Решение по делу № 2-30/2025 от 17.03.2025 - о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок.

Гражданское дело 2-30/2025 (2-819/2024)

УИД: 66RS0021-01-2024-001244-37

Мотивированное решение изготовлено 17.03.2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Богданович 04 марта 2024 года

Богдановичский городской суд Свердловской области в составе судьи Фоминой А.С.,

при ведении протокола и аудиозаписи судебного заседания секретарем Жигаловой А.Д.,

с участием процессуального истца помощника Богдановичского городского прокурора Маркеловой А.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Богдановичского городского прокурора в интересах ФИО1 к Банку ВТБ (публичное акционерное общество), акционерному обществу «Страховое общество газовой промышленности», страховому акционерному обществу «РЕСО-Гарантия» о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок,

установил:

истец Богдановичский городской прокурор обратился в суд с иском в защиту интересов ФИО1, с учетом дополнения исковых требований, к Банку ВТБ (ПАО), АО «СОГАЗ», САО «РЕСО-Гарантия» об оспаривании кредитного договора, договоров страхования.

В обоснование иска (с учетом его уточнения и дополнения) указано, что ДД.ММ.ГГГГ неизвестный, используя информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет», методы социальной инженерии, реализовал свой преступный умысел, направленный на хищение путем обмана денежных средств в сумме 330 542 рубля 09 копеек, принадлежащих Банку ВТБ (ПАО), с использованием ФИО1 В соответствии с заключением комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ сформировавшееся у ФИО1 психологическое состояние заблуждения определяло его зависимое поведение и препятствовало адекватной смысловой оценке ситуации, способность понимать направленность и социальное значение совершаемых с ним действий и оказывать сопротивление, в период совершения финансовых сделок была нарушена. В связи с трудностями целостного осмысления всех деталей, компонентов ситуации своего положения отмечались ограничения поля восприятия вследствие внешнего давления, фиксации на угрозе и защите своей безопасности, повышенное эмоциональное напряжение, что обусловило ориентацию только на внешние параметры ситуации без учета социально значимых, неблагоприятных и препятствующих факторов, а также растерянность, угнетение способности ФИО1 прогнозировать последствия своих действий. В связи с этим, не осознавая противоправных действий и действуя по указанию неизвестного, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ находясь в помещении Банка ВТБ (ПАО), расположенного по адресу: <адрес>, заключил кредитный договор № № от ДД.ММ.ГГГГ с Банком ВТБ (ПАО) о получении денежных средств в сумме 330 542 рубля 09 копеек. После этого неизвестный, в продолжении своего преступного умысла предоставил заблуждавшемуся ФИО1 подконтрольный ему банковский счет, на который в указанный период времени ФИО1, не осознавая значение совершаемых действий, по указанию неизвестного, осуществил перевод указанных денежных средств в сумме 294 000 рублей (за вычетом удержанной Банком стоимости договора страхования), тем самым неизвестный путем обмана похитил у Банка ВТБ (ПАО) денежные средства. ДД.ММ.ГГГГ по данному факту СО ОМВД России «Богдановичский» возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного частью 3 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерацией.

При оформлении кредитного договора с целью обеспечения обязательств и компенсирования убытков банка при наступлении страховых случаев, ФИО1 с помощью сотрудника банка были оформлены услуги страхования, суммы страховых премий оплачены со счета, открытого при оформлении кредитного договора, и списаны в пользу страховщиков: АО «СОГАЗ» – 5 900 руб. за оплату страхового полиса по договору № от ДД.ММ.ГГГГ; САО «РЕСО-Гарантия» – 30 542 руб. за оплату страхового полиса по договору № № от ДД.ММ.ГГГГ. При этом, о суммах и размерах страховых премий, конкретных страховщиках полная и достоверная информация истцу не сообщалась, право на отказ от договоров страхования не разъяснялось, условия договоров страхования не обсуждались, страховые полисы, договоры, памятки и приложения к ним ФИО1 перед заключением и после не выдавались, об их существовании истцу ничего не было неизвестно до обращения в правоохранительные органы. По этой причине правом на отказ от страхования в течение 30 календарных дней со дня заключения истец не мог воспользоваться.

