Председательствующий Панфилова О.Д. Дело № 22-4808/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 2 августа 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда в составе: председательствующего Калинина А.В.,

судей Кузнецовой М.В., Мироновой Ю.А.,

при ведении протокола помощником судьи Апёнкиной А.А.

с участием прокуроров апелляционного отдела прокуратуры Свердловской области Грачевой М.С., ФИО1,

осужденного ФИО2,

его защитника – адвоката Кириловой М.М.,

осужденной ФИО3,

ее защитника – адвоката Афанасьевой Е.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи уголовное дело по апелляционному представлению заместителя прокурора Октябрьского района г. Екатеринбурга Золотова К.А., апелляционным жалобам адвокатов Кириловой М.М., Афанасьевой Е.В. на приговор Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 06 марта 2023года в отношении ФИО2 и ФИО4.

Заслушав доклад судьи Калинина А.В., выступления сторон, судебная коллегия

установила:

указанным приговором ФИО2, родившийся <дата> в <адрес>, осужден по п. «а» ч. 3 ст. 193.1 УК РФ к 5 годам 1 месяцу лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, со штрафом в размере 500000 рублей,

постановлено срок наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу, зачесть в срок наказания время содержания ФИО2 под стражей с 06 марта 2023 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима;

ФИО4, родившаяся <дата> в <адрес>, осуждена по п. «а» ч. 3 ст. 193.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к 3 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима со штрафом в размере 200000 рублей, на основании ст. 82 УК РФ отбывание наказания в виде лишения свободы отсрочено до достижения ее ребенком – В.П., родившемся <дата>, четырнадцатилетнего возраста.

ФИО2 и ФИО4 признаны виновными в совершении валютных операций по переводу денежных средств в иностранной валюте на банковские счета нескольких нерезидентов с представлением кредитным организациям, обладающим полномочиями агентов валютного контроля, документов, связанных с проведением таких операций и содержащих заведомо недостоверные сведения об основаниях, о целях и назначении переводов, группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере.

В апелляционном представлении заместитель прокурора Октябрьского района г.Екатеринбурга Золотов К.А., не оспаривая виновность осужденных и квалификацию деяний, просит приговор изменить.

Отмечает, что при описании деяния судом неверно указано на совершение 26 июля 2017 года по внешнеэкономическому контракту № 218 от 17 мая 2017 года второй операции по перечислению 5007 евро (348990 рублей 40 копеек в эквиваленте к рублю). Исходя из материалов дела, данная операция совершалась единожды, общая сумма переведенных денежных средств составила 116545191 рубль 01 копейка. Полагает, что данное указание о совершении второй операции по переводу денежных средств подлежит исключению из описательно-мотивировочной части приговора.

Просит исключить ссылку на учет в качестве смягчающего наказание обстоятельства наличие у ФИО2 несовершеннолетнего ребенка по ч.2 ст. 61 УК РФ, признать смягчающим наказание обстоятельством наличие у него на момент совершения преступления троих малолетних детей по п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Считает, что при назначении ФИО3 наказания суд неправомерно применил ст. 64 УК РФ, просит указанную статью исключить, усилить назначенное наказание до 5 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима; исключить указание о назначении ФИО3 дополнительного наказания в виде штрафа в размере 200000 рублей, поскольку осужденная является не работающей, фактически находилась на иждивении ФИО2

Просит зачесть в срок лишения свободы в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст.72 УК РФ время задержания осужденных: ФИО3 – 29 апреля 2020 года, ФИО2 – 29 и 30 апреля 2020 года, уточнить, что допросы ФИО2 происходили в 2020 году.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней защитник В.И.ОБ.– адвокат Кирилова М.М. просит приговор отменить, ФИО2 оправдать.

Считает, что вывод суда о виновности ФИО2 в совершении преступления не соответствует фактическим обстоятельствам дела, основан на недопустимых доказательствах: ответах ОНЦБ Интерпола, рапортах оперуполномоченного об обнаружении признаков преступления, протоколах выемок валютных досье, протоколах осмотра изъятых документов, заключениях экспертов, установивших ущерб по каждому контракту, показаниях осужденных и свидетелей А.И., И., Ч.(М.), Ж., М., данных на предварительном следствии и оглашенных в суде. Данные в ходе судебного заседания показания свидетелей В., П.Н., Т., П.А., П.В., А.Д., К.В., Р.А., С., досье валютного контроля, изъятое в ходе выемки, заключения экспертов не подтверждают факт совершения ФИО2 и ГомзяковойИ.Ю. незаконных валютных операций, не доказывают подложность сведений, предоставленных в банк.

Вывод суда о том, что ООО «Креол-Тревел» не занималось туристической деятельностью, опровергается имеющимися в деле доказательствами: показаниями свидетелей М., Ч.(М.), П.Н., П.В., П.А., К.В., В. о реальном оказании фирмой туристических услуг, которые не получили надлежащей оценки в приговоре; ответами туристических операторов; договором между ООО «Креол-Тревел» и ООО «САМО-софт» о приобретении программ для формирования туров; актом об оказанных услугах о приобретении ООО «Креол-Тревел» дополнительного модуля Турвизора; свидетельством о внесении сведений о туроператоре в Единый федеральный реестр туроператоров; договором страхования гражданской ответственности туроператора; агентскими договорами, договорами с контрагентами, платежными поручениями; документами об участии ООО «Креол-Тревел» в ассоциации туроператоров, туристической выставке, иными документами, которые не были учтены судом.

Суд не принял во внимание показания подсудимых о том, что операции с валютой производились их работником К.С., необоснованно отверг показания свидетелей В. и П.А., поскольку в дружеских отношениях с ГомзяковойИ.Ю. они не состоят; не учел тот факт, что ООО «Креол-Тревел» имело представительство в г.Москве, работу в котором осуществляла менеджер Р.. Допрос указанного свидетеля судом произведен не был, исследованная справка о доходах оценки не получила.

В судебном заседании установлено, что в момент совершения не менее 14 валютных операций осужденные находились за пределами г.Екатеринбурга. Судом не проверено алиби ФИО3 о невозможности совершения ею банковской операции 22 мая 2017 года ввиду её нахождения в больнице.

В приговоре не установлено место совершения преступления, поскольку операции по переводу денежных средств осуществлялись с двух ip-адресов, зарегистрированных по разным почтовым адресам. При этом, по мнению адвоката, суд, указав, что преступление совершалось не только в месте, указанном в обвинительном заключении, но и в других неустановленных местах, увеличил объем предъявленного обвинения.

Заявляет о нарушении подсудности рассмотрения уголовного дела, поскольку последняя операция была совершена 07 февраля 2018 года с ip-адреса, зарегистрированного в Чкаловском районе г.Екатеринбурга.

Вопреки требованиям ч. 1 ст. 18 УПК РФ приговор постановлен на основании документов на иностранном языке.

Заявляет о нарушении права ФИО2 на защиту, поскольку на предварительном следствии защиту обоих обвиняемых, интересы которых, по мнению следствия и суда, противоречат друг другу, осуществлял один адвокат, кроме того, был нарушен порядок назначения адвокатов в качестве защитников в порядке ст. 51 УПК РФ.

Приведенные в приговоре выводы суда основаны на предположениях. Ни один свидетель по уголовному делу не давал показаний о том, что валютными счетами, открытыми в АО «НС Банк», распоряжались осужденные. Вывод суда, что запросы в ОНЦБ Интерпола и ответы на них даны на основании представленных в банк инвойсов, в которых содержатся сведения о периодах нахождения туристов на отдыхе, не основан на материалах дела.

Суд необоснованно отказал в удовлетворении заявленных стороной защиты ходатайств об исследовании вещественных доказательств, о вызове и допросе в качестве свидетелей лиц, подписавших контракты от лица нерезидентов, а также начальника службы безопасности ООО «Урал-Австро-Инвест» С.Н.; уклонился от рассмотрения ходатайства об исключении доказательств, полученных с нарушением закона, – результатов оперативно-розыскных мероприятий, заключений экспертов, протоколов выемки; обосновал выводы, изложенные в приговоре, неисследованными в судебном заседании доказательствами (т.10, л.д.195-198).

Отмечает, что протоколы допросов ФИО2 от 29 и 30 апреля 2020 года являются недопустимыми доказательствами, получены с нарушениями требований УПК РФ. Показания даны ФИО2 под давлением сотрудников правоохранительных органов, без участия адвоката, сведения в протокол заносились оперативными сотрудниками, осужденные самостоятельно показания не давали; обыск, произведенный в жилище ФИО2, признан судом незаконным. Доводы стороны защиты о применении в отношении ФИО2 недозволенных методов следствия стороной обвинения не опровергнуты.

Указывает на наличие существенных нарушений уголовно-процессуального закона. Полагает, что судом нарушена тайна совещательной комнаты, поскольку в момент нахождения в совещательной комнате судья вынесла определение о назначении административного дела к судебному разбирательству (№ 2а-2222/2023). Протокол судебного заседания не соответствует реальному ходу судебного заседания, искажает показания свидетелей. Заявляет о нарушении порядка представления доказательств при рассмотрении дела в суде.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней защитник ГомзяковойИ.Ю. – адвокат Афанасьева Е.В. в обосновании апелляционной жалобы приводит доводы, аналогичные доводам апелляционной жалобы адвоката Кириловой М.М.

Кроме того, указывает, что вывод о виновности ФИО3 в совершении преступления является несостоятельным, стороной обвинения не опровергнуто алиби осужденной о том, что в указанное в обвинительном заключении время она не могла находиться по адресу: <...>, и выполнять действия, составляющие объективную сторону состава преступления, что подтверждается представленными документами. Суд данным сведениям надлежащей оценки не дал, изменил предъявленное обвинение в части места совершения преступления, лишив ФИО4 возможности его опровергнуть.

В судебном заседании установлено, что обвиняемые не могли совершить преступление в месте, указанном в обвинительном заключении, вывод суда о том, что часть платежей совершена из офиса на ул.Куйбышева, 44 не подтвержден доказательствами по уголовному делу.

Кроме того, судом не учтено, что переговоры с нерезидентами, заключение договоров организовывал ФИО2, ФИО4 участия в них не принимала. Информацию о проданных турах Г.И.ЮВ. получала от агентств, а поступавшие денежные средства конвертировала в валюту для дальнейшего расчета с контрагентами. Умысел ФИО3 на совершение преступления не доказан, наличие между осужденными супружеских отношений не является доказательством совершения преступления группой лиц.

Заявляет о нарушении подсудности при рассмотрении уголовного дела, нарушении права на защиту ФИО3 и ФИО2 в ходе предъявления обвинения, нарушение установленных законом требований о языке уголовного судопроизводства. Отмечает, что уголовное дело принято к производству следователем ФИО5 без поручения руководителя следственного органа.

Считает, что рапорты сотрудников правоохранительных органов, ответы Отдела НЦБ Интерпола ГУ МВД РФ по Свердловской области, показания ФИО3, оглашенные в судебном заседании, являются недопустимыми доказательствами, не могут быть положены в основу приговора. Показания ФИО3, данные на предварительном следствии, получены в отсутствие защитника, прокол допроса от 29 апреля 2020 года составлен не со слов обвиняемой, а оперуполномоченным самостоятельно. Назначенный адвокат ЧерныхВ.Э. не имел права принимать на себя защиту ФИО3, поскольку был приглашен для участия в следственных действиях в нарушение установленного порядка назначения адвокатов.

Вывод суда о том, что Р.А., являвшаяся подставным лицом, фактически не осуществляла хозяйственную деятельность и руководство обществом, является несостоятельным, противоречит исследованным доказательствам, показаниям свидетелей.

Суд при вынесении приговора не дал надлежащей оценки доказательствам стороны защиты, показаниям свидетелей, большинство из которых давали показания, не относимые к делу, нарушил принцип презумпции невиновности при оценке показаний ФИО3, уклонился от установления обстоятельств перечисления денежных средств на счета ООО «Креол-Тревел», которые в дальнейшем использовались в валютных операциях.

Отмечает, что вопреки выводам суда свидетели А.И., Ж., И., Р.А., Ч.(М.), П.В., П.Н., П.А., С.А., Ф., А.Д., Т., М., К.В., С., К., В. не подтвердили факт совершения осужденными банковских операций по переводу иностранной валюты с предоставлением подложных документов. При этом свидетели Ч.(М.), В., П.А. заявляли о реальном осуществлении ООО «Креол-Тревел» туристической деятельности.

Считает, что показания свидетеля И. о том, что по вопросам валютных операций ООО «Креол-Тревел» он общался со К.С., подтверждают версию осужденных об их непричастности к оформлению документов для совершения валютных операций, необоснованно исключены судом из приговора и протокола судебного заседания.

Также, по мнению адвоката, судом не были учтены письменные доказательства, свидетельствующие об осуществлении ООО «Креол-Тревел» туристической деятельности: договор страхования гражданской ответственности, агентские договоры, договор на приобретение программного обеспечения, документы об участии организации в тематических выставках, членство в ассоциации турпомощь.

Полагает, что суд необоснованно отказал в вызове свидетелей – директоров туристических агентств, директоров фирм-нерезидентов, которые были задействованы в валютных операциях, а также в приобщении к материалам дела представленных стороной защиты документов: нотариального осмотра веб-архива, нотариально заверенного заявления В.Ю., выписок из ЕГРЮЛ в отношении туристических агентств и ИП Т..

Заявляет, что в приговоре суд сослался на неисследованные доказательства, в частности, ответы из НЦБ Интерпола Болгарии и Чехии (стр. 40), проверку, проведенную правоохранительными органами Праги, Чехии. Кроме того, по мнению адвоката, факт проживания клиентов ООО«Креол-Тревел» в гостиницах Болгарии свидетельствует об осуществлении фирмой туристической деятельности и о реальности совершения валютных операций.

В возражениях на апелляционные жалобы адвокатов государственный обвинитель – прокурор Октябрьского района г.Екатеринбурга Кашо А.А. просит апелляционные жалобы оставить без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции осужденные ФИО2 и ФИО4, их защитники – Кирилова М.М. и Афанасьева Е.В. поддержали доводы апелляционных жалоб, прокурор Грачева М.С. полагала необходимым изменить приговор только по доводам апелляционного представления.

Проверив материалы дела, доводы апелляционных жалоб и представления, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Виновность ФИО2 и ФИО3 в совершении валютных операций по переводу денежных средств в иностранной валюте на счета нерезидентов с использованием подложных документов подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, которым судом дана надлежащая оценка.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц ФИО4 и ФИО2 являлись учредителями ООО «Креол Тревел», ФИО4 также являлась генеральным директором указанной организации, имеющей представительство в г. Москве – «Московское представительство «Грат-Фесс».

Документами, содержащимся в юридическом деле ООО «Креол Тревел», изъятом в ходе выемки в помещении АО «НС Банк», установлены расчетные счета ООО «Креол Тревел», досье валютного контроля по внешнеэкономическим контрактам, сведения об IP-адресе, с которого осуществлялся вход в систему дистанционного банковского обслуживания. Из сведений, представленных интернет-оператором, следует, что используемый IP-адрес был предоставлен по договору об оказании услуг связи, заключенному с Почетным консульством Республики Сейшельские острова в г. Екатеринбурге (<...>).

Согласно выводам бухгалтерских судебных экспертиз общая сумма денежных средств в иностранной валюте, перечисленных с расчетного счета ООО «Креол Тревел», открытого в АО «НС Банк», за период с 28 декабря 2016 по 07 февраля 2018 года, на счет нерезидента «ADVENTURE WORLD LTD» (Республика Болгария) составляет 416107 евро; на счет нерезидента «EUROHEART TRAVEL AGENCY S.R.O» (Чешская Республика) – 39337,00 евро; на счет нерезидента «THE BEST WESTERN TRAVEL AGENCY» (Чешская Республика) – 347021,00 евро. По заключению специалиста-ревизора общая сумма денежных средств, перечисленных с расчетных счетов резидента ООО «Креол Тревел» на банковские счета нерезидентов в рамках внешнеэкономических контрактов № 218 от 17 мая 2017 года, № 0812 от 15 октября 2016 года, агентского договора № 412 от 28 декабря 2016 года составляет в рублевом эквиваленте 116545191,01 руб.

Из показаний свидетеля А.И. (сотрудника АО «НС Банк») суд установил, что клиенту ООО «Креол Тревел» был направлен ключ для дистанционного доступа к счетам, данный ключ выписывался на Р.А..

Свидетель Р.А. сообщила суду, что занимала должность финансового директора представительства ООО «Креол Тревел». По поручению ФИО3 и ФИО2 она ходила по банкам и открывала расчетные счета. Полученные в банках документы и ЭЦП она отправляла им, сама ими не пользовалась.

Из показаний свидетеля И., данных в ходе предварительного следствия, оглашенных в судебном заседании и подтвержденных свидетелем, следует, что внешнеэкономические контракты (договоры) и документы от ООО «Креол Тревел» были представлены в банк в сканированном виде посредством направления по системе дистанционного банковского обслуживания. В период с 14 октября 2016 года по 28 июня 2017года документы подписывались электронной цифровой подписью, выданной на имя Р.А., с 28 июня 2017 года – на имя В.И.ОБ. На основании представленных в банк документов – инвойсов и платежных поручений совершены валютные операции по переводу денежных средств в иностранной валюте на банковские счета нерезидентов.

Из показаний свидетелей Ч.(М.) следует, что она по поручению ФИО3 подготавливала таблицы с анкетными данными физических лиц с указанием направления перелета (отелей) и количества дней пребывания. Сами клиенты для оформления туров не обращались.

На основании показаний свидетеля К.В., работавшей в ООО «Креол Тревел» бухгалтером, суд установил, что на расчетные счета ООО «Креол Тревел» поступали денежные средства с расчетных счетов разных организаций, однако об осуществлении внешнеэкономических контрактов, а также совершении по ним валютных операций ей ничего не известно.

Согласно ответу Отдела НЦБ Интерпола от 09 июля 2019 года сотрудниками полиции г. Прага проведена проверка по адресам регистрации компаний «THE BEST WESTERN TRAVEL AGENCY» и «EUROHEART TRAVEL AGENCY S.R.O», установлено, что фактически данные компании по указанными адресам отсутствуют. По результатам проверки размещения в отелях лиц, указанных в запросе, установлено, что данные лица не проживали в чешских отелях в указанные периоды времени, бронирование номеров на указанных лиц не осуществлялось, представителям отелей данные компании не известны. В соответствии с ответом Отдела НЦБ Интерпола от 06 августа 2019 года, по информации НЦБ Интерпола Болгарии правоохранительными органами данного государства проведена проверка размещения в отелях лиц, указанных в запросе. Установлено, что некоторые лица из списка клиентов ООО «Креол Тревел» были зарегистрированы в отелях на территории Болгарии, но временные промежутки не совпадают с промежутками, указанными в договоре.

На основании этих, а также других приведенных в приговоре доказательств суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО2 и ФИО3 в совершении преступления и правильно квалифицировал их действия по п. «а» ч. 3 ст. 193.1 УК РФ. Вместе с тем, как правильно указано в апелляционном представлении, из описательно-мотивировочной части приговора подлежит исключению повторное указание о перечислении 26 июля 2017 года 5007 Евро в эквиваленте 348 990,40 рублей по официальному курсу Евро к рублю Российской Федерации, установленному Банком России на день совершения валютной операции. В указанный день была осуществлена одна операция на сумму 5007 Евро. Данное уточнение не влияет на правильность подсчета общей суммы валютных операций, при расчете которой ошибочное указание о повторном перечислении не учитывалось. Кроме того, из приговора подлежит исключению ссылка на материалы дела, расположенные в т. 10, л.д. 195 – 198. Согласно протоколу судебного заседания (т. 23, л.д. 61, оборот), в судебном заседании был исследован протокол допроса свидетеля Ч.(М.), расположенный в т. 10 л.д. 191 – 194, но не приложение к нему на л.д. 195 – 198. Учитывая, что в самом приговоре содержание приложения к протоколу допроса не приведено, исключение ссылки на материалы дела, расположенные в т. 10, л.д. 195 – 198, на обоснованность приговора не влияет.

При этом доводы адвоката Афанасьевой Е.В. о том, что суд в приговоре сослался на неисследованные доказательства – ответы из НЦБ Интерпола Болгарии и Чехии, опровергаются протоколом судебного заседания, в соответствии с которым документы, содержащиеся в т. 3, л.д. 197 – 199, т. 8, л.д. 230 – 231, т. 5, 150 – 156, т. 6, л.д. 165 – 171 – ответы Отдела НЦБ Интерпола, в ходе судебного разбирательства были исследованы (протокол судебного заседания, т. 23, л.д. 51, оборот; т. 23, л.д. 56, оборот, т. 23, л.д. 55, оборот). Рапорты должностных лиц, составленные в ходе доследственной проверки, судом правомерно исследованы и соответственно приведены в приговоре, поскольку данные документы были представлены в качестве доказательств согласно п. 6 ч. 2 ст. 74 УПК РФ.

Все изложенные в приговоре доказательства суд в соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности признал их достаточными для разрешения уголовного дела по существу. При этом в приговоре указано, по каким основаниям суд принял как достоверные одни доказательства и отверг другие. Судебная коллегия соглашается с данной судом оценкой показаниям свидетелей и иным доказательствам. Доводы апелляционных жалоб о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела сводятся к переоценке доказательств, к чему оснований не имеется. Так, в частности, довод об осуществлении ООО «Креол Тревел» предпринимательской деятельности с использованием специализированного программного обеспечения не свидетельствует об отсутствии в действиях осужденных состава инкриминируемого преступления. Из показаний свидетеля С.А. следует, что он по поручению ФИО2 осуществлял налаживание программного обеспечения с сентября 2017 года по май 2018 года, то есть уже после начала осуществления финансовых операций по переводу денежных средств на счета нерезидентов. Судом первой инстанции исследованные доказательства правильно рассмотрены и оценены во всей их совокупности, существенных противоречий между фактическими обстоятельствами дела, как они установлены судом, и доказательствами, положенными в основу приговора, не имеется.

Нарушений требований уголовно-процессуального закона при собирании доказательств, в том числе при проведении экспертиз не допущено. Основания для вывода о том, что эксперты самостоятельно собирали дополнительные материалы, отсутствуют. То, что следователем не указано отдельно о передаче диска, не свидетельствует о его непредставлении, поскольку в экспертное учреждение переданы материалы уголовного дела, включая диск.

Оперативно-розыскные мероприятия, проведены в соответствии с требованиями Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», в связи с чем правомерно приняты судом как допустимые доказательства.

Нарушений требований ст. 18 УПК РФ органом расследования также не допущено. Обвинение изложено и предъявлено на русском языке, являющемся для каждого подсудимого родным. Изложение в тексте обвинения ряда наименований на иностранном языке не может рассматриваться как нарушение ст. 18 УПК РФ.

Все заявленные стороной защиты ходатайства рассмотрены, и по ним приняты мотивированные решения, не согласиться с которыми оснований у судебной коллегии не имеется. Необоснованных отказов подсудимым и их защитникам в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для дела, повлиять на постановление законного, обоснованного приговора, судом не допущено.

Утверждение стороны защиты о том, что суд в период нахождения в совещательной комнате принимал процессуальные решения по административному делу № 2а-2222/2023, опровергается представленной Октябрьским районным судом г. Екатеринбурга информацией о том, что процессуальные решения по административному делу № 2а-2222/2023 принимались судьей 03 марта 2023 года около 12 часов. Согласно протоколу судебного заседания судебное разбирательство по уголовному делу в отношении ФИО2 и ФИО3 03 марта 2023 года (в день, когда суд удалился в совещательную комнату) было продолжено в 14 часов 48 минут (т. 23, л.д. 212).

Факт вынесения судом постановления о возвращении уголовного дела прокурору со ссылкой на п. 5 ч. 1 ст. 237 УПК РФ (при ознакомлении обвиняемого с материалами уголовного дела ему не были разъяснены права, предусмотренные ч. 5 ст. 217 УПК РФ) не препятствует суду в этом же составе рассмотреть уголовное дело по существу. Возвращая уголовное дело прокурору, суд в постановлении от 01 февраля 2022 года какую-либо оценку доказательствам либо обстоятельствам, подлежащим доказыванию, не давал (т. 20, л.д. 133).

Доводы стороны защиты о том, что участвовавшие в ходе судебного заседания суда первой инстанции государственные обвинители – помощники прокурора Октябрьского района г. Екатеринбурга были не уполномочены на участие при рассмотрении уголовного дела, на нормах закона не основаны. В соответствии с ч. 3 ст. 37 УПК РФ в ходе судебного разбирательства по уголовному делу прокурор поддерживает государственное обвинение. Согласно ч. 5 ст. 37 УПК РФ полномочия прокурора, предусмотренные ст. 37 УПК РФ, осуществляются прокурорами города, их заместителями и вышестоящими прокурорам. При этом из взаимосвязанных положений ст. ст.35, 54 Федерального закона от 17 января 1992 года № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» следует, что поддерживать государственное обвинение вправе в том числе помощники прокурора.

Нарушений требований ст. 252 УПК РФ и правил подсудности при рассмотрении уголовного дела судом не допущено. Отсутствие в приговоре при описании преступления указания, имевшегося в обвинительном заключении, на то, что валютные операции ФИО2 и ФИО4 совершили, находясь на административной территории г. Екатеринбурга, не свидетельствует о существенном изменении судом обвинения. Согласно предъявленному ФИО2 и ФИО3 обвинению и установленным судом фактическим обстоятельствам документы в кредитную организацию, обладающую полномочиями агента валютного контроля, были направлены дистанционным способом посредством использования ООО «Креол Тревел», расположенного в <...>. При этом утверждение стороны защиты о том, что в определенные дни инкриминируемого периода ФИО4 не могла находиться по указанному адресу, не свидетельствует о её непричастности к преступлению ввиду совершения его как в соучастии, так и посредством использования средств дистанционного доступа к банковским услугам.

О совершении преступления ФИО2 и ФИО3 группой лиц по предварительному сговору свидетельствуют фактические обстоятельства установленные судом, в том числе на основании показаний свидетеля Р.А. о роли ФИО3 при открытии и работе Московского представительства «Грат Фесс» ООО «Креол Тревел», показаний свидетеля Ж., сообщившей на допросе, что Г.И.ЮВ. и ФИО2 совместно приезжали в АО «НС Банк» для подачи документов о закрытии расчетных и текущих счетов, а также о переводе иностранной валюты с расчетного счета ООО «Креол Тревел» в другой банк.

Судом обосновано отвергнуты доводы защиты о незаконном проведении следственных действий следователем Л.Л., поскольку согласно резолюции на сопроводительном письме (т. 1 л.д. 12) материалы уголовного дела переданы начальником СЧ ГСУ ГУ МВД России по Свердловской области ФИО6 30 апреля 2020 года П., более поздняя регистрация дела 06 мая 2020 года не препятствовала производству расследования по уголовному делу.

В соответствии с ч. 4 ст. 49 УПК РФ адвокат вступает в уголовное дело в качестве защитника по предъявлении удостоверения адвоката и ордера. Уголовно-процессуальный закон не возлагает на следователя обязанность проверять, в какой степени адвокатом, предъявившем ордер, соблюден порядок назначения адвокатов в качестве защитников в уголовном судопроизводстве, и не наделяет его такими полномочиями. Таким образом, ссылка стороны защиты на то, что при допросе ФИО3 был нарушен порядок назначения адвокатов в качестве защитника, не является достаточным основанием для признания доказательств, полученных с участием данного защитника, недопустимыми. Адвокат Илтубаев С.С., представлявший интересы ФИО2 при допросе его в качестве подозреваемого 29 апреля 2020 года, действовал на основании соглашения (т. 13, л.д. 160). Объективных данных, которые бы свидетельствовали о применении к ФИО2 или ФИО3 недозволенных методов ведения следствия, материалы уголовного дела не содержат. Напротив, заявления с аналогичными доводами о незаконных методах ведения следствия проверялись компетентным органом путем проведения соответствующей доследственной проверки, по результатам которой решение о возбуждении уголовного дела в отношении каких-либо должностных лиц не принято. Довод стороны защиты о том, что адвокат Тамакулова П.С. подлежала отводу в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 72 УПК РФ, является голословным, какими-либо ссылками на фактические обстоятельства дела не обоснован.

Принесенные адвокатом Кириловой М.М. замечания на протокол судебного заседания рассмотрены председательствующим в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, удовлетворены частично, в остальной части отклонены с приведением соответствующих мотивов, изложенных в постановлении от 10 мая 2023года (т. 24, л.д. 103-104). Оснований для признания постановления незаконным не имеется. В протоколе судебного заседания отражены ход и последовательность судебного разбирательства, действия участников процесса, подробное содержание показаний, основное содержание выступлений сторон и другие сведения, как того требует ст. 259 УПК РФ.

Наказание осужденному ФИО2 назначено соразмерно содеянному, с учетом данных о его личности, всех обстоятельств дела, а также влияния назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

Учитывая, что факт наличия у ФИО2 несовершеннолетнего ребенка прокурором не оспаривается, оснований для исключения такого смягчающего наказания обстоятельства как наличие у виновного несовершеннолетнего ребенка не имеется. В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ при назначении наказания могут учитываться в качестве смягчающих и обстоятельства, не предусмотренные ч. 1 ст. 61 УК РФ. Положения п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ судом также по делу применены. Оснований для вывода о том, что указанное смягчающее наказание обстоятельство учтено судом не в полной мере, как о том ставится вопрос в апелляционном представлении, не имеется.

При назначении наказания ФИО3 суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, конкретные обстоятельства по делу, данные, характеризующие личность осужденной, смягчающие обстоятельства, в том числе наличие у нее малолетнего ребенка. Вопреки доводам апелляционного представления уголовный закон не связывает возможность применения ст. 64 УК РФ с количеством смягчающих наказание обстоятельств. Положения ч. 1 ст. 82 УК РФ судом применены обоснованно. Решение суда о назначении ФИО3 наказания с применением ст. 64 УК РФ, ч. 1 ст. 82 УК РФ судом надлежащим образом мотивировано, оснований для исключения применения указанных положений закона по доводам апелляционного представления судебная коллегия не усматривает. Дополнительное наказание в виде штрафа, как следует из приговора, назначено ФИО3 с учетом ее материального положения. Отсутствие у осужденной на момент постановления приговора места работы не является препятствием для назначения дополнительного наказания в виде штрафа.

Сведений о том, что ФИО2 и ФИО4 задерживались 29или 30 апреля 2020 года, материалы уголовного дела не содержат. То обстоятельство, что ФИО2 и ФИО4 были препровождены в отдел полиции, где были допрошены в качестве подозреваемых, а В.И.ОВ. также в качестве обвиняемого, не свидетельствует об их задержании. Допущенная судом очевидная техническая ошибка в указании года допроса ФИО2 к числу нарушений, предусмотренных ст. 389.15 УПК РФ, не относится, на существо приговора не влияет, каких-либо сомнений и неясностей при его исполнении не порождает, в связи с чем основанием для изменения приговора не является.

Руководствуясь ст. 389.13, п. 9 ч. 1 ст. 389.20, ст. 389.28 УПК Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

приговор Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 06 марта 2023года в отношении ФИО2 и ФИО3 изменить,

исключить из описательно-мотивировочной части при описании преступления повторное указание о перечислении 26 июля 2017 года 5 007,00 Евро, в эквиваленте 348 990,40 рублей по официальному курсу Евро к рублю Российской Федерации, установленному Банком России на день совершения валютной операции,

исключить ссылку на материалы дела, расположенные в т. 10, л.д. 195 – 198,

в остальной части приговор в отношении ФИО2 и ГомзяковойИ.Ю. оставить без изменения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационных жалоб, представления в течение шести месяцев со дня провозглашения (осужденным, содержащимся под стражей, – со дня вручения копии определения) через суд первой инстанции, а по истечении указанного срока – непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденные вправе заявить ходатайство об участии в суде кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи