Решение по делу № 2А-3343/2022 от 19.01.2023 - о признании незаконными бездействия, взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении, компенсации морального вреда.

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Нижний Тагил 19 января 2023 года

Ленинский районный суд г. Нижнего Тагила Свердловской области

в составе председательствующего судьи Гуриной С.А.,

при секретаре Дорониной А.И.,

с участием административного истца ФИО2,

представителя административных ответчиков ФИО3

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы административного дела № 2а-356/2023 по административному исковому заявлению ФИО2 к Федеральной службе исполнения наказаний России, ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области о признании незаконными бездействия, взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в Ленинский районный суд г. Нижнего Тагила с административным исковым заявлением к ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области о признании незаконным бездействия административного ответчика по необеспечению надлежащий условий содержания в исправительном учреждении, взыскании компенсации морального вреда.

Определение суда от 21.12.2022г. в порядке подготовки дела к судебному разбирательству к участи в деле в качестве соответчика было привлечено ФСИН России.

В обоснование требований ФИО2 указал, что содержался в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области в период с ДД.ММ.ГГГГ. в камерах №. В указанных камерах при его содержании не соблюдалась норма санитарной площади на одного человека 4 кв.м. Не был обеспечен индивидуальным спальным местом, количество содержащихся в камере людей не соответствовало количеству спальных мест: в камере № спальных мест 10, содержалось 20 человек; в камере № спальных мест 8, содержалось 15 человек; в камере № спальных мест 4, содержалось 6 человек; в камере № спальных мест 4, содержалось 7 человек; в камере № спальных мест 20, содержалось 25 человек; в камере № спальных мест 10, содержалось 25 человек; в камере № спальных мест 4, содержалось 7-8 человек; в камере № спальных мест 12, содержалось 35 человек; в камере № спальных мест 4, содержалось 6 человек. В указанных камерах обеденный стол и лавка не вмещали одновременно всех, содержащихся в камере, пищу приходилось принимать по очереди, пища остывала, приходилось есть ее холодной. В камерах отсутствовала принудительная вентиляция, с учетом переполненности камер естественной вентиляции через имеющиеся окна было недостаточно. Воздух был постоянно затхлый и влажный, на станах присутствовал налет, что повышало риск распространения и возникновения инфекционных заболеваний. Ночное освещение в камерах отсутствовало, постоянно горел свет, что создавало неудобство во время сна. На протяжении всего пребывания в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по СО испытывал чувство недосыпания, усталости, тоски и беспокойство за собственное здоровье. В камерах постоянно возникали конфликты из-за очередности сна, приема пищи и посещения туалета, что формировало тревожную обстановку.

Во время содержания в СИЗО около 12 раз этапировался автодорожным конвоем на следственные действия в ИВС г. Нижний Тагил в период с ДД.ММ.ГГГГ. и в Тагилстроевский районный суд г. Нижнего Тагила в период ДД.ММ.ГГГГ. Во время этапирования отсеки спецавтомобиля заполнены людьми сверх установленной нормы, что создавало неудобство во время движения, мест для всех не хватало, приходилось ехать стоя либо сидя в проходе на корточках.

В ДД.ММ.ГГГГ. был этапирован железнодорожным транспортом в <адрес>. Во время следования кипяток не предоставлялся, отсутствовала возможность заварить сухой паек, всю дорогу испытывал чувство голода и жажды, редко выводили в туалет. В ночное время для сна не предоставлялся матрац, подушка, одеяло и постельные принадлежности. Постоянно находился в состоянии усталости из-за невозможности сна на голых досках. Все негативно сказывалось на психоэмоциональном состоянии. В ДД.ММ.ГГГГ. также железнодорожным транспортом был этапирован обратно, условия перевозки были аналогичными.

Полагает, что указанное обращение является незаконным, бесчеловечным, унижающим человеческое достоинство, ему причинен моральный вред, размер которого оценивает в размере 500000 рублей.