Ссылаясь на положения статей 168, 177, 178, пункта 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», истец просит: признать недействительным кредитный договор от ДД.ММ.ГГГГ № № на сумму 330542 рубля 09 копеек, заключенный между ФИО1 и Банком ВТБ (ПАО), применить последствия недействительности сделки, возвратить ФИО1 55 926 рублей 50 копеек, уплаченных им, а также сумму последующих ежемесячных платежей, внесенных им до вынесения решения суда; признать недействительным договор страхования № от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и АО «СОГАЗ», применить последствия недействительности сделки, возвратить ФИО1 уплаченную страховую премию в размере 5 900 рублей; признать недействительным договор страхования № от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и САО «РЕСО-Гарантия», применить последствия недействительности сделки, возвратить ФИО1 уплаченную страховую премию в размере 30 542 рубля.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных исковых требований относительно предмета спора, привлечена супруга истца ФИО2

В письменном отзыве на исковое требование (т. 1 л.д. 80-82, 190, 206) ответчик Банк ВТБ (ПАО) исковые требования не признал, возражал против их удовлетворения. В обоснование возражений ответчик указал, что ДД.ММ.ГГГГ между Банком и ФИО1 заключен договор комплексного обслуживания физических лиц, договор дистанционного банковского обслуживания физических лиц в Банке ВТБ (ПАО). В рамках данных договоров ответчик предоставил истцу доступ к системе ВТБ-Онлайн, определен контанктный номер телефона для направления юридически значимой информации и паролей +№ ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 лично обратился в офис Банка с целью заключения кредитного договора. Им собственноручно была подписана единая форма согласия, включающая согласие на обработку персональных данных, согласие на получение Банком кредитного договора (сумма, срок, процентная ставка, ежемесячный платеж) с менеджером Банка, после чего на доверенный номер телефона было направлено СМС-сообщение с кодом подтверждения операции по подписанию кредитного договора. Код был введен в системе ВТБ-Онлайн в 14:44 (время московское), что подтверждается пп. 17-18 раздела 3 протокола подписания кредитного договора. Между ФИО1 и Банком заключен кредитный договор №№. Во исполнение обязательств по кредитному договору Банк перечислил на счет заемщика денежные средства в размере 330 542 рубля 09 копеек. В тот же день ФИО1 снял денежные средства в размере 294 000 рублей наличными в банкомате и распорядился денежными средствами по собственному усмотрению.

По мнению ответчика, оснований для признания сделки недействительной не имеется, поскольку заемщиком совершены последовательные действия, направленные на заключение кредитного договора, при этом Банку не было известно о влиянии третьих лиц на заемщика, преследование заемщиком цели предотвращения противоправных действий третьих лиц при заключении кредитного договора является заблуждением в мотиве сделки, который в свою очередь не является основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии с выводами заключения комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № у ФИО1 на момент заключения кредитного договора имелось легкое когнитивное расстройство (диагностическая рубрика по №), которое не обуславливало значимых нарушений интеллектуальной, волевой сферы, памяти, внимания, мышления и эмоционально-волевой сферы. Действия ФИО1 были целенаправленными и ситуационно обусловленными. Таким образом, у ФИО1 не выявлено психических расстройств, препятствующих пониманию значения своих действий. Кроме того, заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом наряду с другими доказательствами. Объяснениями ФИО1, данными в судебном заседании, также подтверждается способность заемщика понимать значение своих действий, поскольку он подтвердил, что он понимал, что ДД.ММ.ГГГГ обратился в офис Банка, заключал кредитный договор и сообщал работнику Банка код подтверждения из смс-сообщения. По мнению ответчика, заявленные истцом обстоятельства неспособности ФИО1 понимать значение своих действий не нашли подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Кроме того, Банком заявлено ходатайство о прекращении производства по делу в связи с тем, что согласно части 1 статьи 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований. Заявление в защиту прав, свобод и законных интересов гражданина может быть подано прокурором только в случае, если гражданин по состоянию здоровья, возрасту, недееспособности и другим уважительным причинам не может сам обратиться в суд. Указанное ограничение не распространяется на заявление прокурора, основанием для которого является обращение к нему граждан о защите нарушенных или оспариваемых социальных прав, свобод и законных интересов в сфере трудовых (служебных) отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений; защиты семьи, материнства, отцовства и детства; социальной защиты, включая социальное обеспечение; обеспечения права на жилище в государственном и муниципальном жилищных фондах; охраны здоровья, включая медицинскую помощь; обеспечения права на благоприятную окружающую среду; образования. Ответчик считает, что в материалы дела не представлены доказательства признания ФИО1 недееспособным или ограничено дееспособным, поэтому материальный истец способен самостоятельно обратиться в суд с исковым заявлением. Как следует из пункта 4 анкеты-заявления на получение кредита и протокола допроса ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 является трудоспособным, работает в ООО «ЧОП «Гроза», что также свидетельствует о возможности самостоятельного совершения юридически значимых действий. Получение пенсии само по себе не означает невозможности подачи искового заявления (т. 1 л.д. 150).

