нарушение данных предписаний со стороны ФИО1

Подробно излагая текст обвинительного заключения, полагают предъявленное ФИО1 обвинение необоснованным ввиду отсутствия в нем конкретных указаний на обязательные для исполнения осужденной правила и нормативные акты, нормы которых она нарушила, а также ввиду отсутствия указаний на конкретные действия ФИО1, не соответствующие данным правилам и нормативным актам.

По мнению осужденной и адвоката, указанные в обвинительном заключении Клинические рекомендации по проведению катетеризации подключичной и других центральных вен, утвержденные 19.10.2019 Президиумом Федерации анестезиологов и реаниматологов РФ, не являются обязательными для исполнения ФИО1, что подтверждается показаниями допрошенного в ходе судебного следствия эксперта Э. №2, подробно изложенными в тексте апелляционной жалобы, а также ответом Президента Федерации анестезиологов и реаниматологов РФ от 10.03.2023 №101-О.

Оценивают показания эксперта Э. №2 как дающие основания сделать выводы о том, что использованный в обвинительном заключении термин «дефект медицинской помощи» не отражен в действующем законодательстве, а конкретных правовых предписаний, обязательных для выполнения ФИО1 в качестве врача анестезиолога-реаниматолога, несоблюдение которых может образовать объективную сторону преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, не имеется.

Излагая данные ФИО1 в ходе судебного следствия показания об обстоятельствах произошедшего, из которых следует, что не имелось объективных причин заподозрить наличие осложнений и прекратить выполнение операции К., считают, что указанные осужденной обстоятельства произошедшего подтверждены показаниями свидетеля Свидетель №11, подробно приведенными в тексте жалобы, которая, будучи медицинской сестрой, осуществляла помощь ФИО1 в ходе операции.

Указывают, что стороной защиты не оспаривалось то, что смерть К. могла произойти вследствие действий ФИО1 по установке центрального катетера и вызванных данными действиями осложнений, которые не были своевременно распознаны. Вместе с тем полагают, что даже при наличии причинно-следственной связи между действиями ФИО1 и наступившими последствиями, в ее действиях отсутствует состав преступления, поскольку ею не было допущено конкретных нарушений действующих правил оказания медицинской помощи.

Считают, что положенные в основу обвинительного приговора доказательства, как показания свидетелей, экспертов, так и вещественные доказательства и иные документы не подтверждают вину ФИО1 в совершении инкриминируемого ей деяния, не свидетельствуют о нарушении ею каких-либо обязательных для исполнения правовых предписаний при проведении операции К.

Оценивая содержание показаний свидетелей по делу, изложенных в тексте жалобы, полагают, что судом не дана оценка части показаний свидетелей, опровергающих доводы стороны обвинения, равно как и не дана оценка представленным стороной защиты доказательствам необоснованности предъявленного ФИО1 обвинения.

По мнению осужденной и защитника, обращение потерпевшего Потерпевший №1 от <дата>, его показания в статусе потерпевшего, показания потерпевшей Потерпевший №2, заключения №... от <дата>, №... от <дата> не доказывают наличие в действиях ФИО1 противоправного деяния; показания свидетелей Свидетель №11 и Свидетель №10 не оценены в части сообщенных сведений о клинических жизненных показателях К. при проведении операции; показания свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №5, Свидетель №6, Свидетель №7, не присутствовавших при выполнении ФИО1 операции, не подтверждают виновного поведения ФИО1; показания свидетелей Свидетель №8 и Свидетель №9 относительно оценки действий ФИО1 при выполнении операции, сущности используемых в медицинской деятельности понятий и пределов должностных обязанностей осужденной не отражены и не оценены в обжалуемом приговоре; показания свидетеля Свидетель №12 не содержат сведений, подтверждающих наличие допущенных ФИО1 нарушений техники выполнения операции и обязательных для выполнения правил; показания эксперта Э. №1 в части суждения о наличии нарушений техники выполнения операции со стороны ФИО1 необоснованно положены в основу приговора ввиду того, что опровергаются показаниями эксперта Э. №2 и методическими рекомендациями Федерации анестезиологов и реаниматологов РФ; в основу обвинительного приговора положены лишь показания эксперта Э. №2, данные им на этапе предварительного следствия, а показания данного лица, полученные в ходе судебного разбирательства о соблюдении ФИО1 техники выполнения операции, наличии обязательных к соблюдению ею правовых предписаний, правильности ее действий, наличии сомнений в интерпретации рентгенограммы и дальнейших действий по оказанию медицинской помощи, возможности развития осложнений, судом не оценены; судом не дана оценка ответу Президента Федерации анестезиологов и реаниматологов РФ от 10.03.2023 №101-О, из которого, как указывает сторона защиты, следует, что Клинические рекомендации по проведению катетеризации подключичной и других центральных вен от 19.10.2019 не являются обязательными и их правовой статус не определен.

