Дело № 33-5119/2023
№ 2-256/2022
УИД: 36RS0004-01-2022-002770-85
Строка № 2.205 г
ВОРОНЕЖСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
26 июля 2023 г. г. Воронеж
Судебная коллегия по гражданским делам Воронежского областного суда в составе:
председательствующего судьи Юрченко Е.П.,
судей Бабкиной Г.Н., Шаповаловой Е.И.,
при секретаре Еремишине А.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании в здании Воронежского областного суда по докладу судьи Юрченко Е.П.
гражданское дело по иску публичного акционерного общества «Сбербанк России» к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору, расторжении кредитного договора,
по апелляционной жалобе ФИО1
на решение Поворинского районного суда Воронежской области от 2 сентября 2022 г.
(судья районного суда Воронова Г.П.),
УСТАНОВИЛ
А:
ПАО «Сбербанк» обратилось в суд с иском к Российской Федерации в лице Территориального управления Росимущества в Воронежской области о взыскании задолженности по кредитному договору <***> от 6 февраля 2020 г. в размере 192099,32 руб., из них: 143789,22 руб. - просроченный основной долг, 48 31,10 руб. - просроченные проценты, а также расходов по уплате госпошлины в размере 5041,99 руб.
В обоснование исковых требований указано, что 6 февраля 2020 г. между ПАО Сбербанк России и ФИО3 заключен кредитный договор <***> на сумму 260000 руб. на срок 60 мес. под 19,25 % годовых.
Обязательства заемщиком исполнялись ненадлежащим образом, в связи с чем образовалась задолженность в размере 192099,32 руб.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 умер.
Поскольку информация о наследниках отсутствовала, истец просил суд признать имущество, оставшееся после смерти ФИО3 выморочным и взыскать с Российской Федерации в лице Территориального управления Росимущества в Воронежской области в пользу Банка задолженность по кредитному договору (л.д. 3-7).
В ходе подготовки настоящего дела к судебном разбирательству установлен наследник умершего ФИО3 – его сын ФИО1 Произведена замена ненадлежащего ответчика и дело передано по подсудности в Поворинский районный суд Воронежской области (л.д. 119-121).
Решением Поворинского районного суда Воронежской области от 2 сентября 2022 г. с ФИО1 в пользу ПАО Сбербанк взыскана задолженность по кредитному договору <***> от 6 февраля 2020 г. за счет и в пределах стоимости наследственного имущества, принадлежавшего на день смерти ФИО3 в размере 192099,32 руб., из них: 143789,22 руб. - просроченный основной долг, 48 31,10 руб. - просроченные проценты, а также расходы по уплате госпошлины 5041,99 руб. (л.д. 164-169).
В апелляционной жалобе ФИО1 в лице законного представителя ФИО4 просил вышеуказанное решение суда отменить, указав, что на момент смерти у наследодателя не было наследственного имущества, соответственно, нет оснований взыскивать долги с наследника. Имевшийся у ФИО3 автомобиль еще при жизни им продан ФИО4 (л.д. 184-185).
В судебное заседание ФИО1, его законный представитель ФИО4 не явились. Присутствовавший до перерыва в судебном заседании представитель ФИО5 поддержал доводы апелляционной жалобы.
Представитель ПАО Сбербанк по доверенности ФИО6 в судебном заседании пояснил, что считает решение суда законным, поддержал возражения на апелляционную жалобу (л.д. 189-190).
Не явившиеся в судебное заседание участники процесса извещены о времени, дате и месте судебного разбирательства. В соответствии с положениями части 1 статьи 327 и части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, выслушав явившихся в судебное заседание участников процесса, судебная коллегия не находит оснований для отмены оспариваемого судебного акта.
Разрешая спор, суд первой инстанции руководствовался нормами действующего законодательства, верно истолковав и применив их к возникшим правоотношениям.
В соответствии со статьёй 309, пунктом 1 статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – всоответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.
Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ, другими законами или иными правовыми актами.
Согласно абзацу 1 пункта 1 статьи 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заёмщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заёмщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты запользование ею, а также предусмотренные кредитным договором иные платежи, втом числе связанные с предоставлением кредита.
