Решение по делу № 2-389/2024 от 19.05.2025 - о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

Дело № 2-6/2025 (10RS00086-01-2024-000459-19)

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

30 апреля 2025 года г. Медвежьегорск

Медвежьегорский районный суд Республики Карелия в составе:

председательствующего судьи Савицкой А.В.,

при секретаре Жолудевой М.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ООО «Кольское ДРСУ» о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

установил:

ФИО1, уточнив в ходе рассмотрения дела исковые требования, обратился с иском к ответчику о взыскании в счет возмещения ущерба, причиненного в результате ДТП, 1 097 733 руб., а также понесенные судебные расходы.

В обоснование требований указал, что 20.01.2024 на а/д Медвежьегорск – Толвуя -Великая Губа произошло ДТП с участием транспортных средств «ГАЗель» госномер № под управлением ФИО2 и «Hyundai Creta» госномер № под его управлением. Дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя ФИО2, который, управляя транспортным средством «ГАЗель», при выезде со второстепенной дороги не предоставил преимущество автомобилю «Hyundai Creta». В результате ДТП принадлежащий ему на праве собственности автомобиль «Hyundai Creta» получил механические повреждения. Страховой компанией в рамках договора ОСАГО произведена выплата страхового возмещения в размере 400 000 рублей. Вместе с тем, рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля, согласно экспертному заключению, составляет 1 377 754 руб., величина утраты товарной стоимости – 108 879 руб.; размер причиненного ущерба составляет 1 097 733 руб. (1377754 + 108879 – 400 000). Поскольку водитель ФИО2 управлял транспортным средством в связи с исполнением трудовых обязанностей, ущерб подлежит возмещению его работодателем – ООО «Кольское ДРСУ».

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО2, СПАО «Ингосстрах», САО «ВСК», КУ РК «Управление автомобильный дорог РК», ФИО3.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о рассмотрении дела извещен.

Представитель истца по доверенности ФИО4 в судебном заседании исковые требования поддержал по доводам искового заявления. Дополнительно указал, что в рамках дела были проведены судебные экспертизы, заключениями экспертов подтверждены доводы стороны истца. В личных отношениях с экспертами ООО «Автотекс» не состоит, знаком с экспертом только в связи с рассмотрением иных гражданских дел, в рамках которых им подготавливались заключения. Сторона истца не ходатайствовала о назначении экспертизы в ООО «Автотекс», это экспертное учреждение было предложено третьим лицом ФИО2 Заключение эксперт ему не направлял.

Представитель ответчика ООО «Кольское ДРСУ» в судебное заседание не явился, о рассмотрении дела Общество извещено. В заявлении от 17.05.2024 Общество указало только на несогласие с размером ущерба.

Третье лицо ФИО2 в судебном заседании пояснил, что 20.01.2024 производил работы по расчистке дорожных знаков на спорной дороге по заданию работодателя. Передвигался с напарником на служебном автомобиле «ГАЗель» госномер №, находился за рулем. Закончив работу, решил развернуться на перекрестке и следовать в обратную сторону. На перекрестке взял вправо, включил указатель поворота и начал разворот. В это время на перекресток выехал автомобиль «Hyundai Creta», избежать столкновения не удалось. Не согласен с размером ущерба, полагает, что он завышен.

После проведения судебной экспертизы и возобновления производства по делу третье лицо ФИО2 и его представитель ФИО5 указали на отсутствие вины ФИО2 в произошедшем ДТП.