Считают, что суд необоснованно указал на наличие у ФИО1 обязанности интерпретировать результаты рентген-снимка, поскольку осужденная не проходила обучение по данному направлению деятельности; указанная обязанность не отражена напрямую в правовом стандарте врача анестезиолога-реаниматолога, утвержденном приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от 27.08.2018 № 554н, возложена на другого профильного специалиста – врача-рентгенолога, который с момента получения рентген-снимка несет полную ответственность за его верную интерпретацию и своевременное сообщение результатов своего исследования.

Указывают, что в выводах суда имеются противоречия, выразившиеся в том, что, по мнению авторов апелляционной жалобы, судом в приговоре установлен необязательный к исполнению рекомендательный характер Клинических рекомендаций по проведению катетеризации подключичной и других центральных вен от 19.10.2019, однако также установлена вина ФИО1 в несоблюдении данных рекомендаций в части отступления от указанной в разделе 6 рекомендации проведения повторной попытки катетеризации подключичной вены с другой стороны не ранее 6 часов после первой неудачной попытки.

Считают, что обвинение ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, полностью опровергнуто в ходе судебного следствия совокупностью исследованных доказательств, вина ФИО1 не установлена, и при таких обстоятельствах осуждение ФИО1 обжалуемым приговором является объективным вменением.

Ввиду изложенного, полагают, что приговор суда не основан на исследованных по делу доказательствах, выводы суда не соответствуют данным доказательствам, судом неправильно применен уголовный закон в части недопустимости привлечения к уголовной ответственности за невиновное причинение вреда, в связи с чем обжалуемое судебное решение в отношении ФИО1 подлежит отмене с вынесением оправдательного приговора.

В возражениях на апелляционную жалобу осужденной ФИО1 и ее защитника – адвоката Кузьмина Д.В. государственный обвинитель Алексеев А.А. указывает, что постановленный в отношении ФИО1 приговор является законным и обоснованным, а апелляционная жалоба – необоснованной и не подлежащей удовлетворению.

Полагает, что положенные в основу обвинительного приговора доказательства были надлежащим образом судом исследованы и оценены, подтверждают вину ФИО1 в совершении инкриминируемого ей преступления.

Проверив материалы дела и обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции находит приговор суда законным и обоснованным.

Выводы суда о виновности осужденной ФИО1 в совершении причинения смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей, являются правильными, основанными на собранных по делу доказательствах.

Виновность ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления подтверждена:

- показаниями потерпевших Потерпевший №1 и Потерпевший №2, данными в ходе предварительного следствия и в суде, об обстоятельствах госпитализации их дочери К. и о том, что им стало известно о смерти К. по причине ошибочных врачебных действий во время проводимой ей операции;

- показаниями свидетелей Свидетель №11, Свидетель №10, Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №5, Свидетель №6, Свидетель №8, Свидетель №7, Свидетель №9, Свидетель №12, являвшихся на момент совершения преступления сотрудниками СПб ГБУЗ «Детский городской многопрофильный клинический специализированный центр высоких медицинских технологий», данными в ходе предварительного следствия и в суде, об обстоятельствах поступления в указанное медицинское учреждение пациентки К., ее состоянии, об обстоятельствах проводимой ей операции и обстоятельствах ее смерти;

- показаниями эксперта Э. №1, данными в ходе предварительного следствия, о том, что ФИО1 была нарушена техника выполнения медицинской манипуляции, что и привело к смерти К.;

- показаниями эксперта Э. №2, принимавшего участие в качестве внештатного специалиста при проведении комиссионной экспертизы по уголовному делу, возбужденному по факту причинения смерти по неосторожности К., данными на предварительном следствии и в суде, об обстоятельствах, установленных в ходе проведения экспертизы;

- материалами дела: заключениями №... от <дата>, №... от <дата>, содержащими выводы о причинах смерти К., о том, что смерть последней находится в прямой причинно-следственной связи с допущенными дефектами оказания ей медицинской помощи; протоколом осмотра предметов и документов от <дата>, в ходе которого были осмотрены медицинские документы на имя К.; протоколом патологоанатомического вскрытия №... от <дата> умершей К.; медицинским свидетельством о смерти серия №... от <дата>; выпиской из приказа №... от 08.02.2016 о приеме ФИО1 на работу в 13 отделение анестезиологии-реанимации на должность врача анестезиолога-реаниматолога; трудовым договором №... от <дата>; должностной инструкцией врача анестезиолога-реаниматолога, утвержденной <дата> главным врачом СПб ГБУЗ «Детский городской многопрофильный клинический специализированный центр высоких медицинских технологий»; выпиской из ФЗ от 21.11.2011 № 323 «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»; выпиской из клинических рекомендаций по проведению катетеризации подключичной и других центральных вен, утвержденных Президиумом Федерации анестезиологов и реаниматологов Российской Федерации 19.10.2019, и согласованных с научным советом Министерства Здравоохранения Российской Федерации; выпиской из Приложения к Приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 23.07.2010 № 541н «Об утверждении единого квалификационного справочника должностей руководителей, специалистов и служащих, раздел «Квалификационные характеристики должностей работников в сфере здравоохранения»; выпиской из профессионального стандарта врача анестезиолога-реаниматолога, утвержденного приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 27.08.2018 № 554н «Об утверждении профессионального стандарта «врач анестезиолог-реаниматолог»; вещественными доказательствами и другими доказательствами, указанными в приговоре.

Судом первой инстанции указанные доказательства исследованы, проверены, оценены как относимые, допустимые и достоверные, полученные с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства, в своей совокупности достаточные для установления виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого ей деяния. Вопреки доводам апелляционной жалобы, всем исследованным доказательствам в приговоре дана надлежащая оценка, не согласиться с правильностью которой у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

Оснований для оговора потерпевшими и свидетелями осужденной ФИО1 суд обоснованно не установил. Ставить под сомнение объективность оценки показаний потерпевших и свидетелей, приведенной в приговоре суда, которые подтверждаются письменными доказательствами, у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

Показания потерпевших и свидетелей последовательны, дополняют друг друга, подтверждены другими доказательствами по делу, в том числе и письменными материалами дела, полученными с соблюдением требований УПК РФ, не доверять которым у суда первой инстанции оснований не имелось.

Проведенные по делу экспертизы получены в соответствии с требованиями действующего уголовно-процессуального законодательства, порядок и производство указанных экспертиз соблюден, заключения экспертов соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, в них приведены выводы по поставленным перед экспертами вопросам и их обоснование, заключения экспертиз мотивированы и сомнений не вызывают.

Надлежащая оценка дана судом и показаниям осужденной ФИО1 Ее доводы о невиновности, аналогичные тем, что приведены в апелляционной жалобе, были предметом тщательной проверки в суде первой инстанции. Как несостоятельные, высказанные вопреки материалам дела, фактическим обстоятельствам и экспертным исследованиям, данные заявления достаточно мотивированно отвергнуты в приговоре.

Судом первой инстанции также были проверены и отвергнуты как несостоятельные и доводы защиты об отсутствии в действиях ФИО1 состава преступления, по причине отсутствия нормативных актов, устанавливающих обязательную для исполнения технику выполнения операции – катетеризация подключичной вены под рентген-контролем по Сельдингеру. Мотивируя свои выводы, суд обоснованно сослался на положения Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», обязывающие медицинских работников оказывать медицинскую помощь в соответствии со своей квалификацией и должностной инструкцией, а также на должностную инструкцию ФИО1, соответствующую требованиям, предъявляемым к квалификации врача анестезиолога-реаниматолога, определенным в разделе «Квалификационные характеристики должностей работников в сфере здравоохранения» Единого квалификационного справочника должностей руководителей, специалистов и служащих, утвержденного приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 23.07.2010 № 541н.

Вопреки доводам стороны защиты, в соответствии со ст. 73 УПК РФ, судом верно установлены и учтены все обстоятельства, подлежащие доказыванию, имеющие значение для дела, в рамках предъявленного ФИО1 обвинения, и они не противоречат исследованным судом доказательствам, подробно изложенным в приговоре.

Основываясь на исследованных в судебном заседании доказательствах, суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства по делу и применил уголовный закон, квалифицировав действия ФИО1 по ч. 2 ст. 109 УК РФ, при этом квалифицирующий признак причинения смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения ФИО1 своих профессиональных обязанностей врача анестезиолога-реаниматолога нашел свое полное подтверждение.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, выводы суда объективны и основаны на исследованных доказательствах и экспертных заключениях, согласно которым установлена непосредственная причинно-следственная связь между допущенными врачом анестезиологом-реаниматологом ФИО1 дефектами при оказании медицинской помощи К. и наступлением смерти пациентки.

В ходе судебного разбирательства всесторонне и полно исследованы все доказательства, на основании которых были установлены обстоятельства совершения ФИО1 причинения смерти К. по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения ею своих профессиональных обязанностей.

Содержание апелляционной жалобы осужденной и ее защитника с приведением доводов о несогласии с приговором сводится к изложению собственной оценки доказательств по делу, представляющейся стороне защиты правильной и являющейся, по сути, процессуальной позицией осужденной и действующего в защиту ее интересов адвоката, что не свидетельствует о необъективности судебного разбирательства.

Тот факт, что данная судом оценка исследованных по делу доказательств не совпадает с позицией как осужденной, так и ее защитника, не свидетельствует о нарушении судом требований ст. 88 УПК РФ и не является основанием для отмены состоявшегося по делу судебного решения.

Суд первой инстанции располагал исчерпывающими доказательствами относительно каждого из обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, и обосновал принятое в отношении осужденного судебное решение ссылкой на доказательства, полученные в установленном законом порядке.

При назначении наказания ФИО1 суд в полной мере учел характер и степень общественной опасности совершенного ею преступления, данные о личности осужденной, обстоятельства смягчающие и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние наказания на исправление осужденной и на условия жизни ее семьи, цели наказания.

Судом в полной мере учтены смягчающие наказание обстоятельства, а также данные о личности ФИО1

Обстоятельствами, смягчающими наказание осужденной, суд в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ признал то, что ФИО1 впервые привлекается к уголовной ответственности, не судима, положительно характеризуется по месту работы и по месту жительства, имеет на иждивении родителей, являющихся пенсионерами, страдает хроническим заболеванием, муж и дети ФИО1 также страдают заболеваниями, а также в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ наличие у ФИО1 двух малолетних детей.

Судом учтено и то, что ФИО1, совершившая преступление против жизни и здоровья, отнесенное к категории преступлений небольшой тяжести, на учете у врача-психиатра и врача-нарколога не состоит, имеет высшее образование, регистрацию и постоянное место жительства, замужем, трудоустроена.

Отягчающих наказание ФИО1 обстоятельств не установлено.

При этом наличие совокупности указанных смягчающих наказание обстоятельств, данных о личности осужденной, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, позволило суду прийти к выводу о возможности достижения целей назначения уголовного наказания, предусмотренных ст. 43 УК РФ, посредством назначения ФИО1 наказания в виде ограничения свободы не на максимальный срок, предусмотренный санкцией ч. 2 ст. 109 УК РФ.

Суд с достаточной полнотой исследовал данные о личности осужденной, подробно изложил их в приговоре, и при таких данных, с учетом конкретных обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности совершенного преступления и наступивших последствий, верно и обоснованно пришел к выводу о назначении ФИО1 на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ дополнительного наказания в виде лишения права заниматься врачебной деятельностью, связанной с оказанием медицинской помощи, с указанием мотивов принятого решения.

Все обстоятельства учтены судом первой инстанции в полной мере, при этом каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением ФИО1 до и после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного ею преступления, судом первой инстанции установлено не было, в связи с чем оснований для применения положений ст. 64 УК РФ суд не нашел, как не находит их и суд апелляционной инстанции.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 60 УК РФ, с учетом принципов об индивидуальном подходе и об учете всех обстоятельств, предусмотренных законом, является справедливым, чрезмерно суровым не является.

В приговоре в полном соответствии с требованиями п. 4 ст. 307 УПК РФ приведены убедительные мотивы решения вопросов, относящихся к назначению ФИО1 наказания, с которыми суд апелляционной инстанции соглашается.

Оснований, влекущих за собой изменение или отмену приговора, в том числе и по доводам апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Красносельского районного суда Санкт-Петербурга от 31 марта 2023 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Кассационные жалоба, представление на приговор Красносельского районного суда Санкт-Петербурга от 31 марта 2023 года, решение Санкт-Петербургского городского суда, вынесенное в апелляционном порядке, могут быть поданы в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции через районный суд в течение 6 месяцев.

В случае пропуска указанного выше срока или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление на приговор могут быть поданы непосредственно в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции.

Осужденная ФИО1 вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Судья: