Судья Никулин К.А. УИД: 16RS0042-03-2021-006639-40
Дело № 2-8371/2021
Дело № 33-12106/2023
Учет № 171г
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
18 сентября 2023 года город Казань
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе
председательствующего Муртазина А.И.,
судей Новосельцева С.В., Сахиповой Г.А.,
при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Азмухановым Р.Р.,
рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Муртазина А.И. гражданское дело по апелляционной жалобе представителя ФИО1 – ФИО2 на решение Набережночелнинского городского суда Республики Татарстан от 27 сентября 2021 года, которым постановлено:
иск ФИО3 к ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании денежных средств удовлетворить.
Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО3 в порядке субсидиарной ответственности денежные средства в размере 501 635 рублей 48 копеек.
В удовлетворении иска к ФИО4 – отказать.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителя истца ФИО3 – ФИО5, представителя ответчиков ФИО1, ФИО4, третьих лиц ООО «МАЙ», ООО «МАЙ-ПЛЮС» – ФИО2, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО1, ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании денежных средств.
В обоснование требований указано, что решением Набережночелнинского городской суда Республики Татарстан от 3 июня 2019 года был частично удовлетворен ее иск, с общества с ограниченной ответственностью «Май (далее – ООО «Май») в ее пользу взысканы уплаченные денежные средства в размере 42 500 руб., убытки - 3 200 руб., расходы на устранение недостатков - 255 800 руб., неустойка - 19 573 руб. 98 коп., компенсация морального вреда - 20 000 руб., штраф за несоблюдение требований потребителя в добровольном порядке - 160 561 руб. 50 коп.
Указанное решение вступило в законную силу 17 июля 2019 года. Вместе с тем, возбужденное 20 сентября 2019 года исполнительное производство постановлением судебного пристава-исполнителя ОСП №3 г. Набережные Челны было окончено в связи с невозможностью установить местонахождение должника, исполнительный лист возвращен взыскателю.
Согласно выписке из ЕГРЮЛ учредителями ООО «Май» являются ФИО1, ФИО4, доли которых в уставном капитале общества составляют по 50%.
8 февраля 2019 года в ЕГРЮЛ внесены изменения, в связи с предоставлением сведений о признании лицензии ООО «Май» утратившей силу.
Истица полагает, что ответчики продолжают свою деятельность в организации под названием общество с ограниченной ответственностью «Май плюс» (далее – ООО «Май плюс»), сознательно пытаются уйти от кредитных обязательств, а также считает, что руководитель общества не предприняла разумных мер по погашению имеющейся перед ней задолженности и для обращения в Арбитражный суд с заявлением о банкротстве организации.
В связи с этим, истец просила суд привлечь учредителей ФИО1 и ФИО4 к субсидиарной ответственности и взыскать с них денежные средства в размере 501 635 руб. 48 коп.
В судебном заседании представитель истца требования поддержал по основаниям, изложенным в иске.
Представитель ответчиков и третьих лиц ООО «Май», ООО «Май-Плюс» с иском не согласился, указав на отсутствие оснований для привлечения учредителей к субсидиарной ответственности, поскольку процедура банкротства не инициирована. ООО «Май» является действующим юридическим лицом, и от своих обязательств не отказывается, денежные средства будут возмещены истцу после возобновления деятельности организации. ООО «Май-Плюс» является самостоятельным юридическим лицом, не является правопреемником ООО «Май», и обязательств перед истцом нести не может.
Участвовавший по делу прокурор полагал заявленные требования необоснованными.
Суд постановил решение в вышеприведенной формулировке.
В апелляционной жалобе ответчик ФИО1, выражая несогласие с данным судебным постановлением, просит его отменить как незаконное и необоснованное. Указывается, что суд первой инстанции неправильно определил обстоятельства, которые имеют существенное значение для дела, а также указывает на нарушение судом норм материального права. До настоящего времени ООО «МАЙ» не прекратило свою деятельность и не исключено из ЕГРЮЛ. Дело о признании ООО «МАЙ» несостоятельным (банкротом) не возбуждено. Субсидиарная ответственность является дополнительной ответственностью лиц, которые наряду с должником отвечают перед кредитором за ненадлежащее исполнение обязательств, тогда как решение арбитражного суда о признании ООО «МАЙ» банкротом в дело не представлено, а сам по себе факт наличия у должника ООО «МАЙ» задолженности по обязательствам, еще не свидетельствует о его несостоятельности. Суд первой инстанции, который установил вину ответчика в том, что им не было подано заявление о банкротстве должника, с указанием на утраченную возможность выявить имущество должника, необоснованно применил к спорным правоотношениям положения Закона о банкротстве.
Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 13 января 2022 года решение Набережночелнинского городского суда Республики Татарстан от 27 сентября 2021 года отменено, по делу принято новое решение, которым в удовлетворении исковых требований отказано.
Определением судебной коллегии по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 14 июня 2022 года апелляционной определение от 13 января 2022 года отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 24 ноября 2022 года решение Набережночелнинского городского суда Республики Татарстан от 27 сентября 2021 года по данному делу оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО1 - без удовлетворения.
Определением судебной коллегии по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 17 апреля 2023 года апелляционное определение от 24 ноября 2022 года отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчиков и третьих лиц ООО «Май», ООО «Май-Плюс» ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддержала.
Представитель истца ФИО5 просила оставить решение без изменения.
Иные лица, участвующие в деле, будучи извещенными о времени и месте заседания суда апелляционной инстанции, не явились.
Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения в пределах доводов, изложенных в жалобе (часть 1 статья 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), судебная коллегия приходит к следующему.
В соответствии с пунктами 1 и 4 части 1 статьи 330 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке является неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела и нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.
Из материалов дела следует, что заочным решением Набережночелнинского городской суда Республики Татарстан от 3 июня 2019 года иск ФИО3 был удовлетворен частично и в её пользу с ООО «Май» взысканы уплаченные денежные средства в размере 42 500 руб., убытки в размере 3 200 руб., расходы на устранение недостатков в размере 255 800 руб., неустойка в размере 19 573 руб. 98 коп., компенсация морального вреда в размере 20 000 руб., штраф за несоблюдение требований потребителя в добровольном порядке в размере 160 561 руб. 50 коп. (л.д. 35-37).
Решение суда вступило в законную силу 17 июля 2019 года.
Возбужденное 20 сентября 2019 года во исполнение данного решения исполнительное производство постановлением судебного пристава-исполнителя ОСП .... <адрес> от 24 марта 2020 года окончено в связи с невозможностью установить местонахождение должника, исполнительный лист возвращен взыскателю (л.д. 32-34, 38, 48).
ООО «Май» было создано 12 июля 2007 года, о чем внесена запись в Единый государственный реестр юридических лиц, согласно выписке из ЕГРЮЛ учредителями ООО «Май» являются ФИО1 и ФИО4, доли которых в уставном капитале общества составляют по 50%, а руководителем общества является ФИО1 (л.д. 12-21).
Указывая, что ответчики пытаются уйти от исполнения обязательств перед ней как кредитором по исполнительному производству в отношении ООО "Май", которое фактически деятельность не осуществляет, сдает нулевые декларации, истица обратилась в суд с настоящим иском.
Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь положениями Федерального закона от 26 октября 2022 года №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (статьи 9, 61.12), принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, исходил из того, что на момент окончания исполнительного производства у ООО «Май» отсутствовало имущество и денежные средства на счетах для удовлетворения требований истца, требования статьи 399 Гражданского кодекса Российской Федерации в части предъявления требований к основному должнику истцом выполнено, а ответчик ФИО1 обязанность своевременно обратиться в Арбитражный суд не исполнила, соответственно, как отметил суд, она как генеральный директор должника ООО «Май» должна нести перед истцом субсидиарную ответственность за неисполнение обязательств общества, в связи с чем пришел к выводу о возложении ответственности по взысканию денежных средств на директора общества ФИО1
Судебная коллегия не может согласиться с выводом городского суда в части удовлетворения иска, как не соответствующим обстоятельствам дела и требованиям закона.
В силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Статьей 419 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что обязательство прекращается ликвидацией юридического лица (должника или кредитора), кроме случаев, когда законом или иными правовыми актами исполнение обязательства ликвидированного юридического лица возлагается на другое лицо (по требованиям о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, и др.).
Согласно пункту 3.1 статьи 3 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.
Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.
Из разъяснений, содержащихся в пункте 12 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 по общему правилу, лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статья 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.
Таким образом, необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника или других лиц, которые имеют право давать обязательные для общества указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее ликвидация.
Соответственно, одним из условий удовлетворения требований кредитора является установление того обстоятельства, что долги общества с ограниченной ответственностью перед кредитором возникли из-за неразумности и недобросовестности лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Указанные нормы во взаимосвязи предусматривают, что привлечение к субсидиарной ответственности руководителя или учредителя организации-должника возможно только в случае неисполнения обязательств обществом при его исключении из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица, при условии, что данные обстоятельства возникли вследствие недобросовестных, неразумных, противоречащих интересам организации действий указанных лиц.
Согласно пункту 1 статьи 21.1 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее – недействующее юридическое лицо). Такое юридическое лицо может быть исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом.
В соответствии с пунктом 2 статьи 21.1 указанного Федерального закона при наличии одновременно всех указанных в пункте 1 настоящей статьи признаков недействующего юридического лица регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из единого государственного реестра юридических.
Согласно выписке из ЕГРЮЛ ООО «Май-Плюс» создано 18 сентября 2018 года, его учредителями также как и в ООО «Май», являются ФИО1 и ФИО4, их доли в уставном капитале общества составляют по 50%, а руководителем общества является ФИО4
В ходе судебного разбирательства дела, а также в апелляционной жалобе представитель ответчиков указала на то, что с июля 2018 года ООО «МАЙ» вынуждено было приостановить медицинскую деятельность в области пластической хирургии в связи с Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 31 мая 2018 г. № 298н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю "пластическая хирургия», зарегистрированного Министерством юстиции Российской Федерации 22 июня 2018 года за регистрационным № 51410.
Клиника пластической хирургии ООО «МАЙ» не соответствовала новому «Порядку оказания медицинской помощи по профилю «пластическая хирургия» и «Правилам организации деятельности отделения пластической хирургии».
Согласно новым требованиям «Правил организации деятельности отделения пластической хирургии» отделения организуются при наличии в медицинской организации круглосуточно функционирующих: рентгеновского отделения (кабинета), оснащенного специальным стационарным оборудованием; отделения анестезиологии- реанимациии; клинико-диагностической лаборатории; трансфузиологического кабинета (переливание крови); операционной; перевязочной, которые должны располагаться в пределах одного здания.
Клиника пластической хирургии ООО «МАЙ», расположенное по адресу: <адрес>, новым требованиям не соответствовала.
Согласно сайта общества, во вкладке Лицензии и Сертификаты: имеется свидетельство на товарный знак, выданный ООО «Май» 21.07.2010 года, в последующем 16 апреля 2019 года внесены изменения к свидетельству на товарный знак с ООО «Май» на ООО «Май-Плюс» за номером 414197.
Решение о создании ООО «Май плюс» с деятельностью в области медицины по профилю «Терапевтическая косметология» было принято в августе 2018 года, т.е. еще до вынесения решения суда о взыскании с ООО «Май» денежной суммы в пользу истицы.
В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Федерального законаот 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.
Согласно разъяснениям, данным в пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 6 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 8 от 1 июля 1996 года«О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть 2 пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.
Указанные нормы во взаимосвязи предусматривают, что привлечение к субсидиарной ответственности руководителя организации-должника возможно только в случае, если банкротство должника установлено вступившим в законную силу решением Арбитражного Суда и Общество исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном Федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц, при условии, что данные обстоятельства возникли вследствие недобросовестных, неразумных, противоречащих интересам организации действий ее руководителя, то есть по его вине.
Однако при рассмотрении настоящего дела обстоятельств, позволяющих привлечь руководителя должника к субсидиарной ответственности, не установлено, дело в Арбитражном Суде по заявлению о признании ООО «Май» банкротом отсутствует. При этом сам по себе факт окончания исполнительного производства в связи с невозможностью установить местонахождение должника, его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, не может являться безусловным основанием для возложения субсидиарной ответственности на руководителя юридического лица.
Как и преждевременно обсуждение вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности лиц, контролирующих должника по основаниям пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 года №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», в случае, если общество не исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, поскольку согласно пункту 3.1 статьи 3 указанного Федерального закона, исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 ст.53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.
Все иные основания субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц также подлежат установлению в рамках возбужденного дела о несостоятельности (банкротстве) должника и к предмету проверки суда общей юрисдикции не относятся (в том числе случаи, когда учредитель не созвал для решения вопроса об обращении в суд с заявлением о банкротстве собрание участников общества (пункт 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года №53).
На запрос суда апелляционной инстанции Отделение судебных приставов .... <адрес> Управления Федеральной службы судебных приставов по Республике Татарстан сообщило, что исполнительное производство .... окончено 24 марта 2020 года, исполнительный документ возвращен взыскателю. Взыскателем по истечении трех лет с момента окончания исполнительного производства Отделение не предъявлялся.
Таким образом, в течение трех с половиной лет, взыскатель не предъявляла исполнительный лист в органы принудительного исполнения для совершения исполнительных действий. Соответственно, у ответчиков не возникало обязанности обратиться с заявлением в Арбитражный Суд РТ о признании ООО «Май» банкротом. Налоговый орган также не исключил ООО «Май» из ЕГРЮЛ, поскольку отчетность предоставляется в установленные сроки.
Следовательно, ООО «Май» является действующим юридическим лицом, в связи с чем возможность исполнения судебного акта не утрачена.
Учитывая изложенное, у суда первой инстанции не было оснований для привлечения ФИО1, как генерального директора должника к субсидиарной ответственности, поскольку истицей (не предъявлявшей исполнительный лист в органы принудительного исполнения более чем три года) не представлено достаточных доказательств, подтверждающих невозможность исполнения заочного решения Набережночелнинского городского суда Республики Татарстан от 3 июня 2019 года.
Решение суда в части удовлетворения иска ФИО3 к ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании денежных средств в сумме 501 635 рублей 48 копеек подлежит отмене с вынесением нового решения об отказе в удовлетворении иска.
Решение суда в части отказа в удовлетворении иска к ФИО4 сторонами не обжаловано, является законным и обоснованным.
Руководствуясь статьями 199, 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Набережночелнинского городского суда Республики Татарстан от 27 сентября 2021 года отменить в части удовлетворения иска ФИО3 к ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании денежных средств в сумме 501 635 рублей 48 копеек и принять новое решение.
В удовлетворении искового заявления ФИО3 к ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании денежных средств отказать.
Это же решение суда в остальной части оставить без изменения.
Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (город Самара) через суд первой инстанции.
Мотивированное определение изготовлено в окончательной форме 20 сентября 2023 года.
Председательствующий
Судьи