Судья: Токарева Т.А. Дело № 22-3226/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Барнаул 28 июля 2023 года

Суд апелляционной инстанции Алтайского краевого суда в составе: председательствующего Шевелевой Р.В.,

судей: Друзя С.А., Жудиной О.Н.,

при ведении протокола помощником судьи Зиновьевой В.В.,

с участием прокурора Банщиковой О.В.,

адвоката Машкина Л.П.,

осужденного ФИО1 (посредством видеоконференц-связи),

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Машкина Л.П. на приговор Новоалтайского городского суда Алтайского края от 17 мая 2023 года, которым

ФИО1, <данные изъяты>

<данные изъяты>, не судимый,

- осужден по ч. 1 ст. 105 УК РФ к 9 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу, с зачетом в срок отбытого наказания времени содержания ФИО1 под стражей с 25 июня 2022 года до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1 постановлено оставить без изменения до вступления приговора в законную силу

Разрешена судьба вещественных доказательств по делу.

Заслушав доклад судьи Шевелевой Р.В., изложившей обстоятельства дела, существо приговора, апелляционной жалобы адвоката, возражений, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

приговором ФИО1 признан виновным в том, что в период времени с 6 часов 34 минут до 10 часов 30 минут 25 июня 2022 года умышлено причинил смерть А..

Преступление совершено ФИО1 в (адрес) при обстоятельствах, установленных судом и подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании суда первой инстанции осужденный вину не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Машкин, ссылаясь на положения ст.14, 302 УПК РФ, п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ « О судебном приговоре» № 55 от 29 ноября 2016 года, считает приговор незаконным, необоснованным и подлежащим отмене, поскольку в ходе судебного разбирательства по делу виновность ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ, не подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств, а обвинительный приговор не может быть основан на предположениях.

Адвокат приводит доказательства, на которые сослался суд первой инстанции, полагая, что они подтверждают только факт убийства А. в принадлежащей ей квартире и факт нахождения там в указанное время И., но не указывают на причастность ФИО1 к убийству А., а также, что доводы стороны защиты, изложенные в прениях сторон и в последнем слове, оставлены судом в приговоре без внимания и объективной оценки.

Кроме того, защитник настаивает, что судом не дана оценка заключениям экспертиз, проведенных в отношении вещественных доказательств, по мнению адвоката подтверждающих невиновность ФИО1: заключение эксперта №7194 от 12 июля 2022 года, согласно которого на ноже, изъятом в ходе осмотра места происшествия, следов рук не выявлено; заключение эксперта №7195 от 27 июня 2022 года, которым исключается происхождение на ноже крови и эпителиальных клеток от ФИО1; заключение эксперта №462 от 7 июля 2022 года, установившем, что в подногтевом содержимом срезов ногтевых пластин рук ФИО1 кровь не найдена; заключение эксперта №463 от 15 июля 2022 года, исключающее присутствие крови ФИО1 в следах крови, обнаруженной на срезах ногтевых пластин с пальцев рук А..

Обращает внимание, что в ходе осмотра места происшествия изъят след пальца руки, пригодный для идентификации, не принадлежащий осужденному.

Адвокат подчеркивает, что судом не дано оценки исключению из числа вещественных доказательств предметов: носков, срезов ногтевых пластин, сотового телефона, принадлежащих ФИО1, но отсутствие на указанных предметах крови свидетельствует о непричастности ФИО1 к убийству А..

Полагает, что доказательства, приведенные в приговоре, как каждое в отдельности, так и в совокупности, не дают оснований для вывода о виновности ФИО1 в совершении убийства, выводы суда о совершении ФИО1 указанного преступления носят предположительных характер.

Выражает несогласие с оценкой судом показаний свидетеля И., приводит их содержание, настаивая, что его показания на предварительном следствии в качестве свидетеля не могут быть положены в основу приговора, поскольку И. не присутствовал при указанных событиях, его показания не содержат информации об обстоятельствах убийства А., являются противоречивыми в части высказывания угроз убийства. Отмечая, что суд не привел в приговоре полностью показания свидетеля, приводит в жалобе их отсутствующую, по мнению стороны защиты, часть.

Находит показания свидетеля И. противоречащими другим доказательствам, в том числе показаниям свидетелей М.1, Ф., М.2, которые утверждают, что потерпевшая выходила из квартиры в день убийства в утреннее время, при этом М.2 пояснил, что А. рассказала ему, что поругалась с ФИО1, выгнала последнего из квартиры, тот ушел домой.

Считает недостоверными показания свидетеля Ш., согласно которым он видел, что при задержании Сентябова на его рубашке были капли, похожие на кровь, но телесных повреждений задержанный не имел, полагая, что таких данных по делу не установлено, поскольку были изъяты две футболки и джинсы ФИО1, на которых обнаружены следы крови.

Утверждает, что показания свидетелей М.1, Ф., Г.1, Г.4, Г.2, Г.3, М.2 и М.2 суд не может положить в основу обвинения, поскольку они не содержат какой-либо информации об обстоятельствах совершенного убийства, оправдывают ФИО1, подтверждая его алиби о том, что в период с 8 часов 20 минут, когда А. в последний раз видели живой, до 10-00 часов, когда она была обнаружена убитой, ФИО1 физически не мог находиться с А. и причинить ей какие-либо телесные повреждения, так как около 7 часов 20 минут он ушел из квартиры А. домой.

В части заключений биологических экспертиз №468 от 29 июля 2022 года и №465 от 15 июля 2022 года, которыми на одежде ФИО1 обнаружены следы крови А., ссылается на пояснения ФИО1, что в начале июня А. получила телесные повреждения, а он оказывал ей помощь, не исключает возможность образования пятен крови при указанных им обстоятельствах, тем более что данные следы были малочисленными и незначительно выраженными. Полагает, что других доказательств, подтверждающих, что кровь на одежде ФИО1 образовалась в связи с его причастностью к убийству А., судом не добыто, вопрос о давности образования на одежде ФИО1 пятен крови судом не рассматривался, а данная версия по поводу обнаружения на его вещах следов крови подтверждается материалами дела.

Приводит выводы заключений экспертов №468 от 29 июля 2022 года, №465 от 15 июля 2022 года, которые по его мнению свидетельствуют, что обнаруженные следы крови не относятся к убийству А., а подтверждают версию ФИО1 о бытовом характере их происхождения, поскольку имеются смешение крови мужской и женской половой принадлежности, а видимых повреждений у ФИО1 после 25 июня 2022 года при проведении судебно-медицинской экспертизы №384 от 27 июня 2022 года не обнаружено.

Не соглашается с критической оценкой, данной судом первой инстанции указанной выше версии осужденного, настаивая, что следов повреждения брови у потерпевшей не обнаружено в связи с истечением сроков заживления ран и царапин, которые составляют 7-10 дней.

Акцентирует внимание суда, что свидетель И. не обращал внимание на одежду ФИО1, а свидетель Г.3 показал, что находясь в состоянии алкогольного опьянения, не помнит, находился ли он 25 июня 2022 года около 6-00 часов утра в квартире А., когда пришел ФИО1, или нет.

Просит приговор отменить, ФИО1 признать невиновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ, оправдать его на основании п.2 ч.2 ст. 302 УПК РФ в связи с непричастностью к совершению преступления.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Якубов А.И. просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на них, суд апелляционной инстанции принимает следующее решение.

Данных, свидетельствующих о неполноте и обвинительном уклоне предварительного расследования и судебного разбирательства, а также о процессуальных нарушениях, повлиявших на постановление законного и обоснованного решения по делу, вопреки доводам жалобы адвоката, не установлено. Дело расследовано и рассмотрено полно, всесторонне и объективно.

Судебное разбирательство по делу проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона при соблюдении общеправовых принципов, в том числе презумпции невиновности, состязательности и равноправия сторон. Не предоставляя какой-либо из сторон преимущества, суд создал равные условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления прав. Все заявленные участниками процесса ходатайства разрешены с соблюдением требований ст. 271 УПК РФ. Критическая оценка доводов стороны защиты также не свидетельствует об обвинительном уклоне.

Вопреки доводам жалобы приговор в отношении ФИО1 постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона. При этом судом не допущено каких-либо нарушений правил оценки доказательств, в том числе указанных адвокатом в жалобе, предусмотренных ст.ст.86-88 УПК РФ. В соответствии со ст.73 УПК РФ судом правильно установлены все обстоятельства, подлежащие доказыванию, на что обращено внимание в жалобах, также приняты во внимание все имеющие юридическое значение обстоятельства, которые могли повлиять на выводы о виновности осужденного в инкриминированном ему преступлении.

Выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют установленным в судебном разбирательстве фактическим обстоятельствам, каких-либо противоречий и предположений в них не усматривается. В приговоре указаны мотивы, по которым судом отвергнуты одни доказательства, а другие признаны достоверными. Противоречия и расхождения в показаниях допрошенных по делу лиц судом устранены путем их допроса всеми участниками процесса, оглашения ранее данных ими показаний, и получили справедливую оценку в приговоре. Мотивы принятого судом решения по результатам оценки доказательств изложены в приговоре, как этого требует ст.307 УПК РФ.

Все доказательства, приведенные в описательно-мотивировочной части приговора в обоснование виновности ФИО1, правомерно признаны судом как полученные в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, оснований для признания их недопустимыми обоснованно не установлено.

Доводы адвоката о том, что изложенные в приговоре доказательства подтверждают лишь факт убийства потерпевшей и факт нахождения в момент убийства свидетеля И. в квартире потерпевшей, как и доводы о том, что Сентябов не совершал инкриминированного ему преступления являются несостоятельными, обоснованно расценены судом первой инстанции как реализованное им право на защиту, так как выводы суда о доказанности вины ФИО1 в совершении инкриминированного преступления подтверждаются совокупностью проверенных в судебном заседании и изложенных в приговоре доказательств, в том числе:

- показаниями свидетеля И. о нахождении ФИО1 в квартире потерпевшей утром 25 июня 2022 года, о том, что он слышал словесный конфликт между А. и ФИО1, в ходе которого ФИО1 угрожал убить А., а последняя просила его не трогать её и убрать нож;

- показаниями свидетеля Ш., согласно которым в ходе задержания ФИО1 он видел на его рубашке капли, похожие на кровь;

- показаниями свидетеля М.1 о том, что утром 25 июня 2022 года она видела А., разговаривавшую у дома с двумя мужчинами, телесных повреждений на ней не было, а также о том, что ранее ФИО1 её избивал, угрожал убить;

- показаниями свидетеля Ф., видевшей А. в тот день в начале девятого часа утра, при этом потерпевшая ей пояснила, что её пообещали убить или зарезать;

- оглашенными показаниями свидетеля Г.1, слышавшей около 6 часов 45 минут, как А. с кем-то разговаривала, как ей показалось по телефону, пояснившей также о частых конфликтах между ФИО1 и А.;

- оглашенными показаниями свидетеля Г.4 о том, что ФИО1 часто ревновал А., в связи с чем они ругались; что в июне 2022 года ФИО1 высказывал А. угрозу убийством; что ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения становится агрессивным, вспыльчивым;

- оглашенными показаниями свидетеля Г.2, согласно которым 25 июня 2022 года они с сыном находились дома, около 10-00 часов к ним пришел И., сообщивший, что А. находится в её квартире без признаков жизни, проследовав в квартиру А., она обнаружила последнюю лежащей на диване, в области шеи и груди была кровь, пульс не прощупывался, при этом рядом с ней лежал кухонный нож;

- оглашенными показаниями свидетеля Г.3, согласно которым 24 июня 2022 года они с И., ФИО1 и А. распивали спиртные напитки в квартире последней, в ходе чего А. и ФИО1 поругались, и А. выгнала его, но около 5 часов утра либо позже вновь пригласила ФИО1 в квартиру;

- показаниями свидетелей М.2 что они общались с А. утром в день ее убийства, при этом <данные изъяты> та пояснила, что у них с ФИО1 опять была ссора, за месяц до убийства ФИО1 гонялся за А. с отверткой, в связи с чем свидетель вызывал полицию;

- протоколами осмотра места происшествия, а также выемки и осмотра предметов, заключениями проведенных по делу экспертиз, в том числе судебно-медицинской экспертизы трупа, установившей наличие повреждений у потерпевшей, их характер, локализацию, механизм причинения, а также судебно-биологической, в соответствии с которой на одежде ФИО1, футболке и джинсах, в которых он был у А. в день убийства, обнаружены следы крови, происхождение которой от потерпевшей А. не исключено, иными, подробно приведенными в приговоре письменными и вещественными доказательствами.

Оснований подвергать сомнению достоверность этих и других приведенных в приговоре доказательств, в том числе давать иную оценку показаниям свидетелей, заключениям экспертиз, суд апелляционной инстанции, как и суд первой инстанции, не усматривает. Оснований для оговора осужденного свидетелями, в том числе И., предупрежденным об уголовной ответственности за дачу ложных показаний, не установлено.

Вопреки доводам адвоката показания свидетеля И. обоснованно приведены в приговоре в качестве доказательства вины осужденного, так как он фактически являлся очевидцем преступления, поскольку находился в момент его совершения в той же квартире, в другой комнате, и слышал произошедший между осужденным и потерпевшей конфликт, в том числе высказанную ФИО1 угрозу убийством А.. При этом И. пояснил в суде первой инстанции, почему о высказанных ФИО1 угрозах в адрес потерпевшей он пояснил лишь после того, как ФИО1 арестовали, так как до этого он опасался за свою жизнь, об этом же он пояснил и при его дополнительном допросе в ходе предварительного следствия, дав показания об услышанном им конфликте между ФИО1 и А.. Более того, в ходе очной ставки с ФИО1 свидетель И. подтвердил, что слышал высказанную осужденным угрозу убийством. С учетом этого подробные показания данного свидетеля суд правомерно признал последовательными и непротиворечивыми, кроме того они согласуются с показаниями других свидетелей, в том числе с показаниями свидетеля Г.3 о том, что во время совместного времяпрепровождения на одежде ФИО1 отсутствовали пятна крови (том 1 л.д. 80, том 1 л.д.88), что около 5-6 часов утра А. вновь пригласила к себе ФИО1; а также с показаниями свидетелей Г.4, Г.1, Г.3 о происходивших ранее между ФИО1 и А. конфликтах и высказанных им ранее угрозах убийством в адрес потерпевшей. Свидетель Г.3 действительно показал, что не помнит, застал ли он возвращение ФИО1 утром 25 июня 2022 года в квартиру А., однако он помнил, как она позвала ФИО1 к себе и тот согласился прийти, в связи с чем показания данного свидетеля правомерно приведены в приговоре как относимые к делу и согласующиеся с показаниями свидетеля И..

Довод защитника о недостоверности показаний свидетеля Ш. в той части, где он пояснял о наличии капель крови на рубашке ФИО1 при его задержании, в связи с тем, что осужденный находился не в рубашке, а в футболке, которая вместе с другой футболкой были изъяты у ФИО1, основанием для такого вывода не является, так как показания свидетеля о наличии крови на одежде осужденного не опровергает, при этом свидетель не настаивал на том, что это была рубашка, а не футболка, поясняя «по моему была рубашка с коротким рукавом» (т.3 л.д. 88), а на фототаблице к протоколу осмотра квартиры ФИО1, когда были изъяты его футболки, одна из которых изъята в ванной комнате, на фото визуально усматривается наличие красных пятен на этой футболке (т.1 л.д. 35)), что подтверждается заключением эксперта № 467 от 15 июля 2022 года; на второй футболке, изъятой по указанию ФИО1 о том, что именно в ней он находился в квартире А., по заключению эксперта № 468 от 29 июля 2022 года также обнаружены пятна крови.

Доводы адвоката о том, что на футболке, в которой ФИО1 по его показаниям находился у А., пятна крови обнаружены на задней части, как и его ссылка на заключения экспертов №468 от 29 июля 2022 года, №465 от 15 июля 2022 года об обнаруженном на изъятой одежде смешении крови мужской и женской половой принадлежности, выводов суда о виновности осужденного в совершении преступления в отношении потерпевшей не опровергают, при том, что на обеих футболках, изъятых у ФИО1, обнаружены следы крови, происхождение которых от А. либо в примеси от А. не исключается. Кроме того, на изъятых у ФИО1 джинсах, в которых он по его пояснениям находился у потерпевшей 25 июня 2022 года, также обнаружены пятна крови женского генетического пола, происхождение которых от А. не исключается.

Кроме того, суд апелляционной инстанции находит обоснованными выводы суда о критической оценке версии осужденного о возникновении следов крови, происхождение которой от потерпевшей А. не исключается, на одежде ФИО1 за две недели до события преступления, когда он оказывал помощь А., получившей бытовую травму, поскольку данные показания противоречат показаниям свидетелей И. и Г.3 о том, что одежда у ФИО1 в момент совместного распития спиртных напитков в квартире А. в день ее убийства, следов крови не имела и была чистой. Также верно судом указано, что заключением судебно-медицинской экспертизы трупа А. повреждения на лице последней, о причинении которых пояснял ФИО1, не установлены. Доводы же адвоката о том, что к моменту производства судебно-медицинской экспертизы эти повреждения зажили и не могли быть обнаружены, суд апелляционной инстанции находит голословными и несостоятельными.

Вопреки доводам адвоката о том, что судом первой инстанции не дана оценка заключениям эксперта №7194 от 12 июля 2022 года, №7195 от 27 июня 2022 года, №462 от 7 июля 2022 года, №463 от 15 июля 2022 года, суд при постановлении приговора обоснованно не принимал указанные заключения во внимание, поскольку они не несут какого-либо доказательственного значения. При этом то обстоятельство, что в ходе этих экспертиз, не обнаружено следов рук Сентябова на изъятом ноже, в ногтевом содержимом срезов ногтевых пластин с рук ФИО1 кровь не найдена, в ногтевом содержимом срезов ногтевых пластин с рук А. обнаружена кровь женского генетического типа, выводов суда о совершении ФИО1 преступления не опровергает, как и факт обнаружения в ходе осмотре места происшествия следа пальца руки, не принадлежащего ФИО1, учитывая, что 24 и 25 июня 2022 года в квартире потерпевшей находились и другие мужчины.

Доводы адвоката о необоснованном исключении из числа вещественных доказательств носков, телефона и срезов с ногтевых пластин ФИО1 также был предметом рассмотрения суда первой инстанции, мотивированно отвергнуты, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции, поскольку данное обстоятельство не имеет какого-либо доказательственного значения и не влияет на квалификацию действий осужденного, так как отсутствие на указанных предметах крови не свидетельствует о непричастности осужденного к преступлению.

Суд обоснованно пришел к выводу о совершении ФИО1 преступления в ходе ссоры из личных неприязненных отношений, возникших на почве ревности между ФИО1 и А., что, вопреки доводам жалобы, подтверждается показаниями свидетелей И., М.1, Г.1, Г.4, Г.3, М.2 которые поясняли о характере взаимоотношений между ФИО1 и А., ранее лично были свидетелями конфликтов между ними, либо знали о фактах избиения ФИО1 и угрозах убийством с его стороны со слов А.. В связи с чем то обстоятельство, что перечисленные в приговоре свидетели очевидцами преступления не являлись, само по себе не свидетельствует о недостоверности и неотносимости их показаний, так как данные показания в совокупности с заключениями проведенных по делу экспертиз, подтверждают вину ФИО1 в совершении указанного в приговоре преступления, мотивы и умысел совершения им преступления.

Доводы адвоката о том, что из показаний свидетелей, изложенных в приговоре следует, что преступление в отношении А. было совершено после того, как ФИО1 ушел из ее квартиры, являются несостоятельными, так как указанный в приговоре период времени совершения преступления не противоречит установленным в судебном заседании обстоятельствам. При этом различное указание свидетелями времени встречи с А. утром в день ее убийства, которое каждый из них сообщал субъективно (объективных доказательств суду не представлено) не свидетельствует об обратном, а из показаний свидетелей Г.1, М.1, Ф., М.2 не следует, что во время разговора свидетелей на улице с А. Сентябов не находился в ее квартире. При этом оснований подвергать в связи с показаниями вышеуказанных свидетелей показания свидетеля И., не пояснявшего о том, что А. выходила из квартиры, не имеется, так как свидетель ушел спать в другую комнату и не мог видеть, выходила или нет после этого А. из квартиры, когда там находился ФИО1.

Кроме того, судом установлен механизм образования телесных повреждений, от которых наступила смерть потерпевшей, этот механизм соответствует заключению судебно-медицинской экспертизы. Также в соответствии с заключениями экспертиз вещественного доказательства, причинение данных повреждений возможно ножом, который был изъят с места происшествия.

Как справедливо указано судом, об умысле ФИО1 именно на убийство потерпевшей свидетельствует характер его действий, использование в качестве орудия преступления – ножа, то есть предмета, обладающего высокими поражающими свойствами, нанесение этим предметом многочисленных телесных повреждений жизненно-важных органов, их характер и локализация, достаточная сила нанесенных ударов используемым предметом, о чем свидетельствует характер обнаруженных у потерпевшей повреждений, установленных заключением судебно-медицинской экспертизы, а также наступление смерти потерпевшей незадолго после причинения телесных повреждений на месте преступления.

Оснований для вывода о том, что ФИО1 действовал в состоянии необходимой обороны либо при ее превышении, либо в состоянии аффекта судом правомерно не установлено.

С учетом совокупности установленных в судебном заседании обстоятельств суд пришел к обоснованному выводу о том, что смерть потерпевшей наступила именно от действий ФИО1.

Таким образом, судом первой инстанции действия ФИО1 верно квалифицированы по ч. 1 ст. 105 УК РФ. Выводы суда о юридической оценке действий осужденного мотивированы в приговоре, соответствуют положениям уголовного закона и являются правильными. Оснований для переквалификации действий осужденного, также как и для его оправдания, о чем ставится вопрос в апелляционной жалобе адвоката, не имеется.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что все доказательства, представленные сторонами, все доводы стороны защиты, в судебном заседании исследованы и получили надлежащую оценку в приговоре, а приведенные в жалобе доводы фактически сводятся к переоценке доказательств по делу, что на выводы суда о виновности осужденного не влияет.

При назначении вида и размера наказания осужденному суд в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории особо тяжкого; личность виновного, который ранее не судим, участковым уполномоченным полиции характеризуется отрицательно, как лицо, злоупотребляющее спиртными напитками, состоящее на учете как семейный дебошир, на учете у врачей психиатра и нарколога не состоящий; обстоятельства, смягчающие наказание; влияние назначенного наказания на исправление виновного и условия жизни его семьи.

В качестве смягчающих наказание осужденного обстоятельств судом признаны и надлежащим образом учтены имеющиеся на момент вынесения приговора обстоятельства: нахождение на иждивении малолетнего ребенка, состояние здоровья осужденного. Иных обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, в том числе предусмотренных ч.1 ст.61 УК РФ, суд первой инстанции обоснованно не установил.

Отягчающих наказание обстоятельств судом первой инстанции не установлено.

Выводы суда о необходимости назначения ФИО1 наказания в виде реального лишения свободы и об отсутствии оснований для применения положений ч.6 ст.15, ст.64 УК РФ в приговоре должным образом мотивированы, оснований не согласиться с ними не имеется.

Вид исправительного учреждения, в котором осужденному надлежит отбывать наказание, определен верно.

При таких обстоятельствах по своему виду и размеру назначенное ФИО1 наказание следует признать справедливым, соразмерным содеянному и отвечающим целям, предусмотренным ч.2 ст.43 УК РФ.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих изменение либо отмену судебного решения, не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ОПРЕДЕЛИЛ:

приговор Новоалтайского городского суда Алтайского края от 17 мая 2023 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката - без удовлетворения.

Апелляционное определение и приговор вступают в законную силу со дня вынесения апелляционного определения и могут быть обжалованы в кассационном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение 6 месяцев со дня вступления их в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии вступившего в законную силу судебного решения. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в указанный суд кассационный инстанции.

Осужденный, содержащийся под стражей, вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции, о чем может быть заявлено в кассационной жалобе, либо в течение 3 суток со дня получения извещения о дате, времени и месте заседания суда кассационной инстанции, если уголовное дело было передано в суд кассационной инстанции по кассационному представлению прокурора или кассационной жалобе другого лица.

Председательствующий Р.В. Шевелева

Судьи С.А. Друзь

О.Н. Жудина