41RS0002-01-2023-000370-07

Судья Кошелев П.В. Дело № 33-1265/2023

(2-581/2023)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Петропавловск-Камчатский 13.07.2023

Судебная коллегия по гражданским делам Камчатского краевого суда в составе:

председательствующего Мартьяновой С.Ю.,

судей Миронова А.А.,

ФИО2

при секретаре Шинкееве М.Ю. рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов к ФИО3, ФИО4 о солидарном возмещении ущерба в порядке регресса

по апелляционной жалобе представителя истца Федеральной службы судебных приставов ФИО5 на решение Елизовского районного суда Камчатского края от 17.04.2023.

Заслушав доклад председательствующего, объяснения представителя истца Федеральной службы судебных приставов ФИО5, представителя ответчика ФИО3 Кирюша Е.В., судебная коллегия

установила:

Федеральная служба судебных приставов (далее ФССП России) обратилась в суд с иском, ссылаясь на то, что на исполнении в Елизовском районном отделении судебных приставов по Камчатскому краю находилось исполнительное производство от 01.07.2016 №, возбужденное в отношении ФИО6 о взыскании с нее в пользу ФИО1 задолженности в размере 99 570 рублей. В рамках указанного исполнительного производства 29.03.2017 было арестовано имущество должника в количестве 29 наименований. Предварительная оценка имущества составила 285 500 рублей. При совершении исполнительных действий 26.04.2017, 21.06.2017, 06.07.2017 и 11.07.2017 были составлены акты, согласно которым арестованное имущество находилось у назначенных судебным приставом-исполнителем хранителей в полном объеме, в целости и сохранности, без каких-либо повреждений. С 21.08.2017 до передачи нереализованного имущества должнику имущество находилось на хранении в Елизовском районном отделении судебных приставов по Камчатскому краю. 19.06.2018 имущество было возвращено должнику в поврежденном состоянии. Решением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 31.03.2021 по делу № с Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО6 взыскана сумма убытков в размере 449 000 рублей, а также компенсация морального вреда – 35 000 рублей, всего – 484 000 рублей. Суд, с учетом вступившего в законную силу решения Елизовского районного суда от 20.11.2018 по делу № 2а-1436/18, пришел к выводу о доказанности виновных действий (бездействия) должностных лиц Елизовского районного отделения судебных приставов по Камчатскому краю ФИО3 и ФИО4, выразившихся в непринятии мер по обеспечению сохранности арестованного имущества ФИО6 Указанное решение суда исполнено Министерством финансов Российской Федерации, являющимся финансовым органом Российской Федерации, в порядке, предусмотренном 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации. 20.04.2022 ФИО6 перечислена сумма в размере 484 000 рублей. Поскольку незаконность действий начальника отдела – старшего судебного пристава ФИО3 и заместителя начальника отдела – заместителя старшего судебного пристава-исполнителя ФИО4, а также причинно-следственная связь между их действиями (бездействием) и наступившим ущербом, а также его размер установлены вступившими в законную силу судебными актами, уплаченные из казны Российской Федерации денежные средства на общую сумму 484 000 рублей подлежат взысканию в порядке регресса солидарно с ФИО3 и ФИО4

Судом постановлено решение, которым в удовлетворении заявленных требований отказано.

В апелляционной жалобе ставится вопрос об отмене решения суда как незаконного, постановленного с нарушениями норм материального права. Заявитель указывает на то, что основанием для возмещения вреда с Российской Федерации в соответствии со статьями 1069, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации являлись незаконные действия (бездействие) должностных лиц службы судебных приставов, вина которых и причинно-следственная связь между такими действиями (бездействием) и причинением вреда установлены при рассмотрении иска о возмещении вреда. Кроме того, они были признаны незаконными в порядке административного судопроизводства. Российская Федерация, возместившая вред в соответствии вышеназванными статьями Гражданского кодекса Российской Федерации, предъявляет регрессные требования к тем должностным лицам, чьи незаконные действия (бездействие) установлены судом и повлекли возмещение вреда. Незаконность действий судебных приставов-исполнителей ФИО3 и ФИО4, а также причинно-следственная связь между их действиями (бездействием) установлены вступившими в законную силу решениями Елизовского районного суда от 20.11.2018 и Петропавловск-Камчатского городского суда от 31.03.2021. В силу императивного характера процессуальных норм (статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), вывод суда о не преюдициальности обстоятельств, установленных вышеуказанными судебными актами, является ошибочным. Податель жалобы ссылается на судебную практику вышестоящих судов, которые пришли к выводу, что установленная в судебном порядке незаконность действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя является основанием для возмещения с виновных лиц ущерба в порядке регресса в пользу Российской Федерации. При этом подлежат применению положения Трудового кодекса Российской Федерации в части установления размера возмещения ущерба в пределах среднего месячного заработка работника в соответствии со статьей 241 Трудового кодекса Российской Федерации.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель истца Федеральной службы судебных приставов ФИО5 доводы апелляционной жалобы поддержала.

Представитель ответчика ФИО3 Кирюша Е.В. полагала решение суда правильным.

Ответчики ФИО3, ФИО4 просили дело рассмотреть без их участия.

С учетом положений части 1 статьи 327, частей 3, 4 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции пришел к выводу о возможности рассмотрения апелляционной жалобы при установленной явке.

Выслушав представителей сторон, исследовав материалы настоящего дела, материалы гражданского дела № 2-288/2021 и административного дела № 2а-1436/2018, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Из дела видно, что приказом УФССП России по Камчатскому краю от 30.11.2012 № ФИО3 принят на должность старшего судебного пристава Елизовского городского (районного) отдела судебных приставов УФССП России по Камчатскому краю.

В соответствии с выпиской из приказа ФССП России от 30.04.2020 № назначен на должность начальника отделения – старшего судебного пристава в Елизовское районное отделение судебных приставов (л.д. 27-40, 131, 154-157).

Приказом УФССП России по Камчатскому краю от 01.06.2010 № ФИО4 назначена на должность заместителя начальника отдела – заместителя старшего судебного пристава Елизовского городского отдела судебных приставов УФССП России по Камчатскому краю.

Приказами от 15.05.2017 № от 31.07.2017 № от 21.03.2018 № в связи с убытием в отпуск ФИО3, на ФИО4 возлагалось временное исполнение обязанностей по должности начальника отдела – старшего судебного пристава Елизовского районного отдела судебных приставов УФССП России по Камчатскому краю с 03.05.2017 по 02.06.2017, с 07.09.2017 по 13.10.2017, с 16.04.2018 по 11.05.2018.

30.04.2021 ФИО4 уволена со службы в органах принудительного исполнения Российской Федерации (л.д. 41-55, 149-153).

Решением Елизовского районного суда Камчатского края от 20.11.2018 по административному делу № 2а-1436/18, оставленным без изменения апелляционным определением Камчатского краевого суда от 07.02.2019, бездействия старшего судебного пристава ФИО3 и его заместителя ФИО4 в период с 07.09.2017 по 13.10.2017, выразившиеся в непринятии мер по осуществлению передачи исполнительного производства другому судебному приставу-исполнителю и обеспечению сохранности арестованного имущества должника ФИО6, признаны незаконными (л.д. 56-65).

Вступившим в законную силу решением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 31.03.2021 по гражданскому делу № 2-288/21, с учетом обстоятельств, установленных в рамках административного дела № 2а-1436/2018, с Российской Федерации в лице ФССП России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО6 взыскана сумма убытков в размере 449 000 рублей, компенсация морального вреда – 35 000 рублей, всего 484 000 рублей (л.д. 69-79).

Указанная сумма перечислена на счет ФИО6 20.04.2022 (л.д. 66,67).

Отказывая в удовлетворении требований о взыскании с ответчиков ущерба в порядке регресса, суд первой инстанции исходил из того, что истцом, в нарушение положений статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации, служебная проверка в отношении старшего судебного пристава ФИО3 и судебного пристава-исполнителя ФИО4 не проводилась, факт совершения незаконных действий, вина ответчиков, а также причины и условия, повлиявшие на совершение проступка, не устанавливались. При этом ранее состоявшиеся судебные акты, по мнению суда, не являются преюдициальными для разрешения данного спора в части установления вины ответчиков, а также причинно-следственной связи между их бездействием и возникшими у истца убытками.

Судебная коллегия с таким решением суда первой инстанции согласиться не может по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 2 Федеральный закон от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее Федеральный закон от 02.10.2007 № 229-ФЗ) задачами исполнительного производства являются правильное и своевременное исполнение судебных актов, актов других органов и должностных лиц, а в предусмотренных законодательством Российской Федерации случаях исполнение иных документов в целях защиты нарушенных прав, свобод и законных интересов граждан и организаций, а также в целях обеспечения исполнения обязательств по международным договорам Российской Федерации.

Согласно статье 4 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ исполнительное производство осуществляется на принципах законности, своевременности совершения исполнительных действий и применения мер принудительного исполнения.

В соответствии с абзацем 6 пункта 2 статьи 12 Федерального закона от 21.07.1997 № 118-ФЗ «Об органах принудительного исполнения Российской Федерации» (далее Федеральный закон от 21.07.1997 № 118-ФЗ, в редакции до 01.01.2020 – Федеральный закон от 21.07.1997 № 118-ФЗ «О судебных приставах») судебный пристав-исполнитель имеет право арестовывать, изымать, передавать на хранение и реализовывать арестованное имущество, за исключением имущества, изъятого из оборота в соответствии с законом.

Пунктом 2 статьи 86 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ предусмотрено, что движимое имущество должника, на которое наложен арест, передается на хранение под роспись в акте о наложении ареста должнику или членам его семьи, взыскателю либо лицу, с которым Федеральной службой судебных приставов или ее территориальным органом заключен договор. Хранение документов, подтверждающих наличие и объем имущественных прав должника, а также движимого имущества может осуществляться в подразделении судебных приставов при условии обеспечения их сохранности.

Порядок передачи исполнительных производств в подразделениях судебных приставов регламентирован «Инструкцией по делопроизводству в Федеральной службе судебных приставов», утвержденной приказом ФССП России от 10.12.2010 № 682.

Заинтересованные лица вправе обратиться в суд с иском о возмещении убытков, причиненных им в результате совершения исполнительных действий и (или) применения мер принудительного исполнения (часть 2 статьи 119 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ)

В силу пункта 3 статьи 19 Федеральный закон от 21.07.1997 № 118-ФЗ ущерб, причиненный судебным приставом гражданам и организациям, подлежит возмещению в порядке, предусмотренном гражданским законодательством Российской Федерации.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Статья 16 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что убытки, причиненные гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием.

Согласно статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Пунктом 1 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Российская Федерация, субъект Российской Федерации или муниципальное образование в случае возмещения ими вреда по основаниям, предусмотренным статьями 1069 и 1070 настоящего Кодекса, а также по решениям Европейского Суда по правам человека имеют право регресса к лицу, в связи с незаконными действиями (бездействием) которого произведено указанное возмещение (пункт 3.1 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Из обстоятельств установленных решением Елизовского районного суда Камчатского края от 20.11.2018 по административному делу № 2а-1436/18, оставленному без изменения апелляционным определением Камчатского краевого суда от 07.02.2019, следует, что в Елизовском районном отделе судебных приставов на исполнении находилось исполнительное производство в отношении ФИО6 о взыскании в пользу ФИО1 денежных средств в размере 99 570 рублей.

29.03.2017 судебным приставом-исполнителем ФИО7 наложен арест на имущество должника. Согласно акту о наложении ареста от участвующих лиц замечаний относительно состояния имущества не поступило.

Из актов совершения исполнительских действий от 26.04.2017, 21.06.2017, от 06.07.2017 и от 11.07.2017, составленных судебным приставом-исполнителем ФИО7, следует, что арестованное имущество должника находилось в целости и сохранности, без каких-либо повреждений.

С 21.08.2017 ответственным хранителем арестованного имущества назначена судебный пристав-исполнитель ФИО7 и указанное имущество перемещено в Елизовский районный отдел судебных приставов. 19.09.2017 с ФИО7 расторгнут служебный контракт.

Старшим судебным приставом Елизовского районного отдела УФССП России по Камчатскому краю в указанный период являлся ФИО3 В период его нахождения в очередном отпуске, с 07.09.2017 года по 13.10.2017, обязанности начальника отдела судебных приставов были возложены на заместителя старшего судебного пристава ФИО4

19.06.2018 судебным приставом-исполнителем ФИО8 составлен акт, согласно которому часть имущества возвращена должнику ФИО6 Согласно замечаниям должника к указанному акту, имущество передано ей в поврежденном состоянии.

При этом допустимых и достаточных доказательств тому, что старшим судебным приставом ФИО3 и в его отсутствие заместителем ФИО4 были предприняты надлежащие меры по организации передачи материалов исполнительного производства от судебного пристава-исполнителя ФИО7 другому судебному приставу-исполнителю, в том числе ФИО8, в материалах административного дела и исполнительного производства не имелось.

Оценив изложенные обстоятельства, суды первой и апелляционной инстанции пришли к выводу о том, что заявленные административным истцом требования в части признания незаконным бездействия старшего судебного пристава ФИО3 и его заместителя ФИО4 в период с 07.09.2017 по 13.10.2017, выразившегося в непринятии мер по осуществлению передачи исполнительного производства другому судебному приставу-исполнителю и обеспечению сохранности арестованного имущества должника, подлежат удовлетворению.

Судом указано также и на то, что административным ответчиком ФИО3 не представлены доказательства законности его бездействия, выразившегося в неосуществлении в пределах своей компетенции контроля за деятельностью в его отсутствие подчиненных ему сотрудников, в том числе исполнявшей его обязанности на период отпуска ФИО4

На основании указанного судебного акта, решением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 31.03.2021 по гражданскому делу № 2-288/21, с Российской Федерации в лице ФССП России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО6 взыскана сумма убытков в размере 449 000 рублей и компенсация морального вреда – 35 000 рублей.

Суд пришел к выводу о доказанности виновных действий (бездействия) должностных лиц Елизовского районного отдела судебных приставов ФИО3 и ФИО4, выразившихся в непринятии необходимых действий для предотвращения утраты арестованного имущества, не обеспечивших сохранность арестованного имущества, что повлекло за собой причинение ФИО6 ущерба на сумму 449 000 рублей.

Размер ущерба был установлен судом на основании заключения судебной оценочной экспертизы, назначенной по ходатайству ответчика ФССП России и проведенной ООО АФК «Концепт».

Таким образом, вопреки выводу суда первой инстанции, вступившими в законную силу судебными постановлениями установлены виновные действия должностных лиц ФИО3 и ФИО4, выразившиеся в непринятии мер по осуществлению передачи исполнительного производства другому судебному приставу-исполнителю и обеспечению сохранности арестованного имущества должника, которые в свою очередь привели к порче арестованного имущества и соответственно, к причинению ФИО6 убытков и нравственных страданий, общая сумма которых в размере 484 000 рублей возмещена за счет казны Российской Федерации.

Учитывая изложенное, вышеназванные судебные акты в силу положений статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, имеют преюдициальное значение для рассмотрения данного спора в части вины и причинно-следственной связи между установленным бездействием судебных приставов-исполнителей и возникшими у Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов убытками.

Кроме того, как следует из представленных в материалы дела должностных регламентов (л.д. 29-40,46-54), с которыми были ознакомлены ФИО3 и ФИО4, начальник отдела – старший судебный пристав Елизовского районного отдела судебных приставов в соответствии с приказом руководителя Управления обеспечивает сохранность в подразделении судебных приставов движимого имущества и документов, подтверждающих наличие и объем имущественных прав должника (пункт 3.5.74), а заместитель начальника отдела – заместитель старшего судебного пристава организует работу по учету, хранению, оценке и реализации арестованного имущества должников (пункт 3.5.24).

