Дело №2-292/2022 Председательствующий - судья Фоменко Н.Н.
УИД 32RS0001-01-2021-003311-63
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ №33-3121/2023
г.Брянск 26 сентября 2023 года
Судебная коллегия по гражданским делам Брянского областного суда в составе:
председательствующего Фроловой И.М.,
судей Алейниковой С.А., Ильюхиной О.Г.,
при секретаре Михалевой И.М.,
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционным жалобам представителя ФИО1 – ФИО2, нотариуса Брянского нотариального округа Брянской области ФИО3 на решение Бежицкого районного суда г.Брянска от 20 декабря 2022 года по иску ФИО4, ФИО5 к ФИО1 об установлении факта принятия наследства, признании права собственности на наследственное имущество, оспаривании заявления об отказе от принятия наследства и свидетельства о праве на наследство, выданное нотариусом, погашении регистрационных записей в ЕГРН.
Заслушав доклад судьи Алейниковой С.А., объяснения представителя ФИО1 – ФИО2, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, возражения представителя ФИО4, ФИО5 – ФИО6, судебная коллегия
установила:
ФИО4, ФИО5 обратились в суд с иском, ссылаясь на то, что ДД.ММ.ГГГГ умер БНС, после смерти которого открылось наследство, состоящее из ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>. Его супруга ФИО5 и дочери ФИО4, ФИО1 являются наследниками первой очереди.
Иск мотивирован тем, что ФИО5 имеет право на обязательную долю и фактически приняла наследство, оставшееся после смерти супруга, поскольку она инвалид 1-й группы, ей принадлежит 1/2 доли в праве общей долевой собственности на спорную наследственную квартиру, в которой зарегистрирована и фактически проживала как до, так и после смерти супруга. 17 декабря 2019 года она написала заявление об отказе от наследства, оставшегося после смерти супруга, однако на момент подписания заявления по состоянию здоровья не могла понимать значение своих действий и руководить ими.
ФИО4 также фактически приняла наследство, оставшееся после смерти отца, поскольку проживает в спорной квартире вместе с матерью ФИО5, являющейся инвалидом 1 группы и нуждающейся в постоянном постороннем уходе, несла расходы по оплате коммунальных услуг, поддерживала спорное имущество в надлежащем состоянии.
Ссылаясь на фактическое принятие наследства, оставшегося после смерти БНС, наличие права на обязательную долю в наследстве, с учетом уточнений, ФИО7 просили суд:
- установить факт принятия ими наследства, открывшегося после смерти БНС, умершего ДД.ММ.ГГГГ;
- признать недействительным заявление нотариуса от 17 декабря 2019 года об отказе от наследства, совершенное ФИО5;
- признать ранее выданное ФИО1 свидетельство о праве на наследство, открывшегося после смерти БНС, умершего ДД.ММ.ГГГГ, в части наследования 1/6 доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес>, - недействительным, с применением последствий признания свидетельства о праве на наследство недействительным путем аннулирования записи регистрации права ФИО1 на спорную часть доли в праве общей долевой собственности на квартиру;
- признать за ФИО7 право собственности на 1/12 долю в праве общей долевой собственности за каждой, за ФИО1 – на 1/3 долю в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес>.
В ходе рассмотрения спора к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены нотариус Брянского нотариального округа Брянской области ФИО3, Управление Росреестра по Брянской области.
Решением суда от 20 декабря 2022 года, с учетом определения суда от 7 августа 2023 года об исправлении описки, иск удовлетворен.
Суд установил факт принятия ФИО4 и ФИО5 наследства, открывшегося после смерти БНС, умершего ДД.ММ.ГГГГ.
Признал недействительным заявление об отказе от наследства, совершенное ФИО5 17 декабря 2019 года.
Признал недействительным выданное ФИО1 свидетельство о праве на наследство по завещанию, открывшегося после смерти БНС, умершего ДД.ММ.ГГГГ, в части наследования 1/6 доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес>.
