УИД №<...>
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
05 декабря 2022 г. г. Балтийск
Балтийский городской суд Калининградской области в лице судьи Чолий Л.Л.,
при секретаре Берестовой Ю.С.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №<...> по иску ФИО1 к ФИО2 о признании утратившей право пользования жилым помещением,
установил :
Истец обратился в суд с иском к ФИО2 о признании утратившей право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <...>.
В обоснование иска истец указал, что на основании договора безвозмездной передачи жилого помещения в собственность в порядке приватизации от 06.03.2003, он и его сестра ФИО3 являются долевыми собственниками квартиры, расположенной по адресу: <...>. В указанной квартире зарегистрирована его дочь ФИО2, которая была вселена в 2008 году в указанное жилое помещение в качестве члена его семьи, в период времени, когда он состоял в браке с Е.Н.И.., что на настоящий момент создает препятствие в реализации полномочий собственников жилого помещения.
После расторжения брака с Е.Н.И.. последняя вместе с дочерью выехала из спорного жилого помещения, вывезя все принадлежащие им вещи.
Ответчик и второй собственник до совершеннолетия ФИО2 не предпринимали попыток решить вопрос о ее снятии с регистрационного учета, однако после того, как ФИО2 достигла совершеннолетия, предложили ей в добровольном порядке сняться с регистрационного учета, при этом ответчица изначально не возражала против этого, но после поступившего предложения перестала общаться с ними. Вместе с тем, ни до достижения совершеннолетия, ни после ФИО2 желания проживать в спорном жилом помещении никогда не высказывала, расходов по содержанию жилого помещения не несла.
В судебном заседании истец настаивает на исковых требованиях, указав, что после того, как он и его сестра ФИО3 (ранее имевшие фамилию Баданеу) остались без попечения родителей, спорное жилое помещение 13.03.2000 было закреплено за ними. Затем, 06.03.2003 между администрацией Балтийского городского округа и ФИО4, ФИО5 был заключен договор передачи квартиры, расположенной по адресу: <...>, в собственность истца и его сестры.
Впоследствии, после вступления в брак с Е.Н.И. и рождения у них дочери ФИО2, последняя была зарегистрирована по указанному адресу и проживала там до момента расторжения брака между ФИО1 и Е.Н.И.., после чего Е.Н.И. и дочь выехали в соседний многоквартирный дом, расположенный по адресу: <...>, где с 2008 года зарегистрирована Е.Н.И..
С этого времени дочь проживала с матерью по указанному адресу, намерений после исполнения ей 14 лет вселяться в жилое помещение, в котором она зарегистрирована, не изъявляла, как и ее мать.
После наступления совершеннолетия также никаких действий для совместного проживания с собственниками спорного жилого помещения не предпринимала и фактически у истца была утрачена связь с дочерью, которая в настоящее время не является членом его семьи.
Третье лицо на стороне истца – ФИО3 полностью поддержала исковые требования ФИО1, указав, что после того, как она предложила в марте 2022 года ответчице сняться с регистрационного учета из спорного жилого помещения, объяснив причину такой необходимости, ФИО2 перестала выходить с ней на связь, хотя ранее у них сложились приятельские отношения. Вместе с тем и после произошедшего в марте 2022 года она встречалась с ответчицей, и последняя не высказывала своего желания проживать в спорном жилом помещении. ФИО3 также ссылается на то, что обращение в суд с иском вызвано тем, что они с истцом желают распорядиться своим имуществом, а именно продать его. Также ФИО3 указала, что ответчица проживает вместе со своей матерью по адресу: <...>, и доводы о том, что ФИО2 в связи с обучением в городе <...> не может в настоящее время переехать в спорное жилое помещение, являются несостоятельными.
Ответчица в суд не явилась, в адрес суда направила письменные возражения, в которых с иском истца не согласна, при этом ссылается на то, что на момент <...> являлась несовершеннолетним ребенком и вынуждена была покинуть спорное жилое помещение в связи с расторжением брака между истцом и её матерью Е.Н.И.. Ее выезд носит вынужденный характер, вызванный конфликтными, неприязненными отношениями в семье. Истец же, в свою очередь, полностью после расторжения брака прекратил общение с ней, доступ в спорное жилое помещение для нее был полностью закрыт, так как сразу после её выезда истец сменил входную дверь и замки, а впоследствии на протяжении последних лет истец сам не проживал в спорном жилом помещении и сдавал его в наём, чем опять же препятствовал её доступу в помещение. На момент достижения совершеннолетия (<...>) она является студенткой очного отделения Калининградского Государственного Технического Университета и в связи с большой учебной нагрузкой не может заниматься трудовой деятельностью и материально обеспечивать себя, то есть полностью находится на иждивении своей матери, которая не имеет в собственности жилья, что, в свою очередь, не позволяет ответчице быть обеспеченной иным жилым помещением, кроме спорного.
Кроме того, ответчица настаивает на том, что в ее адрес не поступало требований истца о добровольном снятии с регистрационного учета, то есть истец не представил суду доказательств, свидетельствующих об обращении в досудебном порядке с требованиями об оплате коммунальных услуг. Каких-либо постановлений о взыскании с ответчика задолженности истцом также не представлено.
ФИО2 считает, что она не нарушает прав собственников спорного жилого помещения, не создает препятствий в пользовании и распоряжении данным помещением и наоборот ей были созданы непреодолимые для несовершеннолетнего ребенка, которым она являлась по <...>, препятствия в пользовании спорным жилым помещением.
Заслушав пояснения стороны истца, показания свидетелей, изучив материалы дела, суд приходит к следующим выводам:
Как установлено судом и следует из материалов дела, <...> на основании Постановления Главы Балтийского городского округа Калининградской области №<...> за несовершеннолетними ФИО1 (ФИО1) и ФИО3 (ФИО3), как детьми, оставшимися без попечения родителей, было закреплено жилое помещение, расположенное по адресу: <...> (л.д. <...>).
ФИО1 и ФИО3 являются собственниками спорного жилого помещения по ? доли каждый на основании договора передачи квартиры в собственность граждан от 06.03.2003 (л.д. <...>).
В квартире наравне с истцом зарегистрирована ФИО3 и ответчица ФИО2
Также судом установлено, что ФИО2 является дочерью ФИО1 и Е.Н.И.., состоявших в браке с <...> по <...> (л.д. <...>).
В 2008 году ФИО1 и Е.Н.И. совместно с несовершеннолетней дочерью проживали в спорном жилом помещении, однако после расторжения брака Е.Н.И.. вместе с дочерью выехали из вышеуказанного жилого помещения по адресу: <...>, где зарегистрирована по месту жительства Е.Н.И. (мать ответчицы) и, где до настоящего времени проживает ФИО2
Согласно части 1 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника.
Члены семьи собственника жилого помещения имеют право пользования данным жилым помещением наравне с его собственником, если иное не установлено соглашением между собственником и членами его семьи. Члены семьи собственника жилого помещения обязаны использовать данное жилое помещение по назначению, обеспечивать его сохранность (часть 2 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации).
В силу части 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации, в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи. Если у бывшего члена семьи собственника жилого помещения отсутствуют основания приобретения или осуществления права пользования иным жилым помещением, а также если имущественное положение бывшего члена семьи собственника жилого помещения и другие заслуживающие внимания обстоятельства не позволяют ему обеспечить себя иным жилым помещением, право пользования жилым помещением, принадлежащим указанному собственнику, может быть сохранено за бывшим членом его семьи на определенный срок на основании решения суда. При этом суд вправе обязать собственника жилого помещения обеспечить иным жилым помещением бывшего супруга и других членов его семьи, в пользу которых собственник исполняет алиментные обязательства, по их требованию.
В пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации" разъяснено, что по общему правилу, в соответствии с частью 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации, в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением собственника с бывшим членом его семьи. Это означает, что бывшие члены семьи собственника утрачивают право пользования жилым помещением и должны освободить его (часть 1 статьи 35 Жилищного кодекса Российской Федерации).
По смыслу частей 1 и 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации, к бывшим членам семьи собственника жилого помещения относятся лица, с которыми у собственника прекращены семейные отношения. При этом бывшими членами семьи собственника жилого помещения могут быть признаны лица независимо от степени их родства с собственником при условии прекращения между ними семейных отношений. Вопрос о признании лица бывшим членом семьи собственника жилого помещения при возникновении спора решается судом с учетом конкретных обстоятельств каждого дела.
Таким образом, применительно к спорным жилищным правоотношениям правовое значение имеет наличие семейных отношений между сторонами, при этом положения статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации не препятствуют возможности признания судами совершеннолетних граждан - детей собственника жилого помещения утратившими право пользования данным жилым помещением ввиду прекращения семейных отношений между ними и собственником жилого помещения.
При таких обстоятельствах, с учетом подлежащих применению к спорным отношениям норм материального права, регулирующих спорные правоотношения, юридически значимыми, подлежащими выяснению и доказыванию для разрешения иска ФИО1 являются обстоятельства, касающиеся наличия между сторонами спора семейных отношений применительно к положениям части 1 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации, соглашения между сторонами спора в отношении пользования спорным жилым помещением и, в зависимости от установления этих обстоятельств, наличие оснований для признания ответчика утратившим право пользования спорным жилым помещением.
В силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.
В соответствии с пунктом 1 статьи 63 Семейного Кодекса Российской Федерации родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей. При этом родительские права, предусмотренные настоящей главой (глава 12), прекращаются, в том числе по достижении детьми возраста восемнадцати лет (совершеннолетия) (пункт 2 статьи 61 Семейного Кодекса Российской Федерации).
Таким образом, каждый несовершеннолетний ребенок, реализуя свое право на совместное проживание с законными представителями, имеет право пользования жилым помещением законных представителей и приобретает право на ту жилую площадь своих родителей, которая определяется им в качестве места жительства соглашением родителей, а при наличии одного родителя волеизъявлением последнего. При этом законные представители могут воспользоваться своим правом свободного выбора места жительства, но местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, или граждан, находящихся под опекой, признается место жительства их законных представителей - родителей, усыновителей или опекунов (пункт 2 статьи 20 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Исходя из положений действующего жилищного законодательства, а также статьи 20 ГК РФ несовершеннолетние дети приобретают право на ту жилую площадь, которая определяется им в качестве места жительства соглашением родителей. Такое соглашение выступает предпосылкой вселения ребенка в конкретное жилое помещение.
Действительно, дети приобретают право на жилую площадь, определяемую им в качестве места жительства соглашением родителей, форма которого законом не установлена. Заключение такого соглашения, одним из доказательств которого является регистрация ребенка в жилом помещении, выступает предпосылкой приобретения ребенком права пользования данным жилым помещением, вне зависимости от факта вселения и проживания в нем ребенка, в силу того, что несовершеннолетние дети не имеют возможности самостоятельно реализовать право на проживание в конкретном жилом помещении.
Между тем, такое право не является бессрочным и может быть признано утраченным по приведенным выше основаниям, что, по мнению суда, в рассматриваемой ситуации и имело место.
В силу ч. 2 ст. 20 ГК РФ по месту жительства родителей определяется место жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, т.е. по достижению четырнадцатилетнего возраста, исходя из требований ст. ст. 20, 21, 26 ГК РФ, несовершеннолетний в возрасте от 14 до 18 лет может самостоятельно избирать место жительства с согласия законных представителей.
Из приведенных норм права, следует, что проживание несовершеннолетних детей, не достигших возраста четырнадцати лет, отдельно от своих родителей не допускается, а по достижении указанного возраста ими может быть избрано и другое место жительства - отличное от проживания своих родителей.
Так ФИО2 на момент выезда из спорного жилого помещения исполнилось только 9 лет и, как следствие, ей на основании соглашения своих родителей в качестве её места жительства было определено вышеуказанное жилое помещение.
<...> ответчице исполнилось 14 лет, однако до своего совершеннолетия ФИО2 (и её законный представитель Е.Н.И..) не ставили вопрос перед собственниками жилого помещения о желании ответчицы проживать в указанном жилом помещении, при этом суд исходит из того, что ФИО2 имела реальную возможность разрешить этот вопрос с 2018 года до своего совершеннолетия, так и после своего совершеннолетия, зная о том, что фактически ни истец, ни третье лицо не проживают в этом жилом помещении.
Данные обстоятельства подтверждены, как пояснениями истца, третьего лица, так и показаниями свидетелей Г.Л.И.., П.Г.М.. и С.Е.В..
Так, П.Г.М.., которая до 2019 года бывала в гостях у прабабушки и прадедушки (по отцовской линии) ФИО2, в том числе и в тот период времени, когда у них в гостях бывала ответчица, указала в суде, что знает ФИО1, ФИО3 и ФИО2 с детства, однако никогда не слышала ни от родственников ФИО1, ни от самой девочки о том, что у ФИО2 сложились плохие отношения со своим отцом и его сестрой, что не позволяло ей после достижения 14 лет выбрать местом жительства спорное жилое помещение.
Свидетель С.Е.В. в суде пояснила, что после вступления в брак с ФИО1 они проживали в спорной жилой квартире, и его дочь была частым гостем у них, поскольку проживала в соседнем доме и зачастую приходила гулять во двор их многоквартирного дома и, когда отец приходил с работы, то заходила к ним, ей давали деньги на всякие мелкие покупки, в хороших отношениях была с сестрой ФИО1, а также раньше часто приходила в гости и играла с их несовершеннолетним ребенком (сестрой по отцу).
Свидетель Г.Л.И.. в суде указала, что ни ФИО2, ни ее мать, начиная с того периода времени, когда она вместе со своей семьей вселилась в спорное жилое помещение по договору найма и до настоящего времени, не приходили в квартиру, не предъявляли претензий по поводу желания ответчицы проживать в жилом помещении.
При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу, что ФИО2 желания проживать по месту жительства своего отца не изъявляла, не предпринимала таких попыток реализации своего права пользования спорным жилым помещением, в том числе после обращения истца в суд. Само по себе обучение ФИО2 в настоящее время в городе <...> не лишало ее возможности сделать данный выбор и не свидетельствует о вынужденности временного проживания по месту ее учебы, поскольку последняя в своих возражениях подтвердила, что и в период учебы она проживает в квартире по месту регистрации ее матери, то есть в городе <...>, где находится и спорная квартира.
Несмотря на доводы ФИО2 о наличии конфликтных отношений с отцом, что явилось, по ее мнению, причиной невозможности совместного проживания с ним, доказательств в подтверждение этих обстоятельств не представлено, при этом суд учитывает, что ФИО2 неоднократно разъяснялась обязанность по представлению таковых доказательств и последствия их непредставления (ст. 56, 68, 327.1 ГПК РФ).
Ссылка заявителя в письменных возражениях на наличие со стороны истца препятствий в пользовании спорной квартирой является надуманной, поскольку никаких доказательств существования таких обстоятельств до обращения истца в суд с настоящим иском, так и на момент рассмотрения данного иска не представлено.
Вместе с тем, само указание ФИО2 в письменной позиции на тот факт, что она с момента достижения своего совершеннолетия не общается с отцом, подтверждает пояснения истца об утрате с ней семейных отношений.
Таким образом, вопреки утверждениям ответчицы, ее отсутствие в спорной квартире нельзя признать временным и вынужденным, и на момент обращения истца с иском она не является его членом семьи, что является обязательным условием для отказа истцу в иске о признании утратившим право пользования спорным жилым помещением бывшего члена семьи собственника.
Отсутствие доказательств досудебного урегулирования спора, не является основанием к отказу истцу в иске.
Соглашение о порядке пользования жилым помещением, находящимся в собственности истца и третьего лица, между бывшими членами семьи не достигнуто и оснований для сохранения за ФИО2 права пользования спорным жилым помещением в порядке, предусмотренном ч. 4 ст. 31 ЖК РФ, не имеется, при этом суд учитывает, что в силу ч. 2 ст. 1 ЖК РФ граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права, а из материалов дела следует, что ответчица проживает по месту регистрации ее матери.
Доказательств того, что ответчица несла расходы на содержание вышеуказанного жилого помещения, не представлено, а ее доводы об отсутствии у нее самостоятельных доходов на настоящий момент не могут служить обстоятельством для отказа истцу в иске, поскольку ответчица по достижении совершеннолетия самостоятельно распоряжается своими правами и обязанностями.
Изложенные выше обстоятельства позволяют суду сделать окончательный вывод о том, что ответчик избрал иное место жительства, утратив право пользования спорной квартирой, а регистрация по адресу спорной квартиры носит формальный характер.
Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании утратившей право пользования жилым помещением, удовлетворить.
Признать ФИО2 (СНИЛС №<...>) утратившей право пользования жилым помещением по адресу: <...>.
Настоящее решение является основанием для снятия ФИО2 (СНИЛС №<...>) с регистрационного учета по адресу: <...>.
Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Калининградский областной суд через Балтийский городской суд Калининградской области в течение месяца со дня вынесения решения суда в окончательной форме.
Судья: Л.Л. Чолий
Мотивированное решение изготовлено 12.12.2022.