Дело № 2-138/2026 Решение в окончательной форме
УИД: 51RS0007-01-2025-002823-22 изготовлено 26 января 2026 г.
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
20 января 2026 г. г. Апатиты
Апатитский городской суд Мурманской области в составе:
председательствующего судьи Алексеевой А.А.,
при ведении протокола помощником судьи Сверчковой Е.Н.,
с участием прокурора Панченок У.Г.,
истца ФИО1,
представителя истца ФИО2,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Апатит», акционерному обществу «Северо-западная фосфорная компания» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием,
установил:
ФИО1 обратился в суд с иском к акционерному обществу «Апатит» (далее – АО «Апатит»), акционерному обществу «Северо-западная фосфорная компания» (далее – АО «СЗФК») о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием.
В обоснование заявленных требований истец указал, что имеет стаж работы во вредных условиях труда 28 лет (на дату увольнения из АО «СЗФК») и 27 лет 10 месяцев (на дату установления профессионального заболевания), из которых 15 лет 1 месяц в АО «Апатит» в профессии <.....> (далее – ПДМ), 12 лет 9 месяцев – в АО «СЗФК» в профессии <.....>. В 2024 г. у него было выявлено профессиональное заболевание: <.....> 2 ст. 23 июня 2025 г. ФИО1 был уволен с АО «СЗФК» по пункту 8 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием у работодателя работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением. Истец был освидетельствован в «ФКУ ГБ МСЭ по Мурманской области» в 2025 г., ему установлена утрата трудоспособности <.....>% сроком до <дата> г.
На основании статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации просит суд взыскать с соответчиков денежную компенсацию морального вреда, причиненного профессиональными заболеваниями, с АО «Апатит» и АО «СЗФК» в сумме по 800000 рублей с каждого.
Истец ФИО1 и его представитель ФИО2 в судебном заседании просили удовлетворить исковые требования в полном объёме. Истец в ходе судебного заседания пояснил, что в связи с профессиональным заболеванием он не может вести привычный образ жизни, испытывает постоянные боли в <.....> в связи с чем он ограничен в движениях, вынужден постоянно проходить медикаментозное лечение, в том числе принимать обезболивающие препараты. С учетом профессионального заболевания не имеет возможности вести активный образ жизни, получаемое лечение положительного результата не приносит. Приём лекарственных препаратов и санаторно-курортное лечение кратковременно улучшают состояние здоровья. Испытывает трудности в трудоустройстве, что сказывается на финансовом положении его семьи. Все эти факторы отражаются на его физическом и моральном состоянии, приносят страдания, угнетение. Выплаты ответчиками в счёт возмещения ему морального вреда в добровольном порядке не производились.
Представитель ответчика АО «СЗФК» о времени и месте судебного заседания извещён, не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в своё отсутствие, представил отзыв, в котором просил в удовлетворении исковых требований отказать в полном объёме, поскольку в рассматриваемом деле не имеют место неправомерные действия или бездействие работодателя. Истец был осведомлен о характере условий труда, добровольно на протяжении длительного времени выполнял работы в условиях воздействия вредных производственных факторов не только в АО «СЗФК», а также в АО «Апатит». АО «СЗФК» производил истцу дополнительную оплату труда за работу в особых условиях труда, обеспечивал необходимыми средствами индивидуальной защиты, проводил медицинские осмотры, предоставлял льготные путевки и дополнительный оплачиваемый отпуск, в связи с чем полагает, что степень вины работодателя не может быть высокой. С учётом продолжительности стажа ФИО1, из которых он отработал в АО «СЗФК» 12 лет 9 месяцев, что в долевом соотношении к общему стажу составило 45,81 %, а в АО «Апатит» - 15 лет 1 месяц или 54,19 % общего стажа работы. Полагает, что возмещение истцу морального вреда должно производится на общих основаниях с учётом степени утраты истцом трудоспособности <.....> % без установления инвалидности. Условия Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2025-2027 гг. не применимы в отношении истца, который уволен из АО «СЗФК» в июне 2025 г., утратив статус субъекта соответствующего правового регулирования, поскольку положения данного соглашения распространяются на работников, состоящих в трудовых отношениях с работодателем. Кроме того, действие Отраслевого тарифного соглашения в части пункта 6.1 приостановлено на срок с 1 января 2025 г. по 31 декабря 2027 г. (том 1 л.д. 203-204).
Представитель ответчика АО «Апатит» о времени и месте рассмотрения дела извещён, не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в своё отсутствие. Согласно письменным возражениям на исковое заявление просит в удовлетворении иска отказать, поскольку неправомерные действия или бездействие ответчика АО «Апатит» отсутствуют. Истец был осведомлен о характере условий труда, добровольно на протяжении длительного времени выполнял работы в условиях воздействия вредных производственных факторов. Работодатель производил истцу повышенную оплату за работу в особых условиях труда, обеспечивал его необходимыми средствами индивидуальной защиты, бесплатным лечебно-профилактическим питанием, проводил периодические медицинские осмотры, предоставлял дополнительный оплачиваемый отпуск и льготные путевки в санаторий-профилакторий. Полагает, что степень вины АО «Апатит» в причинении морального вреда ФИО1 не может быть высокой, так как общество принимало все возможные меры по стимулированию труда лиц, работающих в особо вредных условиях, предоставляло льготы, гарантии, компенсации лица, работающим в указанных условиях, и на момент установления профессионального заболевания степень утраты трудоспособности не лишала истца возможности трудиться в необходимых ему в соответствии с медицинским заключением условиях, а степень утраты трудоспособности <.....>% установлена истцу не бессрочно до очередного освидетельствования (том 2 л.д. 121).
Суд, руководствуясь частью 5 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся представителей ответчиков.
Выслушав участвующих лиц, исследовав материалы дела, медицинскую документацию на имя ФИО1 (медицинские карты НИЛ ФБУН «СЗНЦ гигиены и здоровья» № <№>, ООО «Доктор», ГОБУЗ «АКЦГБ» № <№>), заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению, а размер компенсации морального вреда подлежащим определению судом по общим нормам гражданского законодательства в отношении каждого из ответчиков, с учётом установленных по делу обстоятельств, суд приходит к следующему.
В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).
Из приведенных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.
Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права (абзацы первый и второй части 1 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).
Трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права (часть 2 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).
В силу части 2 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.
Трудовым кодексом Российской Федерации установлено право работника на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом, иными федеральными законами (абзац 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).
Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).
Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
В силу статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты; информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья, предоставляемых им гарантиях, полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты.
Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).
Обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний предусматривает, в том числе, возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору. Данные отношения регулируются Федеральным законом от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».
В соответствии со статьей 3 данного Федерального закона профессиональное заболевание – хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть.
Согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве, и профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
В соответствии со статьей 45 Трудового кодекса Российской Федерации соглашение – правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения и устанавливающий общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений, заключаемый между полномочными представителями работников и работодателей на федеральном, межрегиональном, региональном, отраслевом (межотраслевом) и территориальном уровнях социального партнерства в пределах их компетенции. Отраслевое (межотраслевое) соглашение устанавливает общие условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам отрасли (отраслей).
В соответствии со статьей 48 Трудового кодекса Российской Федерации соглашение вступает в силу со дня его подписания сторонами либо со дня, установленного соглашением. Срок действия соглашения определяется сторонами, но не может превышать трех лет. Стороны имеют право один раз продлить действие соглашения на срок не более трех лет. Соглашение действует в отношении всех работников, состоящих в трудовых отношениях с работодателями, указанными в частях 3 и 4 статьи 48 Трудового кодекса (часть 5 статьи 48 Трудового кодекса Российской Федерации).
Согласно положениям статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации нематериальные блага, к которым относится, в том числе и здоровье, подлежат защите в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и другими законами в случаях и порядке, ими предусмотренных.
Одним из способов защиты гражданских прав в соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации является компенсация морального вреда.
На основании статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
В соответствии с пунктом 29 Правилами расследования и учета случаев профессиональных заболеваний работников, утвержденными постановлением Постановление Правительства Российской Федерации от 5 июля 2022 г. № 1206, акт о случае профзаболевания является документом, подтверждающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника в результате воздействия вредного производственного фактора (факторов) на его рабочем месте. В акте о случае профессионального заболевания подробно излагаются обстоятельства и причины профессионального заболевания, а также указываются лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил или иных нормативных актов. В случае установления факта грубой неосторожности работника, содействовавшей возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, указывается установленная комиссией степень его вины (в процентах) (пункт 31 Правил).
Согласно пункту 11 данных Правил на основании результатов экспертизы центр профессиональной патологии устанавливает заключительный диагноз - острое профессиональное заболевание или хроническое профессиональное заболевание (возникшее в том числе спустя длительный срок после прекращения работы в контакте с вредными веществами или производственными факторами), составляет медицинское заключение о наличии или об отсутствии профессионального заболевания.
Пунктом 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» определено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Как разъяснено в пункте 46 данного Постановления, работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).
Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 Трудового кодекса Российской Федерации). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.
Ввиду отсутствия в Трудовом кодексе Российской Федерации норм, регламентирующих иные основания возмещения работнику морального вреда, помимо неправомерных действий или бездействия работодателя, к отношениям по возмещению работнику морального вреда применяются нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующие обязательства вследствие причинения вреда.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии с пунктом 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни и здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
В пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Из требований статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В судебном заседании установлено, что истец ФИО1 осуществлял трудовую деятельность у ответчика АО «Апатит» в профессии <.....> в период с <дата> г. по <дата> г. (15 лет 27 дней), уволен по собственному желанию. Общий стаж работы истца в условиях воздействия вредных и опасных производственных факторов в АО «Апатит» 15 лет 27 дней (том 1 л.д. 22-28, том 2 л.д. 140-150).
Также, ФИО1 в период с <дата> г. по <дата> г. состоял в трудовых отношениях с ответчиком АО «СЗФК», работая в профессии <.....> (на дату установления профзаболевания – 12 лет 11 месяцев 22 дня), уволен по пункту 8 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (в связи с отсутствием у работодателя работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением), что подтверждается имеющимися в материалах дела копиями трудовой книжки, трудового договора, приказов о приеме на работу, переводах и расторжении трудового договора (том 1 л.д.22-28, 247-249, том 2 л.д. 3-20).
Ранее ФИО1 осуществлял трудовую деятельность в профессии <.....>
Из санитарно-гигиенической характеристики условий труда № 09-02-03/96-24 от 9 августа 2024 г. следует, что условия труда ФИО1 в АО «Апатит» в профессии <.....> не соответствуют СанПин 2.2.3670-20, СанПин 1.2.3685-21 (по производственному шуму, вибрации общей); условия труда истца в профессии <.....> в АО «СЗФК» не соответствуют СанПин 2.2.3670-20, СанПин 1.2.3685-21 (по производственному шуму, вибрации общей, микроклимату, световой среде, тяжести и напряжености трудового процесса) (том 1 л.д. 189-198).
Стаж работы истца у ответчиков во вредных производственных условиях составил 28 лет 19 дней (на дату увольнения из АО «СЗФК») и 27 лет 10 месяцев (на дату установления профессиональных заболеваний).
Согласно медицинскому заключению о наличии профессионального заболевания № 236 от 24 декабря 2024 г. и выписки из истории болезни №772 от 27 декабря 2024 г. по результатам обследования в Федеральном бюджетном учреждении науки «Северо-западный центр гигиены и общественного здоровья» г. Кировска, ФИО1 установлен основной диагноз: <.....>. Сопутствующие: <.....>
По заключению врачебной комиссии № 236 от 24 декабря 2024 г. установлена причинно-следственная связь заболевания с профессиональной деятельностью истца в профессии <.....> (том 1 л.д. 60-64).
Из акта о случае профессионального заболевания от 22 апреля 2025 г. № 161 следует, что профессиональное заболевание истца возникло в результате длительной работы в течение 27 лет 10 месяцев во вредных производственных условиях в профессии <.....> на различных предприятиях: в АО «Апатит» и в АО «СЗФК», когда ФИО1 из-за несовершенства с гигиенической точки зрения, технологического процесса, включая конструктивные недостатки механизмов, оборудования и рабочего инструментария, подвергался сочетанному воздействию вредных производственных факторов, в том числе основного фактора – общей вибрации, а также физическим перегрузкам и функциональному перенапряжению органов и систем соответствующей локализации (пункт 17). Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредного производственного фактора: общей вибрации, уровни которой превышали гигиенические нормативы. Прямая вина кого-либо (в том числе работника) не установлена (пункты 19, 21) (том 1 л.д. 185-188).
Указанное подтверждается также протоколами измерения и оценки уровней вибрации локальной, картами специальной оценки условий труда, протоколами испытаний напряженности трудового процесса, протоколами измерения и оценки уровней шума, протоколами испытаний шума, протоколами измерения и оценки аэрозолей преимущественно фиброгенного действия, протоколами испытаний инфразвука, протоколами измерений и оценки условий труда по показателям тяжести трудового процесса, протоколами испытаний тяжести трудового процесса, представленными АО «СЗФК» (том 1 л.д. 212-232, том 2 л.д. 1-2, 21-115).
ФИО1 был освидетельствован в «ФКУ ГБ МСЭ по Мурманской области» Бюро медико-социальной экспертизы № 4 смешанного профиля, и ему установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере <.....> % на период с <дата> г. по <дата>., что также следует из актов медико-социальной экспертизы гражданина № <№> от <дата> г. Дата очередного освидетельствования <дата> г. (том 1 л.д. 11, 170-178).
Необходимость прохождения истцом лечения, обследований в связи с имеющимся у него профессиональным заболеванием, получение такого лечения и обследований подтверждается исследованной в судебном заседании медицинской документацией в отношении ФИО1, в том числе медицинскими амбулаторными картами лечебных учреждений в отношении ФИО1, где отражены жалобы истца на наличие боли и дискомфорта.
Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что полученное истцом профессиональное заболевание находится в причинно-следственной связи с выполнением работы и условиями труда (длительного воздействия на его организм вредных неблагоприятных производственных факторов), в которых истец работал у ответчиков в течение 27 лет 10 месяцев (28 лет на момент увольнения). Потерпевший в связи с причинением вреда здоровью во всех случаях испытывает нравственные и физические страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.
Обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда положениями действующего трудового законодательства возложена на работодателя, в связи с чем у истца имеется право на возмещение морального вреда.
Ответчиками какие-либо выплаты в счёт компенсации морального вреда в связи с профессиональными заболеваниями не производились, доказательств обратного суду не представлено.
Вопреки доводам ответчиков вина истца в получении профессионального заболевания не установлена. Добровольное осуществление истцом трудовой деятельности во вредных условиях, получение им в связи с этим определенных гарантий, льгот и компенсаций не влияют на право работника на получение возмещения морального вреда, причиненного в результате повреждения здоровья. Предоставление работнику на период его трудовой деятельности в особых условий труда, дополнительной оплаты труда, медицинского обслуживания, лечебного питания и тому подобного, не является доказательством отсутствия вины ответчика в причинении вреда здоровью, а свидетельствует лишь о предоставлении работнику специальных гарантий, обязательных, в силу действующего трудового законодательства, для предоставления лицам, работающим во вредных производственных условиях.
Вместе с тем, добровольное осуществление истцом трудовой деятельности во вредных условиях, получение им за свою работу определенных гарантий, льгот и компенсаций не влияют на право работника на получение возмещения морального вреда, причиненного в результате повреждения здоровья.
Как установлено судом, принятым в АО «СЗФК» и АО «Апатит» коллективным договором порядок осуществления выплат с целью возмещения вреда работнику, причиненного профессиональным заболеванием, не предусмотрен.
Реализация права на компенсацию морального вреда носит заявительный характер, поэтому встречная обязанность у работодателя по соответствующей выплате возникает с момента обращения работника.
Таким образом, суд приходит к выводу о том, что подлежащий взысканию с ответчиков размер денежной компенсации должен определяться в соответствии с требованиями статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом характера полученных истцом заболеваний, степени утраты профессиональной трудоспособности, вины работодателей, длительности периодов работы истца у ответчиков в условиях воздействия вредных и опасных производственных факторов.
Оснований для применения Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2025-2027 гг. не имеется, поскольку действие пункта 6.1 ОТС в отношении ответчиков приостановлено на срок с 1 января 2025 г. до 31 декабря 2027 г. Кроме того, профессиональное заболевание истцу установлено в апреле 2025 г., что подтверждается актом о случае профессионального заболевания от 22 апреля 2025 г., а увольнение истца последовало в июне 2025 г. Кроме того, судом учитывается, что положения отраслевых соглашений и коллективных договоров, предусматривающие выплату компенсации морального вреда, причиненного работнику утратой профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.
При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает характер и объём физических и нравственных страданий, причиненных ФИО1 в связи с полученным профзаболеванием, а именно: утрата его здоровья и трудоспособности имели место, полученные заболевания до настоящего времени сопровождаются болевыми ощущениями, требуют постоянного лечения, наблюдения и обследования, применения курсов лекарственной терапии, специализированного санаторно-курортного лечения; страдания истца, связанные с ограничением обычной жизнедеятельности; степень вины работодателя.
При определении размера компенсации морального вреда подлежащего взысканию с ответчиков, суд учитывает длительность периода работы истца у указанных работодателей в условиях воздействия вредных и опасных производственных факторов, характер полученного истцом профзаболевания, степень утраты профессиональной трудоспособности, объём физических и нравственных страданий, причиненных ФИО1 в связи с полученным профзаболеванием, а именно: утрата его здоровья и трудоспособности, полученное заболевание до настоящего времени сопровождается болевыми ощущениями, требует постоянного лечения, наблюдения и обследования, применения курсов лекарственной терапии, специализированного санаторно-курортного лечения; страдания истца, связанные с ограничением обычной жизнедеятельности; степень вины работодателя в соотношении к общему стажу работы во вредных условиях.
Вместе с тем, суд считает заявленные истцом суммы денежной компенсации морального вреда к каждому из работодателей в сумме по 800000 рублей с каждого завышенными. Исходя из установленных судом обстоятельств, учитывая требования разумности, справедливости и соразмерности, а также то, что утрата профессиональной трудоспособности составляет <.....> % и таковая установлена не бессрочно, истец не лишён права работы с учётом ограничений по состоянию здоровья, суд считает достаточной компенсацией морального вреда с АО «Апатит» в сумме 200000 рублей, с АО «СЗФК» в сумме 150000 рублей.
В соответствии с пунктом 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 8 части 1 статьи 333.20 части второй Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты государственной пошлины, в соответствующий бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.
Принимая во внимание, что истец на основании подпункта 3 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации освобожден от уплаты государственной пошлины при подаче иска, с ответчиков подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 1500 рублей с каждого, исчисленная в соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 333.9 Налогового кодекса Российской Федерации.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
Исковые требования ФИО1 (СНИЛС <№>) к акционерному обществу «Апатит» (ИНН <***>, ОГРН <***>), акционерному обществу «Северо-Западная фосфорная компания» (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, - удовлетворить частично.
Взыскать с акционерного общества «Апатит» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО1 (СНИЛС <№>) компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в сумме 200000 рублей.
Взыскать с акционерного общества «Северо-Западная фосфорная компания» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО1 (СНИЛС <№>) компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в сумме 150000 рублей.
В удовлетворении остальной части требований ФИО1 отказать.
Взыскать с акционерного общества «Апатит» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 1500 рублей.
Взыскать с акционерного общества «Северо-Западная фосфорная компания» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 1500 рублей.
Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Апатитский городской суд Мурманской области в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.
Председательствующий А.А. Алексеева