УИД: №

Дело № 2-111/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

10 июля 2025 года Кировский районный суд г.Перми в составе председательствующего судьи Швец Н.М., при секретаре Мазлоевой Е.С., с участием представителя истца ФИО1, действующей на основании доверенности, представителя ответчика ФИО2, действующего по доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Пермском крае к ФИО3 о признании отсутствующим право собственности на недвижимое имущество,

установил:

ТУ Росимущество в Пермском крае обратилось в суд с иском к ФИО3 о признании отсутствующим право собственности на здания с кадастровыми №, с указанием в решении суда, что оно является основанием для исключения сведений о правах ответчика на вышеуказанные объекты в ЕГРН.

В обоснование иска указано, что земельный участок <адрес> находится в собственности Российской Федерации. В пределах земельного участка расположены два здания с кадастровыми №, принадлежащие на праве собственности ответчику. Актом натурного осмотра от 06.06.2024 объектов капитального строительства в пределах данного участка не выявлено, признаки наличия зданий отсутствуют. Считают содержащиеся в ЕГРН сведения о кадастровом учете объектов недвижимости недостоверными, поскольку в натуре спорные объекты недвижимости не существуют и нарушают права собственника, в том числе на распоряжение земельным участком.

Из системного толкования положений законодательства следует, что в случае утраты недвижимостью свойств объекта гражданских прав, исключающей возможность его использования в соответствии с первоначальным назначением, запись о праве собственности на это имущество не может быть сохранена в ЕГРН по причине ее недостоверности. Противоречия между правами на недвижимость со сведениями о них, содержащимися в реестре, в случае гибели или уничтожения такого объекта могут быть устранены как самим правообладателем, так и судом по иску лица, чьи права и законные интересы нарушаются сохранением записи о праве собственности на это недвижимое имущество при условии отсутствия у последнего иных законных способов защиты своих прав.

В соответствии со ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации уточнил исковые требования, просил признать отсутствующим право собственности на здание с кадастровым №, исключить из государственного кадастрового учета в едином государственном реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним сведения о здании с кадастровым №, с указанием в решении суда, что оно является основанием для исключения сведений о правах ответчика на вышеуказанный объект в ЕГРН (том 1 л.д.133).

Определением суда в протокольной форме к участию в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, привлечена ФИО4

Определением Кировского районного суда г. Перми от 10 июля 2025 года принят отказ Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Пермском крае от исковых требований в части признания у ФИО3 отсутствующим право собственности на здание с кадастровым №.

Представитель истца в судебном заседании на удовлетворении заявленных требований настаивал по изложенным в иске основаниям. Дополнительно указал, что данный иск заявлен с целью изменения данных, содержащихся в системе учета прав на недвижимое имущество, приведения их в соответствие с фактическими обстоятельствами, с которыми закон связывает прекращение права собственности. Заявленные требования по своему характеру, целевой направленности и условиям предъявления соответствуют способу защиты права, указанному в пункте 52 Постановления № 10/22.

Ответчик в судебное заседание не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие.

Представитель ответчика в судебном заседании с заявленными требованиями не согласился по основаниям, изложенным в возражениях, из которых следует, что ответчику на праве собственности принадлежит объект с кадастровым № - четырехэтажное здание ЦБУ (лит.П). Объект расположен на земельном участке <адрес>. Объект с кадастровым № представляет собой как элементы объекта капитального строительства в виде трех опор фундамента, а также бетонной плиты основания; отделения приема заполнений (лит. Г1) в виде части фундамента протяженностью 8,0 пог.м. Расположение в границах земельного участка объектов недвижимости подтверждается заключением кадастрового инженера от 13.08.2024. С июня 2024 ответчиком начат процесс восстановления здания с кадастровым № и литеров к нему (том 1 л.д.59, 60).

Представитель третьего лица Управления Росреестра по Пермскому краю в судебном заседании не участвовал, извещен в соответствии с требованиями действующего законодательства. Ранее суду предоставлял отзыв, из которого следует, что земельный участок с кадастровым номером: 59:01:1717115:4, категория земель: земли населенных пунктов, имеет разрешённое использование: под цех железобетонных изделий, уточненной площадью 25233 кв.м, расположенный по <адрес>. 18.11.2015 внесена запись о государственной регистрации права федеральной собственности Российской Федерации на основании п. 1 ст.3.1 Федерального закона «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» № 137-ФЗ от 25.10.2001г. Запись № является актуальной.

