Производство №2-1042/2025
УИД 70RS0009-01-2025-001216-91
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
26 сентября 2025 года Северский городской суд Томской области в составе:
председательствующего судьи Николаенко Е.С.
при секретаре Кузнецовой Н.С.,
помощник судьи Иванькович Д.Д.
с участием истца К.,
представителя истца ФИО1, действующего на основании доверенности от 26 мая 2025 года,
помощника прокурора ЗАТО Северск Чаусовой Е.С.,
рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Северске Томской области гражданское дело по исковому заявлению К. к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда,
установил:
К. обратилось в суд с иском к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.
В обоснование иска указано, что 9 июля 2024 г. в 17.22 по маршруту 401 произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «CHERY TIGGO7 PRO МАХТ32» г/н ** под управлением ФИО2, являющийся собственником автомобиля. При перестроении ответчик создал помеху в движении автобуса ПАЗ 320435-04 г/н **, в результате чего водитель автобуса резко затормозил, и истица упала в кабину шофера. На место ДТП были вызваны скорая помощь и наряд ДПС ГИБДД России по ЗАТО Северск Томской области. В результате проведенного разбирательства судьей Северского городского суда Томской области по материалам дела от 05 февраля 2025 г. № 5-2-/2025 (-538/2024) об административном правонарушении, ФИО2 был признан виновным в нарушении ПДД, повлекшем причинение ей средней тяжести вреда здоровью. Проведенная по делу судебно-медицинская экспертиза № ** от 29.11.2024 установила, причиненный вред здоровью как средней тяжести.
Причиненный вред здоровью истца выразился в виде: перелома 8-го, 9-го ребра, ушиба передней брюшной стенки справа, ушиб, гематома ягодичной области справа, ушиб, гематома верхней трети голени справа. Длительное расстройство здоровья: нахождение на стационарном лечении с 10.07.2024 г. по 16.08.2024 г., в дальнейшем находилась под наблюдением врачей, невролога, кардиолога, травматолога.
В результате указанного происшествия, помимо физических страданий, ей были причинены сильные моральные страдания. На момент происшествия на её попечении находились двое несовершеннолетних внуков (8 и 11 лет), приехавших на каникулы, за которыми не смогла ухаживать в полном объеме. Истец пережила сильную физическую боль: после происшествия не могла жить полноценной жизнью, вынуждена была проходить лечение, нервные и моральные переживания после происшествия, необходимость регулярного наблюдения у специалистов, причинили и причиняют ей сильные страдания по настоящее время. После происшествия, в связи с нервной и стрессовой ситуацией у меня произошел инфаркт, после чего мне требуется реабилитация. Ответчик извинений не приносил. Размер компенсации морального вреда оценивает в сумме 120 000 рублей.
Истец К. в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении, настаивала на взыскании компенсации морального вреда с ответчика. Дополнительно суду пояснила, что она ехала с работы домой на автобусе маршрут № 401. Отъезжая от остановочного пункта по адресу: <...>, истец направилась к водителю, чтобы рассчитаться за проезд, находясь около стойки с водителем, автобус резко затормозил. В момент торможения она упала и ударилась правой стороной. Ей помогли подняться, и она вышла из автобуса. Водитель тоже вышел из автобуса и сказал, чтобы она подождала, он вызвал бригаду скорой медицинской помощи и сотрудников ГИБДД. Она чувствовала боль от падения, но от госпитализации сначала отказалась, однако ночью состояние ее ухудшилось. На следующий день она обратилась в больницу, где был поставлен диагноз перелом 8 и 9 ребра, ушиб брюшной стенки справа, ушиб верхней трети голени справа. Ей был оформлен больничный лист, на больничном находилась два месяца. В период лечения и восстановления была вынуждена находиться полулежащем положении, была ограничена в подвижности, длительное время испытывала боль в области ребер, не могла готовить, убираться, уделять внимание внукам, которые приехали в гости из Москвы. В январе 2025 года у нее случился приступ –инфаркт, который она связывает с произошедшем случаем и получением травмы. Ее лечащий врач кардиолог не исключил причиной вызвавшей инфаркт получение травмы в результате падения в автобусе. Считает, что полученные травмы повлияли на её здоровье, изменили качество жизни и вызвали осложнения других заболеваний, вследствие чего, она вынуждена тратить денежные средства на постоянное лечение, принимать лекарства в больших количествах.
Представитель истца ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме, указа, что требования предъявлены к ФИО2 как к виновнику ДТП. Считал сумму компенсации морального вреда соответствующей степени причиненного вреда здоровью средней тяжести, которая была установлена медицинской экспертизой, длительным лечением и восстановлением здоровья, которое сильно было подорвано и вызвало обострение иных хронических заболеваний. Истец длительное время, испытывала волнение и переживала, что не сможет жить полноценной жизнью. У истца до сих пор остался страх, и она боится ездить на общественном транспорте.
Ответчик ФИО2, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного заседания, не явился, представил заявление, в котором указал, что с исковыми требованиями согласен в части признания его вины в дорожно-транспортном происшествии и обязанности возместить причиненный вред здоровью. Вместе с тем, полагает, что компенсация морального вреда в размере 120000 рублей является чрезмерно завышенной и не соответствующей фактическим обстоятельствам дела, степени причиненных истцу нравственных страданий, принципам разумности и справедливости. При этом К. уже обращалась за возмещением вреда в страховую компанию и непосредственно к водителю автобуса ФИО3 Полагал, что истцом не представлены доказательства того, что она до настоящего времени испытывает проблемы со здоровьем из-за произошедшего ДТП. Поскольку о полученных травмах истца ему стало известно от сотрудников ГИБДД, он не имел возможности принести извинения в виду переезда к месту работы в другом регионе Российской Федерации. При определении компенсации морального вреда просит учесть сложное материальное положение, нахождение на его иждивении троих несовершеннолетних детей, алиментные обязательства, наличие кредитных обязательств и уменьшить размер компенсации морального вреда до 20000 рублей.
Помощник прокурора Чаусова Е.С. дала заключение, в котором полагала доказанным причинно-следственную связь между виновными действиями ответчика и причиненным истцу моральным вредом, полагая разумной компенсацию морального вреда в размере 50000 руб., указав, что причинно-следственная связь между дорожно-транспортным происшествием и возникшими у истца впоследствии осложнениями кардиологических заболеваний не установлена.
Определением суда от 26 мая 2025 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования, относительно предмета спора, привлечены ООО «РБ и К», ФИО3
Определением суда от 28 июля 2025 года, занесённым в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, относительно предмета спора, привлечено ООО «ЕТВ».
Третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования, относительно предмета спора, ООО «РБ и К», ООО «ЕТВ», ФИО3, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в суд не явились, своих представителей не направили.
На основании части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определил о рассмотрении дела в отсутствие неявившихся лиц.
Заслушав пояснения истца, представителя истца, заключение прокурора, изучив и исследовав письменные доказательства, показания свидетеля, суд приходит к следующему.
Пунктом 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В абз. 3 п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее -постановление от 15.11.2022 № 33) разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу и пр.), либо нарушающими имущественные права гражданина.
Согласно п. 14 указанного постановления под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
В п. 15 названного постановления закреплено, что причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.
Привлечение лица, причинившего вред здоровью потерпевшего, к уголовной или административной ответственности не является обязательным условием для удовлетворения иска.
Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (п. 1 ст. 1070, ст. 1079, 1095 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации
Моральный вред, причиненный правомерными действиями, компенсации не подлежит (п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации РФ от 15.11.2022 № 33).
Ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, регламентируется нормами ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 ст. 1083 Кодекса (п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В силу п. 3 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Статьей 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. По заявлению потерпевшего и в его интересах суд вправе возложить на лиц, совместно причинивших вред, ответственность в долях, определив их применительно к правилам, предусмотренным п. 2 ст. 1081 Кодекса.
Причинитель вреда, возместивший совместно причиненный вред, вправе требовать с каждого из других причинителей вреда долю выплаченного потерпевшему возмещения в размере, соответствующем степени вины этого причинителя вреда. При невозможности определить степень вины доли признаются равными (п. 2 ст. 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что судам для правильного разрешения дел по спорам, связанным с причинением вреда жизни или здоровью в результате взаимодействия источников повышенной опасности, следует различать случаи, когда вред причинен третьим лицам (например, пассажирам, пешеходам), и случаи причинения вреда владельцам этих источников. При причинении вреда третьим лицам владельцы источников повышенной опасности, совместно причинившие вред, в соответствии с пунктом 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации несут перед потерпевшими солидарную ответственность по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации. Солидарный должник, возместивший совместно причиненный вред, вправе требовать с каждого из других причинителей вреда долю выплаченного потерпевшему возмещения. Поскольку должник, исполнивший солидарное обязательство, становится кредитором по регрессному обязательству к остальным должникам, распределение ответственности солидарных должников друг перед другом (определение долей) по регрессному обязательству производится с учетом требований абзаца 2 пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации по правилам пункта 2 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть в размере, соответствующем степени вины каждого из должников. Если определить степень вины не представляется возможным, доли признаются равными.
При этом из пунктов 1 - 3 этого же постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что к делам по спорам о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, относятся, в том числе, дела о компенсации морального вреда при причинении вреда жизни или здоровью гражданина.
Согласно п. 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 лица, совместно причинившие моральный вред, исходя из положений статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации, отвечают перед потерпевшим солидарно. Суд вправе возложить на таких лиц ответственность в долях только по заявлению потерпевшего и в его интересах (ч. 2 ст. 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Возлагая на причинителей вреда ответственность по компенсации морального вреда солидарно или в долевом порядке, суд должен указать мотивы принятого им решения.
Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N№ 33, наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего.
Пунктом 19 указанного постановления установлено, что по общему правилу, ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (п. 1 ст. 1064 ГК РФ).
Как разъяснено в п. 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В п. 25 указанного Постановления разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.
Согласно разъяснениям п. 27 постановления от 15.11.2022 № 33, тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.
Как установлено судом и следует из материалов дела, 09 июля 2024 года в 17 часов 22 минут К. находилась в качестве пассажира в автобусе ПАЗ 320435-04, государственный регистрационный знак **, под управлением ФИО3, следовавшем по маршруту № 401 в г. Северске Томской области. Около дома по пр-ту Коммунистический 32 в городе Северске в результате резкого торможения транспортного средства произошло падение К., что повлекло причинение ей телесных повреждений.
Причиной резкого торможения послужило нарушение правил дорожного движения водителем ФИО2, управлявшим автомобилем Chery Tiggo7 PRO MAXT32, государственный регистрационный знак **, следовавшим в попутном с автобусом направлении, который в нарушение пунктов 8.5, 1.5 ПДД РФ при перестроении создал помеху в движении автобусу, в результате чего водитель автобуса прибег к экстренному торможению.
По факту дорожно-транспортного происшествия возбуждено дело об административном правонарушении и проведено административное расследование, в рамках которого была назначена судебно-медицинская экспертиза.
Согласно заключению эксперта бюро судебно-медицинской экспертизы ФГБУ СибФНКЦ ФМБА России от 29 ноября 2024 года № ** за период с 09 июля 2024 года по 16 августа 2024 года у К. было установлено наличие следующих телесных повреждений: закрытые переломы 8 и 9 ребер справа по передней подмышечной линии, а так же кровоподтеки в области правой ягодицы, правой голени и левого бедра (о точной локализации и количестве которых судить не представилось возможным). Механизм формирования указанных переломов и кровоподтеков заключается в сдавливании кожи и подлежащих мягких тканей, деформации изгибе 8 и 9 ребер справа как при последовательных ударных воздействиях в область правой ягодицы, правой голени, левого бедра и правой боковой поверхности грудной клетки тупым твердым предметом (предметами) так и при соударении (соударениях) о таковой (таковые), в том числе при падении в салоне автобуса на правый бок, сопровождавшимся соударениями о какие-либо элементы конструкции его салона, не противоречащие отраженным в определении событиям. Давность образования повреждений не противоречит отраженному в определении периоду. Комплекс указанных повреждений вызвал длительное расстройство здоровья и квалифицируется как причинивший вред здоровью средней тяжести.
Постановлением Северского городского суда Томской области от 05 февраля 2025 года ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, ему назначено наказание в виде административного штрафа.
Доказательств, что причиненный вред здоровью был получен иным образом, отличным от указанного истцом, ответчиком суду не представлено, материалами дела не опровергается. Наличие вины в данном дорожно-транспортном происшествии ответчиком не оспаривалась.
С учетом изложенного, суд полагает установленным факт причинения вреда здоровью истца в результате взаимодействия источников повышенной опасности.
Поскольку законом предусмотрена солидарная ответственность владельцев источников повышенной опасности за причиненный третьим лицам вред здоровью вне зависимости от наличия вины, истец, реализуя свое право на компенсацию морального вреда, обратилась в суд с настоящим исковым заявлением к виновнику дорожно-транспортного происшествия – ФИО2
При установленных обстоятельствах, суд полагает требование истца к ФИО2 о компенсации морального вреда обоснованными и подлежащими удовлетворению.
Как следует из пояснений стороны истца и подтверждается ответом САО «ВСК» на запрос суда, страховое возмещение в виде возмещения вреда здоровью К., как пассажиру, по рассматриваемому происшествию выплачено страховой компанией, и вопреки утверждениям ответчика, страховая компания в силу закона не несет ответственность за компенсацию морального вреда, причиненного в результате ДТП третьему лицу.
При определении размера подлежащей взысканию компенсации морального вреда суд приходит к следующему.
Причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
Согласно п. 2 ст. 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
По результатам проведенной по делу об административном правонарушении судебно-медицинской экспертизы, установлено, что имевшиеся у К. повреждения вызвали длительное расстройство здоровья, которые по данному признаку и в соответствии с п. 7.1 Приказа от 24 апреля 2008 г. № 194н Министерства здравоохранения и социального развития «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, квалифицируются как причинивший вред здоровью средней тяжести.
Из материалов дела следует, что истец была осмотрена сотрудниками скорой помощи, после ДТП от госпитализации отказалась.
Судом установлено, что в период с 10 июля 2024 года по 16 августа 2024 года К. обращалась за медицинской помощью в СКБ ФГБУ СибФНКЦ ФМБА России к врачам травматологу-ортопеду КДЦ №1, терапевту КДЦ № 1,, где ей была оказана медицинская помощь, в том числе, сделана рентгенография, установившая закрытые переломы 8 и 9 ребер справа по передней подмышечной линии, назначено лечение, выписаны медицинские препараты, лечение истец проходила амбулаторно.
Согласно выписке из медицинской карты № К-874-05/1, в связи с полученными травмами истец вынуждена была находиться на больничном с 10 июля по 16 августа 2024 года.
Сторона истца приводит доводы о том, что последствием полученных в результате падения в автобусе травм, у истца ухудшилось состояние здоровье, которое привело к инфаркту миокарда и обострению иных хронических заболеваний.
Суд приходит к выводу, что данные обстоятельства представленными истцом выписками осмотров терапевтов, кардиологов, неврологов за период с ноября 2024 года по май 2025 года не подтверждаются.
Выписка из медицинской карты стационарного больного ОГАУЗ «Томская областная клиническая больница», в которой проходило стационарное лечение истца в период с 29.01.2025 по 07.02.2025 с диагнозом инфаркт миокарда, таких данных не содержит, а в анамнезе заболевания указано на имеющееся у истца хроническое заболевание – гипертоническую болезнь сердца, а также ухудшение состояния в течение недели до случившегося приступа.
Других доказательств ухудшения состояния здоровья вследствие полученных травм истцом в материалы дела не представлено.
От полученных травм истец испытывала не только физические, но и нравственные страдания, что подтверждается показаниями допрошенного в судебном заседании свидетеля С., супруга истца.
В судебном заседании свидетель С. показал, что 09 июля 2024 года вечером ему позвонила супруга и сказала, что упала в автобусе, он прибыл на место ДТП, увидел супругу, которая находилась в стрессовом состоянии, держалась за бок. После осмотра врачами скорой помощи, они вернулись домой, и ночью супруге стало плохо. На следующее утро они отправились в приемный покой ФГБУ ФМБА СибФНКЦ, чтобы сделать рентген, где ей был поставлен диагноз перелом ребер. Указал, что в период лечения супруга испытывала боли из-за полученной травмы, была ограничена в подвижности, ей был показан постельный режим, запрещены любые нагрузки. Указал, что период полного выздоровления занял у истца полгода, но и также повлек в дальнейшем проблемы со здоровьем, когда в конце января 2025 года у супруги диагностировали инфаркт. Он также в указанный период находился после операции на ноге, но вынужден был ухаживать за супругой: готовить еду, ухаживать за внуками. На лето у них с внуками были планы отправиться в поездку, однако все пришлось отменить. До полученных травм К. обращалась к врачам редко, они вели активный образ жизни, занимались дачным участком, но все пришлось оставить.
От полученных травм истец испытывала не только физические, но и нравственные страдания, что подтверждается показаниями допрошенного в судебном заседании свидетеля С., супруга истца.
В судебном заседании свидетель С. показал, что 09 июля 2024 года вечером ему позвонила супруга и сказала, что упала в автобусе, он прибыл на место ДТП, увидел супругу, которая находилась в стрессовом состоянии, держалась за бок. После осмотра врачами скорой помощи, они вернулись домой, и ночью супруге стало плохо. На следующее утро они отправились в приемный покой ФГБУ ФМБА СибФНКЦ, чтобы сделать рентген, где ей был поставлен диагноз перелом ребер. Указал, что в период лечения супруга испытывала боли из-за полученной травмы, была ограничена в подвижности, ей был показан постельный режим, запрещены любые нагрузки. Указал, что период полного выздоровления занял у истца полгода, но и также повлек в дальнейшем проблемы со здоровьем, когда в конце января 2025 года у супруги диагностировали инфаркт. Он также в указанный период находился после операции на ноге, но вынужден был ухаживать за супругой: готовить еду, ухаживать за внуками. На лето у них с внуками были планы отправиться в поездку, однако все пришлось отменить. До полученных травм К. обращалась к врачам редко, они вели активный образ жизни, занимались дачным участком, но все пришлось оставить.
Учитывая характер телесных повреждений, повлекший ограничения истца в подвижности, суд считает подтвержденными доводы истца о том, что помимо физической боли истец испытывал значительные нравственные страдания ввиду невозможности вести привычный образ жизни, проблемы с подвижностью, со сном, а также переживания, связанные с этим.
Исходя из совокупности доказательств по делу, и с учетом обстоятельств, при которых причинен моральный вред, принимая во внимание характер причиненных истцу телесных повреждений, степень тяжести причиненного истцу вреда здоровью, характер физических и нравственных страданий истца, его возраст, изменение его привычного уклада жизни, степень вины ответчика, а также принцип разумности и справедливости, суд определяет размер компенсации морального вреда в размере 70 000 рублей.
Данную сумму суд не находит для чрезмерной или обременительной для ответчика, исходя из следующего.
В соответствии с пунктом 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать).
Ответчик в этой связи сослался на сложное материальное положение в связи с наличием у него троих несовершеннолетних детей, находящихся на иждивении, уплату алиментов, наличие кредитов.
Однако из представленных в материалы дела доказательств, сделать вывод о тяжелом материальном положении ответчика не представляется возможным, поскольку соотнести размер необходимых выплат с размером дохода ответчика не представляется возможным. В материалы дела таких доказательств не представлено, как и не представлено доказательств отсутствия иного имущества, принадлежащего ответчику на праве собственности. Кроме того, наличие кредитных обязательств о тяжелом материальном положении ответчика не свидетельствует.
Довод ответчика о том, что он не смог принести извинения истцу в связи с отъездом в другой регион для исполнения трудовых функций, объективными доказательствами не подтверждаются, опровергаются материалами дела об административном правонарушении.
Так на 19 сентября 2025 года у ФИО2 сотрудниками ГИБДД брались объяснения по факту ДТП, в которых он указывает, что о падении пассажирки автобуса стало известно от сотрудников ДПС. С момента ДТП прошло более двух месяцев, материалы дела содержали сведения о пострадавшей К., включая мобильный телефон, домашний адрес. Следовательно, ответчик достоверно знал о пострадавшей и мог принести ей извинения.
В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.
Согласно части 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в состав судебных расходов входит государственная пошлина.
К судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела, в частности относятся связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами (статья 94 ГПК РФ).
Истцом при подаче иска уплачена государственная пошлина в размере 3000 рублей, что подтверждается чеком по операции от 11 апреля 2025 года.
На основании изложенного, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 3000 рубелей.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
исковые требования К. к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить.
Взыскать с ФИО2 (паспорт: **) в пользу К. (паспорт: **) компенсацию морального вреда в размере 70000 (семьдесят тысяч) рублей.
Взыскать с ФИО2 (паспорт: **) в пользу К. (паспорт: **) расходы по уплате государственной пошлины в размере 3000 (три тысячи) рублей.
Решение может быть обжаловано в Томский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Северский городской суд Томской области в течение одного месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.
Судья Е.С. Николаенко