Дело №
УИД 03RS0№-90
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
26 мая 2025 года г. Уфа
Кировский районный суд г. Уфы в составе:
председательствующего судьи Добрянской А.Ш.
при секретаре ФИО4,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску ФИО1 к ФИО5 об оспаривании условий договора,
установил:
ФИО1 обратился в суд с исками к ФИО6 об оспаривании условий договора.
В обоснование исковых требований истец указал, что ДД.ММ.ГГГГ между истцом и банком заключен договор срочного банковского вклада «Максимум» № ФИО8, который содержит навязанное согласие на получение рекламы, направляемой по сетям электросвязи, и согласие на досудебный порядок разрешения споров с Банком.
На основании изложенного истец просил признать ничтожным договор банковского вклада, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО7 и ФИО1 в той мере, в какой ФИО1 вменено согласие на получение рекламы, направляемой по сетям электросвязи, и на досудебный порядок разрешения споров с ФИО9; признать за стороной ФИО1 право возмещения ФИО11: расходов: консультирование - 5 000 руб., судебная работа - 25 000 руб.; произвести частичную процессуальную замену ФИО1 на ФИО2; взыскать с ФИО10 в пользу ФИО2 стоимость досудебного консультирования – 5 000 руб., судебной работы – 25 000 руб.
Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствие.
Представитель ответчика ФИО12 надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела, также не явился в судебное заседание.
Третье лицо ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.
Руководствуясь ст.167 ГПК РФ, суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
Изучив материалы дела, суд приходит к следующему.
Как следует из пункта 1 статьи 1 Закона о защите прав потребителей отношения в области защиты прав потребителей регулируются Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК Российской Федерации), указанным Законом, другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
В соответствии с пунктами 1 и 4 статьи 421 ГК Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иным правовым актом.
Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения (п. 1 ст. 422 ГК Российской Федерации).
Согласно п. 1 ст. 428 ГК Российской Федерации договором присоединения является договор, условия которого могут быть приняты только путем присоединения к предложенному договору в целом.
Применительно к правовому значению утверждения формы договора Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от ДД.ММ.ГГГГ N 28-П обращено внимание на то, что условия договоров присоединения определяются профессиональной стороной в стандартных формах. При этом гражданин не имеет реальной возможности изменить содержание предлагаемых сильной стороной документов.
Как следует из пункта 1 статьи 426 ГК Российской Федерации публичным договором признается договор, заключенный лицом, осуществляющим предпринимательскую или иную приносящую доход деятельность, и устанавливающий его обязанности по продаже товаров, выполнению работ либо оказанию услуг, которые такое лицо по характеру своей деятельности должно осуществлять в отношении каждого, кто к нему обратится (розничная торговля, перевозка транспортом общего пользования, услуги связи, энергоснабжение, медицинское, гостиничное обслуживание и т.п.).
К лицам, обязанным заключить публичный договор, исходя из положений пункта 1 статьи 426 ГК РФ относятся коммерческая организация, некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, а равно индивидуальный предприниматель, которые по характеру своей деятельности обязаны продавать товары, выполнять работы и/или оказывать услуги в отношении каждого, кто к ним обратится (потребителя) (п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора").
Согласно пп. 30 ст. 2, ст. 44 - ФЗ N 126-ФЗ "О связи" для целей статьи 426 ГК РФ потребителями признаются физические лица, на которых распространяется действие законодательства о защите прав потребителей, а также индивидуальные предприниматели, юридические лица различных организационно-правовых форм, например, потребителями по договору оказания услуг универсальной связи являются как физические, так и юридические лица.
В пункте 18 данного Постановления обращено внимание на то, что условия публичного договора, не соответствующие требованиям, установленным пунктом 2 статьи 426 ГК Российской Федерации, а также действующим в момент его заключения обязательным правилам, утвержденным Правительством Российской Федерации или уполномоченными им федеральными органами исполнительной власти, являются ничтожными в части, ухудшающей положение потребителей (п. 4 и п. 5 ст. 426 ГК Российской Федерации).
Следовательно, в отношении договоров, построенных по модели договора присоединения и публичного договора, требование определенности правового статуса потребителя и обеспечения реализации именно его собственной, но не навязанной ему воли, приобретает особое значение.
В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.
Пункт 3 статьи 307 ГК РФ запрещает стороне вести дела так, чтобы ее партнер оказывался лишенным права.
Как указано в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ", сторона договора в случае существенного нарушения баланса интересов сторон вправе на основании статьи 10 ГК РФ заявить о недопустимости применения договорных условий, являющихся явно обременительными (несправедливые договорные условия), если она была поставлена в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора, проект которого был предложен другой стороной, то есть оказалась слабой стороной (пункт 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 16 "О свободе договора и ее пределах"; далее - Постановление Пленума ВАС РФ N 16).
Как следует из п. п. 1 и 2 статьи 167 ГК Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
Для целей пункта 1 статьи 16 Закона о защите прав потребителей, согласно которому условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, являются ничтожными, актом такого ущемления должно считаться само по себе запрещенное публичным порядком Российской Федерации навязывание сильной стороной правоотношения содержания договорной позиции слабой ее стороне.
В связи с тем, что недействительная сделка не влечет юридических последствий за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (п. 1 ст. 167 ГК РФ), и если юридический акт (односторонняя сделка) выражения согласия недействителен (в частности, в силу навязывания), то отсутствует какая-либо помещаемая в легальный контекст возможность его отзыва, ибо не может быть отозвано то, что в силу его недействительности (тем более в форме ничтожности) подчинено действию юридической фикции отсутствия.
Экономически слабая сторона не имеет возможности активно и беспрепятственно участвовать в согласовании условий договора на стадии его заключения. Даже при формальном наличии права заявить возражение о включении спорного условия в договор слабая сторона зачастую не имеет финансовых и организационных возможностей оценить обременительность договорных условий на случай наступления тех или иных обстоятельств при исполнении договора. Использование же названных обстоятельств стороной, находящейся в более сильной переговорной (и в целом - профессиональной) позиции, не соответствует принципу добросовестности.
Согласно Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 21-П, гарантированность правомерных ожиданий образует основы конституционно-правового статуса личности, что подлежит правовой защите также и потому, что в Российской Федерации должна обеспечиваться правовая определенность, стабильность и предсказуемость в сфере гражданского оборота, а также поддержание как можно более высокого уровня взаимного доверия между субъектами экономической деятельности.
Как установлено судом, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился к ФИО14 с заявлением на открытие вклада в ФИО15 заключен «Максимум» № ФИО16
Предложенной Банком к подписанию ФИО1 формой договора оговорено, что вкладчик, подписывая настоящее заявление на открытие вклада, заявляет о присоединении к правилам размещения срочных банковских вкладов физических лиц в ФИО13
Договор вклада представляет собой договор присоединения, условия которого определены Банком в стандартных формах.
Согласно пункту ДД.ММ.ГГГГ Правил размещения срочных банковских вкладов физических лиц в ФИО17 (далее – Правила), к которым присоединился вкладчик ФИО1 согласно его заявлению на открытие вклада от ФИО18, банк вправе направлять по реквизитам, указанным вкладчиком при его идентификации, а так же способами, предусмотренными п.6.4.9. настоящих Правил, запросы, материалы, сообщения, в том числе сообщения информационного, рекламного характера и т.д.:
- об изменении условий действующих вкладов или установлении новых условий;
- о необходимости обновления сведений, полученных Банком при идентификации вкладчика, включая сведения о представителях вкладчика, бенефициарных владельцах и выгодоприобретателях;
- иную информацию, с соблюдением требований действующего законодательства Российской Федерации.
Согласно ч. 1 статьи 18 Федерального закона от N 38-ФЗ "О рекламе" распространение рекламы по сетям электросвязи, в том числе посредством использования телефонной, факсимильной, подвижной радиотелефонной связи, допускается только при условии предварительного согласия абонента или адресата на получение рекламы.
Как следует из указанной нормы, отсутствие согласия на получение рекламы предполагается. Согласие должно быть выполнено таким образом, чтобы можно было не только однозначно идентифицировать абонента, но и подтвердить его волеизъявление на получение рекламы от конкретного рекламораспространителя. Следовательно, согласие абонента на получение рекламы должно относиться к конкретному рекламодателю либо рекламораспространителю, а также должно быть выражено явно.
Бремя доказывания наличия предварительного согласия на получение рекламы, распространяемой по сетям электросвязи, лежит на рекламораспространителе, при этом адресат не обязан доказывать факт его отсутствия.
В силу Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 58 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами Федерального закона "О рекламе" Закон о рекламе не определяет порядок и форму получения предварительного согласия. Следовательно, согласие может быть выражено в любой форме, достаточной для его идентификации и подтверждения волеизъявления на получение рекламы от конкретного рекламораспространителя.
В целях соблюдения баланса частных и публичных интересов, стабильности публичных правоотношений, а также в целях защиты прав и законных интересов потребителя как более слабой стороны в рассматриваемых правоотношениях, при получении такого согласия должна быть предоставлена возможность изначально отказаться от получения рекламных рассылок, а сама форма согласия должна быть недвусмысленно выражающей соответствующее согласие (потребитель прямо выражает согласие на получение рекламы), а не опосредованной, в том числе обусловленной ознакомлением с правилами оказания (предоставления) услуг. Факт заключения договора с поставщиком услуг отражает интерес стороны к предмету договора, не охватывающего своим содержанием отношения по поводу рекламы.
Между тем, предусмотренное таким договором согласие, действующее независимо от реального содержания воли стороны договора, вынуждает ее в целях достижения желаемого заключения договора соглашаться также и на получение сообщений рекламного характера. В то же время предоставленное распространителю рекламы право на получение согласия в любой форме не свидетельствует о его безграничном усмотрении в разрешении этого вопроса и оканчивается там, где начинаются права потребителя на выражение своего непосредственного согласия на получение рекламы.
Иначе обратное приведет к злоупотреблениям со стороны распространителей рекламы, стремящихся любым способом навязать возможность распространения рекламы с приданием своим действиям видимости законности, что недопустимо.
Сам факт заключения договора с банковской организацией не может подтверждать согласие на получение рекламы, поскольку отражает волеизъявление абонента исключительно на получение банковских услуг, при этом предусмотренное соглашением автоматически действующее независимо от волеизъявления абонента согласие на получение рекламы вынуждает его (осознанно либо неосознанно) согласиться на получение сообщений рекламного характера в целях достижения желаемого заключения договора с банком.
Пунктом 11.4 Правил размещения срочных банковских вкладов физических лиц в ФИО19 предусмотрено, что все споры стороны обязуется разрешать путем переговоров, а в случае, если не будет достигнуто согласие, в соответствии с законодательством Российской Федерации.
В пункте 11 Обзора судебной практики по делам о защите прав потребителей, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации ДД.ММ.ГГГГ указано на неустановленность законом досудебного (в контексте настоящего обсуждения – переговорного) порядка разрешения споров по соответствующим требованиям потребителя.
ФИО1, заключая договор, был лишен возможности влиять на содержание договора, условия которого могли быть приняты им только путем присоединения к предложенной форме в целом.
Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что пункт 11.4 Правил, в котором содержится условие о досудебном (переговорном) порядке разрешения споров ФИО1 и ФИО20 следует признать недействительными,
Разрешая требование ФИО1 о признании за ним право возмещения судебных расходов, связанных с рассмотрением гражданского дела, суд приходит к следующему.
Согласно части 1 статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, при этом к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на оплату услуг представителя (статья 94 ГПК РФ).
По общему правилу части 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает все понесенные по делу судебные расходы, учитывая, однако, что расходы на оплату услуг представителя присуждаются в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ).
ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ФИО2 заключен договор уступки права требования, согласно которому Цедент ФИО1 уступает Цессионарию ФИО2 право требования с кого следует объективной стоимости досудебного консультирования по оспариванию условий заключенного ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 и ФИО21 договора (пункт 1). Право требования переходит от Цедента к Цессионарию без передачи каких-либо документальных свидетельств его наличия, поскольку свидетельством его является сама по себе документальная объективация приложения труда (пункт 6). Право требования оценивается в сумме равной оценке труда, а именно в размере 5 000 руб. (пункт 7).
ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ФИО2 заключен договор уступки права требования, согласно которому Цедент ФИО1 уступает Цессионарию ФИО2 право требования с кого следует стоимости судебной работы по оспариванию условий заключенного ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 и ФИО22 договора. Право требования соразмерно по подготовке иска, истребованию судебных расходов и безлимитному количеству заседаний в суде первой инстанции при рассмотрении соответствующего дела «по первому кругу» (пункт 1). Право требования переходит от Цедента к Цессионарию без передачи каких-либо документальных свидетельств его наличия, поскольку свидетельством его является сама по себе документальная объективация приложения труда (пункт 6). Право требования оценивается в сумме равной оценке труда, а именно в размере 25 000 руб. (пункт 7).
Основания и порядок перехода прав кредитора к другому лицу установлены статьей 382 ГК РФ, согласно которой право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.
В силу статьи 387 ГК РФ права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основания закона и наступления указанных в нем обстоятельств: - в результате универсального правопреемства в правах кредитора; - по решению суда о переводе прав кредитора на другое лицо, когда возможность такого перевода предусмотрена законом; - вследствие исполнения обязательства должника его поручителем или залогодателем, не являющимся должником по этому обязательству; - при суброгации страховщику прав кредитора к должнику, ответственному за наступление страхового случая; - в других случаях, предусмотренных законом.
В силу ст. 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. Кредитор, уступивший требование другому лицу, обязан передать ему документы, удостоверяющие право требования, и сообщить сведения, имеющие значение для осуществления требования. По смыслу приведенных норм, уступлено может быть только реально существующее и документально подтвержденное право.
Несуществующие требования не могут быть предметом цессии. Частью 2 статьи 389.1 ГК РФ предусмотрено, что требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное. Следовательно, замена выбывшей стороны ее правопреемником в гражданском судебном процессе возможна в том случае, если правопреемство произошло в материальном правоотношении, что должно быть подтверждено в соответствии с требованиями ст. 56 ГПК РФ относимыми и допустимыми доказательствами.
В настоящем деле переход прав требований взысканных по данному делу в пользу истца судебных расходов в размере 5 000 руб. и 25 000 руб. в связи с рассмотрением настоящего дела подтверждается договорами уступки права требования (цессии) от ДД.ММ.ГГГГ.
Руководствуясь ст. 100 ГПК РФ, суд с учетом конкретных обстоятельств дела, длительности рассмотрения дела, его категории, полагает разумным и справедливым размер расходов по оплате юридических услуг в размере 11 000 рублей, включая объем работы по консультированию в размере 1 000 руб. и подготовке иска в размере 10 000 рублей,
Поскольку истец освобожден от уплаты государственной пошлины, то в силу требований ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина с ответчика в размере 3 000 руб. за требования неимущественного характера.
Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 (ИНН №) к ФИО23 (ОГРН №) об оспаривании условий договора удовлетворить.
Признать ничтожным договор банковского вклада, заключенный между АО «Экспобанк» и ФИО1 в той мере, в какой ФИО1 вменено согласие на получение рекламы, направляемой по сетям электросвязи, и в части досудебного порядка разрешения споров.
Признать за стороной ФИО1 право возмещения ФИО24 расходов: по досудебному юридическому консультированию и судебной работы.
Произвести частичную процессуальную замену ФИО1 на ФИО2.
Взыскать с АО «Экспобанк» в пользу ФИО2 (ОГРНИП №) стоимость по досудебному юридическому консультированию – 1 000 руб., судебной работе – 10 000 руб.
Взыскать с АО «Экспобанк» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб.
Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения в окончательной форме через Кировский районный суд г.Уфы.
Судья: Добрянская А.Ш.
Решение в окончательной форме изготовлено 06.06.2025г.