Решение по делу № 03205/2022 от 17.03.2023 - о взыскании задолженности по договору займа.

КОПИЯ

Дело №2-177/2023

Уникальный идентификатор дела

56RS0042-01-2022-006100-94

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 марта 2023 года г.Оренбург

Центральный районный суд г.Оренбурга в составе:

председательствующего судьи Миллибаева Э.Р.,

при секретаре Минигазимовой А.И.,

с участием представителей истца ФИО1 и адвоката Анисимовой Н.Н., ответчика ФИО2 и его представителей ФИО3, адвоката Гогитидзе С.А., третьего лица ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО5 к ФИО2 о взыскании задолженности по договору займа,

установил:

истец обратился в суд с иском к ответчику о взыскании задолженности по договору займа, указав, что 23 октября 2020 года между ним и ФИО2 заключен договор займа, по условиям которого он передал ФИО2 50 000 000 руб. под 13% годовых на срок до 31 июля 2021 года. Ответчик долг в установленное время не возвратил, как и проценты по займу за период с 23 октября 2020 года по 30 сентября 2022 года (708 дней). Считает, что подлежит начислению неустойка за нарушение сроков возврата займа за период с 1 августа 2021 года по 31 марта 2022 года (243 дня), предусмотренная п. 3.1 договора в размере 0,03 % в день.

Просит суд взыскать с ответчика сумму в размере 66 247 400 руб., из которых 50 000 000 руб. – задолженность по договору займа от 23 октября 2020 года, 12602400 руб. – проценты за пользование займом, 3645000руб. – неустойка за нарушение сроков возврата займа. Взыскать в счет возмещения судебных расходов 60 000 руб.

Истец в судебное заседание не явился, о дне слушания дела извещался надлежащим образом, в том числе через представителей, которые в судебном заседании подтвердили его надлежащее извещение о дне судебного заседания.

В судебном заседании представитель истца ФИО1, действующий на основании доверенности, иск поддержал. Пояснил, что 23 октября 2020 года ФИО5 передал в долг ФИО2 50 000 000 руб. под 13% годовых. Долг ответчик обязался вернуть в срок до 31 июля 2021 года. Свои обязательства ответчик не исполнил, денежные средства и проценты по договору истцу не вернул, в связи с чем, ФИО5 обратился в суд. Договор займа, оригинал которого передан в материалы дела, является доказательством того, что условия были согласованы. Этот же договор является актом приема-передачи денежных средств, подтверждающий, что денежные средства действительно были переданы. Из электронных авиабилетов следует, что накануне подписания ФИО6 был в г.Оренбурге, прибыв из г. Москвы, до которого добирался автомобилем. На момент передачи денежных средств истец обладал возможностью занять сумму для ответчика, поскольку истец является учредителем различных обществ, имеются вступившие в законную силу решения судов о взыскании денежных средств в пользу истца. Считает, что заключение судебной экспертизы составлено с нарушением методических рекомендаций и правил. Документы для проведения экспертизы и сравнительного анализа образцов подписи были собраны экспертом, а не собраны судом и направлены непосредственно эксперту. Кроме того, установлено, что ФИО2 имеет заболевание, что подтверждается постановлением мирового судьи по ч. 1 ст. 119 Уголовного кодекса Российской Федерации, которым ответчик освобожден от уголовной ответственности в связи с применением ему принудительных мер медицинского характера. В связи с наличием указанного заболевания ФИО2 принимает лечение, которое может повлиять на характер написания подписи. Доказательства, что на момент отбора образцов подписи ФИО2 не принимал лечение, судом не установлено. Лечение психотропными средствами меняет содержание подписи, в связи с чем, могла отличаться от исходного документа – договора и образцов. Также в заключении имеются многочисленные недочеты, которые отражены в представленной ими рецензии. Учитывая, данные обстоятельства, считает необходимым назначение повторной экспертизы. Нарушена процедура предупреждения эксперта об уголовной ответственности.

В судебном заседании представитель истца адвокат Анисимова Н.Н., действующая на основании ордера, доводы представителя ФИО1 поддержала. Пояснила, что ФИО5 состоятельный человек, на момент заключения договора обладал суммой, необходимой ответчику и дал ее в долг. Ответчик свои обязательства не исполнил, долг и проценты истцу не возвратил. Считает, что заключение почерковедческой экспертизы составлено с нарушением закона и не может быть положено в основу решения суда. Просила иск удовлетворить.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании иск не признал. Пояснил, что договор с ФИО5 не заключал, денежные средства в долг у истца не занимал. ФИО5 не знает, никогда с ним не общался и не встречался. В октябре 2022 года впервые получил письменное извещение о подаче искового заявления. Имеет успешный самостоятельный бизнес, материально обеспечен, в дополнительных денежных средствах в виде займа не нуждался. Считает. Что связан с разделом бизнеса со стороны его бывшего партнера. В связи с фальсификацией договора, с использованием его данных обратился с заявлением в Следственный комитет. Судебным заключением установлено, что подпись в договоре ему не принадлежит. Какую-либо терапию по поводу заболевания, установленного постановлением мирового судьи, не проходил. Для проведения экспертизы у него были отобраны образцы почерка, представлены документы, иные образцы его почерка находились в Следственном комитете. Просил в иске отказать.

В судебном заседании представитель ответчика – ФИО3, действующий на основании доверенности, доводы своего доверителя поддержал. Пояснил, что нет доказательств заключения договора. В материалы дела представлена детализация звонков ответчика с 01 августа 2020 года по 30 октября 2020 года, то есть в период до заключения договора и немного после заключения договора. Из детализации нет ни одного звонка, который бы поступал с телефона, который указан в иске как телефон истца. Со стороны ответчика представлены доказательства финансовой состоятельности ФИО2 В свою очередь у истца нет недвижимости, транспортных средств, и не представлено доказательств финансовой возможности передать сумму в таком размере. Доказательства, представленные представителями истца в виде судебных решений, без фактических подтверждений получения денег по решению суда, не имеют значения. Со стороны истца не представлены доказательства наличия у ФИО5 легальных источников дохода. Судебным заключением подтверждено, что подпись в договоре займа ответчику не принадлежит. В рецензии на заключение, истец не согласен с методиками проведения экспертизы, что не является существенным, просил отнестись к рецензии критически. Экспертиза назначена судом, проведена государственным бюджетным учреждением, эксперт имеет квалификацию в проведении данных экспертиз, предупрежден об уголовной ответственности. На момент назначения экспертизы истец имел возможность поставить перед экспертом вопросы и получить ответы. Перечень вопросов в экспертизе судом сформулированы с учетом мнения сторон. Экспертиза составлена в соответствии с законом. Наличие психического заболевания никак не виляет на анализ подписи в договоре займа. При опросе эксперт четко пояснила, что в исследуемых образцах подписи она не увидела признаков каких-либо заболеваний, которые могли бы повлиять на искажение подписи. Эксперт не ссылалась, что в исследуемых образцах она не увидела каких-либо заболеваний. Просил в иске отказать.

Представитель ответчика ФИО2 - адвокат Гогитидзе С.А., действующая на основании доверенности и ордера, в судебном заседании доводы своего доверителя и представителя ФИО3 поддержала. Пояснила, что ФИО2 является обеспеченным человеком, нуждаемости в займе денежных средств не имел. Кроме того, в ходе самостоятельно проведенной проверки, установлено, что ФИО5 напротив денежными средствами, указанными в договоре займа не обладал, предоставлять указанные средства кому-либо в долг возможности не имел, в связи с чем оспаривают платежеспособность истца. ФИО5 и ФИО1 знакомы с юристом организации Кутельваса – ФИО7, который имел доступ к документам с подписями. Доказательства, достоверно указывающие на заключение договора займа именно с ФИО2, суду не представлены. Ответчик терапию с имеющимся заболеванием не получает. Факт заключения сторонами договора займа подлежит оценке в совокупности с иными обстоятельствами дела. Стороной истца ни одного доказательства взаимоотношения сторон по договору займа представлено не было. Из совокупности доказательств следует, что договор займа не заключался. Просила в иске отказать.

Третье лицо ФИО4 – супруга ответчика ФИО2, привлеченная к участию в деле на основании определения суда от 14 декабря 2022 года, вынесенном в протокольной форме, в судебном заседании возражала против удовлетворения иска.

Представитель заинтересованного лица Межрегионального управления Федеральной службы по финансовому мониторингу по Приволжскому федеральному округу, привлеченные к участию в деле определением суда, в судебное заседание не явился, о дне слушания извещены надлежащим образом. В заявлении просили рассмотреть дело без их участия. Свою позицию изложили в заключении по делу.

Выслушав мнение лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии сост.ст.309, 310 ГК Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Согласно положениям ст. 421 ГК Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

В соответствии со ст. 408 ГК Российской Федерации, если должник выдал кредитору в удостоверение обязательства долговой документ, то кредитор, принимая исполнение, должен вернуть этот документ, а при невозможности возвращения, указать на это в выдаваемой им расписке, расписка может быть заменена надписью на возвращаемом долговом документе.

В соответствии со ст.56 ГПК Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Из представленных материалов следует, что по договору от 23 октября 2020 года ФИО5 передал в долг ФИО2 денежные средства в размере 50 000 000 руб. под 13% годовых на срок до 31 июля 2021 года. На договоре в графе «Б.Л. Лысаков» и «ФИО2» имеются подписи.

По расчету истца задолженность ответчика составила 66247400руб., из которых 50000000руб. основной долг, 12602400 руб. проценты за пользование займом за период с 23 октября 2020 года по 30 сентября 2022 года (708 дней)., неустойка с 1 августа 2021 года по 31 марта 2022 года (243 дня), предусмотренная п. 3.1 договора в размере 0,03 % в день - 3645000руб.

Ответчиком заявлено о недействительности договора займа, который в обоснование своих возражений, указал, что договор займа с истцом не заключал, с ФИО5 не знаком и не встречался, денежные средства не получал, подпись в договоре займа ему не принадлежит. В этой связи, он обратился в Следственный комитет по Северному административному округу г.Оренбурга СК РФ по Оренбургской области с заявлением о фальсификации доказательств по гражданскому делу.

Кроме того, ФИО2 предоставлены заключения ООО «<данные изъяты>» № от 02.11.2022г., ИП ФИО9 №. от 31.10.2022г., ООО «<данные изъяты>» № от 03.11.2022г. в которых указано, что подпись в договоре займа от 23 октября 2020 года выполнена не ФИО2, а иным лицом.

Для проверки доводов ответчика ФИО2 о том, что представленный договор займа от 23 октября 2020 года им не подписывался, по делу назначена судебная почерковедческая и техническая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ФГБУ «<данные изъяты>». На разрешение эксперта были поставлены вопросы: кем, ФИО2 или иным лицом выполнена рукописная подпись от ФИО2 в договоре займа от 23 октября 2020 года?; выполнена ли подпись от ФИО2 в договоре займа от 23 октября 2020 года иным лицом с подражанием почерку ФИО2?; если при ответе на предыдущие вопросы будет установлено, что подпись от ФИО2 в договоре займа от 23 октября 2020 года выполнена ФИО2, то определить соответствует ли дата составления договора займа от 23 октября 2020 года дате, указанной на договоре – 23 октября 2020 года?

Для проведения исследования эксперту был предоставлен оригинал договора займа от 23 октября 2020 года с подписями от имени ФИО5 и от имени ФИО2 На ФИО2 была возложена обязанность представить в суд оригиналы документов, содержащие его собственноручную подпись (договора, заявления и т.д.) со временем составления близким к 23 октября 2020 года.

При выполнении отдельного процессуального действия 20 декабря 2022 года при отборе образцов почерка у ФИО2, в присутствии его представителя ФИО3 и представителя истца ФИО1, ответчик пояснил, что все документы со свободными образцами подписей им переданы в следственный орган.

Заключением эксперта ФГБУ «Оренбургская лаборатория судебной экспертизы» Министерства юстиции Российской Федерации ФИО10 № от 31 января 2023 года установлено, что подпись от имени ФИО2, расположенная на оборотной стороне исследуемого договора займа от 23 октября 2020 года, заключенного между ФИО5 («Займодавец») и ФИО2 («Заемщик») на сумму 50000000 (пятьдесят миллионов) рублей) в разделе «6. Подписи сторон» в графе «6.2 Заемщик» в строке ____ /ФИО2/», выполнена не ФИО2, а другим лицом с подражанием подлинной подписи ФИО2 Подпись от имени ФИО2, расположенная на оборотной стороне исследуемого договора займа от 23 октября 2020 года, заключенного между ФИО5 («Займодавец») и ФИО2 («Заемщик») на сумму 50000000 (пятьдесят миллионов) рублей) в разделе «6. Подписи сторон» в графе «6.2 Заемщик» в строке ____ /ФИО2/», выполнена другим лицом, с подражанием подлинной подписи ФИО2, не исключая перекопировки «на просвет». 3-й вопрос экспертом не разрешался по причинам, указанным в исследовательской части.

Допрошенная в судебном заседании эксперт ФИО10, суду пояснила, что на основании определения суда проводила судебную экспертизу, имеет стаж экспертной работы с 2016 года, квалификацию по экспертной специальности исследование подписей. Документы о проведении экспертизы поступили в отдел делопроизводства, начальник учреждения определил эксперта и передал документы ей для производства экспертизы. Начальник учреждения предупредил её об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ. Для производства экспертизы было предоставлено определение, образцы подписи ФИО2 на 1 листе и исследуемый документ. В последующем были представлены дополнительные образцы почерка и документы со Следственного Комитета со свободными образцами почерка ФИО2 Все действия, методики проведения экспертизы и документы отражены в заключении. В ходе проведения экспертизы было установлено, что в исследуемом документе подпись была четкой, на 100% выполнена не ФИО2, что отражено в заключении. Наличие психического и иного заболевания не изменяет подпись, но признаки могут быть видны (увеличение, направление), но в целом подпись не изменяется. При проведении экспертизы у нее не возникло сомнений, что подпись в исследуемом документе выполнена лицом, которому не принадлежат представленные образцы подписи. При проведении экспертизы признаков наличия заболевания у человека, представившего образцы почерка и исследуемом документе, либо искажения не видела, в связи с чем, дополнительные сведения не запрашивала.

Суд принимает показания данного эксперта, поскольку они полностью согласуются с материалами дела, основания не доверять данному эксперту у суда отсутствуют.

Оценивая указанное доказательство, по правилам ст.67 ГПК Российской Федерации, вопреки доводам стороны ФИО6, суд не находит оснований не доверять экспертному заключению эксперта ФИО10, поскольку экспертом подробно проведен анализ представленных подлинных документов, а также иных документов со свободными образцами подписи ФИО2 и отобранных свободных образцов подписи ФИО2, полученных в порядке отдельного процессуального действия, исследование проводилось с использованием традиционной методики судебно-почерковедческой экспертизы в соответствии с методическими требованиями, использованием луп 2,5*,4.5*, микроскопа Leica M165C, видеоспетрального компаратора VSc8000/HC с различными степенями увеличения. При этом было установлено, что каких-либо признаков свидетельствующих о технической подделке подписи, не имеется. В ходе исследования была установлена степень выше средней выработанности, темп выполнения замедленный, координация движения 1-группы фрагментально нарушена. Размер от среднего до большого, разгон от малого до среднего, наклон правый, форма линии основания подписи извилистая, направление линии основания подписи горизонтальное, наличие признаков расстроенной координации движений, замедленный темп выполнения, что может свидетельствовать о выполнении исследуемой подписи под влиянием каких-либо «сбивающих» факторов. При сравнении исследуемой подписи с образцами подписи самого ФИО2 установлены различия в степени выработанности, формы движения при выполнении основной части 1-го элемента, формы движения при соединении правой и левой части 1-го элемента, протяженности движения по горизонтали при выполнении петлевой части, относительно размещения точки окончания движения при выполнении заключительной части 1-го элемента, относительно размещения движения по вертикали при выполнении нижней части 3-го элемента. Также установлены совпадения размера, разгона, наклона и формы движения при выполнении заключительной части росчерка, формы и направления движения при соединении 3-го элемента и начальной части 1-го элемента. При оценке результатов сравнительного исследования экспертом установлено, что различающиеся признаки устойчивы, существенны и образуют совокупность, достаточную для выводов, изложенных в заключении. Также экспертом установлено, что указанное внешнее сходство и совпадение отдельных общих и частных признаков на отрицательный вывод не влияют.

Объективных доказательств того, что судебная почерковедческая экспертиза проведена с нарушением Федерального закона от 31.05.2001 г. N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" экспертом ФИО10 не представлено, равно как и не доказан факт ее неполноты. Учитывая, что эксперт предупреждена об уголовной ответственности по ст.307 УК Российской Федерации, экспертное заключение является достаточным по своему содержанию, полным и мотивированным, выводы объективны, последовательны и не противоречивы, заключение подготовлено на основании представленных эксперту судом материалов и с учетом нормативных и технических требований, содержит необходимые выводы, подробное описание примененных экспертом методов и приемов, а также ссылки на литературу, использованную при производстве экспертизы. Экспертное заключение подготовлено лицом, обладающим правом на проведение подобного рода исследований, в пределах имеющейся у эксперта соответствующей специальности. Эксперт ясно и недвусмысленно ответил на поставленные перед ним вопросы. Эксперт ФИО10 в судебном заседании изложенные в заключении выводы подтвердила. Стороны с заключением экспертизы ознакомились.

