УИД 29RS0023-01-2022-006362-20

Судья: Кочина Ж.С.

стр. 069 г, г/п 0 руб.

Докладчик: Бланару Е.М.

№ 33-4126/2023

6 июля 2023 г.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Архангельского областного суда в составе: председательствующего Бланару Е.М.,

судей Зайнулина А.В. и Сафонова Р.С.,

при секретаре судебного заседания Кузьминой Н.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Архангельске гражданское дело по апелляционной жалобе Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Архангельской области и Ненецкому автономному округу на решение Северодвинского городского суда Архангельской области от 28 марта 2023 г. (дело № 2-852/2023) по иску ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Архангельской области и Ненецкому автономному округу о возложении обязанности включить периоды в страховой стаж и стаж работы в районах Крайнего Севера.

Заслушав доклад судьи Бланару Е.М., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Архангельской области и Ненецкому автономному округу (далее – ОСФР по АО и НАО) о возложении обязанности включить в страховой стаж и стаж работы в районах Крайнего Севера периодов работы с 14 мая 1997 г. по 23 декабря 1998 г., с 24 декабря 1998 г. по 27 декабря 2001 г., взыскании расходов по оплате услуг представителя 31 000 рублей.

В обоснование требований указал, что 8 июля 2020 г. он обратился к ответчику с заявлением о назначении пенсии по старости. Решением пенсионного органа постановлено об отказе в досрочном назначении пенсии в соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» в связи с отсутствием требуемого стажа работы в районах Крайнего Севера. При оценке его пенсионных прав не учтены следующие периоды: с 14 мая 1997 г. по 23 декабря 1998 г., с 24 декабря 1998 г. по 27 декабря 2001 г. Документы в архив по указанным организациям не поступали. Указанные организации были зарегистрированы в г. Северодвинске Архангельской области, где и выполнялись работы. Полагал, что трудовая книжка является допустимым доказательством факта работы.

В судебном заседании суда первой инстанции представитель истца ФИО2 на требованиях настаивала по доводам, изложенным в иске.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании суда первой инстанции с исковыми требованиями не согласилась, указав, что записи в трудовой книжке истца оформлены не в соответствии с требованиями закона, имеют ряд исправлений, в соответствии с чем, периоды спорной работы не могут быть приняты к учету для назначения пенсии.

Решением Северодвинского городского суда Архангельской области от 28 марта 2023 г. исковые требования ФИО1 к ОСФР по АО и НАО о возложении обязанности включить периоды в стаж работы в районах Крайнего Севера, взыскании расходов по оплате услуг представителя удовлетворены частично. На ОСФР по АО и НАО возложена обязанность включить ФИО1 в страховой стаж и стаж работы в районах Крайнего Севера период работы с 14 мая 1997 г. по 23 декабря 1998 г., с 24 декабря 1998 г. по 27 декабря 2001 г. С ОСФР по АО и НАО в пользу ФИО1 взысканы расходы по оплате услуг представителя в сумме 20 000 рублей. В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к ОСФР по АО и НАО о взыскании расходов по оплате услуг представителя в размере 11 000 рублей отказано.

С указанным решением не согласился ответчик ОСФР по АО и НАО, в поданной апелляционной жалобе его представитель ФИО3 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В обоснование доводов апелляционной жалобы указывает, что судом при принятии решения неправильно применены нормы материального права. Выражает несогласие с выводами суда в части возложения на ОСФР по АО и НАО обязанности включить в страховой стаж и стаж работы в районах Крайнего Севера периоды работы истца с 14 мая 1997 г. по 23 декабря 1998 г., с 24 декабря 1998 г. по 27 декабря 2001 г. Отмечает, что трудовая книжка истца не принята к рассмотрению в связи с тем, что в отношении записи в трудовой книжке о приеме истца на работу в ООО «<данные изъяты>» в графе 4 отсутствуют сведения о соответствующем приказе (распоряжении) с указанием его даты и номера, на основании которого она внесена. При этом ссылка на контракт от 14 мая 1997 г. без номера не соответствует п. 2.26 Инструкции о порядке ведения трудовых книжек на предприятиях, в учреждениях и организациях, утвержденной постановлением Госкомтруда СССР от 20 июня 1974 г. № 162. Ссылается на то, что последняя расчетная ведомость ООО «<данные изъяты>» была сдана за 2 квартал 1998 г., следовательно, с июля 1998 г. по декабрь 1998 г. общество не вело финансово-хозяйственную деятельность. В отношении записей в трудовой книжке о периоде работы истца в ЗАО «<данные изъяты>» указывает, что в соответствующей графе отсутствуют сведения о приказе (распоряжении) о приеме и увольнении истца с указанием их дат и номеров. Ссылка на контракт от 24 декабря 1998 г. без номера также не соответствует п. 2.26 указанной Инструкции. Кроме того, ЗАО ТД «<данные изъяты>» последняя расчетная ведомость была сдана за 1 квартал 1997 г., движения по расчетному счету организации не было с 4 апреля 1997 г., следовательно, общество не вело финансово-хозяйственную деятельность с апреля 1997 г. Обращает внимание, что в пенсионном деле от истца имеется заявление о назначении пенсии от 28 мая 2015 г., в котором истец обязуется предоставить справки о стаже за спорные периоды работы. В этой связи полагает, что истцу было известно о необходимости дополнительного документального подтверждения трудовой деятельности за указанные периоды, между тем, какие-либо документы в подтверждение работы за спорные периоды в пенсионный орган им представлены не были.

В возражениях на апелляционную жалобу истец просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, считая его законным и обоснованным, апелляционную жалобу – без удовлетворения, ссылаясь на несостоятельность ее доводов.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции истец и представитель ответчика, надлежащим образом в установленном гражданском процессуальном порядке извещенные о времени и месте его проведения, не явились, о причинах своей неявки суду не сообщили, судебное извещение, направленное по указанному истцом адресу места жительства, возвращено отделением почтовой связи за истечением срока хранения. При таких обстоятельствах в соответствии с ч.ч. 3,4 ст. 167, ч. 1 ст. 327 ГПК РФ, учитывая, что применительно к ч. 2 ст. 117 ГПК РФ, абз. 2 п. 1 ст. 165.1 ГК РФ, с учетом положений ч. 4 ст. 1 ГПК РФ, отказ в получении почтовой корреспонденции по указанному истцом адресу места жительства, о чем свидетельствует ее возврат по истечении срока хранения, следует считать надлежащим извещением о слушании дела, судебная коллегия посчитала возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

Изучив материалы дела, заслушав представителя истца ФИО2, поддержавшую представленные возражения, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений относительно нее, проверив законность и обоснованность решения суда в их пределах, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом первой инстанции установлено и из материалов дела следует, что истец ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 8 июля 2020 г. обратился к ответчику с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 32 Федерального закона «О страховых пенсиях».

Решением пенсионного органа от 21 июля 2020 г. в назначении досрочной страховой пенсии по старости отказано ввиду отсутствия требуемого стажа работы в районах Крайнего Севера и страхового стажа, определенных п. 6 ч. 1 ст. 32 Федерального закона «О страховых пенсиях». При этом спорные периоды работы с 14 мая 1997 г. по 23 декабря 1998 г., с 24 декабря 1998 г. по 27 декабря 2001 г. не включены в страховой стаж истца и стаж его работы в районах Крайнего Севера, в связи с имеющимися исправлениями в трудовой книжке.

1 марта 2023 г. решение об отказе в назначении пенсии пенсионным органом пересмотрено, истцу ФИО1 назначена досрочная страховая пенсия по старости в соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» с 8 июля 2020 г.