При установленных выше обстоятельствах, ссылка суда на то, что истцом в отношении старшего судебного пристава ФИО3 и судебного пристава-исполнителя ФИО4 не проводилась служебная проверка в соответствии с положениями статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации, в связи с чем, в отношении данных лиц не могут быть удовлетворены регрессные требования, не основана на законе.

Специальным законодательством о государственной гражданской службе и о судебных приставах (Федеральный закон от 21.07.1997 № 118-ФЗ, Федеральный закон от 02.10.2007 № 229-ФЗ, Федеральный закон от 27.07.2004 № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации») не предусмотрен порядок регрессного возмещения ущерба, причиненного судебными приставами-исполнителями - государственными гражданскими служащими.

В этой связи в силу абзаца 7 статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации к возникшим правоотношениям подлежат применению нормы трудового законодательства.

При рассмотрении дел о материальной ответственности судебного пристава-исполнителя следует учитывать предусмотренные статьей 233 Трудового кодекса Российской Федерации условия наступления материальной ответственности, совокупность которых должна соблюдаться в каждом случае.

В частности, - это наличие прямого действительного ущерба, противоправное поведение судебного пристава-исполнителя, т.е. незаконное действие или бездействие, причинно-следственная связь между противоправным поведением и наступившим ущербом, а также вина работника в любой ее форме. При недоказанности совокупности указанных обстоятельств суд должен отказать в удовлетворении заявленных требований о регрессном взыскании ущерба.

В силу положений статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным.

Целью указанной проверки является установление всех юридически значимых обстоятельств, в том числе вины работников.

В данном случае совокупность указанных факторов (наличие и размер ущерба, незаконное бездействие, причинно-следственная связь между противоправным поведением и наступившим ущербом, а также вина ответчиков ФИО3 и ФИО4) установлены вступившими в законную силу судебными актами по административному делу № 2а-1436/18 и по гражданскому делу № 2-288/21.

Права работников ФИО3 и ФИО4 в связи с не проведением такой проверки нарушены не были, поскольку, как видно из материалов дел № 2а-1436/18 и № 2-288/21 ФИО3 и ФИО4 принимали активное участие при рассмотрении данных дел, направляли возражения, участвовали в судебных заседаниях, как лично, так и через представителя, ФИО3 подавал апелляционную жалобу по делу № 2а-1436/18.

Всем доводам ответчиков судами была дана надлежащая правовая оценка.

Кроме того, 19.06.2018 начальником отдела – старшим судебным приставом ФИО3 на имя руководителя УФССП России по Камчатскому краю направлены объяснения по факту спорных событий (л.д. 104-108).

Таким образом, при наличии решений суда, вступивших в законную силу, необходимости по истребованию дополнительных письменных объяснений для установления причины возникновения ущерба в размере 484 000 рублей в рамках проверки в порядке статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации у работодателя не имелось.

Более того, с ответчиком ФИО4 трудовой договор расторгнут, что также исключает возможность проведения служебной проверки.

ФИО3 также не является работником ФССП.

При таких обстоятельствах решение суда об отказе в удовлетворении заявленных ФССП России требований основано на неправильном установлении обстоятельств по делу, неправильном применении и толковании норм материального и процессуального права, в связи, с чем на основании положений части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежит отмене.

Разрешая требования в части размера ущерба, подлежащего взысканию с ответчиков, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

По правилам статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Из содержания статьи 239 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что материальная ответственность работника исключается в случаях возникновения ущерба вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику.

Статьей 241 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере. Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами (статья 242 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу положений статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника: 1) когда в соответствии с настоящим Кодексом или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей; 2) недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу; 3) умышленного причинения ущерба; 4) причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения; 5) причинения ущерба в результате преступных действий работника, установленных приговором суда; 6) причинения ущерба в результате административного правонарушения, если таковое установлено соответствующим государственным органом; 7) разглашения сведений, составляющих охраняемую законом тайну (государственную, служебную, коммерческую или иную), в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами; 8) причинения ущерба не при исполнении работником трудовых обязанностей.