Пояснили, что 20.01.2024 ФИО2, исполняя служебные обязанности, двигался по главной дороге на служебном автомобиле «Газель» госномер №. Подъехав к перекрестку и выехав на него, принял решение совершить разворот. Находясь в пределах перекрестка и в связи с тем, что автомобиль «Газель» является габаритным транспортным средством, немного свернул в пределах перекрестка правее, чтобы увеличить радиус разворота, и начал совершать маневр, находясь на главной дороге. Не показывал правый поворот, так как мог ввести в заблуждение других водителей относительно траектории своего движения, использовал левый поворот с целью информирования других участников движения относительно траектории движения. На данном перекрестке организовано двухполосное движение, в четырех направлениях, при этом, главная дорога имеет направление в сторону н.п. Толвуя, т.е. налево. Поворачивал в сторону н.п. Толвуя, соответственно, по главной дороге. Направление дороги подтверждается знаком 8.13 ПДД РФ. Проезжая часть имела снежный накат, и отличить обочину от проезжей части в данной ситуации было невозможно, что подтверждено фотографиями с места ДТП, в связи с чем двигался, прижавшись к правой части дороги. Дорога имеет горизонтальное положение в пространстве, а значит водитель ФИО1, который двигался в попутном направлении, т.е. за ФИО2, не мог не заметить достаточно габаритный автомобиль. На данном участке перед перекрестком, на котором произошло ДТП, на протяжении 3-х км дорога прямая. Водитель ФИО1 прекрасно видел автомобиль под управлением ФИО2, при этом, действуя неосторожно, самонадеянно, осознавая общественно-опасные последствия, выехал на полосу встречного движения с целью опережения транспортного средства под управлением ФИО2, т.е. планировал совершить обгон, не сбрасывая скорость, которая явно не соответствовала дорожной обстановке, хотя бы в связи с наличием снежного наката и скользкости, не говоря уже о наличии нерегулируемого перекрестка и транспортного средства под управлением ФИО2 на проезжей части, а потом и на перекрестке. Знак, предупреждающий о наличии нерегулируемого перекрестка, установлен, соответственно, водитель ФИО1 не мог не знать об этом. Факт того, что водитель ФИО1 видел автомобиль ФИО2, подтверждается разговором после аварии, в ходе которого ФИО1 сообщил, что видел автомобиль, но думал, что его пропускают. Факт выезда на полосу встречного движения подтверждается схемой ДТП, наезд на автомобиль под управлением ФИО2 произошел на перекрестке, на пересечении, на полосе встречного движения относительно направления движения автомобилей. Водитель ФИО1 утверждает, что увидел автомобиль «Газель», начал тормозить и маневрировать, чтобы избежать столкновения. Маневрирование запрещено ПДД РФ. ДТП произошло не вследствие маневра автомобиля под управлением ФИО2, а в результате выезда ФИО1 на полосу встречного движения. Во встречном направлении относительно движения автомобиля «Газель» светило солнце (слепило). ФИО1 также могло ослепить, однако, этот факт не дает водителю ФИО1 преимущества при движении, а наоборот, указывает на необходимость снижения скорости до полной остановки. При оформлении ДТП на месте, ФИО2 уточнил у инспектора ДПС, с какой скоростью двигался водитель ФИО1, на что получил ответ – 80 км/ч.. По каким причинам сведения о скорости движения автомобиля под управлением ФИО1 не вошли в материал проверки по факту ДТП, не известно. Эксперт в заключении судебной экспертизы также не дал однозначного ответа относительно скорости движения автомобиля под управлением ФИО1, при этом, указал, что при движении со скоростью 70 км/ч отсутствовала возможность предотвратить ДТП, а при скорости 60 км/ч такая возможность была. Заключение эксперта содержит противоречия. Кто и какие пункты ПДД РФ нарушил, решает суд, а не эксперт. Заключение ООО «Автотекс» № 385-97 является недопустимым по делу доказательством, поскольку в ходе производства экспертизы имели место личные контакты между представителем истца и экспертом, разглашение экспертом результатов экспертизы, а также в связи с невозможностью проверить выводы эксперта на базе общепринятых научных и практических данных. Возмещение ущерба по основаниям, указанным в иске, возможно только при установлении вины ФИО2, а в силу дорожной обстановки доказать его вину не представляется возможным, так как он действовал осмотрительно и не нарушал предписанные нормы и правила дорожного движения.

Представители третьих лиц СПАО «Ингосстрах», САО «ВСК» в судебное заседание не явились, о рассмотрении дела третьи лица извещены.

Представитель третьего лица КУ РК «Управление автомобильных дорог РК» в судебное заседание не явился, о рассмотрении дела Учреждение извещено. В письменном отзыве на исковое заявление Учреждение указало, что оно создано для организации выполнения работ по строительству, реконструкции, капитальному ремонту, ремонту и содержанию автомобильных дорог и искусственных сооружений на них Республики Карелия регионального или межмуниципального значения. В силу наделенных полномочий Учреждение 15.12.2021 заключило с ООО «Кольское ДРСУ» государственный контракт № 15-э/21, в соответствии с которым подрядчик принял на себя обязательства по выполнению работ по содержанию автомобильных дорог в Медвежьегорском районе, а также по возмещению ущерба. ДТП произошло в период, когда лицом, ответственным за содержание спорной дороги, являлось ООО «Кольское ДРСУ». ООО «Кольское ДРСУ» является самостоятельным юридическим лицом, несет самостоятельную ответственность по своим обязательствам.

Третье лицо ФИО3 в судебное заседание не явилась, о рассмотрении дела извещена. Представитель третьего лица ФИО3 по доверенности ФИО4 в судебном заседании указал, что третье лицо поддерживает доводы стороны истца.

Заслушав лиц, участвующих в деле, свидетеля, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ).

Так, п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В силу статьи 1079 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

Надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств (п. 18 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 26.01.2010 № 1).

Юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей (ст. 1068 Гражданского кодекса РФ).

Как следует из материалов дела и признается сторонами, 20.01.2024 в 10.37 час. на 46 км. автомобильной дороги Медвежьегорск – Толвуя – Великая Губа, на перекрестке автомобильных дорог Медвежьегорск – Толвуя – Великая Губа, Плавник-Кажма – Терехово и Плавник – Кефтеницы произошло столкновение автомобилей «ГАЗ GAZELLE NEXT» госномер № под управлением третьего лица ФИО2 и «HYUNDAI CRETA» госномер № под управлением истца.

На момент дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП) автомобиль HYUNDAI CRETA принадлежал на праве собственности истцу ФИО1, автомобиль ГАЗ GAZELLE NEXT – ООО «Кольское ДРСУ». Указанные обстоятельства подтверждены карточками учета транспортных средств, предоставленных ОГИБДД ОМВД России по Медвежьегорскому району.

Гражданская ответственность водителя и собственника транспортного средства HYUNDAI CRETA госномер № ФИО1 на дату ДТП была застрахована в САО «ВСК» (полис серии ХХХ №); собственника транспортного средства «ГАЗ GAZELLE NEXT» госномер № ООО «Кольское ДРСУ» - в СПАО «Ингосстрах» (полис № №), полис ОСАГО предусматривает неограниченное число лиц, допущенных к управлению данным транспортным средством.

ФИО2 управлял автомобилем ГАЗ GAZELLE NEXT в рамках трудовых отношений с ООО «Кольское ДРСУ». Указанное подтверждено письменными доказательствами, в частности, трудовым договором с работником от 20.05.2020, дополнительным соглашением к указанному трудовому договору от 19.09.2022, из которых следует, что ФИО2 с 20.05.2020 работает в ООО «Кольское ДРСУ», на дату ДТП замещал должность водителя автомобиля 3 разряда.

Выполнение работниками ООО «Кольское ДРСУ», в частности, ФИО2, 20.01.2024 работ на спорном участке дороги не оспаривается стороной ответчика, третьим лицом ФИО2, а также подтверждено копией Журнала № 5 производства работ по содержанию автомобильных дорог (том 2 л.д. 99-102).

Из материалов по факту ДТП, оформленных сотрудниками ОГИБДД ОМВД России по Медвежьегорскому району, в частности, рапорта о получении телефонного сообщения о происшествии от 20.01.2024, письменных объяснений ФИО1, ФИО2, ФИО3 от 20.01.2024, протокола осмотра места совершения административного правонарушения 10 МС № 000388 от 20.01.2024, рапорта ИДПС Свидетель №1 от 20.01.2024, рапорта ответственного по ОГИБДД ОМВД России по Медвежьегорскому району ФИО7 от 20.01.2024, рапорта оперативного дежурного ФИО8 от 20.01.2024, схемы ДТП от 20.01.2024, фотографий следует, что ФИО2, управляя автомобилем ГАЗ GAZELLE NEXT, в нарушение требований п.п. 8.1, 1.3.9 ПДД РФ, совершая разворот на перекрестке, выехал на второстепенную дорогу, и, выезжая со второстепенной дороги, не уступил дорогу транспортному средству, приближающемуся по главной дороге, в результате чего совершил столкновение с автомобилем HYUNDAI CRETA.

Именно на указанные обстоятельства ДТП ссылается сторона истца, заявляя исковые требования.

Ранее ФИО2 был привлечен к административной ответственности по ч. 2 ст. 12.13 КоАП РФ по факту совершения данного ДТП (постановление от 20.01.2024 № 18810010220000199038); указанное постановление не обжаловал. В связи с поступлением протеста прокурора постановление от 20.01.2024 о привлечении ФИО2 к административной ответственности отменено решением начальника ОГИБДД ОМВД России по Медвежьегорскому району от 26.09.2024 на основании п. 7 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ (в связи с возбуждением уголовного дела по ч. 1 ст. 264 УК РФ).

Сторона ответчика обстоятельства ДТП в рамках дела не оспаривает. Факт ДТП при вышеуказанных обстоятельствах и причинение ущерба истцу в результате повреждения принадлежащего ему автомобиля в рамках названного ДТП оспаривается третьим лицом ФИО2.

Свидетель ФИО9 в судебном заседании пояснил, что на момент ДТП работал в ООО «Кольское ДРСУ». 20.01.2024 вместе с ФИО2 были направлен работодателем на очистку дорожных знаков, установленных на дороге Медвежьегорск – Толвуя, до перекрестка Кажма-Плавник. Выехали в светлое время суток, на служебной машине, которой управлял ФИО2, по пути производили очистку знаков. В кабине располагался рядом с водителем. На перекрестке Кажма- Плавник – Толвуя, проехали вперед, в направлении Кажмы, там есть остановка, где дорога расширяется, начали разворот. Скорость их автомобиля была примерно 10 км/ч. Почувствовал удар в левую сторону автомобиля, в левое колесо, их автомобиль развернуло градусов на 45, машина проехала еще метров 10 и остановилась. Второй автомобиль имел повреждения впереди, но какие конкретно, не помнит. Как все произошло, не видел. Вышел из машины, на вопрос водителя второго автомобиля сказал, что не являлся водителем. ФИО2 вышел из автомобиля и подошел ко второму водителю, у которого спросил скорость движения, на что водитель второго автомобиля ответил, что 80 км/ч.. Более никаких разговоров не слышал, с сотрудниками ГИБДД не общался. Когда обсуждали с ФИО2 ситуацию, то Сергей сказал, что не видел второй автомобиль, что, наверное, у него была большая скорость. Солнце в тот день было, но оно светило не в глаза, а сзади. Дорога была очищена, широкая, видимость была хорошая, ширина проезжей части в месте разворота была 8 метров.

Свидетелем в ходе судебного заседания была составлена схема, на которой он обозначил место поворота, место ДТП, расположение автомобилей после ДТП (том 2 л.д. 142). Схема, оформленная свидетелем, согласуется с его пояснениями.

Наличие перекрестка на спорном участке дороги, расположение дорожных знаков, определяющих как скорость движения, так и характеристики дороги – главная, второстепенная, перекресток, в том числе, в зимний период, подтверждены Проектом организации дорожного движения, представленным в материалы дела.

На момент рассмотрения дела автомобиль ГАЗ GAZELLE NEXT был отремонтирован (том 2 л.д. 83), объем повреждений и их локализация зафиксированы в протоколе осмотра места совершения административного правонарушения от 20.01.2024 № 000388, заказе-наряде № 1812 от 22.01.2024, счете-фактуре № 1812 от 23.06.2024, акте приемки выполненных работ № 1812 от 23.07.2024 (том 2 л.д. 103-108).

Автомобиль истца на момент рассмотрения дела ремонту не подвергался, был осмотрен экспертами в ходе проведенных по делу судебных экспертиз.

По ходатайству третьего лица ФИО2 в рамках дела была проведена судебная автотехническая экспертиза.

Согласно выводам экспертов, изложенным в заключении ООО «Автотекс» № 385-97 от 28.02.2025, рассматриваемое дорожно-транспортное происшествие произошло при следующих обстоятельствах: 20.01.2024 около 10.37 час. водитель автомобиля ГАЗ г/н № двигался по а/д Медвежьегорск – Толвуя – Великая Губа; за ним в попутном направлении двигался водитель а/м HYUNDAI CRETA г/н № со скоростью 60 (70) км/ч (из объяснений водителя). На 45 км водитель а/м ГАЗ, подъезжая к перекрестку, включив указатель правого поворота, сместился вправо в уширение на проезжей части, выехав из траектории движения а/м HYUNDAI CRETA, после чего, включив указатель левого поворота, начал совершать маневр левого разворота, не предоставив преимущественного права движения водителю а/м HYUNDAI CRETA. При возникновении опасности водитель а/м HYUNDAI CRETA применил торможение и увод а/м влево, но предотвратить столкновение с а/м ГАЗ не смог. С технической точки зрения, место ДТП расположено на проезжей части а/д Медвежьегорск – Толвуя – Великая Губа в полосе встречного движения в пределах перекрестка, как это зафиксировано в схеме ДТП.

Эксперт также указал, что с технической точки зрения, если скорость а/м HYUNDAI CRETA составляла 70 км/ч, в действиях водителя усматривается несоответствии требования п. 10.1 ПДД РФ, а если скорость составляла 60 км/ч, - несоответствий требованиям ПДД не усматривается. С технической точки зрения водитель а/м HYUNDAI CRETA не имел технической возможности предотвратить столкновение с а/м ГАЗ в сложившейся дорожно-транспортной ситуации.

При этом, эксперт отметил, что на сегодняшний день научно апробирована и рекомендована к применению методика определения скорости по тормозным следам и видеозаписи. По деформации транспортного средства отсутствует научно-обоснованная и достаточно апробированная методика подобных исследований. В материалах административного дела отсутствует информация о тормозных следах автомобилей, а также не представлена видеозапись ДТП, следовательно, метод определения скорости по тормозным следам юза или видеозаписи неприменим. С технической точки зрения, рассчитать скорость движения автомобилей по представленным материалам не представляется возможным. Наличие технической возможности у водителя а/м HYUNDAI CRETA остановить а/м с применением экстренного торможения может быть выражено следующим неравенством: So < Sy, где: So – остановочный путь в данной ДТС при экстренном торможении, Sy – удаление от места столкновения в момент возникновения опасности. В рассматриваемом случае: Sy = 30 (35) м < So = 88 м, что означает, что водитель а/м HYUNDAI CRETA не имел технической возможности предотвратить столкновение. Относительно выполнения водителем а/м HYUNDAI CRETA требований п. 8.1 ПДД РФ в части обеспечения безопасности маневра и возможности избежать столкновения следует отметить, что водитель а/м HYUNDAI CRETA должен был руководствоваться п. 8.1 ПДД РФ: при выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения, и обеспечивать безопасность маневра. Однако, его фактические действия в данной ситуации ПДД РФ не регламентированы, поскольку он действовал в рамках «вынужденного маневра» для уменьшения вероятных последствий; оценка его действий выходит за рамки компетенции эксперта-автотехника.

Эксперт указал, что с технической точки зрения действия водителя а/м ГАЗ не соответствовали требованиям п.п. 8.1, 8.7 ПДД РФ. Водитель а/м ГАЗ имел объективную возможность предотвратить исследуемое ДТП, своевременно выполнив требования п.п. 8.1, 8.7 ПДД РФ. Предотвращение данного ДТП зависело не от наличия или отсутствия у водителя а/м ГАЗ технической возможности предотвратить ДТП, а от объективных действий, то есть своевременного выполнения требований п.п. 8.1, 8.7 ПДД РФ. Как следует из материалов дела, водитель а/м ГАЗ начал совершать маневр левого разворота на перекрестке не из крайнего левого положения, не обеспечил безопасность своего маневра и создал помеху в движении а/м HYUNDAI CRETA; включенный левый указатель поворота не давал водителю преимущества в движении. Следовательно, в данной дорожно-транспортной ситуации действия водителя а/м ГАЗ не соответствовали требованиям п.п. 8.1, 8.7 ПДД РФ, а это значит, что он имел объективную возможность предотвратить ДТП.

В причинной связи с ДТП находятся действия водителя, не соответствующие требованиям ПДД РФ, при которых имелась техническая или объективная возможность предотвращения ДТП. Поэтому в данной дорожно-транспортной ситуации, с технической точки зрения, между действиями водителя а/м ГАЗ и произошедшим ДТП усматривается прямая причинная связь, так как водитель а/м ГАЗ имел объективную возможность предотвратить исследуемое ДТП, своевременно выполнив требования п.п. 8.1, 8.7 ПДД РФ.

С технической точки зрения, в месте ДТП дорога не соответствовала требованиям ГОСТ Р 50597-2017 (п. 5.2.2), поскольку коэффициент сцепления покрытия должен составлять 0,3, а составлял не более 0,2. С технической точки зрения, состояние дорожного покрытия в месте ДТП не находится в причинной связи с произошедшим ДТП.

В указанном заключении экспертом также определен объем повреждений а/м HYUNDAI CRETA, стоимость восстановительного ремонта, годных остатков, сделаны выводы относительно отсутствия факта полной гибели автомобиля.

В силу ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Суд полагает возможным положить в основу судебного решения заключение экспертов ООО «Автотекс», поскольку находит его обоснованным. Исследование проведено в соответствии с установленным порядком его проведения (ст. 84 Гражданского процессуального кодекса РФ), заключение содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы содержат исчерпывающие ответы на поставленные судом вопросы, исследование проведено экспертом, имеющим образование и квалификацию, соответствующие профилю проведенной экспертизы, т.е. заключение соответствует требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Суд оценивает заключение экспертов ООО «Автотекс» как достоверное, допустимое, относимое и достаточное доказательство, составленное в соответствии с нормами Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», методическими рекомендациями, стандартами оценки.

Доводы третьего лица ФИО2 и его представителя в части несоответствия действий эксперта положениям законодательства суд признает несостоятельным, поскольку заключение содержит все ссылки на нормативно-правовые акты, регулирующие деятельность эксперта, а также на методики, которые использовал эксперт при проведении экспертизы.

Доказательств личной заинтересованности эксперта суду не представлено, судом не добыто. Эксперт не является родственником, свойственником кому-либо из участников процесса, не находится и не находился в служебной подчиненности у данных лиц, доказательств иному не представлено.

Из заключения эксперта следует, что все выводы сделаны экспертом с учетом данных, зафиксированных сотрудниками ГИБДД в материалах по факту ДТП, а также с учетом фотографий, которые приобщены к материалам гражданского дела в качестве доказательств по делу. Со всеми материалами дела, с материалами по факту ДТП, эксперт был ознакомлен до начала проведения экспертизы, поскольку данные сведения находятся в материалах гражданского дела, которые были направлены эксперту судом для проведения экспертизы в полном объеме.

Суд не усматривает оснований для признания заключения экспертов ООО «Автотекс» № 385-97 от 28.02.2025 недопустимым по делу доказательством, поскольку указанное заключение составлено в соответствии с требованиями гражданского процессуального законодательства, согласуется с иными письменными материалами дела, в частности, вышеизложенными материалами по факту ДТП, показаниями свидетеля и пояснениями сторон, фотографиями.

Суд не основывает свои выводы относительно механизма ДТП на заключении экспертов ФГБУ «Карельская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции РФ» № 581/1-5-24, 582/1-5-24 от 24.07.2024, поскольку указанное заключение не соответствует требованиям ст. 84, 86 Гражданского процессуального кодекса РФ, выполнено в рамках иного дела, без учета обстоятельств, установленных в рамках рассматриваемого спора, а также без изучения доказательств, представленных сторонами в рамках настоящего гражданского дела.

Согласно п. 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утв. постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 № 1090, перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

В соответствии с п. 8.2 ПДД РФ подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения (подача сигнала рукой может быть закончена непосредственно перед выполнением маневра). При этом сигнал не должен вводить в заблуждение других участников движения.

Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности.

В соответствии с требованиями п. 8.7 ПДД РФ, если транспортное средство из-за своих габаритов или по другим причинам не может выполнить поворот с соблюдением требований пункта 8.5 Правил, допускается отступать от них при условии обеспечения безопасности движения и если это не создаст помех другим транспортным средствам.

Перед поворотом направо, налево или разворотом водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, кроме случаев, когда совершается поворот при въезде на перекресток, где организовано круговое движение (п. 8.5 ПДД РФ).

Оценив представленные доказательства: материалы по факту ДТП, показания свидетеля, пояснения сторон, заключение экспертов ООО «Автотекс», в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что рассматриваемое дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя а/м ГАЗ ФИО2, который, осуществляя в пределах перекрестка разворот, допустил нарушение требований п.п. 8.1, 8.7 ПДД РФ, поскольку при совершении маневра создал опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения. Именно действия водителя а/м ГАЗ стоят в прямой причинно - следственной связи с произошедшим столкновением.

Экспертным заключением установлен факт отсутствия технической возможности у водителя а/м HYUNDAI CRETA предотвратить рассматриваемое ДТП. Суд в указанной части соглашается с выводами эксперта, поскольку водитель а/м HYUNDAI CRETA осуществлял движение прямо, въехал на перекресток в соответствии с требованиями ПДД РФ, а столкновение произошло по причине выполнения маневра разворота водителем а/м ГАЗ.

Доводы третьего лица ФИО2 об обозначении маневра указателем поворота не свидетельствует о нарушении ПДД РФ водителем а/м HYUNDAI CRETA в силу прямого указания п. 8.2, 8.5, 8.7 ПДД РФ, возлагающих на водителя автомобиля, совершающего маневр разворота, обязанность по обеспечению безопасности маневра в силу имеющейся дорожно-транспортной обстановки на момент осуществления разворота, а также не исключающих ответственность даже при включенном указателе поворота.

Тот факт, что столкновение произошло на встречной полосе, о каком-либо нарушении правил движения водителем а/м HYUNDAI CRETA не свидетельствует; тот факт, что этот водитель совершил маневр ухода влево в попытке избежать столкновения, о наличии вины в произошедшем ДТП не свидетельствует, поскольку этот маневр не находится в прямой причинной связи с ДТП, доказательств того, что при отсутствии такого маневра ДТП бы не произошло, не представлено.

Исходя из заключения эксперта ООО «Автотекс», установленные недостатки в содержании проезжей части, не находятся в прямой причинной связи с рассматриваемом ДТП. Указанные выводы согласуются с установленными по делу обстоятельствами. Дорожно-транспортное происшествие произошло в связи с нарушением водителем правил разворота, не взаимосвязано с состоянием проезжей части, на что указывает эксперт, а также участники ДТП, свидетель. Учитывая изложенное, суд не усматривает оснований для установления вины организации, осуществляющей содержание и ремонт спорный участок дороги (ООО «Кольское ДРСУ»), в рассматриваемом ДТП.

В результате допущенных водителем а/м ГАЗ нарушений ПДД РФ произошло вышеуказанное ДТП, автомобиль истца получил механические повреждения.

Поскольку ФИО2 являлся на момент совершения дорожно-транспортного происшествия работником ответчика, владеющим транспортным средством на законном основании, управлял транспортным средством «ГАЗ», исполняя трудовые обязанности, в силу вышеперечисленных правовых норм обязанность по возмещению истцу вреда лежит на ООО «Кольское ДРСУ».

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Из приведенной правовой нормы и акта ее толкования следует, что для установления размера подлежащих возмещению убытков с разумной степенью достоверности суду следует дать оценку экономической обоснованности заявленной к взысканию суммы убытков, сопоставив ее с рыночной стоимостью поврежденного имущества.

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества (п. 13 постановления Пленума Верховного суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Таким образом, на причинителя вреда возлагается бремя доказывания возможности восстановления поврежденного имущества без использования новых материалов, а также неразумности избранного потерпевшим способа исправления повреждений.

В соответствии со статьей 1 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО) договором обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (далее - договор обязательного страхования) является договор страхования, по которому страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить потерпевшим причиненный вследствие этого события вред их жизни, здоровью или имуществу (осуществить страховое возмещение в форме страховой выплаты или путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 10 марта 2017 г. № 6-П по делу о проверке конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А.С. Аринушенко, ФИО6 и других, разъяснил, что требование потерпевшего к страховщику о выплате страхового возмещения в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований, вытекающих из обязательств вследствие причинения вреда. Страховая выплата осуществляется страховщиком на основании договора обязательного страхования и в соответствии с его условиями. Потерпевший при недостаточности страховой выплаты вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб.

Согласно п. «б» ст. 7 Закона об ОСАГО страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет: в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, 400 тысяч рублей.

СПАО «Ингосстрах» выплачено ФИО1 страховое возмещение в размере 400 000 рублей, что подтверждается материалами выплатного дела (том 1 л.д. 54-100).

В рамках настоящего дела истец предъявляет требование о взыскании ущерба, причиненного в результате ДТП, в размере, соответствующем разнице между реальным ущербом и размером страхового возмещения, на которое он вправе был рассчитывать в рамках договора ОСАГО.

Исходя из положений ст. ст. 15, 1064, 1080 ГК РФ, разъяснений, данных в постановлении Конституционного суда РФ от 10 марта 2017 г. № 6-П, истец вправе получить возмещение причиненного в результате ДТП вреда в размере, превышающем страховое возмещение, с лиц, причинивших ущерб.

В связи с наличием спора о размере ущерба в рамках дела была проведена судебная оценочная экспертиза.

Согласно заключению ООО «Автотекс» № 385-97 от 28.02.2025, полная гибель автомобиля HYUNDAI CRETA в результате ДТП не произошла. Стоимость а/м HYUNDAI CRETA на дату ДТП составляет 1 858 000 рублей, стоимость восстановительного ремонта составляет 1 377 754 руб., размер утраты товарной стоимости на дату ДТП – 108 879 руб..

При определении размера ущерба суд полагает необходимым положить в основу судебного решения заключение судебной экспертизы ООО «Автотекс» № 385-97 от 28.02.2025, поскольку заключение содержит подробное описание проведенного исследования в части оценки объекта, стоимость восстановительного ремонта, размер утраты товарной стоимости определены, исходя из повреждений, полученных автомобилем в результате рассматриваемого ДТП; данное заключение в части определения объема повреждений согласуется с материалами выплатного дела, материалами по факту ДТП. Кроме того, истец поддержал исковые требования в размере, определенном заключением ООО «Автотекс» № 385-97 от 28.02.2025, ответчик размер ущерба, определенный экспертом, не оспаривает.

Суд не основывает свои выводы на заключении ИП ФИО10 № 02-02-1-А от 19.02.2024, поскольку данное заключение составлено без учета объема повреждений, полученных непосредственно в рассматриваемом ДТП, а также причин образования повреждений, что имеет существенное значение при определении размера ущерба.

В рамках настоящего дела также была проведена судебная оценочная экспертиза, производство которой было поручено эксперту ИП ФИО11.

ИП ФИО11 подготовлено заключение № 2408006 от 19.08.2024.

Стороной истца указанное заключение было поставлено под сомнение, как не соответствующее требованиям законодательства, по причине того, что маркетинговое исследование проведено экспертом на дату проведения экспертизы, а не на дату ДТП, что повлияло на определение стоимости автомобиля, экспертом неверно применен коэффициент «уторговывания», в расчет стоимости включены детали, относящиеся к рулевой и тормозной системе, не подлежащие учету при расчете стоимости годных остатков, на дату проведения экспертизы у эксперта отсутствовал действующий квалификационный аттестат, позволяющий проводить оценку движимого имущества.

Эксперт ФИО11, отвечая на возникшие у стороны истца вопросы, указал, что сайт, на основании которого было проведено исследование рынка, содержит информацию от 1,5 месяцев до 12 месяцев; дата и стоимость предложений объектов-аналогов актуальны на дату составления судебной оценочной экспертизы. Изменение цен во времени в период с даты оценки (20.01.2024) до даты составления (19.08.2024) незначительно и ее можно обусловить погрешностью, которая находится в пределах расширенного интервала и не приводит к существенному изменению и влиянию на итоговые величины стоимости объектов оценки, определенных в заключении. Расчет коэффициента «уторговывания» определен в соответствии со Сборником машин и оборудования под ред. ФИО12, 2023 г.. п. 3.2 Методический рекомендаций для судебных экспертов указано, что во время кризисных колебаний денежной единицы возможно большее снижение коэффициента торга. Исследование и определение корректировки на торг, представленные в сборнике Лейфера, выполнены максимально близко к дате оценки и учитывают обстоятельства, складывающиеся с 24.02.2022, могут быть использованы при подготовке заключения эксперта, что не противоречит положениям Закона о судебно-экспертной деятельности. Расчет годных остатков выполнен в соответствии с Методическими рекомендациями для судебных экспертов, 2018 г.. При этом, с учетом Приложения 2.10, 2.6 произведен дополнительный расчет, стоимость годных остатков составляет 42510 руб. (в заключении эксперта – 546980 руб.). На данный момент эксперт находится в стадии планового процесса сдачи экзамена для получения квалификационного аттестата в области оценочной деятельности по направлению «Оценка движимого имущества», экзамен назначен на 11.10.2024. Срок действия ранее выданного аттестата истек 22.07.2024, однако, ФЗ «О государственной судебно-оценочной деятельности в Российской Федерации» обязательное наличие квалификационного аттестата в области оценочной деятельности не обусловлено.

Согласно ч. 1 ст. 79 Гражданского процессуального кодекса РФ экспертом может быть лицо, обладающее специальными познаниями, которые требуются для определения имеющих значение для дела обстоятельств.

В соответствии с нормами процессуального законодательства Российской Федерации судебная экспертиза может производиться вне государственных судебно-экспертных учреждений лицами, обладающими специальными знаниями в области науки, техники, искусства или ремесла, но не являющимися государственными судебными экспертами (ст. 41 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации»).

Согласно ст. 4 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» субъектами оценочной деятельности признаются физические лица, являющиеся членами одной из саморегулируемых организаций оценщиков и застраховавшие свою ответственность в соответствии с требованиями настоящего Федерального закона (далее - оценщики). Оценщик может осуществлять оценочную деятельность самостоятельно, занимаясь частной практикой, а также на основании трудового договора между оценщиком и юридическим лицом, которое соответствует условиям, установленным статьей 15.1 настоящего Федерального закона.

Оценщик может осуществлять оценочную деятельность по направлениям, указанным в квалификационном аттестате.

Квалификационный аттестат является свидетельством, подтверждающим сдачу квалификационного экзамена, и выдается при условии, что лицо, претендующее на его получение, сдало квалификационный экзамен. Квалификационный аттестат выдается на три года и действует в течение указанного срока (ст. 21.2 ФЗ № 135-ФЗ).

Обязательным условием членства в саморегулируемой организации оценщиков являются наличие квалификационного аттестата (ст. 24 ФЗ № 135-ФЗ).

Срок действия квалификационного аттестата эксперта ФИО11 на дату подготовки заключения судебной оценочной экспертизы истек, при этом, иных документов, подтверждающих профессиональную подготовку эксперта по направлению «Оценка движимого имущества», не представлено.

Кроме того, экспертом, после получения вопросов стороны истца, произведена корректировка расчетов стоимости годных остатков, что отражено в письме (вх. от 20.09.2024).

Указанные обстоятельства, связанные с отсутствием документов, подтверждающих наличие у эксперта специальных познаний по профилю проводимой экспертизы, с наличием противоречий между выводами эксперта, отраженными в заключении судебной экспертизы и в письме от 20.09.2024, с отсутствием возможности их устранения посредством использования иных правовых механизмов и средств, свидетельствуют о несоответствии заключения № 2408006 от 19.08.2024 требованиям ст. 86 ГПК РФ, что является основанием для признания заключения ИП ФИО11 недопустимым по делу доказательством.

Учитывая, что заключение ИП ФИО11 от 19.08.2024 № 2408006 признано судом недопустимым по делу доказательством, суд, определяя размер ущерба, не основывает свои выводы на указанном заключении.

Учитывая изложенное, с ООО «Кольское ДРСУ» в пользу ФИО1 подлежит взысканию в счет возмещения ущерба, причиненного в результате ДТП, - 1 097 733 руб. (1 377 754 руб. (рыночная стоимость ремонтно-восстановительных работ без учета износа) + 108 879 руб. (размер утраты товарной стоимости) – 400 000 руб. (размер выплаченного страхового возмещения). Исковые требования в указанном размере поддержаны истцом на момент вынесения решения.

Ответчиком в порядке ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ не представлено доказательств в обоснование своих доводов о завышении стоимости ремонтно-восстановительных работ.

В соответствии со ст. 88 Гражданского процессуального кодекса РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст. 94 Гражданского процессуального кодекса РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В рамках настоящего дела распределению подлежат следующие судебные расходы:

- расходы истца по оплате услуг ИП ФИО10 по подготовке заключения о рыночной стоимости восстановительного ремонта – 4000 рублей (том 2 л.д. 49),

- расходы истца по уплате государственной пошлины при подаче иска в суд – 13 461 руб. (том 1 л.д. 7),

- расходы истца на оплату стоимости повторной судебной оценочной экспертизы – 24 000 руб. (том 2 л.д. 39).

Несение истцом указанных судебных расходов подтверждено письменными материалами дела: квитанцией № 645532 от 19.02.2024 (том 2 л.д. 49), заключением № 02-02-1-А от 19.02.2024 (том 2 л.д. 5062), чеком по операции ПАО «Сбербанк России» от 02.09.2024 (том 2 л.д. 39), определением от 03.10.2024 о назначении повторной оценочной экспертизы (том 2 л.д. 147-159), заключением ООО «Автотекс» от 28.02.2025 № 385-97 (том 3 л.д. 44-85), счетом на оплату № 112 от 28.02.2025, актом № 107 от 03.03.2025 (том 3 л.д. 87, 88), чеком от 12.04.2024 (том 1 л.д. 7).

Представленные истцом документы являются допустимыми доказательствами несения им судебных расходов, которыми подтверждена обоснованность несения данных расходов в рамках настоящего дела.

Учитывая положения ст. 98 ГПК РФ, исходя из того, что требования истца удовлетворены, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы в общем размере 41 461 руб. (4000+13461+24000).

Стоимость повторной судебной оценочной экспертизы, исходя из счета на оплату № 112 от 28.02.2025, акта № 107 от 03.03.2025 составила 39 000 рублей. Оплата стоимости повторной экспертизы возложена судом на истца. Истцом в счет оплаты стоимости экспертизы на депозит УСД в РК внесены денежные средства в размере 24 000 рублей, подлежащие перечислению экспертному учреждению ООО «Автотекс».

Учитывая положения ст. 95 ГПК РФ, удовлетворение исковых требований истца, с ООО «Кольское ДРСУ» в пользу ООО «Автотекс» подлежат взысканию денежные средства в размере 15 000 рублей в счет компенсации стоимости повторной судебной оценочной экспертизы (39 000 руб. (стоимость экспертизы) – 24 000 рублей (денежные средства, внесенные истцом)).

Экспертом ИП ФИО11 заявлено ходатайство о выплате ему денежных средств в размере 14 000 руб. в счет оплаты стоимости услуг по подготовке заключения от 19.08.2024 № 2408006 (счет № 25030101 от 12.03.2025).

Согласно ч. 1 ст. 79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

В силу ч. 1 ст. 84 ГПК РФ экспертиза проводится экспертами судебно-экспертных учреждений по поручению руководителей этих учреждений или иными экспертами, которым она поручена судом.

По настоящему делу установлено, что экспертное заключение ИП ФИО11 подготовлено с нарушением требований закона, допущенные экспертом нарушения действующего законодательства привели к назначению судом повторное судебной экспертизы, заключение эксперта признано судом недопустимым доказательством по делу.

Соответственно, расходы на оплату экспертизы, проведенной экспертом ИП ФИО11 с нарушением закона, вследствие чего, заключение признано недопустимым доказательством, не могут быть возложены на лиц, участвующих в деле, в связи с чем суд отказывает во взыскании указанных средств со сторон.

Денежные средств, внесенные на депозит суда сторонами в счет оплаты стоимости судебной оценочной экспертизы, проведение которой было поручено ИП ФИО11 (том 1 л.д. 117, 114), подлежат возврату сторонам, в связи с чем не подлежат распределению в рамках настоящего дела в порядке ст. 98 ГПК РФ.

К судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц (статья 94 ГПК РФ).

Исходя из разъяснений, данных в п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», судебные издержки, понесенные третьими лицами (статьи 42, 43 ГПК РФ), участвовавшими в деле на стороне, в пользу которой принят итоговый судебный акт по делу, могут быть возмещены этим лицам исходя из того, что их фактическое процессуальное поведение способствовало принятию данного судебного акта.

Учитывая изложенное, расходы третьего лица ФИО2, складывающиеся из стоимости судебной автотехнической экспертизы, в размере 24 000 руб. (счет на оплату № 113 от 28.02.2025, акт № 108 от 28.02.2025) взысканию не подлежат, поскольку итоговый судебный акт принят не в пользу ответчика, на стороне которого принимал участие ФИО2.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 НК РФ с ответчика в доход бюджета Медвежьегорского муниципального района подлежит взысканию государственная пошлина в размере 228 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования удовлетворить.

Взыскать с ООО «Кольское ДРСУ» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспортные данные: <данные изъяты>) в счет возмещения ущерба 1 097 733 рубля 00 копеек, судебные расходы в размере 41 461 руб. 00 коп..

Взыскать с ООО «Кольское ДРСУ» (ИНН <***>) в пользу ООО «Автотекс» (ИНН <***>) в счет возмещения расходов на проведение судебной экспертизы 15 000 рублей.

Взыскать с ООО «Кольское ДРСУ» (ИНН <***>) в доход бюджета Медвежьегорского муниципального района государственную пошлину в размере 228 рублей.

Решение суда может быть обжаловано сторонами в Верховный суд Республики Карелия через Медвежьегорский районый суд РК в течение месяца со дня принятия решение в окончательной форме.

Судья А.В. Савицкая

Мотивированное решение составлено 19.05.2025.