Погасил регистрационную запись от 18 февраля 2020 года о регистрации права ФИО1 на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес>.
Признал за ФИО4 и ФИО5 в порядке наследования право собственности на 1/12 долю в праве общей долевой собственности на указанную квартиру за каждой.
Определил в порядке наследования по завещанию долю ФИО1 в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес>, в размере 1/3 доли.
Взыскал с ФИО1 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 7 237,83 руб., в пользу ГАУЗ «БОПБ №1» расходы за производство судебной экспертизы в размере 23 502 руб.
В апелляционной жалобе представитель ФИО1 – ФИО2 просила отменить решение суда как незаконное и необоснованное, указывая в доводах на отсутствие доказательств фактического принятия наследства истцами. Считает, что истцами пропущен срок исковой давности по требованию о признании недействительным заявления нотариуса об отказе от наследства, совершенное ФИО5, доказательств уважительности причин невозможности обращения в суд ранее 21 сентября 2021 года не представлено. Указывает на то, что в установленный законом срок действий, направленных на принятие наследства, ФИО4 не совершала.
В апелляционной жалобе нотариус Брянского нотариального округа Брянской области ФИО3 также просила отменить решение суда как постановленное с нарушением норм материального права, без учета всех обстоятельств по делу, указывая в доводах на несогласие с выводами судебной экспертизы о психическом состоянии ФИО5 и необоснованный отказ в удовлетворении ходатайства о назначении повторной судебно-психиатрической экспертизы. Суд не принял во внимание логичные пояснения ФИО5 в ходе выездного судебного заседания, а также её показания о состоянии истца и ответы на вопросы в день освидетельствования подлинности подписи ФИО5 на заявлении об отказе от наследства. Также указала на пропуск срока обращения в суд ФИО4, поскольку последняя, зная о причитающейся ей обязательной доли в наследстве, в установленный законом срок действий, направленных на принятие наследства, не совершала.
Судебная коллегия, на основании ст. ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса РФ, рассмотрела апелляционную жалобу в отсутствии ФИО4, ФИО5, ФИО1, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, поскольку сведения об уважительных причинах неявки отсутствуют, просьб об отложении слушания или рассмотрении в отсутствие не поступало. От нотариуса Брянского нотариального округа Брянской области ФИО3 имеется ходатайство о рассмотрении дела в её отсутствии.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, судебная коллегия полагает, что апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.
Как следует из материалов дела, на основании договора передачи квартиры в собственность от 3 февраля 1997 года супруги БНС и ФИО5 являлись собственниками квартиры по адресу: <адрес>.
3 октября 2008 года БНС составлено завещание, по которому принадлежащую ему на праве собственности долю квартиры он завещала дочери ФИО1
ДД.ММ.ГГГГ умер БНС, после смерти которого осталось наследство, состоящее, в том числе из ? доли в праве общей долевой собственности на вышеуказанную квартиру.
После его смерти наследниками первой очереди являются: пережившая супруга ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и его дочери: ФИО4 и ФИО1
28 ноября 2019 года ФИО1 обратилась к нотариусу Брянского нотариального округа Брянской области ФИО3 с заявлением о принятии наследства после смерти отца.
17 декабря 2019 года ФИО5 подано нотариусу заявление об отказе от наследства, оставшегося после смерти БНС
15 февраля 2020 года ФИО1 выдано свидетельство о праве на наследство по завещанию на ? долю в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес>.
ФИО4 с заявлением о принятии наследства к нотариусу не обращалась.
На момент смерти БНС в спорной квартире зарегистрированы он и его супруга ФИО5, являющаяся пенсионером и инвалидом 1-й группы (бессрочно).
ФИО4 зарегистрирована по адресу: <адрес>. На момент открытия наследства ей установлена 2-ая группа инвалидности (бессрочно).
В целях проверки доводов стороны истца о том, что на момент подписания заявления об отказе от наследства ФИО5 не могла понимать значение своих действий и руководить ими, вследствие чего заявление является недействительным, по делу проведена комплексная амбулаторная судебно-психиатрическая экспертиза, производство которой поручалось экспертам ГАУЗ «Брянская областная психиатрическая больница № 1».