На основании статей 810-811 ГК РФ заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа; если договором займа предусмотрено возвращение займа по частям, то при нарушении заемщиком срока, установленного для возврата очередной части займа, заимодавец вправе потребовать досрочного возврата всей оставшейся суммы займа вместе с причитающимися процентами.
В силу статьи 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.
Пунктом 1 статьи 1175 ГК РФ предусмотрено, что наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно (статья 323 ГК РФ).
Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.
В силу изложенных норм права обязательства, возникшие из кредитного договора, смертью должника не прекращаются и входят в состав наследства. Наследники, приняв наследство, становятся правопреемниками наследодателя и отвечают по всем его обязательствам.
Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 6 февраля 2020 г. между ПАО Сбербанк и ФИО3 заключен кредитный договор <***> на сумму 260000 руб. на срок 60 месяцев под 19,25% годовых.
Договор заключен посредством использования системы «Сбербанк Онлайн».
В соответствии с Условиями указанного кредитного договора заемщик принял на себя обязательства погашать кредит и уплачивать проценты за пользование кредитом ежемесячными платежами по согласованному графику платежей.
Со всеми вышеуказанными документами ФИО3 был ознакомлен и обязался их исполнять, о чем свидетельствует подпись в Заявлении на получение карты.
Задолженность по кредитному договору <***> от 6 февраля 2020 г. за период с 6 августа 2020 г. по 5 апреля 2022 г. составляет 192 099,32 руб., в том числе: просроченные проценты 48 310,10 руб., просроченный основной долг 143789,22 руб.
2 августа 2020 г. ФИО3 умер.
Согласно материалам наследственного дела №, открытого нотариусом нотариального округа <адрес> ФИО2 <адрес> ФИО9, с заявлением о принятии наследства после смерти ФИО3 обратилась ФИО4, действующая как законный представитель своего несовершеннолетнего сына ФИО1 (л.д.115).
Судом установлено, что наследство ФИО3 состоит из автомобиля марки Kia Rio, 2009 г. выпуска, VIN <***>.
Иное имущество, принадлежащее ФИО3 на день смерти, в ходе судебного разбирательства не установлено.
Рыночная стоимость наследственного имущества на дату смерти наследодателя составляет 329000 руб., что следует из заключения о стоимости наследственного имущества № 2-230721-335161 от 24.07.2023, составленного ООО «Мобильный оценщик» (л.д. 238-240),
Таким образом, размер задолженности не превышает стоимость наследственного имущества, в пределах которого наследник отвечает по долгам наследодателя.
Наследником по закону умершего ФИО3 является его сын ФИО1, который принял наследственное имущество (л.д. 115).
Установив наличие кредитных обязательств у заемщика, ненадлежащее исполнение им принятых на себя обязательств, определив размер задолженности, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии права у Банка в силу закона и в соответствии условиями кредитного договора требовать с наследника возврата долга.
Учитывая, что в силу положений статей 1112, 1175 ГК РФ наследники несут ответственность по долгам наследодателя, ФИО1, являясь наследником, принявшим наследство, должен нести ответственность по долгам ФИО3 в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.
Признавая несостоятельным довод стороны ответчика об отсутствии у наследодателя наследственного имущества, суд первой инстанции исходил из недоказанности факта передачи транспортного средства от продавца ФИО3 покупателю ФИО4 по договору купли-продажи от 16 июля 2020 г., т.е. факта исполнения данного договора, соответственно, момента перехода права собственности от покупателя продавцу.
Согласно статье 209 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.
В соответствии со статьей 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
В силу статьи 223 ГК РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.
В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.
Исходя из статьи 224 ГК РФ передачей признается вручение вещи приобретателю, а равно сдача перевозчику для отправки приобретателю или сдача в организацию связи для пересылки приобретателю вещей, отчужденных без обязательства доставки.
Вещь считается врученной приобретателю с момента ее фактического поступления во владение приобретателя или указанного им лица.
Если к моменту заключения договора об отчуждении вещи она уже находится во владении приобретателя, вещь признается переданной ему с этого момента.
Таким образом, юридически значимым является установление даты возникновения права собственности у покупателя на спорный автомобиль, которая зависит от даты передачи транспортного средства покупателю.
Как следует из материалов дела, в том числе с учетом новых доказательств, представленных ответчиком на стадии апелляционного рассмотрения дела, 16 июля 2020 г., т.е. примерно за две недели до даты смерти, наступившей 2 августа 2020 г., ФИО3 продал матери своего сына ФИО4 вышеуказанный автомобиль за 300000 руб. (л.д. 187) Со слов представителя ответчика оригинал данного договора находится в ГИБДД, копия представлена в материалы дела в апелляционной инстанции. Из условий договора купли-продажи невозможно определенно установить передачу покупателем продавцу транспортного средства, поскольку из буквального толкования его условий, согласно статье 431 ГК РФ, закреплена лишь обязанность передать автомобиль, причем сформулированная в будущем времени, а не как свершившееся событие на момент заключения договора.
Впоследствии, также в суд апелляционной инстанции, стороной ответчика представлена расписка (оригинал) от 16 июля 2020 г. о передаче денежных средств за автомобиль, в которой имеется указание, что транспортное средство передано в исправном состоянии (л.д. 231)
Указанные доказательства судебная коллегия оценивает в совокупности с иными имеющимися в деле доказательствами относительно факта реального исполнения данного договора.
Обязанность нового собственника транспортного средства не ограничивается лишь оплатой и принятием по договору отчуждения этого объекта от прежнего собственника, а обязывает его одновременно с этим осуществить установленную процедуру, а именно зарегистрировать его (поставить на учет) в ГИБДД.
Исходя из представленного в материалы дела свидетельства о регистрации транспортного средства Kia Rio, 2009 г. выпуска следует, что оно выдано ФИО4 лишь 5 мая 2022 г., т.е. спустя два года после смерти продавца, договоры ОСАГО так же заключены в период с 28 апреля 2022 г. по 27 апреля 2023 г. и в период с 3 мая 2023 г. по 2 мая 2024 г., т.е. значительно позже даты заключения договора купли-продажи. При этом ФИО4 не представлены доказательства наличия уважительных причин, объективно препятствующих регистрации транспортного средства ФИО4 на свое имя в 2020 г. в 10-дневный срок с даты заключения договора или в иной разумный срок от этот даты.
Каких-либо объективных препятствий к перерегистрации на имя ФИО4 права собственности на спорное имущество непосредственно после его приобретения не представлено.
В соответствии с пунктом 3 статьи 15 Федерального закона от 10 декабря 1995 г. № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения», транспортное средство допускается к участию в дорожном движении в случае, если оно состоит на государственном учете, его государственный учет не прекращен и оно соответствует основным положениям о допуске транспортных средств к участию в дорожном движении, установленным Правительством Российской Федерации.
Согласно пункту 3 постановления Правительства РФ от 12 августа 1994 г. № 938 «О государственной регистрации автомототранспортных средств и других видов самоходной техники на территории Российской Федерации» (утратило силу с 1 января 2021 г.) собственники транспортных средств либо лица, от имени собственников владеющие, пользующиеся или распоряжающиеся на законных основаниях транспортными средствами, обязаны в установленном порядке зарегистрировать их или изменить регистрационные данные в Государственной инспекции или органах гостехнадзора в течение срока действия регистрационного знака «Транзит» или в течение 10 суток после приобретения, выпуска в соответствии с регулирующими таможенные правоотношения международными договорами и другими актами, составляющими право Евразийского экономического союза, и законодательством Российской Федерации о таможенном деле, снятия с учета транспортных средств, замены номерных агрегатов или возникновения иных обстоятельств, потребовавших изменения регистрационных данных. Юридические и физические лица, за которыми зарегистрированы транспортные средства, обязаны снять транспортные средства с учета в подразделениях Государственной инспекции или органах гостехнадзора, в которых они зарегистрированы, в случае изменения места регистрации, утилизации (списания) транспортных средств либо при прекращении права собственности на транспортные средства в предусмотренном законодательством Российской Федерации порядке.
С 1 января 2021 г. действуют Правила государственной регистрации самоходных машин и других видов техники, утвержденные постановлением Правительства РФ от 21 сентября 2020 г. № 1507.
В силу пункта 49 указанных Правил, владельцы обязаны снять технику с государственного учета, в том числе в случае прекращения права собственности на технику.