Ответчик АО «СОГАЗ» в своем отзыве на исковое заявление (т. 2 л.д. 59-61) указал, что оснований для признания договора страхования недействительным не имеется. Ответчик подтвердил, что ДД.ММ.ГГГГ между истцом и АО «СОГАЗ» заключен договор страхования «Защити жилье» № сроком на один год. Страховая премия по договору страхования составила 5 900 руб., оплачена истцом в полном объеме. По мнению ответчика, заключая оспариваемые договоры с ответчиками, истец согласился с их условиями, о чем в договорах имеется его подпись. До истца были доведены все существенные условия договоров, которые сторонами согласованы. Истец самостоятельно принял решение о заключении договоров с ответчиками. Данные обстоятельства опровергают доводы истца о заблуждении относительно природы договоров, поскольку заблуждение относительно природы сделки выражается в том, что лицо совершает не ту сделку, которую пыталось совершить. Условия оспариваемых договоров сформулированы определённо, не содержат каких-либо формулировок, которые могли бы ввести истца в заблуждение относительно их природы. Обстоятельства, на которые ссылается истец в обоснование требований, могут свидетельствовать лишь о заблуждении истца относительно мотивов сделки, что не является основанием для признания их недействительными.

Кроме того, данным ответчиком заявлено ходатайство об оставлении искового заявления без рассмотрения в связи с несоблюдением досудебного порядка урегулирования спора по требованию, которое отнесено к компетенции финансового уполномоченного (т. 2 л.д. 39).

Ответчика САО «РЕСО-Гарантия» в своем отзыве подтвердил факт заключения с ФИО1 договора страхования от ДД.ММ.ГГГГ № W0/1-V621/1122-0000064. Ответчик указал, что в случае, если судом будет установлено, что при совершении оспариваемой сделки Банку ВТБ (ПАО) действовал добросовестно, разумно, осмотрительно, у банка имелись все основания полагать, что все операции по получению кредита и распоряжением кредитными средствами совершены именно ФИО1, то требования о признании недействительным договора страхования не подлежат удовлетворению, как производные от требования о признании недействительным кредитного договора (т. 2 л.д. 70).

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ материальный истец ФИО1 настаивал на удовлетворении исковых требований по доводам, изложенным в иске. Кроме того, истец пояснил, что действительно заключал договор с Банком ВТБ, но ему не нужен был кредит, так как уже имеются кредитные обязательства. Заключил кредитный договор в связи с тем, что ему поступил звонок от лица, представившегося сотрудником Главного управления г.Москвы, назвал свои фамилию, имя и отчество, которые истец не помнит, сообщил, что на истца мошенники хотят оформить кредит, паспорт или доверенность. Чтобы этого не произошло, сотрудник сказал, что передаст информацию в прокуратуру, переведет звонок сотруднику банка, чтобы истец выполнял его указания. В дальнейшем под руководством сотрудника банка по имени Анна он обратился в Банк ВТБ за оформлением кредита на покупку автомобиля, получил наличные денежные средства, положил их на свой счет через банкомат, расположенный в магазине, и перечислил на счет, указанный Анной, направил последней фотографию чека о совершении операции. При этом Анна сообщала истцу, что видит все его действия через что-то зеркальное. ФИО1 не мог объяснить, для чего он совершал эти действия, так как понимал, что оформляет кредитный договор, но для чего это делает и какова была цель, не осознавал, что-то не так было с головой, предполагает, что находился под гипнозом. Кроме того, указанные лица ему угрожали, что если он не будет с ними сотрудничать, в отношении него будут направлены документы в органы внутренних дел и в прокуратуру. Только через два дня истец понял, что попал под влияние мошенников. Также истец пояснил, что о заключении договоров страхования о не знал, копии договоров не получал.

Третье лицо ФИО2 в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ поддержала позицию истца, просила удовлетворить исковые требования. Кроме того, третье лицо указала на плохое состояние здоровья истца, что у него очень плохая память, он постоянно все переспрашивает и путает. После заключения оспариваемого договора, ФИО1 показал ей документы, полученные в банке, там был только график погашения задолженности по кредитному договору, иных документов ему на руки не выдавали.

В судебном заседании процессуальный истец прокурор Маркелова А.А. просила суд исковые требования удовлетворить в полном объеме по доводам, изложенным в иске и дополнениях к нему. Настаивала, что оспариваемые договоры были заключены ФИО1 под влиянием обмана, заблуждения и в связи с тем, что он находился под воздействие третьих лиц в таком состоянии, в котором он не понимал значение своих действий и не мог ими руководить, его действиями руководили мошенники. Не вся информация была предоставлена истцу в связи с заключением кредитного договора, договоров страхования, договоры оформлялись в электронном виде, с ними истца в банке не знакомили, копии договоров ему не были выданы на руки, все документы были получены уже из материалов уголовного дела.

