Решение по делу № 2-801/2025 от 24.07.2025 - о взыскании компенсации морального вреда.

УИД: 34RS0008-01-2025-000389-33 Дело №2-801/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Город Волгоград 14 июля 2025 года

Центральный районный суд г. Волгограда в составе:

председательствующего судьи Гринченко Е.В.,

при секретаре Левикиной О.Ю.,

с участием прокурора Фирсовой М.П.

истца ФИО1 и её представителя ФИО2, представителя ответчика ФИО3, представителя третьего лица ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Михайловская центральная районная больница» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Михайловская центральная районная больница» (далее – ГБУЗ «Михайловская ЦРБ») о взыскании компенсации морального вреда, мотивируя требования тем, что по вине ответчика, привлекаемого к уголовной ответственности по ч.1 ст.293 УК РФ ей причинен тяжкий вред здоровью. На основании ст.ст.151, 1100, 1101 ГК РФ, просила взыскать с ответчика в счет компенсации причиненного ей морального вреда – 3 000 000 руб.

В ходе рассмотрения дела истец уточнила основание исковых требований, на основании ст.ст.151, 1100, 1101 ГК РФ, Федерального закона №323-ФЗ от 21.11.2011г. «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», ст.ст.7,14, 15 Закона РФ «О защите прав потребителей», просила взыскать с ответчика в счет компенсации морального вреда, полученного в результате оказания медицинской помощи, не соответствующей медицинским стандартам – 3 000 000 руб.

Протокольным определением от ДД.ММ.ГГГГ. к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет иска, привлечены ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8

В судебном заседании истец ФИО1 на удовлетворении исковых требований настаивала. В ходе рассмотрения дела поясняла суду о том, что ДД.ММ.ГГГГ почувствовала себя плохо, была слабость, не было аппетита, начался жидкий черный стул. К обеду состояние стало ухудшаться. В этот момент она находилась у подруги, стала плохо видеть, плохо слышать, померили давление, оно было низким. Вызвали скорую помощь, они сделали уколы «викасола», поскольку было подозрение на кровотечение. Начались сильные боли. После обеда её доставили в приемный покой Михайловской ЦРБ, где был проведен осмотр, сделана гастроскопия. Доктор ФИО9 сообщил, что у неё желудочное кровотечение, назвал примерное место истечение крови - верхняя часть желудка. Её перевели в реанимацию. Рекомендовали не вставать, ничего не кушать, т.е. наблюдаться. Через какое-то время она стала получать внутривенные инъекции. ФГДС сделали только при поступлении в приемный покой и больше не делали, блокаторов не вводили. Терапию она принимала внутривенно, делали обезболивающие. ДД.ММ.ГГГГ хирург ФИО18 перевел её в общую палату. Примерно через час она потеряла сознание, вновь была переведена в реанимацию, принято решение о введении внутримышечной плазмы бригадой реаниматологов, доктором ФИО8. Давление было 20 на 30. Состояние было ужасное, она ничего не видела, ничего не слышала. В реанимации у неё открылась рвота кровью, помимо черного жидкого стула. ФГДС не проводился ни ДД.ММ.ГГГГ. Реанимация продолжалась. Доктор Казарян предложил установить зонд Блэкмора, при котором за счет накачки воздухом останавливается кровотечение. Необходимых лекарств в больнице не было, медикаменты покупала её мать. С ДД.ММ.ГГГГ не принималось решения о проведении оперативного лечения. Только ДД.ММ.ГГГГ была проведена операция на желудке - лапаротомия, гастротомия, ушивание язвы. Чувствовала себя не очень хорошо, болевой синдром сохранялся. Плазму продолжали вливать внутривенно. Доктор Казарян спросил у бригады реаниматологов, почему не запускают после операции кишечник и зачем ей вкалывают морфин. Он рекомендовал поставить эпидуральную анестезию, сам лично ее устанавливал в спину. Врачом ФИО8 ей производилась подключичная установка катетера, через него тоже поступали препараты. Проводилась антибиотиковая терапия, однако жидкий стул продолжался. В реанимации к ней более суток не подходил медицинский персонал, несмотря на проведенную операцию. Было принято решение о переводе её в соседнюю комнату реанимации, где рядом находилась мама. ДД.ММ.ГГГГ у неё случился рецидив, началась рвота кровью. Заново доктор Казарян установил зонд Блэкмора, перед этим было промывание желудка. Врач-анестезиолог Казарян порекомендовал матери отправить её на лечение в Волгоград. Было принято решение о транспортировке её в Волгоград. И.о. главного врача больницы ФИО10 стал препятствовать её отправке санавиацией, поскольку, с его слов, она была нетранспортабельна. При помощи работодателя вертолет санавиации все-таки был прислан. На тот момент её внутривенное давление было 180. Бригада санавиации сказала, что необходимо сделать укол реланиума. Препарат нашли в больнице и сделали укол. Только ДД.ММ.ГГГГ её доставили на вертолетную площадку больницы №... Скорой помощи и на карете скорой помощи перевезли в областную больницу, поместили в общую палату. В палату зашел врач ФИО11, опросил, после чего её незамедлительно перевели в отделение реанимации, тут же провели ФГДС. Определили, откуда истекает кровь, выяснилось, что лопнул сосуд в 2-х местах. Обкололи адреналином. За ночь два раза ей делался ФГДС, который показал, что остановка крови произошла. ДД.ММ.ГГГГ ФИО11 сказал, что необходима срочная операция. Он вскрыл полость живота, увидел подпеченочный абсцесс, производилось ушивание язвы Делафуа, все её внутренности ополаскивались в растворе. Пришла она в себя на следующий день в реанимации, боль была, но чувствовала себя значительно лучше, получала все необходимые инъекции. После второй операции, из-за неправильно оказанной медицинской помощи, её вес стал меньше на 15 килограммов. С ДД.ММ.ГГГГ она находилась в лежачем положении. На третьи сутки была переведена в общую палату, получала лечение: антибиотики, обезболивающие препараты, перевязки. 7 дней ходила со специальным приспособлением через нос в желудок для проверки, есть ли кровотечение. 5 суток была без воды и еды, прием пищи был запрещен. Были сняты швы. Из-за неправильно проведенной ФИО18 операции, на амбулаторное лечение она выписалась с отверстием под ложечкой. Через два-три месяца было рекомендовано проведение повторного ФГДС там же в областной больнице. В декабре она прошла обследование в гастроэнтерологии у ФИО12 Сказали, что все хорошо, но контроль за своим состоянием она должна осуществлять хотя бы раз в два года. От неправильно оказанной медицинской помощи пострадало качество её жизни, постоянная диета, прием препаратов, бывают рези, колика. В ДД.ММ.ГГГГ году после 12-ти часов дня после небольшого обеда в столовой у неё случился приступ, почувствовала себя плохо. Дома началась рвота желчью, боли были уже другого характера, не как после первых операций. Прибывшая бригада скорой помощи госпитализировала её в областную больницу, где был сделан рентген, установлена непроходимость кишечника. Дежурным хирургом был проведен осмотр, рвота продолжалась. Сильные боли примерно в том же месте. В ночь стали вводить препараты внутривенно. Утром заступил ФИО11 и сказал, что, скорее всего, у неё спаечная болезнь после ранее проведенных двух операций. Ей установили трубку, чтобы избежать рецидива кровотечения. Сходила на рентген, установили непроходимость кишечника, и по срочным показаниям была прооперирована. В этот раз были рассечены спайки, узлы, далее два часа вставляли зонд. Очнулась она уже в реанимации ночью. Давление было 180. Через несколько дней перевели в общую палату. Препараты, обработка проводились за счет средств областной больницы. Посторонний уход осуществляла её мать. После прохождения лечения были сняты швы, вытащили трубку и отправили на амбулаторное лечение. После третьей операции через сайт ГУВД она направила заявление, следователем ФИО15 возбуждено уголовное дело по ст.293 УК РФ, в рамках которого она признана потерпевшей, допрошены свидетели – её мать, некоторые врачи Михайловской ЦРБ, а также ФИО11, ФИО13, назначена судебная экспертиза. Полагала, что сотрудниками Михайловской ЦРБ ей была неправильно оказана медицинская помощь, что повлекло причинение тяжкого вреда здоровью, в связи с чем Михайловская ЦРБ должна компенсировать причиненный моральный вред.

Представитель истца ФИО2, допущенный к участию в деле в порядке ч.6 ст.53 ГПК РФ, поддержал исковые требования и просил удовлетворить в полном объёме. Пояснил, что моральный вред истцу причинен вследствие четырех факторов: 1) из-за отсутствия необходимых лекарств и должной диагностики в Михайловской ЦРБ; 2) промедления с проведением операции; 3) промедления с транспортировкой пациента в областную больницу, где могла быть оказана качественная помощь; 4) из-за не предоставления соответствующих сопроводительных документов, что усложнило проведение последующей операции. Источник, при первой операции не был обнаружен, что впоследствии привело к абсцессу и к заражению всех тканей, что подтверждено результатами прижизненного патологоанатомического исследования. Считал данные четыре нарушения и являлись факторами оказания некачественной медицинской помощи, которые, в совокупности, и повлекли тяжкий вред здоровью ФИО1

Представитель ответчика ГБУЗ «Михайловская ЦРБ» ФИО3, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала. В ходе рассмотрения дела поясняла о том, что все медицинские мероприятия истцу были проведены, установлен диагноз, проводилось консервативное лечение, хирургом ФИО18 была прошита язва. На ДД.ММ.ГГГГ, при проведении осмотра сгустков крови не было. Потом пациентка опять "закровила" и по согласованию мед.части и ОКБ №... было принято решение о переводе пациентки в ОКБ №.... Все лечение врачами ЦРБ проводилось согласно протоколу. Повлияло ли лечение на последствия, которые произошли с пациенткой спустя два года неизвестно. Полагала, что медицинская помощь истцу была оказана Михайловской ЦРБ в полном объеме и надлежащего качества. Причинно-следственная связь между оказанием медицинской помощи пациенту и наступлением последствий материалами дела и проведенной судебно-медицинской экспертизой не подтверждена. В случае принятия судом решения о взыскании компенсации морального вреда, просила снизить заявленную сумму до разумных пределов.

Представитель третьего лица - Комитета здравоохранения Волгоградской области ФИО4, действующий на основании доверенности, просил в иске отказать, поскольку проведенная в рамках дела судебно-медицинская экспертиза выявила два нарушения, не состоящих в причинно-следственной связи с наступившими последствиями.

Третьи лица ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 в судебное заседание не явились, о дате и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, о причинах неявки суд не уведомили.

Представитель третьего лица – Территориального органа Росздравнадзора по Волгоградской области в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, представил ходатайство о рассмотрении дела без его участия.

На основании ч.3 ст.167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся третьих лиц.

Суд, выслушав истца и его представителя, представителя ответчика и представителя третьего лица, допросив свидетелей, изучив письменные материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими частичному удовлетворению с учетом степени разумности и справедливости, приходит к следующим выводам.

Право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (статьи 2 и 7, часть 1 статьи 20, статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Правовые, организационные и экономические основы охраны здоровья граждан определены Федеральным законом от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации». В соответствии со статьями 10, 19, 22 указанного Федерального закона граждане имеют право на доступную и качественную медицинскую помощь. Пациент имеет право на диагностику, лечение в медицинских организациях в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям, получение консультаций врачей-специалистов, получить в доступной для него форме имеющуюся в медицинской организации информацию о состоянии своего здоровья, в том числе сведения о результатах медицинского обследования, наличии заболевания, об установленном диагнозе и о прогнозе развития заболевания, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных видах медицинского вмешательства, его последствиях и результатах оказания медицинской помощи.

Под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (пункт 21 статьи 2 Федерального закона № 323-ФЗ).

Как следует из части 2 статьи 98 указанного Федерального закона, медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Некачественное оказание медицинской помощи - оказание медицинской помощи с нарушениями медицинских технологий и правильности их проведения.

Одним из видов оказания медицинской помощи ненадлежащего качества является невыполнение, несвоевременное или некачественное выполнение необходимых пациенту диагностических, лечебных, профилактических, реабилитационных мероприятий (исследования, консультации, операции, процедуры, манипуляции, трансфузии, медикаментозные назначения и т.д.).

Для признания факта некачественного оказания медицинских услуг должны быть представлены доказательства, не только подтверждающие наличие дефектов в оказании медицинской помощи пациенту и причинение медицинскими работниками вреда в виде наступления негативных последствий, но и установление наличия прямой причинно-следственной связи между действиями работников медицинской организации по оказанию медицинской помощи пациенту и причинение вреда здоровью пациента (наступление смерти).

Медицинская помощь – это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Пациент – это физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункт 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинский помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Согласно части 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

В соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда является одним из способов защиты гражданских прав.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Пункт 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает полное возмещение вреда, лицом, причинившим вред.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно статье 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 48, 49 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации»).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том числе моральный, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Поскольку компенсация морального вреда, о взыскании которой в связи с некачественным оказанием медицинской помощи сотрудниками ГБУЗ «Урбпинская ЦРБ имени В.Ф. Жогова» заявлено истцом, является одним из видов гражданско-правовой ответственности, нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (статья 1064), устанавливающие основания ответственности в случае причинения вреда, применимы как к возмещению имущественного, так и морального вреда.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Судом установлено и следует из материалов дела, в период времени с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 находилась на стационарном обследовании и лечении в хирургическом (ДД.ММ.ГГГГ.) и реанимационном (ДД.ММ.ГГГГ.-ДД.ММ.ГГГГ., ДД.ММ.ГГГГ.-ДД.ММ.ГГГГ.) отделениях ГБУЗ «Михайловская центральная районная больница», куда была доставлена бригадой скорой медицинской помощи в экстренном порядке через 12 часов от начала заболевания в тяжелом состоянии с жалобами на «слабость, черный стул».

При поступлении ФИО1 госпитализирована в реанимационное отделение, где по результатам обследования: осмотров врачами-специалистами (хирургом, реаниматологом), гастродуоденоскопии, проведенной ДД.ММ.ГГГГ.; общего анализа крови (гемоглобин - 98-88 г/л (норма 120-140 г/л); биохимического анализа крови ей был установлен предварительный диагноз «Язвенная болезнь желудка, осложнившаяся кровотечением» и проведено лечение (инфузионная, гемостатическая (промывание желудка холодной водой с препаратом «Адреналин»; «Викасол», «Этамзилат»), противоязвенная («Омепразол»), противорвотная («Метоклопрамид»), гемотрансфузионная терапия (свежезамороженная плазма, эритроцитарная масса)).

ДД.ММ.ГГГГ. в 10:00ч. ФИО1 переведена в хирургическое отделение, где продолжено проведение ранее назначенного лечения, на фоне которого в 21:00 ч. ДД.ММ.ГГГГ. ее состояние ухудшилось («... встала с кровати и упала.. .», АД 70/50 ммрт. cm., пульс 98 уд/мин), в связи с чем в 21:00 ч ДД.ММ.ГГГГ. была переведена в реанимационное отделение. По результатам обследования (общий анализ крови (гемоглобин 76-80-64-68 г/л (норма 120-140 г/л), гастродуоденоскопия (ДД.ММ.ГГГГ в 11:30 ч.: язва желудка, осложненная кровотечением, Форест lb (капельное кровотечение из язвы), коагулограмма) установлены признаки рецидива кровотечения, в связи с чем ФИО1 в экстренном порядке (ДД.ММ.ГГГГ с 13:45 ч. по 16:20 ч.) оперирована. На операции установлено продолжающееся кровотечение из язвы Дьелафуа, расположенной на передней стенке малой кривизны кардиального отдела желудка. Выполнена остановка кровотечения путем ушивания язвенного дефекта, установка зонда Блэкмора и дренирование брюшной полости. Установлен клинический диагноз: «Язва кардиального отдела желудка Дьелафуа. Эрозивный гастрит. Продолжающееся кровотечение Форест lb. Эластическая псевдоксантома».

В послеоперационном периоде проводилось обследование (общий анализ крови, общий анализ мочи, биохимический анализ крови, коагулограмма, электрокардиограмма, консультации врачей-специалистов: хирурга, реаниматолога, офтальмолога) и лечение в реанимационном отделении (инфузионная, гемостатическая («Викасол», «Этамзилат», «Аминокапроновая кислота»), антибактериальная («Цефтриаксон», «Метронидазол»), противоязвенная («Омепразол», «Квамател»), противорвотная («Метоклопрамид»), антисекреторная («Гордокс»), метаболическая («Актовегин»), гемотрансфузионная терапия (свежезамороженная плазма, эритроцитарная масса), витаминотерапия (витамины С, Bl, В6, В12); коррекция электролитных нарушений, обезболивание, седация, стимуляция перистальтики кишечника («Прозерин»), парентеральное питание («Аминоплазмаль»), профилактика образования пролежней), на фоне которого состояние с положительной динамикой, данных за рецидив кровотечения не установлено.

В 18:50 ч. ДД.ММ.ГГГГ. у ФИО1 появился «обильный стул дегтеобразного цвета с примесью алой крови», в связи с чем проведено обследование (ректально — «мелена», на назогастральному зонду алая кровь, гастродуоденоскопия: в желудке сгустки крови, кровотечения нет; общий анализ крови (гемоглобин 85 г/л (норма 120-140 г/л); проведена контрольная гастродуоденоскопия ДД.ММ.ГГГГ.: эрозивный эзофагит, состоявшееся желудочное кровотечение Форест 2b, источник не визуализируется), продолжено ранее назначенное лечение и повторно установлен зонд Блекмора.

На основании заявки главного врача ГБУЗ «Михайловская ЦРБ» на медицинскую эвакуацию от ДД.ММ.ГГГГ, согласованной с зам.главного врача по хирургии ГБУЗ «ВОКБ №...» ФИО14, ФИО1, в связи с тяжестью заболевания, ДД.ММ.ГГГГ. посредством санитарной авиации была переведена для дальнейшего лечения в ГБУЗ «Волгоградская клиническая больница №...».

В период времени с ДД.ММ.ГГГГ. г. по ДД.ММ.ГГГГ истец находилась на стационарном лечении в ГБУЗ «Волгоградская клиническая больница №...» с диагнозом: «Основной: Язва кардиального отдела желудка. Профузные желудочно-кишечные кровотечения. Операция: лапаротомия, гастротомия, ушивание язвы от ДД.ММ.ГГГГ Рецидив профузных желудочно-кишечных кровотечений. Осложнения: тампонада желудка, подпеченочный абсцесс. Флегмона брюшной стенки. Постгеморрагическая анемия тяжелой степени. Сопутствующий: Нейроциркуляторная дистония по гипертоническому типу. Эластическая псевдоксантома».

Обращаясь с иском о компенсации морального вреда, истец ФИО1 указывала на то, что из-за отсутствия необходимых лекарств и должной диагностики в Михайловской ЦРБ, промедления с проведением операции, с транспортировкой в областную больницу, где могла быть оказана качественная помощь, из-за не предоставления соответствующих сопроводительных документов, не обнаружения источника кровотечения при проведении первой операции, что впоследствии привело к абсцессу и к заражению всех тканей, образованию спаечной болезни, был причинен тяжкий вред её здоровью, а также моральный вред.

По факту халатности, то есть неисполнения и ненадлежащего исполнения должностными лицами из числа сотрудников ГБУЗ «Михайловская ЦРБ» своих обязанностей вследствие недобросовестного и небрежного отношения к обязанностям по должности, повлекшее причинение существенного нарушения прав и законных интересов ФИО1 на квалифицированную медицинскую помощь, ДД.ММ.ГГГГ. следователем Фроловского межрайонного следственного отдела СУ СК России по Волгоградской области ФИО15 возбуждено уголовное дело №... по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.293 УК РФ (т.1 л.д.63). В рамках указанного уголовного дела ФИО1 признана потерпевшей (т.1 л.д.66).

На дату рассмотрения настоящего гражданского дела, производство по уголовному делу приостановлено в связи с назначением ДД.ММ.ГГГГ. комиссионной судебно-медицинской экспертизой (т.1 л.д.73-76). Согласно сообщению и.о.руководителя Михайловского межрайонного следственного отдела СУ СК России по Волгоградской области, ориентировочный срок проведения экспертизы Сибирским филиалом (с дислокацией в ...) СЭЦ СК России установлен на ДД.ММ.ГГГГ. (т.1 л.д.64).

Допрошенная в ходе рассмотрения дела по ходатайству истца свидетель ФИО16 дала пояснения о том, что ФИО1 является её дочерью. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 попала в Михайловскую ЦРБ в тяжелом состоянии из-за Желудочно-кишечного тракта. Три дня она там находилась. Потом сделали операцию, но изменений не было, не нашли откуда было кровотечение. Являясь медработником, она присутствовала в реанимации. Просили направить дочь в Волгоград, но ответили, что будут ждать. Анализы у дочери были плохие, шла кровь, рвота с пеной. Эндоскопию делали, но результатов не было. Когда ее интубировали, доктор Казарян сказал, что ее нужно отправлять в Волгоград. Вертолет санавиации уже был на месте, соглашение с областной больницей тоже было, но главный врач Калмыков, не слышал их. Только ДД.ММ.ГГГГ, когда ему позвонили с областной больницы, дочь отправили в Волгоград. Когда ее грузили в автомобиль реанимации, документов не дали. Дочери поставили зонд, который ставится на 40 минут на время перелета. Вертолет доставил ее в больницу №..., затем перевезли в Областную больницу. В реанимации Михайловской ЦРБ лекарства не предоставляли, все покупали сами по списку. Считает, что в Михайловке нет квалифицированных врачей. Дочь лежала в реанимации, коагуляцию ей делали, но кровь все равно шла. Она дала разрешение на операцию, но результат от нее был не очень хороший. Через два года выяснилось, что там спайки и врач сказал, что начался сепсис. Она заново училась вставать, ходить, есть.

Допрошенная по ходатайству истца свидетель ФИО17 дала пояснения о том, что является двоюродной сестрой истца. А. попала в Михайловскую больницу ДД.ММ.ГГГГ. Через несколько дней ей сделали операцию по внутреннему кровотечению в желудке, но неудачно. Решили перевезти ее в Волгоград, потому что оперирующий доктор не оказал помощь. Через начальника сестры был найден вертолет санавиации, но Михайловка не давала запрос. Все лекарства в Михайловке приобретались ими за свой счет. При транспортировке ей даже документов с собой не положили.

В целях установления юридически значимых обстоятельств, для определения качества оказанной истцу медицинской помощи, определением суда от ДД.ММ.ГГГГ. была назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено экспертам АНО «Центральное бюро судебных экспертиз №...».

Согласно заключению экспертов АНО «Центральное бюро судебных экспертиз №...» №...-МЭ от ДД.ММ.ГГГГ. Во время оказания медицинской помощи ФИО1 в ГБУЗ «Михайловская ЦРБ» в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ установлены следующие недостатки:

1. Недостаток лечения:

- оперативное лечение от ДД.ММ.ГГГГ. выполнено без предварительной попытки эндоскопического гемостаза (п.3.11.7 приказа Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ №...н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»): по результатам гастродуоденоскопии от ДД.ММ.ГГГГ. у ФИО1 установлен рецидив кровотечения (Форест lb - капельное кровотечение из язвы), в связи с чем необходимо было осуществить попытку эндоскопической остановки кровотечения до проведения хирургического лечения, которое, согласно представленным материалам дела, не выполнено в связи с тем, что «... в тот момент эндоскопическим гемостазом никто не владел, то есть у сотрудников ГБУЗ «Михайловская ЦРБ» не было достаточных навыков и квалификации.. .» (Протокол допроса врача-хирурга ГБУЗ «Михайловская ЦРБ» ФИО18 от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 39-41));

2. Недостаток оформления медицинской документации:

- в клиническом диагнозе не указаны данные о наличии постгеморрагической анемии.

Каких-либо иных недостатков (в т.ч. дефектов) оказания медицинской помощи ФИО1 в ГБУЗ «Михайловская ЦРБ» в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не установлено.

Установленный в рамках настоящей экспертизы недостаток лечения (оперативное лечение от ДД.ММ.ГГГГ выполнено без предварительной попытки эндоскопического гемостаза) не состоит в прямой причинно-следственной связи с ухудшением состояния здоровья ФИО1 в виде развития осложнений (рецидив кровотечения, тампонада желудка, подпеченочный абсцесс, флегмона брюшной стенки и постгеморрагическая анемия тяжелой степени) в ГБУЗ «Волгоградская клиническая больница №...» в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в силу следующих причин:

данный недостаток не явился причиной развития язвы желудка с кровотечением;

отсутствие данного недостатка не гарантировало бы благоприятный исход в виде отсутствия рецидива кровотечения, и, следовательно, отсутствия необходимости проведения хирургической операции по его остановке.

При этом, экспертами отмечено, что с учетом своевременного проведения операции «Лапаротомия. Ушивание язвы желудка. Дренирование брюшной полости» от ДД.ММ.ГГГГ., как более надежного метода остановки кровотечения; отсутствия заблаговременных гарантий благоприятного исхода, в случае проведения эндоскопического гемостаза, что обусловлено характером патологического процесса (в виде аномального расположения сосудов в желудочной стенки, при которой имеется повышенная склонность к рецидиву кровотечения - язва Дьелафуа), а также наличия у ФИО1 генетического заболевания «Эластическая псевдоксантома», характеризующегося хрупкостью сосудов, приводящей к желудочно-кишечным кровотечениям, следует считать, что указанный недостаток не привел к ухудшению состояние здоровья ФИО1

Развившиеся у ФИО1 в ГБУЗ «Волгоградская клиническая больница №...» в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ осложнения (рецидив кровотечения, тампонада желудка, подпеченочный абсцесс, флегмона брюшной стенки и постгеморрагическая анемия тяжелой степени) представляют собой естественные (в силу патогенеза - т.е. механизма патологического развития) последствия имевшихся у неё заболеваний, не могут быть квалифицированы сами по себе как дефект медицинской помощи, что подтверждается:

характером источника кровотечения (язва Дьелафуа), при котором имеется повышенная склонность к рецидивам кровотечения;

- наличием у ФИО1 генетической патологии («Эластическая псевдоксантома»), при которой возникает хрупкость сосудов, приводящая к желудочно- кишечным кровотечениям, в т.ч. из мелких сосудов;

характером гнойно-септических осложнений, обусловленных индивидуальной реакцией тканей организма на операционную травму, вследствие снижения репаративных процессов и оксигенации тканей в условиях развившейся у ФИО1 постгеморрагической анемии тяжелой степени (гемоглобин - 68 г/л (норма 120-140 г/л)).

Установленный недостаток оформления медицинской документации (в клиническом диагнозе не указаны данные о наличии постгеморрагической анемии) не оказал какого-либо неблагоприятного влияния на состояние здоровья ФИО1 и не состоит в причинно-следственной связи с развитием у ФИО1 осложнений (рецидив кровотечения, тампонада желудка, подпеченочный абсцесс, флегмона брюшной стенки и постгеморрагическая анемия тяжелой степени) в ГБУЗ «Волгоградская клиническая больница №...» в период времени с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ в силу своего характера.

Имевшееся ухудшение здоровья в виде развития у ФИО1 осложнений (рецидив кровотечения, тампонада желудка, подпеченочный абсцесс, флегмона брюшной стенки и постгеморрагическая анемия тяжелой степени) в ГБУЗ «Волгоградская клиническая больница №...» в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не состоит в причинно-следственной связи с медицинской помощью, оказанной ей в ГБУЗ «Михайловская центральная районная больница» в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, обусловлено характером и тяжестью течения основного заболевания и его осложнений, в связи с чем и в соответствии с п.24 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом МЗиСР от ДД.ММ.ГГГГ №...н, не рассматривается, как причинение вреда здоровью.

На поставленный судом вопрос о возможности развития у ФИО1 спаечной болезни брюшной полости вследствие индивидуальных особенностей организма, течения заболевания или иных причин, не связанных с оказанием, экспертами был сделан вывод о том, что согласно данным специальной литературы (Спаечная болезнь брюшной полости / ФИО19, ...; Иркутский государственный медицинский университет, Кафедра госпитальной хирургии. - Иркутск: ИГМУ, 2022. - 52 с.), «... спайки - это патологическое соединение между тканью и органом, формируется как патологическая реакция на травму брюшины. В большинстве случаев такая травма - результат оперативного вмешательства.. .». Таким образом, образование у ФИО1 спаек в брюшной полости, которые составляют суть спаечной болезни, было обусловлено индивидуальными особенностями репаративных процессов тканей ее организма в ответ на показанное оперативное лечение и представляет собой осложнение оперативного вмешательства на органах брюшной полости, гарантировано предотвратить которое на современном уровне развития науки и медицины не представляется возможным, в связи с чем не указывает на какие-либо недостатки (в т.ч. дефекты) оказания медицинской помощи в ГБУЗ «Михайловская центральная районная больница» в период времени с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. (т.2 л.д.168-196).

В соответствии с часть 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Судебно-медицинская экспертиза на предмет качества медицинской помощи, оказанной ФИО1, проведена на основании определения суда, в экспертном учреждении, имеющем право на проведение экспертиз качества медицинской помощи (т.2 л.д.196), экспертами были исследованы все представленные на экспертизу материалы дела и медицинская документация. Само заключение экспертов в полном объеме отвечает требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование выводов эксперты приводят соответствующие данные из имеющихся в распоряжении документов, основываются на исходных объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию. В заключении указаны данные о квалификации экспертов, их образовании, стаже работы. Все эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Выводы, сделанные в заключении экспертов АНО «Центральное бюро судебных экспертиз №...» №...-МЭ от ДД.ММ.ГГГГ., сторонами в ходе рассмотрения дела не оспаривались. С учётом изложенного, суд считает, что заключение судебной экспертизы является относимым и допустимым доказательством, частично подтверждающим доводы истца в обоснование иска.

Оценив заключение судебно-медицинской экспертизы по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности с иными письменными доказательствами по делу, суд приходит к выводу, что наступившие у ФИО1 негативные последствия в виде осложнений после операции (рецидив кровотечения, тампонада желудка, подпеченочный абсцесс, флегмона брюшной стенки и постгеморрагическая анемия тяжелой степени), а также дальнейшее развитие спаечной болезни в прямой причинно-следственной связи с действиями (бездействием) сотрудников ответчика не состоят, вместе с тем, при оказании медицинской помощи имели место недостатки, которые не привели к возникновению у пациента в послеоперационном периоде возможного осложнения после оперативного лечения.

Приведенные стороной истца доводы о необеспечении лекарственными препаратами, приобретении их за свой счет, не свидетельствует о некачественно оказанной ответчиком медицинской помощи, по следующим основаниям.

Согласно п. 1 ч. 3 ст. 80 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" при оказании медицинской помощи в рамках программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи не подлежат оплате за счет личных средств граждан оказание медицинских услуг, назначение и применение лекарственных препаратов, включенных в перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов, медицинских изделий, компонентов крови, лечебного питания, в том числе специализированных продуктов лечебного питания, по медицинским показаниям в соответствии со стандартами медицинской помощи.

Из пояснений истца, а также допрошенных в качестве свидетелей ФИО16, ФИО17 следует, что при нахождении в Михайловской ЦРБ лекарства ФИО1 не предоставлялись, они приобретались за свой счет. Вместе с тем, какие именно лекарственные препараты, назначенные врачами при нахождении истца в лечебном учреждении, были приобретены самостоятельно ввиду их отсутствия в больнице, истец и свидетели не поясняли. Документов, подтверждающих приобретение самостоятельно пациентом или его родственниками лекарственных препаратов включенных в перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов, медицинских изделий, компонентов крови, предусмотренных Федеральным законом N 323-ФЗ, суду предоставлено не было.

Также суд не может отнести к некачественно оказанной медицинской помощи, недостаткам оказания медицинской помощи пояснения истца и свидетелей относительно промедления с транспортировкой в ГБУЗ «ВОКБ №...», не предоставления при транспортировке соответствующих сопроводительных документов, что усложнило проведение последующей операции, как не нашедших документального подтверждения в ходе рассмотрения дела.

Так, в представленной медицинской документации содержится заявка главного врача ГБУЗ «Михайловская ЦРБ» от ДД.ММ.ГГГГ. на медицинскую эвакуацию санитарной авиацией ГУЗ «ГКБСМП №...» в ГБУЗ «ВОКБ №...», согласованный с зам.главного врача по хирургии ФИО14 Транспортировка истца санитарной авиацией была осуществлена 16.09.2020г. В оформленной ГУЗ «ГКБСМП №...» и ГБУЗ «ВОКБ №...» медицинской документации отсутствуют какие-либо указания на то, что при транспортировке ФИО1 в медицинские учреждения г.Волгограда отсутствовали сопроводительные документы, оформленные ГБУЗ «Михайловская ЦРБ», которые повлияли на проведение последующей операции.

Вместе с тем, при рассмотрении настоящего дела установлено, что при оказании истцу медицинской помощи ответчиком допущены недостатки в лечении, выраженные в проведении оперативного лечения ДД.ММ.ГГГГ. без проведения предварительной попытки эндоскопического гемостаза, а также недостатки в ведении медицинской документации (не отражении в клиническом диагнозе данных о постгеморрагической анемии), в связи с чем, несмотря на отсутствие доказательств причинения вреда здоровью истцу ФИО1, она имеет право на взыскание с ответчика денежной компенсации морального вреда, причиненного ей, как потребителю, нарушением её прав на качество медицинской помощи.

То обстоятельство, что в медицинском учреждении системы здравоохранения (ГБУЗ «Михайловская ЦРБ») у сотрудников отсутствовали достаточные навыки и квалификация для проведения эндоскопического гемостаза, не свидетельствует об отсутствии вины ответчика в причинении истцу физических и нравственных страданий, и само по себе основанием к отказу в удовлетворении заявленных требований служить не может.

При определении размера компенсации морального вреда суд исходит из следующего.

Из разъяснений, содержащихся в пунктах 1, 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (действовавшему на момент возникновения спорных правоотношений) следует, что суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В пунктах 25, 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Определяя размер компенсации, подлежащий взысканию с ответчика, суд учитывает, что выявленные дефекты оказания медицинской помощи ФИО1 (проведение оперативного лечения без предварительной попытки эндоскопического гемостаза, недостатки при оформлении медицинской документации) не состоят в прямой причинно-следственной связи с дальнейшим развитием у неё осложнений после операции, а вызваны характером патологического процесса (в виде аномального расположения сосудов в желудочной стенке, при котором имеется повышенная склонность к рецидиву кровотечения – язва Дьелафуа), наличием у истца генетического заболевания «Эластическая псевдоксантома», характеризующейся хрупкостью сосудов, приводящей к желудочно-кишечным кровотечениям, а не указанными дефектами оказания медицинской помощи. Кроме того, суд учитывает, что право на охрану здоровья относится к основным нематериальным благам, в связи с чем, исходя из установленных по делу обстоятельства, оценив степень и характер причиненных истцу нравственных страданий, суд приходит к выводу о том, что в счет компенсации морального вреда с лечебного учреждения в пользу ФИО1 подлежит взысканию 50 000 рублей. Размер компенсации морального вреда в указанном размере будет являться соразмерным последствиям нарушения и поможет сгладить остроту страданий истца.

В удовлетворении требований истца к лечебному учреждению в размере превышающем 50 000 рублей, не будет отвечать требованиям разумности и справедливости.

От директора АНО «Центральное бюро судебных экспертиз №...» ФИО20 поступило в суд заявление о перечислении оплаты за проведенную по определению суда судебную экспертизу в размере 250 000 руб. на счет экспертной организации.

Из материалов дела следует, что определением от ДД.ММ.ГГГГ., по инициативе суда, для определения качества оказанной истцу медицинской помощи, была назначена судебная медицинская экспертиза, проведение которой поручено экспертам АНО «Центральное бюро судебных экспертиз №...».

Экспертиза по делу проведена, заключение судебной экспертизы №...-МЭ исследовано судом в судебном заседании, принято в качестве допустимого доказательства.

Стоимость проведенной экспертизы, согласно представленному «Центральное бюро судебных экспертиз №...» финансово-экономическому обоснованию расчета затрат на проведение судебных экспертиз составила 250 000 руб.

Согласно ч.ч.1,2 ст.96 ГПК РФ денежные суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам и специалистам, или другие связанные с рассмотрением дела расходы, признанные судом необходимыми, предварительно вносятся на счет, открытый в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации, соответственно Верховному Суду Российской Федерации, кассационному суду общей юрисдикции, апелляционному суду общей юрисдикции, верховному суду республики, краевому, областному суду, суду города федерального значения, суду автономной области, суду автономного округа, окружному (флотскому) военному суду, управлению Судебного департамента в субъекте Российской Федерации, а также органу, осуществляющему организационное обеспечение деятельности мировых судей, стороной, заявившей соответствующее ходатайство. В случае, если указанное ходатайство заявлено обеими сторонами, требуемые суммы вносятся сторонами в равных частях.

В случае, если вызов свидетелей, назначение экспертов, привлечение специалистов и другие действия, подлежащие оплате, осуществляются по инициативе суда, соответствующие расходы возмещаются за счет средств федерального бюджета.

В соответствии с ч. 3 ст.97 ГПК РФ денежные суммы, причитающиеся экспертам, выплачиваются по окончании судебного заседания, в котором исследовалось заключение эксперта, за счет средств, внесенных на счет, указанный в части первой статьи 96 настоящего Кодекса.

С учётом того, что назначение экспертизы было осуществлено по инициативе суда, возмещение АНО «Центральное бюро судебных экспертиз №...» соответствующих расходов в сумме 250 000 руб. суд относит за счет средств федерального бюджета.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Михайловская центральная районная больница» о взыскании компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Михайловская центральная районная больница» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт №...) компенсацию морального вреда в размере 50 000 (пятидесяти тысяч) рублей, отказав в удовлетворении остальной части иска сверх указанной суммы.

Оплатить Автономной некоммерческой организации «Центральное бюро судебных экспертиз №...» за счет средств федерального бюджета 250 000 (двести пятьдесят тысяч) рублей в счет возмещения затрат на производство судебной экспертизы по гражданскому делу №..., которые перечислить по следующим реквизитам:

ИНН №..., КПП №..., ПАО Сбербанк, р/сч №..., к/сч №..., БИК №...

Исполнение судебного акта в части возмещения затрат за производство судебной экспертизы поручить Управлению Судебного департамента в Волгоградской области.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Волгоградский областной суд через Центральный районный суд г.Волгограда в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Справка: решение суда в окончательной форме (мотивированное решение) принято 24 июля 2025 года.

Судья Е.В. Гринченко