В пункте 51 названных Правил указано, что снятие с государственного учета техники в случае ее отчуждения осуществляется органом гостехнадзора на основании заявления прежнего владельца техники о снятии с государственного учета техники по формам, приведенным в приложениях № 1 и № 2 к настоящим Правилам, с приложением документов, удостоверяющих личность заявителя, документов о заключении сделки, направленной на отчуждение техники, паспорта техники (выписки из электронного паспорта техники, представляемой по инициативе заявителя), государственного регистрационного знака и свидетельства о государственной регистрации техники, при условии отсутствия подтверждения государственной регистрации техники за новым владельцем.
Таким образом, приведенными выше положениями предусмотрена регистрация самих транспортных средств, обусловливающая их допуск к участию в дорожном движении. При этом регистрация транспортных средств носит учетный характер и не является обязательным условием для возникновения на них права собственности. ГК РФ и другие федеральные законы не содержат норм, ограничивающих правомочия собственника по распоряжению транспортным средством в случаях, когда это транспортное средство не снято им с регистрационного учета. Отсутствуют в законодательстве и нормы о том, что у нового приобретателя транспортного средства по договору не возникает на него право собственности, если прежний собственник не снял его с регистрационного учета. Данная позиция изложена в Обзоре судебной практики Верховного Суда РФ № 2 (2017), утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 26 апреля 2017 г.; определении Верховного Суда РФ от 26 ноября 2019 г. №5-КГ19-191.
В материалах настоящего дела отсутствуют доказательства, что ФИО3 обращался в органы ГИБДД по вопросу снятия автомобиля с учета в связи с его отчуждением. ФИО4 обратилась в ГИБДД, исходя из имеющихся в деле доказательств лишь в 2022 г., что следует из свидетельства о регистрации ТС, выданного лишь 5 мая 2022 г. (л.д. 235),отметки в ПТС от 5 мая 2022 г. (л.д. 186), также как и заключила договоры ОСАГО в 2022 г. и 2023 г. (л.д. 232, 233-234). На запрос нотариуса органами ГИБДД дан ответ, что собственником ТС значится ФИО3
Кроме того, не представлено доказательств несения бремени содержания спорного имущества, начиная с 16 июля 2020 г., в том числе доказательств оплаты транспортного налога, в том числе за ФИО3 и др. (л.д. 148)
При указанных обстоятельствах представленный в материалы дела договор купли-продажи от 16 июля 2020 г. (копия), сам по себе не может являться доказательством перехода права собственности на спорный по делу автомобиль от ФИО8 к ФИО4
Наряду с изложенным судебная коллегия принимает во внимание, что ФИО4, ссылаясь на приобретение вышеуказанного автомобиля 16 июля 2020 г., т.е. до даты смерти продавца ФИО3, на реальное исполнение договора купли-продажи, в том числе на передачу автомобиля от ФИО3 ФИО4, т.е., утверждая, что с указанной даты стала собственником указанного автомобиля, вместе с тем, совершает действия, противоречащие позиции, занятой по делу, так, 12 августа 2020 г., т.е. уже после смерти ФИО3, обращаясь к нотариусу с заявлением о принятии наследства в интересах несовершеннолетнего сына ФИО1, указала в качестве наследственного имущества этот автомобиль (другое имущество не поименовано) (л.д. 146), что в совокупности с вышеперечисленными доказательствами свидетельствует о правомерности вывода суда первой инстанции об отсутствии реального исполнения договора купли-продажи автомобиля от 16 июля 2020 г. между ФИО3 и ФИО4, следовательно, о том, что автомобиль не был передан ФИО4, соответственно, у нее не возникло право собственности на указанное транспортное средство, поэтому оно является наследственным имуществом ФИО3
При разрешении спора судом первой инстанции были верно определены юридически значимые обстоятельства дела, правильно применены нормы материального и процессуального права, собранным по делу доказательствам дана надлежащая правовая оценка, выводы суда в полной мере соответствуют обстоятельствам дела.
С учетом изложенного судебная коллегия не находит оснований к отмене решения суда по доводам апелляционной жалобы.
Нарушений норм материального и процессуального права, которые привели бы к неправильному разрешению дела, а также предусмотренных частью 4 статьи 330 ГПК РФ, являющихся основанием для безусловной отмены судебного постановления, не установлено.
Руководствуясь статьями 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛ
А:
решение Поворинского районного суда Воронежской области от 2 сентября 2022 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.
Мотивированное апелляционное определение изготовлено 27 июля 2023 г.
Председательствующий:
Судьи коллегии: