Мотивированное решение суда

изготовлено 03 мая 2023 года

Дело № 2-231/2023 (2-1582/2022)

УИД: 25RS0013-01-2022-002659-22

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Партизанск 26 апреля 2023 года

Партизанский городской суд Приморского края в составе:

председательствующий судья Дидур Д.В.,

при секретаре Шматюк И.В.,

с участием пом. прокурора г. Партизанска Епифановой О.А., ФИО1, Шекера П.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о компенсации морального вреда, причиненного преступлением,-

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в Партизанский городской суд с иском к ФИО3, ФИО4 о компенсации морального вреда, причиненного преступлением, указав, что <Дата> в возрасте 42 лет погиб её единственный дядя - Х.Т., <Дата> года рождения, который являлся родным братом её покойной мамы М.С. Дядя Х.Т. погиб в результате преступных действий ответчиков ФИО3 и ФИО5 были причинены телесные повреждения в виде двух проникающих ранений головы: первое - в правой височной области, второе - в области левой надбровной дуги, с множественными оскольчатыми переломами черепа и разрушением головного мозга, которые по признаку опасности для жизни квалифицируются как повреждения, повлекшие за собой тяжкий вред здоровью. Органами предварительного следствия действия ответчика ФИО3 квалифицированы по ст. 103 УК РСФСР - умышленное убийство, совершенное без отягчающих обстоятельств, указанных в статье 102 УК РСФСР; действия ответчика ФИО4 квалифицированы по ст.17, ст. 103 УК РСФСР - соучастие в виде пособничества при совершении умышленного убийства, совершенное без отягчающих обстоятельств, указанных в статье 102 УК РСФСР. Погибший дядя Х.Т. был членом их семьи, он был очень близок с ее покойной мамой М.С., для которой, так же как и для нее, а так же ее бабушки З.Ф. (мама Х.Т.) его гибель явилась страшным потрясением и тяжким испытанием для всей семьи, что безусловно причинило и ей, на тот момент 16 летнему ребенку, нравственные страдания. Ее мама и дядя Х.Т. были очень близки, очень часто ходили друг к другу в гости и в день его убийства дядя так же направлялся к ним. На протяжении длительного времени переживания и страдания ее не отпускали, она никогда не забывала про дядю Х.Т. и всегда с горечью переживает его гибель. Ее непосредственное личное общение с дядей Х.Т. пришлось на период с осени 1994 года до дня его убийства. За этот период общения она узнала дядю как сильного, волевого, решительного человека, с которым она себя чувствовала защищенной и в безопасности. Со стороны дяди она чувствовала только доброжелательность, он проявлял участие в ее жизни. Дядя интересовался ее планами на будущее, кем она хочет стать после школы, что она расценивает как заботу о себе. С его трагическим уходом из жизни она лишилась мужской поддержки, защиты и опоры. Их род был фактически обезглавлен, так как дядя Х.Т. был фактически единственным мужчиной в семье, который мог за них постоять. Считает, что материалами уголовного дела бесспорно доказан факт того, что действиями ответчиков причинен вред её нематериальным благам, личным неимущественным правам, которые охраняются законом и определяются как моральный вред. Моральный вред может выражаться в нравственных переживаниях, связанных с утратой родственников. Действиями ответчиков ФИО3 и ФИО4 лично ей и её семье причинена невосполнимая, тяжелая утрата - гибель сына для её ныне покойной бабушки З.Ф., которая уже не сможет заявить гражданский иск, гибель родного брата для её ныне покойной мамы М.С., которая также не сможет заявить гражданский иск, и гибель родного дяди - для неё. В силу того, что суд освободил ответчиков ФИО3 и ФИО4 от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности со дня совершения преступления, она полагает, что имеет полное право, предусмотренное гражданским законодательством РФ, просить суд о привлечении ответчиков ФИО3 и ФИО4 к гражданской ответственности в виде денежной компенсации морального вреда оставшимся на сегодняшний день родственникам.

Просит суд взыскать с ответчиков ФИО3, и ФИО4 в солидарном порядке в её пользу компенсацию морального вреда, причиненного гибелью родственника - дяди Х.Т., в размере 6000000 рублей.