Согласно заключению экспертов отделения амбулаторных судебно-психиатрических экспертиз ГАУЗ «Брянская областная психиатрическая больница №1» от 22 июня 2022 года № 1158, ФИО5 по состоянию на 17 декабря 2019 года страдала психическим расстройством в форме сосудистой деменции, на что указывают данные истории жизни подэкспертной: прогрессирующие когнитивные нарушения на фоне перенесенного в 2018 году острого нарушения мозгового кровообращения, с последующим оперативным лечением, утрата навыков самообслуживания, признана инвалидом 1-й группы бессрочно, а также предыдущие наблюдения врачей-психиатров и выявленные при объективном обследовании нарушение ориентировки, грубый интеллектуально-мнестический дефект, нарушения мышления, истощаемость и неустойчивость внимания, недостаточность критики. По своему психическому состоянию ФИО5 не могла понимать значение своих действий и руководить ими на момент подписания заявления об отказе от принятия наследства от 17 декабря 2019 года.
В соответствии с выводами психолога ПЕП, отраженными в экспертном заключении, на момент подписания заявления об отказе от принятия наследства от 17 декабря 2019 года у ФИО5 имелись признаки выраженного (грубого) снижения ее интеллектуальных возможностей и возможностей памяти, а также выраженные нарушения всех познавательных процессов, самосознания, критических возможностей и социальной адаптации.
Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 153, 168, 177, 1111, 1113, 1118, 1149, 1152, 1153, 1154, 1157, 1158 Гражданского кодекса РФ, учитывая разъяснения, данные в пунктах 21, 31, 32, 36 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», с учетом выводов, содержащихся в заключении судебной экспертизы, пришел к выводу, что на момент подписания 17 декабря 2019 года отказа от наследства ФИО5 не могла понимать значение своих действий и руководить ими, в связи с чем данный отказ является недействительным и не влечет за собой каких-либо юридических последствий.
Принимая во внимание, что на момент смерти супруга ФИО5, являясь собственником и имея регистрацию, проживала в спорной квартире, несет расходы по содержанию спорной квартиры, ФИО4, ухаживая за пожилой и нуждающейся в постоянном уходе матерью, после смерти отца без регистрации фактически проживает в спорной квартире, следит за сохранностью самого жилого помещения и имущества в нем, участвует в оплате коммунальных услуг, суд пришел к выводу, что истцы фактически приняли наследство, открывшееся после смерти БНС, в связи с чем признал недействительным свидетельство о праве на наследство по завещанию, выданное ФИО1, в части наследования 1/6 доли в праве общедолевой собственности на спорную квартиру, признал за истцами в порядке наследования право собственности на 1/12 доли в праве на спорную квартиру за каждой, определив долю ФИО1 на квартиру в порядке наследования по завещанию в размере 1/3 доли.
Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на правильном применении норм материального права, правильной оценке всех установленных по делу обстоятельств и представленных сторонами доказательств, которым дана оценка в их совокупности, в соответствии с положениями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса РФ.
В силу пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
Оценив экспертные заключения в совокупности с иными доказательствами по делу, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что состояние здоровья ФИО5 на момент отказа от наследства не позволяло ей целостно осмысливать существо сделки, осознавать юридические особенности и прогнозировать результаты её действий.
Отклоняя доводы апелляционной жалобы о несогласии с выводами, изложенными в экспертном заключении, судебная коллегия отмечает, что исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 года №23 «О судебном решении» и пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 июня 2008 года №13 «О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции», заключение экспертов, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания, и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса РФ). При исследовании заключения эксперта суду следует проверять его соответствие вопросам, поставленным перед экспертом, полноту и обоснованность содержащихся в нем выводов.
Заключение экспертов не находится в противоречии с иными материалами гражданского дела, в том числе с медицинской документацией, показаниями подэкспертной, которые были изучены экспертом. Оно соответствует требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса РФ и Федерального закона от 31 мая 2001 года №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», содержит подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, результаты исследования, ответы на поставленные судом вопросы, является обоснованным, ясным, полным, последовательным, не допускает неоднозначного толкования и не вводит в заблуждение. Каких-либо нарушений при производстве судебной экспертизы судом апелляционной инстанции не выявлено. Эксперты до начала производства экспертизы были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса РФ, имеют необходимые для производства подобного рода экспертиз полномочия, образование, специальности, стаж работы. В установленном порядке отводов экспертам или экспертной организации стороны не заявляли.
Кроме того, эксперты МРВ, ПЕП, РЕН, проводившие экспертизу, допрошены в судебном заседании, в ходе которого свои выводы поддержали.
Допустимых и достоверных доказательств, опровергающих заключение судебной экспертизы, не представлено.
Доказательств несостоятельности выводов экспертов или их некомпетентности, ответчиком, третьим лицом не представлено, в том числе и суде апелляционной инстанции.
Довод о необоснованном отказе в назначении повторной судебной экспертизы отклоняется, поскольку в рассматриваемом случае отказ в назначении повторной экспертизы судом обусловлен отсутствием предусмотренных частью 2 статьи 87 Гражданского процессуального кодекса РФ оснований. Несогласие с результатом судебной экспертизы само по себе не свидетельствует о недостоверности заключения.
Доводы жалобы о пропуске срока исковой давности по требованию о признании недействительным отказа от наследства судебная коллегия отклоняет исходя из следующего.
Согласно статье 168 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Согласно статье 181 Гражданского кодекса РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.
По смыслу пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса РФ основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, то есть таким формированием воли стороны сделки, которое происходит под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие истинной воли такой стороны ее волеизъявлению, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воли.
Из материалов дела следует, что заявление об отказе от наследства подписано истцом 17 декабря 2019 года, исковое заявление, согласно отметке на почтовом конверте, направлено в суд 16 сентября 2021 года, то есть по истечении 1 года 9 месяцев после совершения сделки.
Вместе с тем, экспертным заключением установлено, что ФИО5 в силу психического состояния не могла понимать значение своих действий и руководить ими как в момент совершения сделки, так и после, что по смыслу статьи 177, пункта 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации означает, что истец не могла осознать обстоятельство нарушения своих прав, в связи с чем суд обоснованно пришел к выводу, что срок исковой давности не пропущен.
Доводы жалоб о том, что ФИО4, зная о причитающейся ей обязательной доле в наследстве, в установленный законом срок действий, направленных на принятие наследства не совершала, судебная коллегия отклоняет, поскольку выбор одного из двух способов принятия наследства относится к исключительным правам наследника и определяется им самостоятельно в течении шестимесячного срока, установленного законом для принятия наследства. Поскольку ФИО4 совершены действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, оставшегося после смерти отца, не обращение с заявлением о принятии наследства к нотариусу не может служить основанием для отказа в удовлетворении требований.
Другие доводы апелляционных жалоб полностью повторяют правовую позицию ответчика и третьего лица в суде первой инстанции, основанием к отмене решения быть не могут, поскольку были предметом рассмотрения суда первой инстанции, не опровергают выводов суда и не содержат предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса РФ оснований для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке.
Нарушений норм материального и процессуального права, повлекших вынесение незаконного решения, судом не допущено.
Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия
определила:
Решение Бежицкого районного суда г.Брянска от 20 декабря 2022 года оставить без изменения, апелляционные жалобы представителя ФИО1 – ФИО2, нотариуса Брянского нотариального округа Брянской области ФИО3 – без удовлетворения.
Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы через Бежицкий районный суд г.Брянска в течение трех месяцев со дня вынесения апелляционного определения.
Председательствующий И.М. Фролова
Судьи областного суда С.А. Алейникова
О.Г. Ильюхина
Мотивированное апелляционное определение изготовлено 29 сентября 2023 года