Административный истец Догвальский Д,А. принявший участие в судебном заседании посредством использования системы видео-конференц связи, поддержал доводы административного искового заявления в части нарушений условий содержания под стражей в период нахождения в ФКУ СИЗО-3 и административные исковые требования о компенсации морального вреда в связи с этим в полном объеме. Указал, что доводы искового заявления, в части описанных им нарушений при этапировании в <адрес> и конвоировании на следственные действия в ИВС г. Нижнего Тагила и Тагилстроевский районный суд не поддерживает, с указанными требованиями он будет обращаться к другим ответчикам с отдельным исковым заявлением. В настоящем судебном заседании просил рассмотреть доводы относительно нарушения условий содержания в ФКУ СИЗО-3. Полагал необходимым восстановить ему пропущенный срок для обращения в суд с административным исковым заявлением, поскольку ранее о том, что условия его содержания были ненадлежащими не знал ввиду отсутствия соответствующей разъяснительной работы и отсутствия юридических познаний. В ДД.ММ.ГГГГ узнал от других осужденных о том, что можно обратиться с иском и защитить свои права в связи с ненадлежащими условиями содержания, сразу подал административное исковое заявление. Также указал и поддержал доводы, указанные в письменном ходатайстве о восстановлении срока обращения в суд о том, что его требования направлены на восстановление его неимущественных прав путем компенсации морального вреда, исковая давность на требования о компенсации морального вреда не распространяется. Полагал, что все доводы представителя ответчиков голословны, доказательства, опровергающие приведенные им факты не представлены. В представленных справках отражены недостоверные данные, так как в камере № он не содержался, сразу содержался в камере №, не указаны сведения о том, что содержался в камере №. Представитель ответчика признает, что была переполненность по четырем камерам, а остальные нарушения при этом не признает.

Представитель административных ответчиков ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала, как по существу требований, так и в связи с пропуском срока обращения в суд, просила в их удовлетворении отказать в полном объеме по доводам, изложенным в письменном возражении. Суду пояснила, что отсутствуют доказательства указанных истцом условий содержания в СИЗО-3, пропущен процессуальный срок для обращения в суд с административными исковыми требованиями. Заявленный размер компенсации вреда необоснован и чрезмерно завышен.

Согласно письменному отзыву представителя ответчиков, ФИО2 содержался в СИЗО-3 в период с ДД.ММ.ГГГГ. Лимит наполнения учреждения 506 человек был превышен, в ДД.ММ.ГГГГ. содержалось 689 человек, в ДД.ММ.ГГГГ. – 729, в ДД.ММ.ГГГГ. - 634. Нарушение санитарной нормы происходит по независящим от администрации СИЗО причинам. Согласно журналам количественных проверок лиц, содержащихся в ФКУ СИЗО-3 совместно с ФИО1 в камерах содержалось следующее количество человек: камера №,24 кв.м., спальных мест – 4, в период с ДД.ММ.ГГГГ. содержалось 0-2 человек; камера № – 28,58 кв.м., спальных мест – 8, в период с ДД.ММ.ГГГГ. содержалось 5-7 человек; камера № – 10,09 кв.м., спальных мест – 4, в период с ДД.ММ.ГГГГ. содержалось 2-6 человек; камера № – 36,19 кв.м., спальных мест – 16, в период с ДД.ММ.ГГГГ. содержалось 9-14 человек; камера № – 28,44 кв.м., спальных мест – 10, в период с ДД.ММ.ГГГГ. содержалось 5-11 человек; камера № – 10,39 кв.м., спальных мест – 4, в период с ДД.ММ.ГГГГ. содержалось 3-6 человек; камера № – 28,13 кв.м., спальных мест – 10, в период с ДД.ММ.ГГГГ. содержалось 8-11 человек; камера № – 10,39 кв.м., спальных мест – 4, в период с ДД.ММ.ГГГГ. содержалось 3-6 человек; камера № – 28,44 кв.м., спальных мест – 10, в период с ДД.ММ.ГГГГ. содержалось 10-13 человек; камера № – 9,03 кв.м., спальных мест – 4, в период с ДД.ММ.ГГГГ. содержалось 3-4 человек.

Все камерные помещения СИЗО расположены в здании «Режимный корпус, в том числе медико-санитарная часть», 1986 года постройки, техническая характеристика здания проведена ДД.ММ.ГГГГ. Камерные помещения были оборудованы в соответствии с п. 44 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных приказом Министерства юстиции РФ от 12.05.2000 № 148. Санитарно-техническое состояние камер удовлетворительное. Все камерные помещения оборудованы искусственным и естественным освещением, все камеры оборудованы санитарным узлом. Воздухообмен осуществлялся за счет естественной вентиляции через форточки в оконных проемах и искусственной приточно-вытяжной вентиляции.

Суд, выслушав административного истца и представителя административных ответчиков, исследовав и оценив материалы дела, приходит к следующему.

На основании ст. 46 Конституции Российской Федерации, главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации граждане могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

Частями 9, 11 ст. 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации установлено, что если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет:

1) нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление;

2) соблюдены ли сроки обращения в суд;

3) соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих:

а) полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия);

б) порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен;

в) основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами;

4) соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

Обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 настоящей статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 настоящей статьи, - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).

Согласно части 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

В силу части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд удовлетворяет требование о признании незаконными действий, решения органа государственной власти только при установлении совокупности двух условий: несоответствие оспариваемых действий, решения органа государственной власти нормативным правовым актам и нарушение прав, свобод и законных интересов административного истца оспариваемыми действиями, решением органа государственной власти (пункт 1). При отсутствии совокупности названных условий, суд отказывает в удовлетворении требования о признании незаконными оспариваемых действий, решения органа государственной власти (пункт 2).

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (часть 5).

Указанные нормы введены в действие Федеральным законом от 27 декабря 2019 года № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее по тексту – Закон № 494-ФЗ) и применяются с 27 января 2020 года.

В силу части 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности. Гражданин, организация, иные лица могут обратиться непосредственно в суд или оспорить решения, действия (бездействие) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, в вышестоящие в порядке подчиненности орган, организацию, у вышестоящего в порядке подчиненности лица либо использовать иные внесудебные процедуры урегулирования споров.

Минимальные стандартные правила обращения с заключенными (далее – Правила) приняты Конгрессом организации объединенных наций по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями в г. Женева 30 августа 1955 года.

В силу пункта 10 части 1 Правил все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно все спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, особенно на кубатуру этих помещений, на минимальную их площадь, на освещение, отопление и вентиляцию.

От заключенных нужно требовать, чтобы они содержали себя в чистоте. Для этого их нужно снабжать водой и туалетными принадлежностями, необходимыми для поддержания чистоты и здоровья (пункт 15 Правил). Для того, чтобы заключенные могли сохранять внешний вид, совместимый с их человеческим достоинством, им нужно давать возможность заботиться о своей прическе и бороде, позволяя мужчинам регулярно бриться (пункт 16 Правил).

В соответствии с ч. 1, 2 ст. 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний. При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. Одним из основных принципов норм международного права и права Российской Федерации является создание осужденным к лишению свободы условий содержания, совместимых с уважением к человеческому достоинству. Унижающим достоинство обращением признается такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха и тревоги. Не допускается причинение лицу лишений в более высокой степени, чем тот, который неизбежен при лишении свободы и предусмотрен с учетом требований к режиму содержания.

В соответствии со статьей 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение (часть 1). Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих (часть 2).

Согласно ч. 1 ст. 17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

В соответствии со ст.ст. 15, 17, 21, 53 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации. Содержание под стражей осуществляется в соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права. Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию. Каждому гарантирует каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями

На основании ст. 13 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 г. N 5473-I "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" учреждения, исполняющие наказания, обязаны создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях, обеспечивать охрану здоровья осужденных, осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы.