В судебное заседание истец ФИО2 не явилась.

Представитель истца ФИО2 по доверенности – ФИО6 исковые требования поддержала, просила удовлетворить, дополнила, что когда дядя отбывал наказание в колонии, истец с бабушкой и матерью ездили к Х.Т. в колонию проведывать его.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Представитель ответчика ФИО4 по доверенности ФИО7 в судебном заседании с исковыми требованиями истца не согласилась, просила в иске отказать пояснив, что истцом не доказан факт причинения ей морального вреда учитывая, что Х.Т. после освобождения в <Дата> и до дня смерти – <Дата> появлялся на 1-2 дня и снова уходил. Когда приходил Х.Т., что следует из показаний свидетелей по делу, детей ограждали от взрослых разговоров.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании с исковыми требованиями истца не согласился, пояснив, что он вынужден был убить Х.Т., так как его семье грозила опасность.

Представитель ответчика ФИО3 – адвокат Афанасьев А.Н. с исковыми требованиями не согласился, просил отказать, пояснив, что в иске указано, что Х.Т. был близок с матерью З.Ф.г. и матерью истца М.С., но не с истцом. Х.Т., согласно сведениям о судимости, практически всегда находился в местах лишения свободы, не имел возможности общаться с истцом.

Помощник прокурора <адрес> Шекера П.П. полагал, что исковые требования подлежат удовлетворению частично, солидарно, в размере 100 000 рублей.

Суд, выслушав стороны, заключение прокурора, изучив материалы гражданского дела, приходит к следующему.

Постановлением Партизанского городского суда Приморского края от <Дата>, уголовное дело №___ в отношении ФИО3, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст.103 УК РСФСР и ФИО4, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст.17, ст.103 УК РСФСР прекращено в отношении каждого на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с истечением сроков исковой давности уголовного преследования.

Как следует из вышеуказанного постановления суда, ФИО3, ФИО4 и другие лица договорились, что ФИО4 и другие лица окажут ФИО3 содействие в совершении им убийства Х.Т. путем устранения препятствий, а именно осуществить слежку за Х.Т. и при установлении подходящего момента для его убийства, когда последний будет находиться один в безлюдном месте, отвезти ФИО3 на автомобиле к месту нахождения Х.Т. для убийства последнего, путем производства выстрела из огнестрельного оружия.

Исполняя задуманное, в период времени с 08 часов 00 минут до 10 часов 40 минут <Дата> при пособничестве ФИО4, выразившемся в том, что он довез ФИО3 до территории шахты «Центральная», где ФИО3 находясь на участке местности возле <адрес>, реализуя преступный умысел, направленный на убийство Х.Т., произвел не менее двух прицельных выстрелов в область головы и тела последнего.

В результате своих преступных действий ФИО3 причинил Х.Т. телесные повреждения в виде двух проникающих ранений головы: первое – в правой височной области; второе – в области левой надбровной дуги, с множественными оскольчатыми переломами черепа и разрушением головного мозга, а также иные повреждения, повлекшие смерть Х.Т.

После совершения убийства Х.Т., ФИО3 совместно со ФИО4, под управлением автомобилем последнего скрылись с места совершения преступления.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 года №23 «О судебном решении», в силу ч.4 ст.61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом.

По общему смыслу вышеуказанные разъяснения применимы к иным итоговым судебным решениям вынесенным по результату рассмотрения уголовного дела.

Согласно ст.151 ГК РФ, если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинён вред.

В силу ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно п.24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" по общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 ГК РФ).

В силу п.25 вышеуказанного Постановления, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Согласно п.26 вышеуказанного постановления, определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Согласно п.29 вышеуказанного постановления, разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать). Тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда.

Как следует из исследованных судом доказательств, погибший Х.Т. приходился истцу ФИО2 дядей.

ФИО2 была признана потерпевшей в рамках уголовного дела по обвинению ФИО3, ФИО4.

Истец в обоснование свих требований сослалась на то, что общалась с дядей Х.Т. в период с осени 1994 года до дня его убийства (<Дата>), дядя проявлял участие в ее жизни, интересовался ее планами на будущее, что она расценивает как заботу о ней. Гибель дяди явилось страшным потрясением для их семьи, ей были причинены нравственные страдания. После гибели дяди ей передались страдания ее мамы и бабушки.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда (п.32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина").

Как следует из протокола допроса потерпевшей ФИО2 от <Дата>, в детстве со слов матери (М.С.) и бабушки (З.Ф.) она знала, что ее дядя Х.Т. находился в местах лишения свободы всю жизнь. Она не помнит, чтобы в ранее детстве она видела Х.Т.. После освобождения Х.Т. он несколько раз приходил в гости к ее матери, какие вопросы и проблемы они обсуждали, она не знает, так как мать ограждала ее от разговоров взрослых.

Согласно справке №___ от <Дата>, Х.Т. был неоднократно судим: в 1968 году – к 3 годам лишении свободы; в 1970 году к 6 годам лишения свободы, в 1976 году к 5 годам лишения свободы, в 1981 году к 10 годам лишения свободы, <Дата> к 4 годам лишения свобод, освободился <Дата>.

Из протокола допроса свидетеля Л.Н. от <Дата> (сестры Х.Т.) следует, что <Дата> ей передали записку об брата Х.Т., который просил приехать к нему в <адрес>. Ее муж отвез к брату Х.Т. в <адрес>, где они с братом жили до <Дата>, к ним никто не приходил и они сами никуда, кроме магазина, не ходили. <Дата> в 23 часа они приехали на электричке в <адрес> и пошли ночевать к матери на <адрес> брат ушел.

Из протокола допроса от <Дата> и протокола дополнительного допроса свидетеля З.Ф. от <Дата> следует, что через два дня после освобождения Х.Т., к их дому подъехали машины и Х.Т. через окно из ружья убил С.. После чего Х.Т. куда-то уехал и периодически на 1-2 дня приезжал и опять уезжал. <Дата> Х.Т. пришел к ней, переночевал, а утром ушел. В тот же день его нашли мертвым.

Таким доводы истца о том, что она за период общения с дядей узнала его характер, он проявлял о ней заботу, пояснения о близких отношениях с дядей, не нашли своего подтверждения.

Вместе с тем, учитывая, что совершенное ответчиками преступление направлено против жизни человека, Х.Т. являлся родным дядей истца, его убийство явилось горем для членов семьи, в которой воспитывалась истец (ее матери и бабушки), и она, безусловно, испытывала негативные нравственные переживания от общего эмоционального климата в семье в связи с убийством дяди, учитывая уже осознанный возраст истца (на момент смерти дяди ей было 16 лет), учитывая обстоятельства его убийства, при которых его противоправное поведение явилось поводом к совершению преступления, что указано в обвинительном заключении как обстоятельство, смягчающее наказание в отношении ФИО4 и ФИО3, учитывая состояние здоровья ответчика ФИО3, что документально подтверждено, суд считает, что в пользу истца с ответчиков в солидарном порядке подлежит взысканию компенсация морального вреда 100 000 рублей.

В силу п.34 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" лица, совместно причинившие моральный вред, исходя из положений статьи 1080 ГК РФ, отвечают перед потерпевшим солидарно. Суд вправе возложить на таких лиц ответственность в долях только по заявлению потерпевшего и в его интересах (часть вторая статьи 1080 ГК РФ). Из исковых требований истца следует, что сумму морального вреда она просит взыскать с ответчиков в солидарном порядке.

В соответствии с ч.1 ст.103 ГПК РФ издержки, понесённые судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобождённого от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворённой части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счёт средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством РФ.

Учитывая вышеизложенное, с ответчиков в доход бюджета Партизанского городского округа подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст.194-198 ГПК РФ, суд-

РЕШИЛ :

Исковое заявление ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о компенсации морального вреда, причиненного преступлением, удовлетворить частично.

Взыскать в солидарном порядке с ФИО3 и ФИО4 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда, причиненного преступлением, в размере 100 000 рублей.

Взыскать солидарно с ФИО3, ФИО4 в доход бюджета Партизанского городского округа, государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Приморский краевой суд через Партизанский городской суд Приморского края в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Д.В. Дидур