Решение по делу № 2-4049/2024 от 30.12.2025 - о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

Дело №2-409/2025

УИД 18RS0003-01-2024-005153-67

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 июня 2025 года г. Ижевск

Октябрьский районный суд г. Ижевска Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Шахтина М.В.,

при секретаре Осипове И.А.,

с участием старшего помощника прокурора Октябрьского района г. Ижевска Шепелевой Т.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ХВР к автономному учреждению здравоохранения Удмуртской Республики «Республиканская стоматологическая поликлиника Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ХВР (далее – истец, работник, ХВР) обратилась в суд исковым заявлением к автономному учреждению здравоохранения Удмуртской Республики «Республиканская стоматологическая поликлиника Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» (далее – ответчик, работодатель, АУЗ УР «РСП МЗ УР») о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

Исковые требования мотивированы тем, что истец ХВР, являясь врачом-стоматологом-терапевтом, более 37 лет состояла в трудовых отношениях с ответчиком АУЗ УР «РСП МЗ УР», выполняя трудовые обязанности в лечебно-профилактическом отделении №5 стоматологической поликлиники №3 по адресу <адрес> по трудовому договору № б/н от 26.06.2002 г. в редакции дополнительного соглашения от 31.07.2020 г.

27.03.2024 г. приказом <номер>-л истец ХВР была уволена по основанию «Истечение срока действия специального права работника (сертификата) на осуществление медицинской деятельности, п. 9 ч. 1 ст. 83 Трудового кодекса Российской Федерации (прекращение трудового договора по обстоятельствам, не зависящим от воли сторон, в связи с истечением срока по действия, приостановление действия на срок более двух месяцев или лишение работника специального права, что повлекло за собой невозможность исполнения работником обязанностей по трудовому договору)».

Истец полагает, что такое увольнение является незаконным в связи со следующим.

Обязательным условием для осуществления медицинской деятельности медицинским работником с 2012 по 2016 годы являлось обладание действующим сертификатом специалиста, выдаваемого сроком на пять лет (п.1 Условий и порядка выдачи сертификата специалиста медицинским и фармацевтическим работникам, утвержденных приказом Министерства здравоохранения РФ от 29.11.2012 г. №982н).

С 01.01.2016 г. процедура сертификации была заменена на аккредитацию специалиста, с 01.01.2021 г. все медицинские работники включены в систему аккредитации (п. 1 ч. 1 ст. 100 Федерального закона от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Согласно ч. 1.1 ст.100 Федерального закона от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ, переход к процедуре аккредитации специалистов осуществляется поэтапно с 01.01.2016 г. по 31.12.2025 г. включительно. При этом, согласно ч. 2 ст. 100 Федерального закона № 323-ФЗ, сертификаты специалиста, выданные медицинским и фармацевтическим работникам до 01.01.2021 г., действуют до истечения указанного в них срока.

В связи с эпидемией коронавируса был введен мораторий, согласно которому сертификаты с истекшим сроком действия считались действительными до 01.07.2022 г. (Приказ Министерства здравоохранения РФ от 22.12.2021 г. № 1179н, п. 1.1 постановления Правительства РФ от 03.04.20202 г. № 440 «О продлении действия разрешений и иных особенностях в отношении разрешительной деятельности в 2020 и 2021 годах»).

Сертификат специалиста <номер> был получен истцом 05.03.2016 г. со сроком действия 5 лет (с учетом моратория до 01.07.2022 г.).

На момент окончания действия моратория работник ХВР находилась на листе временной нетрудоспособности до 07.11.2023 г. По окончании временной нетрудоспособности истцу были предоставлены ежегодный оплачиваемый отпуск и отпуск без сохранения заработной платы, продлившиеся с 08.11.2023 г. по 26.03.2024 г.

В уведомлении об увольнении от 14.03.2024 г. № 315 ответчик предложил истцу перевод на другую работу, не требующую сертификации или аккредитации, по вакансиям администратора регистратуры, уборщика производственных помещений, уборщика служебных помещений, уборщика территории, от которых истец отказался.

27.03.2024 г. работнику ХВР был предоставлен отпуск без сохранения заработной платы. В тот же день истец ХВР была уволена.

Истец ХВР полагает, что ее увольнение произведено с множественными нарушениями закона.

Считает, что увольнение в период отпуска является недопустимым (ч. 6 ст. 81 ТК РФ).

Указывает, что, уволив работника по п. 9 ч. 1 ст. 83 ТК РФ, работодатель нарушил условие расторжения трудового договора, закрепленное в ч. 2 ст. 83 ТК РФ, а именно – не предложил все имеющиеся у него в тот период времени вакансии.

Отмечает, что у ответчика также имелись незакрытые вакансии врачей-стоматологов и врачей-стоматологов-терапевтов, следовательно, работодатель нуждался в медицинских работниках, и в увольнении врача-стоматолога ХВР не было экономического смысла.

Обращает внимание, что работодатель, ответственное лицо отдела кадров достоверно знали о наличии вакансий в АУЗ УР «РСП МЗ УР», но, тем не менее, намеренно умолчали о них, осознанно нарушив трудовые права работника.

Полагает, что по основанию, предусмотренному п. 9 ч. 1 ст. 83 ТК РФ, работодатель увольнять работника также был не вправе, поскольку в настоящий момент закон связывает возможность осуществления медицинской деятельности не со сроком действия сертификата специалиста, а с прохождением аккредитации специалиста (ч. 1 ст. 69 Федерального закона от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ). По итогам прохождения аккредитации исполнение работником обязанностей по трудовому договору возможно, поскольку периодическое повышение квалификации является плановым мероприятием. Срок действия сертификата специалиста истек бы в любом случае. Поскольку в настоящее время при истечении у медицинского работника срока действия сертификата специалиста его продление (либо получение нового) невозможно, истечение срока действия сертификата специалиста не является юридически значимым обстоятельством для продолжения трудовых отношений между истцом и ответчиком, поскольку законом в настоящее время предусматривается прохождение процедуры аккредитации специалиста.

Указывает, что аккредитация специалиста проводится аккредитационной комиссией по окончании освоения лицом профессиональных образовательных программ медицинского образования или фармацевтического образования не реже одного раза в пять лет (ч. 3 ст. 69 Федерального закона от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ).

Истец ХВР отмечает, что вступила в процедуру периодической аккредитации, проводимую для лиц, завершивших освоение дополнительных профессиональных программ медицинского образования или фармацевтического образования – программ повышения квалификации, обеспечивающих непрерывное совершенствование профессиональных знаний и навыков в течение всей жизни, а также постоянное повышение профессионального уровня и расширение квалификации, лиц, имеющих немедицинское образование, стаж работы на должностях медицинских работников более пяти лет и завершивших освоение дополнительных профессиональных программ – программ повышения квалификации в соответствии видом профессиональной деятельности (п. 2 Приказа Минздрава России от 28.10.2022 г. № 709н «Об утверждении Положения об аккредитации специалистов».

Обращает внимание, что о вступлении работника ХВР в процедуру аккредитации ответчику АУЗ УР «РСП МЗ УР» было достоверно известно. У работодателя имеется предусмотренная законом обязанность по проведению повышение квалификации работников, если это является условием выполнения работниками определенных видов деятельности (ч. 4 ст. 196 ТК РФ). Корреспондирующую обязанность пройти повышение квалификации работник ХВР выполнила. Пунктом 2 ч. 1 ст. 72 Федерального закона от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ медицинские работники и фармацевтические работники имеют право на профессиональную подготовку, переподготовку и повышение квалификации за счет средств работодателя в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации. На протяжении пяти лет действия сертификата работник ХВР прошла неоднократные курсы и образовательные программы, набрав необходимое количество баллов непрерывного медицинского образования. Более того, обучение на курсах в институте профессионального образования «Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования Красноярский государственный медицинский университет им. проф. В.Ф. Войно-Ясенецкого Минздрава России» в период с 23.03.2020 г. по 30.03.2020 г. было оплачено работником за свой счет. Для прохождения аккредитации работник ХВР составила отчет о профессиональной деятельности (портфолио, предусмотренное п. п. 83, 103 положения № 709н) и 06.03.2024 г. направила работодателю для согласования. Работодателем отчет о профессиональной деятельности был утвержден 22.03.2024 г. Все дальнейшие шаги по направлению документов в Центральную аккредитационную комиссию Министерства здравоохранения РФ работником ХВР были предприняты: портфолио с приложениями, заявление и другие документы были отправлены через личный кабинет медицинского работника.

Истец ХВР считает, что на момент увольнения не совершила никаких виновных действий, а напротив, ожидала успешного прохождения аккредитации специалиста.

Указывает, что согласно срокам, установленным Положением № 709н, прохождение периодической аккредитации занимает до трех недель.

Отмечает, что ситуация, в которой оказывается работник в период между окончанием срока сертификата и получением аккредитации, была предметом рассмотрения Федеральной службы по труду и занятости (Роструд). Позиция ведомства по данному вопросу заключается в том, что недопуск медицинского работника к осуществлению медицинской деятельности в связи с наступлением срока подтверждения его соответствия требованиям к осуществлению медицинской деятельности по определенной медицинской специальности, в то время как работодатель не обеспечил его профессиональную подготовку, переподготовку или повышение квалификации, необходимые для прохождения периодической аккредитации, следует квалифицировать как простой по вине работодателя. Работодатель обязан направить работника на повышение квалификации и аккредитацию.

Истец ХВР полагает, что ее увольнение по п. 9 ч. 1 ст. 83 ТК РФ является незаконным.

В соответствии с ч. ч. 1, 2 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации, в случае признания увольнения незаконным работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор. Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула.

Полагала, что размер средней заработной платы, исчисленный в соответствии со ст. 139 ТК РФ с учетом всех предусмотренных системой оплаты труда видов выплат, составляет 54 000,00 руб.

Неправомерными действиями работодателя АУЗ УР «РСП МЗ УР», по мнению истца, работнику ХВР причинен моральный вред, который подлежит возмещению в денежной форме со стороны работодателя (ст. 237 ТК РФ).

На основании изложенного и ссылаясь на ст. ст. 139, 391, 392, 394 ТК РФ, ст. 151 ГК РФ, ст. ст. 131-132 ГПК РФ, первоначально истец ХВР просила суд восстановить ее на работе в АУЗ УР «РСП МЗ УР» в должности врача-стоматолога-терапевта, взыскать с ответчика АУЗ УР «РСП МЗ УР» в ее пользу сумму заработной платы за время вынужденного прогула с 28.03.2024 г. до рассмотрения спора в суде в размере 54 000,00 руб., сумму компенсации причиненного морального вреда в размере 800 000,00 руб.

В ходе рассмотрения дела стороной истца неоднократно заявлялось об уточнении исковых требований в части заработной платы, подлежащей взысканию за время вынужденного прогула, в итоговой редакции истец ХВР просит суд взыскать с ответчика АУЗ УР «РСП МЗ УР» в ее пользу сумму заработной платы за время вынужденного прогула с 28.03.2024 г. по 16.06.2025 г. (до рассмотрения спора в суде) в размере 624 339,88 руб., указать в решении суда о НДФЛ по ставке 13% в размере 81 164,18 руб., который требуется удержать с общей суммы оплаты вынужденного прогула и НДФЛ в размере 705 504,06 руб. (624 339,88 руб. + 81 164,18 руб.).

Определением Октябрьского районного суда г. Ижевска от к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Министерство здравоохранения Удмуртской Республики (далее – МЗ УР).

Истец ХВР в судебное заседание не явилась, о времени, дате и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, ранее просила рассмотреть дело в ее отсутствие, с участием ее представителей, заявленные исковые требования поддерживала в полном объеме.

Представители истца ХВР – ХРТ и ЖДН, действующие на основании доверенности, в судебном заседании на удовлетворении исковых требований в итоговой редакции настаивали.

В ходе судебного разбирательства сторона истца представила письменные пояснения и отзыв на возражения ответчика, в которых указывает на следующее.

Истец ХВР постоянно занимается самообразованием, совершенствуется в профессиональном мастерстве и дорожит полученным опытом работы, знаниями и умениями.

В соответствии с Концепцией развития непрерывного медицинского и фармацевтического образования в Российской Федерации на период до 2021 года, непрерывное медицинское и фармацевтическое образование (далее – непрерывное образование или НМФО) осуществляется в том числе и через индивидуальную познавательную деятельность («самообразование»). Медицинский работник совместно с работодателем определяет траекторию своего образования, в котором юридические основы профессии врача занимают свое важное место.

Истцом ХВР тщательно изучена диссертация на тему «Современный трудоправовой статус медицинского работника и его особенности» (ФИО1, СПбГУ 2017). Одним из главных итогов исследования становится вывод, что медицинский работник является таковым только находясь в трудовых отношениях с медицинской организацией. Потому получение аккредитации медицинским работником важно не только ему самому, но также и работодателю, несущему свою долю ответственности и заинтересованности в продолжении медицинской деятельности, на осуществление которой ему выдана лицензия, поскольку именно медицинские работники обеспечивают медицинскую деятельность, осуществляемую медицинской организацией.

В соответствии с частью 1 статьи 69 Федерального закона от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», право на осуществление медицинской деятельности в Российской Федерации имеют лица, получившие медицинское или иное образование в российских организациях, осуществляющих образовательную деятельность и прошедшие аккредитацию специалиста.

Считает, что без получения периодической аккредитации медицинский работник временно не может работать врачом, однако продолжает иметь диплом о высшем медицинском образовании как неотъемлемую часть права.

Лицо считается прошедшим аккредитацию специалиста с момента внесения данных о прохождении лицом аккредитации специалиста в Единую государственную информационную систему в сфере здравоохранения, за исключением отдельных категорий лиц (ч. 3.1 ст. 69 Закона № 323-ФЗ).

Аккредитация специалиста – процедура определения соответствия лица, получившего медицинское, фармацевтическое или иное образование, требованиям к осуществлению медицинской деятельности по определенной медицинской специальности либо фармацевтической деятельности. Аккредитация специалиста проводится аккредитационной комиссией по окончании освоения им профессиональных образовательных программ медицинского образования или фармацевтического образования не реже одного раза в пять лет (ч. 3 ст. 69 Федерального закона № 323-ФЗ).

Пунктом 2 ч. 1 ст. 72 Федерального закона № 323-ФЗ медицинские работники имеют право на профессиональную подготовку, переподготовку и повышение квалификации за счет средств работодателя в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации.

Согласно части четвертой статьи 196 Трудового кодекса Российской Федерации, в случаях, предусмотренных федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, работодатель обязан проводить профессиональное обучение или дополнительное профессиональное образование работников, если это является условием выполнения работниками определенных видов деятельности.

Пунктом 8 части 1 статьи 79 Федерального закона № 323-ФЗ установлена обязанность медицинской организации обеспечивать профессиональную подготовку, переподготовку и повышение квалификации медицинских работников в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации.

В случаях, предусмотренных федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, работодатель обязан проводить профессиональное обучение или дополнительное профессиональное образование работников, если это является условием выполнения работниками определенных видов деятельности (в том числе медицинской).

Недопуск медицинского работника к осуществлению медицинской деятельности в связи с наступлением срока подтверждения его соответствия требованиям к осуществлению медицинской деятельности по определенной медицинской специальности, в то время как работодатель не обеспечил его профессиональную подготовку, переподготовку или повышение квалификации, необходимые для прохождения периодической аккредитации, следует квалифицировать как простой по вине работодателя.

Согласно ч. 3 ст. 72.2 ТК РФ под простоем понимается временная приостановка работы по причинам экономического, технологического, технического или организационного характера. Истечение срока действия сертификата медицинского работника, временной разрыв в получении аккредитации специалиста относится к организационным причинам приостановки работы. Именно под такое определение подходит ситуация, допущенная в случае, если медицинский работник не успел день в день подтвердить свое право заниматься медицинской деятельностью по причинам, от него не зависящим.

Работодатель обязан направить работника на повышение квалификации за счет работодателя и аккредитацию. До момента направления работника на обучение работодатель должен объявить для работника простой по вине работодателя и начислить компенсацию за период простоя по вине работодателя в размере не меньше среднемесячного заработка.

Процедура аккредитации состоит, в том числе из подготовки портфолио, в который включается отчет о работе с внесением статистической информации, которую работник должен получить у медицинских статистов медицинской организации, произвести расчет и анализ статистических данных за предшествующий период работы, получить копии документов о повышении квалификации в отделе кадров, согласовать отчет у главного врача.

Считает, что ссылка работодателя на то, что повышение квалификации им обеспечена, является лишь необходимой частью периодической аккредитации, но тем аккредитация (повышение квалификации в широком смысле) не исчерпывается, участие работодателя необходимо и далее, до полного сбора портфолио работника, таков смысл разъяснений Роструда в правовое обоснование простоя.

Полагает, что работодателю следует соблюдать нормы трудового права, увольнение работника ХВР в такой ситуации является незаконным. Процедура сертификации медицинских работников заменена аккредитацией, истечение срока действия сертификата специалиста не влечет за собой невозможность исполнения работником обязанностей по трудовому договору, срок действия сертификата специалиста закончится у всех медицинских работников, его продление (либо получение нового) невозможно, это не является поводом для прекращения трудовых отношений и увольнения по п. 9 ч. 1 ст. 83 ТК РФ – прекращение трудового договора по обстоятельствам, не зависящим от воли сторон, в связи с истечением срока действия специального права работника (сертификата) на осуществление медицинской деятельности, иначе пришлось бы увольнять всех медицинских работников, потому что у них закончился срок действия сертификата специалиста. Формулировка оснований увольнения, указанная работодателем, не соответствует текущему законодательству, требующему наличия аккредитации специалиста для работы врачом, сменившей процедуру сертификации. После окончания срока действия сертификата специалиста работник ХВР продолжала находиться в трудовых отношениях с работодателем, являться его работником, имеющим диплом о высшем медицинском образовании, право на осуществление медицинской деятельности не утратила, а лишь временно не могла заниматься медицинской деятельностью до завершения процедуры начатой аккредитации.

Считает, что истец ХВР сделала все от нее зависящее и приложила усилия для того, чтобы периодическая аккредитация была получена.

Утверждает, что истец ХВР не смогла получить аккредитацию вслед за сертификатом, потому что это было физически невозможно. По ряду обстоятельств работник ХВР не получила аккредитацию вслед за истечением срока действия сертификата специалиста, среди которых мораторий, наложенный на получение аккредитации в период пандемии коронавирусной инфекции. В связи с эпидемией коронавируса был введен мораторий, согласно которому сертификаты специалиста с истекшим сроком действия считались действительными до 01.07.2022 г. (Приказ Министерства здравоохранения от 14.04.2020 г. №327н, п.1.1 постановления Правительства РФ от 03.04.2020 г. № 440 «О продлении действия разрешений и иных особенностях в отношении разрешительной деятельности в 2020 и 2021 годах», п.4 приказа Министерства здравоохранения РФ № 58н от 08.02.2021 г., Приказ Министерства здравоохранения РФ от 22.12.2021 г. № 1179н).

Указывает, что после 01.07.2022 г. завершить аккредитацию истец ХВР не смогла, потому что к этому периоду времени являлась временно нетрудоспособной, а также воспользовалась законным правом на отпуск, в эти периоды работник свободен от работы, требуя, чтобы его работник получал аккредитацию в периоды, когда он не может трудиться или свободен от работы, работодатель нарушает трудовое законодательство.

Отмечает, что во время отпуска, независимо от его вида, работник свободен от исполнения трудовых обязанностей, время отдыха он может использовать по своему усмотрению (ст. 106, ст. 107 ТК РФ). По нормам трудового законодательства невозможно требовать от работника выполнения действий, направленных на получение аккредитации, в период отпуска (в том числе и без сохранения заработной платы), поскольку повышение квалификации, получение аккредитации специалиста необходимо для выполнения работником определенных видов деятельности. Работодатель оказывал неправомерное давление на работника, указывая в уведомлении об увольнении, что отпуск предоставлен истцу «для решения вопросов аккредитации», хотя отпуск предназначается для ежегодного отдыха трудящегося, во время которого работник от работы освобожден. Неисполнение требования работодателя предоставить данные о прохождении периодической аккредитации в период нахождения работника в отпуске не может служить основанием для его увольнения. Работодатель обязан направить работника на повышение квалификации и аккредитацию, в том числе по выходу из отпуска.

Обращает внимание, что, подчиняясь давлению со стороны работодателя, работник ХВР была вынуждена задвинуть свои законные интересы в угоду экономическим интересам работодателя АУЗ УР «РСП МЗ УР», требующего заниматься аккредитацией от болеющего и отдыхающего работника. Работодатель также давил на медицинские организации, занимавшиеся лечением работника, требуя проверок обоснованности выдачи листов нетрудоспособности. Экспертиза временной нетрудоспособности проведена на законных основаниях, нет причин оспаривать обоснованность ее проведения и выдачи больничных листов. Работодатель сам предоставлял работнику такие условия труда, которые привели к образованию заболеваний, их хронизации и частым обострениям, заболевания были достаточно серьезны для стационарного наблюдения и лечения, истец находился на стационарном лечении в РОКБ и РКЦПЗ.

Отмечает, что для оформления отчета о профессиональной деятельности аккредитуемого и подачи необходимых документов для получения периодической аккредитации работник должен был появиться на работе, но ХВР была сначала на больничном, а потом в отпуске, то есть свободна от работы, заниматься процедурой аккредитации ей пришлось в свое личное время.

Отмечает, что на последнее профессиональное обучение работодатель направил работника в апреле 2021 года, удостоверение о повышении квалификации ООО «Многопрофильный Учебный Центр Дополнительного профессионального образования «Образовательный стандарт»» (регистрационный номер 04/21-У50754) о прохождении курсов предоставило лишь в феврале 2024 года, чем несвоевременно выполнило свою обязанность.

Согласно п. 101 Положения об аккредитации специалистов, утвержденного Приказом Минздрава России от 28.10.2022 г. № 709н «Об утверждении Положения об аккредитации специалистов», периодическая аккредитация включает в себя один этап – оценку портфолио.

Пунктом 89 определен перечень документов, представляемых для прохождения периодической аккредитации, который включает в том числе копии документов об образовании и о квалификации, подтверждающих сведения об освоении программ повышения квалификации за отчетный период, и портфолио.

Пункт 103 раскрывает состав портфолио, в которое включен отчет о профессиональной деятельности аккредитуемого, содержащий результаты работы в соответствии с выполняемой трудовой функцией за отчетный период. Форма отчета представлена в Приложении № 5. Для составления отчета о профессиональной деятельности, включая анализ профессиональной деятельности за отчетный период, работник должен получить статистические данные от своего работодателя, поскольку доступ к данным Единой государственной информационной системы в сфере здравоохранения (ЕГИСЗ) в указанной части имеет только работодатель. Составленный отчет согласовывается руководителем медицинской организации, в чем работник также зависит от взаимодействия с работодателем (п.104).

Указывает, что в уведомлениях о необходимости прохождения аккредитации работодатель ни разу не разъяснил порядок ее прохождения, не предоставил сведения, необходимые для составления отчета о профессиональной деятельности, то есть работодатель не создал необходимые условия для совмещения работы с получением образования (прохождением аккредитации).

Считает, что самостоятельное формирование портфолио не означает независимость медицинского работника от медицинской организации, в которой он работает. Работодатель АУЗ УР «РСП МЗ УР» предоставил данные для составления отчета о профессиональной деятельности лишь 16.02.2024 г., поэтому работник ХВР направила отчет для согласования работодателем 06.03.2024 г. Руководитель медицинской организации утвердил отчет о профессиональной деятельности лишь 22.03.2024 г., после чего в тот же день работник направил документы в Центральную аккредитационную комиссию Министерства здравоохранения РФ (ЦАК) через личный кабинет медицинского работника на сайте Федерального регистра медицинских работников (ФРМР).

Указывает, что дисциплинарного проступка, то есть неисполнения или ненадлежащего исполнения работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работник ХВР не совершала, дисциплинарное взыскание на работника ХВР не налагалось.

Полагает, что виновных действий по образованию простоя истец ХВР не совершала, поскольку в период отпуска и периода временной нетрудоспособности с 01.07.2022 г. по 26.03.2024 г. имела право не заниматься вопросами службы. Тем не менее, работник ХВР выполнила все действия по получению аккредитации, сформировала портфолио, отправила его в Центральную аккредитационную комиссию. Сроки проверки портфолио от работника не зависят.

Указывает, что работодателю АУЗ УР «РСП МЗ УР» было достоверно известно о вступлении работника в процедуру аккредитации, поскольку отчет о профессиональной деятельности утвержден самим главным врачом КСВ, работодатель внес сведения о ХВР в ФРМP в полном объеме, обеспечив таким образом истцу дистанционную подачу документов на аккредитацию через электронный кабинет Федерального регистра медицинских работников (ФРМР), чем частично исполнил свою обязанность. Работодатель, согласовав отчет, знал, что на этом портфолио собран и что для прохождения аккредитации нужно загрузить его в электронный кабинет и отправить в аккредитационную комиссию, что и было сделано истцом. Однако после подачи ХВР документов (портфолио), ответчик удалил сведения о ней из электронного кабинета, создав тем самым препятствия для прохождения аккредитации. Работодатель для работника на портале ФРМР является администратором, по собственному желанию и усмотрению вносит данные о работнике, когда это ему удобно, также по собственному желанию редактирует данные и удаляет, преследуя в этом деле коммерческий интерес. При этом ни согласие, ни уведомления об этом работник от работодателя не получает.

Обращает внимание, что работник ХВР сообщила работодателю о направлении портфолио (истец приходила в отдел кадров 27.03.2024 г., направила заявление о предоставлении отпуска и другие документы).

Отмечает, что при отправке документов на аккредитацию через личный кабинет ФРМР, получение фиксированного уведомления об их приеме не предусмотрено, медицинский работник получает лишь всплывающее уведомление об успешном результате действий по отправке портфолио. Ввиду отмеченных особенностей функционирования личного кабинета на сайте ФРМР, работник мог сообщить об отправке портфолио в ЦАК лишь в устной форме, без письменного подтверждения, чем неправомерно воспользовался работодатель.

Полагает, что работодатель произвел увольнение при наличии достоверных сведений и фактов о вступлении работника ХВР в финальную стадию периодической аккредитации и ожидании ее успешного прохождения. При этом работодателю было известно о корректном составлении портфолио, что является залогом успешного прохождения аккредитации, поскольку периодическая аккредитация включает в себя один этап – оценку портфолио (п.101). Направление портфолио, по мнению стороны истца, означает, что через короткий срок работник сможет продолжить профессиональную деятельность, избавляться от работника нет необходимости.

В возражениях ответчика указана недостоверная информация, что удостоверение о курсах повышения квалификации в ФГБОУ ВО «Красноярский государственный медицинский университет» МЗ РФ в период с 23.03.2020 г. по 30.03.2020 г. не было направлено работодателю, опровергается тем, что на заверенной копии этого удостоверения о повышении квалификации в г. Красноярск стоит печать и подпись начальника отдела кадров БЕА

В возражениях ответчик без оснований полагает, что работник сознательно затягивал процесс прохождения аккредитации ввиду нежелания работать. Это домысливания, не имеющие ничего общего с реальностью, работник ХВР нацелена на продолжение своей профессиональной деятельности.

Указывает, что работодатель не отстранил работника ХВР от работы, не предложил все имевшиеся у него вакансии (в том числе секретаря, специалиста по закупкам, специалист по кадрам, статиста, санитара, кастелянши и др.), никак не обосновав причины, по которым данные вакансии не могут быть предложены истцу, не предложил предоставить дополнительные документы об образовании, в том числе о повышении квалификации. Между тем, у истца имеется опыт работы секретарем в школе № 70 г. Ижевска в 1979 году, не отраженный в трудовой книжке, истец могла бы работать секретарем.

Из информационного письма ФКУ УР «Республиканский центр занятости населения «Центр занятости населения города Ижевска и Завьяловского района» о наличии дополнительных вакансий от 03.05.2024 г. по вакантным рабочим местам в АУЗ УР «РСП МЗ УР» в период с 19.03.2024 г. по 03.05.2024 г., копии протокола осмотра доказательств в сети Интернет, выполненного нотариусом, следует, что у работодателя АУЗ УР «РСП МЗ УР» имелась вакантная должность «заведующий хозяйством» в период с 19.03.2024 г. до 04.05.2024 г., которую не была предложена истцу для перевода на другую должность в период возможного отстранения от работы врачом-стоматологом.

Отмечает, что согласно требованиям трудового законодательства, работодатель должен был предложить все существующие на предприятии вакансии, независимо от их количества и качества, что им сделано не было. Непредоставление для ХВР всех наличествующих вакансий подтверждает нарушение права работника с ознакомлением со всеми вакансиями, имеющимися для перевода на другую должность в период возможного отстранения от работы врачом-стоматологом (не требующими наличия аккредитации медицинского работника).

Считает увольнение несправедливым, потому что истец ХВР готовилась к этой аккредитации, предприняла со своей стороны все от нее зависящее.

Указывает, что известие об увольнении неприятно поразило истца, возникшая жизненная ситуация неблагоприятно повлияла на самочувствие ХВР, она потеряла любимую работу, которой отдала более 37 лет моей жизни, лишилась коллектива, привычного места работы, потеря работы лишила ее статуса, круга общения, материального достатка и качества жизни.

Отмечает, что причиненный истцу незаконным увольнением моральный вред выразился в испытанных ХВР нравственных и физических страданиях, после ее увольнения истец сильно эмоционально переживает, испытывает душевный дискомфорт, постоянное нервное напряжение, находится в подавленном состоянии, не может расслабиться, нормально отдохнуть, у нее пропал аппетит, появилась хроническая раздражительность, усталость, нервозность, нарушился сон, он стал коротким, поверхностным, прерывистым со страхами и неприятными сновидениями, истец ХВР опустошена и разбита. После полученного решения об увольнении от работодателя у работника ХВР ухудшилось самочувствие от переживаний, ей пришлось обратиться к врачу-неврологу, поскольку болела и кружилась голова, заболела шея и спина, заклинило сустав правой руки, проявление болезненных симптомов произошло на фоне подавленного настроения, связанного с неправомерными действиями работодателя.

Просит признать увольнение истца незаконным и удовлетворить исковые требования в полном объеме.

Представители ответчика АУЗ УР «РСП МЗ УР» АОН и ЩЕА, действующие на основании доверенностей, в судебном заседании исковые требования не признали, просили в удовлетворении требований отказать.

В ходе судебного разбирательства стороной ответчика представлены письменные возражения относительно исковых требований, согласно которым ответчик полностью не согласен с предъявленными исковыми требованиями по следующим обстоятельствам и основаниям.

Считает, что выводы истца о том, что увольнение является незаконным, поскольку сертификат специалиста <номер> был получен работником 05.03.2016 г. со сроком действия 5 лет, который с учетом моратория по COVID-19 действовал до 01.07.2022 г., истечение срока действия сертификата специалиста не является юридически значимым обстоятельством для продолжения трудовых отношений между истцом и ответчиком, увольнение в период отпуска является недопустимым, работодатель не обеспечил профессиональную подготовку истца, переподготовку или повышение квалификации, ошибочны, основаны на неправильном толковании норм права, искажении фактических обстоятельств, неверном понимании правового статуса медицинского работника, непрерывного медицинского образования, а также фактических обстоятельств и юридических оснований допуска истца к осуществлению медицинской деятельности.

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 100 Федерального закона от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее – Закон №323-ФЗ), право на осуществление медицинской деятельности в Российской Федерации имеют лица, получившие медицинское или иное образование в Российской Федерации и имеющие сертификат специалиста.

Согласно ч. 2 ст. 100 Закона №323-ФЗ сертификаты специалиста, выданные медицинским и фармацевтическим работникам до 1 января 2021 года, действуют до истечения указанного в них срока.

Согласно ч. 1 ст. 69 Закона №323-ФЗ право на осуществление медицинской деятельности в Российской Федерации имеют лица, получившие медицинское или иное образование в Российской Федерации в соответствии с федеральными государственными образовательными стандартами и имеющие свидетельство об аккредитации специалиста.

При этом согласно ч. 1.1 ст. 100 Закона №323-ФЗ переход к процедуре аккредитации специалистов осуществляется поэтапно с 1 января 2016 года по 31 декабря 2025 года включительно.

Указывает, что ХВР подтверждает в исковом заявлении, что срок действия ее сертификата специалиста по специальности «Стоматология терапевтическая» <номер> от 05.03.2016 г. (действовал в течении 5 лет) истек 05.03.2021 года, а с учетом введенного моратория в период распространения COVID, п. 4 приказа Минздрава России № 58н от 08.02.2021 г. о продлении действия сертификатов на 12 месяцев, сертификат специалиста ХВР утратил силу 01.07.2002 г. Следовательно, ХВР уже на момент подачи жалобы в Федеральную службу по труду и занятости Государственной инспекции труда в Удмуртской Республике 10.06.2021 г. осознавала, что для допуска к осуществлению медицинской деятельности она, согласно ч.1 ст. 69 Закона №323-ФЗ, обязана до 01.07.2022 г. пройти аккредитацию и предоставить работодателю соответствующее свидетельство. Таким образом, ХВР осознавала, что фактически уже с 01.07.2022 г. утратила право на осуществление медицинской деятельности.

Обращает внимание, что фактически в иске ХВР подтверждает тот факт, что на протяжении пяти лет действия сертификата работник прошел неоднократные курсы и образовательные программы, набрав необходимое количество баллов непрерывного медицинского образования.

В соответствии с ч. 2 ст. 10 Федерального закона от 29.12.2012 г. № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» (далее – Закон об образовании), образование подразделяется на общее образование, профессиональное образование, дополнительное образование и профессиональное обучение, обеспечивающие возможность реализации права на образование в течение всей жизни (непрерывное образование).

Согласно ст. ст. 12.2, 13 Закона об образовании, при реализации образовательных программ используются различные образовательные технологии, в том числе дистанционные образовательные технологии, электронное обучение, определяются сетевые формы реализации образовательных программ организациями, осуществляющими образовательную деятельность, устанавливается для определения структуры профессиональных образовательных программ и трудоемкости их освоения применение системы зачетных единиц как унифицированных единиц измерения трудоемкости учебной нагрузки обучающегося, включающую в себя все виды его учебной деятельности, предусмотренные учебным планом (в том числе аудиторную и самостоятельную работу), практику.

В соответствии с Концепцией развития непрерывного медицинского и фармацевтического образования в Российской Федерации на период до 2021 года (далее – Концепция НМФО), утвержденной приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 21 ноября 2017 года № 926, непрерывное медицинское и фармацевтическое образование (далее – непрерывное образование или НМФО) осуществляется через: освоение образовательных программ в организациях, осуществляющих образовательную деятельность («формальное образование»); обучение в рамках деятельности профессиональных некоммерческих организаций («неформальное образование»); индивидуальную познавательную деятельность («самообразование»).

Врач-специалист в настоящее время вправе самостоятельно выбирать систему повышения своей профессиональной квалификации – обучение по программам повышения квалификации или посредством участия в системе непрерывного медицинского и фармацевтического образования (далее – НМФО).

С 2016 года инструментом управления образовательной активностью медицинских работников и учета её результатов является Портал непрерывного медицинского и фармацевтического образования Минздрава России edu.rosminzdrav.ru (далее – Портал), который содержит образовательные элементы, соответствующие всем компонентам НМФО.

Технические средства модернизированного Портала позволяют специалисту обучаться по индивидуальным образовательным траекториям в соответствии с его профилем, состоянием профессиональных знаний и умений и потребностями системы здравоохранения в целом. Основой для формирования образовательных траекторий являются созданные в автоматизированном режиме рекомендации по обучению по разделам и отдельным темам специальности с учетом значимости их освоения (обязательные, рекомендованные и факультативные).

Указывает, что индивидуальную образовательную траекторию в системе НМФО специалист формирует самостоятельно, через свой личный кабинет.

Согласно ч. 4 ст. 196 ТК РФ в случаях, предусмотренных федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, работодатель обязан проводить профессиональное обучение или дополнительное профессиональное образование работников, если это является условием выполнения работниками определенных видов деятельности.

Согласно п. 8 ч. 1 ст. 79 Закона №323-ФЗ, медицинская организация обязана: обеспечивать профессиональную подготовку, переподготовку и повышение квалификации медицинских работников в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации.

Обращает внимание, что с учетом особенностей организации НМФО, указанная обязанность работодателя реализуется с учетом образовательных потребностей самого специалиста, самостоятельно формирующего индивидуальную образовательную траекторию, которые он осуществляет в заявительном порядке через свой личный кабинет.

Отмечает, что основанием для направления работника-специалиста на цикл повышения квалификации является представленная им работодателю заявка, оформленная в личном кабинете Портала НМФО (либо путевка, оформленная образовательной организацией) с указанием сроков обучения и программы обучения.

Указывает, что в настоящее время взаимодействие участников для направления медицинского работника на дополнительное образование по системе НМФО осуществляется в следующем порядке:

- специалист, зарегистрированный на Портале, осуществляет выбор программы из перечня Портала;

- специалист создает предварительную заявку для зачисления на обучение по выбранной им программе;

- специалист согласовывает с руководителем медицинской организации выбранную образовательную программу, образовательную организацию и сроки обучения;

- специалист представляет работодателю заявление о направлении на обучение с приложением предварительной заявки;

- медицинская организация формирует заявку с приложением необходимых документов и направляет в выбранную образовательную организацию;

- работодатель заключает с образовательной организацией договор об образовании на обучение по выбранной образовательной программе.

Обращает внимание, что указанный порядок направления на получение дополнительного профессионального образования был достоверно известен истцу и ХВР сама признает указанное обстоятельство в исковом заявлении, подтверждая факт, что на протяжении пяти лет работник прошел неоднократные курсы.

Указывает, что действительно, на основании заявок, представленных истцом работодателю, работник прошел обучение за счет средств работодателя в суммарном объеме – 72 часа: <дата> - <дата> – в ФГБОУ ВО «ИГМА» МЗ РФ (36 часов) – удостоверение о ПК <номер>; 14.04.2021 г. - 20.04.2021 г. – в ООО МУЦ ДПО «Образовательный стандарт» (36 часов) – удостоверение о ПК №04/21-У50754. Указанные факты заявителем не оспариваются. Иные заявки, либо заявления о направлении на циклы повышения квалификации в адрес работодателя от ХВР не поступали.

Отмечает, что порядок, этапы и содержание периодической аккредитации установлены Положением об аккредитации специалистов, утвержденным приказом Минздрава России от 02.06.2016 года № 334н (действовал до 01.03.2022 г.), а в последующем одноименным положением, утвержденным приказами Минздрава России от 22 ноября 2021 г. № 1081н (действовал до 01.01.2023 г.) и от 28 октября 2022 г. № 709н (действует с 01.01.2023 г. до 01.01.2029 г.) (далее – Положение об аккредитации).

В соответствии с п. 103 Положения об аккредитации – для прохождения аккредитации специалист должен представить сведения об освоении программ повышения квалификации, суммарный срок освоения которых не менее 144 часов, либо сведения об освоении программ повышения квалификации и сведения об образовании, подтвержденные на интернет-портале непрерывного медицинского и фармацевтического образования в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (за исключением сведений об освоении программ повышения квалификации), суммарный срок освоения которых не менее 144 часов, из них не менее 72 часов – сведения об освоении программ повышения квалификации.

Обращает внимание, что у истца имелось два способа для прохождения аккредитации: 1) повышение квалификации: обучение одним или несколькими курсами общим объемом 144 часа, при котором не требуется подтверждение на портале НМФО; 2) повышение квалификации + неформальное образование на портале НМФО, при этом повышение квалификации должно занимать не менее 72 часов, остальные образовательные часы медицинский работник обязан самостоятельно набрать неформальными образовательными активностями, на сайте НМФО для самостоятельного освоения специалисту доступны бесплатные вебинары, интерактивные образовательные модули Федерального центра НМО (ИОМы), семинары.

Указывает, что работодатель обеспечил возможность обучения ХВР по программам повышения квалификации за счет средств работодателя в необходимом суммарном объеме, в соответствии с представленными заявками, оставшиеся часы неформального образования на портале НМФО предусматривают исключительно самостоятельную работу истца в личном кабинете в необходимом объеме, в связи с чем доводы истца, что работодатель не обеспечил работнику профессиональную подготовку, не имеют оснований, работник имеет право обучаться самостоятельно, за счет собственных средств, претензии истца о прохождении ПК за свой счет безосновательны, поскольку работником не была представлена на согласование работодателю заявка на обучение в ФГБОУ ВО «Красноярский государственный медицинский университет» МЗ РФ в период с 23.03.2020 г. по 30.03.2020 г., а также не было направлено удостоверение о прохождении ПК в отдел кадров для внесения и учета его в кадровых программах и в Федеральном регистре медицинских работников (далее – ФРМР).

Считает, что работодатель добросовестно выполнил обязательства, предусмотренные ч. 4 ст. 196 ТК РФ и п. 8 ч. 1 ст. 79 Закона № 323-ФЗ, по отношению к работнику и его вина в не прохождении аккредитации истцом отсутствует.

Полагает, что квалифицировать как простой указанный случай оснований не имеется. Согласно ст. 72.2 ТК РФ простоем признается временная приостановка работы по причинам экономического, технологического, технического или организационного характера. Не прохождение аккредитации работником по его вине не входит в перечень обстоятельств, установленный ст. 72.2 ТК РФ. Работодатель обеспечил повышение квалификации работника в необходимом объеме. Направить работника на аккредитацию работодатель не обязан и не имеет права, так как аккредитация является субъективным правом самого работника и решение о ее прохождении принимает работник самостоятельно.

Указывает, что доводы истца в исковом заявлении о не прохождении аккредитации в срок до 05.03.2021 г. (с учетом моратория до 01.07.2022 г.), в связи с тем, что на момент окончания действия моратория работник находился на листе временной нетрудоспособности до 07.11.2023 г., а работодателю было достоверно известно о вступлении работника в процедуру аккредитации, несостоятельны, основаны на неверном толковании и неправильном понимании фактических и юридических оснований аккредитации медицинского работника.

Согласно ч. 3.1 ст. 69 Закона № 323-ФЗ, лицо считается прошедшим аккредитацию специалиста с момента внесения данных о прохождении лицом аккредитации специалиста в единую государственную информационную систему в сфере здравоохранения. Единую государственную информационную систему в сфере здравоохранения представляет Федеральный регистр медицинских работников (ФРМР).

В соответствии с п. 88 Положения об аккредитации, для прохождения периодической аккредитации специалиста аккредитуемые представляют в Федеральный аккредитационный центр высшего медицинского образования документы, предусмотренные пунктами 89 или 90 настоящего Положения, одним из следующих способов: с использованием федерального регистра медицинских и фармацевтических работников (в личном кабинете специалиста – через портал Госуслуг); почтовым отправлением (в случае, если сведения об аккредитуемом отсутствуют в федеральном регистре медицинских и фармацевтических работников)».

Указывает, что со своей стороны работодатель внес сведения об истце ХВР в ФРМР в полном объеме, обеспечив таким образом истцу дистанционную подачу документов на аккредитацию через кабинет ФРМР.

Согласно п. 91 Положения об аккредитации, уведомление о приеме документов, предусмотренных пунктами 89 и 90 настоящего Положения, направляются Федеральными аккредитационными центрами аккредитуемому с использованием федерального регистра медицинских и фармацевтических работников или по адресу электронной почты, указанному в заявлении (в случае представления документов почтовым отправлением).

