Решение по делу № 2-1325/2023 от 25.07.2023 - о признании договора купли-продажи недействительным, применении последствий недействительности сделки, взыскании задолженности.

дело № 2-1325/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 июля 2023 года г. Тверь

Калининский районный суд Тверской области в составе:

председательствующего судьи Полестеровой О.А.

при секретаре Анцыфровой Д.Д.,

с участием представителя истца ФИО1 ФИО2,

представителя ответчика ИП ФИО3 ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 о признании договора купли-продажи недействительным, применении последствий недействительности сделки, взыскании задолженности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в Калининский районный суд Тверской области с вышеуказанным иском к ИП ФИО3

В обоснование заявленных требований истец указал, что между ФИО1 и ИП ФИО3 был заключен договор купли-продажи № от 13.01.2023 г. (далее-Договор).

Согласно условиям п. 1.1 Договора, ответчик обязуется передать в собственность истца оборудование в ассортименте и в количестве, указанном в Приложении № 1 к настоящему Договору, а истец обязуется принять его и оплатить в соответствии с условиями настоящего Договора.

Как следует из п. 1. Приложения № 1 к Договору (Спецификация), ответчик обязался передать истцу оборудование Q-Switch ND Yag laser «Beauty&Aesthetics» N1. Цена оборудования - 159000 руб.

Истец свои обязательства по оплате цены договора исполнил в полном объеме и надлежащим образом, что подтверждается чеками Сбербанк от 13.01.2023 г. на 80000 руб.; от 01.03.2023 г. на 79000 руб.

Факт оплаты ответчиком не оспаривается.

Оборудование было передано покупателю транспортной компанией 01.03.2023 г., что подтверждается товарно-транспортной накладной №.

Вместе с тем, при передаче оборудования поставщик не передал покупателю техническую и эксплуатационную документацию, документы о соответствии оборудования минимальным требованиям по безопасности ТР ТС 004/2011 и ТР ТС 020/2011.

Указанные выше документы неоднократно истребовались истцом у ответчика в ходе телефонных переговоров и переписки, однако ответчик отказался передавать такие документы. Вместе с тем, доказательства передачи указанных документов истцу отсутствуют.

14.03.2023г. истец обратился к ответчику с письменной претензией, в которой потребовал от ответчика предоставить документы на оборудование, в том числе документы, подтверждающие соответствие оборудования минимальным требованиям по безопасности.

17.03.2023г. ответчик ответил на претензию истца, выслав истцу следующие документы: декларации о соответствии ЕАЭС N RU Д-СТ4.РА02.В. 11671/23 от 07.03.2023; копия декларации о соответствии ЕАЭС N RU Д-СN.РА02.В. 11666 от 07.03.2023; копия сертификата соответствия РОСС.CN.04CCH0.03648 от 10.03.2023; копия паспорта и инструкции по эксплуатации оборудования.

Также ответчик указал, что ранее эти документы были переданы ответчиком истцу вместе с оборудованием, а 17.03.2023 г. ответчик высылает их повторно.

Вместе с тем, как видно из дат представленных документов, они были оформлены 07.03.2023 г. соответственно.

Оборудование было отгружено ответчиком 22.02.2023, а принято истцом 01.03.2023 г. т.е. в момент направления оборудования истцу указанных документов не существовало.

В связи с вышеизложенным у истца появились обоснованные сомнения в соответствии его оборудования минимальным требованиям по безопасности и в легальности выпуска оборудования в обращение на территории РФ.

Истец обратился в ООО «Центр Экспертизы» для проведения исследования оборудования. Из заключения эксперта № 3051_Т_23 «О проведении товароведческой экспертизы аппарата для лазерной пигментной терапии Q-Switch ND Yag laser «Beauty&Aesthetics» - N1» следует, что на Q-Switch ND Yag laser «Beauty&Aesthetics» - N1» распространяются требования Федерального закона от 27.12.2002 N 184-ФЗ "О техническом регулировании", требования технического регламента Таможенного союза ТР ТС 004/2011, требования технического регламента Таможенного союза ТР ТС 020/2011.

Как следует из ответа на вопрос № 2, соответствие аппарата Q-Switch ND Yag laser beauty & Aesthetics» - N1» минимальным требованиям по безопасности должно подтверждаться декларацией о соответствии требованиям ТР ТС 004/2011 и ТР ТС 020/2011. Аппарат Q-Switch ND Yag laser beauty & Aesthetics» - N1» не имеет декларации о соответствии требованиям ТР ТС 004/2011 и ТР ТС 020/2011. Соответствие аппарата Q-Switch ND Yag laser beauty & Aesthetics» - N1» минимальным требованиям по безопасности не подтверждено, маркировки единым знаком обращения продукции на рынке государств - членов Таможенного союза не имеет.