Истец ФИО1, третье лицо ФИО2 в судебное заседание не явились, ответчики – своих представителей не направили. О времени и месте рассмотрения дела (до объявления перерыва) они извещены надлежащим образом и своевременно направлением извещений заказными письмами с уведомлениями (т. 2 л.д. 49, 51-54), а также публично информацией на официальном сайте Богдановичского городского суда Свердловской области в сети интернет: http://www. bogdanovichsky.svd.sudrf.ru. (т. 2 л.д. 81) Истец ФИО1, третье лицо ФИО2 просили о рассмотрении дела в свое отсутствие (т. 2 л.д. 72-73). Ответчики о причинах неявки в судебное заседание сведения не представили, ходатайств об отложении судебного заседания в суд не направили. С учетом изложенного, и поскольку участие в судебном заседании является правом, а не обязанностью лица, участвующего в деле, но каждому гарантируется право на рассмотрение дела в разумные сроки, руководствуясь частью 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд определил рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

Суд, заслушав процессуального истца, исследовав материалы дела, видеозаписи, находит исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению в виду следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за пользование ею, а также предусмотренные кредитным договором иные платежи, в том числе связанные с предоставлением кредита.

В силу статьи 820 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитный договор должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным.

На основании пункта 1 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

По договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая) (пункт 1 статьи 934 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статьей 940 Гражданского кодекса Российской Федерации установлены требования к форме договора страхования.

Договор страхования должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность договора страхования, за исключением договора обязательного государственного страхования (статья 969).

Договор страхования может быть заключен путем составления одного документа либо вручения страховщиком страхователю на основании его письменного или устного заявления страхового полиса (свидетельства, сертификата, квитанции), подписанного страховщиком.

Договор страхования может быть также заключен путем составления одного электронного документа, подписанного сторонами, или обмена электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абзаца второго пункта 1 статьи 160 указанного Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

На основании пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью и недействительна с момента ее совершения.

Сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении.

Сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения (пункт 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (пункт 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки (пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судом на основании представленных в материалы дела доказательств установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и Банком ВТБ (ПАО) был заключен кредитный договор №№, по котророму ему предоставлен кредит на сумму 330 542 рубля 09 копеек сроком на 84 месяца под 25,288 % годовых. Кроме того, им в Банке заключены с АО «СОГАЗ» договор страхования имущества №, с САО «РЕСО-Гарантия» – договор личного страхования от ДД.ММ.ГГГГ № № (т. 1 л.д.100-107, 224-241, т. 2 л.д. 6-14).

Из выписки о движении денежных средств на счете № видно, что ДД.ММ.ГГГГ на указанный счет была перечислена сумма в размере 330 542 рублей 09 копеек, предоставленная по кредитному договору № №, а также произведены платежи в пользу САО «РЕСО-Гарантия» в сумме 30 542 рубля 09 копеек, АО «СОГАЗ» – 5 900 рублей (т. 1 л.д. 215).

ДД.ММ.ГГГГ после обращения ФИО1 в ОМВД России по Богдановичскому району с заявлением о похищении денежных средств было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 3 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации. Потерпевшим по делу признан ФИО1, затем Банк ВТБ (ПАО) (т. 1 л.д.17, 26-27, 53-55).

Правоотношения между ФИО1 и Банком ВТБ (ПАО) регулируются положениями параграфов 1, 2 главы 42 Гражданского кодекса Российской Федерации (заем и кредит), между истцом и АО «СОГАЗ», САО «РЕСО-Гарантия» – положениями главы 48 Гражданского кодекса Российской Федерации (добровольное страхование).

Из искового заявления следует, что в качестве оснований для признания оспариваемых договоров недействительными истец, ссылаясь на заключение психолого-психиатрической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, указал, что в момент заключения оспариваемых сделок ФИО1 находился в состоянии заблуждения, которое определяло его зависимое поведение и препятствовало адекватной смысловой оценке ситуации, способность понимать направленность и социальное значение совершаемых с ним действий и оказывать сопротивление, в период совершения финансовых сделок была нарушена. То есть, фактически истец указывает, что истец находился в состоянии, которое лишало его возможности понимать характер и значение действий, прогнозировать последствия своих поступков, правильно оценивать существо сделки.

В силу пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Основанием для признания сделки недействительной по пункту 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации является особое состояние гражданина, в котором он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими. Причины этого состояния правового значения не имеют: алкогольное или наркотическое опьянение, болезнь, психотравмирующая ситуация, гипноз - важно лишь то, что под воздействием этих факторов гражданин в момент совершения сделки не осознавал своих действий или не мог ими руководить. Эти способности могли быть утрачены временно либо человек постоянно находится в таком состоянии (например, страдает психическим расстройством).

Из материалов дела следует, что в рамках расследования уголовного дела в отношении потерпевшего ФИО1 на основании постановления следователя проведена амбулаторная первичная комиссионная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза, по итогам проведения которой комиссией экспертов составлено заключение № от ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с выводами комиссии экспертов, изложенными в названном заключении, у ФИО1 выявлено психическое расстройство – Легкое когнитивное расстройство (диагностическая рубрика по МКБ-10 - F06.7), которое он обнаруживал до совершения в отношений него противоправных деяний (ДД.ММ.ГГГГ) во и время совершения в отношении него противоправных деяний. Но данное расстройство не обусловливает значимых нарушений интеллектуальной, волевой сферы, памяти, внимания, мышления и эмоционально-волевой сферы, психопродуктивные расстройства (бред, галлюцинации) у него отсутствуют. В юридически значимый период времени, у ФИО1 отсутствовали признаки какого-либо временного болезненного расстройства психической деятельности, он был правильно ориентирован, общался с реальными лицами, его действия были целенаправленными, ситуационно обусловленными и не отражали какого-либо психотического расстройства. У ФИО1 при заключении каждого договора и совершении каждого перевода не выявлялось какого-либо психического расстройства, которое лишало бы его способности правильно воспринимать, запоминать и воспроизводить факты и обстоятельства, имеющие значение для дела.

Вместе с тем комиссией экспертов выявлены истощаемость, замедленный темп психической деятельности, мышление с тенденцией к конкретности, отмечены трудности восприятия условного смысла, понимания причинно-следственных связей. Комиссия пришла к выводу, что в юридически значимый период времени сформировавшееся у ФИО1 психологическое состояние заблуждения определяло его зависимое поведение и препятствовало адекватной смысловой оценке ситуации, способность понимать направленность и социальное значение совершаемых с ним действий и оказывать сопротивление в период совершения финансовых сделок была нарушена. Выявленные у ФИО1 индивидуально-психологические особенности в виде ответственности, развитого чувства долга, доверчивости, склонности к внушаемости способствовали актуализации тревоги и чувства страха вследствие угрозы привлечения к уголовной ответственности. Навязываемый ему алгоритм действий, четкость указаний и требований при многозадачности и срочности их реализации способствовали субъективной безальтернативности транслируемых ему решений. В связи с трудностями целостного осмысления всех деталей, компонентов ситуации своего положения отмечались ограничение поля восприятия вследствие внешнего давления, фиксации на угрозе и защите своей безопасности, повышенное эмоциональное напряжение, что обусловило ориентацию только на внешние параметры ситуации без учета социально значимых, неблагоприятных и препятствующих факторов, а также растерянность, угнетение способности подэкспертного прогнозировать последствия своих действий (л.д. 165-176).

Также из материалов дела следует, что 19.04.2024 ФИО1 находился в офисе Банка ВТБ (ПАО), производил оформление оспариваемого кредитного договора и договоров страхования в период с 16:20 до 17:10. При этом оформление происходило в офисе Банка по адресу: Свердловская область, г. Богданович, ул. Первомайской, д. 28, но подписывалось он-лайн электронной цифровой подписью путем ввода кодов из СМС-сообщений, поступавших на телефон ФИО1 Указанное обстоятельство не оспаривалось сторонами в ходе судебного заседания, а также подтверждается видеозаписями, представленными банком, которые исследовались судом в судебном заседании.

Из анализа представленных на обозрение суда видеофайлов (т. 1 л.д. 187 – файл Камера 2: 56 мин. – 1 ч. 2 мин.; файл Камера 4: 1 ч. 1 мин.; Камера 5: 2 мин. – 48 мин., 57 мин.; Камера 7: 57 мин. – 1 ч. 2 мин.; Камера 10: 03 мин. – 48 мин., 57 мин.) следует, что на протяжении всего периода нахождения в офисе банка при заключении кредитного договора, ФИО1 держит в своих руках телефон, осуществляет с ним взаимодействие.

Также из фототаблиц и протокола осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, содержащего детализацию соединений абонентских номеров, следует, что ДД.ММ.ГГГГ истец осуществлял взаимодействие с лицами, поименованными как ФИО3 Бухгалтер (тел. №), последнее осуществляло контроль за действиями истца по оформлению кредита, давало указания, в том числе по получению кредитных средств наличными денежными средствами на приобретение автомобиля, а также по дальнейшему перечислению денежных средств через банкомат на указанный им счет.

Таким образом, совокупностью представленных в дело доказательств подтверждаются обстоятельства заключения истцом оспариваемых договоров в период его нахождения под влиянием третьих лиц. При этом не могут быть приняты во внимание доводы ответчиков об их неосведомленности о наличии такого влияния третьих лиц.

В материалах дела отсутствую достаточные доказательства факта выяснения сотрудниками банка обстоятельств, послуживших основанием для заключения кредитного договора, цели получения кредитных денежных средств. Как следует из текста кредитного договора, он является целевым – на приобретение транспортного средства. Однако документы на транспортное средство, которое должно было быть приобретено, банком не запрашивались, а истцом не предоставлялись. В такой ситуации, принимая во внимание результаты психолого-психиатрической экспертизы в отношении ФИО1, показания ФИО4, данные в качестве свидетеля на стадии предварительного расследования уголовного дела, о том, что она неоднократно спрашивала заемщика о том, звонили ли ему накануне мошенники, иные люди, представляющиеся сотрудниками банка, полиции, не могут быть признаны достаточными доказательствами того, что Банк предпринял все необходимые меры для выяснения обстоятельств, послуживших основанием для заключения кредитного договора.

Суд также принимает во внимание, что ответчиками, как того требуют положения статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не представлено достоверных и достаточных в совокупности доказательств, опровергающих изложенные выше обстоятельства о том, что в момент заключения спорных договоров истец находился таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими. Ходатайств, в том числе о проведении судебной экспертизы, ответчиками также не заявлено.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о недействительности оспариваемых договоров по основанию, предусмотренному пунктом 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Правовых оснований для признания сделок недействительными на основании статьи 178, пункта 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется, поскольку совокупности соответствующих фактических обстоятельств, позволяющих сделать вывод о заключении договора под влиянием обмана или заблуждения, в ходе судебного разбирательства не установлено. Наличие обмана или введения в заблуждение истца со стороны ответчиков, как стороны сделок, также по делу не установлено.

Более того, фактически доводы искового заявления и объяснений стороны истца в судебном заседании указывают на оспаривание договоров именно в связи с тем, что ФИО1 при заключении сделок находился под влиянием неустановленного лица в таком состоянии, в котором он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

Суд также находит обоснованными доводы стороны истца о том, что при заключении договоров страхования с АО «СОГАЗ» и САО «РЕСО-Гарантия» ему не была представлена полная информация об условиях страхования.

В соответствии со статьей 10 Закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О защите прав потребителей» изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора.

В статье 5 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 353-ФЗ «О потребительском кредите» подробно указана информация, которая должна быть доведена кредитором до сведения заёмщика при заключении договора.

В соответствии с частью 2.1 статьи 7 данного Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №353-ФЗ «О потребительском кредите» в случае, если при предоставлении потребительского кредита (займа) кредитором и (или) третьим лицом, действующим в интересах кредитора, предоставляются услуги или совокупность услуг, в результате оказания которых заемщик становится застрахованным лицом по договору личного страхования, заключенному в целях обеспечения исполнения обязательств заемщика по договору потребительского кредита (займа), страхователем по которому является такой кредитор или такое третье лицо, действующее в его интересах, кредитор в установленной им форме заявления о предоставлении потребительского кредита (займа) и (или) заявления о предоставлении дополнительных услуг (работ, товаров) обязан указать в том числе информацию: о содержании этой услуги или совокупности этих услуг; о праве заемщика отказаться от этой услуги в течение тридцати календарных дней со дня выражения заемщиком согласия на оказание этой услуги.

В соответствии с частью 2 статьи 12 Закона РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 2300-1 «О защите прав потребителей» исполнитель, не предоставивший покупателю полной и достоверной информации об услуге, несет ответственность, предусмотренную пунктом 1 статьи 29 настоящего Закона, за недостатки услуги, возникшие после его передачи потребителю вследствие отсутствия у него такой информации.

ФИО1 как на стадии предварительного расследования уголовного дела, так и в данном судебном разбирательстве последовательно указывал, что он не знал, что при предоставлении кредита с него удержаны денежные средства в размере 30 542 рубля 09 копеек в пользу САО «РЕСО-Гарантия» и 5 900 рублей – АО «СОГАЗ», договоры страхования ему не выдавались. Данное обстоятельства подтверждается пояснениями третьего лица и видеозаписями, представленными истцом, из которых следует, что истцу (судя по внешнему виду документа) был передан только график платежей по кредитному договору (т. 1 л.д. 187 Камера 5: 43 мин., 57 мин). Доказательств, опровергающих данные обстоятельства ответчиками также не представлено. Указанное, по мнению суда, свидетельствует о том, что при заключении кредитного договора истцу не была предоставлена полная информация, в том числе о заключении договора личного и имущественного страхования с САО «РЕСО-Гарантия» и АО «СОГАЗ», размере страховой суммы, не предоставлено право на отказ от договора страхования.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в адрес страховщиков направлена претензия о расторжении договоров страхования, ответы на которые до настоящего времени не получены (т. 2 л.д. 74-82).

Разрешая требование истца о примененными последствий недействительности сделок, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 3 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации если сделка признана недействительна на основании данной статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами 2 и 3 пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса.

Согласно абзацам 2 и 3 пункта 1 статьи 171 Гражданского кодекса Российской Федерации каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре – возместить его стоимость. Дееспособная сторона обязана, кроме того, возместить другой стороне понесенный ею реальный ущерб, если дееспособная сторона знала или должна была знать о недееспособности другой стороны.

Из материалов дела и пояснений процессуального истца следует, что на дату рассмотрения дела истец произвел выплаты в размере 86 999 руб. 29 коп., что подтверждается ответом Банка ВТБ (ПАО) и выпиской о движении денежных средств за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а также очередной платеж ДД.ММ.ГГГГ в размере 10 100 руб., всего 97 099 руб. 29 коп. (т. 2 л.д. 66, 68).

Кроме того, за счет кредитных средств произведена оплата страховой премии в сумме 30 542 руб. 09 коп. по спорному договору страхования с САО «РЕСО-Гарантия» и 5 900 руб. по спорному договору страхования АО «СОГАЗ» (т. 1 л.д. 215).

С учетом положений статей 167, 171, 177 Гражданского кодекса Российской Федерации суд приходит к выводу о применении последствий недействительности сделки в виде приведения сторон в первоначальное положение и взыскании с истца в пользу банка полученных денежных средств по признанному недействительным кредитному договору в сумме 330 542 руб. 02 коп., с банка в пользу истца уплаченных последним денежных средств в сумме 97 099 руб. 29 коп., с САО «РЕСО-Гарантия» и с АО «СОГАЗ» в пользу истца уплаченных страховых премий, соответственно в размере 30 542 руб. 09 коп. и 5 900 руб. путем их перечисления на счет истца для погашения признанного недействительным кредитного договора.

В рамках рассмотрения настоящего спора, учитывая мнение процессуального истца, суд полагает возможным произвести процессуальный зачет взаимных требований и окончательно взыскать с истца в пользу Банка 233 442 руб. 73 коп. (330 542 руб. 02 коп. – 97 099 руб. 29 коп.).

На основании статей 98, 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с каждого из ответчиков в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб.

Суд отказывает в удовлетворении ходатайства АО «СОГАЗ» об оставлении настоящего искового заявления без рассмотрения по причине несоблюдения обязательного досудебного порядка по следующим мотивам.

В соответствии с частью 4 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заявление подается в суд после соблюдения претензионного или иного досудебного порядка урегулирования спора, если это предусмотрено федеральным законом для данной категории споров.

Согласно абзацу 2 статьи 222 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оставляет заявление без рассмотрения в случае, если истцом не соблюден установленный федеральным законом для данной категории дел досудебный порядок урегулирования спора.

В статье 1 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 123-ФЗ «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг» (далее по тексту – Закон о финансовом уполномоченном) определен предмет регулирования: в целях защиты прав и законных интересов потребителей финансовых услуг определяет правовой статус уполномоченного по правам потребителей финансовых услуг (далее – финансовый уполномоченный), порядок досудебного урегулирования финансовым уполномоченным споров между потребителями финансовых услуг и финансовыми организациями (далее – стороны), а также правовые основы взаимодействия финансовых организаций с финансовым уполномоченным.

В силу частей 1, 3 статьи 15 Закона о финансовом уполномоченном финансовый уполномоченный рассматривает обращения в отношении финансовых организаций, включенных в реестр, указанный в статье 29 данного Федерального закона (в отношении финансовых услуг, которые указаны в реестре), или перечень, указанный в статье 30 настоящего Федерального закона, если размер требований потребителя финансовых услуг о взыскании денежных сумм не превышает 500 000 руб. (за исключением обращений, указанных в статье 19 данного Федерального закона) либо если требования потребителя финансовых услуг вытекают из нарушения страховщиком порядка осуществления страхового возмещения, установленного Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», и если со дня, когда потребитель финансовых услуг узнал или должен был узнать о нарушении своего права, прошло не более трех лет.

В случае, если требования потребителя финансовых услуг предъявляются в отношении финансовых организаций, не включенных в реестр, указанный в статье 29 указанного Федерального закона, или перечень, указанный в статье 30 указанного Федерального закона, или в отношении финансовых организаций, указанных в пункте 6 части 1 статьи 19 указанного Федерального закона, либо размер требований потребителя финансовых услуг превышает 500 000 руб., либо требования потребителя финансовых услуг касаются вопросов, указанных в пункте 8 части 1 статьи 19 указанного Федерального закона, потребитель финансовых услуг вправе заявить указанные требования в соответствии с Законом Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О защите прав потребителей» в судебном порядке без направления обращения финансовому уполномоченному.

В соответствии с частью 2 статьи 25 Закона об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг потребитель финансовых услуг вправе заявлять в судебном порядке требования к финансовой организации, указанные в части 2 статьи 15 данного Федерального закона, только после получения от финансового уполномоченного решения по обращению, за исключением случаев, указанных в пункте 1 части 1 настоящей статьи.

Данное регулирование, не лишающее граждан возможности отстаивать свои права и законные интересы в рамках разрешения судом возникшего спора по существу, направлено на реализацию дополнительного способа защиты прав потребителей финансовых услуг – посредством обращения к финансовому уполномоченному.

Между тем, требования истца о признании недействительными договоров, применении последствий недействительности не относятся к ведению финансового уполномоченного.

На основании пункта 3 статьи 35 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №-I «О прокуратуре Российской Федерации» прокурор в соответствии с процессуальным законодательством Российской Федерации вправе обратиться в суд с заявлением или вступить в дело на любой стадии процесса, если этого требует защита прав граждан и охраняемых законом интересов общества или государства.

В соответствии с частью 1 статьи 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований. Заявление в защиту прав, свобод и законных интересов гражданина может быть подано прокурором только в случае, если гражданин по состоянию здоровья, возрасту, недееспособности и другим уважительным причинам не может сам обратиться в суд. Указанное ограничение не распространяется на заявление прокурора, основанием для которого является обращение к нему граждан о защите нарушенных или оспариваемых социальных прав, свобод и законных интересов в сфере трудовых (служебных) отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений; защиты семьи, материнства, отцовства и детства; социальной защиты, включая социальное обеспечение; обеспечения права на жилище в государственном и муниципальном жилищных фондах; охраны здоровья, включая медицинскую помощь; обеспечения права на благоприятную окружающую среду; образования.

Приведенными нормами прямо предусмотрено право прокурора обращаться в суд в порядке гражданского судопроизводства с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов гражданина в том случае, когда гражданин обратился к прокурору о защите нарушенных или оспариваемых прав в сфере обеспечения права на жилище.

Как видно из искового заявления, основанием для его подачи послужило обращение ФИО1 в прокуратуру для защиты его нарушенных прав в связи с совершением мошеннических действий. Кроме того, из материалов дела усматривается, что материальный истец является пенсионером по старости, в соответствии с заключением медицинской экспертизы он имеет когнитивное расстройство. Таким образом, в силу возраста и состояния здоровья они не может осуществить эффективную защиту своих нарушенных прав в судебном порядке.

При таких обстоятельствах суд отказывает в удовлетворении ходатайства ответчика Банка ВТБ (ПАО) о прекращении производства по делу в связи с отсутствием у прокурора права на обращение в суд в интересах ФИО1

На основании изложенного, заявленные исковые требования подлежат удовлетворению.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении ходатайства акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» об оставлении искового заявления без рассмотрения и ходатайства Банка ВТБ (публичное акционерное общество) о прекращении производства по делу отказать.

Исковые требования Богдановичского городского прокурора в интересах ФИО1 (<данные изъяты>) к Банку ВТБ (публичное акционерное общество) (ИНН <***>), акционерному обществу «Страховое общество газовой промышленности» (ИНН <***>), страховому акционерному обществу «РЕСО-Гарантия» (ИНН <***>) о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок удовлетворить.

Признать недействительным кредитный договор от ДД.ММ.ГГГГ №№, заключенный между ФИО1 и Банком ВТБ (публичное акционерное общество).

Применить последствия недействительности сделки: взыскать с ФИО1 в пользу Банка ВТБ (публичное акционерное общество) 330 542 рубля 02 копеек; взыскать с Банка ВТБ (ПАО) в пользу ФИО1 97 099 рублей 29 копеек.

Провести процессуальный зачет и окончательно взыскать с ФИО1 в пользу Банка ВТБ (ПАО) денежные средства в сумме 233 442 рубля 73 копеек.

Признать недействительным договор страхования от ДД.ММ.ГГГГ №, заключенный между ФИО1 и акционерным обществом «Страховое общество газовой промышленности».

Применить последствия недействительности сделки: взыскать с акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» в пользу акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» 5 900 рублей путем зачисления на счет № для погашения задолженности по кредитному договору от ДД.ММ.ГГГГ №V621/1122-0000064.

Признать недействительным договор страхования от ДД.ММ.ГГГГ №, заключенный между ФИО1 и страховым акционерным обществом «РЕСО-Гарантия».

Применить последствия недействительности сделки: взыскать со страхового акционерного общества «РЕСО-Гарантия» в пользу ФИО1 30 542 рублей 09 копеек путем зачисления на счет 40№ для погашения задолженности по кредитному договору от ДД.ММ.ГГГГ №.

Взыскать с Банка ВТБ (публичное акционерное общество), акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности», страхового акционерного общества «РЕСО-Гарантия» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере по 300 рублей с каждого.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме, с подачей апелляционной жалобы через Богдановичский городской суд Свердловской области.

Судья А.С. Фомина