УИД-78RS0006-01-2021-008888-56

Дело № 2-1657/2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Санкт-Петербург 12 сентября 2022 года

Кировский районный суд г.Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Лебедевой А.С.,

с участием помощника прокурора Зелинской А.С.,

при помощнике судьи Ивановой В.В.,

с участием представителя истца – ФИО1,

с участием представителя ответчика – ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ООО «МГС-Терминал» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ООО «МГС-Терминал» о взыскании компенсации морального вреда в размере 2 000 000 руб.

В обоснование исковых требований истец указала, что с 02.06.2015 приступила к выполнению своих трудовых обязанностей в ООО «МГС-Терминал». 15.06.2015 года около 9-10 часов утра, вследствие нарушения правил безопасности водителем погрузчика, истцом была получена травма, которая привела к утрате работоспособности. После получения травмы истец длительное время находилась на лечении.

Истец в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного разбирательства извещена, доверила представлять свои интересы представителю.

Представитель истца в судебное заседание явился, на удовлетворении исковых требований настаивал.

Представитель ответчика в судебное заседание явилась, по праву исковые требования не оспаривала, по размеру полагала необходимым определить компенсацию морального вреда в сумме 300 000 руб.

Третье лица в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены.

В соответствии со ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению, выслушав объяснения лиц, явившихся в судебное заседание, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда является одним из способов защиты гражданских прав.

Согласно ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье относятся к нематериальным благам и принадлежат человеку от рождения.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, то факт причинения ему морального вреда предполагается.

Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" также разъяснено, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет ни минимальный, ни максимальный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду.

Размер компенсации морального вреда должен согласовываться с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. ст. 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом, в том числе, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности (пункт 3 Постановления).

В соответствии с п. 4 ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, предусмотренных законом.

Согласно абз. 1 п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина", ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

Из содержания приведенных норм материального права в их взаимосвязи и разъяснений, данных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина", следует, что на работодателя в силу закона возлагается обязанность по возмещению не только имущественного, но и морального вреда, причиненного его работником при исполнении трудовых обязанностей.

В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В указанной норме законодателем закреплен основной принцип ответственности за причинение вреда – принцип генерального деликта. Основанием возникновения деликтного обязательства (обязательства из причинения вреда) является совокупность следующих условий: противоправное деяние, вина, противоправные последствия в виде ущерба (вреда) и причинная связь между деянием и наступившими последствиями.

Исходя из изложенного, при рассмотрении дела доказыванию подлежат следующие юридически значимые обстоятельства: факт причинения ущерба, размер причиненного ущерба, причинно-следственную связь и отсутствие вины причинителя вреда.

При этом, истец должен доказать, что ответчик является причинителем вреда, то есть что он совершил противоправные действия и эти действия находятся в причинной связи с ущербом. А на ответчика возложена обязанность доказать отсутствие своей вины.

В силу положений п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Данными требованиями законодательства установлена презумпция виновности причинителя вреда.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

При рассмотрении гражданского дела №2-4847/2016 по иску ФИО3 к ООО «МГС-Терминал» об установлении факта трудовых отношений, признании несчастного случая связанным с производством страховым случаем, вступившим в законную силу, было установлено, что ФИО3 с 26.10.2010 состояла в по основному месту работы в трудовых отношениях с ОАО «Балтийский судомеханический завод», на основании трудового договора №43\10 от 25.10.2010. Договор был заключен на неопределенный срок (п.1.2 Договора). Согласно трудовой книжке ФИО3 была принята на должность тальмана 3 разряда в перегрузочно - складской комплекс. 01.10.2013 ФИО3 и ООО «Завод МорГидроСтрой» заключили трудовой договор №75-1С-01/10/13 на условиях внешнего совместительства согласно ст. 284 ТК РФ. ООО «Завод МорГидроСтрой» был издан приказ №75 С о приеме работника на работу на должность тальмана в отдел контрольно-пропускного режима и зоны таможенного контроля. 16.12.2013 ФИО3 подала заявление о расторжении трудового договора по собственному желанию.

30.12.2013 ответчиком был издан приказ №82 С о прекращении (расторжении) трудового договора с истицей с 31.12.2013, в котором имеется подпись ФИО3

Впоследствии ФИО3 выполняла в ООО «Завод МорГидроСтрой» работы на основании договора подряда.

15.06.2015 около 10 часов на территории ООО «Завод МорГидроСтрой» истцом ФИО3 получена травма в результате наезда электропогрузчика под управлением ФИО4 (3-го лица), которая привела к длительной нетрудоспособности истца.

По данному факту ответчиком ООО «Завод МорГидроСтрой» 14.07.2015 составлен Акт о расследовании инцидента, из которого следует, что «инцидент произошел в камере «В» рефрижераторного скала ООО «Завод МорГидроСтрой» по адресу: размещены стеллажи, в ячейках которых хранятся поддоны с грузом. Пол бетонный, ровный. Опасные и вредные производственные факторы – движущиеся машины и механизмы. Оборудование, использование которого привело к несчастному случаю: электропогрузчик TOYOTA 8FBE18, г.р.н. 0052 РА78, 2014 года выпуска» (п.3 Акта).

«Обстоятельства инцидента: в соответствии с договором подряда на выполнение работ (с физическим лицом) от 11.06.2015, заключенным между ФИО3 и ООО «Завод МорГидроСтрой». ФИО3 в период с 11.06.2015 по 15.06.2015 оказывала комплекс услуг, связанных с учетом груза (товара) прибывшего на теплоходе «BELCIAN REEFER», ПРИШВАРТОВАННОГО У ПРИЧАЛА жб-1, Большого порта Санкт-Петербурга. В рамках договора подряда учетом груза (товара) принимается:

- счет грузовых мест (единиц груза) с занесением результатов счета в тальманский лист;

- фиксирование замечаний о состоянии упаковки и маркировки, данных о повреждении груза;

- иные действия, обеспечивающие учет груза в соответствии с установленными у заказчика нормами;

- сдача выполненных работ заказчику.

15.06.2015 ФИО3 на складе выполняла работы в соответствии с Договором. Как следует из объяснительных сменного оператора склада ООО «Завод МорГидроСтрой» ФИО5 и водителя погрузчика (удостоверение тракториста-машиниста код № ООО «Завод МорГидроСтрой» ФИО4, которые выполняли работы на складе в камере «В», 15.06.2015 около 10 часов произошло следующее.

ФИО4, который с 9 часов на электропогрузчике №», расставлял поддоны с грузом на стеллажи, около 10 ч подъехал к очередному поддону с грузом и произвел предупредительный сигнал. ФИО4 поднял на вилах электропогрузчика поддон с грузом примерно на 30 см от пола, посмотрел назад в зеркало, право, влево. Слева от электропогрузчика, по проходу шла сменный оператор склада ФИО5, она уступила дорогу электропогрузчику и пошла в сторону камеры «А». ФИО4 еще раз посмотрел назад в зеркало вправо и влево, никого не увидел, произвел предупредительный сигнал и начал движение электропогрузчика назад. Вдруг ФИО4 услышал глухой удар об электропогрузчик и крик, он остановился и вышел. Сзади грузчика лежала ФИО6 ногами в сторону электропогрузчика. К пострадавшей подбежала ФИО5 ФИО4 и ФИО5 стали оказывать первую помощь. ФИО5 и ФИО4 доложили о случившемся руководству, и вызвали машину скорой помощи, которая отвезла пострадавшую в больницу № 26.

Расследованием установлено:

Сотрудники ООО «Завод МорГидроСтрой» ФИО5 и ФИО4 в момент инцидента не видели ФИО3 в зоне работы электропогрузчика. ФИО3 оказывала услуги в соответствии с Договором подряда на выполнение работ (с физическим лицом)» (п.4 Акта).

Причины, вызвавшие инцидент: «невнимательность пострадавшей» (п.5 Акта).

Заключение о лицах ответственных за допущенные нарушения законодательных и иных дивных правовых и локальных нормативных актов, явившихся причинами инцидента: «ФИО3 проявила невнимательность в зоне работы электропогрузчика и, не обращая внимания на предупредительные сигналы, переходила дорогу перед движущимся задним ходом электропогрузчиком. Лиц, ответственных за допущенные нарушения законодательных и иных нормативных правовых и локальных нормативных актов, со стороны ООО «Завод МорГидроСтрой» нет».

Как следует из данного акта, причиной получения травмы ФИО3 явилось следствие невнимательности пострадавшей в зоне работы электропогрузчика, также указывается, что в момент инцидента ФИО3 оказывала услуги в соответствие с договором подряда на выполнение работ (с физическим лицом).

Акт о расследовании инцидента от 14.07.2015 сторонами не оспаривался. Жалоба в Государственную инспекцию труда в г.Санкт-Петербурге по факту признания происшествия несчастным случаем на производстве при исполнении трудовых отношений ФИО3 не подавалась.

Из консультационного заключения №525 дополнительное к №3208 от 20.08.2015 по судебно-медицинскому обследованию медицинских документов установлено, что у ФИО3 вред здоровью расценивается как средней тяжести (п.7.1. Приложения к Приказу Минздравсоцразвития Российской Федерации от 24.04.2008 №194н).

На основании изложенного, принимая во внимание, что в действиях ФИО4, формально усматриваются признаки состава преступления предусмотренного ч.2 ст.112 УК РФ, однако в ходе проверки умысла на причинение вреда здоровья ФИО3 не установлено, было отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО4 по ч.1 ст.112 УК РФ, на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ за отсутствием состава преступления.

Как установлено ч. 2 ст. 61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда, учитывая, что вопрос причинения истцу вреда по вине ответчика являлся предметом рассмотрения дела №2-4847/2016, а вышеуказанными судебными актами установлен ряд обстоятельств, судебные решения имеют преюдициальную силу при рассмотрении настоящего спора, обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела.

Определением суда от 27.06.2022 по ходатайству представителя истца для установления степени вреда, причиненного здоровью истца была назначена судебная медицинская экспертиза.

Согласно заключению СПб ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» в настоящее время у истца имеются последствия тяжелой травмы, полученной 15.06.2015, указанная травма не вызывала у ФИО3 опасного для жизни состояния, но привела к значительной стойкой утрате общей трудоспособности более чем на одну треть, с 01.07.2016 у истца стойкая утрата профессиональной трудоспособности только в связи с последствиями тяжелой травмы нижних конечностей, полученной 15.06.2015 составляет 30 % пожизненно.

Оценивая полученное заключение судебной экспертизы, суд, сопоставив его с совокупностью других доказательств, приходит к выводу о том, что оно в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку содержит подробное описания произведенных исследований, сделанные в их результате выводы, в обоснование сделанных выводов эксперты приводят соответствующие данные из представленных в их распоряжение эксперта материалов и медицинских документов.

Оснований не доверять выводам судебной экспертизы у суда не имеется.

Стороны данное заключение судебной экспертизы не оспаривали.

Размер компенсации морального вреда должен согласовываться с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. ст. 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

С учетом фактических обстоятельств дела, безусловных физических и нравственных страданий, причиненных истцу в результате несчастного случая, выразившихся в перенесенной боли, страхе, с учетом степени причиненного вреда здоровью, индивидуальных особенностей потерпевшей, наступившие в результате травмы последствия, учитывая установленную при расследовании несчастного случая невнимательность пострадавшей суд, приходит к выводу о том, что требования о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению в размере 600 000 руб. и полагает, что указанный размер компенсации морального вреда в достаточной мере отвечает ее задачам, соответствует обстоятельствам дела, и в наибольшей степени отвечает требованиям разумности и справедливости, оснований для взыскания компенсации морального вреда в ином размере, суд не усматривает.

Поскольку истцы по искам о возмещении вреда здоровью, освобождены от уплаты государственной пошлины, то в соответствии со ст. 333.19 НК РФ, ст. 103 ГПК РФ, ст. 61.1 БК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета Санкт-Петербурга в сумме 300 руб.

Руководствуясь ст. ст. 56, 59, 60, 67, 103, 167, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО3 - удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «МГС-Терминал» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 600 000 (шестьсот тысяч) руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований - отказать.

Взыскать с ООО «МГС-Терминал» государственную пошлину в доход бюджета Санкт-Петербурга в размере 300 (триста) руб.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца с момента вынесения решения в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через гражданскую канцелярию Кировского районного суда г. Санкт - Петербурга.

Председательствующий судья: А.С. Лебедева