РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 октября 2022 года г. Новомосковск Тульской области

Новомосковский районный суд Тульской области в составе:

председательствующего Королевой А.А.,

при секретаре Якушиной О.А.,

с участием старшего помощника Новомосковского городского прокурора Данилиной Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2239 по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Тульской области о взыскании компенсации морального вреда в прядке реабилитации, причиненного незаконным уголовным преследованием,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Тульской области о взыскании компенсации морального вреда в прядке реабилитации, причиненного незаконным уголовным преследованием.

В обоснование исковых требований указал, что приговором Новомосковского городского суда Тульской области от 24 июня 2015 года он оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 30, ч. 5 ст. 228.1 УК РФ на сновании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления и за ним признано право на реабилитацию. Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Тульского областного суда от 21 октября 2015 года приговор Новомосковского городского суда Тульской области от 24 июня 2015 года в части его осуждения по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ отменен, производство по делу в указанной части прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления и за ним в указанной части признано право на реабилитацию. Считает, что незаконным осуждением ему причинен моральный вред, выразившийся в том, что он на протяжении длительного периода времени всеми силами был вынужден доказывать свою невиновность, в ожидании возможного назначения наказания в виде пожизненного лишения свободы, разлада в отношениях с семьей, ухудшении здоровья в виде физической и душевной боли, потери веры в судебную систему России, государственный строй. Считает, что размер компенсации морального вреда следует исчислять из его средней заработной платы в должности мастера путем НАК «Азот». Просит взыскать с Министерства финансов Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере 400000 руб.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дела в его отсутствие, исковые требования поддержал и просил удовлетворить.

Представитель ответчиков Министерства финансов Российской Федерации, Управления Федерального казначейства по Тульской области по доверенности ФИО2 в судебное заседание не явилась, о месте и времени судебного разбирательства извещена надлежащим образом, исковые требования не признала, указав, что вынесение оправдательного приговора является одним из оснований для реабилитации только в случае, когда подсудимый полностью оправдан по предъявленному ему обвинению и не осужден к лишению свободы по другому обвинению. Исключение же из обвинения двух эпизодов, постановившим обвинительный приговор, само по себе не является реабилитирующим обстоятельством. В материалах дела доказательств, позволяющих оценить степень нравственных и физических страданий истца, не имеется; причинно-следственная связь между действиями правоохранительных органов и причинением истцу морального вреда не установлена; сумма, указанная в исковом заявлении не соответствует требованиям разумности и справедливости, является приблизительной и не основана на каких-либо доказательствах. Считает, что законных оснований для удовлетворения заявленных истцом требований о компенсации морального вреда не имеется.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ, суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие сторон.

Суд, выслушав старшего помощника Новомосковского городского прокурора, полагавшего об удовлетворении требований истца с учетом разумности и справедливости, приходит к следующему.

ФИО1 приговором <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> на сновании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления и за ним признано право на реабилитацию. Он же признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных <данные изъяты> и ему назначено наказание: по <данные изъяты> в виде <данные изъяты> лет лишения свободы; по <данные изъяты> в виде <данные изъяты> лет лишения свободы. В соответствии с <данные изъяты> по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний окончательно назначено наказание в виде <данные изъяты> лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Срок наказания исчисляется с 24 июня 2015 года, с зачетом времени предварительного содержания под стражей с 29 октября 2014 года по 23 июня 2015 года включительно.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Тульского областного суда от 21 октября 2015 года приговор <данные изъяты> от 24 июня 2015 года изменен. Приговор в части осуждения по <данные изъяты> отменен, производство по делу в указанной части прекращено на основании <данные изъяты> за отсутствием в деянии состава преступления и за ФИО1 в указанной части признано право на реабилитацию. Исключено из приговора указание о назначении ФИО1 наказания по правилам ч. 3 ст. 69 УК РФ. В остальной части приговор оставлен без изменения.

В соответствии со ст. 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

На основании ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу абз. 3 ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Согласно п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В соответствии с пунктами 34, 35 ст. 5 УПК РФ реабилитация в уголовном процессе означает порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда. Реабилитированный - это лицо, имеющее право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием.

В силу ч. 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах.

Частями 2 и 3 ст. 133 УПК РФ установлено, что право на реабилитацию, в том числе на возмещение вреда, имеют подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор, подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения; лица, уголовное преследование в отношении которых было прекращено за отсутствием события преступления, отсутствием состава преступления, за непричастностью лица к совершению преступления и по некоторым другим основаниям, а также лица, в отношении которых было отменено незаконное или необоснованное постановление суда о применении принудительной меры медицинского характера.

Таким образом, право на реабилитацию, включающее в себя право на устранение последствий морального вреда, имеют не только лица, полностью оправданные по предъявленному им обвинению, но в ряде случаев и лица, уголовное преследование в отношении которых прекращено по части предъявленного обвинения.

В соответствии с п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 УПК РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», исходя из положений Конституции Российской Федерации о праве каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, и п. 4 ч. 2 ст. 133 УПК РФ, право на реабилитацию имеет не только лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным ч. 2 ст. 133 УПК РФ, по делу в целом, но и лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по указанным основаниям по части предъявленного ему самостоятельного обвинения (например, при прекращении уголовного дела за отсутствием состава преступления, предусмотренного ст.105 УК РФ, при обвинении в убийстве и краже).

Мера пресечения ФИО1 изначально избиралась в связи с совершением преступления, за которое он был осужден.

Весь срок содержания ФИО1 под стражей засчитан в срок отбытия наказания за совершенное им преступление.

Общеизвестно, что в связи с уголовным преследованием человек испытывает психологический дискомфорт, что является естественной реакцией на данную ситуацию. В период применения мер пресечения, особенно в случае заключения под стражу, граждане ограничиваются в правах, лишаются возможности постоянного общения с родными и знакомыми, значительно снижается степень комфортности быта.

С момента предъявления обвинения и до вынесения судебного решения о прекращении уголовного преследования, ФИО1 находился под бременем ответственности за преступление, которое он фактически совершил, а также за преступления, состав которых в действиях истца отсутствовал. Истец должен был понимать, что негативные последствия, связанные с привлечением к уголовной ответственности и с лишением свободы, являются не только результатом неправомерного привлечения к уголовной ответственности, но и прямым следствием его преступного деяния.

В данном случае представляется возможным разграничить степень нравственных страданий, вызванных уголовным преследованием.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред реабилитированному лицу, но и не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

При этом суд обращает внимание, что обязанность по соблюдению, предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Учитывая, длительность уголовного преследования, характер и степень причиненных ему в связи с этим нравственных страданий, суд считает заявленный иск в размере 400000 руб. завышенным, и, принимая во внимание, что человеческие страдания невозможно оценить в денежном выражении, компенсация морального вреда не преследует цель восстановить прежнее положение потерпевшего, поскольку произошло умаление неимущественной сферы гражданина, а лишь максимально сгладить негативные изменения в психической сфере личности, полагает, что с учетом принципа справедливости и разумности, в счет компенсации морального вреда в пользу истца подлежит взысканию сумма в размере 65000 руб., что соразмерно последствиям неправомерного уголовного преследования.

Судом не могут быть приняты во внимание доводы ответчиков о том, что в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие причинение истцу физических и нравственных страданий, поскольку сам факт незаконного уголовного преследования, является основанием для компенсации морального вреда, поскольку предполагает причинение нравственных страданий.

При указанных обстоятельствах исковые требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда в прядке реабилитации, причиненного незаконным уголовным преследованием, подлежат частичному удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Тульской области о взыскании компенсации морального вреда в прядке реабилитации, причиненного незаконным уголовным преследованием, удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес> компенсацию морального вреда в размере 65000 (Шестидесяти пяти тысяч) руб.

В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать.

Решение может быть обжаловано в Тульский областной суд путем подачи апелляционной жалобы в Новомосковский районный суд Тульской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение суда в окончательной форме изготовлено 14 октября 2022 года.

Председательствующий