УИД 77RS0003-02-2025-000294-40

Гр. дело № 02-0635/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

адрес 03 октября 2025 года

Бутырский районный суд адрес в составе Королевой Е.Е., с участием прокурора фио, при ведении протокола помощником фио, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 02-635/2025 по иску ФИО1 к ГКБ № 1 им. фио о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

фио обратилась в суд с иском к ГКБ № 1 им. фио о взыскании денежной компенсации морального вреда в размере сумма, причиненного ненадлежащим оказанием медицинских услуг.

В обоснование иска указано, что 22.09.2021 истец фио была госпитализирована в ГКБ № 1 им. фио с диагнозом «К10.2 Одонтогенный абсцесс челюстно-язычного желобка слева. Обострение хронического периодонтита». После проведения обследования истцу была проведена операция под местной анестезией – удаление причинных разрушений зубов 3.7, 3.8, хирургическая санация гнойного очага. Из медицинского учреждения истец была выписана с диагнозом «К12.2 Абсцесс челюстно-язычного желоба слева, состояние после удаления двух зубов, острый лимфаденит», жалобы на боли и отек области лица слева, боли при глотании и ограничение открывания рта. В связи с ухудшением состояния здоровья после выписки, истец обратилась в ГБУЗ адрес «ГКБ им. фио» для получения медицинской помощи в отделении реанимации, интенсивной терапии и отделении гнойной челюстно-лицевой хирургии. В связи с дальнейшими осложнениями истец вновь обратилась в ГБУЗ адрес «ГКБ им. фио», где получала лечение в период с 21.12.2021 по 30.12.2021. Истец указывает, что в результате проведенного ответчиком хирургического вмешательства ей был причинен моральный вред, который выразился в физических страданиях, таких как постоянная головная боль, трудности в получении полноценного питания, ограничения речи, изменение формы лица, полагает, что указанные осложнения явились следствием оказания ненадлежащей медицинской помощи ответчиком.

В судебном заседании истец фио, её адвокат фио доводы заявленного иска поддержали, настаивали на его удовлетворении, выводы судебной экспертизы оспаривали, ссылаясь на наличие противоречий, просили о назначении по делу дополнительной экспертизы.

Представитель ответчика ГКБ № 1 им. фио фио исковые требования не признала, просила отказать в их удовлетворении, поскольку никаких дефектов при оказании медицинской помощи пациенту и причинения медицинскими работниками вреда в виде наступления негативных допущено не было. Полученные ответчиком негативные последствия не находятся в причинно-следственной связи между действиями сотрудников ответчика по оказанию медицинской помощи и причинению здоровья пациенту, что подтверждено результатами судебной экспертизы.

Выслушав объяснения явившихся участников процесса, допросив эксперта, исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования удовлетворению не подлежат, суд приходит к следующему.

В силу ст. 41 Конституции РФ, каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в РФ, является Федеральный закон от 21.11.2011 N 323 "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон).

В силу ст. 4 указанного ФЗ, охрана здоровья в РФ основывается на ряде принципов, одним из которых является соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий.

Качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (п. 21 ст. 2 ФЗ от 21.11.2011 N 323 "Об основах охраны здоровья граждан в РФ").

Критерии оценки качества медицинской помощи формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 ФЗ, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти. Медицинская организация обязана осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами РФ, в том числе порядками оказания медицинской помощи и стандартами медицинской помощи (п. 2 ст. 64, ст. 79 ФЗ от 21.11.2011 N 323 "Об основах охраны здоровья граждан в РФ").

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством РФ за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством РФ (ч.ч. 2, 3 ст. 98 ФЗ N 323 "Об основах охраны здоровья граждан в РФ").

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными Главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 -1101) и статьей 151 ГК РФ.

В соответствии со статьей 1064 ГК РФ, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том числе моральный, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом гражданское законодательствопредусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред,освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по еговине.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, чтокомпенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1). Размеркомпенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характерапричиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степенивины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.При определении размера компенсации вреда должны учитываться требованияразумности и справедливости (пункт 2).

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетомфактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностейпотерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжестиперенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 названного постановления).

Поскольку компенсация морального вреда, о взыскании которой в связи снекачественным оказанием медицинской услуги заявлено истцом, является одним извидов гражданско-правовой ответственности, нормы ГК РФ (статья 1064),устанавливающие основания ответственности в случае причинения вреда, применимы какк возмещению имущественного, так и морального вреда.

Для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие емунематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказыванияправомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленнаязаконом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательстваотсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляетдоказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственныхстраданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик являетсяпричинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием ответчик должен доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда при оказаний услуги.

Как установлено судом и следует из письменных материалов дела, 22.09.2021 истец фио поступила в ГКБ № 1 им. фио с диагнозом «К10.2 Одонтогенный абсцесс челюстно-язычного желобка слева. Обострение хронического периодонтита».

Согласно выписного эпикриза ГКБ № 1 им. фио, 22.09.2021 фио проведена хирургическая санация гнойного очага (вскрытие и дренирование абсцесса), удаление 3.7, 3.8. зубов; назначено медикаментозное лечение, антибактериальная, противовоспалительная и симптоматическая терапия на весь срок стационарного лечения, при выписке рекомендовано продолжить терапию; 29.09.2021 выписана с диагнозом: «К12.2 Абсцесс челюстно-язычного желоба слева. Состояние после удаления 3.7,3.8. зубов. Острый лимфаденит»; жалобы на боли и отек в области лица слева, боли при глотании слева, ограничение открывания рта; рекомендовано амбулаторное лечение под наблюдением хирурга-стоматолога и терапевта по месту жительства.

Согласно выписного эпикриза ГБУЗ адрес «ГКБ им. фио», 10.10.2021 фио поступила в приемное отделение с диагнозом: «I11.9 Гипертензивная (гепертоническая) болезнь с преимущественным поражением сердца без (застойной) сердечной недостаточности. D64.9 Анемия неуточненная тяжелой степени. I13.9 Гипертоническая болезнь II ст риск 4 ХСН 1. ХБП С3А (СКФ по формуле CKD-EPI: 47 ml/min/1/73 m2). Одонтогенный абсцесс челюстно-лицевого желобка слева. Состояние после удаления 3.7, 3.8. зубов. Острый лимфаденит. ЦВБ. Хроническая ишемия головного мозга. G50.0 Невралгия тройничного нерва. Невралгия III ветви тройничного нерва слева ЦВБ ХИБМ»; с 16.10.2021 по 19.10.2021 находилась в отделении реанимации и интенсивной терапии центра анестезиологии-реанимации; с 19.10.2021 по 18.11.2021 в отделении гнойной челюстно-лицевой хирургии, суммарно 39 дней; 16.10.2021 проведено вскрытие и дренирование флегмоны (абсцесса); 15.11.2021 наложение вторичных швов; назначено медикаментозное лечение; 18.11.2021 выписана с диагнозом: «Основной диагноз: L03.2 Флегмона в области височной ямки слева, околоушно-жевательной, подчелюстной области, верхней и средней трети передне-боковой поверхности шеи слева. Гнононекратический целлюло-фасцио-миозит. Вскрытие и дренирование флегмоны (абсцесса) 16.10.2021; Фоновый диагноз: К00.00 Частичная адентия нижней челюсти. Состояние после удаления 3.7, 3.8. зубов от 22.09.2021; Осложнения основного заболевания: J15.9 Левосторонняя нижнедолевая пневмония; Сопутствующие заболевания: I113.9 Гипертоническая болезнь II ст риск 4 ХСН 1 ХБП СЗА (СКФ по формуле CKD-EPI: 47 ml/min/1/73 m2). ЦВБ. Хроническая ишемия головного мозга. Острые эрозии желудка. Хронический калькулезный холецистит вне обострения. Функционирующая колостома прямой кишки 2010. Хроническая железодефицитная анемия тяжёлой степени».

Согласно выписного эпикриза ГБУЗ адрес «ГКБ им. фио», 21.12.2021 фио поступила в отделение гнойной челюстно-лицевой хирургии с диагнозом: «L03.2 Флегмона в области височной ямки слева, околоушно-жевательной подчелюстной областях, верхней и средней трети передне-боковой поверхности шеи слева. Гнононекротический целлюло-фасцио-миозит. Вскрытие и дренирование флегмоны от 10.10.2021. Длительно не заживающая рана в височной области слева. Обострение хронического остеомиелита задней челюсти слева; Сопутствующие заболевания: I13.9 Гипертоническая болезнь II ст риск 4 ХСН 1. ХБП С3А (СКФ по формуле CKD-EPI: 47 ml/min/1/73 m2). Одонтогенный абсцесс челюстно-лицевого желобка слева. Состояние после удаления 3.7, 3.8. зубов. Острый лимфаденит. ЦВБ. Хроническая ишемия головного мозга»; выписана 30.12.2021 с диагнозом: «L03.2 Флегмона в области височной ямки слева, околоушно-жевательной, подчелюстной области, верхней и средней трети передне-боковой поверхности шеи слева.Гнононекратический целлюло-фасцио-миозит.Вскрытие и дренирование флегмоны от 10.10.2021.Длительно не заживающая рана в височной области слева; Сопутствующие заболевания: I113.9 Гипертоническая болезнь II ст риск 4 ХСН 1 ХБП СЗА (СКФ по формуле CKD-EPI: 47 ml/min/1/73 m2).ЦВБ.Хроническая ишемия головного мозга» с жалобами на гнойное отделяемое из височной области слева, онемение нижней трети лица.

Обращаясь в суд с заявленными требованиями, истец указала, что при оказании медицинской помощи (хирургическая санация гнойного очага (вскрытие и дренирование абсцесса), удаление 3.7, 3.8. зубов) ответчиком были допущены дефекты, что привело к неблагоприятным последствиям и осложнениям для истца (боли и отек в области лица слева, боли при глотании слева, ограничение открывания рта). Впоследствии состояние здоровья истца стало ухудшаться. В связи с дальнейшими осложнениями, истец дважды была госпитализирована в ГБУЗ адрес «ГКБ им. фио» для проведения хирургического лечения, полагает, что указанные осложнения явились следствием ненадлежащей медицинской помощи, оказанной ответчиком.

Возражая против иска, стороной ответчика указывалось, что никаких дефектов при оказании медицинской помощи пациенту и причинения медицинскими работниками вреда в виде наступления негативных допущено не было. Полученные ответчиком негативные последствия не находятся в причинно-следственной связи между действиями сотрудников ответчика по оказанию медицинской помощи и причинению здоровья пациенту.

В связи со спорным характером возникших между сторонами правоотношений, с учетом ходатайства истца, определением суда от 21.04.2025 по настоящему делу назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено экспертам ГБУЗ адрес «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

Согласно заключению ГБУЗ адрес «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № 2523000640, установленный диагноз является правильным, установлен своевременно и обосновано, подтверждается характерной клинической картиной: отеком мягких тканейлевой подчелюстной области, болезненностью при пальпации, ограничением при открывании рта, болью при глотании слева, гиперемией, инфильтрацией и резкой болезненностью слизистой оболочки в проекции левого челюстно-язычного желобка; выбранная тактика хирургического лечения была направлена на устранение, санацию и дренирование очага инфекции (абсцесса) с эвакуацией 5 мл гнойного отделяемого из области челюстно-язычного желобка с последующим назначением антибактериальной терапии, и является правильным. Медицинская помощь ФИО1 в ГБУЗ «ГКБ № 1 им. фио ДЗМ» оказана в соответствии с Клиническими рекомендациями Министерства здравоохранения РФ «При абсцессах кожи лица. Флегмоны лица. Флегмоны и абсцессы полости рта» от 2016 года, действовавшими на момент оказания медицинской помощи (ответ на вопрос № 2); из медицинской карты №34044, оформленной в адрес С» на имя ФИО1 следует, что фио обратилась за медицинской помощью 30.09.2021 – на следующий день после выписки из ГБУЗ «ГКБ № 1 им. фио ДЗМ», то есть своевременно; результаты осмотра от 30.09.2021 и от 04.10.2021 согласуются с объективной картиной, зафиксированной при выписке ФИО1 из ГБУЗ «ГКБ 3 1 им. фио ДЗМ»: «отмечается незначительный отек мягких тканей в области нижней челюсти слева, открывание рта свободное, в полости лунки 3.7, 3.8. эпителизированы, рана в подъязычной области заживает вторичным натяжением, пациентка принимает ципрофлоксацин». Повторных обращений за амбулаторной помощью до госпитализации 11.10.2021 в ГБУЗ «ГКБ им. фио ДЗМ» не зарегистрировано (ответ на вопрос № 3); тяжесть воспалительного процесса и объем поражения зависят от вирулентности и токсичности микроорганизмов, их количества, реактивности организма и степени трофических расстройств; больные с воспалительной патологией составляют от 40 до 60% пациентов, обращающихся за стационарной стоматологической помощью, среди них подавляющее большинство (60-80%) страдает флегмонами лица и шеи; в 3-28% случаев флегмоны челюстно-лицевой области и шеи имеют тенденцию к прогрессированию процесса, что нередко приводит к развитию осложнений. Медицинская помощь в ГБУЗ «ГКБ № 1 им. фио» была оказана ФИО1 своевременно, правильно, адекватно и в полном объеме; выписка на амбулаторное лечение обоснована, клиническая картина соответствовала тяжести заболевания, объему и характеру хирургического лечения, недостатков медицинской помощи не имелось; проведенное лечение не было причиной возникновения нового заболевания. При исследовании представленных материалов обращает на себя внимание факт стационарного лечения по поводу гнойного осложнения не только в октябре 2021 года, но и в декабре 2021 года, что свидетельствует об устойчивости возбудителя к лечению, и о возможных индивидуальных факторах, способствующих распространению нагноения. Таким образом, прямой причинно-следственной связи между оказанием ФИО1 медицинской помощи в ГБУЗ «ГКБ №1 им. фио ДЗМ» и развитием септического осложнения в виде флегмоны в области височной ямки слева, околоушно-жевательной, подчелюстной области, верхней и средней трети переднебоковой поверхности шеи слева не имеется (ответ на вопрос № 4).

Для устранения противоречий и разъяснений выводов экспертного заключения, в суд была вызвана и допрошена эксперт фио, участвовавшая при подготовке судебного заключения, которая выводы, изложенные в судебном заключении поддержала в полном объеме, указав на отсутствие каких-либо описок/дописок, которые могли бы повлиять на правильность сделанного заключения, подтвердила, что прямая причинно-следственная связь между оказанием истцу медицинской помощи ответчиком и развитием септического осложнения в виде флегмоны в области височной ямки слева, околоушно-жевательной, подчелюстной области, верхней и средней трети переднебоковой поверхности шеи слева отсутствует.

Оснований не доверять показаниям эксперта фио, равно как и заключению судебной экспертизы, проведенной с участием данного эксперта, у суда не имеется, поскольку выводы данные экспертом в заключении и поддержанные им в ходе допроса согласуются с материалами дела, результаты исследований изложены полно и ясно, с учетом всех поставленных судом вопросов, описан ход и результаты исследования, заключение не содержит внутренних противоречий, выводы являются логическим следствием осуществленного исследования и достаточно мотивированы.

По своему содержанию с точки зрения полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с поставленными перед экспертами вопросами и другими доказательствами по делу, суд считает, что заключение соответствует требованиям законодательства, содержат подробный анализ изученной медицинской документации и Клиническими рекомендациями Министерства здравоохранения РФ «При абсцессах кожи лица. Флегмоны лица. Флегмоны и абсцессы полости рта» от 2016 года, действовавшими на момент оказания медицинской помощи, содержит мотивированные выводы и научно обоснованные ответы со ссылкой на данные Клинические рекомендации, ответы соответствуют поставленным судом вопросам, аргументированы, понятны. Экспертиза проведена по материалам дела, медицинской документации, которые являются достаточными для проведения подобного рода исследований, не допускает неоднозначного толкования выводов, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения.

Вопреки возражениям истца, каких-либо доказательств, свидетельствующих о недостоверности проведенной экспертизы, наличий противоречий в ней или опровергающих выводы экспертов, содержащиеся в заключении ГБУЗ адрес «Бюро судебно-медицинской экспертизы», не представлено и судом не установлено.

Доводы стороны истца о неправильной постановке диагноза и тактике лечения, антибактериальной терапии, проведенной ответчиком истцу в период госпитализации в организации ответчика, подлежат отклонению, поскольку являются субъективным мнением истца, допустимыми доказательствами не подтверждены и опровергнуты выводами судебной экспертизы.

Оценивая заключение ГБУЗ адрес «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № 2523000640 в совокупности с иными доказательствами по делу, суд считает, что данное исследование отвечает требованиям ч. 2 ст. 86 ГПК РФ, в связи с чем, признает его допустимым и достоверным доказательством по делу, в полной мере, отражающим фактические обстоятельства дела.

Оснований для назначения по делу дополнительной судебной экспертизы, как о том заявлялось стороной истца, суд не усматривает, поскольку имеющееся в материалах дела судебное заключение содержит ответы на все поставленные перед экспертами вопросы, выводы экспертов ясны и непротиворечивы.

Таким образом, в судебном заседании не нашел своего подтверждения факт оказания истцу некачественной медицинской помощи со стороны ответчика, клиническая картина соответствовала тяжести заболевания, объему и характеру хирургического лечения, медицинская помощь соответствовала условиям и стандартам её оказания, проведенное лечение не было причиной возникновения нового заболевания, недостатков медицинской помощи, которые могли привести или находились в причинно-следственной связи между оказанием истцу медицинской помощи ответчиком и развитием септического осложнения в виде флегмоны в области височной ямки слева, околоушно-жевательной, подчелюстной области, верхней и средней трети переднебоковой поверхности шеи слева не имеется.

При таком положении, суд приходит к выводу, что наступившие для истца негативные последствия и недостигнутый результат лечения, произошли не по вине ответчика, в связи с чем, в удовлетворении требований о взыскании компенсации морального вреда, надлежит отказать.

Руководствуясь ст.ст. 193-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 (паспортные данные) к ГКБ № 1 им. фио (ИНН <***>) о взыскании компенсации морального вреда – отказать.

Решение может быть обжаловано в Московский городской суд через Бутырский районный суд адрес в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято 16.10.2025

Судья: Е.Е. Королева