Решение по делу № 2-1038/2023 от 04.02.2025 - о признании недействительными результатов межевания земельного участка, признании отсутствующим права собственности общества на нежилое здание, сохранении нежилого здания в реконструированном состоянии, признании за истцом права собственности на нежилое здание.

Дело № 2-3/2025 (№ 2-77/2024, № 2-1038/2023)

39RS0007-01-2023-000350-46

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Багратионовск 4 февраля 2025 г.

Багратионовский районный суд Калининградской области в составе:

судьи Степаненко О.М.,

при секретаре судебного заседания Вердян Н.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Чехово», Министерству градостроительной политики Калининградской области о признании недействительными результатов межевания земельного участка, признании отсутствующим права собственности общества на нежилое здание, сохранении нежилого здания в реконструированном состоянии, признании за истцом права собственности на нежилое здание,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском, с учетом внесенных в него изменений и дополнений, к АО «Чехово», в котором просит:

- признать недействительными результаты межевания земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, исключить из Единого государственного реестра недвижимости сведения о местоположении его границ;

- признать отсутствующим право собственности общества на нежилое здание - телятник с кадастровым номером №, площадью <данные изъяты> кв.м., расположенное по адресу: <адрес>;

- сохранить нежилое здание - телятник, с кадастровым номером №, площадью <данные изъяты> кв.м., расположенное по адресу: <адрес>, в реконструированном состоянии;

- признать за ним право собственности на нежилое здание - телятник с кадастровым номером №, площадью <данные изъяты> кв.м., расположенное по адресу: <адрес>.

В обоснование исковых требований истец указал, что по договору купли-продажи от 21 июля 1998 г. он, ФИО2, ФИО17 купили у АОЗТ «Чехово» за 11000 руб. здание телятника в <адрес>. На тот момент право собственности общества на здание не было зарегистрировано, о чем ему стало известно только в 2015 г. Он, ФИО2, ФИО8, покупая здание, размеры которого по периметру составляли примерно 43 на 18 метров, полагали, что каждый из них будет иметь право на его <данные изъяты> долю. ФИО8 свою часть здания решил реконструировать в жилой дом. В период 1999-2003 гг. он (ФИО8) разобрал часть здания (не более шести метров) до фундамента для того, чтобы отделить свой будущий дом от телятника, а часть здания длиной 8-9 метров оставил, чтобы перестроить в жилой дом. Ввиду отсутствия денежных средств, ФИО8 отказался от строительства дома и продал свою часть здания ФИО3 8 июня 2014 г. ФИО8 умер. В 2007 г. ФИО3 получил в аренду земельный участок с кадастровым номером № под строительство индивидуального жилого дома, в границах которого оказалась часть здания телятника, включая и часть его фундамента. Реконструированная им часть здания телятника стала индивидуальным жилым домом с кадастровым номером №, собственником которого являлся ФИО3, в настоящее время является ФИО4 Осенью 2007 г. он, указывает истец, купил у ФИО2 его часть телятника и стал единолично пользоваться им, полностью перестроил на нем двускатную крышу, сделав ее ниже; по всей длине одной стены здания сделал навес. Напротив здания телятника им в период с 2008 г. по 2013 г. был построен жилой дом, которому присвоен кадастровый №, его право собственности на жилой дом зарегистрировано 15 октября 2013 г. От жилого дома он провел электроснабжение в здание телятника. В 2015 г. им была инициирована процедура оформления в собственность здания телятника, однако из-за недобросовестного поведения юриста документы оформлены не были. В июле 2022 г. ему стало известно о том, что здание телятника на публичной кадастровой карте значится под кадастровым номером №, площадью <данные изъяты> кв.м., а право собственности на него зарегистрировано 10 декабря 2018 г. за ЗАО «Чехово». Полагает, что общество обманным и незаконным путем зарегистрировало право собственности на здание, которое было продано им в 1998 г. и к которому оно с 1998 г. не проявляло никакого интереса. ЗАО «Чехово» ни разу не предъявляло к нему претензии по поводу того, что он пользуется зданием, перестроил его, уменьшив высоту крыши, сделал к нему пристройку. Не предъявляло общество претензий ни к ФИО2, который пользовался зданием с 1998 г. по 2007 г., ни к ФИО8, который разобрал часть здания, а также ФИО3, который часть здания перестроил в жилой дом и стал его собственником. На его устные претензии по поводу сложившейся ситуации, руководство общество заявило о том, что по договору купли-продажи от 21 июля 1998 г. он, ФИО2, ФИО8 купили здание телятника 1955 года постройки, которое впоследствии разобрали на кирпичи. За АО «Чехово» зарегистрировано право собственности на другое здание – телятник 1922 года постройки, которой он (истец) занял самовольно. Однако ими в 1998 г. был куплен телятник довоенной постройки, в акте приема-передачи имущества к договору купли-продажи 1955 год постройки здания указан ошибочно. Здание телятника расположено на земельном участке с кадастровым номером №, право собственности на который зарегистрировано 10 апреля 2019 г. за ЗАО «Чехово». Предъявление исковых требований о признании недействительными результатов межевания этого земельного участка обусловлено тем, что данный земельный участок был образован в результате раздела земельного участка с кадастровым номером № и раздела образованного из него земельного участка с кадастровым номером №, относящихся к категории земель земли сельскохозяйственного назначения, однако после раздела земельного участка с кадастровым номером № в нарушение установленного порядка перевода земель из одной категории в другую спорный земельный участок стал относиться к категории земель населенных пунктов. В случае удовлетворения его требований о признании недействительными результатов межевания спорного земельного участка он, как собственник телятника, будет иметь возможность сформировать земельный участок под обслуживание здания и получить его у органа местного самоуправления в аренду или выкупить. В этой связи он обратился в суд с настоящим иском.

В ходе рассмотрения дела судом к участию в нем были привлечены: в качестве соответчика Министерство градостроительной политики Калининградской области, в качестве третьих лиц - ФИО2, ФИО3, ФИО4, являющийся собственником жилого дома с кадастровым номером № и земельного участка с кадастровым номером №, расположенных по адресу: <адрес>, супруга ФИО4 – ФИО5, администрация МО «Багратионовский муниципальный округ», Управление Росреестра по Калининградской области, филиал Публично – правовой компании «Роскадастр» по Калининградской области.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО6 исковые требования поддержали и дали аналогичные содержанию иска объяснения.

Представители ответчика АО «Чехово» возражали против удовлетворения исковых требований, пояснив, что ФИО1 не представлено доказательств оплаты в полном объеме (ФИО8) стоимости телятника по договору купли-продажи от 21 июля 1998 г., ввиду наличия данного договора положения о приобретательской давности к возникшим правоотношениям не применимы, истцом пропущен срок исковой данности на обращение в суд, собственником спорного земельного участка является общество, сделок по его отчуждению не совершало, оспаривая его межевание истец злоупотребляет правом.

Иные участвующие в деле лица, в судебное заседание не явились, извещены о времени и месте рассмотрения дела.

Заслушав объяснения вышеназванных лиц, показания свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Из искового заявления, объяснений истца и представленных им документов следует, что по договору купли-продажи от 21 июля 1998 г. ФИО1, ФИО2, ФИО8 купили у АОЗТ «Чехово» за 11000 руб. здание телятника в <адрес>. Согласно приложенному к договору акту приема-передачи имущества данное здание 1955 года постройки.

Ответчиком в материалы дела представлено постановление администрации Багратионовского района Калининградской области № от 17 сентября 1997 г., которым признано право собственности на нежилой фонд и объекты производственного назначения за АОЗТ «Чехово», в том числе, на телятник в <адрес> 1922 года постройки и на телятник в <адрес> 1955 года постройки.

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости, 10 декабря 2018 г. за ЗАО «Чехово» на основании вышеназванного постановления и декларации об объекте недвижимости зарегистрировано право собственности на нежилое здание – телятник, 1922 года постройки, имеющее кадастровый №, площадью <данные изъяты> кв.м., находящееся по адресу: <адрес>.

Это здание расположено на земельном участке с кадастровым номером №, право собственности на который зарегистрировано 10 апреля 2019 г. за ЗАО «Чехово».

В обоснование исковых требований истец ФИО1 ссылается на то, что телятник, 1922 года постройки, право собственности на который зарегистрировано 10 декабря 2018 г. за ЗАО «Чехово», был куплен им, ФИО2 у общества по договору купли-продажи от 21 июля 1998 г., в акте приема-передачи имущества к договору купли-продажи 1955 год постройки здания телятника указан ошибочно. Впоследствии ФИО2 продал по расписке ему свою часть здания. Покупателем по договору купли-продажи от 21 июля 1998 г. являлся также ФИО8, находящаяся в его владении часть здания телятника была впоследствии реконструирована в индивидуальный жилой дом, которому был присвоен кадастровый №. Данный жилой дом расположен на земельном участке с кадастровым номером №. Собственником указанных жилого дома и земельного участка с 2013 г. и с 2014 г. соответственно являлся ФИО3, в настоящее время является ФИО4

Истец ФИО1 в подтверждение доводов о покупке телятника, право собственности на который зарегистрировано за ответчиком АО «Чехово», представил: выписку из заседания правления АОЗТ «Чехово» от 9 июля 1998 г., на котором было принято решение продать неиспользуемый телятник для погашения задолженности общества перед пенсионным органом; указанный выше договор купли-продажи от 21 июля 1998 г., заключенный между АОЗТ «Чехово» (с одной стороны) и ФИО1, ФИО2, ФИО8 (с другой стороны) о продаже телятника указанным физическим лицам за 11000 руб.; акт приема-передачи имущества; накладная от 21 июля 1998 г., счет-фактура от 21 июля 1998 г., квитанции к приходному кассовому ордеру от 21 июля 1998 г. об оплате ФИО1, ФИО2 стоимости здания в размере 3666 руб. 67 коп. каждым.

Доводы истца ФИО1 подтверждаются также:

- объяснениями третьего лица ФИО2, который пояснил, что он, ФИО1, ФИО8 в 1998 г. купили у АОЗТ «Чехово» телятник в <адрес>, свою часть телятника он впоследствии по расписке продал ФИО1, принадлежащая ФИО8 часть телятника была продана ФИО3, перестроена в жилой дом, собственником которого является ФИО4, другой телятник в <адрес> был продан обществом ФИО9 и впоследствии разобран на кирпичи;

- распиской ФИО2 от 5 сентября 2007 г. о продаже им ФИО1 доли телятника в <адрес>, купленного в 1998 г. у АОЗТ «Чехово»:

- объяснениями третьего лица ФИО3, третьего лица ФИО4, являющегося собственником указанных выше жилого дома с кадастровым номером № и земельного участка с кадастровым номером №, а также объяснениями третьего лица - его супруги ФИО5, показаниями свидетеля – его сына ФИО18

- показаниями свидетеля ФИО9, пояснившего, что принадлежащие АОЗТ «Чехово» 2 телятника в <адрес> были в 1998 г. проданы обществом и куплены: один телятник ФИО1, ФИО2, ФИО8, другой телятник им и впоследствии разобран на кирпичи.

Возражая против удовлетворения исковых требований, представитель ответчика АО «Чехово» ФИО7 пояснил, что предметом договора купли-продажи от 21 июля 1998 г. являлось здание телятника 1955 года постройки, которое истец и другие лица разобрали на кирпичи, а принадлежащее обществу здание телятника 1922 года постройки занимают самовольно. О том, была ли часть здания телятника реконструирована в индивидуальный жилой дом, ему неизвестно.

Исходя из характера спора, при разрешении настоящего дела подлежали выяснению вопросы о том, в каком году было построено спорное здание телятника, производилась ли его реконструкция, является ли индивидуальный жилой дом с кадастровым номером № результатом реконструкции здания телятника, имеют ли эти объекты единый фундамент и на каком (их) земельном (ых) участке (ах) они расположены.

С целью выяснения этих вопросов, определением от 25 октября 2023 г. судом по настоящему гражданскому делу была назначена строительно-техническая экспертиза, производство которой поручено Федеральному бюджетному учреждению Калининградская лаборатория судебной экспертизы (ФБУ Калининградская ЛСЭ Минюста России), на разрешение эксперта поставлены следующие вопросы:

1) какого года постройки нежилое здание - телятник с кадастровым номером №, расположенное по адресу: <адрес>? Может ли оно быть 1922 года постройки или 1955 года постройки?

2) была ли произведена реконструкция части нежилого здания - телятника с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, в индивидуальный жилой дом, имеющий кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>?

3) на каком земельном участке расположен фундамент нежилого здания - телятника с кадастровым номером №, находящегося по адресу: <адрес>, и фундамент индивидуального жилого дома с кадастровым номером №, находящегося по адресу: <адрес>: на земельном участке с кадастровым номером № или на земельном участке с кадастровым номером №.

Представленное в суд заключение эксперта ФБУ Калининградская ЛСЭ Минюста России № от 25 апреля 2024 г. содержит следующие выводы на поставленные вопросы:

1) Учитывая отсутствие методик по определению давности постройки зданий, достоверно с категорической точностью определить давность постройки исследуемого здания с кадастровым номером № по результатам осмотра не представляется возможным. По косвенным признакам (использованные материалы при возведении строения (бутовый камень, красный глиняный кирпич, деревянные конструкции, керамическая черепица), способ возведения здания (архитектура, особенности кладки стен), степень износа конструкций здания) нежилое здание – телятник с кадастровым номером №, расположенное по адресу: <адрес>, имеет год постройки ранее 1945, следовательно, может быть и 1922 года постройки.

2) Фактически произведена реконструкция части нежилого здания - телятника с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, в индивидуальный жилой дом, имеющий кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>, также часть конструкций здания телятника с кадастровым номером № на площади <данные изъяты> кв.м. демонтирована;

3) Фундамент нежилого здания - телятника с кадастровым номером №, находящегося по адресу: <адрес>, расположен в границах земельного участка с кадастровым номером №, при этом расстояние от стены здания телятника до границы смежного земельного участка с кадастровым номером № составляет <данные изъяты> м. Фундамент индивидуального жилого дома с кадастровым номером №, находящегося по адресу: <адрес>, расположен в границах земельного участка с кадастровым номером №, при этом расстояние от стены индивидуального жилого здания до границы смежного земельного участка с кадастровым номером № составляет <данные изъяты>.

Совокупность имеющихся в материалах дела доказательств подтверждает доводы истца ФИО1 о том, что 10 декабря 2018 г. за ЗАО «Чехово» было зарегистрировано право собственности на нежилое здание – телятник, 1922 года постройки, имеющее кадастровый №, площадью <данные изъяты> кв.м., находящееся по адресу: <адрес>, которое было продано обществом в 1998 г. вышеназванным лицам, в том числе, истцу. После проведения экспертизы данное обстоятельство фактически не оспаривал представитель ответчика.

Давая оценку доводам представителя АО «Чехово» о том, что к возникшим правоотношениям не подлежат применению положения ст. 234 Гражданского кодекса РФ о приобретательной давности, суд отмечает следующее.

Судом установлено, что право собственности ответчика на здание телятника возникло на основании постановления администрации Багратионовского района Калининградской области № от 17 сентября 1997 г. На момент оформления договора купли-продажи от 21 июля 1998 г. право собственности общества на телятник и последующий переход права собственности на него не были зарегистрированы в установленном законом порядке. 10 декабря 2018 г. за ЗАО «Чехово» на основании вышеназванного постановления зарегистрировано право собственности на телятник.

Основания приобретения права собственности определены в ст. 218 Гражданского кодекса РФ.

В соответствии с пунктом 2 названной статьи, право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно пункту 3 указанной статьи, лицо может приобрести право собственности на имущество, не имеющее собственника, на имущество, собственник которого неизвестен, либо на имущество, от которого собственник отказался или на которое он утратил право собственности по иным основаниям, предусмотренным законом.

На основании ст. 234 Гражданского кодекса РФ, лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом, если иные срок и условия приобретения не предусмотрены настоящей статьей, в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность). Право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации (пункт 1). Лицо, ссылающееся на давность владения, может присоединить ко времени своего владения все время, в течение которого этим имуществом владел тот, чьим правопреемником это лицо является (пункт 3).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 10/22 от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", при разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее:

давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности;

давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении;

давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности. Передача давностным владельцем имущества во временное владение другого лица не прерывает давностного владения. Не наступает перерыв давностного владения также в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца (пункт 3 статьи 234 Гражданского кодекса РФ);

владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине статья 234 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).

Из указанных выше положений закона и разъяснений Пленума следует, что приобретательная давность является самостоятельным законным основанием возникновения права собственности на вещь при условии добросовестности, открытости, непрерывности и установленной законом длительности такого владения.

Как указано в абзаце первом пункта 16 приведенного выше постановления, по смыслу статей 225 и 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

По смыслу указанных выше положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, давностное владение является добросовестным, если, приобретая вещь, лицо не знало и не должно было знать о неправомерности завладения ею, то есть в тех случаях, когда вещь приобретается внешне правомерными действиями, однако право собственности в силу тех или иных обстоятельств возникнуть не может. При этом лицо владеет вещью открыто, как своей собственной, то есть вместо собственника, без какого-либо правового основания (титула).

Наличие титульного собственника само по себе не исключает возможность приобретения права собственности другим лицом в силу приобретательной давности.

Не является давностным владение, которое осуществляется по договору с собственником или иным управомоченным на то лицом, не предполагающему переход титула собственника. В этом случае владение вещью осуществляется не как своей собственной, не вместо собственника, а наряду с собственником, не отказавшимся от своего права на вещь и не утратившим к ней интереса, передавшим ее непосредственно или опосредованно во владение, как правило - временное, данному лицу. Примерный перечень таких договоров приведен в пункте 15 указанного выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда - аренда, хранение, безвозмездное пользование и т.п.

В таких случаях, в соответствии со статьей 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, давностное владение может начаться после истечения срока владения имуществом по такому договору, если вещь не будет возвращена собственнику и не истребована им, а в соответствии с частью 4 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации - если к тому же прошел и срок исковой давности для ее истребования.

В отличие от указанных выше договоров наличие каких-либо соглашений с титульным собственником, направленных на переход права собственности, не препятствует началу течения срока приобретательной давности.

При этом Гражданский кодекс Российской Федерации не содержат запрета на приобретение права собственности в силу приобретательной давности, если такое владение началось по соглашению с собственником или иным лицом о последующей передаче права собственности на основании сделки, когда по каким-либо причинам такая сделка не была заключена и переход права собственности не состоялся (лицо, намеренное передать вещь, не имеет соответствующих полномочий, не соблюдена форма сделки, не соблюдены требования о регистрации сделки или перехода права собственности и т.п.).

Проанализировав вышеприведенные правовые нормы и разъяснения по их применению, оценив представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что в 1998 г. ответчик совершил действия, направленные на переход права собственности, на протяжении более 15 лет истец ФИО1 добросовестно, открыто и непрерывно владел спорным телятником, как своим собственным, используя его для содержания скота и хранения инвентаря, производя за свой счет расходы на его содержание и поддержание в надлежащем состоянии, обеспечивая его сохранность.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 52 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в случаях, когда запись в Едином государственном реестре недвижимости нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество), оспаривание зарегистрированного права может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права отсутствующим.

При рассмотрении дела представитель ответчика АО «Чехово» заявил о пропуске истцом ФИО1 срока исковой давности на обращение в суд с исковыми требованиями о признании зарегистрированного права собственности общества на телятник отсутствующим.

По правилам ст. 195 Гражданского кодекса РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу ст. 196 Гражданского кодекса РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 Гражданского кодекса РФ (ч. 1). Срок исковой давности не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен (ч.2).

Согласно ч.1 ст. 200 Гражданского кодекса РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Возражая против вышеназванного заявления и применения последствий пропуска срока исковой давности, представитель истца ФИО6 пояснил, что о том, что 10 декабря 2018 г. за ответчиком было зарегистрировано право собственности на телятник, истцу ФИО1 стало известно в июле 2022 г., когда он обратился к юристу за помощью в оформлении права собственности на него.

Доводы представителя ответчика АО «Чехово» о том, что срок исковой давности подлежит исчислению с даты договора купли-продажи, то есть с 21 июля 1998 г., ошибочны. Доводы представителя истца ФИО6 о том, что о нарушении своих прав истец ФИО1 узнал в июле 2022 г. материалами дела не опровергнуты, в связи с чем оснований для вывода о пропуске им срока исковой давности для обращения в суд с исковыми требованиями о признании зарегистрированного права собственности общества отсутствующим не имеется.

С учетом установленных обстоятельств, суд приходит к выводу о наличии оснований для признания отсутствующим зарегистрированного 10 декабря 2018 г. права собственности ЗАО «Чехово» на нежилое здание - телятник с кадастровым номером №, площадью <данные изъяты> кв.м., расположенное по адресу: <адрес>.

Согласно п. 14 ст. 1 Градостроительного кодекса РФ реконструкция - это изменение параметров объекта капитального строительства, его частей (высоты, количества этажей, площади, объема), в том числе надстройка, перестройка, расширение объекта капитального строительства, а также замена и (или) восстановление несущих строительных конструкций объекта капитального строительства, за исключением замены отдельных элементов таких конструкций на аналогичные или иные улучшающие показатели таких конструкций элементы и (или) восстановления указанных элементов.

В соответствии с п. 1 ст. 222 Гражданского кодекса РФ здание, сооружение или другое строение, возведенные или созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, либо возведенные или созданные без получения на это необходимых в силу закона согласований, разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, если разрешенное использование земельного участка, требование о получении соответствующих согласований, разрешений и (или) указанные градостроительные и строительные нормы и правила установлены на дату начала возведения или создания самовольной постройки и являются действующими на дату выявления самовольной постройки, являются самовольными постройками.

Согласно п. 3 ст. 222 Гражданского кодекса РФ, право собственности на самовольную постройку может быть признано судом при одновременном соблюдении следующих условий:

если в отношении земельного участка лицо, осуществившее постройку, имеет права, допускающие строительство на нем данного объекта;

если на день обращения в суд постройка соответствует установленным требованиям;

если сохранение постройки не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц и не создает угрозу жизни и здоровью граждан.

Поскольку из объяснений участвующих в деле лиц, показаний свидетелей, материалов дела следовало, что производилась реконструкция телятника, данное обстоятельство было подтверждено заключением строительно-технической экспертизы № от 25 апреля 2024 г. судом по ходатайству истца ФИО1 и его представителя ФИО6 была назначена по делу дополнительная строительно-техническая экспертиза, на разрешение эксперта поставлены следующие вопросы:

соответствует ли нежилое здание - телятник с кадастровым номером №, расположенное по адресу: <адрес>, нормативным требованиям, предъявляемым к нежилым зданиям? Если нет, то какие работы необходимо произвести для приведения нежилого здания - телятника с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, в соответствие с нормативными требованиями, предъявляемыми к нежилым зданиям?

2) не создает ли сохранение нежилого здания в реконструированном состоянии угрозу жизни и здоровью граждан?

3) какова по состоянию на дату производства экспертизы площадь нежилого здания - телятника с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>?

Представленное в суд заключение эксперта ФБУ Калининградская ЛСЭ Минюста России № от 16 декабря 2024 г. содержит следующие выводы на поставленные вопросы:

нежилое здание - телятник с кадастровым номером №, расположенное по адресу: <адрес>, соответствует противопожарным требованиям, не соответствует строительным нормам и правилам СП 70.13330.2012 «Несущие и ограждающие конструкции» в части кладки стены левого бокового фасада, не соответствует градостроительным требованиям Правил землепользования и застройки МО «Багратионовский муниципальный округ Калининградской области» в части расстояния до границы с земельным участком с № (менее 3 м.). Для устранения выявленных дефектов в части кладки стены левого бокового фасада нежилого здания – телятника на данном временном этапе эксплуатации производство каких-либо работ не требуется, так как функционирование конструкции стены возможно при контроле ее состояния;

сохранение нежилого здания - телятника в реконструированном состоянии угрозу жизни и здоровью граждан не создаст при контроле технического состояния кладки стены левого бокового фасада;

общая площадь нежилого здания - телятника с кадастровым номером № составляет <данные изъяты> кв.м.

Принимая во внимание вышеизложенное, а также учитывая, что дефекты в части кладки стены левого бокового фасада и нарушение межевого отступа, согласно выводам эксперта, угрозу жизни и здоровью не несут; в судебном заседании истец пояснил, что обязуется контролировать состояние стены левого бокового фасада, в остальном реконструированный объект соответствует нормативным требованиям, суд приходит к выводу о том, что произведенная реконструкция не нарушает права и законные интересы граждан, не создает угрозу их жизни и здоровью, существенных нарушений ч.3 ст. 222 Гражданского кодекса РФ не допущено, в связи с чем нежилое здание - телятник, с кадастровым номером №, площадью <данные изъяты> кв.м., расположенное по адресу: <адрес>, может быть сохранено в реконструированном состоянии и с учетом установленных судом обстоятельств за ФИО1 признано право собственности на него.

Как видно из материалов дела, решением Малого совета Багратионовского районного совета народных депутатов Калининградской области № 142 от 23 марта 1993 г. акционерным обществам были предоставлены дополнительные земельные угодья в собственность, в частности, АО «Чехово» предоставлены в собственность дополнительные земельные угодья площадью 235 га.

Согласно государственному акту на право собственности на землю на основании решений Малого совета Багратионовского районного совета народных депутатов Калининградской области № 135 от 11 декабря 1992 г. и от № 142 от 23 марта 1993 г. АОЗТ «Чехово» предоставлено в собственность <данные изъяты> гектаров земли.

На основании решения Малого совета Багратионовского районного совета народных депутатов Калининградской области № 142 от 23 марта 1993 г., государственного акта на право собственности на землю, 20 августа 2013 г. за ЗАО «Чехово» зарегистрировано право собственности на земельный участок категория земель земли сельскохозяйственного назначения с кадастровым номером №.

На основании решений собственника АО «Чехово» от 15 августа 2018 г. и от 7 марта 2019 г. земельный участок категория земель земли сельскохозяйственного назначения с кадастровым номером № был разделен на 2 земельных участка, в том числе, земельный участок категория земель земли сельскохозяйственного назначения с кадастровым номером №, который также был разделен на 2 земельных участка, в том числе, спорный земельный участок категория земель земли населенных пунктов с кадастровым номером №, площадью <данные изъяты> кв.м.

В обоснование исковых требований о признании недействительными результатов межевания земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, ФИО1 ссылается на то, что спорный земельный участок с кадастровым номером №, образованный в результате раздела земельных участков, относящихся к категории земель земли сельскохозяйственного назначения, после раздела в нарушение установленного порядка перевода земель из одной категории в другую стал относится к категории земель населенных пунктов. В случае удовлетворения его требований о признании недействительными результатов межевания земельного участка с кадастровым номером № площадью <данные изъяты> кв.м. он, как собственник телятника площадью <данные изъяты> кв.м., будет иметь возможность сформировать земельный участок под обслуживание телятника и получить его у органа местного самоуправления в аренду или выкупить. Также по мнению представителя истца в случае удовлетворения данных требований его доверителя и исключения из Единого государственного реестра недвижимости сведений о местоположении границ спорного земельного участка, общество не лишено возможности установить границы данного земельного участка в другом месте.

В судебном заседании представитель администрации МО «Багратионовский муниципальный округ Калининградской области» пояснила, что орган местного самоуправления не вправе распоряжаться указанной землей, являющейся собственностью АО «Чехово».

Принимая во внимание, что спорный земельный участок образован в результате раздела принадлежащих АО «Чехово» земельных участков с кадастровым номером № и с кадастровым номером №, право собственности общества на эти земельные участки и их формирование не оспорено, закон допускает нахождение объекта недвижимости на не принадлежащем собственнику недвижимости земельном участке, оснований для удовлетворения исковых требований истца в указанной части суд не усматривает.

Разрешая вопрос о распределении судебных расходов, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Согласно части 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Статьей 94 Гражданского процессуального кодекса РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, отнесены, в частности суммы, подлежащие выплате экспертам.

По настоящему делу судом по ходатайству истца ФИО1 и его представителя ФИО6 определением от 25 октября 2023 г. была назначена строительно-техническая экспертиза, оплата производства которой была возложена на Управление Судебного департамента в Калининградской области.

Таким образом, данная экспертиза была проведена за счет средств федерального бюджета.

Указанная экспертиза была проведена Федеральным бюджетным учреждением Калининградская лаборатория судебной экспертизы (ФБУ Калининградская ЛСЭ Минюста России).

Стоимость производства данной экспертизы составила 102000 руб.

С учетом результата рассмотрения дела, с ответчика АО «Чехово» в доход федерального бюджета в возмещение судебных расходов на производство строительно-технической экспертизы подлежат взысканию 102000 руб.

Согласно пункту 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", не подлежат распределению между лицами, участвующими в деле, издержки, понесенные в связи с рассмотрением требований, удовлетворение которых не обусловлено установлением фактов нарушения или оспаривания прав истца ответчиком.

Понесенные истцом ФИО1 расходы за проведение дополнительной строительно-технической экспертизы в размере 102000 руб., назначенной по ходатайству стороны истца в связи с предъявлением исковых требований о признании за ним права собственности на здание телятника после реконструкции, которые после проведения этой экспертизы были дополнены требованием о сохранении здания телятника в реконструированном состоянии, с учетом вышеприведенных разъяснений, возмещению ответчиками не подлежат.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 к АО «Чехово», Министерству градостроительной политики Калининградской области о признании недействительными результатов межевания земельного участка, признании отсутствующим права собственности общества на нежилое здание, сохранении нежилого здания в реконструированном состоянии, признании за истцом права собственности на нежилое здание, удовлетворить частично.

Признать отсутствующим зарегистрированное 10 декабря 2018 г. право собственности ЗАО «Чехово» (ИНН <***>, ОГРН <***>) на нежилое здание - телятник с кадастровым номером №, площадью <данные изъяты> кв.м., расположенное по адресу: <адрес>.

Настоящее решение суда является основанием для исключения из Единого государственного реестра недвижимости регистрационной записи № от 10 декабря 2018 г. о государственной регистрации права собственности ЗАО «Чехово» на нежилое здание - телятник с кадастровым номером №, площадью <данные изъяты> кв.м., расположенное по адресу: <адрес>.

Сохранить нежилое здание - телятник, с кадастровым номером №, площадью <данные изъяты> кв.м., расположенное по адресу: <адрес>, в реконструированном состоянии.

Признать за ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженцем <адрес>, зарегистрированным по месту жительства по адресу: <адрес>, паспорт гражданина <данные изъяты> серии № №, выдан ДД.ММ.ГГГГ Отделением УФМС России по <адрес>, код подразделения №) право собственности на нежилое здание - телятник, с кадастровым номером №, площадью <данные изъяты> кв.м., расположенное по адресу: <адрес>.

В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать.

Взыскать с АО «Чехово» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход федерального бюджета в возмещение судебных расходов на производство строительно-технической экспертизы 102000 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Калининградский областной суд через Багратионовский районный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 18 февраля 2025 г.

Судья: О.М.Степаненко