Разрешая заявленные исковые требования ФИО1, оценив представленные доказательства в их совокупности, с учетом порядка подтверждения страхового стажа и стажа в особых климатических условиях применительно к дате регистрации истца в системе обязательного пенсионного страхования, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в страховой стаж истца и стаж его работы в районах Крайнего Севера, подлежат включению спорные периоды работы.

Вместе с тем, судебная коллегия не может в полной мере согласиться с указанным выводом суда, как не соответствующим обстоятельствам дела, сделанным с нарушением норм пенсионного законодательства.

В соответствии с ч. 1 и ч. 2 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно них. В случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части.

Согласно ст. 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее – Федеральный закон «О страховых пенсиях»), определяющей условия назначения страховой пенсии по старости, право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) (с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к настоящему Федеральному закону).

В силу п. 6 ч. 1 ст. 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 (с учетом переходных положений закона) мужчинам по достижении возраста 60 лет и женщинам по достижении возраста 55 лет (с учетом положений, предусмотренных приложениями 5 и 6 к настоящему Федеральному закону), если они проработали не менее 15 календарных лет в районах Крайнего Севера либо не менее 20 календарных лет в приравненных к ним местностях и имеют страховой стаж соответственно не менее 25 и 20 лет. Гражданам, работавшим как в районах Крайнего Севера, так и в приравненных к ним местностях, страховая пенсия устанавливается за 15 календарных лет работы на Крайнем Севере. При этом каждый календарный год работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, считается за девять месяцев работы в районах Крайнего Севера. Гражданам, проработавшим в районах Крайнего Севера не менее 7 лет 6 месяцев, страховая пенсия назначается с уменьшением возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, на четыре месяца за каждый полный календарный год работы в этих районах. При работе в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, а также в этих местностях и районах Крайнего Севера каждый календарный год работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, считается за девять месяцев работы в районах Крайнего Севера.

В соответствии с приложением 6 к названному Федеральному закону в 2020 г. возраст, по достижении которого возникает право на страховую пенсию в соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 32 настоящего Федерального закона по состоянию на 31 декабря 2018 г., увеличивается на 24 месяца.

В силу ч. 3 ст. 10 Федерального закона от 3 октября 2018 г. №350-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам назначения и выплаты пенсий» гражданам, которые указаны в части 1 статьи 8, пунктах 19 - 21 части 1 статьи 30, пункте 6 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» и которые в период с 01 января 2019 года по 31 декабря 2020 года достигнут возраста, дающего право на страховую пенсию по старости (в том числе на ее досрочное назначение) в соответствии с законодательством Российской Федерации, действовавшим до 01 января 2019 года, либо приобретут стаж на соответствующих видах работ, требуемый для досрочного назначения пенсии, страховая пенсия по старости может назначаться ранее достижения возраста либо наступления сроков, предусмотренных соответственно приложениями 6 и 7 к указанному Федеральному закону, но не более чем за шесть месяцев до достижения такого возраста либо наступления таких сроков.

На основании ч. 2 ст. 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» при назначении страховой пенсии по старости в соответствии с пунктами 2, 6 и 7 части 1 настоящей статьи применяется перечень районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей, применявшийся при назначении государственных пенсий по старости в связи с работой на Крайнем Севере по состоянию на 31 декабря 2001 года.

Согласно ст. 11 Федерального закона «О страховых пенсиях» в страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации лицами, указанными в части 1 статьи 4 настоящего Федерального закона, при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации.

В силу ч. 1 и ч. 2 ст. 14 Федерального закона «О страховых пенсиях» при подсчете страхового стажа периоды, которые предусмотрены статьями 11 и 12 настоящего Федерального закона, до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом от 01 апреля 1996 года № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета за указанный период и (или) документов, выдаваемых работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. При подсчете страхового стажа периоды, которые предусмотрены статьями 11 и 12 настоящего Федерального закона, после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом от 01 апреля 1996 года № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета.

Дата регистрации истца в системе обязательного пенсионного страхования – ДД.ММ.ГГГГ

Таким образом, оспариваемые периоды работы истца имели место как до его регистрации в системе обязательного пенсионного страхования в большей степени, так и после.

Как указано в п. 4 Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утверждённых постановлением Правительства Российской Федерации от 11 июля 2002 г. № 516, которые подлежат применению с учетом постановления Правительства Российской Федерации от 16 июля 2014 г. № 665, в стаж работы, дающей право на досрочное назначение пенсии по старости, засчитываются периоды работы, выполняемой постоянно в течение полного рабочего дня, если иное не предусмотрено настоящими Правилами или иными нормативными правовыми актами, при условии уплаты за эти периоды страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации.

При этом в стаж включаются периоды получения пособия по государственному социальному страхованию в период временной нетрудоспособности, а также периоды ежегодных основного и дополнительных оплачиваемых отпусков (п. 5 указанных Правил).

Правила подсчета и подтверждения страхового стажа, в том числе с использованием электронных документов или на основании свидетельских показаний, устанавливаются в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства РФ от 2 октября 2014 г. № 1015 утверждены Правила подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий, согласно п. 11-12 которых документом, подтверждающим периоды работы по трудовому договору, является трудовая книжка установленного образца (далее – трудовая книжка).

При отсутствии трудовой книжки, а также в случае если в трудовой книжке содержатся неправильные и неточные сведения либо отсутствуют записи об отдельных периодах работы, в подтверждение периодов работы принимаются письменные трудовые договоры, оформленные в соответствии с трудовым законодательством, действовавшим на день возникновения соответствующих правоотношений, трудовые книжки колхозников, справки, выдаваемые работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами, выписки из приказов, лицевые счета и ведомости на выдачу заработной платы.

В случае если трудовая книжка не ведется, периоды работы по трудовому договору подтверждаются письменным трудовым договором, оформленным в соответствии с трудовым законодательством, действовавшим на день возникновения соответствующих правоотношений.

В соответствии с Кодексом законов о труде Российской Федерации, действовавшего до 1 января 2002 г., но на момент работы истца, трудовая книжка является основным документом о трудовой деятельности работника и обязанность по правильному ведению трудовых книжек возложена на работодателя. На момент спорных периодов работы действовала Инструкция о порядке ведения трудовых книжек на предприятиях, в учреждениях и организациях, утвержденная постановлением Госкомтруда СССР от 20 июня 1974 г. № 162, предусматривавшая порядок заполнения трудовых книжек, п. 1.1 которой предусмотрено, что трудовая книжка является основным документом о трудовой деятельности рабочих и служащих.

Перечень документов, необходимых для установления страховой пенсии, установления и перерасчета размера фиксированной выплаты к страховой пенсии с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии, назначения накопительной пенсии, установления пенсии по государственному пенсионному обеспечению, действовавший до 1 января 2022 г., но на момент обращения истца за назначением пенсии, утвержден приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 28 ноября 2014 г. № 958н.

Согласно п.п. «н» п. 12 названного Перечня, для назначения страховой пенсии по старости в соответствии со статьями 30 - 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» в дополнение к документам, предусмотренным пунктами 6 и 7 настоящего перечня, необходимы документы о работе в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях (пункты 2 и 6 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях»).

В силу ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

При этом согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Таким образом, осуществление работы в особых территориальных условиях в течение полного рабочего дня должно подтверждаться соответствующими документами, при чем обязанность по доказыванию указанных обстоятельств возлагается на истца, как на лицо, претендующее на назначение пенсии, по правилам ст.ст. 56, 60 ГПК РФ.

Как следует из записей в трудовой книжке истца, 14 мая 1997 г. истец принят на работу в ООО «<данные изъяты>» <данные изъяты>, основанием внесения записи указан контракт от 14 мая 1997 г., 23 декабря 1998 г. уволен по собственному желанию (приказ № от 22 декабря 1998 г.), 24 декабря 1998 г. принят на работу в ЗАО «<данные изъяты>» <данные изъяты>, основанием внесения записи указан контракт от 24 декабря 1998 г., 27 декабря 2001 г. уволен по собственному желанию (основание внесения записи не указано) (л.д. 41-60).

В материалы дела представлен контракт от 14 мая 1997 г. (л.д. 134), заключенный истцом с ООО «<данные изъяты>», регулирующий трудовые отношения между сторонами, на основании которого работник принимает на себя обязательство выполнять работу в качестве <данные изъяты>, за что нанимателем производится выплата заработной платы два раза в месяц согласно штатного расписания.

Как следует из Кодекса законов о труде Российской Федерации, действовавшего до 1 января 2002 г., но на момент работы истца, регулирование трудовых отношений между работником и работодателем регулировалось трудовым договором (контрактом).

Проанализировав записи в трудовой книжке истца за спорные периоды работы, внесенные в трудовую книжку последовательно в хронологическом порядке, с удостоверением их подписью должностного лица и печатью организации, в совокупности с содержанием контракта от 14 мая 1997 г., суд первой инстанции исходил из того, что сама по себе ссылка на контракты в основание внесения записей в трудовую книжку, что не соответствует Инструкции о порядке ведения трудовых книжек на предприятиях, в учреждениях и организациях, вместе с тем, не свидетельствует о неверности или недостоверности таких сведений, что также не опровергнуто ответчиком, учитывая, что организации, где работал истец, ликвидированы в 2011 г., а документы по личному составу и о их деятельности в архивы не передавались, с чем судебная коллегия соглашается.

Вместе с тем, суд, сославшись на то обстоятельство, что спорные периоды работы истца имели место до 1 января 2002 г., то есть вступления в силу Федерального закона от 17 декабря 2001 г. № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», закрепившего возможность включения в страховой стаж периодов трудовой деятельности при условии начисления за них и уплаты страховых взносов в Пенсионный фонд РФ, а названные организации располагались в г. Северодвинске Архангельской области, отнесенном Перечнем районов Крайнего Севера и местностей, приравненных к районам Крайнего Севера, на которые распространяется действие Указов Президиума Верховного Совета СССР от 10 февраля 1960 г. и от 26 сентября 1967 г. о льготах для лиц, работающих в этих районах и местностях, утвержденным постановлением Совета Министров СССР от 10 ноября 1967 г. № 1029, к районам Крайнего Севера, пришел к выводу о включении спорных периодов в страховой стаж истца и стаж его работы в районах Крайнего Севера, не учтя следующего.

Из материалов наблюдательного дела ООО «<данные изъяты>» следует, что в спорный период работы истца с 14 мая 1997 г. по 23 декабря 1998 г. расчетные ведомости об уплате страховых взносов в Пенсионный фонд РФ с указанием помесячно фонда выплаченной заработной платы работникам сданы организацией только по 2 квартал 1998 г. При предоставлении расчетных ведомостей за 3 и 4 квартал 1998 г. руководителем (директором) указано количество работающих – 1, наличие задолженности по уплате страховых взносов и пени, а также об отсутствии выплаты работникам заработной платы. Не указано на выплату задолженности по заработной плате работникам за прошедшие периоды и в расчетной ведомости за 1 квартал 1999 г.

Выявление пенсионным органом скрытой суммы начисленной оплаты труда за период с 1 октября 1996 г. по 31 декабря 1998 г. в размере <данные изъяты> руб. согласно акту № от 10 марта 1999 г., не опровергает вышеуказанные сведения и не свидетельствует о выплате заработной платы работникам после 30 июня 1998 г.

В последующем, актом пенсионного органа от 28 декабря 2000 г. установлено отсутствие ведения финансово-хозяйственной деятельности ООО «<данные изъяты>» за предшествующий период.

Судебная коллегия полагает, что указанное в совокупности свидетельствует об отсутствии финансово-хозяйственной деятельности организации и невыплате заработной платы работникам, что в свою очередь опровергает факт осуществления истцом трудовой деятельности в ООО «<данные изъяты>» в период с июля 1998 г. по декабрь 1998 г. При этом, вопреки указанному, доказательств фактического выполнения трудовых обязанностей и получения ФИО1 заработной платы за данный период в силу требований ст. 56 ГПК РФ им не представлено.

Как следует из наблюдательного дела ЗАО «<данные изъяты>», согласно расчетным ведомостям организация производила уплату страховых взносов с выплачиваемой заработной платы работников до 31 марта 1997 г., с 1 апреля 1997 г. начисление заработной платы работникам и уплата страховых взносов не производились.

Актом пенсионного органа по результатам проверки ЗАО «<данные изъяты>» от 5 марта 1999 г., с учетом объяснений директора организации ФИО17 от 1 марта 1999 г., уволенного в октябре 1997 г., установлено, что последняя расчетная ведомость представлена за 1 квартал 1998 г. (с указанием на отсутствие выплаты заработной платы работникам), последний баланс в ГОСНи – 1 апреля 1997 г., отсутствует движение по расчетному счету организации с 4 апреля 1997 г., фонд оплаты труда за 1998 г. отсутствует, предприятие прекратило деятельность, все документы по предприятию и печать переданы учредителям в г. Москву, что также подтверждается справками бухгалтера организации ФИО18, представителя предприятия ФИО114.

Согласно акту проверки пенсионного органа от 25 июня 1999 г. ЗАО «<данные изъяты>» не осуществляет финансово-хозяйственную деятельность, предприятие самоликвидировалось без документального оформления.

В опровержение указанных обстоятельств доказательств фактического выполнения трудовых обязанностей и получения заработной платы за период работы в ЗАО «<данные изъяты>» с 24 декабря 1998 г. по 27 декабря 2001 г. в силу требований ст. 56 ГПК РФ истцом также не представлено.

Кроме того, частично спорный период работы истца с 24 декабря 1998 г. по 27 декабря 2001 г. в ЗАО «<данные изъяты>» имел место после его регистрации в качестве застрахованного лица в системе обязательного пенсионного страхования (15 мая 2001 г.).

Как следует из выписки из лицевого счета застрахованного лица по состоянию на момент обращения истца за назначением страховой пенсии по старости, сведения о спорном периоде работы как до, так и после регистрации в системе обязательного пенсионного страхования отсутствуют (л.д. 127-131).

При таком положении оснований для включения в страховой стаж ФИО1 и стаж его работы в районах Крайнего Севера периодов работы с 1 июля 1998 г. по 23 декабря 1998 г., с 24 декабря 1998 г. по 27 декабря 2001 г. у суда первой инстанции не имелось, решение суда в указанной части нельзя признать законным и обоснованным, в связи с чем оно подлежит отмене, с принятием по делу нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 в данной части.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, среди прочего, расходы на оплату услуг представителей.

Как указано в ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

В соответствии с ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В пунктах 10, 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (ч. 1 ст. 100 ГПК РФ). Лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (ч. 4 ст. 1 ГПК РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (ст. 2, 35 ГПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер (п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 13 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1, разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Как следует из материалов дела, истцом при подаче иска уплачена государственная пошлина в размере 300 рублей, а также понесены расходы на оплату услуг представителя в размере 31000 рублей, которые он просил взыскать с ответчика.

Разрешая требования истца о взыскании расходов по оплате услуг представителя, суд первой инстанции, установив, что в рамках договора об оказании юридических услуг от 20 сентября 2022 г. представитель истца ИП ФИО2 составила исковое заявление, представляла интересы доверителя в суде, участвовала в судебных заседаниях, консультировала истца, который оплатил услуги представителя в размере 31 000 рублей, что подтверждается договором об оказании юридических услуг и квитанцией, исходя из принципа разумности, учитывая конкретные обстоятельства дела, степень участия в нем представителя истца, которая давала последовательные пояснения, обосновывала позицию истца, учитывая количество судебных заседаний, небольшую длительность рассмотрения дела, степень сложности спора, объем представленных доказательств, наличие возражений ответчика, суд первой инстанции посчитал возможным удовлетворить ходатайство истца по делу и взыскать с ответчика в его пользу в возмещение расходов на оплату услуг представителя 20 000 рублей.

Каких-либо доводов о несогласии с определенным судом размером взысканных в пользу истца расходов на оплату услуг представителя в апелляционной жалобе ответчиком не приведено, в указанной части решение суда не оспаривается.

Более того, соглашаясь с решением суда в части определенного размера судебных расходов по оплате услуг представителя, подлежащих взысканию с ответчика в пользу истца, судебная коллегия учитывает, что после обращения в суд с настоящим иском, в котором истец также просил назначить ему досрочную страховую пенсию по старости в соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» с 8 июля 2020 г., решение об отказе в назначении пенсии пенсионным органом 1 марта 2023 г. было пересмотрено, истцу ФИО1 назначена досрочная страховая пенсия по старости по указанному основанию с 8 июля 2020 г.

Добровольное частичное удовлетворение исковых требований ФИО1 ответчиком после предъявления иска в суд послужило основанием для отказа истца от иска и прекращения производства по делу в указанной части.

В соответствии с ч. 1 ст. 101 ГПК РФ в случае, если истец не поддерживает свои требования вследствие добровольного удовлетворения их ответчиком после предъявления иска, все понесенные истцом по делу судебные расходы, в том числе расходы на оплату услуг представителя, по просьбе истца взыскиваются с ответчика.

Как следует из п. 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1, при прекращении производства по делу ввиду отказа истца от иска в связи с добровольным удовлетворением его требований ответчиком после обращения истца в суд судебные издержки взыскиваются с ответчика (часть 1 статьи 101 ГПК РФ, часть 1 статьи 113 КАС РФ, статья 110 АПК РФ).

При таких обстоятельствах, с ответчика в пользу истца в соответствии со ст.ст. 98, 100 ГПК РФ, подп. 3 п. 1 ст. 333.19 НК РФ подлежат взысканию судебные расходы по уплате государственной пошлины, понесенные при подаче иска, в размере 300 рублей, а также судебные расходы по оплате услуг представителя в сумме 20 000 рублей, в удовлетворении требований истца о взыскании расходов по оплате услуг представителя в остальной части надлежит отказать.

Руководствуясь ст. ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Северодвинского городского суда Архангельской области от 28 марта 2023 г. отменить в части, принять по делу новое решение, которым исковые требования ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Архангельской области и Ненецкому автономному округу о возложении обязанности включить периоды в страховой стаж и стаж работы в районах Крайнего Севера, взыскании расходов по оплате услуг представителя удовлетворить частично.

Обязать Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Архангельской области и Ненецкому автономному округу (ИНН №, КПП №, ОГРН №, ОКПО №) включить в страховой стаж ФИО1 (СНИЛС №) и в стаж его работы в районах Крайнего Севера период работы с 14 мая 1997 г. по 30 июня 1998 г.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Архангельской области и Ненецкому автономному округу о включении периодов в страховой стаж и стаж работы в районах Крайнего Севера в остальной части отказать.

Взыскать с Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Архангельской области и Ненецкому автономному округу (ИНН №, КПП №, ОГРН №, ОКПО №) в пользу ФИО1 (СНИЛС №) судебные расходы по оплате услуг представителя в сумме 20 000 рублей, судебные расходы по уплате государственной пошлины, понесенные при подаче иска, в размере 300 рублей, всего взыскать 20 300 (Двадцать тысяч триста) рублей.

В удовлетворении требований ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Архангельской области и Ненецкому автономному округу о взыскании расходов по оплате услуг представителя в остальной части отказать.

Председательствующий

Е.М. Бланару

Судьи

А.В. Зайнулин

Р.С. Сафонов