Земельный участок имеет связь со следующим объектом недвижимого имущества, расположенным на нем: нежилое здание, наименование: здание ЦБУ, общей площадью 573,9 кв.м, расположенное по <адрес> Здание поставлено на государственный кадастровый учет 29.05.2012, является ранее учтенным. 04.07.2018 внесена запись о государственной регистрации права собственности ФИО3 на основании соглашения о переводе долга от 18.06.2018; дополнительного соглашения от 20.06.2018. Запись № является актуальной. 24.12.2018 внесена запись о государственной регистрации ипотеки на основании договора о залоге от 07.12.2018. Залогодержатель - ФИО4, залогодатель - ФИО3. Запись № является актуальной (том 1 л.д.52-54).

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены.

Суд, выслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) к недвижимым вещам (недвижимое имущество, недвижимость) относятся земельные участки, участки недр и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе здания, сооружения, объекты незавершенного строительства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

По смыслу положений статей 130, 131 ГК РФ право собственности может быть зарегистрировано в ЕГРП лишь в отношении тех вещей, которые, обладая признаками недвижимости, способны выступать в гражданском обороте в качестве отдельных объектов гражданских прав.

В соответствии с частью 3 статьи 1 Федерального закона от 13.07.2015 N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" государственная регистрация прав на недвижимое имущество это юридический акт признания и подтверждения возникновения, изменения, перехода, прекращения права определенного лица на недвижимое имущество или ограничения такого права и обременения недвижимого имущества.

Зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

Из материалов дела следует, что собственником земельного участка <адрес>, является Российская Федерация (том 1 л.д.9-15).

На указанном земельном участке расположено нежилое здание, наименование: здание ЦБУ, общей площадью 573,9 кв.м., с кадастровым № (л.д. 23-25).

На основании дополнительного соглашения от 20.06.2018 к соглашению о переводе долга от 18.06.2018 за ФИО3 зарегистрировано право собственности на 4-х этажное панельное здание ЦБУ с кадастровым № (условный №), что подтверждается выпиской из ЕГРН от 11.07.2024 (том 1 л.д.29).

Согласно техническому паспорту на домовладение от 15 сентября 2008 года по <адрес> расположено нежилое здание ЦБУ (1973 года постройки, число этажей 4, площадью 573,9 кв.м., процент износа 18%), (лит.П), отделение приема заполнителей (лит.Г1), площадью 385,5 кв.м., склад цемента (лит.Г2) площадью 475,2 кв.м., галерея (лит.Г) площадью 87 кв.м., пропарочная камера (лит.Г3) площадью 520,7 кв.м. (том 1 л.д. 147-151).

По утверждению представителя ответчика указанные объекты (литер П, Г, Г1, Г2, Г3) являются единым комплексом и расположены в пределах границ земельного участка с кадастровым №, общей площадью 25233 +/-56, находящегося в собственности Российской Федерации.

Из акта натурного осмотра от 06.06.2024, составленного Территориальным управлением Росимущества в Пермском крае, следует, что участок не используется в соответствии с видом разрешенного использования - для эксплуатации расположенных на нем объектов, ввиду их отсутствия (том 1 л.д. 16-18).

07 июня 2024 года ФИО3 обращался в Территориальное управление Росимущества в Пермском крае с заявлением о предоставлении земельного участка с кадастровым № в аренду под здание РБУ с кадастровым № и здание известково-гасильной установки с кадастровым №.

Ответом от 20 июня 2024 года Территориальное управление Росимущества в Пермском крае отказало ФИО3 в предоставлении земельного участка в аренду в связи с отсутствием объектов недвижимости в пределах земельного участка (том 1 л.д.61).

Из заключения кадастрового инженера М. от 13.08.2024 (том 1 л.д. 62-72) следует, что на земельном участке с кадастровым № расположены элементы объектов капитального строительства на 4-х этажное панельное здание ЦБУ (лит.П) с кадастровым № в виде трех опор фундамента, а также бетонной плиты основания (фото 4-6), отделения приема заполнителей (лит.Г1) в виде части фундамента протяженностью 8,0 пог.м.(фото 7).

16 августа 2024 года ФИО3 повторно обратился в Территориальное управление Росимущества в Пермском крае с заявлением о предоставлении земельного участка с кадастровым № в аренду под здание РБУ с кадастровым № и здание известково-гасильной установки с кадастровым №

Письмом от 30 августа 2024 года ФИО3 отказано в предоставлении в аренду земельного участка.

Согласно пункту 1 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом.

