Решение по делу № 2-3828/2024 от 30.05.2025 - о компенсации морального вреда, расходов на погребение, судебных расходов.

Дело №2-58/2025 (2-3828/2024)

УИД 55RS0007-01-2024-005577-83

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Омск 20 мая 2025 года

Центральный районный суд г. Омска в составе председательствующего судьи Рерих Ю.С., при секретаре судебного заседания Пировой Я.О., с участием помощника прокурора Центрального АО г. Омска Киница Л.И., истца ФИО3, представителя истца ФИО7, представителей ответчиков ФИО8 и ФИО9, представителя третьего лица ФИО13, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО14, ФИО3 к бюджетному учреждению здравоохранения Омской области «Станция скорой медицинской помощи», Министерству здравоохранения Омской области о компенсации морального вреда, расходов на погребение, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

Истцы ФИО14 и ФИО3 обратились в суд с иском к бюджетному учреждению здравоохранения Омской области «Станция скорой медицинской помощи» (далее по тексту – БУЗОО «ССМП») и Министерству здравоохранения Омской области о компенсации морального вреда, материальных расходов, указав, что 21.12.2022 вследствие несвоевременного оказания медицинской помощи, неправильно постановленного диагноза, халатности фельдшера БУЗОО «ССМП», допустившего дефекты оказания медицинской помощи, причинен вред здоровью их единственной дочери ФИО15, повлекший ее смерть.

Так, линейной бригадой № 704 скорой медицинской помощи при осуществлении выезда 21.12.2022 в период времени с 05.08 до 05.51 часов, в нарушение Приказа Минздрава России от 20.06.2013 № 388н, их дочери ФИО15 был установлен неверный диагноз, не выполнена глюкометрия, а также, поскольку вызов бригады скорой медицинской помощи был повторным, не была обеспечена госпитализация ФИО15

Согласно протоколу патологоанатомического вскрытия ФИО10 № от ДД.ММ.ГГГГ, установлены осложнения основного ее заболевания: <данные изъяты>.

06.03.2023 следственным отделом по Октябрьского АО г. Омска Следственного комитета РФ по Омской области возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст. 109 Уголовного кодекса Российской Федерации по факту причинения смерти по неосторожности.

21.11.2023 производство по уголовному делу прекращено по п. 1 ч.1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного ч.1 ст. 109 Уголовного кодекса Российской Федерации. Вместе с тем, в ходе производства по уголовному делу, в целях проверки качества оказания медицинской помощи ФИО4 была проведена комиссионная комплексная судебно-медицинская экспертиза, согласно выводам которой в прямой причинно-следственной связи со смертью ФИО4 состоит ее основное заболевание – <данные изъяты>. При этом, линейной бригадой скорой медицинской помощи №704 БУЗОО «ССМП» допущены дефекты оказания медицинской помощи, которые состоят в непрямой причинно-следственной связи со смертью ФИО4

Так, в нарушение Приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 20.06.2013 №388н «Об утверждении Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи» установлен неверный диагноз, не выполнена глюкометрия, не обеспечена обязательная госпитализация, поскольку вывоз скорой медицинской помощи был повторным.

Приказом БУЗОО «ССМП» от 23.01.2023 №1 фельдшер линейной бригады №704 ФИО22 был привлечен к дисциплинарной ответственности за нарушение п. 2.11 раздела 2 должностной инструкции при оказании 21.12.2022 скорой медицинской помощи пациентке ФИО15

Полагают, что дефекты оказания их дочери ФИО15 скорой медицинской помощи линейной бригадой № 704 БУЗОО «ССМП» в значительной степени связаны с ее смертью.

В этой связи, в связи со смертью их единственной дочери, испытали и продолжают испытывать нравственные страдания.

Просят суд взыскать с БУЗОО «ССМП» в пользу ФИО14 компенсацию морального вреда в сумме 5 000 000 рублей, а также расходы на погребение в размере 212 250 рублей; взыскать с БУЗОО «ССМП» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в сумме 5 000 000 рублей.

При недостаточности находящихся в распоряжении в БУЗОО «ССМП» денежных средств, просят суд возложить субсидиарную ответственность на Министерство здравоохранения Омской области.

В судебном заседании истец ФИО3 заявленные исковые требования к БУЗОО «ССМП» в части компенсации ей морального вреда в связи со смертью дочери поддержала полном объеме, просила их удовлетворить. Дополнительно просила взыскать с БУЗОО «ССМП» в свою пользу расходы, понесенные ею по оплате судебно-медицинской экспертизы в размере 182600 рублей.

Пояснила, что состоят в зарегистрированном браке со ФИО1 От брака у них родилась дочь ФИО5, которая являлась единственным ребенком, проживала совместно с ними, своей семьи не имела. У ФИО4 имелось хроническое заболевание – <данные изъяты>. В ночь с 20 по 21 декабря 2022 года она находилась за пределами территории Российской Федерации – республике Казахстан, когда ей позвонил супруг и сказал, что у их дочери стало плохо, появились: слабость, отдышка, что она задыхается, что он ей вызвал скорую помощь. Приехавшая бригада скорой помощи оказала ей медицинскую помощь, состояние дочери улучшилось. Затем, со слов супруга под утро 21.12.2022 дочери вновь стало плохо, она вновь начала задыхаться. Ей повторно была вызвана скорая помощь, которая должным образом помощи никакой не оказала, уехала, не предложив госпитализацию. Поскольку состояние дочери не улучшалось, ей была вызвана скорая помощь в третий раз, после чего дочь была госпитализирован в БУЗОО «ГК БСМП №2». Она приехала домой, когда дочь уже находилась в медицинском учреждении в состоянии комы.

В судебном заседании истец ФИО14 участия не принимал, о дате, времени и месте его проведения извещен надлежащим образом, представил заявление, в котором просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Ранее в судебных заседаниях, проводимых по делу, истец ФИО14 исковые требования поддержал в полном объеме, просил их удовлетворить. Пояснил, что у них со ФИО3 была единственная дочь – ФИО15, которая проживала с ними, имела хроническое заболевание – <данные изъяты>. Дочь работала в ПАО Сбербанк. 20.12.2022 он также, как и ФИО3 находился на территории Республики Казахстан, когда ему позвонила дочь, пожаловалась на свое состояние здоровья, что вызвала себе скорую помощь. Он в этот же день вернулся домой, наблюдал за состоянием здоровья дочери. Утром 21.12.2022 дочь вновь пожаловалась на ухудшение своего самочувствия, слабость, нехватку воздуха. Он вызвал ей скорою медицинскую помощь. Приехавшей бригаде скорой медицинской помощи он сообщал о наличии хронического заболевания у дочери, что вызов повторный. Врач скорой медицинской помощи осмотрел голову дочери, дал ей какую-то таблетку. Никакой иной медицинской помощи не оказывал, давление, уровень сахара в крови не измерял, ушел, не указав диагноза, госпитализацию не предложил, посоветовал обраться к психиатру. После этого, дочь не спала, ее мучила жажда, нехватка воздуха. Поскольку состояние дочери не улучшалось, он вызвал для нее скорую помощь. Приехавшая бригада скорой помощи измерила дочери давление, уровень сахара в крови, указала на необходимость срочной госпитализации. На носилках дочь поместили в карету скорой медицинской помощи и доставили в БУЗОО «КГ БСМП №2». На тот момент дочь находилась в сознании. В приемном отделении медицинского учреждения у него спросили, привез ли он с собой инсулин, который принимала дочь. Он поехал домой за ним, когда вернулся, ему сказали, что дочь в реанимации, к ней не пускали. Больше свою дочь он не видел. 11.01.2023 сообщили, что их дочь умерла. Требований к БУЗОО «ГК БСМП №2» не предъявляет, полагает, что смерть дочери наступила из-за халатности врачей скорой медицинской помощи.

Представитель истцов ФИО14, ФИО3 – по доверенности ФИО7 в судебном заседании исковые требования с учетом их уточнения подержал по доводам, изложенным в исковом заявлении, просил их удовлетворить.

Представитель ответчика БУЗОО «ССМП» - по доверенности ФИО8 в судебном заседании исковые требования признала частично. Представила письменный отзыв, в котором первоначально просила отказать в удовлетворении заявленных исковых требований, ссылаясь на то, что заключением комплексной судебно-медицинской экспертизы, проводимой в ходе расследования уголовного дела, указано на то, допущенные дефекты оказания скорой медицинской помощи ФИО15 в прямой причинно-следственной связи с ухудшением ее состояния здоровья и смертью не состоят. Полагала, что смерть ФИО15 произошла в результате естественного стечения обстоятельств в независимости от действий либо бездействия медицинских работников (л.д. 30-32 том дела 2).

В последующем, после проведения по делу комиссионной комплексной судебно-медицинской экспертизы, представила дополнение к отзыву на исковое заявление, в котором просила снизить заявленный ко взысканию размер компенсации морального вреда и расходов на погребение (л.д. 60-62 том дела 3).

Представитель ответчика Министерства здравоохранения Омской области - по доверенности ФИО9 в судебном заседании исковые требования к Министерству здравоохранения Омской области не признала, представила письменный отзыв на иск, в котором сослалась на то, что Министерство здравоохранения Омской области является ненадлежащим ответчиком по делу. Указала, что в соответствии с подпунктом 7 пункта 9 Положения о Минздраве, утвержденного Указом Губернатора Омской области от 13 ноября 2007 года №133, при осуществлении своих полномочий Министерство осуществляет от имени Омской области функцию учредителя Учреждения. При этом сам по себе факт отнесения БУЗОО «ССМП» к числу медицинских организаций, подведомственных Минздраву, достаточным правовым основанием для наступления гражданско-правовой ответственности Министерства как учредителя Учреждения не является. Действующее правовое регулирование предусматривает возможность привлечения Министерства, как главного распорядителя бюджетных средств лишь к субсидиарной ответственности и только в определенных случаях, исчерпывающий перечень которых установлен положениями Бюджетного кодекса Российской Федерации и Гражданского кодекса Российской Федерации.

Так в силу пункта 7 статьи 161 Бюджетного кодекса Российской Федерации Министерство здравоохранения Омской области как главный распорядитель бюджетных средств отвечает соответственно от имени субъекта Российской Федерации только при недостаточности лимитов бюджетных обязательств, доведенных подведомственному ему каченному учреждению для исполнения его денежных обязательств.

Исходя из положений статьи 399 Гражданского кодекса Российской Федерации субсидиарная ответственность является дополнительной ответственностью, к которой лицо привлекается при невозможности исполнения обязательства основного должника перед кредитором, в связи с чем, должна быть установлена невозможность исполнения обязательства основным должником.

БУЗОО «ССМП» в данном случае, является не казенным, а бюджетным учреждением, которое отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом. В материалах отсутствуют доказательства о том, что Учреждение не располагает денежными средствами, достаточными для исполнения требований истцов в объеме, заявленном в исковом заявлении, в связи с чем, отсутствуют основания полагать, что обязательство не будет исполнено основным должником в случае удовлетворения иска (л.д. 34-39 том дела 2).

Представитель третьего лица БУЗОО «ГК БСМП №2» по доверенности ФИО13 в судебном заседании, вопрос разрешения заявленных истцами исковых требований оставил на усмотрение суда. Указал, что дефектов оказания медицинской помощи со стороны БУЗОО «ГК БСМП №2» в ходе рассмотрения дела не установлено.

Помощник прокурора Центрального административного округа г. Омска Киница Л.И. в своем заключении полагал, что заявленные истцами исковые требования подлежат удовлетворению.

Проверив доводы иска, выслушав лиц, участвующих в деле, изучив представленные в материалы гражданского дела доказательства, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства.

Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон «Об основах здоровья граждан в Российской Федерации»).

В соответствии со статьей 1 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» права и обязанности медицинских организаций при осуществлении деятельности в сфере охраны здоровья, права и обязанности граждан в сфере охраны здоровья и гарантии реализации этих прав определены этим законом.

В силу положений пункта 1 статьи 22 Федерального закона «Об основах охраны граждан в Российской Федерации» здоровье – это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Статьей 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» установлено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качестве медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь – комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент – физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пп. 3, 9 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи – совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Согласно части 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерльного закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (чч. 2 и 3 ст. 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Из содержания искового заявления ФИО1 и ФИО2 усматривается, что основанием их обращения в суд с требованием о компенсации причиненного им морального вреда и материальных затрат явилось ненадлежащее со стороны БУЗОО «ССМП» оказание медицинской помощи их дочери ФИО4, приведшее, по их мнению, к ее смерти.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей, как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, четь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная <данные изъяты>, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемые и непередаваемы иные способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкование в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150 и 151 Гражданского кодекса Российской Федерации Российской Федерации следует, что в случае нарушения прав гражданина в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

В силу положений п.1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами главы 59 (ст. 1064-1101 ГК РФ) и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно п.п. 1, 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вред» разъяснено, под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающим на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную жизнь, честь и доброе имя, <данные изъяты> переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требования безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических и нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда.

Потерпевший – истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (часть 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью 3 продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной <данные изъяты>, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда (п. 15).

В пункте 25 указанного постановления Пленум Верховного Суда Российской Федерации разъяснил, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, участь заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этой соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

В пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

В соответствии с пунктом 48 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему надлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности, статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителя вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший предоставляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий – если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В данном случае, на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую помощь и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

Иными словами, на медицинскую организацию, оказывающую медицинскую помощь, возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности те или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Согласно пункту 49 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознание того обстоятельства, что близкого человека можно было спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Из материалов гражданского дела следует, что истцы ФИО1 и ФИО2 являются родителями ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершей ДД.ММ.ГГГГ. Причиной смерти ФИО4 явилась <данные изъяты> (л.д. 167 том дела 1).

Согласно протоколу патолого-анатомического вскрытия № от ДД.ММ.ГГГГ тела ФИО4, проводимого врачом – патологоанатомом БУЗОО «КМСЧ №», у ФИО4 имел место <данные изъяты> (л.д. 64 (оборот) – 66 том дела 1).

Обращаясь в суд с иском о компенсации вреда, истцы ссылалась на то, что их дочери ФИО4 в течение суток 20 и ДД.ММ.ГГГГ в связи с ухудшением самочувствия трижды вызывалась скорая медицинская помощь. При первичном вызове бригада скорой медицинской помощи оказала помощь их дочери, состояние ее улучшилось, от госпитализации она отказалась. Однако, через непродолжительное время состояние здоровья дочери ухудшилось, был осуществлен повторный вызов бригады скорой медицинской помощи. Приехавшая на указанный вызов бригада скорой медицинской помощи, какой-либо помощи их дочери не оказала, в специализированное учреждение не доставлена, госпитализация не предлагалась. В медицинское учреждение ФИО4 была доставлена бригадой скорой медицинской помощи, приехавшей по третьему вызову. Однако в стационарных условиях ФИО4 «впала в кому» и, не приходя в сознание умерла.