Согласно ответу на вопрос № 3, техническая и эксплуатационная документация на аппарат Q-Switch ND Yag laser beauty & Aesthetics» - N1», а именно «Паспорт на аппарат и инструкций по эксплуатации» переданные эксперту ФИО1, содержат название изделия не соответствующее названию в документах купли-продажи, а также не соответствующее на информационной табличке изделия, не указан год выпуска аппарата, не указано наименование изготовителя и контактные данные изготовителя, отсутствует маркировка единым знаком обращения продукции на рынке государств - членов Таможенного союза, не указан серийный номер изделия, в связи с чем эксперт приходит к выводу о несоответствии технической и эксплуатационной документации на аппарат Q-Switch ND Yag laser «Beauty&Aesthetics»-Nl» требованиям TP TC 004/2011 и требованиям TP TC 020/2011.

Как следует из п. 11.1 Договора, стороны исходят из того, что передача Товара происходит в пределах разумного понимания сопутствующих этому правовых последствий и применимых требований, существующих на момент сделки, законодательства и фактически имевших место обстоятельств.

В соответствии с этим, каждая сторона самостоятельно несет ответственность за соблюдение всего соответствующего обороту товара применимого законодательства в той мере в какой такое законодательство может влиять на выполнение любого аспекта Договора использование товара (п. 11.2. Договора).

Истец полагает, что аппарат Q-Switch ND Yag laser beauty & Aesthetics» - N1» не соответствует минимальным обязательным требованиям по безопасности ТР ТС 004/2011 и ТР ТС 020/2011, в связи с чем Договор № от 13.01.2023г. является недействительным (ничтожным).

В соответствии со ст. 29 ФЗ «О техническом регулировании» для помещения продукции, подлежащей обязательному подтверждению соответствия, под таможенные процедуры, усматривающие возможность отчуждения или использования этой продукции в соответствии с ее назначением на территории Российской Федерации, в таможенные органы одновременно с таможенной декларацией заявителем либо уполномоченным заявителем лицом предоставляются декларация о соответствии или сертификат соответствия либо документы об их признании в соответствии со статьей 30 настоящего Федерального закона.

В пункте 5 статьи 24 Федерального закона от 27.12.2002 N 184-ФЗ «О техническом регулировании», сказано: декларация о соответствии оформляется на русском языке и должна содержать информацию об объекте подтверждения соответствия, позволяющую идентифицировать этот объект.

В рассматриваемом случае требование к оборудованию установлены в ТР ТС 004/2011 и ТР ТС 020/2011

В соответствии со ст. 8 ТР ТС 004/2011, низковольтное оборудование, соответствующее требованиям безопасности настоящего технического регламента Таможенного союза и прошедшее подтверждение соответствия согласно статье 7 настоящего технического регламента Таможенного союза, должно иметь маркировку единым знаком обращения продукции на рынке государств-членов Таможенного союза.

В соответствии со ст. 29 ФЗ «О техническом регулировании» для помещения продукции, подлежащей обязательному подтверждению соответствия, под таможенные процедуры, предусматривающие возможность отчуждения или использования этой продукции в соответствии с ее назначением на территории Российской Федерации, в таможенные органы одновременно с таможенной декларацией заявителем либо уполномоченным заявителем лицом предоставляются декларация о соответствии или сертификат соответствия либо документы об их признании в соответствии со статьей 30 настоящего Федерального закона, пункте 5 статьи 24 Федерального закона от 27.12.2002 N 184-ФЗ "О техническом регулировании», сказано: декларация о соответствии оформляется на русском языке и должна содержать информацию об объекте подтверждения соответствия, позволяющую идентифицировать этот объект.

В соответствии со ст. 5 Технического регламента Таможенного союза ТР ТС 004/2011 «О безопасности низковольтного оборудования» (далее - ТР ТС 004/2011):

П. 1. Наименование и (или) обозначение низковольтного оборудования (тип, марка, модель), иные параметры и характеристики, влияющие на безопасность, наименование и (или) товарный знак изготовителя, наименование страны, где изготовлено низковольтное оборудование, быть нанесены на низковольтное оборудование и указаны в прилагаемых к нему эксплуатационных документах.

В соответствии со ст. 3 ТР ТС 004/2011 низковольтное оборудование выпускается в обращение на рынке при его соответствии настоящему техническому регламенту таможенного союза, а также другим техническим регламентам Таможенного союза, ЕврАзЭС, действия которых на него распространяется и при условии, что оно прошло подтверждение соответствия согласно статье 7 настоящего технического регламента Таможенного союза, а также согласно другим техническим регламентам Таможенного союза, ЕврАзЭС, действие которых на него распространяется.

Низковольтное оборудование, соответствие которого требованиям настоящего технического регламента Таможенного союза не подтверждено, не должно быть маркировано единым знаком обращения продукции на рынке государств-членов Таможенного союза и не впускается к выпуску в обращение на рынке.

Как следует из п. 1 ст. 1 ТР ТС 004/2011 (область применения), настоящий технический регламент Таможенного союза распространяется на низковольтное оборудование, выпускаемое в обращение на единой таможенной территории Таможенного союза.

К низковольтному оборудованию, на которое распространяется действие настоящего технического регламента Таможенного союза, относится электрическое оборудование, предназначенное для использования при номинальном напряжении от 50 до 1000 В (включительно) переменного тока и от 75 до 1500 В (включительно) постоянного тока.

В соответствии с п.3 ст. 1 ТР ТС 004/2011, настоящий технический регламент Таможенного союза устанавливает требования к низковольтному оборудованию в целях защиты жизни и здоровья человека, имущества, а также предупреждения действий, вводящих в заблуждение потребителей (пользователей) относительно его назначения и безопасности.

Таким образом требования ТР ТС 004/2011 распространяются на спорное оборудование, из чего следует, что оборудование обязано иметь декларацию о соответствии требованиям ТР ТС 004/2011.

В соответствии со ст. 5 Технического регламента Таможенного союза ТР ТС 020/2011 «Электромагнитная совместимость технических средств» (далее - ТР ТС 020/2011):

П.1 наименование и (или) обозначение низковольтного оборудования (тип, марка, модель), его основные параметры и характеристики, влияющие на безопасность, наименование и (или) товарный знак изготовителя, наименование страны, где изготовлено низковольтное оборудование, должны быть нанесены на низковольтное оборудование и указаны в прилагаемых к нему эксплуатационных документах.

В соответствии со ст. 3 ТР ТС 020/2011 низковольтное оборудование выпускается в обращение на рынке при его соответствии настоящему техническому регламенту Таможенного союза, а также другим техническим регламентам Таможенного союза, ЕврАзЭС, соответствие которых на него распространяется и при условии, что оно прошло подтверждение подтвреждения согласно статье 7 настоящего технического регламента Таможенного союза, а согласно другим техническим регламентам Таможенного союза, ЕврАзЭС, действие которых на него распространяется.

Низковольтное оборудование, соответствие которого требованиям настоящего технического регламента Таможенного союза не подтверждено, не должно быть маркировано единым знаком обращения продукции на рынке государств-членов Таможенного союза и не допускается к выпуску в обращение на рынке.

Как следует из п. l ст. 1 ТР ТС 0202011 (область применения), настоящий технический регламент Таможенного союза распространяется на выпускаемые в обращение на единой таможенной территории Таможенного союза технические средства, способные создавать электромагнитные помехи и (или) качество функционирования которых зависит от воздействия внешних электромагнитных помех.

Как отмечается в п. 3 ст. 1 ТР ТС 020/2011, настоящий технический регламент Таможенного союза устанавливает требования по электромагнитной совместимости технических средств в целях обеспечения на единой таможенной территории Таможенного союза защиты жизни и здоровья человека, имущества, а также предупреждения действий, вводящих в заблуждение потребителей (пользователей) технических средств.

Таким образом требования ТР ТС 004/2011 распространяются на спорное оборудование, из чего следует, что оборудование обязано иметь декларацию о соответствии требованиям ТР ТС 1/2011.

Позиция истца подтверждается выводами эксперта из экспертного заключения № 3051_Т_23 «О проведении товароведческой экспертизы аппарата для лазерной пигментной терапии Q-Switch Yag laser «Beauty&Aesthetics» - N1».

В отсутствии декларации о соответствии, либо иных документов, подтверждающих соответствие продукции минимальным требованиям по безопасности, признанных Российской Федерацией, Q-Switch ND Yag laser «Beauty&Aesthetics»-Nl» не мог быть выпущен в обращение на территории Российской Федерации.

