Дело № 2-336/2022
25RS0010-01-2021-001184-31
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
17 октября 2022 года г. Находка Приморского края
Мотивированное решение составлено 24 октября 2022 года (в порядке статьи 199, части 3 статьи 107 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Находкинский городской суд Приморского края в составе председательствующего судьи Алексеева Д.А., при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания Адамовой Е.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Чечель ФИО15, ФИО3 ФИО16 к Булынденко ФИО17 о признании недействительным завещания,
при участии в судебном заседании:
от истца ФИО1 – ФИО2 (паспорт, доверенность),
от истца ФИО3 – не явился,
от ответчика – ФИО4 (паспорт), ФИО5 (удостоверение адвоката, ордер),
от третьего лица – не явилось,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1, ФИО6 обратились в суд с иском к ФИО4 о признании недействительным завещания, указав, что 14 сентября 2020 года умер ФИО7, который являлся их родным братом. При жизни ФИО7 поддерживал доброжелательные отношения с сестрой и братом, созванивался по телефону несколько раз в месяц. В силу отдаленности и возраста личные встречи были в последний год жизни редкими. После смерти ФИО7 истцы узнали со слов соседей, что примерно за несколько месяцев до смерти им было оформлено завещание в пользу соседки ФИО4, в соответствии с которым все свое имущество, в том числе квартиру по адресу: <.........> вклад с денежными средствами, на случай смерти завещал ответчику. При этом истцы от умершего ФИО7 ни разу не слышали о его намерении оформить завещание на соседку, с его слов ФИО4 по договоренности оказывала ему за отдельную плату помощь по уходу за ним, приобретала лекарства, продукты, выполняла мелкую работу по дому, между ответчиком и умершим отсутствовали дружеские отношения, напротив, ФИО7 в ходе телефонных разговоров жаловался на ответчика, её нежелание покупать ему жизненно необходимое устройство для измерения уровня сахара, поскольку он страдал диагностированным и прогрессирующим сахарным диабетом. По мнению истцов, имеются основания полагать, что при совершении нотариального удостоверения завещания в пользу ответчика ФИО7 в силу своего прогрессирующего онкологического заболевания на момент составления завещания был не способен понимать значение своих действий и руководить ими. Истцы полагали, что ответчик воспользовался невменяемым состоянием ФИО7, уловками и манипуляциями склонила его к оформлению завещания в свою пользу. Истцы просили признать недействительным завещание, совершенное ФИО7 и удостоверенное нотариусом Находкинского нотариального округа Приморского края ФИО8
В судебном заседании представитель истца ФИО1 заявленные требования поддержал. Также указал на несогласие с результатами психолого-психиатрической экспертизы, согласно выводам которой ФИО7 при составлении и подписании завещания мог понимать значение своих действий и руководить ими, поскольку в состав экспертной комиссии не были включены врач-околог, врач-невролог или нейрохирург, в связи с чем выводы экспертов сделаны без оценки всех обстоятельств дела, являются необъективными.
В ходе рассмотрения дела в связи со смертью истца ФИО6 произведена замена истца ФИО6 правопреемником – ФИО3
Истец ФИО3 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещалась надлежащим образом по месту жительства.
Положениями статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ), подлежащими на основании разъяснений, данных в пункте 68 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от23июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений разделаI части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», применению к судебным извещениям и вызовам, определено, что сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.
Судом предприняты все меры к извещению истца, который судебные извещения не получал, об изменении места жительства, а также места регистрации суд и органы исполнительной власти не уведомил. Принимая во внимание положения статей 117, 118 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ), статьи 165.1 ГК РФ, суд полагает, что истец извещён по последнему известному месту жительства, регистрации, отказался от получения судебных извещений посредством неявки в почтовое отделение, и судебные извещения считаются доставленными, хотя бы адресат по этим адресам более не проживает или не находится.
В соответствии с принципом диспозитивности стороны по своему усмотрению распоряжаются своими правами: истец предпочёл вместо защиты своих прав в судебном заседании неявку в суд и, учитывая, что реализация участниками гражданского судопроизводства своих прав не должна нарушать права и охраняемые законом интересы других лиц, суд считает необходимым в порядке части 3 статьи 167 ГПК РФ рассмотреть настоящее дело в отсутствие истца, поскольку полагает возможным разрешить спор по имеющимся в деле доказательствам.
Ответчик и его представитель в судебном заседании против удовлетворения иска возражали. Ответчик пояснил, что его семья поддерживала дружеские отношения с умершим ФИО7, который неоднократно говорил, что ничего не должен членам своей семьи. Завещание ФИО7 совершил самостоятельно, это являлось его личным волеизъявлением. Также ответчик сослался на результаты судебной экспертизы, согласно выводам которой ФИО7 при составлении и подписании завещания мог понимать значение своих действий и руководить ими.
Нотариус Находкинского нотариального округа Приморского края ФИО8, привлечённая к участию в деле в качестве третьего лица. Не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, суду представлено ходатайство о рассмотрении дела в её отсутствие. В порядке части 5 статьи 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие третьего лица.
Суд, выслушав участников судебного заседания, исследовав материалы дела, приходит к следующему.
В ходе рассмотрения дела установлено, что 14 сентября 2020 года умер ФИО7 (дата рождения: 27 июля 1938 года; место рождения: Приморский край, Спасский район, с. Александровка).
При этом 06 мая 2020 года ФИО7 совершено завещание (том дела 1, лист 63), удостоверенное нотариусом Находкинского нотариального округа ФИО8, согласно которому ФИО7 завещал все имущество, которое на момент его смерти принадлежало завещателю, ответчику ФИО4
Истцы ФИО6, ФИО1 являются братом и сестрой умершего ФИО7, полагали, что вышеуказанное завещание является недействительным по причине того, что ФИО7 при его совершении был не способен понимать значение своих действий и руководить ими.
Оценивая данные доводы, суд учитывает, что в силу пункта 1 статьи 1131 ГК РФ при нарушении положений ГК РФ, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием (абзац первый пункта 2 статьи 1131 ГК РФ).
Согласно пунктам 2, 3 статьи 1118 ГК РФ завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объёме. Завещание должно быть совершено лично. Совершение завещания и заключение наследственного договора через представителя не допускаются. Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства (пункт 5 статьи 1118 ГК РФ).
Как предусмотрено пунктом 1 статьи 1119 ГК РФ, завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель вправе совершить завещание, содержащее распоряжение о любом имуществе, в том числе о том, которое он может приобрести в будущем (абзац первый статьи 1120 ГК РФ).
В силу предписаний статьи 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Как установлено частью 1 статьи 57 ГПК РФ, доказательства представляются сторонами и иными лицами, участвующими в деле.
Однако истцами в нарушение вышеуказанных положений статей 56, 57 ГПК РФ не представлено суду никаких доказательств в обоснование их доводов о том, что ФИО7 при совершении оспариваемого завещания был не способен понимать значение своих действий и руководить ими.
Так, перед совершением завещания ФИО7 получено медицинское заключение перед сделкой от 29 апреля 2020 года № 19/20, составленное государственным бюджетным учреждением здравоохранения «Краевая клиническая психиатрическая больница» (филиал г. Находка), согласно которому психическое состояния ФИО7 охарактеризовано сохранностью в целом психических функций и процессов, отсутствием нарушений критических способностей, пониманием существа сделки и её последствий (том дела 1, лист 108).
Из показаний свидетелей ФИО9, ФИО10, допрошенных в судебном заседании 06 сентября 2021 года (том дела 1, листы 127 – 130), усматривается, что ФИО7 предшествующий совершению завещания период вёл нормальный образ жизни, посещал шахматный клуб, участвовал в первенстве по шахматам среди ветеранов, поддерживал отношения со своими ровесниками, каких-либо отклонений в его поведении свидетели не замечали.
Также в ходе рассмотрения дела по ходатайству истцов было назначено проведение судебной психолого-психиатрической экспертизы по вопросам психического состояния ФИО7 при совершении завещания, проведение экспертизы было поручено экспертам государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Краевая клиническая психиатрическая больница» (далее по тексту – ГБУЗ «ККПБ»).
Согласно заключению комиссии экспертов от 05 марта 2022 года № 254, составленному ГБУЗ «ККПБ» (том дела 2, листы 1 – 5), ФИО7 при составлении и подписании завещания 06 мая 2020 года каким-либо хроническим психическим расстройством или слабоумием не страдал. Об этом свидетельствуют материалы гражданского дела, подлинная медицинская документация и показания свидетелей о том, что он не состоял на учёте у психиатра, каких-либо странностей в его поведении отмечено не было, наблюдающие ФИО7 специалисты психических нарушений у него не отмечали, обращения к психиатру не рекомендовали. ФИО7 не был лишён дееспособности, совершал целенаправленные и последовательные действия, собственноручно подписал завещание. В день совершения сделки 06 мая 2020года ФИО7 был освидетельствован врачами-психиатрами, судебно-психиатрическими экспертами в ГБУЗ «ККПБ» (филиал г. Находка), ему дано медицинское заключение о его способности к имущественной сделке. По своему психическому состоянию ФИО7 при составлении и подписании завещания 06 мая 2020 года мог понимать значение своих действий и руководить ими. Заболевание «прогрессирующий лейкоз» диагностировано у ФИО7 после сделки (составления завещания 06 мая 2020 года). С учётом имеющего у него онкологического заболевания по психическому состоянию ФИО7 мог понимать значение своих действий и руководить ими.
Оценивая доводы истцов о том, что выводы экспертов сделаны без оценки всех обстоятельств дела, являются необъективными, поскольку в состав экспертной комиссии не были включены врач-околог, врач-невролог или нейрохирург, суд учитывает, что в соответствии с положениями абзацев первого и второго статьи 7 Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» при производстве судебной экспертизы эксперт независим, он не может находиться в какой-либо зависимости от органа или лица, назначивших судебную экспертизу, сторон и других лиц, заинтересованных в исходе дела. Эксперт дает заключение, основываясь на результатах проведённых исследований в соответствии со своими специальными знаниями. Не допускается воздействие на эксперта со стороны судов, судей, органов дознания, лиц, производящих дознание, следователей и прокуроров, а также иных государственных органов, организаций, объединений и отдельных лиц в целях получения заключения в пользу кого-либо из участников процесса или в интересах других лиц.
По смыслу указанной статьи эксперт самостоятелен в выборе им способов и методов исследований, необходимых для проведения судебной экспертизы и формирования заключения. Методика проведения судебной экспертизы определяется экспертным учреждением с учётом требований законодательства и относится к области специальных знаний, то есть не входит в компетенцию суда, разрешающего вопрос о её назначении. Избрание способов производства экспертизы, технических средств, которые будут использованы, относится к компетенции эксперта.
Выбор методики исследования является прерогативой эксперта и в данном случае соответствует предмету проведённого исследования с учётом поставленных судом вопросов.
Отвечающих требованиям главы 6 ГПК РФ доказательств, указывающих на недостоверность провёденной экспертизы либо ставящих под сомнение её выводы, суду не представлено. Само по себе несогласие истцов с выводами экспертов не может являться основанием для признания заключения недопустимым доказательством.
Заключение изготовлено в письменной форме, содержит исследовательскую часть, выводы экспертов мотивированно обоснованы, исследование проводилось всесторонне и полно. При проведении экспертизы эксперты были предупреждены об ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации.
При таких обстоятельствах на основании статьи 67 ГПК РФ суд находит экспертное заключение, составленное ГБУЗ «ККПБ», достоверным и допустимым.
Каких-либо доказательств, с достоверностью подтверждающих нарушение положений ГК РФ, влекущих за собой недействительность завещания, совершённого ФИО7, истцами суду не представлено.
При таких обстоятельствах суд не находит оснований для удовлетворения иска.
Руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковое заявление оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в Приморский краевой суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме с подачей жалобы через Находкинский городской суд Приморского края.
Судья Д.А. Алексеев