УИД: 78RS0006-01-2023-003301-68
Дело № 2-2305/2024 12 декабря 2024 года
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Кировский районный суд г. Санкт-Петербурга в составе председательствующего судьи Мухиной Е.А.,
при секретаре Суконниковой Л.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании сделок недействительными, истребовании имущества из чужого незаконного владения,
УСТАНОВИЛ:
Истец ФИО1 обратился в Кировский районный суд г. Санкт – Петербурга с иском к ФИО2, ФИО4, с учетом уточенных в порядке ст.39 ГПК РФ исковых требований, просит суд признать недействительным договор дарения 1/3 доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО1 и ФИО3, 13.12.2021, признать недействительным договор купли-продажи 1/3 доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу<адрес>, заключенный 03.03.2022 между ФИО1 и ФИО3, признать недействительным договор купли-продажи 1/3 доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, заключенный 18.03.2022 между ФИО3 и ФИО2, признать недействительным договор купли-продажи 1/3 доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, заключенный 04.05.2022 между ФИО3 и ФИО2, истребовать из чужого незаконного владения ФИО2 в пользу ФИО1 2/3 доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.
В обоснование заявленных требований истец указал, что 13.12.2021 между ФИО1 и ФИО3 заключен договор дарения 1/3 доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>., <адрес>. При этом истец указывает, что с ФИО3 он знаком не был, общения не поддерживал, в близких или родственных связях не состоял. Намерений безвозмездно отчудить имущество не имел. После заключения договора дарения ФИО3 в спорное жилое помещение не въезжала, расходы по его содержанию и оплате не несла, фактически во владение собственностью не вступала. 03.03.2022 г. между ФИО1 и ФИО3 заключен договор купли-продажи 1/3 доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, об обстоятельствах заключения данного договора истец ничего пояснить не может ввиду того, что в период совершения указанных договоров он находился в состоянии постоянного алкогольного опьянения. Согласно условиям договора купли-продажи 1/3 доля в праве собственности на спорное помещение была продана за 1 500 000 рублей, однако указанные денежные средства истец не получал, представленные ответчиками расписки от ФИО1 на сумму 300 000 рублей и 1 200 000 рублей истец не подписывал. Также из договора купли-продажи 1/3 доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, заключенного между ФИО3 и ФИО2 следует что цена договора составила 2 500 000 рублей, при этом стоимость доли в договоре заключенном между истцом и ФИО3 составила 1 500 000 рублей, что значительно ниже ее рыночной цены, что также свидетельствует о том, что ФИО1 не мог объективно понимать и оценивать условия договора. С 1986 г. истец злоупотребляет спиртными напитками, заключая указанные договоры, истец в полной мере не осознавал значение своих действий и не мог руководить ими ввиду наличия у него тяжелой степени алкогольной зависимости, вследствие чего у него отсутствовала критическая способность оценивать свое состояние и ситуацию по заключению сделки, усваивать новую информацию, ориентироваться в изменившейся ситуации, понимать особенности межличностных отношений и свою роль в происходящих событиях. Кроме того оспариваемый договор купли-продажи заключен на кабальных условиях, а именно без сохранения права пользования, а также по ценам ниже рыночных в два раза. Фактически третьи лица путем обмана и злоупотребления доверием истца, который поддался их влиянию, ввиду отсутствия способности критически оценивать ситуацию склонили последнего к совершению сделок без встречного предоставления. Договор дарения и договор купли-продажи не содержали условий, на основании которых за ФИО1 до настоящего времени сохранилось право пользования квартирой, при этом истец до настоящего времени зарегистрирован в квартире и фактически из нее не выезжал. ФИО3 и третьим лицам, действующим в ее интересах, фактически было известно о том, что ФИО1 является зависимым от алкоголя, находится в активной фазе зависимости, поддается влиянию и уговорам взамен на употребление алкоголя, не способен объективно оценивать условия договора и понимать последствий этих условий. В последующем между ФИО3 и ФИО2 были заключены договоры купли-продажи, в результате заключения которых собственником 2/3 доле в праве собственности на спорную квартиру стал ФИО2 Истец считает указанные договоры недействительными, поскольку на момент совершения сделок, он не понимал значение своих действий и не мог ими руководить, поскольку страдает хроническим алкоголизмом, длительное время употребляет алкоголь. Также истец указал, что сделки совершены под влиянием обмана и заблуждения, в связи с чем обратился в суд с заявленными требованиями.
Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен, его представитель адвокат Собянина О.М. в судебном заседании заявленные исковые требования с учетом уточнений поддержала в полном объеме, настаивала на их удовлетворении.
Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен, его представитель адвокат Шмагина Н.А. в судебном заседании относительно удовлетворения иска возражала по доводам, изложенным в отзыве на иск (т.2 л.д.136-139), в котором указал, что он является добросовестным приобретателем, перед заключением договора купли-продажи от 18.03.2022, а также от 04.05.2022 с ФИО3 он ознакомился с правоустанавливающими документами, у ответчика не было никаких оснований полагать, что у ФИО3 отсутствует право на отчуждение спорного имущества. Также ответчик представил заявление о применении срока исковой давности (т.1 л.д.134-135).
Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена, представила отзыв на иск (т.1. л.д.31-35), в котором указала, что ФИО1 при заключении договора свои действия осознавал, отдавал отчет своим действиям, при заключении договоров руководствовался только своей волей, давление на него не оказывалось, что и было засвидетельствовано нотариусом. Данных о том, что в юридически значимый период ФИО1 из-за наличия каких-либо заболеваний страдал болезненными нарушениями мышления, эмоционально –волевой сферы, интеллекта, памяти не имеется, в связи с чем ФИО1 по своему психическому состоянию мог понимать значение своих действий и руководить ими. Также представила заявление о применении срока исковой давности (т.1 л.д.142-143).
Третьи лица ФИО5, нотариус ФИО6, Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу, нотариус ФИО7, нотариальная палата Санкт-Петербурга в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещались.
Суд, исследовав материалы дела, выслушав мнение лиц, участвующих в деле, заслушав показания экспертов, свидетелей, приходит к следующему.
Из содержания п. 1 ст. 166 ГК РФ следует, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (п. 2 ст. 166 ГК РФ).
В соответствии со ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
Судом установлено и из материалов дела следует, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р. являлся собственником 2/3 долей в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.
13.12.2021 между ФИО1 и ФИО3 заключен нотариально удостоверенный договор дарения 1/3 доли в праве собственности на квартиру, на основании которого ФИО1 подарил ФИО3 принадлежащую ему на праве собственности 1/3 долю в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес> (т.1 л.д.101-104).
03.03.2022 между ФИО1 и ФИО3 заключен нотариально удостоверенный договор купли-продажи 1/3 доли в праве собственности на квартиру, на основании которого ФИО1 продал ФИО3 принадлежащую ему на праве общей долевой собственности 1/3 дол в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес> (т.1 л.д.105-106).
18.03.2022 между ФИО8, действующим от имени ФИО3 и ФИО2 заключен договор купли-продажи, согласно которому ФИО3 передала ФИО2 принадлежащую ей на праве собственности 1/3 долю в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу<адрес> (т.1 л.д.95-100). Право собственности зарегистрировано за ФИО2 21.03.2022 г., что подтверждается выпиской из ЕГРН (л.д.81).
04.05.2022 между ФИО3 и ФИО2 заключен договор купли-продажи, согласно которому ФИО3 передала ФИО2 принадлежащую ей на праве собственности 1/3 долю в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес> (т.1 л.д.95-100). Право собственности зарегистрировано за ФИО2 08.09.2022 г., что подтверждается выпиской из ЕГРН (л.д.80).
Истец ФИО1, заявляя требования о признании договора дарения от 13.12.2021 г., а также договора купли-продажи от 03.03.2022 г. недействительными, указал, что в момент совершения сделок он не понимал значение своих действий и не мог руководить ими в силу того, что он страдает хроническим алкоголизмом, вследствие чего у него отсутствовала критическая способность оценивать свое состояние и ситуацию по заключению сделки.
В ходе судебного разбирательства по ходатайству представителя истца назначена амбулаторная комиссионная судебно-психиатрическая судебная экспертиза, производство которой поручено экспертам СПБ ГКУЗ «Городская психиатрическая больница № 6» (т.2 л.д.228-231).
<данные изъяты>
Указанная экспертиза проведена экспертами, врачами высшей категории, имеющими высшее медицинское образование, длительный стаж работы. При проведении экспертизы были использованы методы клинико-психопатологического анализа представленной медицинской документации и материалов дела.
Заключение составлено в соответствии с требованиями ст. 86 ГПК РФ, Федерального закона от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. Не доверять выводам данного заключения экспертов у суда не имеется.
Доказательств, опровергающих выводы экспертов, ответчиками в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлено.
Не противоречат выводы указанной экспертизы и другим собранным по делу доказательствам.
Эксперты были предупреждены об ответственности за дачу ложного заключения по ст.307 УК РФ.
Никаких доказательств заинтересованности экспертов в исходе дела не представлено, оснований для сомнения в объективности заключения у суда не имеется.
Допрошенная в судебном заседании эксперт ФИО9 поддержала данное ею заключение, пояснила суду, что анализ действий ФИО1 производился на дату юридически значимого периода, исходя из медицинских заключений, эксперты сделали вывод, что ФИО1 на момент составления и подписания оспариваемых сделок мог понимать значение своих действий и руководить ими. Вторая стадия алкоголизма не подразумевает деградации интеллекта, он был в состоянии читать и писать, у него не было слабоумия, его состояние позволяло ему осознавать, что он читает и подписывает, он мог критически относиться к своим действия. Указала, что имеет стаж работы экспертом 35 лет.
Допрошенная в судебном заседании эксперт ФИО10 в судебном заседании данное ею заключение поддержала, пояснила суду, что у ФИО1 в юридически значимый период наблюдались легкие изменения в поведении на фоне хронического алкоголизма, когнитивных нарушений у него не было, ему выставлен диагноз «психические и поведенческие расстройства вызванные употреблением алкоголя, синдром зависимости, 2 ст., активная зависимость, синдром отмены легкой тяжести». Также указала, что имеет стаж работы экспертом 30 лет, является психиатром – наркологом.
Достоверных доказательств, оспаривающих выводы экспертов, не представлено, заключение выполнено квалифицированными экспертами, профессиональная подготовка которых не вызывают сомнений, ответы экспертов на поставленные вопросы понятны, непротиворечивы, следуют из проведенного исследования, подтверждены фактическими данными, не содержат внутренних противоречий, экспертами учтены все доказательства, представленные сторонами, материалы дела, в связи с чем не доверять данному заключению у суда не имеется оснований.
Каких-либо заслуживающих доводов о недостатках проведенного исследования, свидетельствующих о его неправильности либо необоснованности ответчиками не приведено.
В соответствии с ч. 2 ст. 87 ГПК РФ в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.
Проанализировав содержание заключения судебной экспертизы, суд приходит к выводу о том, что оно в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 ГПК РФ, поскольку содержит подробное описания произведенных исследований, в обоснование сделанных выводов эксперты приводят соответствующие данные из представленных в распоряжение экспертов материалов, указывают на применение методов исследований, основываются на исходных объективных данных, содержание исследования является ясным и полным, сомнений в обоснованности не вызывает, каких-либо противоречий не содержит. Допрошенные в судебном заседании эксперты, изложенные в заключении выводы подтвердили.
При таких обстоятельствах оснований для назначения повторной или дополнительной экспертизы, не имеется.
Само по себе несогласие ответчиков с выводами экспертов основанием для назначения повторной и дополнительной экспертизы не является.
По ходатайству представителя истца в ходе судебного разбирательства были допрошены свидетель ФИО17 и ФИО18
Свидетель ФИО17 пояснил суду, что истец ФИО1 является ее соседом, на протяжении долгого времени они поддерживают дружеские отношения, общались достаточно тесно. Неоднократно просил выручить его небольшой суммой денег. В трезвом состоянии ФИО1 был нормальным человеком, но был очень наивным, внушаемым, слабохарактерным, не мог противостоять соблазнам. В последние 8-10 лет стала замечать, что он начал злоупотреблять алкоголем. Достаточно часто находился в депрессивном состоянии, были попытки суицида. В мае этого года она встречалась с мачехой Чубченко у подъезда, она рассказала, что у него большой долг наполнился по кредиту, и чтобы долг закрыть он продал свою собственность, которая ему досталась после родителей. Полагает, что он не мог осознавать свои действия в момент подписания договоров, поскольку злоупотреблял алкоголем и совершал неадекватные поступки.
Свидетель ФИО19 пояснил суду, что знаком с ФИО1, на протяжении 6 лет они вместе работали. ФИО1 имеет алкогольную зависимость. Он ни раз выпивал на смене, был подменным, в график его не ставили. Неадекватного поведения с его стороны он не наблюдал. Официально трудовые отношения с ним не оформляли, денежные средства получал на руки раз в месяц, частично денежные средства переводились на банковскую карту его дочери.
Суд критически оценивает показания указанных свидетелей, поскольку они носят неоднозначный и субъективный характер, в связи с чем также не могут подтвердить или опровергнуть доводы истца, указанные показания не позволяют оценить индивидуально-психологические особенности истца ФИО1, в частности в юридически значимый период, специальными познаниями в сфере психиатрии и психологии свидетели не обладают, показания объективно не свидетельствуют объективно о том, что ФИО1 не мог понимать значение своих действий и руководить ими в период заключения договоров.
На основании вышеизложенного, учитывая состояние здоровья ФИО1 в юридически значимый период, отсутствие доказательств, подтверждающих наличие у ФИО1 заболеваний, в силу которых он на момент подписания договора дарения и договора купли-продажи не мог понимать значение своих действий и руководить ими, суд приходит к выводу, что имеющие в материалах дела доказательства не позволяют вынести суждение о том, что в юридически значимый период ФИО1 не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.
Также истец ФИО1 заявляя требования о признании договора дарения от 13.12.2021 и договора купли-продажи от 03.03.2022 недействительными, указал, что указанные сделки были совершены под влиянием заблуждения, стечения тяжелых жизненных обстоятельств, истец ссылалась на одни и те же обстоятельства, а именно на то, что ФИО1 мог быть введен в заблуждение в отношении подписываемых договоров, поскольку мог находиться в состоянии алкогольного опьянения, не мог понимать значение подписываемых документов в силу своего состояния, как человек злоупотребляющий алкоголем, он мог заблуждаться в характере и юридических последствиях совершаемых сделок. Указанные договоры подписал под влиянием третьих лиц, которые воспользовались его неадекватным состоянием, зависимостью от алкоголя и нездоровым психологическим состоянием, частыми депрессиями на фоне алкогольной зависимости и тяжелого материального положения.
В силу п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.
Согласно ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (п. 1). Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (п. 2). Сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (п. 3).
Оспариваемые договоры заключены сторонами в письменной форме, соответствует требованиям, предъявляемым к форме и содержанию договоров, подписаны сторонами, что подтверждает достижение между ними соглашения по всем существенным условиям сделки в предусмотренной законом письменной форме.
В соответствии с положениями части 1 статьи 56 ГПК РФ на истце лежало бремя доказывания обоснованности заявленных ею требований, а именно предоставления суду доказательств, свидетельствующих о том, что он в момент заключения оспариваемого договора дарения и договора купли-продажи находились под влиянием заблуждения и обмана.
Суд учитывает, что истец лично подписывал договор дарения и договор купли-продажи, на момент подписания договоров был дееспособным, по состоянию здоровья мог самостоятельно осуществлять и защищать свои права и исполнять обязанности, не страдал заболеваниями, препятствующими осознавать суть подписываемых договоров и обстоятельств его заключения, действовал добровольно. Кроме того, при должной степени заботливости и осмотрительности, не лишен был возможности ознакомиться с условиями подписанных им договоров сразу после их подписания, поскольку данные договоры был составлены по одному для каждой из сторон и один экземпляр храниться в делах нотариуса, а доказательств того, что экземпляры договоров истцу не вручался суду не представлено.
Договор дарения от 13.12.2021 удостоверен нотариусом ФИО5 Содержание договора было зачитано нотариусом вслух, договор был подписан участниками в присутствии нотариуса, а также были разъяснены существенные условия договора и правовые последствия его заключения.
Договор купли-продажи от 03.03.2022 удостоверен нотариусом ФИО5, личность сторон установлена, дееспособность проверена, содержание договора соответствует волеизъявлению сторон. Договор подписан в присутствии нотариуса.
При таком положении, в отсутствие доказательств, достоверно и объективно подтверждающих, что в момент совершения оспариваемой сделки ФИО1 не мог понимать значение своих действий или руководить ими, а также доказательств совершения ФИО1 сделки с пороком воли ввиду введения его в заблуждение или обмана, с учетом того, что бремя доказывания обстоятельств недействительности сделок возлагается именно на истца, которым доказательств в порядке ст. 56 ГПК РФ не представлено, принимая во внимание, что оспариваемый договор купли-продажи от 03.03.2022 и договор дарения от 13.12.2021 заключены по обоюдному согласию истца и ответчика ФИО3, удостоверены нотариусом, а также принимая во внимание, отсутствие в материалах дела доказательств, того, что выраженная в сделке воля сформировалась у истца вследствие заблуждения или недобросовестного поведения со стороны ФИО3 не представлено, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований по указанным основаниям.
Бремя доказывания факта заблуждения относительно природы совершаемой сделки лежит на истце, однако надлежащих доказательств в обоснование своих доводов стороной истца, суду не представлено.
Оспариваемый договор купли-продажи от 03.03.2022 содержит четкую, понятную и не допускающую двусмысленного понимания информацию о предмете сделки, ее правовой природе, сторонах договора. Каких-либо претензий относительно договора, его условий при его заключении 03.03.2022 и до момента государственной регистрации перехода права собственности к ответчику ФИО3 истцом не заявлялось.
Также истец в обоснование заявленных доводов указал, что в соответствии с условиями договора купли-продажи от 03.03.2022 стоимость 1/3 доли в праве собственности на спорную квартиру составила 1 500 000 рублей, однако денежные средства истец не получал, подпись в представленных в материалы дела расписках ему не принадлежит. Также истец ссылался на том, что сделка для него является кабальной, стоимость доли в указанном договоре купли-продажи, значительно ниже рыночной стоимости, а также договор заключен без сохранения права пользования жилья за ним.
Вместе с тем доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости и достаточности, подтверждающих совершение ответчиком ФИО3 действий, направленных на принуждение истца к заключению договора купли-продажи недвижимого имущества на указанных в нем условиях, в том числе, о цене объекта недвижимости, на введение истца в заблуждение в отношении предмета или природы сделки, или на совершение сделки на крайне невыгодных для истца условий, истцом суду не представлено в нарушение правил статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Кроме того, указывая, что подпись в расписках о передаче ему денежных средств ему не принадлежит, ответчик каких-либо доказательств в обоснование своих доводов не представил, ходатайство о назначении по делу судебной почерковедческой экспертизы было отозвано (т.2 л.д.204-205).
Доводы истца о том, что ФИО3 после заключения договора дарения и договора купли-продажи в квартиру не вселялась, поскольку на самом деле не имела намерения получить в собственность доли к спорной квартире и проживать в ней, суд признает несостоятельными, как не имеющие юридического значения для настоящего дела, поскольку являясь собственником недвижимости, ответчик ФИО3 в силу ст. 209 ГК РФ вправе самостоятельно и по своему усмотрению распоряжаться своим имуществом.
Кроме того, согласно пункту 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.
Оспариваемый договор дарения заключен 13 декабря 2021 г., договор купли-продажи заключен 03 марта 2022 г. С настоящим иском истец обратился в суд 11 мая 2023 г., то есть по истечении срока исковой давности, на применении которого настаивала сторона ответчиков (т.1 л.д.134-135, 142-143), что является самостоятельным основанием для отказа в иске (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Доказательств уважительности пропуска срока истцом не представлено.
Таким образом, разрешая заявленные требования, руководствуясь вышеуказанными нормами, на основании тщательного анализа представленных доказательств в их совокупности, в том числе показаний допрошенных свидетелей, суд приходит к выводу об отсутствии относимых и допустимых доказательств того, что на момент подписания договора дарения от 13.12.2021 и договора купли-продажи от 03.03.2022 ФИО1 не мог понимать значение своих действий и руководить ими, в том числе в связи с оказанием на нее давления со стороны ответчика, его обманом или введения его в заблуждение, а также в связи пропуском истцом срока исковой давности, в связи с чем отсутствуют основания для признания вышеуказанных договоров недействительными.
Поскольку судом отказано в удовлетворении требований о признании недействительными договора дарения от 13.12.2021, а также договора купли-продажи от 03.03.2022, оснований для признания недействительными последующих сделок, а именно договора купли-продажи от 18.03.2022, договора купли-продажи от 04.05.2022 не имеется, доказательств недобросовестности лиц, приобретавших имущество, не представлено. Оснований для удовлетворения требований об истребовании из незаконного владения ФИО2 также отсутствуют.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании сделок недействительными, истребовании имущества из чужого незаконного владения – отказать.
Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Кировский районный суд г. Санкт-Петербурга.
Судья
Мотивированное решение суда составлено 14.05.2025 года.
УИД: 78RS0006-01-2022-002282-05