УИД № 77RS0034-02-2025-012469-90

Дело №2-16810/2025

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

21 ноября 2025 года город Москва

Щербинский районный суд города Москвы в составе председательствующего судьи Прокопенко А.А., при секретаре Черепановой Е.Е., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-16810/2025 по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО3 о возмещении вреда, причиненного преступлением,

установил:

Истцы обратились в суд с указанным иском и просят взыскать с ответчика в пользу истца ФИО1 ущерб в размере 15 251 руб., компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб., в пользу истца ФИО2 ущерб в размере 110 983 руб., компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

В обоснование заявленных требований указывают, что приговором Пресненского районного суда г. Москвы от 12 февраля 2025 года ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ... УК РФ. Так, в ходе судебного рассмотрения уголовного дела было установлено, что ответчик ФИО3 примерно в 02 часа 52 минут, 18 октября 2024 года, находясь в помещении бара «Евгенич», расположенного по адресу: адрес, заметив на столе, установленном в вышеуказанном помещении принадлежащие ФИО2 и ФИО1 мобильные телефоны, после чего, реализуя внезапно возникший корыстный преступный умысел, направленный на тайное хищение чужого имущества, убедившись, что за его (ФИО3) преступными действиями никто не наблюдает, и они носят тайный характер, воспользовавшись тем, что его (ФИО3) действия остаются незаметными для окружающих лиц, ФИО2 и ФИО1, умышлено взял с вышеуказанного стола принадлежащий ФИО2 мобильный телефон марки «...» фиолетового цвета, 256 ГБ, стоимостью которого с учетом износа по состоянию на 18.10.2024 года, согласно заключению эксперта № 361-24 от 29.10.2024 года, составляет 110 983 руб., находящегося в прозрачном силиконовом чехле, не представляющего материальной ценности, со вставленной сим-картой оператора «Мегафон» не представляющей материальной ценности, а также принадлежащий ФИО1 мобильный телефон марки «..., стоимостью которого с учетом износа по состоянию на 18.10.2024 года, согласно заключению эксперта № 361-24 от 29.10.2024 года, составляет 15 251 руб., находящегося в прозрачном силиконовом чехле, не представляющем материальной ценности, внутри которого находились денежные средства в размере 1 000 руб., со вставленной сим-картой оператора «Билайн» не представляющей материальной ценности, тем самым похитив вышеуказанное имущество. После чего с места преступления с похищенным он (ФИО3) скрылся, получив реальную возможность распорядиться похищенным имуществом по своему усмотрению, тем самым тайно похитив вышеуказанное имущество, и причинив своими преступными действиями ФИО2 значительный материальный ущерб на сумму 110 983 руб., ФИО1 значительный материальный ущерб на общую сумму 16 251 руб.

Действиями ответчика, по мнению истцов, причинен моральный вред в результате произошедшего по вине ответчика преступления, который выражается в глубоких нравственных страданиях в связи с потерей телефона.

Стороны в судебное заседание не явились, о времени и месте которого извещены надлежащим образом, в связи с чем, суд полагает возможным рассмотреть дела при данной явке на основании ст.167 ГПК РФ.

Изучив доводы иска, исследовав письменные материалы дела, суд находит заявленные исковые требования подлежащими удовлетворению частично, на основании нижеследующего.

Согласно пп. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Судом по делу установлено, что приговором Пресненского районного суда г. Москвы от 12 февраля 2025 года ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ... УК РФ.

Приговор вступил в законную силу 28 февраля 2025 года.

Так, в ходе судебного рассмотрения уголовного дела было установлено, что ответчик ФИО3 примерно в 02 часа 52 минут, 18 октября 2024 года, находясь в помещении бара «Евгенич», расположенного по адресу: адрес, заметив на столе, установленном в вышеуказанном помещении принадлежащие ФИО2 и ФИО1 мобильные телефоны, после чего, реализуя внезапно возникший корыстный преступный умысел, направленный на тайное хищение чужого имущества, убедившись, что за его (ФИО3) преступными действиями никто не наблюдает, и они носят тайный характер, воспользовавшись тем, что его (ФИО3) действия остаются незаметными для окружающих лиц, ФИО2 и ФИО1, умышлено взял с вышеуказанного стола принадлежащий ФИО2 мобильный телефон марки «...» фиолетового цвета, 256 ГБ, стоимостью которого с учетом износа по состоянию на 18.10.2024 года, согласно заключению эксперта № 361-24 от 29.10.2024 года, составляет 110 983 руб., находящегося в прозрачном силиконовом чехле, не представляющего материальной ценности, со вставленной сим-картой оператора «Мегафон» не представляющей материальной ценности, а также принадлежащий ФИО1 мобильный телефон марки «..., стоимостью которого с учетом износа по состоянию на 18.10.2024 года, согласно заключению эксперта № 361-24 от 29.10.2024 года, составляет 15 251 руб., находящегося в прозрачном силиконовом чехле, не представляющем материальной ценности, внутри которого находились денежные средства в размере 1 000 руб., со вставленной сим-картой оператора «Билайн» не представляющей материальной ценности, тем самым похитив вышеуказанное имущество. После чего с места преступления с похищенным он (ФИО3) скрылся, получив реальную возможность распорядиться похищенным имуществом по своему усмотрению, тем самым тайно похитив вышеуказанное имущество, и причинив своими преступными действиями ФИО2 значительный материальный ущерб на сумму 110 983 руб., ФИО1 значительный материальный ущерб на общую сумму 16 251 руб.

Таким образом, материальный ущерб, причиненный ФИО1, в размере 15 251 руб., ФИО2 в размере 110 983 руб., подлежит взысканию с ответчика в пользу истцов в полном объеме.

Что касается требований о взыскании компенсации морального вреда, то суд приходит к следующему.

Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами гл. 59 (ст. 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (п. 1).

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага (п. 2 Пленума).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий.

При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (п. 27 Пленума).

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен.

Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.

Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом (статья 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В частности, когда в результате преступления, посягающего на чужое имущество или другие материальные блага, вред причиняется также личным неимущественным правам либо принадлежащим потерпевшему нематериальным благам (например, при разбое, краже с незаконным проникновением в жилище, мошенничестве, совершенном с использованием персональных данных лица без его согласия) (пункт 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу»).

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации № 45-П "По делу о проверке конституционности статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации часть первая статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации признана не соответствующей Конституции Российской Федерации, ее статьям 21 (часть 1), 45 (часть 1), 46 (часть 1), 52 и 56 (часть 3), в той мере, в какой она - по смыслу, придаваемому ей судебным толкованием (в том числе во взаимосвязи с пунктом 2 статьи 1099 данного Кодекса), - служит основанием для отказа в компенсации морального вреда, причиненного гражданину совершенным в отношении его преступлением против собственности, в силу одного лишь факта квалификации данного деяния как посягающего на имущественные права потерпевшего, без установления на основе исследования фактических обстоятельств дела того, причинены ли потерпевшему от указанного преступления физические или нравственные страдания вследствие нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага.

При этом, согласно правовой позиции, изложенной в указанном Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации, установленный действующим законодательством механизм защиты личных неимущественных прав и нематериальных благ, предоставляя гражданам возможность самостоятельно выбирать адекватные способы судебной защиты, не освобождает их, по общему правилу, от бремени доказывания самого факта причинения морального вреда и обоснования размера денежной компенсации.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд считает, что истцами представлены достаточные доказательства нарушения ответчиком неимущественных прав истцов.

Суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований в части взыскания с ответчика компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей в пользу каждого из истцов. В удовлетворении иной части иска следует отказать.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход бюджета города Москвы подлежит взысканию госпошлина в размере 4 787 руб. за требования имущественного характера и 6 000 руб. по требованиям неимущественного характера, а всего 10 787 руб.

Руководствуясь ст. 198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1, ФИО2 к ФИО3 о возмещении вреда, причиненного преступлением – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 (...паспортные данные......) в пользу ФИО1 (паспортные данные) ущерб в размере 15 251 руб., компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.

Взыскать с ФИО3 (...паспортные данные......) в пользу ФИО2 (паспортные данные) ущерб в размере 110 983 руб., компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований – отказать.

Взыскать с ФИО3 (паспортные данные...) в доход бюджета города Москвы государственную пошлину в размере 10 787 руб.

Решение может быть обжаловано в Московский городской суд через Щербинский районный суд города Москвы путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение принято в окончательной форме 29 мая 2026 года.

Судья А.А. Прокопенко