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания" указано, что под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе: право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (в частности, части 1, 2 статьи 27.6 КоАП РФ, статьи 7, 13 Федерального закона от 26 апреля 2013 года N 67-ФЗ "О порядке отбывания административного ареста", статьи 17, 22, 23, 30, 31 Федерального закона от 15 июля 1995 г. N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", статьи 93, 99, 100 УИК РФ, п. 2 ст. 8 Федерального закона от 24 июня 1999 года N 120-ФЗ "Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних", часть 5 статьи 35.1 Федерального закона от 25 июля 2002 года N 115-ФЗ "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации", ст. 2 Федерального закона от 30 марта 1999 г. N 52-ФЗ "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения").

Согласно п. 14 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации.

Согласно ч. 3 ст. 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных.Материально-бытовое обеспечение осужденных к лишению свободы регламентировано статьей 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации.

Федеральный закон от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее – Федеральный закон от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ) регулирует порядок и определяет условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

В силу положений статьи 23 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров с учетом требований, предусмотренных частью первой статьи 30 названного Федерального закона.

Согласно пункту 42 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных Приказом Минюста России от 14 октября 2005 года № 189 действовавшим в спорный период времени и утратившим силу 16 июля 2022 года (далее – Правила внутреннего распорядка), камеры следственного изолятора оборудуются одноярусными или двухъярусными кроватями; столом и скамейками с числом посадочных мест по количеству лиц, содержащихся в камере; шкафом для продуктов; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; зеркалом, вмонтированным в стену; бачком с питьевой водой; подставкой под бачок для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; урной для мусора; тазами для гигиенических целей и стирки одежды; светильниками дневного и ночного освещения; телевизором, холодильником (при наличии возможности); вентиляционным оборудованием (при наличии возможности); тумбочкой под телевизор или кронштейном для крепления телевизора; напольной чашей (унитазом), умывальником; нагревательными приборами (радиаторами) системы водяного отопления; штепсельными розетками для подключения бытовых приборов; вызывной сигнализацией.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства, суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу положений статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1).

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

В соответствии со статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2).

Согласно статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Административным истцом в судебном заседании указано на нарушение условий содержания под стражей в ФКУ СИЗО-3, выразившихся в нарушении нормы жилой площади на человека, превышении лимита осужденных содержащихся в камерах, не хватки индивидуальных спальных мест, отсутствии вентиляции, отсутствие ночного освещения.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО2 содержался в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области в период с ДД.ММ.ГГГГ. и с ДД.ММ.ГГГГ

Согласно справке начальника отдела специального учета СИЗО-3, ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ. был арестован по апелляционному постановлению Свердловского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ., избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. ДД.ММ.ГГГГ. осужден приговором Тагилстроевского районного суда г. Нижний Тагил по ст. № УК РФ к 15 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима со штрафом в размере 100000 рубоей.

ФИО2 прибыл в ФКУ СИЗО-3 ДД.ММ.ГГГГ. из ИВС УВД г. Нижнего Тагила, выбыл ДД.ММ.ГГГГ. в ФКУ СИЗО-3 по <адрес>. Вновь прибыл в ФКУ СИЗО-3 ФИО4 России по СО ДД.ММ.ГГГГ. и выбыл из учреждения ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно справке начальника отдела специального учета ФКУ СИЗО-3 ФИО5 ФИО1 за период нахождения в учреждении содержался в следующих камерных помещениях:

- камера № – площадью 16,24 кв.м., спальных мест – 4, в период с ДД.ММ.ГГГГ. содержалось 0-2 человек;

- камера № – площадью 28,58 кв.м., спальных мест – 8, в период с ДД.ММ.ГГГГ. содержалось 5-7 человек;

- камера № – площадью 10,09 кв.м., спальных мест – 4, в период с ДД.ММ.ГГГГ. содержалось 2-6 человек;

- камера № – площадью 36,19 кв.м., спальных мест – 16, в период с ДД.ММ.ГГГГ. содержалось 9-14 человек;

- камера № – площадью 28,44 кв.м., спальных мест – 10, в период с ДД.ММ.ГГГГ. содержалось 5-11 человек;

- камера № – площадью 10,39 кв.м., спальных мест – 4, в период с ДД.ММ.ГГГГ. содержалось 3-6 человек;

- камера № – площадью 28,13 кв.м., спальных мест – 10, в период с ДД.ММ.ГГГГ. содержалось 8-11 человек;

- камера № – площадью 10,39 кв.м., спальных мест – 4, в период с ДД.ММ.ГГГГ. содержалось 3-6 человек;

- камера № – площадью 28,44 кв.м., спальных мест – 10, в период с ДД.ММ.ГГГГ. содержалось 10-13 человек;

- камера № – площадью 9,03 кв.м., спальных мест – 4, в период с ДД.ММ.ГГГГ. содержалось 3-4 человек.

Не доверять представленным сведения о периодах содержания административного истца в указанных камерах, предоставленных по судебному запросу, у суда нет оснований.

Согласно отзыву ответчиков, лимит наполнения учреждения 506 человек был превышен, в ДД.ММ.ГГГГ. содержалось 689 человек, в ДД.ММ.ГГГГ году содержалось 729 человек, в ДД.ММ.ГГГГ. содержалось 634 человека. Нарушение санитарной нормы происходит по независящим от администрации СИЗО причинам.

Все камерные помещения СИЗО расположены в здании «Режимный корпус, в том числе медико-санитарная часть», 1986 года постройки, техническая характеристика здания проведена ДД.ММ.ГГГГ., о чем представлен технический паспорт. В техническом паспорте здания режимного корпуса указана площадь помещений без указания номера камеры. Согласно представленному техническому паспорту здание оборудовано приточно-вытяжной вентиляцией.

Согласно справке заместителя начальника ФКУ СИЗО-3 ФИО6 камерные помещения были оборудованы в соответствии с п. 44 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных приказом Министерства юстиции РФ от 12.05.2000 № 148. Санитарно-техническое состояние камер удовлетворительное.

Воздухообмен осуществлялся за счет естественной вентиляции через форточки в оконных проемах и искусственной приточно-вытяжной вентиляции. Во время ежедневного технического осмотра камер проверяется исправность вентиляции, при выявлении неисправностей незамедлительно проводятся работы по восстановлению работоспособности. Также лицам, содержащимся под стражей, разрешено пользоваться бытовыми вентиляторами заводского производства для проветривания помещений.

Все камерные помещения оборудованы искусственным и естественным освещением в соответствии со СНиП 1223-05 «Нормы проектирования. Естественное и искусственное освещение». Искусственное освещение камер осуществляется системой ночного и основного освещения и соответствует норма освещенности. В каждой камере установлено по 2 светильника дневного освещения и по 1 светильнику ночного освещения с лампой накаливания мощностью 40 Вт. Переключение дневного освещения на ночное производится в период отбоя (на период сна) согласно утвержденному распорядку дня. Естественное освещение камер осуществляется через оконные проемы.

Исследовав представленные суду доказательства суд приходит к выводу о том, что не подлежат удовлетворению административные исковые требования истца о признании незаконным бездействия административных ответчиков, выразившееся в необеспечении надлежащих условий содержания под стражей в период содержания в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области, в связи с пропуском срока для обращения с указанными административными исковыми требованиями, заявленного стороной ответчика.

Статьей 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации установлено, что административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов (часть 1). Пропуск установленного срока обращения в суд не является основанием для отказа в принятии административного искового заявления к производству суда. Причины пропуска срока обращения в суд выясняются в предварительном судебном заседании или судебном заседании (часть 5).

Пропущенный по указанной в части 6 приведенной статьи или иной уважительной причине срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом, за исключением случаев, если его восстановление не предусмотрено данным кодексом (часть 7).

Пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска (часть 8).

Исходя из пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» (далее по тексту – Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47), проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

В соответствии с пунктом 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 в силу частей 2 и 3 статьи 62, подпунктов 3,4 части 9, части 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации обязанность доказывания соблюдения надлежащих условий содержания лишенных свободы лиц возлагается на административного ответчика – соответствующие орган или учреждение, должностное лицо, которым следует подтверждать факты, обосновывающие их возражения.

В части 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации установлено, что обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 настоящей статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 настоящей статьи, - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).

При этом следует учитывать позицию Конституционного Суда Российской Федерации относительно пропуска срока на судебное обжалование. В пункте 3 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 18.11.2004 N 367-О указано, что само по себе установление в законе сроков для обращения в суд с заявлениями о признании ненормативных правовых актов недействительными, а решений, действий (бездействия) - незаконными обусловлено необходимостью обеспечить стабильность и определенность административных и иных публичных правоотношений и не может рассматриваться как нарушающее право на судебную защиту, поскольку несоблюдение установленного срока в силу соответствующих норм АПК РФ не является основанием для отказа в принятии заявлений по делам, возникающим из административных и иных публичных правоотношений, - вопрос о причинах пропуска срока решается судом после возбуждения дела, т.е. в судебном заседании. Заинтересованные лица вправе ходатайствовать о восстановлении пропущенного срока, и, если пропуск срока был обусловлен уважительными причинами, такого рода ходатайства подлежат удовлетворению судом.

Одновременно в силу пункта 2 части 9 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, должностного лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет, соблюдены ли сроки обращения в суд.

Суд учитывает, что ФИО2 фактически нарушен (не соблюден) срок обращения с данным административным иском. ФИО2 убыл из ФКУ СИЗО-3 ДД.ММ.ГГГГ., об оспариваемых им нарушениях, ему было известно при убытии из СИЗО-3.

Административный истец не оспаривал, что из ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области он убыл ДД.ММ.ГГГГ., в суд с указанным административным исковым заявлением он обратился ДД.ММ.ГГГГ., то есть по истечении более 6 лет 10 месяцев после убытия из учреждения, сведений о наличии уважительных причин пропуска данного срока судом не установлено. Суд считает, что административный истец имел возможность обратиться с настоящим иском в суд в сроки, так как ограничения для обращений за защитой своих прав у административного истца отсутствовали.

Доказательства наличия каких-либо уважительных причин, объективно препятствовавших подаче заявления об оспаривании бездействия администрации, связанных с личностью самого истца (например, тяжелая болезнь, физически препятствующая подаче административного искового заявления), административным истцом суду не представлено и судом не установлено.

Доводы административного истца о том, что имеются основания для восстановления пропущенного срока обращения в суд, поскольку в силу юридической безграмотности он не знал о нарушении своих прав и права на обращение в суд, не знал о том, что условия в которых он содержался не соответствуют требованиям закона, судом отклоняются как основанные на неверном толковании действующего законодательства.

Исходя из положений статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, срок на обращение в суд исчисляется со дня, когда гражданину стало известно о нарушении его прав, свобод и законных интересов, а не с момента, когда он узнал о возможности воспользоваться иным способом защиты своих нарушенных прав.

Сам факт того, что административным истцом была получена информация о возможности обращения в суд с административным исковым заявлением от других осужденных, не свидетельствует о том, что о нарушении прав административному истцу стало известно только в 2022 году. Причины, приведенные административным истцом в качестве оснований для восстановления срока (о соблюдении срока на обращение в суд), судом отклоняются, указанные причины не свидетельствуют о соблюдении срока обращения в суд и не могут быть расценены в качестве уважительных с учетом установленных обстоятельств дела.

Установление в законе сроков для обращения в суд с административным исковым заявлением, а также момента начала их исчисления относится к дискреционным полномочиям федерального законодателя, обусловлено необходимостью обеспечить стабильность и определенность публичных правоотношений и не может рассматриваться как нарушение конституционных прав граждан, поскольку в соответствии с частями 5 и 7 статьи 219 КАС Российской Федерации несоблюдение установленного срока не является основанием для отказа в принятии таких заявлений: вопрос о причинах пропуска срока решается судом после возбуждения дела, т.е. в предварительном судебном заседании или в судебном заседании; заинтересованные лица вправе ходатайствовать о восстановлении пропущенного срока, и, если пропуск срока был обусловлен уважительными причинами, такого рода ходатайства подлежат удовлетворению судом (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2016 года № 2599-О, от 28 февраля 2017 года № 360-О, от 27 сентября 2018 года № 2489-О, от 25 июня 2019 года № 1553-О и др.).

Обязанность доказывания срока на обращение в суд и уважительность причин пропуска указанного срока прямо возлагается на административного истца, между тем административным истцом доказательств соблюдения срока на обращение в суд, обстоятельств, объективно препятствующих своевременному обращению в суд за защитой нарушенных прав, препятствий со стороны администрации исправительного учреждения в реализации его права на обращение в суд и уважительности причин столь длительного пропуска срока, не представлено.

Учитывая изложенное, суд, оценив представленные сторонами доказательства, приходит к выводу, что требования административного истца о признании незаконным бездействия по необеспечению условий содержания и взыскании компенсации за нарушение указанных условий содержания удовлетворению не подлежат по причине пропуска административным истцом срока на обращение в суд и отсутствие уважительных причин для его восстановления, что в силу положений части 8 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований.

В судебном заседании истцом также указано на взыскание в его пользу компенсации морального вреда, причиненного в связи с нарушением условий его содержания в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области. Административным истцом было указано, что он просит рассмотреть свое требование о возмещении морального вреда, причиненного нарушением неимущественных прав из-за ненадлежащих условий содержания под стражей, на которые срок исковой давности не распространяется.

Суд полагает, что имеются оснований для удовлетворения требований ФИО2 о компенсации морального вреда, поскольку приходит к выводу о том, что факт нарушения условий его содержания в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области в спорный период времени нашел свое подтверждение.

Из представленных административным ответчиком ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области сведений из журналов количественных проверок лиц, содержащихся в данном учреждении, следует, что в период содержания ФИО2 в учреждении, были допущены факты, когда количество лиц, содержащихся одновременно с ФИО2 в камерах превышало количество лиц, для содержания которых предусмотрена камера, а санитарная норма жилой площади из расчета 4 кв.м на одного заключенного не была соблюдена. В этой связи, основания полагать, что условия содержания административного истца под стражей на протяжении всего периода времени были надлежащими, отсутствуют.

Однако суд не находит обоснованными доводы административного истца о том, что отсутствие в камерах приточно-вытяжной вентиляции и отсутствие ночного освещения, являются основанием для присуждения компенсации морального вреда, причиненного вследствие этих нарушений, поскольку указанные факты, на которые ссылается ФИО2, своего подтверждения при рассмотрении административного дела не нашли.

Исходя из совокупности вышеприведенных положений действующего законодательства и установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу о наличии у ФИО2 права на присуждение компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконных действий, бездействия должностных лиц государственного органа, связанных с несоблюдением санитарной нормы жилой площади в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области в период содержания административного истца под стражей с ДД.ММ.ГГГГ.

При этом суд исходит из положений статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ, кроме случаев, предусмотренных законом.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей присуждению в пользу ФИО2, суд принимает во внимание, что доказательств значительности физических и нравственных страданий административный истец не представил, а также учитывает его индивидуальные особенности, длительность периода, в течение которого ФИО2 содержался с нарушением условий содержания под стражей (2 года 5 месяцев), и полагает возможным взыскать в пользу последнего 25000 рублей, что будет отвечать принципам разумности и справедливости.

В соответствии с подп. 1 п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в качестве представителя выступает главный распорядитель средств федерального бюджета.

На основании подпункта 6 пункта 7 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации (утв. указом Президента РФ от 13.10.2014 № 1314) ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.

При таких обстоятельствах взыскание компенсации должно быть произведено с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказания Российской Федерации.

В силу ч. 9 ст. 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации решение суда в части удовлетворения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении подлежит немедленному исполнению в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку истцом удовлетворены требования о компенсации морального вреда, а не о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, решение не подлежит немедленному исполнению.

Руководствуясь ст.ст. 175-180, 227, 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд,

РЕШИЛ:

Административные исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 25000 рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по административным делам Свердловского областного суда через Ленинский районный суд г. Нижнего Тагила Свердловской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято ДД.ММ.ГГГГ.

Судья Гурина С.А.