Обращает внимание, что ХВР не предоставила работодателю возможности показывать портфолио, показывать результаты обучения в личном кабинете работодателя на портале НМФО В ИТКС «Интернет», работодатель не мог контролировать прохождение аккредитации истцом.

Согласно п. 101 Положения об аккредитации, периодическая аккредитация включает в себя один этап оценку портфолио. Согласно п. 103 Положения, портфолио включает отчет о профессиональной деятельности аккредитуемого, содержащий результаты работы в соответствии с выполняемой трудовой функцией за отчетный период (далее – отчет о профессиональной деятельности); сведения об освоении программ повышения квалификации, суммарный срок освоения которых не менее 144 часов, либо сведения об освоении программ повышения квалификации и сведения об образовании, подтвержденные на интернет-портале непрерывного медицинского и фармацевтического образования в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», суммарный срок освоения которых не менее 144 часов, из них не менее 72 часов – сведения об освоении программ повышения квалификации; мотивированный отказ в согласовании отчета о профессиональной деятельности в случае, предусмотренном пунктом 104 настоящего Положения; заключение профессиональной некоммерческой организации в случае, предусмотренном пунктом 100 настоящего Положения.

Указывает, что истец ХВР состояла в трудовых отношениях с работодателем на основании трудового договора № б/н от «26» июня 2002 г. (в редакции дополнительного соглашения от <дата>) (далее – трудовой договор).

Согласно пункту 2.2.2 трудового договора, работник обязан соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у работодателя, требования по охране труда и обеспечению безопасности труда. Согласно п. 2.1.5 трудового договора, при исполнении должностных обязанностей работник вправе запрашивать, получать и пользоваться информационными материалами и нормативно-правовыми документами, необходимыми для исполнения своих должностных обязанностей (подпункт 2.1.5.3); принимать участие в научно-практических конференциях и совещаниях, на которых рассматриваются вопросы, связанные с его работой (подпункт 2.1.5.4); проходить в установленном порядке аттестацию и (или) аккредитацию, с правом получения соответствующей квалификационной категории (подпункт 2.1.5.5); повышать свою квалификацию на курсах усовершенствования, не реже одного раза в 5 лет (подпункт 2.1.5.6). Согласно подпункту 2.2.8.22 пункта 2.2 трудового договора, работник обязан систематически повышать свою квалификацию.

Согласно абз. 16 п. 4.2 Правил внутреннего трудового распорядка АУЗ УР «РСП МЗ УР», утв. 13.05.2020 г., (далее – ПВТР), с которыми истец был ознакомлен под подпись, работник обязан повышать свой профессиональный уровень путем систематического самостоятельного изучения специальной литературы, специальной информации по своей должности (профессии, специальности), по выполняемой работе. Согласно абз. 17 п. 4.2 ПВТР, работник обязан планировать индивидуальное обучение в форме непрерывного медицинского образования, своевременно информировать работодателя о предстоящем обучении, представлять ему документы о присвоенной по результатам обучения квалификации и самостоятельно обеспечивать готовность к прохождению процедуры аккредитации специалистов (медицинских работников).

Указывает, что федеральное законодательство в сфере образования и охраны здоровья, подзаконные акты Минздрава России, ПВТР АУЗ УР «РСП МЗ УР», а также трудовой договор с истцом предусматривает его обязанность непрерывно повышать свою квалификацию и своевременно предоставлять документы работодателю, подтверждающие аккредитацию, для допуска к осуществлению медицинской деятельности. При этом, медицинский работник обязан самостоятельно определять свою образовательную траекторию, исходя из квалификационных требований, своих предпочтений и способностей. Работодатель не вправе принуждать медицинского работника к выбору индивидуальной образовательной траектории, тем более издавать индивидуальные локальные акты, определяющие его индивидуальную траекторию обучения.

Отмечает, что согласно имеющейся информации ХВР уже на 20.04.2021 года, задолго до окончания срока действия сертификата специалиста – до 01.07.2022 г., прошла необходимый объем обучения не менее 72 часов и имела реальную возможность оформить отчет о профессиональной деятельности аккредитуемого и подать необходимые документы для получения свидетельства об аккредитации до 01.07.2022 г., однако не воспользовалась этой возможностью.

Обращает внимание, что с одной стороны ни положение об аккредитации, ни иные нормативно-правовые акты в сфере НМФО не содержат оснований для признания уважительными причин пропуска сроков аккредитации, при том, что аккредитация осуществляется дистанционно в личном кабинете НМФО. С другой стороны, истец имел реальную возможность с 20.04.2021 года оформить отчет профессиональной деятельности аккредитуемого и подать необходимые документы для получения свидетельства об аккредитации. Из табелей учета использования рабочего времени врача-стоматолога-терапевта АУЗ УР «РСП МЗ УР» ХВР за период с 01.10.2020 г. по 27.03.2024 г. с анализом использования рабочего времени ХВР следует, что в период с 26.10.2020 г. по 06.10.2021 г. ХВР 169 дней являлась на работу. Согласно справке отдела кадров о периодах отсутствия на работе работника в 2021-2024 году за период с 07.04.2021 г. по 27.03.2024 г. ХВР 66 раз открывала больничный лист и не являлась на работу. Начиная с 07.10.2021 г. и по день расторжения трудового договора 27.03.2024 г. ХВР вообще не приступала к трудовой деятельности у работодателя, систематически открывая и закрывая краткосрочные больничные листы 66 раз.

Отмечает, что больничные листы открывались эпизодически и ситуационно, сериями на короткие периоды, с перерывами на выходные и нерабочие праздничные дни, то в государственных учреждениях здравоохранения, то в коммерческих медицинских организациях. При этом причины нетрудоспособности истца связаны с обращениями к врачам-специалистам одного и того же профиля и никак не связаны с нарушения функций организма, влекущими стойкую утрату трудоспособности. Согласно результатам неоднократных периодических медицинских осмотров в центре профпатологии, подтвержденным медицинскими заключениями от 05.08.2021 г. и 25.03.2024 г., у ХВР отсутствовали противопоказания к трудовой деятельности врача-стоматолога-терапевта.

Обращает внимание, что в выходные и нерабочие праздничные дни, новогодние праздники в течении 2 лет подряд ХВР закрывала больничные листы и «выздоравливала».

Отмечает, что в указанные периоды незанятости на работе ХВР, вместо того, чтобы подать необходимые документы для получения свидетельства об аккредитацию <дата>, находила возможности для многократных обращений с различными жалобами и запросами как к работодателю, так и в Минздрав УР, ГИТ УР, Роспотребнадзор УР, Росздравнадзор УР, в УРО Профсоюза работников здравоохранения и др. контролирующие организации. Согласно справке-реестру жалоб, заявлений, запросов в период с 24.02.2021 г. по 29.06.2022 г. ХВР подала более 40 обращений по различным вопросам. Однако никаких обращений об оказании содействия в прохождении аккредитации к работодателю от истца не поступало.

Указывает, что частота в получении больничных и активность истца в подаче жалоб на работодателя увеличились после того, как приказом от 22.09.2021 г. № 1477-л ХВР была привлечена к дисциплинарной ответственности в виде выговора за неоднократное нарушение возложенных на работника трудовых обязанностей, выразившееся в совершении подлога информации о приемах пациентов в 8 случаях, которое могло привести к нарушению прав пациента (п. 6 ч. 1 ст. 16 Закона об ОМС), нарушению прав АУЗ УР «РСП МЗ УР» в виде штрафных санкций со стороны Фонда ОМС за дефекты оформления первичной медицинской документации, нарушению прав ФОМС и неправомерному получению работником доходов в виде денег в соответствии с Положением о выплатах стимулирующего характера работникам АУЗ УР «РСП МЗ УР». Законность применения выговора в отношении ХВР была подтверждена проверкой ГИТ в УР. После получения дисциплинарного взыскания 22.09.2021 г. ХВР, начиная с 07.10.2021 г. и по день расторжения трудового договора 27.03.2024 г. вообще не приступала к трудовой деятельности у работодателя, систематически открывая и закрывая краткосрочные больничные листы 66 раз.

Согласно ч. 3 ст. 17 Конституции РФ, осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. На этой норме базируется принцип недопустимости злоупотребления правом, который в полной мере распространяется и на сферу трудовых отношений (постановление Конституционного Суда РФ от 15.03.2005 № 3-П).

Ссылается на п. 27 постановления Пленум Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. № 2 (далее – Постановление Пленума № 2), в котором указано, что при реализации гарантий, предоставляемых Трудовым кодексом РФ работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом, в том числе и со стороны самих работников, при этом подчеркивается, что работодатель не должен отвечать за неблагоприятные последствия, наступившие вследствие недобросовестных действий со стороны работника. При установлении судом факта злоупотребления работником правом суд может отказать в удовлетворении его иска о восстановлении на работе, поскольку в указанном случае работодатель не должен отвечать за неблагоприятные последствия, наступившие вследствие недобросовестных действий со стороны работника.

Полагает, что вышеуказанные обстоятельства дают основания полагать, что в действии (бездействии) ХВР имеются необходимые и достаточные признаки злоупотребления правом, которые находят подтверждение в следующих фактах:

- работник не приступал к работе непрерывно с 07.10.2021 г. по 27.03.2024 г. (2,5 года);

- работник за период с 07.04.2021 г. по 27.03.2024 г. 66 раз открывал больничные листы эпизодически и ситуационно, сериями на короткие периоды, циклически обращаясь то в государственные учреждения здравоохранения, то в коммерческие медицинские организации;

- работник открывал больничный лист на короткие периоды, обращаясь к медицинским специалистам одного и того же профиля сначала в одной медицинской организации, а на следующий день после закрытия листка нетрудоспособности с заключением о возможности работника приступить к работе - сразу в другой медицинской организации;

- работник обращался за листком нетрудоспособности только в периоды, когда должен был выйти на работу (за исключением выходных и праздничных нерабочих дней), что дает работодателю основания полагать, что листок нетрудоспособности оформлялся работником не в связи с необходимостью обратиться за медицинской помощью, а в связи с намерением работника уклониться от исполнения трудовых обязанностей;

- работник открывал больничный лист на небольшие нормативные сроки (до 14 дней), которые не требуют решения врачебной комиссии;

- работник ни разу не находился на стационарном лечении, что свидетельствует об отсутствии тяжелого состояния и заболевания;

- согласно результатам неоднократных периодических медицинских осмотров в центре профпатологии, подтвержденным медицинскими заключениями от 05.08.2021 г. и 25.03.2024 г., у ХВР отсутствовали противопоказания к трудовой деятельности врача стоматолога-терапевта;

- работник осознавал, что для допуска к осуществлению медицинской деятельности он обязан до 01.07.2022 г. пройти аккредитацию и предоставить работодателю соответствующее свидетельство, в распоряжении истца было достаточно времени с 10.06.2021 г. по 27.03.2024 г. (практически 3 года) для прохождения аккредитации;

- в период с 24.02.2021 г. по 29.06.2022 г. работник подал более 40 обращений по различным вопросам, в то же время не подал документы на аккредитацию специалиста и ни разу не обращался к работодателю за содействием, несмотря на то, что имел достаточно времени и фактическую возможность направить необходимые для аккредитации документы и получить свидетельство об аккредитации вовремя до 01.07.2022 года;

- работник согласно трудовому договору и ПВТР обязан самостоятельно планировать индивидуальное обучение в форме непрерывного медицинского образования, своевременно информировать работодателя о предстоящем обучении, представлять ему документы о присвоенной по результатам обучения квалификации и самостоятельно обеспечивать готовность к прохождению процедуры аккредитации специалистов (медицинских работников).

Полагает, что работник злоупотреблял правом и по своей вине не прошел аккредитацию в установленные сроки.

Считает, что работодатель со своей стороны предпринял необходимую степень заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру трудовых отношений и условиям трудового договора, принял все необходимые меры для надлежащего исполнения работником обязанности по прохождению аккредитации в необходимый срок.

Указывает, что в адрес истца направлялись неоднократные уведомления:

- об окончании действия сертификата специалиста и требовании пройти аккредитацию до окончания действия сертификата 05.03.2022 г. (с учетом моратория до 01.07.2022 г.), необходимости заблаговременно пройти процедуру аккредитации для продолжения осуществления профессиональной деятельности (исх. №224 от 01.03.2022);

- о необходимости предоставления информации о причинах отсутствия на работе от 01.06.2022 №636;

Отмечает, что 07.11.2023 г. по окончании больничного истец совместно с представителем лично обратилась к руководителю МО КСВ в присутствии начальника ОК БЕА, ведущего юрисконсульта АОН, с просьбой дать возможность и время для прохождения аккредитации, утверждая, что у нее не было возможности подать документы в связи с состоянием здоровья и нахождения на листке нетрудоспособности, с чем работодатель также не согласен. Руководителем ответчика было принято решение предоставить максимум возможных вариантов освобождения работника для обеспечения возможности пройти аккредитацию. Для этого работнику были предоставлены: ежегодный оплачиваемый отпуск в количестве 84 календарных дней (приказы № 299-о от 07.11.2023 г., №15-о от 06.02.2024 г.), отпуск без сохранения заработной платы по заявлениям работника общей продолжительностью 28 календарных дней (приказы № 378-к от 07.11.2023 г., № 33-к от 06.02.2024 г.), суммарная продолжительность отпусков составила 112 дней. Истец не предпринял никаких действий для подготовки и подачи документов на аккредитацию. Полагает, что работник в очередной раз злоупотреблял своим правом, и сознательно уклонялся от прохождения аккредитации.

Указывает, что работодатель повторно направил истцу письмо-уведомление (исх. № 100 от 02.02.2024 г.), с которым истец ХВР ознакомлена лично 06.02.2024 г., содержащее информацию о необходимости пройти периодический медицинский осмотр и процедуру аккредитации, с отражением информации о дате ее прохождения в ФРМР до выхода на работу. Истца ознакомили с приказами о предоставлении отпусков в день подачи заявления, и он понимал, что приступить к исполнению трудовых обязанностей должен 27.03.2024 г.

Обращает внимание, что работодатель в третий раз заблаговременно направил истцу письмо-уведомление (исх. № 315 от 14.03.2024), что в случае уклонения ХВР от прохождения медосмотра и прохождения аккредитации, работодатель не имеет права допустить ее к работе в должности врача-стоматолога-терапевта, и в случае отказа работника от перевода на предложенные должности, не требующие наличие специального права, трудовой договор с ХВР будет прекращен по обстоятельствам, не зависящим от воли сторон по п. 9 ч. 1 ст. 83 ТК РФ. Это уведомление получено истцом по почте 25.03.2024 г., представитель истца ХРТ (далее – представитель) ознакомился с содержанием уведомления лично с предоставлением ему копии 21.03.2024 г., а также сам истец ознакомлен с уведомлением повторно 26.03.2024 г. и отказался от перевода на предложенные вакантные должности.

Указывает, что несмотря на неоднократные уведомления о необходимости прохождения аккредитации, дополнительно предоставленное работодателем время (112 дней отпуска), истец со своей стороны не предпринял своевременно никаких действий для получения свидетельства об аккредитации и допуска к работе в занимаемой должности. Истец был обязан до 01.07.2022 г. пройти аккредитацию и предоставить работодателю соответствующее свидетельство. Отчет о профессиональной деятельности, предусмотренный п. 101 Положения об аккредитации, был направлен руководителю ответчика лишь 21.03.2024 г. (а через личный кабинет в ФРМР 22.03.2024 г.), т.е. за 5 дней до дня, когда работник должен был приступить к работе, хотя в исковом заявлении сам истец, ссылаясь на Положение об аккредитации № 709н, утверждает (то есть осознает), что процедура прохождения аккредитации занимает до трех недель.

Полагает, что работник сознательно затягивал процесс прохождения аккредитации ввиду нежелания работать.

Отмечает, что работодателем выполнена обязанность о предоставлении истцу отпуска без сохранения заработной платы, в соответствии со ст. 128 ТК РФ работнику, являющемуся пенсионером по возрасту, на основании заявлений были предоставлены отпуска без сохранения заработной платы в 2023 г. – 14 календарных дней (08.11.2023 г. - 21.11.2023 г., приказ №378-к от 07.11.2023 г.), в 2024 г. – 14 календарных дней (13.03.2024 г. - 26.03.2024 г., приказ №33-к от 06.02.2024 г.). В иных случаях, согласно ст. 128 ТК РФ, продолжительность отпуска без сохранения заработной платы определяется по соглашению между работником и работодателем.

Указывает, что с учетом того обстоятельства, что понятие вины не определено Трудовым кодексом РФ, по аналогии закона допустимо использовать определение вины, установленное статьей 401 ГК РФ, согласно которой лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. С одной стороны, работодатель предпринял необходимую степень заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру трудовых отношений и условиям трудового договора, принял все необходимые меры для надлежащего исполнения работником обязанности по прохождению аккредитации в необходимый срок. С другой стороны, истец, не желая утруждать себя самостоятельным освоением новых образовательных технологий, созданных государством с применением информационно-коммуникационных государственных образовательных сервисов, действую недобросовестно и злоупотребляя правом, пытается возложить вину и ответственность на работодателя, который со своей стороны исполнил все обязательства по предоставлению работнику условий для прохождения аккредитации в необходимый срок.

Отмечает, что 26.03.2024 г. (в последний день отпуска) – за день до даты, когда истец должен был приступить к трудовым обязанностям, истец в сопровождении своего представителя явился в отдел кадров, в очередной раз не предоставив при этом документального или иного подтверждения прохождения процедуры аккредитации, либо хотя бы направления документов для её прохождения. В ходе обсуждения, начальником отдела кадров БЕА ХВР в присутствии ее представителя было повторно доведено содержание уведомления от 14.03.2024 г. исх. №315, ранее полученного истцом по почте 25.03.2024 г. и представителем 21.03.2024 г., с предложением ХВР вакантных должностей, в соответствии с требованиями ст. 83 ТК РФ, которые работник мог выполнять в соответствии со своей квалификацией и состоянием здоровья, до момента прохождения аккредитации, дающей ему право заниматься медицинской деятельностью. От перевода на вакантные должности ХВР отказалась, о чем собственноручно сделала запись в уведомлении 26.03.2024 г. При этом, в ходе обсуждения вопроса с начальником отдела кадров БЕА в присутствии своего представителя истец неоднократно высказывала сомнения в том, что сможет выполнять должностные обязанности по занимаемой должности врача-стоматолога-терапевта не только по состоянию здоровья, но и по причине невладения современными информационными технологиями учета пациентов, ведения электронной медицинской карты, выдачи электронных больничных листов. В ходе обсуждения вопроса о продолжении трудовой деятельности представитель ХВР, который находился с ней постоянно, оказывал явное психологическое давление на ХВР при принятии ею решения о продолжении работы и переводе на предложенные ей вакантные должности.

Указывает, что 26.03.2024 г. истцом в очередной раз было написано заявление о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы с 27.03.2024 г. по 29.03.2024 г., но главный врач не согласовал его по причине отсутствия оснований для отпуска. При этом, в момент написания заявления ХВР лично и ее представитель были уведомлены, что решение о предоставлении отпуска и количестве дней отпуска будет принято после предоставлению работодателю подтверждений о направлении документов на аккредитацию (скриншота со страницы личного кабинета специалиста в ФРМР, распечатки или скриншотов со страницы электронной почты ХВР, куда были направлены уведомления федерального аккредитационного центра (ФАЦ) о принятии документов к рассмотрению, либо другим возможным способом). Однако, несмотря на договоренности, 27.03.2024 г. ни истец, ни ее представитель на связь с работодателем не вышли, на многократные телефонные звонки начальника ОК БЕА с рабочего телефона на мобильный телефон, указанный ХВР, не отвечали, тем самым проигнорировали требование работодателя о подтверждении своих слов хотя бы о вступлении в процедуру аккредитации, а так же чтобы убедиться, что заявление о предоставлении отпуска согласовано руководителем и издан соответствующий приказ.

Полагает, что работник, не имея достоверной информации о предоставлении ему отпуска, то есть наличия у него уважительных причин для отсутствия на работе 27.03.2024 г., не явился на работу (что можно рассматривать как «прогул»), и не предпринял никаких попыток выяснить имеются ли у него основания для отсутствия на работе.

Считает, что работник вводил его в заблуждение о своих намерениях приступить к трудовым обязанностям, о датах направления документов на аккредитацию, и в очередной раз злоупотреблял правом отсутствия на работе.

Указывает, что трудовой договор с ХВР был прекращен 27.03.2024 г. по обстоятельствам, независящим от воли сторон, в связи с истечением срока действия специального права, что повлекло за собой невозможность исполнения работником обязанностей по трудовому договору (п. 9 ч. 1 ст. 83 ТК РФ).

Отмечает, что решение о предоставлении ХВР отпуска без сохранения заработной платы в количестве 1 дня 27.03.2024 г. было принято руководителем исходя из следующего:

- по общему правилу день увольнения считается последним рабочим днем увольняемого сотрудника независимо от причины расторжения трудового договора (ч. 3 ст. 84.1 ТК РФ);

- работодатель не имел права допустить работника к исполнению обязанностей 27.03.2024 г. ввиду отсутствия у него аккредитации, но предоставил работнику время для возможности подтвердить хотя бы факт подачи документов для прохождения аккредитации;

- работодатель в очередной раз пошел навстречу работнику, не применив процедуру увольнения в дисциплинарном порядке (за прогул), несмотря на то, что работник полностью проигнорировал просьбу начальника ОК о предоставлении информации, подтверждающей факт подачи документов, а также быть на связи с представителем работодателя для подтверждения наличия у работника законных оснований для отсутствия на работе 27.03.2024 г.

Обращает внимание, что статья 81 ТК РФ запрещает увольнение работника по инициативе работодателя (за исключением случая ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем) в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске, однако трудовой договор с ХВР не был расторгнут по инициативе работодателя, а прекращен по обстоятельствам, не зависящим от воли сторон, что в соответствии со ст. 83 ТК РФ не содержит ограничений для его прекращения в период отпуска работника.

Указывает, что прекращение трудового договора по основаниям, предусмотренным пунктами 2, 8, 9, 10 или 13 части первой ст. 83 ТК РФ, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

Отмечает, что работодателем были соблюдены требования ст. 83 ТК РФ – работнику были предложены вакантные должности, работа на которых не требует сертификации или аккредитации, т.е. которую работник мог выполнять в соответствии со своей квалификацией и состоянием здоровья до момента прохождения аккредитации, дающей ему право заниматься медицинской деятельностью (уведомление от 14.03.2024 г. исх. №315).

Обращает внимание, что вакантные на момент прекращения трудового договора с ХВР должности медицинского персонала работодателем не были предложены в связи с отсутствием у ХВР права осуществлять медицинскую деятельность, в виду отсутствия действующего сертификата, либо аккредитации по какой-либо медицинской специальности.

Считает, что требование истца о восстановлении на работе в должности врача-стоматолога-терапевта противоречит закону, поскольку восстановление работника на работе в связи с незаконным увольнением по формальным признакам влечет признание того факта, что на момент прекращения трудового договора работник мог исполнять обязанности в соответствии с трудовым договором, то есть по занимаемой должности, выполняя прежнюю трудовую функцию, но не имел такой возможности в виду нарушения его права.

Указывает, что, согласно позиции Верховного Суда РФ, смысл процедуры восстановления на работе заключается в устранении правовых последствий увольнения путем отмены приказа об увольнении (а не путем издания приказа о восстановлении на работе после вынесения судом соответствующего решения). Указанной позиции придерживаются и Верховные суды субъектов РФ, согласно которой правовой смысл восстановления работника на работе заключается в отмене правовых последствий увольнения и возвращении сторон в то положение, которое имело место до незаконного прекращения трудового договора. Иными словами, работодатель обязан не просто предоставить работнику возможность выполнения тех же обязанностей, что и до увольнения, но и в целом обеспечить исполнение всех тех условий трудового договора, которые действовали на момент его прекращения. На это указывает и Верховный Суд Российской Федерации.

Отмечает, что решение суда о восстановлении работника на работе считается исполненным, если отменен приказ (распоряжение) об увольнении, работник допущен к исполнению прежних трудовых обязанностей (ч. 1 ст. 106 Федерального закона от 02.10.2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»). Оформление восстановления работника в прежней должности осуществляется путем издания приказа (распоряжения) об отмене приказа об увольнении работника, в котором должны быть указаны основание и повод восстановления.

Обращает внимание, что на момент прекращения трудового договора с истцом, работодатель не имел права допустить ХВР к работе в должности врача-стоматолога-терапевта и к исполнению обязанностей, предусмотренных трудовым договором, вследствие прекращения у работника специального права осуществлять медицинскую деятельность (окончание срока сертификата и отсутствие аккредитации), процедура восстановления ХВР на работе противоречит требованиям ч. 1 ст. 69 Федерального закона от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Указывает, что в случае отсутствия у работодателя формальных оснований для прекращения трудового договора с ХВР по пункту 9 части 1 статьи 83 ТК РФ, работодатель был обязан (вынужден) не допускать работника к работе в соответствии со ст. 76 ТК РФ – вследствие приостановления действия на срок до двух месяцев специального права работника (лицензии, права на управление транспортным средством, права на ношение оружия, другого специального права) в соответствии с федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, если это влечет за собой невозможность исполнения работником обязанностей по трудовому договору и если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья.

Отмечает, что согласно ч. 3 ст. 76 ТК РФ в период отстранения от работы (недопущения к работе) заработная плата работнику не начисляется. В данном случае речь идет о недопущении к работе работника, действие специального права которого приостановлено на срок до 2 месяцев, до устранения обстоятельств, явившихся основанием недопущения к работе (ч. 2 ст. 76 ТК РФ).

Обращает внимание, что срок же действия сертификата по специальности «Стоматология терапевтическая», дающего право ХВР выполнять работу в соответствии с трудовым договором, с учетом его продления на основании приказа Минздрава России от 8 февраля 2021 г. № 58н, истек 5 марта 2022 г.

Указывает, что в соответствии с приказом Минздрава России от 23 декабря 2021 г. №1179н «Об особенностях допуска физических лиц к осуществлению медицинской деятельности и (или) фармацевтической деятельности без сертификата специалиста или прохождения аккредитации специалиста и (или) по специальностям, не предусмотренным сертификатом специалиста или аккредитацией специалиста» ХВР могла быть допущена к профессиональной деятельности без прохождения аккредитации до 1 июля 2022 г.

Отмечает, что с момента приостановления права истца осуществлять медицинскую деятельность на момент принятия решения о прекращении трудового договора (с 01.07.2022 г. по 27.03.2024 г.) срок приостановления специального права составил 1 год 8 месяцев 26 дней. У работодателя не имелось достоверных данных о возможном сроке восстановления специального права работника, учитывая намеренное затягивание работником сроков прохождения аккредитации, в данном случае работодатель вправе рассматривать ситуацию как прекращение права по вине работника на неопределенный срок в связи с невозможностью определения срока устранения обстоятельств, явившихся основанием недопущения к работе.

Полагает правомерным применение основания прекращения трудового договора с истцом, предусмотренного пунктом 9 части 1 статьи 83 ТК РФ, учитывая, что работодателем выполнены требования части 2 ст. 83 ТК РФ, предложены все вакантные должности, удовлетворяющие требованиям ст. 83 ТК РФ, от перевода на которые работник отказался.

Считает, что требования истца о выплате среднего заработка за время вынужденного прогула являются необоснованными.

Отмечает, что определения понятия вынужденный прогул ТК РФ не дает. По формальным признакам вынужденный прогул по вине работодателя – это время, в течение которого работник не мог выполнять свои трудовые обязанности по вине работодателя, в связи с чем работник имеет право на выплату среднего заработка за потерянное рабочее время.

Указывает, что, согласно позиции Верховного Суда РФ, обязанность работодателя выплатить заработную плату за время вынужденного прогула наступает одновременно с отменой им приказа об увольнении и восстановлением работника в прежней должности, являясь неотъемлемой частью процесса восстановления на работе.

Обращает внимание, что в данной ситуации речь не может идти об оплате вынужденного прогула в период приостановления специального права работника, повлекшего невозможность исполнения работником обязанностей по трудовому договору, т.к. недопущение работника к работе является обязанностью работодателя, в соответствии с требованиями законодательства и в целях предотвращения негативных последствий для жизни и здоровья населения.

Согласно пп. 3.1 п.3 ст. 69 ФЗ №323, лицо считается прошедшим аккредитацию специалиста с момента внесения данных о прохождении лицом аккредитации специалиста в единую государственную информационную систему в сфере здравоохранения – в Федеральный регистр медицинских работников (далее – ФРМР).

Указывает, что согласно сведениям об аккредитации, внесенным в ФРМР, истец прошёл по специальности «Стоматология терапевтическая» периодическую аккредитацию 23.04.2024 г. (протокол ФГБОУ ДПО РМАНПО Минздрава России от 23.04.2024 г. №276, уникальный номер реестровой записи об аккредитации 7724 031848886).

Отмечает, что возможность исполнения обязанностей по должности врача-стоматолога-терапевта возникла у истца только с 23.04.2024 г., то есть в период с даты прекращения трудового договора (<дата>) до даты восстановления у работника специального права (23.04.2024 г.) работодатель не имел права допустить Х к работе. При этом работодателем были предприняты все возможные меры для предоставления работнику более чем достаточного времени и необходимых условий для устранения причин, послуживших основанием для прекращения трудового договора с ХВР по обстоятельствам, не зависящим от воли сторон.

Полагает, что в данном случае имеет место невозможность исполнения работником обязанностей по трудовому договору, возникшая по вине самого работника.

Считает, что размер суммы выплаты заработной платы за время вынужденного прогула, указанный истцом, не обоснован, поскольку оплата вынужденного прогула производится исходя из размера среднего заработка работника за 12 календарных месяцев, предшествующих началу вынужденного прогула, в соответствии с порядком, зафиксированным в постановлении Правительства РФ «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы» от 24.12.2007 г. № 922, и умножается на количество дней вынужденного прогула. Указывает, что истцом не предоставлен расчет заявленной в иске суммы.

Возражает относительно требований компенсации морального вреда.

Указывает, что, согласно п.12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Отмечает, что ХВР по своей вине не приняла все необходимые меры для надлежащего исполнения работником обязанности по прохождению аккредитации в необходимый срок и утратила права на осуществление медицинской деятельности, вина ответчика отсутствует, расторжение трудового договора осуществлено на законных основаниях.

Обращает внимание, что трудовой договор с истцом был прекращен 27.03.2024 г. по обстоятельствам, независящим от воли сторон, в связи с истечением срока действия специального права, что повлекло за собой невозможность исполнения работником обязанностей по трудовому договору (п. 9, ч. 1 ст. 83 ТК РФ).

Согласно ч. 3 ст. 83 ТК РФ, прекращение трудового договора по основанию, предусмотренному п. 9 ч. 1 ст. 83 ТК РФ, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности.

Согласно ч. 1 ст. 195.1 ТК РФ, квалификация работника – уровень знаний, умений, профессиональных навыков и опыта работы работника.

Указывает, что работодателем были неукоснительно соблюдены требования ст.83 ТК РФ – истцу были предложены вакантные должности, работа на которых не требует сертификации или аккредитации, т.е. работа, которую истец мог выполнять в соответствии со своей квалификацией и состоянием здоровья до момента прохождения аккредитации, дающей ему право заниматься медицинской деятельностью (уведомление от 14.03.2024 исх. №315).

Отмечает, что вакантные на момент прекращения трудового договора с истцом должности медицинского персонала не были предложены истцу в связи с отсутствием у истца права осуществлять медицинскую деятельность, из-за отсутствия действующего сертификата, либо аккредитации по какой-либо медицинской специальности. Также истцу не были предложены вакантные на момент прекращения трудового договора с истцом должности, работа на которых требует наличие такой квалификации работника (уровень знаний, умений, профессиональных навыков и опыта работы), которая у ХВР отсутствовала, а также должности руководящего состава (с более высокими требованиями к квалификации). В силу требований ч. 3 ст. 83 ТК РФ обязанность предлагать вышеуказанные вакантные должности у ответчика отсутствовала.

Считает, что истцом доказательств незаконности увольнения суду в силу статьи 56 ГПК РФ не представлено, в связи с чем в удовлетворении исковых требований о следует отказать.

Просит суд исковые требования ХВР к АУЗ УР «РСП МЗ УР» оставить без удовлетворения.

Третье лицо Министерство здравоохранения Удмуртской Республики, будучи извещенным надлежащим образом о месте, дате и времени судебного заседания, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечило, просило рассмотреть дело в отсутствие его представителя, ранее представило письменное мнение по иску, согласно которому исковые требования не признало, указало на следующее.

В силу положения о Министерстве здравоохранения Удмуртской Республики, утвержденного постановлением Правительства Удмуртской Республики от 20.12.2017 г. № 540, МЗ УР является исполнительным органом государственной власти Удмуртской Республики и не осуществляет медицинскую деятельность, не оказывает медицинскую помощь, не является работодателем для истца.

В соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и Федеральным законом от 12.01.1996 г. № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях», МЗ УР осуществляет функции и полномочия учредителя в отношении АУЗ УР «РСП МЗ УР». Согласно уставу указанной медицинской организации – это юридическое лицо, от своего имени приобретает имущественные и личные неимущественные права и несет обязанности, выступает в качестве истцов и ответчиков в суде в соответствии с законодательством.

Считает увольнение истца ХВР законным.

Указывает, что для получения лицензии на осуществление медицинской деятельности необходимо наличие работников, имеющих соответствующее образование и пройденной аккредитации специалиста или сертификата специалиста по определенной специальности (ст. 69, п. 1 ч. 1 ст. 100 Закона № 323-ФЗ; пп. «в» п. 5 Положения о лицензировании медицинской деятельности № 852). Отсутствие сертификата специалиста допускается у работников на должностях среднего медицинского персонала, допущенных к медицинской деятельности на основании ранее действовавшего порядка, в частности в связи с окончанием двухгодичных курсов медицинских сестер Союза Обществ Красного Креста и Красного Полумесяца СССР, годичных курсов по подготовке медицинских сестер для детских яслей, при условии периодического повышения ими своей квалификации по соответствующим специальностям (Письмо Минздрава России от 08.11.2016 г. № 16-5/2096392).

Отмечает, что для медицинских работников определена процедура, определяющая соответствие лица, получившего установленное образование, требованиям к осуществлению медицинской деятельности по определенной медицинской специальности, именуемая аккредитацией специалиста. По своей сути это экзамен, что подтверждается в том числе этапами ее проведения: тестирование: оценка практических навыков (умений) в симулированных условиях, решение ситуационных задач (п. 69 Положения об аккредитации специалистов, утвержденного приказом Минздрава России от 28 октября 2022 г. № 709н).

Обращает внимание, что статья 76 ТК РФ не предусматривает отстранение от работы в случае отсутствия аккредитации у медицинского работника.

Полагает, что в данном случае работодатель правомерно уволил истицу по п. 9 ч. 1 ст. 83 ТК РФ, т.к. она отказалась от предложенных вакантных должностей и работ.

Отмечает, что, учитывая трудовую деятельность ХВР за период с апреля 2021 года по апрель 2024 года года (справка медицинской организации от 25.06.2024 г.), истица была временно нетрудоспособна (более 60 раз) либо в отпуске, складывается мнение об отсутствии желания работать по специальности в данной медицинской организации. При этом, истица за период с 24.02.2021 г. по 29.06.2022 г. написала и отправила различным адресатам 40 жалоб и заявлений, касающихся её трудовой деятельности и деятельности медицинской организации. Кроме того, истица знала об истечении срока действия сертификата с учетом моратория до 01.07.2022 г., при этом не предприняла действий о получении свидетельства об аккредитации в целях выполнения трудовой функции по специальности в медицинской организации.

Указывает, что о порядке и сроках прохождения аккредитации по запросу истицы Министерством ей были даны письменные разъяснения (письмо от 26.08.2021 г. № 11/02-01/3676).

Отмечает, что доводы об увольнении в период нетрудоспособности истицы не состоятельны.

Указывает, что дата увольнения работника, у которого нет специального права, нормативно не установлена. Она будет определяться, в частности, в зависимости от того, когда наступила дата истечения срока действия сертификата специалиста от 05.03.2016 г. и даты письменного отказа истицы от предложений другой работы.

В соответствии с п. 9 ч. 1 ст. 83 ТК РФ, трудовой договор подлежит прекращению по обстоятельствам, не зависящим от воли сторон, в случае истечения срока действия специального права в соответствии с федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, если это влечет за собой невозможность исполнения работником обязанностей по трудовому договору.

Пунктом 1 ч. 1 ст. 100 Федерального закона от 21.11.2011 г. № 123-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» предусмотрено, что право на осуществление медицинской деятельности в Российской Федерации имеют лица, получившие медицинское или иное образование в Российской Федерации и имеющие сертификат специалиста.

МЗ УР не усматривает нарушения порядка увольнения по п. 9 ч. 1 ст. 83 ТК РФ, считает, что требования о восстановлении истца на работе, заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда не подлежат удовлетворению.

В ходе рассмотрения дела допрошена свидетель БЕА, которая пояснила, что работает в должности начальника отдела кадров АУЗ УР «РСП МЗ УР», истца неоднократно уведомляли о необходимости прохождения аккредитации, на дату увольнения истца сведения об аккредитации сотрудника в Федеральном регистре медицинских работников отсутствовали, срок действия сертификата специалиста истек, сведений о вступлении истца в процедуру аккредитации предоставлено не было, возможности допустить истца к работе без наличия необходимых документов не было, увольнение истца проводилось в соответствии с законодательством РФ, имеющиеся вакансии были предложены истцу, ХВР от предложенных ей вакансий отказалась, вакансия в должности заведующего хозяйством была подана и опубликована на портале «Работа России» в связи с тем, что работник подал заявление об увольнении, на момент увольнения истца указанная должность не была вакантной, работник мог отозвать свое заявление об увольнении вплоть до дня увольнения, кроме того должность заведующего хозяйством требовала опыта работы в сфере хозяйственного обеспечения организации, которого у истца не было.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие неявившихся участников процесса.

Проанализировав материалы дела, принимая во внимание заключение старшего помощника прокурора Октябрьского района г. Ижевска, полагавшего исковые требования не подлежащими удовлетворению, доводы и пояснения участников процесса, показания свидетеля, исследовав и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, установив юридически значимые обстоятельства, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие в Российской Федерации по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, при этом в соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Конституция Российской Федерации провозглашает Россию социальным государством, в котором охраняются труд и здоровье людей, обеспечивается государственная поддержка инвалидов и пожилых людей, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты (статья 7), закрепляет право каждого на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (статья 37, часть 3), право на охрану здоровья и медицинскую помощь (статья 41). Данные конституционные положения конкретизируются в федеральных законах, в том числе в Трудовом кодексе Российской Федерации.

Согласно Конституции Российской Федерации, право на судебную защиту и доступ к правосудию относится к основным неотчуждаемым правам и свободам человека и одновременно выступает гарантией всех других прав и свобод, оно признается и гарантируется согласно общепризнанным принципам и нормам международного права (ст. 17 и 18, ст. 46, ч. 1 и 2 ст. 52).

Из приведенных конституционных положений следует, что правосудие как таковое должно обеспечивать эффективное восстановление в правах и отвечать требованиям справедливости (п. 2 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 5 февраля 2007 г. № 2-П).

Согласно ст. 1 Трудового кодекса Российской Федерации, целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

В числе основных принципов правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений, согласно ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации, - равенство прав и возможностей работников, установление государственных гарантий по обеспечению прав работников и работодателей, осуществление государственного контроля (надзора) за их соблюдением, обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту, обязанность сторон трудового договора соблюдать условия заключенного договора, право работодателя требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей и бережного отношения к имуществу работодателя и право работников требовать от работодателя соблюдения его обязанностей по отношению к работникам, трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Согласно ч. 1 ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовые отношения – отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Трудовые отношения, согласно ч. 1 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации.

Согласно ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать трудовую дисциплину.

Работник имеет право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (------------ Недействующая редакция------------ Недействующая редакция{КонсультантПлюс}" {КонсультантПлюс}" абз. 2 ч. 1 ст. 21------------ Недействующая редакция{КонсультантПлюс}" абз. 2 ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; предоставлять работникам работу, обусловленную трудовым договором ({КонсультантПлюс}" {КонсультантПлюс}" абз. 2{КонсультантПлюс}" абз. 2, 3 ч. 2 ст. 22 ТК РФ).

Часть 1 ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации определяет трудовой договор как соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В соответствии с ст. 129 Трудового кодекса Российской Федерации, заработная плата (оплата труда работника) – вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты). Оклад (должностной оклад) – фиксированный размер оплаты труда работника за исполнение трудовых (должностных) обязанностей определенной сложности за календарный месяц без учета компенсационных, стимулирующих и социальных выплат.

Согласно ст. 135 Трудового кодекса Российской Федерации, заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

В соответствии со ст. 136 Трудового кодекса Российской Федерации, заработная плата выплачивается работнику, как правило, в месте выполнения им работы либо переводится в кредитную организацию, указанную в заявлении работника, на условиях, определенных коллективным договором или трудовым договором. Заработная плата выплачивается непосредственно работнику, за исключением случаев, когда иной способ выплаты предусматривается федеральным законом или трудовым договором. Заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца. Конкретная дата выплаты заработной платы устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена.

В соответствии со ст. 234 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Частью 9 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.), либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В силу ч. 1 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации, в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

В силу статей 56, 57, 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений; доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле; в случае, если сторона, обязанная доказывать свои требования или возражения, удерживает находящиеся у нее их суду, суд вправе обосновать свои выводы объяснениями другой стороны; непредставление ответчиком доказательств и возражений в установленный судьей срок не препятствует рассмотрению дела по имеющимся в деле доказательствам.

Судом установлено и следует из письменных материалов дела, что приказом №223 от 01.09.1986 г. истец ХВР была принята на работу в Муниципальное учреждение здравоохранения Стоматологическая поликлиника №3 Управления здравоохранения Администрации г. Ижевска на должность врача-стоматолога для прохождения интернатуры по терапевтической стоматологии.

Приказом № 237 от 05.08.1987 г. ХВР после окончания интернатуры зачислена на должность врача-стоматолога-терапевта в штат поликлиники.

26.06.2002 г. между МУЗ Стоматологическая поликлиника №3 и ХВР был подписан трудовой договор, согласно которому работник ХВР продолжает работать в лечебном отделении по должности врача-стоматолога терапевта. Дата начала работы <дата> Договор является договором по основной работе. Работник обязан в том числе добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать трудовую дисциплину, выполнять должностную инструкцию (функциональные обязанности), проходить специализацию не реже 1 раза в 5 лет. Работодатель обязан в том числе соблюдать условия трудового договора, предоставлять работу, обусловленную трудовым договором. Настоящий трудовой договор вступает в силу со дня его подписания обеими сторонами.

Согласно п. 10 трудового договора, работнику устанавливается ежемесячный должностной оклад (тарифная ставка) в размере 1 880,00 руб., надбавки и доплаты соответствии с приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации № 377 от 15.10.1999 г. «Об утверждении положения об оплате труда работников здравоохранения», доплата из средств, полученных от предпринимательской деятельности, поощрительные выплаты в соответствии с коллективным договором.

Согласно п. 9 трудового договора, режим рабочего времени по сменному графику.

05.03.2007 г. Муниципальное учреждение здравоохранения Стоматологическая поликлиника №3 Управления здравоохранения Администрации г. Ижевска переименовано в Муниципальное учреждение здравоохранения Стоматологическая поликлиника №3 Управления здравоохранения Администрации города Ижевска, а 16.12.2011 г. - в БУЗ УР «СП №3 МЗ УР», с 13.05.2020 г. реорганизовано путем присоединения к АУЗ УР «РСП МЗ УР».

Приказом № 203-л от 13.05.2020 г. истец ХВР переведена в лечебно-профилактическое отделение № 12 стоматологической поликлиники 3 АУЗ УР «РСП МЗ УР» на должность врача-стоматолога-терапевта.

13.05.2020 г. между АУЗ УР «РСП МЗ УР» и ХВР было подписано дополнительное соглашение к трудовому договору, согласно которому работник осуществляет работу в структурном подразделении работодателя «Стоматологическая поликлиника № 3» в лечебно-профилактическом отделении №12.

31.07.2020 г. между АУЗ УР «РСП МЗ УР» и ХВР подписано дополнительное соглашение, согласно которому работодатель предоставляет работнику работу по должности врач-стоматолог-терапевт, трудовой договор заключается на неопределенный срок, работа у работодателя для работника является основной, при исполнении должностных обязанностей работник вправе в том числе проходить в установленном порядке аттестацию, с правом получения соответствующей квалификационной категории, повышать свою квалификацию на курсах усовершенствования, не реже одного раза в 5 лет, работник обязан в том числе квалифицированно и своевременно исполнять приказы, распоряжения и поручения руководства учреждения, а также нормативно-правовые акты, регламентирующие профессиональную деятельность, систематически повышать свою квалификацию, работодатель имеет право в том числе осуществлять контроль за деятельностью работника и требовать от него добросовестного выполнения должностных обязанностей, предусмотренных настоящим трудовым договором, и обязанностей, предусмотренных законодательством и уставом учреждения, заработная плата работника состоит из должностного оклада, выплат компенсационного и стимулирующего характера, устанавливаемых в соответствии с настоящим трудовых договором, работнику устанавливается оклад по профессионально-квалификационной группе на 1,0 ставку в размере 18 200,00 рублей в месяц, работнику устанавливается сокращенная продолжительность рабочего времени (33 часа в неделю на 1,0 ставку), работник осуществляет трудовую деятельность в режиме пятидневной рабочей недели, с двумя выходными днями: суббота и воскресенье, режим рабочего времени и времени отдыха определяется в соответствии с графиком работы, изменения в трудовой договор, определенные настоящим дополнительным соглашением, вступают в силу с 01.08.2020 г.

С 01.09.2022 г. лечебно-профилактическое отделение № 12 стоматологической поликлиники 3 АУЗ УР «РСП МЗ УР» преобразовано в лечебно-профилактическое отделение № 5.

В соответствии с представленными табелями учета использования рабочего времени врача-стоматолога-терапевта АУЗ УР «РСП МЗ УР» ФИО2 за период с 01.10.2020 г. по 27.03.2024 г., истец была временно нетрудоспособна с 14.10.2020г. по 23.10.2020 г., с 21.11.2020 г. по 30.11.2020 г., с 01.12.2020 г. по 07.12.2020 г., с 07.04.2021 г. по 19.04.2021 г., с 09.06.2021 г. по 18.06.2021 г., с 21.06.2021 г. по 25.06.2021 г., с 28.06.2021 г. по 30.06.2021 г., с 07.10.2021 г. по 30.12.2021 г., с 10.01.2022 г. по 29.07.2022 г., с 01.08.2022 г. по 30.12.2022 г., с 09.01.2023 г. по 17.02.2023 г., с 20.02.2023 г. по 07.03.2023 г., с 09.03.2023 г. по 14.07.2023 г., с 17.07.2023 г. по 29.09.2023 г., с 02.10.2023 г. по 07.11.2023 г., с 05.01.2024 г. по 24.01.2024 г., находилась с ежегодных оплачиваемых отпусках и отпусках без сохранения заработной платы с 08.12.2020 г. по 11.12.2020 г., с 11.01.2021 г. по 24.01.2021 г., с 05.04.2021 г. по 06.04.2021 г., с 20.04.2021 г. по 12.05.2021 г., с 16.08.2021 г. по 29.08.2021 г., с 08.11.2023 г. по 04.01.2024 г., с 25.01.2024 г. по 10.02.2024 г., с 12.02.2024 г. по 22.02.2024 г., с 24.02.2024 г. по 07.03.2024 г., с 09.03.2024 г. по 27.03.2024 г.

01.03.2022 г. ответчик уведомил истца об окончании действия сертификата специалиста с учетом его продления, информировал, что истец ХВР может быть допущена к профессиональной детальности без прохождения аккредитации до 01.07.2022 г., рекомендовал заблаговременно пройти процедуру периодической аккредитации по специальности «Стоматология терапевтическая».

Из материалов дела усматривается, что в период временной нетрудоспособности истца срок действия (с учетом моратория) сертификата специалиста <номер> на право осуществления медицинской деятельности по специальности стоматология терапевтическая, выданный ХВР, истек.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Согласно п. 10 ст. 2 Федерального закона от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», медицинская деятельность – это профессиональная деятельность по оказанию медицинской помощи, проведению медицинских экспертиз, медицинских осмотров и медицинских освидетельствований, санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий и профессиональная деятельность, связанная с трансплантацией (пересадкой) органов и (или) тканей, обращением донорской крови и (или) ее компонентов в медицинских целях.

Согласно ч. 1 ст. 69 и ч. 1 ч. 1 ст. 100 Федерального закона от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», право на осуществление медицинской деятельности в Российской Федерации имеют лица, получившие медицинское или иное образование в российских организациях, осуществляющих образовательную деятельность, и прошедшие аккредитацию специалиста.

Лицо считается прошедшим аккредитацию специалиста с момента внесения данных о прохождении лицом аккредитации специалиста в единую государственную информационную систему в сфере здравоохранения в рамках ведения персонифицированного учета лиц, участвующих в осуществлении медицинской деятельности, в соответствии со статьями 92 и 93 Федерального закона от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Федеральным законом от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» установлен поэтапный переход с 01.01.2016 г. по 31.12.2025 г. от выдачи сертификатов специалистов к процедуре аккредитации специалистов. Сертификаты специалистов, выданные до 01.01.2021 г., действуют до истечения срока в них указанного.

В соответствии со ст. 100 Федерального закона от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», до 01.01.2026 г. право осуществлять медицинскую деятельность также имеют лица, получившие медицинское образование и имеющие действующий сертификат специалиста.

Лицо, не имеющее аккредитацию или сертификат специалиста, признается незаконно осуществляющим медицинскую деятельность. Законом установлена уголовная ответственность лица, незаконно осуществляющего медицинскую деятельность.

В этой связи суд приходит к выводу, что в целях восстановления права на осуществление медицинской деятельности истцу необходимо было пройти периодическую аккредитацию специалиста и предоставить работодателю подтверждающий документ.

Порядок прохождения аккредитации специалиста, в том числе периодической, в настоящее время установлен приказом Минздрава России от 28 октября 2022 г. № 709н «Об утверждении Положения об аккредитации специалистов» (ранее – приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 22 ноября 2021 г. № 1081н «Об утверждении Положения об аккредитации специалистов»).

Для прохождения периодической аккредитации специалиста аккредитуемые представляют в Федеральный аккредитационный центр высшего медицинского образования, высшего и среднего фармацевтического образования, а также иного высшего образования или Федеральный аккредитационный центр среднего медицинского образования документы, предусмотренные пунктами 89 или 90 указанного положения, одним из следующих способов:

с использованием федерального регистра медицинских и фармацевтических работников;

почтовым отправлением (в случае, если сведения об аккредитуемом отсутствуют в федеральном регистре медицинских и фармацевтических работников).

Периодическая аккредитация специалиста включает в себя один этап – оценку портфолио, включающего в том числе отчет о профессиональной деятельности аккредитуемого, содержащий результаты работы в соответствии с выполняемой трудовой функцией за отчетный период, сведения об освоении программ повышения квалификации, суммарный срок освоения которых не менее 144 часов, либо сведения об освоении программ повышения квалификации и сведения об образовании, подтвержденные на интернет-портале непрерывного медицинского и фармацевтического образования в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (за исключением сведений об освоении программ повышения квалификации), суммарный срок освоения которых не менее 144 часов, из них не менее 72 часов – сведения об освоении программ повышения квалификации.

Отчет о профессиональной деятельности согласовывается руководителем организации (уполномоченным им заместителем), в которой аккредитуемый осуществляет профессиональную деятельность, и заверяется печатью указанной организации (в случае почтового отправления) (при наличии) либо к нему прилагается мотивированный отказ в его согласовании, подписанный руководителем организации (уполномоченным им заместителем).

В материал дела представлен ответ МЗ УР на обращение ХВР от 10.06.2021 г.по вопросу о ненадлежащей подготовке, переподготовке и повышении квалификации, в котором указано на следующее.

Согласно ч. 1 ст. 69. Федерального закона от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее – Закон №323-ФЗ), право на осуществление медицинской деятельности в Российской Федерации имеют лица, получившие медицинское или иное образование в Российской Федерации в соответствии федеральными государственными образовательными стандартами и имеющие свидетельство об аккредитации специалиста.

Согласно п. 3 ч. 2 ст. 73 Закона №323-ФЗ, медицинские работники обязаны совершенствовать профессиональные знания и навыки путем обучения по дополнительным профессиональным программам в образовательных и научных организациях в порядке и в сроки, установленные уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (приказ Минздрава России от 03.08.2012 г. № 66н).

Согласно п. 1.1 ч. 1 ст. 100 Закона №323-ФЗ, переход к процедуре аккредитации специалистов осуществляется поэтапно с 01.01.2016 года по 31.12.2025 года включительно. Сроки и этапы указанного перехода, а также категории лиц, имеющих медицинское, фармацевтическое или иное образование и подлежащих аккредитации специалистов, определяются Приказом Минздрава России от 22.12.2017 г. №1043н.

Приказом Минздрава России от 02.06.2016 г. №334 «Об утверждении положения об аккредитации специалистов» определены порядок, этапы и содержание периодической аккредитации.

В соответствии с ч. 2 ст. 10 Федерального закона от 29.12.2012 г. № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» (далее – Закон об образовании), образование подразделяется на общее образование, профессиональное образование, дополнительное образование и профессиональное обучение, обеспечивающие возможность реализации права на образование в течение всей жизни (непрерывное образование), согласно ст. ст. 12.2, 13 Закона об образовании при реализация образовательных программ используются различные образовательные технологии, в том числе дистанционные образовательные технологии, электронное обучение, определяются сетевые формы реализации образовательных программ организациями, осуществляющими образовательную деятельность, устанавливается для определения структуры профессиональных образовательных программ и трудоемкости их освоения применение системы зачетных единиц как унифицированных единиц измерения трудоемкости учебной нагрузки обучающегося, включающую в себя все виды его учебной деятельности, предусмотренные учебным планом (в том числе аудиторную и самостоятельную работу), практику. Количество зачетных единиц по основной профессиональной образовательной программе по конкретным профессии, специальности или направлению подготовки устанавливается соответствующим федеральным государственным образовательным стандартом, образовательным стандартом. Количество зачетных единиц по дополнительной профессиональной программе устанавливается организацией, осуществляющей образовательную деятельность.

В соответствии с Концепцией развития непрерывного медицинского и фармацевтического образования в Российской Федерации на период до 2021 года (далее – Концепция), утвержденной приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 21.11.2017 г. №926, непрерывное медицинское и фармацевтическое образование (далее – непрерывное образование) осуществляется через: освоение образовательных программ в организациях, осуществляющих образовательную деятельность («формальное образование»); обучение в рамках деятельности профессиональных некоммерческих организаций («неформальное образование»); индивидуальную познавательную деятельность («самообразование»).

С 2016 года инструментом управления образовательной активностью и учета её результатов является Портал непрерывного медицинского и фармацевтического образования Минздрава России edu.rosminzdrav.ru (далее – Портал), который содержит образовательные элементы, соответствующие всем компонентам непрерывного образования.

Истец состоит в трудовых отношениях с АУЗ УР «РСП МЗ УР» на основании трудового договора № б/н от «26» июня 2002 г. (в редакции дополнительного соглашения от 31 июля 2020 года).

Согласно пункту 2.2.2 трудового договора работник обязан соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у работодателя, требования по охране труда и обеспечению безопасности труда. Согласно п. 2.1.5 при исполнении должностных обязанностей заявитель вправе: запрашивать, получать и пользоваться информационными материалами и нормативно-правовыми документами, необходимыми для исполнения своих должностных обязанностей (подпункт 2.1.5.3); принимать участие в научно-практических конференциях и совещаниях, на которых рассматриваются вопросы, связанные с его работой (подпункт 2.1.5.4); проходить в установленном порядке аттестацию и (или) аккредитацию, с правом получения соответствующей квалификационной категории (подпункт 2.1.5.5); повышать свою квалификацию на курсах усовершенствования, не реже одного раза в 5 лет (подпункт 2.1.5.6). Согласно подпункту 2.2.8.22 пункта 2.2 трудового договора работник обязан систематически повышать свою квалификацию.

Согласно Правилам внутреннего трудового распорядка АУЗ УР «РСП МЗ УР», утвержденным 13.05.2020 г., работник обязан повышать свой профессиональный уровень путем систематического самостоятельного изучения специальной литературы, специальной информации по своей должности (профессии, специальности), по выполняемой работе (абз.16 п.4.2); планировать индивидуальное обучение в форме непрерывного медицинского образования, своевременно информировать работодателя о предстоящем обучении, представлять ему документы о присвоенной по результатам обучения квалификации и самостоятельно обеспечивать готовность к прохождению процедуры аккредитации специалистов (медицинских работников) (абз. 17 п.4.2).

Таким образом, федеральное законодательство в сфере образования и охраны здоровья, подзаконные акты Минздрава России, ПВТР АУЗ УР «РСП МЗ УР», а также трудовой договор с истцом предусматривает обязанность непрерывно повышать свою квалификацию для допуска к осуществлению медицинской деятельности. При этом, истец ХВР обязана самостоятельно определять свою образовательную траекторию, исходя из квалификационных требований, своих предпочтений и способностей.

Работодатель не вправе принуждать медицинского работника к выбору индивидуальной образовательной траектории, тем более издавать индивидуальные локальные акты, определяющие его индивидуальную траекторию обучения. При этом следует отметить, что весь объем прав и обязанностей сторон трудового договора в части профессиональной подготовки, переподготовки и повышения квалификации определен в самом трудовом договоре и для реализации прав истца на повышение квалификации, законодательством дополнительных соглашений к трудовому договору не предусмотрено.

По информации администрации АУЗ УР «РСП МЗ УР», фактически с 2019 года истец ХВР самостоятельно обучалась в системе непрерывного медицинского образования (далее – НМО), и вопросов о порядке, условиях и сложностях обучения, требований об индивидуальном подходе не заявляла.

С 14.04.2021 года по 20.04.2021 года ХВР прошла обучение в образовательной организации О с ограниченной ответственностью Многопрофильный учебный центр дополнительного профессионального образования «Образовательный стандарт» по дополнительной профессиональной программе повышения квалификации «Современный подход к лечению апикальною периодонтита. Перелечивание зубов с крупными апикальными очагами», рассчитанной на 36 часов на договорной основе за счет средств АУЗ УР «РСП МЗ УР».

Таким образом, нарушение и (или) ограничение прав истца на профессиональную подготовку, переподготовку и повышение квалификации объективно не имело места.

Суд приходит к выводу о том, что причиной позднего направления ХВР отчета в аккредитационную комиссию явились не действия ответчика, а несвоевременная и ненадлежащая подготовка и составление отчета самим истцом. При этом ответчиком, как работодателем, созданы и обеспечены условия для прохождения работником периодической аккредитации. Факт указания на ошибки, допущенные ХВР в отчете, вместо направления мотивированного отказа в согласовании отчета, указывает на стремление работодателя помочь работнику в прохождении периодической аккредитации специалиста, а не препятствование ему в осуществлении профессиональной деятельности. В связи с истечением срока действия сертификата специалиста работник с 01.07.2022 г. не обладал правом на осуществление медицинской деятельности по замещаемой должности, о чем ХВР своевременно была извещена письмом учреждения от 01.03.2022 г. № 224.

14.03.2024 г. ответчиком истцу было направлено уведомление об увольнении в связи с окончанием действия сертификата специалиста, в котором указано, что с 01.07.2022 г. истец не имеет права осуществлять медицинскую деятельность в должности врача-стоматолога-терапевта ввиду отсутствия права на осуществление медицинской деятельности, документов, подтверждающих прохождение истцом аккредитации специалиста, ответчику не представлено, истцу предложены вакантные должности, работа на которых не требует сертификации или аккредитации, указано, что в случае отсутствия на момент выхода на работу 27.03.2024 г. сведений о прохождении истцом периодической аккредитации и отказе от перевода на предложенные должности трудовой договор будет прекращен в соответствии с п. 9 ч. 1 ст. 83 ТК РФ.

Согласно ст. 76 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан отстранить от работы (не допускать к работе) работника в случае приостановления действия на срок до двух месяцев специального права работника (лицензии, права на управление транспортным средством, права на ношение оружия, другого специального права) в соответствии с федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, если это влечет за собой невозможность исполнения работником обязанностей по трудовому договору и если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором. В период отстранения от работы (недопущения к работе) заработная плата работнику не начисляется, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Из письма Минздрава России от 18.07.2018 г. № 16-5/10/2-4709 «О допуске специалистов к осуществлению медицинской или фармацевтической деятельности» следует, что к осуществлению медицинской или фармацевтической деятельности в Российской Федерации допускаются лица, успешно прошедшие процедуру аккредитации специалиста, в соответствии с частью 1 и частью 2 ст. 69 Федерального закона от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

В соответствии с частью 2 ст. 69 Федерального закона от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», право на осуществление медицинской деятельности в Российской Федерации имеют лица, получившие медицинское или иное образование в российских организациях, осуществляющих образовательную деятельность, и прошедшие аккредитацию специалиста.

Пунктом 1 ч. 1 ст. 100 Федерального закона от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» предусмотрено, что до 1 января 2026 года право на осуществление медицинской деятельности в Российской Федерации имеют лица, получившие медицинское или иное образование в Российской Федерации и имеющие сертификат специалиста.

Согласно ч. 2 ст. 100 Федерального закона от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», сертификаты специалиста, выданные медицинским и фармацевтическим работникам до 1 января 2021 года, действуют до истечения указанного в них срока.

В соответствии с ч. 1.1 ст. 100 Федерального закона от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», переход к процедуре аккредитации специалистов осуществляется поэтапно с 1 января 2016 года по 31 декабря 2025 года включительно. Сроки и этапы указанного перехода, а также категории лиц, имеющих медицинское, фармацевтическое или иное образование и подлежащих аккредитации специалистов, определяются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Таким образом, работодатель, как медицинская организация, не вправе допускать к работе работника с истекшим сроком действия сертификата специалиста, не прошедшего аккредитацию, в противном случае действия работодателя будут квалифицироваться как грубое нарушение лицензионных требований, за совершение которого ч. 3 ст. 19.20 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что до получения истцом ХВР документа о прохождении периодической аккредитации ответчик не вправе был допускать ее к работе.

Глава 13 Трудового кодекса Российской Федерации регламентирует прекращение трудового договора.

Согласно ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации основаниями прекращения трудового договора являются: 1) соглашение сторон (статья 78 настоящего Кодекса); 2) истечение срока трудового договора (статья 79 настоящего Кодекса), за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения; 3) расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 настоящего Кодекса); 4) расторжение трудового договора по инициативе работодателя (статьи 71 и 81 настоящего Кодекса);5) перевод работника по его просьбе или с его согласия на работу к другому работодателю или переход на выборную работу (должность); 6) отказ работника от продолжения работы в связи со сменой собственника имущества организации, с изменением подведомственности (подчиненности) организации либо ее реорганизацией, с изменением типа государственного или муниципального учреждения (статья 75 настоящего Кодекса); 7) отказ работника от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора (часть четвертая статьи 74 настоящего Кодекса); 8) отказ работника от перевода на другую работу, необходимого ему в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, либо отсутствие у работодателя соответствующей работы (части третья и четвертая статьи 73 настоящего Кодекса); 9) отказ работника от перевода на работу в другую местность вместе с работодателем (часть первая статьи 72.1 настоящего Кодекса); 10) обстоятельства, не зависящие от воли сторон (статья 83 настоящего Кодекса); 11) нарушение установленных настоящим Кодексом или иным федеральным законом правил заключения трудового договора, если это нарушение исключает возможность продолжения работы (статья 84 настоящего Кодекса). Трудовой договор может быть прекращен и по другим основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

В соответствии с п. 9 ч. 1 ст. 83 Трудового кодекса Российской Федерации в случае истечения срока действия, приостановления действия на срок более двух месяцев или лишения работника специального права (лицензии, права на управление транспортным средством, права на ношение оружия, другого специального права) в соответствии с федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, если это влечет за собой невозможность исполнения работником обязанностей по трудовому договору, работодатель вправе решать вопрос об увольнении работника по указанному основанию по обстоятельствам, не зависящим от воли сторон.

Прекращение трудового договора по основаниям, предусмотренным пунктами 2, 8, 9, 10 или 13 части первой данной статьи, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

В связи с невозможностью исполнения обязанностей врача-стоматолога-терапевта ХВР был предложен список вакантных должностей АУЗ УР «РСП МЗ УР», работа на которых не требует сертификации или аккредитации, с переводом на предложенные должности истец 26.03.2024 г. выразила несогласие.

Приказом АУЗ УР «РСП МЗ УР» № 438-л от 27.03.2024 г. трудовой договор от 26.06.2022 г. с ФИО2 расторгнут на основании п. 9 ч. 1 ст. 83 ТК РФ (истечение срока действия специального права работника (сертификата) на осуществление медицинской деятельности) с 27.03.2024 г.

27.03.2024 г. ответчик известил истца о прекращении трудового договора в соответствии с п. 9 ч. 1 ст. 83 ТК РФ в связи с истечением срока действия сертификата по специальности «стоматология терапевтическая», в виду того, что не представлено подтверждение прохождения процедуры аккредитации по специальности «стоматология терапевтическая», в связи с отказом от 26.03.2024 г. от предложенных вакантных должностей, и необходимости получения трудовой книжки.

Суд отмечает, что представленный в материалах дела список вакантных должностей, который был передан истцу работодателем перед увольнением, совпадает с представленным стороной ответчика в суд штатным расписанием по состоянию на 11.03.2024 г. Вопреки доводам стороны истца, иных вакантных должностей, которые не были предложены ХВР и на которые она могла претендовать, в АУЗ УР «РСП МЗ УР» не имелось.

Доводы истца о невыполнении ответчиком обязанности по проведению повышения квалификации работника ХВР судом отклоняются.

В материалы дела предоставлены следующие документы о прохождении истцом обучения (повышения квалификации) в 2019-2021 гг.:

- удостоверение о повышении квалификации от 07.12.2019 г. № 311800685808 (регистрационный номер 1260), выданное ФГБОУ ВО «ИГМА» МЗ РФ, о прохождении ХВР повышения квалификации с 02.12.2019 г. по 07.12.2019 г. в объеме 36 часов;

- удостоверение о повышении квалификации № 04/21-У50754, выданное ООО МУЦ ДПО «Образовательный стандарт», о прохождении ХВР обучения с 14.04.2021 г. по 20.04.2021 г. в объеме 36 академических часов;

Кроме того, суду представлено удостоверение о повышении квалификации от 30.03.2020 г. <номер> (регистрационный <номер>), выданное ИПО ФГБОУ ВО КрасГМУ им. проф. В.Ф. Войно-Ясенецкого Минздрава России, о прохождении ХВР повышения квалификации с 23.03.2020 г. по 30.03.2020 г. в объеме 36 часов.

Суд отмечает, что указанное удостоверение представлено в отдел кадров АУЗ УР «РСП МЗ УР» только 12.03.2024 г.

А также в материалы дела представлены сведения о прохождении аккредитации специалиста ХВР, дата проведения аккредитации – 23.04.2024 г.

Между тем, суд обращает внимание, что доказательств своевременного предоставления сведений о вступлении ХВР в процедуру прохождения аккредитации работодателю истцом не предоставлено.

Представленные в материалы дела рецензия на отчет о профессиональной деятельности врача-стоматолога-терапевта лечебно-профилактического отделения №5 ХВР за период с 06.03.2016 г. по 06.03.2024 г. и согласованный отчет о профессиональной деятельности врача-стоматолога-терапевта лечебно-профилактического отделения №5 ХВР за период с 05.03.2016 г. по 13.03.2024 г., полученный стороной истца 21.03.2024 г., указанные обстоятельства не опровергают.

Проанализировав представленные доказательства в совокупности, в том числе, показания допрошенного свидетеля, предупрежденного судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, и с учетом того, что свидетельские показания не противоречат материалам дела, суд приходит к выводу о том, что, вопреки доводам стороны истца, на дату увольнения у работодателя отсутствовали сведения о вступлении ХВР в процедуру прохождения аккредитации специалиста.

Частью 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Данному конституционному положению корреспондирует п. 3 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Согласно п. 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с п. 1 ст. 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В целях реализации указанного выше правового принципа абз. 1 п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании п. 2 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Как следует из разъяснений, данных в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или не наступившим (п. 3 ст. 157 Гражданского кодекса Российской Федерации); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (п. 5 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Суд учитывает, что целью судебной защиты с учетом требований ч. 3 ст. 17, ч. 1 ст. 19, ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации, является восстановление нарушенных или оспариваемых прав, при этом защита такого права в судебном порядке должна обеспечивать как соразмерность нарушенного права и способа его защиты, так и баланс интересов всех участников спора, а в ряде случаях и неопределенного круга лиц.

На основании ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

В пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при рассмотрении дел о восстановлении на работе следует иметь в виду, что при реализации гарантий, предоставляемых Кодексом работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом, в том числе и со стороны работников.

При установлении судом факта злоупотребления работником правом суд может отказать в удовлетворении его иска о восстановлении на работе (изменив при этом по просьбе работника, уволенного в период временной нетрудоспособности, дату увольнения), поскольку в указанном случае работодатель не должен отвечать за неблагоприятные последствия, наступившие вследствие недобросовестных действий со стороны работника.

Оценивая позицию сторон, суд признает заслуживающими внимания доводы ответчика о соответствии его действий требованиям добросовестности со ссылками на ознакомление работника с правилами внутреннего трудового распорядка АУЗ УР «РСП МЗ УР», согласно которым работник обязан повышать свой профессиональный уровень путем систематического самостоятельного изучения специальной литературы, специальной информации по своей должности (профессии, специальности), по выполняемой работе, планировать индивидуальное обучение в форме непрерывного медицинского образования, своевременно информировать работодателя о предстоящем обучении, представлять ему документы о присвоенной по результатам обучения квалификации и самостоятельно обеспечивать готовность к прохождению процедуры аккредитации специалистов (медицинских работников), своевременное направление работника на обучение с целью прохождения им процедуры аккредитации специалиста, предложение работнику о переводе на другую работу с целью сохранения специалиста в учреждении работодателя до момента предоставления им необходимых документов, увольнение работника с целью соблюдения требований законодательства, в силу которых работодатель не имеет права допустить работника к осуществлению медицинской деятельности без наличия у него действующего сертификата специалиста или аккредитации специалиста.

Суд также принимает во внимание своевременность и полноту действий работодателя, на которого законодатель возлагает обязанность и, соответственно, ответственность за обеспечение допуска к оказанию медицинских услуг исключительно работников, имеющих право на осуществление медицинской деятельности, поскольку истец ХВР на день увольнения не имела право занимать должность врача-стоматолога-терапевта.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что истцом бездоказательно заявляются требования о признании действий работодателя по отстранению и увольнению незаконными, поскольку факт нарушения ответчиком законных прав и интересов истца не нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства, следовательно, оснований для удовлетворения заявленных требований суд не усматривает.

Более того, суд в действиях истца усматривает злоупотребление процессуальным правом, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Руководствуясь приведенными мотивами, суд приходит к выводу о том, что оснований для признания увольнения истца в связи с расторжением трудового договора по п. 9 ч. 1 ст. 83 ТК РФ незаконным не имеется, в связи с чем требования ХВР к АУЗ УР «РСП МЗ УР» о восстановлении ее на работе в АУЗ УР «РСП МЗ УР» в должности врача-стоматолога-терапевта, взыскании с ответчика АУЗ УР «РСП МЗ УР» в ее пользу заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации причиненного морального вреда удовлетворению не подлежат.

При таких обстоятельствах, оценив все собранные по делу доказательства, суд оснований для удовлетворения иска по заявленным доводам не усматривает, требования истца подлежат отклонению в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ХВР (ИНН <номер>) к автономному учреждению здравоохранения Удмуртской Республики «Республиканская стоматологическая поликлиника Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» (ИНН <номер>) о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Удмуртской Республики в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме с подачей жалобы через Октябрьский районный суд г. Ижевска Удмуртской Республики.

Резолютивная часть решения изготовлена в совещательной комнате.

Решение изготовлено в окончательной форме 30 декабря 2025 года.

Председательствующий судья М.В. Шахтин