Согласно сведениям, представленным по запросу суда территориальным фондом обязательного медицинского страхования ФИО6 <адрес>, ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения до ДД.ММ.ГГГГ была застрахована в ФИО6 филиале АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед». ДД.ММ.ГГГГ и дважды ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 оказывалась медицинская помощь БУЗОО «ССМП». В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 оказывалась медицинская помощь БУЗОО «ГК БСМП №» (л.д. 170-171 том дела 1).

Из представленной суду карте вызова скорой медицинской помощи № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 20.17 часов для ФИО4 родственниками вызвана скорая медицинская помощь по адресу: <адрес> связи с обострением хронического заболевания, вызов первичный. По прибытию бригады скорой медицинской помощи № (состав: ФИО16, ФИО17) в 20.30 часов ФИО4 предъявляла жалобы на отдышку, учащенное сердцебиение. В анамнезе отражено, что ФИО4 имеет хроническое заболевание – <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ около 10.00 часов появилось сильное сердцебиение и отдышка, которые прошли самостоятельно. После 17.00 часов указанные симптомы повторились и поскольку они длительное время не проходили, вызвала скорую помощь. Свое состояние связала с перенесенным стрессом на работе и большой эмоциональной нагрузкой. От ФИО4 бригадой скорой медицинской помощи было получено согласие на медицинское вмешательство, <данные изъяты> (л.д. 208-212 том дела 1).

Согласно представленной карте вызова скорой медицинской помощи № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 05.08 часов для ФИО4 вызвана скорая медицинская помощь по адресу: <адрес> бригады, <адрес>Б <адрес>. Указано, что вызов первичный, повод к вызову – обострение хронического заболевания. По прибытию бригады скорой медицинской помощи № (состав: ФИО11 и ФИО18) в 05.51 часов, ФИО4 указывала на чувство нехватки воздуха, головокружение. Поясняла, что ночью ДД.ММ.ГГГГ проснулась от чувства страха, учащенного сердцебиения, чувства нехватки воздуха, позже появилось головокружение, вызвала скорую медицинскую помощь. Наличие хронических заболеваний отрицала. От ФИО4 бригадой скорой медицинской помощи было получено согласие на медицинское вмешательство, измерено артериальное давление, пульс, пульсоксиметрия, температура тела. Установлен диагноз <данные изъяты> (л.д. 213-216 том дела 1).

Согласно представленной карте вызова скорой медицинской помощи № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 13.21 часов для ФИО4 вызвана скорая медицинская помощь по адресу: <адрес> бригады, <адрес>Б <адрес>. Указано, что вызов первичный, повод к вызову – обострение хронического заболевания. По прибытию бригады скорой медицинской помощи № (состав: ФИО19 и ФИО20) в 13.45 часов, ФИО4 жаловалась на слабость и жажду. Поясняла, что состояние начало ухудшаться с ДД.ММ.ГГГГ, появилась слабость, жажда, которые в последующем стали нарастать, появилось учащенное мочеиспускание. В анамнезе указано на наличие у ФИО23 т.А. <данные изъяты>. От ФИО4 бригадой скорой медицинской помощи было получено согласие на медицинское вмешательство, измерено артериальное давление, пульс, пульсоксиметрия, глюкометрия, температура тела. Результат оказания медицинской помощи указан, как «состояние тяжелое», установлен диагноз: <данные изъяты> Осуществлена транспортировка для госпитализации в БУЗОО «ГК БСМП №» (л.д. 217-220 том дела 1).

ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО2 обратилась в адрес Министерства здравоохранения ФИО6 <адрес> с жалобой на сотрудников БУЗОО «ССМП», в связи с бездействием которых ухудшилось состояние ее дочери, которая находится в реанимационном отделении БУЗОО «ГК БСМП №» в состоянии комы (л.д. 205 том дела 1).

ДД.ММ.ГГГГ Министерство здравоохранения ФИО6 <адрес> направило в адрес истца ФИО2 ответ, согласно которому по ее общению в рамках внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности в БУЗОО «ССМП» проведена проверка, в ходе которой установлено, что сотрудниками бригады скорой медицинской помощи при первичном вызове ДД.ММ.ГГГГ медицинская помощь оказана в соответствии с Порядком оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи, утвержденным приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н. Тактика дальнейшего наблюдения и лечения ФИО4 обнаружена в присутствии родственников. При повторном вызове бригады скорой медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ данные объективного осмотра указывали на необходимость экстренной медицинской эвакуации ФИО4, в профильный круглосуточный стационар с целью дифференциальной диагностики и дальнейшего динамического врачебного наблюдения. Однако фельдшером скорой медицинской помощи недооценена тяжесть состояния пациентки.

По результатам проверки администрацией БУЗОО «ССМП» сделаны организационные выводы, приняты соответствующие меры. Фельдшеру скорой медицинской помощи подстанции № за ненадлежащее исполнение своих должностных обязанностей объявлен выговор (л.д. 67-68 том дела 2).

Из представленного протокола врачебной комиссии № от ДД.ММ.ГГГГ БУЗОО «ССМП» по факту обращения ФИО2 в Министерство здравоохранения ФИО6 <адрес> по вопросу оказания скорой медицинской помощи ее дочери ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, врачебной комиссий установлено, что при осуществлении вызова скорой медицинской помощи № от ДД.ММ.ГГГГ, бригадой скорой медицинской помощи № сбор анамнеза и физикальное обследование проведено в полном объеме, показаний для транспортировки ФИО4 в стационар для дальнейшего обследования и госпитализации не было.

При осуществлении вызова № от ДД.ММ.ГГГГ бригадой скорой медицинской помощи № сбор анамнеза и физикальное обследование проведено не в полном объеме, что повлекло за собой недооценку степени тяжести пациентки. Независимо от тяжести состояния пациентки при повторном вызове в течение 24 часов показана транспортировка в стационар для дальнейшего обследования. Фельдшером ФИО11 допущено грубое нарушение в выполнении должностных обязанностей, в частности, осмотр пациентки произведен не в полном объеме, анамнез не собран. Предложено фельдшеру ФИО11 за грубое нарушение должностных инструкций вынести дисциплинарное взыскание в виде выговора.

При осуществлении вызова скорой медицинской помощи № от ДД.ММ.ГГГГ бригадой скорой медицинской помощи № сбор анамнеза и физикальное обследование проведено в полном объеме. Пациентка доставлена в ближайший стационар (в связи с тяжестью состояния), в структуре которого имеется эндокринологическое отделение (л.д. 258-259 том дела 1, л.д. 206-207 том дела 2, л.д. 31-32 том дела 3).

Приказом главного врача БУЗОО «ССМП» № от ДД.ММ.ГГГГ № фельдшер скорой медицинской помощи подстанции № ФИО11 привлечен к дисциплинарной ответственности в виде объявления ему выговора за нарушение пункта 2.11 раздела 2 Должностной инструкции фельдшера скорой медицинской помощи БУЗОО «ССМП», а именно, за то, что при оказании скорой медицинской помощи пациентке ФИО4 не полностью собран анамнез, физикальное обследование проведено не в полном объеме, что повлекло за собой недооценку степени тяжести состояния ее здоровья (л.д. 256, 257 том дела 1, л.д. 33 том дела 3).

ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО1 обратился к руководителю следственного отдела Октябрьского АО <адрес> следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по ФИО6 <адрес> с заявлением о привлечении к уголовной ответственности медицинских работников скорой медицинской помощи и БУЗОО «ГК БСМП №» в связи со смертью его дочери ФИО4, полагая, что ее смерть наступила в результате их действий (бездействия) (л.д. 34 (оборот)).

ДД.ММ.ГГГГ следственным отделом Октябрьского АО <адрес> следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по ФИО6 <адрес> на основании материалов предварительной проверки по факту оказания некачественной медицинской помощи ФИО4, повлекшей ее смерть, возбуждено уголовное дело № по признака м преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 Уголовного кодекса Российской Федерации (л.д. 33 (оборот).

Согласно заключению комиссионной комплексной судебно-медицинской экспертизы БУЗОО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № от ДД.ММ.ГГГГ, проводимой в ходе предварительной проверки по факту оказания медицинской помощи ФИО4 выявлены дефекты оказания ей амбулаторного лечения со стороны БУЗОО «ГБ №» в период с 2019 по 2022 годы. Установлено, что в указанный период времени ФИО4 полное лабораторное и инструментальное обследование <данные изъяты>. В ходе эпизодического исследования гликированного гемоглобина у ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ) отмечены крайне высокие его показатели. При этом участковым врачом терапевтом была рекомендована диета №, а также проводилась коррекция препаратов для инсулинотерапии. Периодически ФИО4 находилась на лечении в эндокринологическом отделении БУЗОО «ГК БСМП №» с кетоацидозом, где также проводилась коррекция инсулинотерапии.

Также отмечено, что в данном экспертном случае имело место низкая комплаэнтность самой пациентки к лечению и самоконтролю, сложности инсулинотерапии в амбулаторных условиях. Для устранения вышеуказанного, врачу участковому терапевту необходимо было направить ФИО4 в школу сахарного диабета, что выполнено не было.

По вопросу качества оказания ФИО4 скорой медицинской помощи в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, комиссия экспертов пришла к выводу о наличии со стороны бригады скорой медицинской помощи № дефектов оказания такой помощи. В частности, указано, что в карте вызова скорой помощи при сборе анамнеза нет сведений о наличии у пациентки сахарного диабета 1 типа, как следствие – фельдшером скорой медицинской помощи не выполнена глюкометрия. На момент приезда указанной бригады скорой помощи у ФИО4 имелась тахикардия, отдышка и психомоторное возбуждение, которые были расценены фельдшером, как реакция на стресс, однако могли быть проявлением <данные изъяты>

В данной части комиссия экспертов пришла к выводу о допущенном нарушении бригадой скорой медицинской помощи БУЗОО «ССМП» Приказа Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении Порядка оказания скорой медицинской, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи», поскольку фельдшером установлен неполный и неверный диагноз на этапе оказания скорой медицинской помощи.

Кроме того, комиссия экспертов отразила в заключении, что поскольку данный вызов бригады скорой медицинской помощи № стал повторным по одному и тоже поводу к ФИО4 в течение суток, что предполагает обязательную доставку пациента в стационар. Однако ФИО4 в стационар доставлена не была. Кроме того, в карте вызова скорой медицинской помощи № отсутствуют сведения о предложенной пациентке транспортировке в стационар, а также о возможном ее отказе от госпитализации; отсутствуют сведения о передачи данных о пациентке («актив») в поликлинику по месту жительства. В этой связи, комиссия экспертов пришла к выводу, что указанное обстоятельство является дефектом, как организации медицинской помощи, так и ведения медицинской документации.

Согласно выводам экспертов, на этапе оказания ФИО4 скорой медицинской помощи бригадой № ДД.ММ.ГГГГ допущены нарушения в части неполного сбора анамнеза, установления неверного диагноза, неверной тактики и лечения, что привело к задержке оказания правильной медицинской помощи ФИО4 и, как следствие, привело к дальнейшему прогрессированию развившихся у нее осложнений основного заболевания – сахарный диабет 1 типа.

При анализе стационарной медицинской карты № ФИО4 со стороны БУЗОО «ГК БСМП №» значимых дефектов диагностики и лечения не установлено, медицинская помощь была оказана в соответствии с действующими нормативными документами, в частности, Приказом Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «Анестезиология и реаниматология», Приказом Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», клиническими рекомендациями «Алгоритмы специализированной медицинской помощи больным сахарным диабетом». При этом, нарушения некоторых подпунктов пункта 3.4.5 Приказа Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» на исход (смерть ФИО4) не повлияло. Неблагоприятный исход в данном случае обусловлен декомпенсацией тяжелого заболевания – сахарного <данные изъяты> анестезии и реанимации БУЗОО «ГК БСМП №».

Комиссия экспертов в своем заключении пришла к выводу, что в прямой причинно-следственной связи со смертью ФИО4 состоит ее основное заболевание – <данные изъяты> Выявленные же дефекты оказания ей медицинской помощи на этапе оказания скорой медицинской помощи линейной бригадой № лишь создали условия для дальнейшего прогрессирования уже имевшихся к тому времени осложнений основного заболевания (сахарный диабет 1 типа). В этой связи, комиссия экспертов указана на наличие непрямой (косвенной) причинно-следственной связи между выявленными дефектами оказания скорой медицинской помощи и ухудшением состояния ФИО4, а также ее смертью.

Дефекты на этапе оказания амбулаторной и стационарной помощи ФИО4, согласно заключению комиссии экспертов, в какой-либо (прямой, непрямой, косвенной) связи с ее смертью не состоят (л.д. 67-96 том дела 1).

Постановлением старшего следователя следственного отдела по Октябрьскому АО <адрес> Управления Следственного комитета России по ФИО6 <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела в отношении медицинских сотрудников БУЗОО «ССМП» и БУЗОО «ГК БСМП №» по признакам преступлений, предусмотренный статьями 124, 293 Уголовного кодекса Российской Федерации отказано по пункту 2 части 1 статьи 24 УПК РФ в связи с отсутствием в действиях состава преступления, в виду того, что не представилось возможным установить прямую причинно-следственную связь между их действиями (бездействием) и наступлением смерти ФИО4 (л.д. 159-161 том 1).

Кроме того, в связи с отсутствием прямой причинно-следственной связи между действиями (бездействием) медицинских работников и наступлением смерти ФИО4, а также, поскольку не преставилось возможным установить временной период, в котором основное заболевание ФИО4 начало прогрессировать (развиваться) и привело к необратимым последствиям в виде ее смерти, производство по уголовному делу № прекращено по пункту 1 части 1 статьи 24 УПК РФ – в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного частью 1 статьи 109 Уголовного кодекса Российской Федерации (л.д. 162-165 том дела 1).

В ходе рассмотрения настоящего гражданского дела, по ходатайству стороны истца по делу была назначена комиссионная комплексная судебная медицинская экспертиза, производство которой было поручено экспертам Федерального государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Клиническая больница № Федерального медико-биологического агентства» (ФГБУЗ КБ № ФМБА России).

Согласно заключению комиссии экспертов ФГБУЗ КБ № ФМБА от ДД.ММ.ГГГГ № причиной смерти ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения явился <данные изъяты>.

При ответе на вопрос о том, имелось ли у ФИО4 заболевание, приведшее ее к смерти (способствующее смерти), комиссия экспертов отметила, что по данным представленных медицинских документов, ФИО4 длительное время <данные изъяты>. С момента первичного установления диагноза в 2015 году ФИО4 неоднократно доставлялась бригадами скорой медицинской помощи в отделение эндокринологии БУЗОО «ГК БСМП №» <данные изъяты>.

<данные изъяты>

Таким образом, до событий 20-ДД.ММ.ГГГГ у ФИО4 <данные изъяты>.

При анализе карт вызова скорой медицинской помощи за 20 и ДД.ММ.ГГГГ, комиссия экспертов указала на дефекты со стороны бригады скорой медицинской помощи по вызову № от 21.12.2022г. в виде неполного собранного анамнеза, что привело к неверной трактовке причин состояния ФИО4 Наличие жалоб, тахикардии, учащенного дыхания, психомоторное возбуждение расценено бригадой скорой медицинской помощи, как нейроциркуляторная дистония (НЦД), что в свою очередь направило вектор клинической мысли по ложному пути - пациентке не было проведено измерение уровня сахара крови, был дан препарат «Транквезипам», обладающий выраженным анксиолитическим (уменьшающим тревожность), снотворным, седативным (успокаивающим), а также противосудорожным и центральным миорелаксирующим (расслабляющим мышцы) действием. При этом, в карте вызова скорой медицинской помощи отсутствуют сведения о динамике состояния пациентки после оказанной помощи.

На основании ретроспективного анализа имеющихся данных комиссия экспертов пришла к выводу, что предъявляемые жалобы и состояние ФИО4 при осмотре ее бригадой скорой медицинской помощи № являлись манифестацией патологических процессов, послуживших причиной резкого ухудшения состояния здоровья и явившихся поводом для вызова бригады скорой медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ в 13:21 часов с последующей госпитализацией в стационар.

Также комиссия экспертов указало на наличие нарушения со стороны указанной бригады скорой медицинской помощи Инструкции по тактике работы бригад БУЗОО «ССМП» возникновении различных ситуаций, утвержденной главным врачом БУЗОО «ССМП» ДД.ММ.ГГГГ, в частности, не была осуществлена обязательная госпитализация ФИО4 в стационар, поскольку имел место повторный вызов скорой медицинской помощи до 24 часов от момента предыдущего вызова.

В этой связи, комиссия экспертов пришла к выводу, что дефекты скорой медицинской помощи бригадой № хотя и не явились причиной развития заболевания (сахарный диабет 1 типа) у пациентки ФИО4, однако создали благоприятные условия для развития осложнений указанного заболевания и состоят в косвенной причинно-следственной связи с наступлением неблагоприятного исхода в виде наступления смерти ФИО23 T.A.

Иных дефектов оказания скорой медицинской помощи комиссией экспертов выявлено не было.

При анализе медицинской помощи ФИО4 условиях стационара БУЗОО «ГК БСМП №» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ комиссия экспертов указала на недостатки оказания медицинской помощи, которые, не повлияли на течение патологических процессов в организме ФИО4 и не состоят в какой-либо причинно-следственной связи (прямой или косвенной) с наступлением смерти пациентки, а именно:

в нарушение п.3.4.5 Приказа МЗ РФ «Об утверждении критериев оценки помощи» от ДД.ММ.ГГГГ №н (Критерии качества медицинской специализированной медицинской помощи взрослым и детям при сахарном диабете с комой или кетоацидозом):

- пациентка не осмотрена эндокринологом не позднее 6 часов от момента поступления в стационар, однако, через 11 минут от поступления (в 14:50) осмотрена врачом-терапевтом;

- в биохимическом анализе крови не позднее 1 часа от поступления не определен уровень лактата;

- не дана оценка состояния по шкале ком Глазго не позднее 10 минут от момента поступления в стационар.

На совокупном анализе представленных на экспертизу документов комиссии экспертов пришла к выводу, что процесс патологических реакций в организме ФИО4, приведших в итоге к ее смерти, развился в ночь на ДД.ММ.ГГГГ, когда она «проснулась от чувства страха, учащенного сердцебиения, чувства нехватки воздуха, позже появилось головокружение».

По мнению комиссии экспертов, при своевременной госпитализации ФИО4 в стационар после осмотра ее бригадой скорой медицинской помощи № (карта №) вероятность неблагоприятного исхода в виде наступления смерти была бы минимизирована (л.д. 170-226 том дела 2).

Оценив представленные в материалы дела доказательства на предмет их относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности, достаточности, суд приходит к выводу, что в ходе судебного разбирательства установлен факт некачественного оказания скорой медицинской помощи ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ бригадой скорой медицинской помощи № подстанции № БУЗОО «ССМП».

Согласно пункту 1.1 должностной инструкции фельдшера скорой медицинской помощи БУЗОО «ССМП», утвержденной главным врачом БУЗОО «ССМП» ДД.ММ.ГГГГ (далее по тексту – должностная инструкция) на должность фельдшера скорой медицинской помощи станции скорой медицинской помощи назначается специалист со средним профессиональным образованием по специальности «Лечебное дело» и дополнительным профессиональным образованием в соответствии с квалификационными требованиями, утверждаемыми в установленном порядке, и имеющим сертификат специалиста по специальности «Скорая и неотложная помощь» без предъявления требований к стажу работы.

Согласно пункту 2.7 должностной инструкции фельдшер скорой медицинской помощи обязан при сигнале о поступлении вызова, немедленно прибыть к фельдшеру по приему вызовов, получить у него карту вызова скорой помощи, при необходимости уточнить адрес, повод к вызову, время поступления вызова и обеспечить немедленный выезд. При выезде на вызов включить в автомобиле рацию. Своевременно обновлять статусы в приемо-передающем устройстве (планшет) всех этапов выполнения вызова (доезд, начало госпитализации, прибытие в стационар, освобождение и прибытие на подстанцию). При выходе из строя, посредством радиостанции, незамедлительно сообщать диспетчеру об окончании выполнения вызова и его результате. Не укомплектованность бригады медицинским персоналом не может быть основанием для отказа от выезда.

В силу пункта 2.11 должностной инструкции при оказании медицинской помощи фельдшер обязан действовать быстро и решительно, не отвлекаясь на посторонние разговоры или конфликты с окружающими (о конфликтах на вызовах следует информировать старшего врача или заведующего подстанцией). Во всех случаях, несмотря на сложную обстановку, осмотр больного должен быть тщательным, медицинская помощь – оказана в возможно полном объеме на месте и в пути следования в стационар.

Пункт 2.12 должностной инструкции предусматривает вопрос о месте госпитализации больного (пострадавшего) решать в зависимости от состояния его здоровья и в соответствии со специальными инструкциями о порядке госпитализации при различных видах заболеваний или травм.

В случае отказа больного от медицинской помощи и госпитализации, предупредить о возможных неблагоприятных последствиях такого отказа, предложить ему, а при его недееспособности – законным представителям или родственникам, подтвердить отказ письменно в карте вызова и поставить об этом в известность старшего врача для согласования с ним дальнейшей тактики (вызов специализированной бригады, активный вызов для своей бригады или в поликлинику и т.п.).

Согласно пункта 2.29 должностной инструкции фельдшер скорой медицинской помощи по возвращении на подстанцию обязан незамедлительно сдать заполненные карты обслуженных вызовов, пополнить медицинскую сумку недостающими медикаментами и перевязочными материалами. Оформить расход соответствующей документацией. Медицинскую документацию оформлять в соответствии с требованиями приказа Министерства здравоохранения России по ее заполнению и доступным для чтения почерком (л.д. 53 (оборот)-56 том дела 1).

В соответствии с Инструкцией по тактике работы бригад БУЗОО «ССМП» при возникновении различных ситуаций, утвержденной главным врачом БУЗОО «ССМП» ДД.ММ.ГГГГ, пациенты, повторно обратившиеся на станцию скорой медицинской помощи за медицинской помощью в течение 24 часов и оставленные дома подлежат обязательной передаче в поликлинику на активное посещение врача.

К основным принципам, определяющим необходимость экстренной медицинской эвакуации пациентов, беременных женщин и пострадавших относятся: возникновение угрозы жизни или инвалидности при травмах неотложных состояниях, принявших угрожающий характер течения самого начала, в процессе наблюдения или лечения пациента бригадой СМП; не эффективность медицинской помощи на догоспитальном этапе, невозможность ее оказания в необходимом объеме; в сомнительных случаях, когда диагноз не ясен; рецидивирующие (на коротком отрезке времени) ухудшение течения заболевания, в том числе при достижении временного положительного эффекта от проводимой терапии (в том числе повторный вызов в течение суток).

К показаниям к медицинской эвакуации (транспортировке в стационар для госпитализации относятся, в том числе несчастные случаи и жизнеопасные состояния, возникающие остро и осложнившие течение хронического заболевания, независимо от происшествия и возраста пациента; при повторном вызове (до 24 часов от момента предыдущего вызова).

Отказ от транспортировки в стационар для госпитализации с указанием возможных последствий оформляется в карте вызова скорой медицинской помощи и подписывается пациентом или его законным представителем и медицинским работником.

При отказе от транспортировки в стационар для госпитализации на повторном вызове оформляться также отказ пациента или его законного представителя с отметкой в карте вызова скорой медицинской помощи. Передать актив в поликлинику по месту жительства.

Если пациент, пострадавший или его законный представитель отказывается дать письменный отказ от транспортировки в стационар для госпитализации, в карте вызова скорой медицинской помощи, составляется акт об отказе в произвольной форме с указанием причин отказа в двух экземплярах, подписывается членами бригады и (или) присутствующими лицами. Один экземпляр остается у пациента, другой вкладывается в карту вызова (л.д. 117-118, л.д. 142-150, 224-239 том дела 1).

В ходе судебного разбирательства установлено, что при повторном вызове бригады скорой медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ данные объективного осмотра указывали на необходимость экстренной госпитализации ФИО4 в специализированное медицинское учреждение, однако фельдшером скорой медицинской помощи в нарушение должностной инструкции осмотр ФИО4 произведен не в полном объеме, транспортировка ФИО4 в стационар для госпитализации не осуществлена.

Кроме того, из представленной в материалы дела медицинской документации БУЗОО «ССМП» усматривается, что сотрудниками бригад скорой медицинской помощи не соблюдались требования, как должностной инструкции, так и по тактике работ бригад скорой медицинской помощи, в части ведения медицинской документации.

В частности, представленные карты вызовов скорой медицинской помощи для ФИО4 с 20 по ДД.ММ.ГГГГ (вызовы № и №) не содержат в себе сведений о том, предлагалась ли ФИО4 транспортировка в стационар для госпитализации, заявлялся ли со стороны ФИО4 либо ее родственников отказ от такой транспортировки; передавался ли актив в поликлинику по месту жительства ФИО4

Указанный вывод суд основывает на совокупности представленных в материалы дела доказательств, в частности, пояснений истца ФИО12, который присутствовал на момент прибытия к его дочери бригады скорой медицинской помощи, утверждал, что фельдшеру скорой помощи пояснил о наличии у ФИО4 хронического заболевания сахарный диабет, фельдшер должным образом ФИО4 не осмотрел, все необходимые исследования не провел, госпитализацию не предложил; медицинской документации, должностной инструкции фельдшера скорой медицинской помощи, инструкции по тактике оказания скорой медицинской помощи; материалами уголовного дела №; протокола врачебной комиссии БУЗОО «ССМП», приказа о привлечении фельдшера скорой медицинской помощи ФИО11 к дисциплинарной ответственности; заключениями судебно-медицинских экспертиз.

Согласно заключениям судебно-медицинских экспертиз, имеющихся в материалах дела, имеется косвенная причинно-следственная связь между ненадлежащим оказанием бригадой скорой медицинской помощи № подстанции № БУЗОО «ССМП» медицинской помощи ФИО4 и ее смертью, что свидетельствует о некачественном оказании ФИО4 скорой медицинской помощи.

Также согласно заключениям обеих экспертиз со стороны БУЗОО «ССМП» имеются дефекты по ведению медицинской документации (карт вызова скорой медицинской помощи № и 1651).

Выводы судебно-медицинских экспертиз не противоречат друг другу, имеют аналогичное описание выявленных дефектов со стороны БУЗОО «ССМП», как при оказании медицинской помощи, так и при ведении медицинской документации.

Суд, в данном случае, соглашается с доводами стороны истца о том, что в случае своевременной госпитализации ФИО4 в специализированное медицинское учреждение сотрудниками бригады скорой медицинской помощи, неблагоприятный исход, приведший ее к смерти, был бы минимизирован.

Со стороны БУЗОО «ССМП» доказательств, свидетельствующих об обратном, в материалы дела не представлено.

Также со стороны БУЗОО «ССМП» не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что по прибытию на вызов скорой медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ в 05.08 часов, бригадой скорой медицинской помощи предлагалась госпитализация ФИО4, а также что имел место отказ ФИО4 от госпитализации.

Суд отклоняет довод ответчика (БУЗОО «ССМП») о том, что бригада скорой медицинской помощи № ни на момент получения информации о вызове, ни по прибытию на место вызова, не располагала сведениями о наличии у ФИО4 хронического заболевания (сахарный диабет), а также о том, что указанный вызов являлся для нее повторным.

Как следует из карты вызова скорой медицинской помощи № от ДД.ММ.ГГГГ (бригады №), представленной БУЗОО «ССМП» по запросу старшего следователя следственного отдела по Октябрьскому АО <адрес> Управления Следственного комитета России по ФИО6 <адрес>, вызов скорой медицинской помощи для ФИО4 осуществлен в 05.08 часов, в связи с обострением хронического заболевания, вызов является повторным (л.д. 40 (оборот) – 42 том дела 1).

При этом, в аналогичной карте вызова скорой медицинской помощи, представленной по запросу суда, отражено, что вызов первичный.

Указанные противоречия ни представитель БУЗОО «ССМП», ни опрошенный в судебном заседании фельдшер ФИО11 объяснить не смогли.

При указанных обстоятельствах, суд принимает во внимание и учитывает карту вызова скорой медицинской помощи № от ДД.ММ.ГГГГ, представленную по запросу в рамках расследования уголовного дела.

Также в качестве доказательства, свидетельствующего об осведомленности бригады скорой медицинской помощи № о том, что вызов для ФИО4 являлся повторным, суд учитывает представленную БУЗОО «ССМП» распечатку стенограммы телефонного диалога истца ФИО1 с диспетчером станции скорой медицинской помощи. Из представленной стенограммы диалогов за ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, диспетчеру станции скорой медицинской помощи при осуществлении вызова ДД.ММ.ГГГГ в 05.08 часов сообщалось о том, что в течение суток для ФИО4 уже вызывалась скорая медицинская помощь, в частности ДД.ММ.ГГГГ в 20.17 часов. Сообщалось о том, что ФИО4 задыхается. Также о повторности вызова сообщалось диспетчеру при вызове скорой медицинской помощи для ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ в 12.33 часа (л.д. 81 том дела 2).

Вместе с тем, ни в карте вызова скорой медицинской помощи №, представленной по запросу в ходе предварительной проверки по уголовному делу, ни в карте вызова скорой медицинской помощи №, представленной по запросу суда, не отражено, что ФИО4 предлагалась госпитализация.

С учетом указанных обстоятельств, в частности, того, что медицинская помощь ФИО4 со стороны БУЗОО «ССМП» оказана некачественно и не в полном объеме, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных истцами требований к БУЗОО «ССМП» о компенсации им морального вреда. Факт некачественного и не в полном объеме оказания медицинской помощи ФИО4 со стороны БУЗОО «ССМП» нашел свое подтверждение, сомнений не вызывает, тем более, состоит в непрямой причинно-следственной связи с наступившей смертью ФИО4

БУЗОО «ССМП» не представлено доказательств того, что в случае надлежащего оказания пациентке ФИО4 скорой медицинской помощи, в частности того, что в случае ее госпитализации при повторном вызове скорой медицинской помощи, выявленные дефекты оказания ей медицинской помощи не привели к сокращению продолжительности ее жизни.

Суждение комиссии экспертов в представленном заключении судебно-медицинской экспертизы о том, что со стороны ФИО4 имело место низкая комплаентность к лечению, то есть степень соответствия ее поведения медицинским рекомендациям и предписаниям, и самоконтролю, не освобождает ответчика от обязанности оказать ей медицинскую помощь качественно и в полном объеме, а при выявленных дефектах оказания медицинской помощи, возместить причиненный ущерб (вред).

Суд считает необходимым отметить, что ухудшение самочувствия человека вследствие ненадлежащего оказания ему медицинской помощи, в том числе по причине дефектов ее оказания (не проведение или несвоевременное проведение пациенту всех необходимых диагностических и лечебных мероприятий, несвоевременная транспортировка для госпитализации в стационар), причиняет страдания (вред), как самому пациенту, так и его родственникам, что является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Сам по себе факт наличия в действиях сотрудников БУЗОО «ССМП» нарушений при оказании пациентке ФИО4 медицинской помощи, свидетельствует о нарушении прав истцов, которые рассчитывали на квалифицированную и своевременную медицинскую помощь для своей дочери.

Моральный вред, причиненный истцам – родителям ФИО4 также заключается в том, что они были вынуждены наблюдать страдания своего ребенка, осознавать, что в случае принятия работниками ответчика всех возможных мер для оказания ФИО4 необходимой и своевременной медицинской помощи их дочь можно было бы спасти, продлить продолжительность ее жизни, уменьшить страдания.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ответчика БУЗОО «ССМП» в пользу истцов ФИО2 и ФИО1, суд учитывает обстоятельства дела, характер полученных ими нравственных страданий, в частного того, что умершая ФИО4 являлась для них единственным ребенком, на протяжении всей жизни она проживала совместно с ними, своей семьи (супруга и детей) не имела, учитывает возраст ФИО4, а также возраст истцов, совокупность допущенных со стороны работников БУЗОО «ССМП» нарушений при оказании ФИО4 медицинской помощи.

Также суд учитывает, что БУЗОО «ССМП» является бюджетным учреждением, оказывавшим медицинскую помощь ФИО4 в рамках программы обязательного медицинского страхования.

Исходя из вышеприведенных положений действующего законодательства, с учетом обстоятельств, установленных судом в ходе судебного разбирательства, а также требований разумности и справедливости, соразмерности компенсации, суд полагает возможным снизить заявленный истцами размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с БУЗОО «ССМП» до 1 500 000 рублей в пользу каждого.

Разрешая заявленные требования о возложении на Министерство здравоохранения ФИО6 <адрес> субсидиарной ответственности при недостаточности находящихся в распоряжении в БУЗОО «ССМП» денежных средств, суд не усматривает оснований для их удовлетворения в связи со следующим.

В соответствии со статьей 123.21 Гражданского кодекса Российской Федерации Учреждением признается унитарная некоммерческая организация, созданная собственником для осуществления управленческих, социально-культурных или иных функций некоммерческого характера.

Учредитель является собственником имущества созданного им учреждения. На имущество, закрепленное собственником за учреждением и приобретенное учреждением по иным основаниям, оно приобретает право оперативного управления в соответствии с настоящим Кодексом.

Учреждение может быть создано гражданином или юридическим лицом (частное учреждение) либо соответственно Российской Федерацией, субъектом Российской Федерации, муниципальным образованием (государственное учреждение, муниципальное учреждение).

При создании учреждения не допускается соучредительство нескольких лиц.

Учреждение отвечает по своим обязательствам находящимися в его распоряжении денежными средствами, а в случаях, установленных законом, также иным имуществом. При недостаточности указанных денежных средств или имущества субсидиарную ответственность по обязательствам учреждения в случаях, предусмотренных пунктами 4 - 6 статьи 123.22 и пунктом 2 статьи 123.23 настоящего Кодекса, несет собственник соответствующего имущества.

Учредитель учреждения назначает его руководителя, являющегося органом учреждения. В случаях и в порядке, которые предусмотрены законом, руководитель государственного или муниципального учреждения может избираться его коллегиальным органом и утверждаться его учредителем.

По решению учредителя в учреждении могут быть созданы коллегиальные органы, подотчетные учредителю. Компетенция коллегиальных органов учреждения, порядок их создания и принятия ими решений определяются законом и уставом учреждения.

Абзацем первым части 5 статьи 123.22 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, в том числе приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за бюджетным учреждением собственником этого имущества или приобретенного бюджетным учреждением за счет средств, выделенных собственником его имущества, а также недвижимого имущества независимо от того, по каким основаниям оно поступило в оперативное управление бюджетного учреждения и за счет каких средств оно приобретено.

Согласно абзацу второму части 5 статьи 123.22 Гражданского кодекса Российской Федерации по обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым настоящего пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения.

Из изложенного следует, что при недостаточности имущества, на которое может быть обращено взыскание, при исполнении обязательств бюджетного учреждения, связанных с причинением вреда гражданам, субсидиарную ответственность по таким обязательствам несет собственник имущества бюджетного учреждения. Между тем, материалы дела не содержат доказательств того, что у БУЗОО «ССМП» недостаточно имущества, на которое может быть обращено взыскание, для исполнения обязательств, связанных с причинением вреда.

В этой связи, в удовлетворении заявленных требований о возложении субсидиарной ответственности на Министерство здравоохранения ФИО6 <адрес> следует отказать.

Разрешая заявленные истцом ФИО1 требования о взыскании в его пользу с БУЗОО «ССМП» расходов на погребение ФИО4, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1094 Гражданского кодекса Российской Федерации, лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Перечень необходимых расходов, связанных с погребением, содержатся в Федеральном законе от ДД.ММ.ГГГГ №8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» (далее по тексту – Федеральный закон №8-ФЗ).

В силу статьи 3 Федерального закона № 8-ФЗ погребение определяется как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем придания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

Статьей 9 Федерального закона № 8-ФЗ определен перечень гарантированных услуг по погребению.

Согласно пункту 1 статьи 9 Федерального закона №8-ФЗ супругу, близким родственникам, иным родственникам, законному представителю или иному лицу, взявшему на себя обязанность осуществить погребение умершего, гарантируется оказание на безвозмездной основе следующего перечня услуг по погребению: 1) оформление документов, необходимых для погребения; 2) предоставление и доставка гроба и других предметов, необходимых для погребения; 3) перевозка тела (останков) умершего на кладбище (в крематорий); 4) погребение (кремация с последующей выдачей урны с прахом).

Качество предоставляемых услуг должно соответствовать требованиям, устанавливаемым органами местного самоуправления.

Услуги по погребению, указанные в пункте 1 настоящей статьи, оказываются специализированной службой по вопросам похоронного дела (пункт 2 статьи 9 Федерального закона № 8-ФЗ).

В силу положений части 4 статьи 9 Федерального закона №8-ФЗ оплата стоимости услуг, предоставляемых сверх гарантированного перечня услуг по погребению, производится за счет средств супруга, близких родственников, иных родственников, законного представителя умершего или иного лица, взявшего на себя обязанность осуществить погребение умершего.

Пунктом 6.1. Рекомендаций о порядке похорон и содержании кладбищ в Российской Федерации МДК 11-01.2002, рекомендованных протоколом НТС Госстроя России от ДД.ММ.ГГГГ №-НС-22/1, в церемонию похорон входят, как правило, обряды: омовения и подготовки к похоронам; траурного кортежа (похоронного поезда); прощания и панихиды (траурного митинга); переноса останков к месту погребения; захоронения останков (праха после кремации); поминовение. Подготовка к погребению включает в себя: получение медицинского свидетельства о смерти; получение государственного свидетельства о смерти в органах ЗАГСа; перевозку умершего в патолого-анатомическое отделение (если для этого есть основания); приобретение и доставка похоронных принадлежностей; оформление счета-заказа на проведение погребения; омовение, пастижерные операции и облачение с последующим уложением умершего в гроб; приобретение продуктов для поминальной трапезы или заказ на нее и т.д.

Под поминальной трапезой подразумевается обед, проводимый в определенном порядке в доме усопшего или других местах (ресторанах, кафе и т.п.).

Как определено в разделе 2 Рекомендаций о порядке похорон и содержании кладбищ в Российской Федерации МДК 11-01.2002, рекомендованных протоколом НТС Госстроя России от ДД.ММ.ГГГГ N 01-НС-22/1, погребение - обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду).

Обращаясь с требованием о возмещении расходов на погребение ФИО4, ФИО1 в подтверждение несения указанных расходов представил в материалы дела договор на организацию похорон, а также платежный документ (квитанцию) на их оплату.

Из представленных документов следует, что материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ИП ФИО21 заключен договор № на организацию похорон ФИО4, по условиям которого заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя обязанность по выполнению услуг по организации похорон согласно приложению №, являющемуся неотъемлемой частью названного договора. Общая стоимость услуг по договору определена в сумме 212250 рублей (л.д. 41-44 том дела 3).

Согласно квитанции № об оплате ритуальных услуг, истцом ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ оплачены услуги по организации похорон ФИО4 в размере 212 250 рублей (л.д. 38 том дела 3).

Согласно товарному чеку, являющемуся неотъемлемой частью квитанции № на оплату ритуальных услуг, стоимость оплачиваемых истцом ритуальных услуг на сумму 212 250 рублей включала в себя: стоимость граба – 31 000 рублей, оформление документов – 10 000 рублей, подготовка места к копке могилы – 7 850 рублей, могила – 8 200 рублей, доставка гроба – 2 500 рублей, доставка покойного – 4 500 рублей, возложение усопшего в гроб – 2 000 рублей, перенос гроба с телом/погребение – 20 000 рублей, катафалк – 10 000 рублей, автобус – 10 000 рублей, обратная доставка – 10 000 рублей, организация похорон – 8 000 рублей, приглашение священника – 6 500 рублей, фото – 5 000 рублей, подготовка тела – 3 500 рублей, бальзамирование – 15 000 рублей, услуги агента – 8 000 рублей, крест – 17 000 рублей, оградка/столик/лавочка – 15 000 рублей, табличка – 1 000 рублей, покрывало/подушка – 4 500 рублей, гигиеническая пеленка – 1 000 рублей, венки – 2 700 рублей, венки+ ленты+ цветы – 18 000 рублей (л.д. 38 (оборот) том дела 3).

В силу статьи 5 Федерального закона № 8-ФЗ вопрос о размере необходимых расходов на погребение должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего и его памяти.

Исходя из вышеприведенных положений действующего законодательства о похоронном деле, изучив перечень понесенных истцом расходов на погребение ФИО4, суд приходит к выводу, что требования о взыскании с БУЗОО «ССМП» расходов на погребение подлежат частичному удовлетворению.

Суд не усматривает оснований для удовлетворения заявленных требований истца ФИО1 в части взыскания с БУЗОО «ССМП» расходов, оплаченных по договору от ДД.ММ.ГГГГ на изготовление и установку на могиле ФИО4 оградки, столика и лавочки на общую сумму 15000 рублей, поскольку указанные расходы понесены истцом за облагораживание места погребения ФИО4 И выходят за пределы обрядовых действий по непосредственному погребению тела.

Суд отмечает, что благоустройство места захоронения (установление скамеек, стола и оградки) направлено не на сохранение памяти усопшего, а на обеспечение удобства скорбящих, следовательно, не являются необходимыми расходами на погребение в том смысле, который предусмотрел законодатель.

Таким образом, суд приходит к выводу об обоснованности взыскания с БУЗОО «ССМП» в пользу истца ФИО1 расходов на погребение ФИО4 в размере 197 250 рублей (212250-15000). В удовлетворении расходов на погребение в остальной части истцу следует отказать.

Разрешая заявленные истцом ФИО2 требования о взыскании с БУЗОО «ССМП» расходов, понесенных ею на оплату проведения по делу судебной медицинской экспертизы, суд находит их обоснованными и подлежащими удовлетворению в полном объеме.

В соответствии со статьей 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно частью 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Как следует из материалов гражданского дела по делу для установления соответствия действий сотрудников БУЗОО «ССМП» и БУЗОО «ГК БСМП №» при оказании медицинской помощи ФИО4 порядку оказания медицинской помощи и стандартам медицинской помощи, судом по ходатайству стороны истца была назначена комиссионная комплексная судебно-медицинская экспертиза. Оплату производства указанной экспертизы в сумме 182060 рублей произвела сторона истца, о чем в материалах дела имеются соответствующие платежные документы (л.д. 109, 142 том дела 2 и л.д. 37 том дела 3).

Согласно отчёту ФГБУЗ КБ № ФМБА России о выполнении комплексной судебной медицинской экспертизы, ее стоимость составила 177 000 рублей.

Из представленных стороной истца платежных документов следует, что для оплаты проведения назначенной по делу экспертизы, стороной истца, в частности истцом ФИО2 на депозитный счет Управления Судебного департамента в ФИО6 <адрес> внесены денежные средства в размере 51250 рублей (по чеку от ДД.ММ.ГГГГ), из которых: 1250 рублей – взимаемая комиссия ПАО Сбербанк, а также 130810 рублей (по чеку от 21.012025), из которых: 3810 рублей – комиссия, взимаемая ПАО «Сбербанк.

Учитывая, что полученное экспертное заключению судебной комиссии экспертов было принято во внимание судом в качестве доказательства, на которым сторона истца обосновывала свои требования, заявленные исковые требования удовлетворены, в том числе, с учетом указанного заключения судебно-медицинской экспертизы, внесение денежных средств стороной, заявившей ходатайство на депозитный счет, являлось обязательным, внесение указанных денежных средств осуществлялось через банковское учреждение, которое за оказанную услугу взимало комиссию, понесенные в этой связи расходы истца ФИО2 подлежат возмещению в полном объеме стороной ответчика.

Учитывая изложенное, с БУЗОО «ССМП» в пользу истца ФИО2 подлежат взысканию расходы по оплате экспертизы в размере 182060 рублей.

Учитывая категорию спора, по которой истцы освобождены от уплаты государственной пошлины, в соответствии со статьей 103 ГПК РФ, с БУЗОО «ССМП» в доход местного бюджета подлежит взысканию госпошлина в сумме 5 445 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с Бюджетного учреждения здравоохранения Омской области «Станция скорой медицинской помощи» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО14 (паспорт: №) компенсацию морального вреда в сумме 1 500 000 (один миллион пятьсот тысяч) рублей, расходы на погребение ФИО15 в размере 197 250 (сто девяносто семь тысяч двести пятьдесят) рублей.

Взыскать с Бюджетного учреждения здравоохранения Омской области «Станция скорой медицинской помощи» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО3 (паспорт: №) компенсацию морального вреда в сумме 1 500 000 (один миллион пятьсот тысяч) рублей, расходы на проведение судебно-медицинской экспертизы в сумме 182 060 (сто восемьдесят две тысячи шестьдесят) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с Бюджетного учреждения здравоохранения Омской области «Станция скорой медицинской помощи» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 5 445 (пять тысяч четыреста сорок пять) рублей.

Решение может быть обжаловано сторонами в Омский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Центральный районный суд г. Омска.

Мотивированное решение составлено 30 мая 2025 года.

Судья Ю.С. Рерих