Кроме того, в соответствии с п.2 ст.67, п.3 ст.86 ГПК Российской Федерации, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Заключение эксперта является одним из видов доказательств и не является безусловным в подтверждении или опровержении доводов сторон, а подлежит правовой оценке в совокупности с другими доказательствами и обстоятельствами дела.

В связи с чем, суд принимает заключение судебной экспертизы ФГБУ «<данные изъяты>» Министерства юстиции Российской Федерации ФИО10 № от 31 января 2023 года в качестве допустимого доказательства, поскольку оснований не доверять результатам проведенной экспертизы у суда не имеется.

Заключения: ООО «<данные изъяты>» № от 02.11.2022г., ИП ФИО9 №. от 31.10.2022г., ООО «<данные изъяты>» № от 03.11.2022г., представленные ответчиком подтверждают доводы судебной экспертизы.

Суд принимает указанные заключения в части совпадающие с выводами судебной экспертизы, поскольку заключения в части выполнено экспертами, обладающими соответствующими знаниями, имеющими опыт работы в проведении почерковедческих экспертиз. Выводы в указанных заключениях согласуются в части с заключением судебной экспертизы о том, что подпись от имени ФИО2 выполнена другим лицом.

Одним из доказательств, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения гражданского дела, является заключение эксперта (ст. 55 ГПК Российской Федерации).

Согласно ч.1 ст.87 ГПК Российской Федерации в случаях недостаточной ясности или неполноты заключения эксперта суд может назначить дополнительную экспертизу, поручив ее проведение тому же или другому эксперту.

Согласно п. 2 ст. 87 ГПК Российской Федерации в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов, суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.

Суд приходит к выводу о согласованности заключения судебной экспертизы с другими доказательствами по делу, соответствии заключения требованиям закона и отсутствии оснований к назначению повторной или дополнительной экспертизы.

Представителями ФИО5 в материалы дела представлена рецензия на заключение экспертизы ФГБУ «<данные изъяты>» Министерства юстиции Российской Федерации ФИО8 № от 31 января 2023 года.

Так, в рецензии НП «<данные изъяты>» № от 15 февраля 2023 года эксперты указанного учреждения считают, что результаты судебной экспертизы нуждаются в доработке и уточнении или проведении дополнительной судебной экспертизы. Рецензия на экспертное заключение, выполненная экспертами НП «<данные изъяты>», на которое представители ФИО5 ссылаются в подтверждение доводов о том, что заключение судебной экспертизы является ненадлежащим доказательством по делу, не опровергает выводы заключения судебной экспертизы, поскольку лица, подготовившие данную рецензию не предупреждались судом об уголовной ответственности за подготовку рецензии, представленные замечания носят характер субъективного мнения специалистов, исследование производилось по представленным материалам, по заказу стороны истца.

В свою очередь, эксперт ФГБУ «<данные изъяты>» Министерства юстиции Российской Федерации в ходе судебной экспертизы предупреждена судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, обладала большим объемом информации, проводила анализ как исследуемого документа, так и свободных образцов почерка ответчика, а также полученных в ходе отдельного процессуального действия, произвела все необходимые действия по исследованию документов для составления полных и не категоричных ответов на поставленные судом на разрешение вопросы.

Доводы представителей истца о порочности заключения эксперта ФГБУ «<данные изъяты>» Министерства юстиции Российской Федерации сводятся к несогласию с содержащимися в нем выводами.

Суд не принимает доводы представителей ФИО5 о том, что допрошенная в судебном заседании эксперт ФИО10 при выполнении экспертизы не учла наличие психического заболевания ответчика, при лечении которого существует вероятность изменения написания почерка, поскольку в ходе допроса эксперт указала, что обстоятельства при проведении экспертизы, указывающие на наличие у лица психологического заболевания отсутствовали, поэтому у нее не возникло сомнений в истребовании дополнительных доказательств. Заключение предположительный характер выводов эксперта не содержит, представив в суд заключение в том виде, которое приобщено к материалам дела. Стороны о допросе других экспертов или специалистов в области почерковедческой экспертизы, после допроса эксперта ФИО10, не настаивали.

Представленное же представителями истца постановление мирового судьи судебного участка №14 Промышленного района г.Оренбурга от 11 мая 2022 года, в котором мировым судьей на основании заключения судебной экспертизы от 06 июля 2021 года у ФИО2 обнаруживается психическое заболевание, не указывает на его наличие в исследуемый экспертом ФИО10 период, на прием терапии по данному заболеванию в процессе рассмотрения дела, и не пресекает его процессуальную способность.