Ипользование такого рода товаров влечет ряд рисков, в частности, рисков привлечения к административной ответственности по ст. 16.1 КоАП РФ, 16.21 КоАП РФ с конфискацией спорного товара.

Также предусмотрена отдельная ответственность за реализацию такого товара - ст. 14.2 КоАП РФ, ст. 14.4 КоАП РФ.

Таким образом, истец лишен возможности реализовать спорное оборудование на вторичном рынке, поскольку в таком случае он станет субъектом противоправного деяния.

На основании вышеизложенного, истец ФИО1 просила признать недействительным договор купли-продажи № от 13.01.2023 года аппарата для лазерной пигментной терапии Q-Switch Yag laser «Beauty&Aesthetics» - N1», применить последствия недействительности ничтожной сделки, взыскать денежные средства в размере 159000 рублей, судебные расходы по оплате госпошлины в размере 4380 рублей, расходы по оплате досудебной претензии в размере 5500 рублей.

Истец ФИО1, надлежащим образом извещенная о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явилась, о причинах неявки суду не сообщила, обеспечила явку своего представителя.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании полностью поддержал требования своего доверителя и пояснил, что приобретенное истцом оборудования было приобретено для использования в косметическом салоне, в целях коммерческой деятельности, его доверитель является самозанятой. При получении оборудования выяснилось, что на оборудование отсутствуют сертификат соответствия и декларация о соответствии оборудования регламенту Таможенного союза. При запросе данных документов у ответчика, истцу были направлены документы, но они не соответствуют требованиям, поскольку составлены после заключения договора купли-продажи, а, кроме того, название аппарата переданного истцу не соответствует названию на информационной табличке аппарата, не указан год выпуска, не указано наименование изготовителя, отсутствует маркировка единым знаком, не указан серийный номер изделия. Указанное подтверждается заключением эксперта. При таких обстоятельствах аппарат не может использоваться, а при его использовании могут быть нарушены права неопределённого круга лиц, а именно использование аппарат может нанести вред здоровью граждан.

Ответчик ИП ФИО3, надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился о причинах неявки суду не сообщил, обеспечил явку своего представителя.

Представитель ответчика ФИО4 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований. Суду пояснил, что при приёмке истцом аппарата никаких претензий по аппарату и приложенной к нему документации не было. Претензии начались с того момента как истцом был поврежден аппарат. Как пояснил его доверитель, истец начала обращаться к представителю компании с просьбой консультации по использованию аппарата, поскольку при его применении начались проблемы. После неоднократных консультаций истец стала утверждать, что ей был продан товар ненадлежащего качества. Таким образом, по мнению его доверителя, истец повредил аппарат при использовании и в настоящее время хочет вернуть его. Относительно представленных сертификатов пояснил, что в аппарате поменялось только его название, остальные функции его остались таким же как раньше, была задержка с оформлением документов.

Выслушав явившихся лиц, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В целях реализации указанного выше правового принципа пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 постановления Пленума от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Судом установлено, что между ИП ФИО3 и ФИО1 13.01.2023г. был заключено договор купли-продажи оборудования №.

Согласно п. 1.1., 1.2 Договора поставщик обязуется передать в собственность покупателя оборудование (далее Товар) в ассортименте и в количестве, указанном в приложении №1 к настоящему Договору, а покупатель обязуется принять его и оплатить в соответствии с условиями настоящего Договора. Количество и цена единицы товара определяются в спецификации, которая является неотъемлемой частью настоящего договора.

Стоимость товара составил 159000 рублей (п. 4 оговора).

Договор представлен обеими сторонами. Договор представленный истцом, подписан только стороной истца, в вводной части договора наименование покупателя вписано от руки, п. 4 договор «Стоимость и порядок оплаты» указано, что оплата по договору производится частями: первый платеж 80000 рублей второй платеж 7900 рублей, данные реквизиты выписаны от руки, в спецификации к договору также вписано от руки, что порядок расчетов производится частями.

Договор купли-продажи, представленный ответчиком, подписан обеими сторонами, однако не указана дата составления договора, договор практически полностью составлен в печатном виде, кроме раздела адреса доставки, контактного лица покупателя, контактного телефона, адреса электронной почты, которые заполнены вручную, в разделе 4 «Стоимость и порядок оплаты» указано, что плата товара производится в полном объеме в день подписания договора купли-продажи, что согласуется со спецификацией представленной ответчиком.

Согласно спецификации к Договору приобретаемое оборудование: аппарат для СПА – услуг по удалению волос, не бытового и не медицинского назначения Q-Switch ND Yag laser «Beauty&Aesthetics» N1.

Оплата товара произведена в полном объеме, что не оспаривалось сторонами.

При изложенных обстоятельствах, а также учитывая что сторонами заключение договора купли-продажи от 13.01.2023г. не оспаривалось в судебном заседании, суд приходит к выводу что сторонами заключен договор купли-продажи № о продаже товара Q-Switch ND Yag laser «Beauty&Aesthetics» N1.

В материалы дела сторонами представлено два акта-приема передачи оборудования к договору №, датированные 13.01.2023г. и 01.03.2023г.

Акт приема передачи от 13.01.2023г., представленный стороной ответчика, подписан обеими сторонами, адрес доставки груза указан: <адрес>, который согласуется с адресом доставки указанном в договоре.

Акт приема-передачи от 01.03.2023 г., представленный стороной истца, подписан только одной стороной, адрес доставки указан: <адрес>.

Согласно товарно–транспортной накладной № от 01.03.2023г., представленной стороной истца, отправителем груза является ФИО1 получателем груза - ФИО1

Оценивая представленные доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу, что действительным актом приема передачи оборудования является акт от 13.01.2023г., поскольку он подписан обеими стонами, а его реквизиты полностью согласуются с реквизитами договора купли продажи от 13.01.2023г.

Из представленного акта приема-передачи оборудования от 13.01.2023г. следует, что покупатель не имеет претензий к качеству, ассортименту, количеству вышеуказанного товара.

Анализируя акт приема-передачи от 13.01.2023г и транспортную накладную от 01.03.2023, суд делает вывод, что истец ФИО1 сама, получив товар по договору от 13.01.2023г., отправила его себе по адресу доставки.

Таким образом, суд приходит к выводу, что истцу были переданы товар и все документы к нему в соответствии с договором. Никаких претензий на дату передачи 13.01.2023г. у покупателя к продавцу не имелось.

С первой претензий о предоставлении Декларации о соответствии оборудования требованиям ТР ТС 004/2011 и ТР ТС 020/2011, технического паспорта на оборудования и инструкцию по эксплуатации на оборудования, содержащие сведения, предусмотренные положениями ТР ТС 004/2011 и ТР ТС 020/2011 истец обратился 14.03.2023г.

17.03.2023г. ответчик направил истцу декларацию о соответствии от 07.03.2023г., сертификат соответствии №РОСС.CN04CCH0.03648 от 10.03.2023г.

Поставив под сомнения предоставленные документы истец обратилась в ООО «Центр Экспертизы» с целью определения, распространяются ли на аппарат Q-Switch ND Yag laser «Beauty&Aesthetics» N1 требования ФЗ от 27.12.2002г. «184-ФЗ «О техническом регулировании» требования технического регламента Таможенного союза ТР ТС 004/2011, требования технического регламента Таможенного союза ТР ТС 020/2011.

Согласно заключения эксперта «3051_Т_23 от 30.03.2023на аппарат Q-Switch ND Yag laser «Beauty&Aesthetics» N1 распространяются требования ФЗ от 27.12.2002г. №184-ФЗ «О техническом регулировании», требования Технического регламента Таможенного союза ТР ТС 004/2011, требования технического регламента Таможенного союза ТР ТС 020/2011.

Соответствие аппарата Q-Switch ND Yag laser «Beauty&Aesthetics» N1 минимальным требованиям по безопасности должно подтверждаться декларацией о соответствии требованиям ТР ТС 004/2011 и ТР ТС 0202011. Аппарат Q-Switch ND Yag laser «Beauty&Aesthetics» N1не имеет декларации о соответствии с требованиями ТР ТС 004/2011 и ТР ТС 020/2011. Соответствие аппарата Q-Switch ND Yag laser «Beauty&Aesthetics» N1 минимальным требованиям по безопасности не подтверждено, маркировки единым знаком обращения продукции на рынке государств-членов Таможенного союза (ЕАС) не имеется.