Материальная ответственность в полном размере причиненного работодателю ущерба может быть установлена трудовым договором, заключаемым с заместителями руководителя организации, главным бухгалтером.

Из представленных должностных регламентов начальника отдела – старшего судебного пристава и заместителя начальника отдела – заместителя старшего судебного пристава, с которыми были ознакомлены ФИО3 и ФИО4, не следует, что на данных должностях установлена полная материальная ответственность.

В пункте 5.4 должного регламента начальника отдела указано только на то, что ФИО3 несет материальную ответственность за причиненный имущественный вред, связанный с исполнением профессиональной служебной деятельности.

При этом представленные в материалы дела договоры о полной индивидуальной материальной ответственности, заключенные между УФССП России по Камчатскому краю, а затем УФССП России по Камчатскому краю и Чукотскому автономному округу и ФИО3 (л.д. 132,133), не могут быть приняты во внимание ввиду следующего.

Один из договоров датирован 09.01.2018, второй договор даты его заключения не содержит.

Между тем, судебными актами по административному делу № 2а-1436/2018 признаны незаконными бездействия ФИО3, как начальника отдела – старшего судебного пристава, в том числе, выразившиеся в непринятии мер по осуществлению передачи исполнительного производства от ФИО7 (после расторжения с ней служебного контракта 19.09.2017) другому судебному приставу-исполнителю ФИО8, которая 19.06.2018 и возвратила должнику его имущество в поврежденном состоянии, а также бездействия, выразившиеся в неосуществлении в пределах своей компетенции контроля за деятельностью в его отсутствие подчиненных ему сотрудников, в том числе исполнявшей его обязанности на период отпуска в период с 07.09.2017 по 13.10.2017 ФИО4

Бездействие ФИО4 признано незаконным также в период с 07.09.2017 по 13.10.2017.

Сведений о заключении с ФИО3 или ФИО4 договоров о полной индивидуальной материальной ответственности в юридически значимый период с сентября 2017 до 09.01.2018 истцом в материалы дела не представлено, равно как и не представлено сведений о том, что полная материальная ответственность для начальника отдела и/или заместителя начальника отдела установлена каким-либо другими внутренними документами, положениями УФССП России по Камчатскому краю.

При этом, как следует из разъяснений, изложенных в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», при рассмотрении дела о возмещении причиненного работодателю прямого действительного ущерба в полном размере работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации либо иными федеральными законами работник может быть привлечен к ответственности в полном размере причиненного ущерба и на время его причинения достиг восемнадцатилетнего возраста, за исключением случаев умышленного причинения ущерба либо причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения, либо если ущерб причинен в результате совершения преступления или административного проступка, когда работник может быть привлечен к полной материальной ответственности до достижения восемнадцатилетнего возраста (статья 242 Трудового кодекса Российской Федерации).

В рамках данного дела таких обстоятельств судом не установлено.

Вина судебных приставов-исполнителей в незаконном бездействии установлена не на основании вступившего законную силу приговора или постановления о привлечении к административной ответственности, а на основании решения суда, постановленного в порядке административного судопроизводства.

Кроме того судебная коллегия обращает внимание и на то, что согласно пунктам 2 договоров о полной индивидуальной ответственности, работодатель обязуется создавать работнику условия, необходимые для нормальной работы и обеспечения полной сохранности вверенного ему имущества.