Принудительное изъятие у собственника имущества не допускается, кроме случаев, предусмотренных положениями данной нормы (пункт 2 названной статьи).Таким образом, основанием прекращения права собственности на вещь являются в том числе объективные причины - гибель или уничтожение имущества, наступающие независимо от воли собственника.

При этом если в случае гибели (уничтожении) вещи сохраняется какое-либо имущество, право собственности на него принадлежит собственнику вещи.

Следовательно, юридически значимым обстоятельством по делу является установление факта полной и безвозвратной утраты спорного имущества.

Определением Кировского районного суда г. Перми от 18.12.2024 года по делу была назначена строительно-техническая экспертиза, производство которой поручено эксперту ООО «БТИ ПЛЮС» Б.

Согласно заключению эксперта ООО «БТИ ПЛЮС» Б. № от 23 января 2025 наличие здания с кадастровым № на земельном участке с кадастровым № не вызывает сомнений.

Определяя процент сохранности здания с кадастровым №, эксперт установил, что на дату обследования часть основных конструктивных элементов здания разрушена и демонтирована. Отсутствует вся надземная часть здания. Сохранилась часть фундамента: три из девяти ж/бетонных опор в наличии и ростверк между ними, что свидетельствует о том, что здание полностью не ликвидировано. Значит можно признать разрушенное или демонтированное частично здание существующим.

Согласно таблицам Сборника №28 удельный вес фундамента нежилого четырехэтажного здания составляет 7-11 % от всего здания. Взяв за основу средний показатель 9% можно говорить о том, что 3 % всего здания существует.

С учетом изложенного, эксперт пришел к выводу, что объект капитального строительства с кадастровым № зарегистрировано должным образом в ЕГРН, здание физически не ликвидировано, можно признать существующим зданием (том 1 л.д.171-212).

Допрошенный в судебном заседании эксперт Б. пояснил, что объект с кадастровым № отличается от вида отраженного в техпаспорте. На земельном участке существуют элементы здания (треть опорной части), следовательно, здание присутствует и участок используется под эти здания. У спорного объекта имеются признаки капитального объекта, несмотря на то, что здание разрушенное. Если провести реконструкцию или капитальный ремонт, то здание можно использовать по назначению. По литере Г2 и Г1 обследование им не проводилось.

В связи с оспариванием представителем истца экспертного заключения ООО «БТИ ПЛЮС», определением Кировского районного суда г. Перми от 25.03.2025 года по делу была назначена комплексная строительно-техническая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ООО "Бизнес Фактор" В., А., Б.1.

Согласно заключению экспертов № от 30 мая 2025 года отделение приема заполнителей (лит. Г1), площадью 385,5 кв.м., склад цемента (лит. Г2) площадью 475,2 кв.м., галерея (лит. Г) площадью 87 кв.м., пропарочная камера (лиг. ГЗ) площадью 520,7 кв.м, относятся к отдельно стоящим объектам недвижимого имущества, автономным по характеру расположения.

Основным зданием является здание ЦБУ (объект недвижимости с кадастровым №), по отношению к которому сооружения: отделение приема заполнителей (лит. Г1), площадью 385,5 кв.м.4, склад цемента (лит. Г2) площадью 475,2 кв.м.; пропарочная камера (лит. ГЗ) площадью 520,7 кв.м. носят обслуживающий (вспомогательный) характер.

Объект недвижимости (либо его части) с кадастровым №, а также литеры Г, Г1, Г2, ГЗ, указанные в техническом паспорте домовладения от 15 сентября 2008 года, расположены в границах земельного участка с кадастровым № по <адрес>.

Полная гибель объекта недвижимости с кадастровым № и литеров Г1, Г2, ГЗ, расположенных по <адрес>, указанных в техническом паспорте домовладения от 15 сентября 2008 года, не наступила, исследованием подтверждено физическое существование частей фундаментов объектов.

Галерея (лит. Г) площадью 87 кв.м, (и ее части), указанная в техническом паспорте домовладения от 15 сентября 2008 года, на дату осмотра 14 мая 2025 года не обнаружена, что свидетельствует о полной гибели объекта.

Возможно восстановление объекта недвижимости с кадастровым № и литеров Г, Г1, Г2, ГЗ, расположенных по <адрес>, указанных в техническом паспорте домовладения от 15 сентября 2008 года, путем проведения капитального ремонта либо реконструкции.