Доводы стороны истца, что эксперт провела ограниченное и неполное исследование, не свидетельствуют о неправильности экспертизы, ее неполноте.

Доводы представителей ФИО5, что эксперт ФИО10 была предупреждена об уголовной ответственности 09 января 2023 года, а не до начала экспертизы 21 декабря 2022 года, как указано на титульном листе заключения ФГБУ «<данные изъяты>» Министерства юстиции Российской Федерации, не принимаются судом, поскольку эксперт предупреждалась судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, имеется ее подпись от 09 января 2023 года, с указанной даты эксперт фактически приступила к её проведению, о чем сообщила в судебном заседании.

Доводы представителей ФИО5 основаны на предположениях, а также выражают несогласие с выводами эксперта ФГБУ «<данные изъяты>» Министерства юстиции Российской Федерации, что в силу закона не является основанием для назначения повторной либо дополнительной экспертизы по делу. Полученная истцом отрицательная рецензия на судебное экспертное заключение по своей правовой природе является дополнительным доказательством в обоснование позиции истца, которое подлежит оценке на соответствие его признакам относимости и допустимости. Лица, составившие рецензию, не предупреждены судом об ответственности за формулирование заведомо ложных выводов, следовательно, не несут никакой ответственности за свое мнение, изложенное в этих документах. Таким образом, суд может отвергнуть заключение судебной экспертизы лишь в том случае, если бы это заключение явно бы находилось в противоречии с остальными доказательствами по делу, которые бы каждое в отдельности и все они в своей совокупности, бесспорно подтверждали обстоятельство невозможности принятия судебной экспертизы в качестве доказательства по делу.

Относительно довода представителей истца о том, что свободные образцы почерка ответчика получены экспертом лично в нарушение процессуальных норм, то указанные доводы ошибочны, не согласуются с материалами дела.

Так, определением суда от 14 декабря 2022 года на ответчика была возложена обязанность представить свободные образцы подписи. 20 декабря 2022 года при проведении отдельного процессуального действия при отборе образцов почерка у ФИО2, в присутствии его представителя ФИО3 и представителя истца ФИО1, ответчик пояснил, что все документы со свободными образцами подписей им переданы в следственный орган.

В связи с указанными обстоятельствами, суд поручил следственному органу представить эксперту во временное пользование свободные образцы подписей ФИО2

Указанные образцы в последующем поступили в суд с заключением эксперта, копии приобщены к материалам дела, с которым стороны ознакомились после поступления дела в суд, а оригиналы 09 марта 2023 года переданы следователю.

В силу абзаца первого части 2 ст. 86 ГПК Российской Федерации, эксперт не вправе самостоятельно собирать материалы для проведения экспертизы; вступать в личные контакты с участниками процесса, если это ставит под сомнение его незаинтересованность в исходе дела; разглашать сведения, которые стали ему известны в связи с проведением экспертизы, или сообщать кому-либо о результатах экспертизы, за исключением суда, ее назначившего.

Органы следствия в настоящем споре не являются участниками дела, их заинтересованность суд не усматривает.

Доводы об отводе эксперту по тем основаниям, что проведена экспертиза в рамках уголовного дела, не принимаются, поскольку поручение судом проведение судебной экспертизы эксперту, который ранее проводил экспертизу по поручению следствия, является допустимым, гражданский процессуальный закон не предусматривает такой запрет, оснований не доверять мотивированным выводам эксперта суд не усматривает.

В силу положений п. 1 ст. 807 ГК Российской Федерации договор займа считается заключенным с момента передачи денег.

При этом положения ст.812 ГК Российской Федерации предусматривают, что заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности. Если договор займа должен быть совершен в письменной форме (статья 808), оспаривание займа по безденежности путем свидетельских показаний не допускается, за исключением случаев, когда договор был заключен под влиянием обмана, насилия, угрозы или стечения тяжелых обстоятельств, а также представителем заемщика в ущерб его интересам

В случае оспаривания займа по безденежности размер обязательств заемщика определяется исходя из переданных ему или указанному им третьему лицу сумм денежных средств или иного имущества

По данному положению, заемщик должен доказать, что деньги или другие вещи в действительности не получены им от заимодавца или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре. Если в процессе оспаривания заемщиком договора займа по его безденежности будет установлено, что деньги или другие вещи в действительности не были получены от заимодавца, договор займа считается незаключенным.

Следовательно, под оспариванием заключенного договора займа подразумевается требование заемщика о признании такого договора незаключенным.

Поскольку для возникновения обязательства по договору займа требуется фактическая передача кредитором должнику денежных средств (или других вещей, определенных родовыми признаками) именно на условиях договора займа, то в случае спора на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 ГК Российской Федерации, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.

При наличии возражений со стороны ответчика относительно природы возникшего обязательства следует исходить из того, что заимодавец заинтересован в обеспечении надлежащих доказательств, подтверждающих заключение договора займа, и в случае возникновения спора на нем лежит риск недоказанности соответствующего факта.

Представителями ответчика ФИО2 заявлено о не платежеспособности истца.

Согласно разъяснениям, изложенным в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, N3 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25 ноября 2015 года, в случае спора, вытекающего из заемных правоотношений, на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 Гражданского кодекса Российской Федерации, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.

Таким образом, закон не возлагает на заимодавца обязанность доказать наличие у него денежных средств, переданных заемщику по договору займа, при этом обязанность по доказыванию безденежности займа возлагается на заемщика, данная правовая позиция также отражена в Определениях Верховного Суда Российской Федерации от 1 декабря 2020 года N 46-КГ20-21-К6 и 15 декабря 2020 года N 5-КГ20-120-К2.

Однако, с учетом размера суммы 50000000 руб. наличными, которая по заявлению истца была предоставлена ответчику в долг, а также установленные судом обстоятельства, указывающие на отклонение действий заимодавца от добросовестного поведения, не исключают право суда истребовать у истца сведения о финансовом положении, в том числе доказательства, подтверждающие фактическое обладание предметом договора до его передачи заемщику, т.е. наличие у него возможности по распоряжению денежными средствами в названном объеме.

В соответствии со ст. 56 ГПК Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания.

Из доводов представителей истца следует, что ФИО5 обладал денежными средствами, заявленными в иске, в подтверждение представлены решение Арбитражного суда Оренбургской области от 26 февраля 2020 года о взыскании с АО «<данные изъяты>» в пользу ООО «<данные изъяты>» денежной суммы в размере 19945384руб.30коп.; решение Арбитражного суда Оренбургской области от 11 февраля 2020 года о взыскании с АО «<данные изъяты>» в пользу ООО «<данные изъяты>» денежной суммы в размере 16552265руб.90коп.; решение Ленинского районного суда г.Оренбурга от 14 сентября 2016 года о взыскании с ООО «<данные изъяты>» в пользу ФИО5 денежных средств в размере 39000000 руб., процентов по договору 6742725руб.92коп., неустойки 19398975руб., расходы по государственной пошлине 60000руб. Между тем, доказательства, получения денежных средств по данным судебным решениям или исполнения их в принудительном порядке в материалы дела представлено не было.

В порядке ст.47 ГПК Российской Федерации судом с учетом характера спорного правоотношения истребовано заключение Межрегионального управления Федеральной службы по финансовому мониторингу по Приволжскому федеральному округу.

В представленном заключении от 28 ноября 2022 года Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по Приволжскому федеральному округу указало, что по сведениям управления ФИО5 на дату предоставления денежных средств являлся учредителем ООО ПК «<данные изъяты>». По сведениям <данные изъяты> в 2020 году обществом сдана нулевая отчетность за 9 месяцев по фонду оплаты труда и средней зарплате, с численностью работающих человек-1 человек. За 2020 год обществом отчет в <данные изъяты> не предоставлен. Деятельность индивидуального предпринимателя ФИО5 не осуществлял и в качестве самозанятого не зарегистрирован. В связи с чем, наличие у истца денежных средств в объеме предоставленного займа по мнению указанного органа представляется сомнительным и требует обязательного исследования при рассмотрении настоящего иска.

По сообщению <данные изъяты> от 13 декабря 2022 года справки о доходах ФИО5 за 2016-2020 года в информационной базе Инспекции отсутствуют.

Согласно сообщения <данные изъяты> ФИО5 получателем пенсии по обязательному страхованию не является.

В соответствии с выпиской из ЕГРП от 29 ноября 2022 года ФИО5 является собственником земельного участка кадастровый №, общей площадью 651+/-9, земельного участка кадастровый №, общей площадью 603+/-9, земельного участка кадастровый №, общей площадью 603+/-9, по адресу: <адрес>.

Согласно выписки из ЕГРЮЛ от 29 ноября 2022 года ФИО5 является директором и одним из учредителей ООО «<данные изъяты>» (ОГРН <данные изъяты>).

Согласно открытым данным с сайта реестра налогоплательщиков республики Беларусь ФИО11 деятельность в качестве индивидуального предпринимателя не ведет с 8 июля 2016 года.

По выписке из ЕГРЮЛ от 29 ноября 2022 года ФИО5 является учредителем ООО «<данные изъяты>» (ОГРН №). Предприятие в настоящее время находится в стадии ликвидации.

Оценивая представленные в материалах дела доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что факт передачи истцом ФИО5 ответчику ФИО2 денежных средств в размере 50000000 руб. не нашел своего достоверного подтверждения.

Представленный истцом в материалах дела договор займа от 23 октября 2020 года не может служить в данном случае доказательством передачи денежных средств, поскольку согласно заключению судебной почерковедческой экспертизы данный документ ответчиком не подписывался. Каких-либо иных документов, подтверждающих факт передачи истцом денежных средств в размере 50000000 руб. наличными ответчику на возвратной основе или ином возмездном основании, стороной истца не представлено.

Решения судов о взыскании в пользу истца и предприятия ООО «<данные изъяты>», учредителем которого истец является, исполнение по которым в юридически значимый период не представлено, а также наличие у него в собственности только земельного участка, расчетного счета в ПАО «<данные изъяты>», с однозначностью не свидетельствуют о наличии у истца возможности по предоставлению ответчику займа в размере 50000000руб. по состоянию на 23 октября 2020 год.

Иных доказательств, подтверждающих о наличии у ФИО5 финансовой возможности 23 октября 2020 года предоставить ответчику заем в таком размере, стороной истца в материалы дела также не представлено, а стороной ответчика представлены доказательства отсутствия у истца денежных средств в заявленном размере, и отсутствие для ФИО2 очевидного экономического смысла для заключения подобного договора.

Также, ни истец, ни представители истца каких-либо объяснений по обстоятельствам передачи денежных средств в суд не представили.

Суд также оценивал правоотношения сторон, исходя из представленных доказательств, на период времени предшествующие и последующие взаимоотношения сторон, в частности отсутствие взаимной переписки и переговоров по предмету займа от 23 октября 2020 года, отсутствие иных договорных либо внедоговорных обязательств, совершение ответчиком действий, подтверждающих наличие именно заемных обязательств из договора займа от 23 октября 2020 года, так и отсутствие его какого-либо признания.

Приведенные выше обстоятельства, с учетом положений ст.812 ГК Российской Федерации, свидетельствуют в своей совокупности о незаключенности, представленного ФИО5 договора займа от 23 октября 2020 года.

На основании изложенного, суд не усматривает оснований для возникновения правовых последствий, вытекающих из договора займа от 23 октября 2020 года и взыскания с ФИО2 в пользу ФИО5 денежных средств в размере 66 247 400 руб., поскольку факт предоставления ответчику 23 октября 2020 года займа на сумму 50 000 000 руб. истцом не доказан.

Принимая во внимание вышеперечисленные обстоятельства, суд считает, что в удовлетворении исковых требований ФИО5 о взыскании с ФИО2 задолженности по договору займа от 23 октября 2020 года следует отказать.

Определением судьи от 12 октября 2022 года по иску ФИО6 приняты обеспечительные меры в виде наложения ареста на имущество, принадлежащее ФИО2 и находящееся у него или других лиц, в пределах суммы исковых требований – 66 247 400 руб.

Настоящим решением суда в удовлетворении требований ФИО6 отказано.

На основании ст. 144 ГПК Российской Федерации, суд приходит к выводу, что при таких обстоятельствах сохранение мер по обеспечению иска ФИО6 не отвечает задачам гражданского судопроизводства, поскольку в удовлетворении иска, для обеспечения которого накладывался арест на имущество ответчика, решением суда отказано. Меры по обеспечению иска подлежат отмене.

Руководствуясь ст. ст.194-199 ГПК Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО5 к ФИО2 о взыскании задолженности по договору займа оставить без удовлетворения.

Отменить меры по обеспечению иска, принятые определением судьи Центрального районного суда г.Оренбурга от 12 октября 2022 года в виде наложения ареста на имущество, принадлежащее ФИО2 и находящееся у него или других лиц, в пределах суммы исковых требований – 66 247 400 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Оренбургский областной суд через Центральный районный суд г. Оренбурга в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Председательствующий подпись Э.Р. Миллибаев

Решение в окончательной форме принято 24 марта 2023 года.

Судья: Копия верна