Вместе с тем, как следует из возражений представителя ответчика ФИО3 Кирюша Е.В., в момент возникновения спорных правоотношений все кабинеты административного здания Елизовского районного отдела судебных приставов были распределены между судебными приставами-исполнителями, осуществляющими свою профессиональную деятельность, свободных кабинетов, которые можно было бы использовать для хранения арестованного имущества в здании не имелось. Подвальные помещения полностью использовались для хранения архивных документов. При этом ФИО3 неоднократно на совещаниях с руководством поднимал вопрос о необходимости заключения договора для организации хранения арестованного имущества, особенно крупногабаритного. В связи с тем, что хранение арестованного имущества работодателем не организовано, судебные приставы-исполнители вынуждены оставлять имущество на хранении у должника либо передавать его на хранение взыскателям, небольшое имущество хранилось в кабинетах работников (л.д. 97-203).

Учитывая изложенные обстоятельства, судебная коллегия приходит к выводу, что в данном случае, работники ФИО3 и ФИО4 должны нести ответственность перед работодателем за причиненный ущерб в пределах своего среднего месячного заработка.

При этом то обстоятельство, что 30.04.2021 ФИО4, а впоследствии и ФИО3 уволены со службы в органах принудительного исполнения Российской федерации, не влечет за собой освобождение их от материальной ответственности, предусмотренной Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами.

Общие требования относительно исчисления средней заработной платы установлены статьей 139 Трудового кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных этим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления (часть первая); для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат (часть вторая).

Согласно части третьей той же статьи при любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

Как следует из представленных истцом справок, средний заработок ФИО3 за период с 01.02.2022 по 31.01.2023 составляет 201 332,80 рубля (л.д. 131), средний заработок ФИО4 за период с 01.05.2020 по 30.04.2021 – 121 287,23 рублей (л.д. 150-153).

Поскольку условия и порядок возложения на работника ответственности за имущественный вред, причиненный работодателю работником при исполнении трудовых обязанностей, регламентированы трудовым законодательством, то положения гражданского законодательства о солидарной ответственности (статья 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации) не подлежат применению к спорным правоотношениям, возникшим на основании заключенного между сторонами трудового договора (в данном случае служебного контракта), в связи с чем, солидарное взыскание материального ущерба, причиненного работниками при исполнении трудовых обязанностей невозможно.

Аналогичная позиция отражена в определении Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации от 06.05.2019 № 64-КГ19-2 и в определении от 07.10.2019 № 22-КГ19-3.

Таким образом, в пользу истца подлежит взысканию сумма ущерба в порядке регресса: с ответчика ФИО3 в размере его среднего заработка в сумме 201 332,80 рубля, с ответчика ФИО4 - в размере ее среднего заработка в сумме 121 287,23 рублей.

При подаче искового заявления, истцом не была уплачена сумма государственная пошлины, которая, исходя из заявленной суммы требований (484 000 рублей), составила 8 040 рублей.

В соответствии с частью 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Учитывая, что исковые требования удовлетворены частично, на сумму 322 620,03 рублей, что составляет 66,66% от заявленной суммы, в доход бюджета Петропавловск-Камчатского городского округа подлежит взысканию сумма государственной пошлины в общем размере 5 359 рублей (8 040 рублей * 66,66%): с ответчика ФИО3 в размере 3 344,50 рубля (5 359 рублей * 62,41%, исходя из взысканной суммы в размере 201 332,80 рубля), с ответчика ФИО4 - в размере 2 014,40 рублей (5 359 рублей * 37,59%, исходя из взысканной суммы в размере 121 287,23 рублей).

Руководствуясь статьями 327.1, 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Елизовского районного суда Камчатского края от 17.04.2023 отменить.

Изложить резолютивную часть решения в следующей редакции:

Исковые требования Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 (<данные изъяты>) в пользу Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов сумму ущерба в порядке регресса в размере 201 332,80 рубля.

Взыскать с ФИО4 (<данные изъяты>) в пользу Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов сумму ущерба в порядке регресса размере 121 287,23 рублей.

Взыскать с ФИО3 в доход бюджета Петропавловск-Камчатского городского округа государственную пошлину в размере 3 344,50 рублей.

Взыскать с ФИО4 в доход бюджета Петропавловск-Камчатского городского округа государственную пошлину в размере 2 014,40 рублей.

В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 14.07.2023.

Председательствующий

Судьи