Допрошенный в судебном заседании эксперт А. выводы экспертного заключения поддержала. Дополнительно пояснила, что согласно технического паспорта объект содержит бетонные и железобетонные конструкции, что свидетельствует о том, что объекты обладают признаками недвижимости. Фундаменты железобетонные и носят характер неперемещаемого имущества. Данные объекты могут быть восстановлены и использоваться по назначению. По технологии строительства можно восстановить объекты с любым процентом износа. На всех исследуемых объектах присутствует фундамент, некоторых наземных конструкций нет. При проведении экспертизы исходили из реконструкции и капитального ремонта, поскольку законодательство в этом не ограничивает.

Согласно части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частями 3 и 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Анализируя заключение экспертов ООО "Бизнес Фактор", суд полагает возможным принять его в качестве надлежащего доказательства по делу, поскольку проводившие экспертизу эксперты обладают необходимыми в данной области знаниями, имеют соответствующий стаж работы и квалификацию; были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, заключение составлено в соответствии с требованиями действующего законодательства. Основания для сомнения в правильности заключений и в объективности, и беспристрастности экспертов отсутствуют.

Наряду со способами защиты гражданских прав, установленных ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, в абзаце 4 пункта 52 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" указан такой способ защиты права собственности как признание права отсутствующим.

В силу ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (ч. 2 ст. 209 ГК РФ).

По смыслу ст.ст. 209 и 235 ГК РФ прекращение права собственности на объект недвижимости в силу его гибели или уничтожения возможно исключительно по волеизъявлению собственника такого имущества или по основаниям, указанным в законе. При этом если в случае гибели (уничтожении) вещи сохраняется какое-либо имущество, право собственности на него принадлежит собственнику вещи. Следовательно, при наличии даже части фундамента нет оснований полагать о безвозвратной утрате имущества, поскольку в соответствии со статьей 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежит право на восстановление имущества.

Иное толкование данных норм означает нарушение принципа неприкосновенности собственности, абсолютного характера правомочий собственника, создает возможность прекращения права собственности по основаниям, не предусмотренным законом (аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 2 октября 2018 г. N 51-КГ18-10, определение Верховного Суда Российской Федерации от 11 сентября 2018 г. N 32-КГ18-20, определении Верховного Суда Российской Федерации от 15 мая 2018 г. N 87-КГ18-2).

Как следует из материалов дела и обстоятельств по делу, факт полной и безвозвратной утраты спорного имущества своего подтверждения не нашел, напротив, установлено наличие в пределах земельного участка объекта недвижимости (либо его части) с кадастровым №, частей фундамента объектов литеров Г1, Г2, ГЗ, которые являются вспомогательными сооружениями по отношению к объекту недвижимости с кадастровым № (здание ЦБУ лит.П), а также наличие воли ответчика на восстановление здания.

При этом гибель объекта лит. Г, площадью 87 кв.м, (и ее части) не свидетельствует о полной утрате объекта недвижимости с кадастровым №, поскольку оно является его вспомогательным сооружением. Кроме того, при сохранении на земельном участке элементов фундамента экспертом подтверждена возможность восстановления объекта недвижимости с кадастровым № и литеров Г, Г1, Г2, ГЗ, расположенных по <адрес>, указанных в техническом паспорте домовладения от 15 сентября 2008 года, путем проведения капитального ремонта либо реконструкции.

Таким образом, наличие на участке частей фундамента опровергает доводы истца об отсутствии объекта капитального строительства. При наличии части фундамента нет оснований полагать о безвозвратной утрате имущества. В соответствии со статьей 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежит право на восстановление имущества. При этом восстановление объекта не является созданием нового объекта, на который необходимо признание права собственности (пункт 4 "Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2017)" (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2017).

С учетом изложенного, при наличии части объектов недвижимости и намерении собственника их восстановления, прекращение права собственности ответчика на здание фактически будет означать принудительное изъятие имущества по основанию, не предусмотренному пунктом 2 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации

Учитывая, что истцом не подтвержден факт отсутствия объекта недвижимости, его гибели или уничтожения, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований о признании права собственности ответчика на нежилое здание отсутствующим.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Пермском крае к ФИО3 о признании отсутствующим право собственности на здание с кадастровым №, исключении из государственного кадастрового учета в едином государственном реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним сведения о здании с кадастровым №, - отказать.

Решение суда в течение месяца со дня принятия в окончательной форме может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пермский краевой суд через Кировский районный суд г. Перми.

Судья Н.М.Швец

Мотивированное решение составлено 24 июля 2025 года