Техническая и эксплуатационная документация на аппарат Q-Switch ND Yag laser «Beauty&Aesthetics» N1, а именно «Паспорт на аппарат и инструкция по эксплуатации» переданные эксперту ФИО1, содержат название изделия не соответствующие названию в документах купли-продажи, а также не соответствующие на информационной таблички изделия, не указан год выпуска аппарата, не указано наименование изготовителя и контактные данные изготовителя, отсутствует маркировка единым знаком обращения продукции на рынке государств - членов Таможенного союза, не указан серийный номер изделия, в связи с чем эксперт пришел к выводу о несоответствии технической и эксплуатационной документации на аппарат Q-Switch ND Yag laser «Beauty&Aesthetics» N1 требованиям ТР ТС 004/2011 и ТР ТС 020/2011.

К данному экспертному заключению суд относится критически поскольку экспертиза проведена только по документам представленным истцом: договор купли-продажи от 13.01.2023г., акта приема передачи, руководство эксплуатации, декларации соответствия, добровольный сертификат соответствия, без осмотра аппарата Q-Switch ND Yag laser «Beauty&Aesthetics» N1. Кроме того акт приема-передачи, представленный истцом не соответствует реквизитам договора купли продажи от 13.01.2023г., как и договор купли-продажи отличается от экземпляра договора купли-продажи ответчика.

Обращаясь в суд с иском о признании договора купли-продажи недействительным истец ссылается на положения ч. 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, утверждая, что заключенный договор нарушает публичные интересы и интересы третьих лиц.

В соответствии с п. 2 ст. 168 ГК РФ для признания сделки, нарушающей требования закона или иного правового акта, необходимо доказать факт того, что оспариваемая сделка посягает на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц.

В соответствии с п. 75 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" применительно к статьям 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы, например, сделки о залоге или уступке требований, неразрывно связанных с личностью кредитора (пункт 1 статьи 336, статья 383 ГК РФ), сделки о страховании противоправных интересов (статья 928 ГК РФ). Само по себе несоответствие сделки законодательству или нарушение ею прав публично-правового образования не свидетельствует о том, что имеет место нарушение публичных интересов.

Исковое заявление не содержит доказательств нарушения сделкой публичных интересов либо прав и охраняемых законом интересов третьих лиц.

То обстоятельство, что сертификат соответствия и декларации были составлены в марте 2023г. и переданы истцу, по ее утверждению, только 17.03.2023г., сами по себе не являются основанием для признания недействительным договора купли-продажи, поскольку данное обстоятельство не затрагивает существа сделки, а относится к исполнению договора (пользованию предметом договора).

Также истцом не представлено доказательств, что истец не может использовать аппарат без данных документов, при этом как усматривается из переписки представленной ответчиком, истец стал использовать аппарат с 06.03.2023г. и только после этого предъявила требования о направлении ей сертификатов.

Таким образом, доводы истца, по сути, касаются надлежащего исполнения продавцом своих обязательств по договору в соответствии с пунктом 1 статьи 470 Гражданского кодекса Российской Федерации, и не могут быть положены в основание требования о признании сделки недействительной.

Как следует из материалов дела, при приемке-передаче аппарата каких-либо претензий к представленным документам истец не имела.

Поскольку доказательств, свидетельствующих о нарушении прав истца спорным договором и возможности их восстановления путем предъявления настоящих исковых требований, равно как доказательств причинения ему неблагоприятных последствий заключением оспариваемого договора купли-продажи, истцом не представлено, оснований для удовлетворения иска о признании договора купли-продажи оборудования № от 13.01.2023г. не имеется.

Поскольку судом отказано в удовлетворении исковых требований о признании договора купли-продажи оборудования № от 13.01.2023г., постольку оснований для применения недействительности сделки путем взыскания в пользу истца денежных средств по договору и возврату аппарата Q-Switch ND Yag laser «Beauty&Aesthetics» N1 не имеется.

При изложенных обстоятельствах не имеется оснований и для удовлетворения требований истца о взыскании расходов на проведение экспертизы в размере 5500 рублей, расходов по уплате госпошлины в размере 4380 рублей

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 № от ДД.ММ.ГГГГ недействительным и применении последствий недействительности сделки, взыскании с ответчика задолженности в размере 159000 рублей, взыскании расходов по оплате экспертизы в размере 5500 рублей, взыскании судебных расходов по уплате госпошлины в размере 4380 рублей, возврате аппарата для лазерной пигментации Q-Switch ND Yag laser «Beauty&Aesthetics» -N1» оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тверской областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Калининский районный суд Тверской области.

Судья: О.А. Полестерова

Мотивированное решение составлено 01 августа 2023 года.