Решение по делу № 2-5040/2023 от 28.12.2023 - о признании мнимых сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок.

Мотивированное решение составлено 28.12.2023

Дело №2-5040/2023

25RS0002-01-2022-009259-11

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 декабря 2023 года город Владивосток

Ленинский районный суд города Владивостока в составе председательствующего судьи Аскерко В.Г.

при секретаре Котляковой М.И.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании мнимых сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок,

установил:

ФИО1 первоначально обратился во Фрунзенский районный суд города Владивостока с иском к ФИО2 о признании мнимых сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок, указав, что ДД.ММ.ГГГГ между сторонам заключен договор купли-продажи нежилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, кадастровый №, регистрация сделки была осуществлена ДД.ММ.ГГГГ.

Данная сделка является мнимой, поскольку была совершена по просьбе ответчика ФИО2, в отношении которого на тот момент имелся спор в Арбитражном суде <адрес> о привлечении к субсидиарной ответственности дело № (в иске ошибочно указано №). Оплата по договору не производилась, на момент заключения сделки истец являлся пенсионером, работал в ДВФУ до января 2022 года и не обладал денежными средствами для покупки недвижимости. Фактически собственником помещения ФИО1 не становился, так как оно на протяжении всего времени формальной принадлежности ему оставалось в полном владении и распоряжении ФИО2 Как до сделки, так и после ее совершения в помещении располагался принадлежащий ФИО2 салон цветов «Глориоза», которым каких-либо договоров с формальным собственником ФИО1 не заключалось. В дальнейшем, вновь по просьбе ФИО2 помещение было передано его жене ФИО3 по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, оплата по которому также не производилась.

После совершения оспариваемой сделки ФИО1 выдал ФИО2 по его просьбе доверенность на управление имущество, а также доверенность на имя ФИО4,, который в течение всего этого времени выступал от имени ФИО1 во всех судебных инстанциях и иных спорах, по всем вопросам относительно данного объекта недвижимости.

Просил признать недействительной мнимую сделку – договор купли-продажи нежилого помещения, заключенную ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО1 по продаже нежилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, кадастровый № номер на поэтажном плане: 1-12 (II), общая площадь 177,3 кв.м, расположенного на первом этаже двухэтажного здания (сооружения). (л.д. 4-6).

Определением Фрунзенского районного суда города Владивостока от ДД.ММ.ГГГГ гражданское дело передано по подсудности в Ленинский районный суд города Владивостока по месту жительства ответчика ФИО2, поскольку требований о признании права собственности на объект недвижимого имущества, применении последствий недействительности сделки истцом не заявлено. (л.д. 57-58)

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам <адрес>вого суда от ДД.ММ.ГГГГ отменено определение Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ о передаче гражданского дела на рассмотрение другого суда, дело возвращено для рассмотрения по существу.

С учетом принятых в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российского Федерации (далее – ГПК РФ) уточнений ФИО1 просит суд: 1) признать недействительной мнимую сделку – договор купли-продажи нежилого помещения, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО1 по продаже нежилых помещений – нежилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, кадастровый номер № номер на поэтажном плане: 1-12 (II), общая площадь 177,3 кв.м, расположенного на первом этаже двухэтажного здания (сооружения); 2) признать недействительной запись № от ДД.ММ.ГГГГ о государственной регистрации права собственности ФИО1 на нежилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, кадастровый № номер на поэтажном плане: 1-12 (II), общая площадь 177,3 кв.м, расположенного на первом этаже двухэтажного здания (сооружения); 3) признать недействительной мнимую сделку – договор купли-продажи нежилого помещения от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО1 по продаже нежилого помещения общей площадью 147,7 кв.м, этаж первый, кадастровый № и нежилого помещения общей площадью 29,6 кв.м, этаж первый, кадастровый №, расположенных по адресу: <адрес>а; 4) признать недействительной запись № от ДД.ММ.ГГГГ о государственной регистрации права собственности ФИО3 на нежилое помещение площадью 29,6 кв.м, этаж первый, кадастровый №; 5)признать недействительной запись № от ДД.ММ.ГГГГ о государственной регистрации права собственности ФИО3 на нежилое помещение площадью 177,3 кв.м, этаж первый, кадастровый №; 6) прекратить право собственности ФИО3 на нежилое помещение площадью 29,6 кв.м, этаж первый, кадастровый № и нежилое помещение площадью 177,3 кв.м, этаж первый, кадастровый №; 7) применить последствия недействительности сделок в виде возвращения сторон в первоначальное положение, существовавшее до заключения договора купли-продажи нежилого помещения от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО1, а именно: признать объекты недвижимости - нежилое помещение площадью 29,6 кв.м, этаж первый, кадастровый № и нежилое помещение площадью 177,3 кв.м, этаж первый, кадастровый № собственностью ФИО2

В ходе судебного разбирательства судом к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО3, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора – ФИО5

В судебном заседании представитель истца ФИО1 по доверенности ФИО6 на удовлетворении уточненных исковых требований настаивал по доводам и основаниям иска, дополнений к нему, пояснив, что истец выплачивает ипотеку на квартиру, которая является его единственным жильем. Ответчик ФИО2 ежегодно перечислял истцу на счет денежные суммы, необходимые для оплаты налога на имущество за спорное помещение. В 2022 года после истечения пятилетнего формального срока владения истцом ФИО1 по просьбе ФИО2 объект недвижимости был возвращен ему посредством оформления договора купли-продажи с супругой ФИО7 –ФИО3, к этому времени спорный объект был разделен на 2 нежилых помещения по просьбе ФИО2, общая площадь новых объектов осталась равной первоначальной площади спорного объекта.

В судебном заседании представитель ответчиков по доверенностям ФИО8 поддержал заявление ФИО2 и ФИО3 о признании иска ФИО1, поскольку изложенные ФИО1 в иске обстоятельства соответствуют действительному ходу событий.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО5 и ее представитель по доверенности ФИО9 против удовлетворения исковых требований ФИО1 возражали по доводам письменных возражений и дополнений к ним, по тем основаниям, что 1) истцом пропущен срок исковой давности; 2) истцом не представлены доказательства мнимости сделок, напротив, ряд последовательных действий ФИО1 свидетельствуют о его личном участии.По мнению третьего лица, договор между ФИО1 и ФИО3 был заключен после того, как ФИО5 стала предпринимать активные действия по исполнению судебного акта и в целях вывода имущества из-под возможного обращения взыскания на имущество ФИО1, к которому ФИО5 предъявлен иск в Первомайский районный суд города Владивостока о взыскании о недополученной арендной платы. Совершенная сделка влечет для ФИО10 как кредитора ФИО1 негативные последствия, так как создает препятствия для исполнения судебного акта и лишает ее права пользоваться своими нежилыми помещениями по прямому назначению предпринимательской направленности. Просили в удовлетворении уточненных исковых требований отказать в полном объеме.

Выслушав объяснения представителей сторон и третьего лица, исследовав материалы дела, суд находит исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 3 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагается.

По общим правилам пунктов 3, 4 статьи 1 ГК РФ, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно, и никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В соответствии с пунктом 3 статьи 166 ГК РФ, требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

По смыслу приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, обязательным условием признания сделки мнимой является отсутствие у ее сторон намерения создать соответствующие правовые последствия этой сделки.

Для признания сделки мнимой на основании статьи 170 ГК РФ, как и для признания сделки недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ, необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности.

Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их главным действительным намерением. При этом сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но при этом стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость. Поэтому факт такого расхождения волеизъявления с действительной волей сторон устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений (пункт 7 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 8 июля 2020 г.).

В соответствии с п. 1 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Согласно п. 2 этой же статьи собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно ст. 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (ст. 130 ГК РФ).

В соответствии со ст. 550 ГК РФ договор продажи недвижимого имущества заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (п. 2 ст. 434 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 556 ГК РФ передача недвижимости продавцом и принятие ее покупателем осуществляются по подписываемому сторонами передаточному акту или иному документу о передаче. Если иное не предусмотрено законом или договором, обязательство продавца передать недвижимость покупателю считается исполненным после вручения этого имущества покупателю и подписания сторонами соответствующего документа о передаче.

Таким образом, при заключении договора купли-продажи жилого помещения целью покупателя является приобретение права собственности на данное недвижимое имущество, а у продавца - отчуждение своего имущества и получение денежных средств за данное имущество.

Согласно части 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как установлено в судебном заседании, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 (продавцом) и ФИО1 (покупателем) заключен договор купли-продажи нежилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, кадастровый №. (л.д. 18-20)

По данному договору ФИО2 обязался передать в собственность ФИО1 нежилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, кадастровый №, а истец обязался принять нежилое помещение стоимостью 5 000 000 рублей.

Указанный договор заключен в простой письменной форме, подписан сторонами, произведена государственная регистрация перехода права собственности от продавца к покупателю в Управлении Росреестра по <адрес> ДД.ММ.ГГГГ.

Судом установлено, что сторонами заключен договор купли-продажи спорного имущества, который зарегистрирован и фактически исполнен, поскольку согласно п. 3 договора произошла передача имущества от продавца покупателю, имущество перешло во владение покупателя на момент подписания договора и признается переданным покупателю с момента подписания договора. Стороны предусмотрели, что в случае расторжения Договора стороны вправе требовать возврата того, что ими было исполнено по Договору. В частности, Продавец вправе требовать от Покупателя возврата переданного ему недвижимого имущества, покупатель – возврата уплаченных продавцу денежных средств.

Таким образом, в оспариваемом истцом договоре сторонами были определены все существенные условия договора.

Договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ заключен сторонами в письменной форме, соответствует требованиям ст. ст. 549 - 551 ГК РФ, подписан сторонами, что подтверждает достижение между ними соглашения по всем существенным условиям сделки в предусмотренной законом письменной форме.

Доводы ФИО1 о мнимости заключенной с ФИО2 противоречат материалам дела и опровергаются последовательностью целенаправленных действий истца в течение длительного периода владения объектом недвижимости.

Так, в период с 2018 по 2022 годы ФИО1 выдал доверенности ФИО4 на представление интересов по гражданским делам с участием ФИО5, связанным с обеспечением доступа третьему лицу для проведения работ по подключению к ХВС и водоотведении, а также вопросам, возникающим в рамках исполнительного производства (л.д. 71-90, 98-102)

ДД.ММ.ГГГГ подписал акт разграничения эксплуатационности по существующей внутридомовой системе канализации на объекте учета по <адрес> (л.д. 103)

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в лице представителя по доверенности заключил договор с КГУП «Приморский водоканал» договор холодного водоснабжения и водоотведения № по объекту учета «Магазин «Цветы» <адрес>

При этом, в силу пункта 1 статьи 182 ГК РФ сделка совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

В 2021 году ФИО1, реализуя правомочия собственника по владению и распоряжению имуществом, осуществил раздел нежилых помещений на два: 147,7 кв.м и 29,6 кв.м, которые в дальнейшем продал ФИО3

Кроме того, как собственник объекта недвижимости ФИО1, реализовал право на судебную защиту, обратившись в суд с иском к МУПВ «ВПЭС» о возврате суммы неосновательного обогащения за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в удовлетворении которого ему отказано решением Первореченского районного суда города Владивостока от ДД.ММ.ГГГГ, дело №. (л.д. 94-95, 96-97)

Доводы истца о том, что оплата по договору не была произведена являются бездоказательными. Кроме того, доказательств тому, что ФИО2 предъявлял требования к покупателю по вопросу неоплаты за объекты недвижимости, а в последующем ФИО11 к ФИО3 - не представлено. На протяжении столь длительного времени стороны не оспаривали договор, в том числе по мотиву безденежности.

Таким образом, в рассматриваемом случае, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для признания договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО2 и ФИО1, мнимой сделкой, поскольку истцом не доказано, что данный договор был заключен без намерения у каждой из сторон договора создать соответствующие правовые последствия, с пороком воли каждой из сторон договора.

Учитывая изложенное, суд считает, что доказательств, достоверно свидетельствующих о мнимости оспариваемой сделки, истцом не представлено.

Наличие доверительных связей между ФИО1 и супругами Ф-выми не лишает указанных граждан правоспособности и не ограничивает их в совершении гражданско-правовых сделок.

Сами по себе факты денежных переводов ФИО2 в пользу ФИО1 не свидетельствует о мнимости сделки.

Судом установлено, что на момент разрешения спора собственником нежилых помещений 29,6 кв.м, этаж первый, кадастровый № и площадью 177,3 кв.м, этаж первый, кадастровый № является ФИО3 на основании договора купли-продажи нежилых помещений от ДД.ММ.ГГГГ.

Разрешая исковые требования ФИО1 о признании сделки купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ мнимой, суд исходит из того, что доказательств того, что, заключая договор купли-продажи спорного объекта недвижимости намерения ФИО1 и ФИО3 были направлены на достижение иных правовых последствий, чем указано в оспариваемом договоре, а воля участников сделки была направлена на достижение иных правовых последствий, чем возмездный переход права собственности на нежилые помещения не представлено. Намерение одной из сторон на совершение притворной сделки по смыслу закона недостаточно. Оценивая реальность намерений ФИО1, который будучи законным владельцем спорных помещений, в соответствии с п. 2 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации, распорядился принадлежащим ему имуществом и произвел его отчуждение в пользу ФИО3 по договору купли-продажи, суд приходит к выводу о том, что оснований полагать, что участники сделки при заключении оспариваемого договора стремились к достижению иного правового результата, не имеется, условия, которые могли бы ввести стороны в заблуждение относительно характера и последствий сделки, в оспариваемом договоре, отсутствуют.

При заключении договора от ДД.ММ.ГГГГ стороны в п. 2 оценили нежилые помещения в 4 700 000 руб. и 300 000 руб. и подтвердили, что продавец получил от покупателя указанные суммы при подписании договора (л.д.21-22)

Суд относится критически к ссылке истца о возвращении имущества ФИО2 посредством продажи нежилых помещений его супруге ФИО3, поскольку в силу статьи 421 ГК РФ граждане свободны в заключении договора. В случае наличия реального волеизъявления ФИО1 не был лишен возможности заключить сделку непосредственно с ФИО2

В соответствии с частью 1 статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ответчик вправе признать иск.

Суд, руководствуясь частью 2 указанной статьи, не принимает признание иска ответчиками Ф-выми, поскольку оно нарушает права и законные интересы третьего лица ФИО5, предъявившей в защиту нарушенных своих прав самостоятельные иски к ФИО3 о признании сделки недействительной во Фрунзенский районный суд города Владивостока и к ФИО1 о взыскании упущенной выгоды в Первомайский районный суд города Владивостока, производство по которым приостановлено до рассмотрения настоящего гражданского дела.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения иска ФИО1 по основанию его признания ответчиками не имеется.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Соответствующее заявление, сделанное третьим лицом, по общему правилу не является основанием для применения судом исковой давности. Вместе с тем заявление о пропуске срока исковой давности может быть сделано третьим лицом, если в случае удовлетворения иска к ответчику возможно предъявление ответчиком к третьему лицу регрессного требования или требования о возмещении убытков. (п. 2 ст. 199 ГК РФ, абз. 5 п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

Указанные разъяснения Пленума Верховного Суда РФ истолкованы третьим лицом не верно. Суждения о том, что в случае удовлетворения иска могут быть затронуты права ФИО5 не наделяют ее правом применительно к вышеуказанными разъяснениям заявлять о пропуске истцом срока исковой давности. Учитывая существо иска заявленного ФИО1 требования не основаны на предъявлении регрессного требования о возмещении убытков к третьему лицу. То обстоятельство, что принятым по делу судебным актом могут быть затронуты права и обязанности ФИО5 по отношению к одной из сторон, явились основанием для ее привлечения к участию в настоящем деле в порядке статьи 43 ГПК РФ.

В этой связи судом не дана оценка при принятии решения заявлению ФИО5 о пропуске ФИО1 срока исковой давности для предъявления рассматриваемого иска.

Доводы третьего лица ФИО5 о безденежности договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ при вышеизложенных обстоятельствах, учитывая ее обращение с самостоятельным иском не подлежат оценке судом при разрешении настоящего спора.

По изложенному, руководствуясь ст. ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

ФИО1 в удовлетворении исковых требований ФИО2, ФИО3 о признании мнимых сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок – отказать.

Решение может быть обжаловано в Приморский краевой суд через Ленинский районный суд города Владивостока в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья В.Г. Аскерко