УИД 71RS0026-01-2025-000098-94

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 декабря 2025 года город Тула

Привокзальный районный суд г. Тулы в составе

председательствующего Мироновой О.В.

при секретаре Сычеве С.Ю.,

с участием

помощника прокурора Привокзального района г. Тулы Петраковской А.А.,

представителя истца ФИО1 по доверенности и ордеру от 15.12.2025 № 416017 адвоката Гелла И.В.,

представителя ответчика ФИО2 по ордеру от 04.03.2025 № 55 адвоката Сорокина Р.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-512/2025 по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском, впоследствии уточненным в порядке ч. 1 ст. 39 ГПК РФ, к ФИО2 о возмещении ущерба, компенсации морального вреда, указывая, что дата на <адрес> по вине ответчика, управлявшего транспортным средством <...>, гос. рег. знак №, произошло ДТП, в результате которого был поврежден ее (ФИО1) автомобиль <...>, гос. рег. знак № На момент ДТП ответственность ответчика застрахована не была. В результате ДТП, учитывая стоимость восстановительного ремонта транспортного средства (4 817 392 руб.), ей причинен ущерб в сумме 1 185 809 руб., складывающийся из разницы между рыночной стоимостью автомобиля <...> (1 386 366 руб.) и стоимостью годных остатков данного транспортного средства (200 557 руб.). Также указывает, что в результате ДТП у нее развилось посттравматическое стрессовое расстройство, ей причинены нравственные страдания.

По изложенным основаниям ФИО1 просит взыскать с ответчика ФИО2 в возмещение причиненного ущерба денежные средства в размере 1 185 809 руб., компенсацию морального вреда в сумме 300 000 руб., судебные расходы по оплате государственной пошлины - 4 000 руб., оплате услуг оценщика - 25 300 руб., услуг представителя - 40 000 руб., а также расходы по оформлению нотариально удостоверенной доверенности на представителя - 2 150 руб.

Истец ФИО1, ее представитель по доверенности ФИО3, ответчик ФИО2, представитель третьего лица, привлеченного к участию в деле в соответствии со ст. 43 ГПК РФ, - СПАО «Ингосстрах» в судебное заседание, о времени и месте которого извещены надлежащим образом, не явились, причин неявки не сообщили, об отложении судебного разбирательства не просили.

Представитель истца по доверенности и ордеру адвокат Гелла И.В. в судебном заседании исковые требования поддержал, заявил о взыскании с ответчика в пользу ФИО1 судебных расходов по оплате услуг представителя в общем размере 50 000 руб.

Представитель ответчика по ордеру адвокат Сорокин Р.С. против удовлетворения исковых требований возражал, полагая их необоснованными.

Руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, суд определил о рассмотрении дела в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав участвующих в деле лиц, заключение прокурора, полагавшего исковые требования ФИО1 о компенсации морального вреда подлежащими удовлетворению с учетом принципов разумности и справедливости, допросив эксперта, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Ст. 15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (п. 1).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п. 2).

Согласно п. 1 и п. 2 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

По смыслу указанных правовых норм лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать нарушение права, причинную связь между нарушением права и возникшими у истца неблагоприятными последствиями в виде убытков и их размер. При этом установлена презумпция вины причинителя вреда, на которого возлагается бремя доказывания отсутствия вины в причинении другому лицу вреда.

Из материалов дела следует, что дата в 11 час 45 мин. на <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участие автомобиля <...>, гос. рег. знак №, принадлежащего ФИО2 и под его управлением, а также транспортного средства <...>, гос. рег. знак №, принадлежащего ФИО1 и под ее управлением.

На момент дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность истца ФИО1, как владельца транспортного средства <...>, гос. рег. знак №, в соответствии с Федеральным законом от дата № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» была застрахована в СПАО «Ингосстрах» (страховой полис № №), в свою очередь, гражданская ответственность владельцев транспортного средства <...>, гос. рег. знак №, застрахована не была.

Постановлениями инспектора ДПС группы ДПС ГИБДД МОМВД России «Плавский» ФИО8 от дата ФИО2 признан виновным в совершении административных правонарушений, предусмотренных ч. 2 ст. 12.37 КоАП РФ и ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ, за управление транспортным средством при отсутствии полиса обязательного страхования гражданской ответственности, а также за то, что в нарушение п. 9.10 Правил дорожного движения Российской Федерации выбрал небезопасную дистанцию до впереди движущегося автомобиля <...>, гос. рег. знак №, в связи с чем совершил с ним столкновение.

Вышеуказанные постановления инспектора ДПС ответчиком ФИО2 в установленном законом порядке не обжаловались, вступили в законную силу.

Истцом ФИО1 заявлено о взыскании с ФИО2 ущерба, связанного с повреждением в рассматриваемом дорожно-транспортного средства принадлежащего ей автомобиля, а также компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 настаивал на то, что рассматриваемое дорожно-транспортное происшествие произошло по вине ФИО2

Ответчик ФИО2, напротив, в ходе судебного разбирательства свою вину в произошедшем дорожно-транспортном происшествии отрицал.

Проверяя доводы и возражения сторон в указанной части, суд приходит к следующему.

Из анализа положений ст. ст. 1064, 1079 ГК РФ в их системной взаимосвязи следует, что вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях, то есть по принципу ответственности за вину.

Таким образом, вред, причиненный одному из владельцев транспортного средства по вине другого, возмещается виновным.

Согласно положениям п. 2 ст. 1083 ГК РФ, при грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Из приведенных выше положений закона следует, что при наличии вины причинителя вреда основанием для отказа в иске является умысел потерпевшего, а для уменьшения размера возмещения - грубая неосторожность потерпевшего, за исключением возмещения отдельных расходов, указанных в законе.

В соответствии с п 1.3. Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 № 1090 (далее - Правила дорожного движения) участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

В силу п. 1.5 Правил дорожного движения участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Из п. 9.10 Правил дорожного движения следует, что водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущего впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения.

П. 10.1 Правил дорожного движения предусмотрено, что водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

Согласно письменным объяснениям ФИО1 от дата, данным инспектору ДПС ГДПС ГИБДД МОМВД России «Плавский» ФИО8 в рамках проверки обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, дата, примерно в 11 час. 45 мин., она, управляя транспортным средством <...>, гос. рег. знак №, двигалась со стороны <адрес>. Посмотрев в зеркало заднего вида, она увидела автомобиль <...>, гос. рег. знак №, который пыталась пропустить, однако, тот ударил ее транспортное средство, в результате чего последнее съехало в левый по ходу движения кювет с последующим опрокидыванием.

Из письменных объяснений ФИО2 от дата, данных инспектору ДПС ГДПС ГИБДД МОМВД России «Плавский» ФИО8 в рамках проверки обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, следует, что дата, примерно в 11 час. 42 мин., он, управляя автомобилем <...>, гос. рег. знак №, ехал со стороны <адрес>, на его полосе движения находился автомобиль <...>, гос. рег. знак №. Он начал совершать обгон указанного транспортного средства, однако, этот автомобиль стал уходить влево. Пытаясь избежать удара, он нажал на тормоз, в результате чего совершил столкновение с транспортным средством <...>.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 указывал на наличие вины ФИО1 в рассматриваемом дорожно-транспортном происшествии, поскольку она, управляя автомобилем <...>, гос. рег. знак №, фактически воспрепятствовала совершаемому ФИО2 обгону, сместила свое транспортное средство влево, в связи с чем его доверителю пришлось применить торможение, однако, избежать столкновения ему не удалось.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля инспектор ДПС ГДПС ГИБДД МОМВД России «Плавский» ФИО8 пояснил, что выезжал на место указанного дорожно-транспортного происшествия, опрашивал его участников. Проанализировав обстоятельства случившегося, он пришел к выводу о том, что данное дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя автомобиля <...> - ФИО2, который не выбрал безопасную дистанцию до впереди движущегося транспортного средства <...>, в связи с чем совершил с ним столкновение. Сомнений в вине ФИО2 у него не возникло, поэтому последний был привлечен к административной ответственности за совершенное правонарушение, повлекшее рассматриваемое дорожно-транспортное происшествие.

Оснований не доверять показаниям указанного свидетеля у суда не имеется. Свидетель ФИО8 предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, непосредственно осведомлен об изложенных им обстоятельствах, его показания последовательны и не противоречат иным доказательствам, имеющимся в деле.

Также в целях проверки доводов и возражений сторон по настоящему делу определением суда была назначена автотехническая экспертиза, проведение которой поручалось экспертам ООО «Тульский экспертно-правовой центр «Защита».

Согласно заключению эксперта ООО «Тульский экспертно-правовой центр «Защита» от дата №, механизм развития рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия следующий: автомобили <...> и <...> двигались в попутном направлении по дороге Белев-Чернь, автомобиль <...> двигался впереди автомобиля <...>. В процессе движения автомобиль <...> совершил столкновение с автомобиля <...>. Вследствие эксцентричности удара в заднюю правую часть автомобиля <...>, на последний начал действовать вращающий момент, вызвавший поворот его продольной оси против часовой стрелки, что привело к изменению траектории его движения в направлении левой обочины. В результате заноса на проезжей части начиная с места столкновения образовались дугообразные следы бокового заноса шин, зафиксированные на фото с места ДТП. В процессе дальнейшего неуправляемого движения автомобиль <...> выехал за пределы левой обочины, автомобиль <...> продолжил движение и остановился на правом краю проезжей части.

Согласно механизму дорожно-транспортного происшествия, водитель автомобиля <...>, гос. peг. знак №, должен был руководствоваться требованиями пункта 9.10 Правил дорожного движения.

Действия водителя автомобиля <...>, гос. peг. знак №, в сложившейся дорожно-транспортной ситуации с технической точки зрения не регламентируются конкретными пунктами Правил дорожного движения.

К столкновению указанных транспортных средств привело несоответствие действий водителя автомобиля <...>, гос. peг. знак №, требованиям п. 9.10 Правил дорожного движения.

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО9, проводивший вышеуказанную экспертизу, выводы заключения поддержал, пояснил, что рассматриваемое дорожно-транспортное происшествие произошло в результате нарушения водителем автомобиля <...> п. 9.10 Правил дорожного движения, он не избрал безопасную дистанцию до впереди движущего транспортного средства <...>, которая позволила бы избежать столкновения. Заявленный водителем транспортного средства <...> в письменных объяснениях механизм развития дорожно-транспортного происшествия не соответствует его обстоятельствам и следам шин на проезжей части в месте дорожно-транспортного происшествия. В настоящем случае столкновение произошло на правой (попутной) полосе движения, а не встречной полосе, в начальный этап столкновения автомобиль <...> находился на своей правой (попутной) полосе движения, а транспортное средство <...> - в большей части на правовой (попутной) полосе движения и частично на встречной полосе. Нарушений Правил дорожного движения водителем <...> не допущено, его действия не повлекли рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия.

Оснований не доверять заключению эксперта ООО «Тульский экспертно-правовой центр «Защита» от дата № в указанной части, а также пояснениям эксперта ФИО9 в судебном заседании, у суда не имеется. Эксперт, проводивший данную экспертизу имеет соответствующее образование и квалификацию, большой стаж работы в данной области, предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Экспертное заключение ООО «Тульский экспертно-правовой центр «Защита» в части механизма рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия научно обосновано, содержит подробное описание проведенного исследования и сделанные в результате его выводы. При проведении исследования эксперт ФИО9 руководствовался всеми материалами дела, представленными сторонами, имеющимся в деле фотоматериалами, материалом ДТП. Каких-либо противоречий данное заключение в рассматриваемой части не имеет, согласуется с иными доказательствами, имеющимися в деле.

Таким образом, вопреки доводам стороны ответчика, исследованными в судебном заседании доказательствами достоверно подтверждено, что рассматриваемое дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя транспортного средства <...> гос. peг. знак №, ФИО2, который в нарушение п. 9.10 Правил дорожного движения не избрал безопасную дистанцию до впереди движущего транспортного средства <...>, допустил столкновение с этим автомобилем.

Доказательств, подтверждающих доводы ответчика, о том, что рассматриваемое дорожно-транспортное происшествие также произошло по вине ФИО1, о том, что она способствовала причинению вреда, суду в соответствии со ст. 56 ГПК РФ не представлено, из материалов дела таковые не усматриваются.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для взыскания с ФИО2 в пользу ФИО1 причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия ущерба.

В подтверждение размера причиненного ущерба ФИО1 представлены отчеты ООО «Тульская Независимая Оценка» от дата № и №, согласно которым по состоянию на дата рыночная стоимость услуг по восстановительному ремонту транспортного средства <...>, гос. peг. знак №, после рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия без учета износа составляет 4 817 392 руб., с учетом износа - 1 505 993 руб. Рыночная стоимость услуг по восстановительному ремонту превышает рыночную стоимость автомобиля в до аварийном состоянии на дату дорожно-транспортного происшествия - 1 386 366 руб., стоимость годных остатков транспортного средства равна 200 557 руб.

Руководствуясь вышеуказанными отчетами оценщика, ФИО1 просит взыскать с ФИО2 ущерб в размере 1 185 809 руб., складывающийся из разницы между рыночной стоимостью автомобиля <...>, гос. peг. знак №, (1 386 366 руб.) и стоимостью годных остатков данного транспортного средства (200 557 руб.).

Согласно заключению эксперта ООО «Тульский экспертно-правовой центр «Защита» от дата №, стоимость восстановительного ремонта транспортного средства <...>, гос. рег. знак №, на дату дорожно-транспортного происшествия - дата без учета износа в соответствии со среднерыночными ценами Тульского региона составляет 4 834 125 руб., рыночная стоимость указанного автомобиля в неповрежденном состоянии по состоянию на дата - 1 386 366 руб., а стоимость его годных остатков - 200 557 руб.

В судебном заседании эксперт ООО «Тульский экспертно-правовой центр «Защита» ФИО9 пояснил, что поскольку определением суда были поставлены вопросы об определении стоимости восстановительного ремонта транспортного средства, рыночной стоимости данного автомобиля на дату дорожно-транспортного происшествия - дата, с момента которого прошло 3 года, ввиду отсутствия соответствующих объявлений о продаже транспортных средств в дату проведения экспертизы в справочниках, которыми в соответствии с методическими рекомендациями они должны руководствоваться при производстве экспертизы, была использована информация о предложениях к продаже автомобилей-аналогов и скриншоты объявлений, содержащиеся в имеющемся в материалах гражданского дела отчете ООО «Тульская Независимая Оценка» №, данный отчет являлся единственным источником, из которого эксперт мог получить сведения о предложениях к продаже аналогичных транспортных средств по состоянию на дату дорожно-транспортного происшествия.

С заявленным истцом размером ущерба ФИО2 не согласился, между тем, доказательств иной оценки стоимости восстановительного ремонта транспортного средства истца после рассматриваемого ДТП, стоимости автомобиля без учета повреждений и его годных остатков, ответчиком не представлено. Приводя доводы о несогласии с отчетами ООО «Тульская Независимая Оценка» и заключением ООО «Тульский экспертно-правовой центр «Защита», представитель ответчика в судебном заседании о назначении по делу дополнительной либо повторной экспертизы не ходатайствовал, о наличии к тому оснований не заявлял.

Оснований сомневаться в том, что специалист ООО «Тульская Независимая Оценка» при определении рыночной стоимости автомобиля истца сравнительным подходом не производил анализ рынка аналогичных транспортных средств по состоянию на дату дорожно-транспортного происшествия, у суда не имеется. В отчете ООО «Тульская Независимая Оценка» № от дата имеются скриншоты объявлений по продаже транспортных средств, которыми руководствовался специалист данной организации на момент проведения исследования (в период с дата по дата) и эксперт ООО «Тульский экспертно-правовой центр «Защита», эти скриншоты имеют ссылки на источник объявлений, всю необходимую информацию о характеристиках автомобилей и предложенную продавцом цену, в связи с чем доводы представителя ответчика в данной части суд находит необоснованными, представленные им распечатки объявлений, сделанные в ходе рассмотрения настоящего спора в 2025 г., не свидетельствуют о необоснованности выводов специалиста ООО «Тульская Независимая Оценка» и эксперта ООО «Тульский экспертно-правовой центр «Защита».

При таких обстоятельствах, поскольку вышеуказанные отчеты ООО «Тульская Независимая Оценка» от дата № и №, а также заключение эксперта ООО «Тульский экспертно-правовой центр «Защита» подготовлены специалистами, имеющими соответствующее образование и квалификацию, научно обоснованы, каких-либо существенных противоречий не имеют, суд принимает данные отчеты и заключение эксперта в качестве относимых, допустимых и достоверных доказательств по настоящему делу, подтверждающих, что стоимость ремонта транспортного средства ФИО1 превышает стоимость самого автомобиля без учета повреждений, а также в качестве надлежащих доказательств, подтверждающих рыночную стоимость транспортного средства истца в до аварийном состоянии и его годных остатков.

Доводы ответчика о том, что при определении ущерба должна учитываться вырученная ФИО1 от продажи поврежденного транспортного средства денежная сумма, которая, по его мнению, составляла 700 000 руб., являются необоснованными.

Продажу истцом транспортного средства за 700 000 руб. ответчик аргументирует тем, что ФИО1 дата на сайте «Авито» было размещено объявление о продаже данного автомобиля за 850 000 руб., дата его цена была снижена до 700 000 руб., более цена не изменялась и объявление снято с публикации. Полагает, что транспортное средство продано истцом за 700 000 руб., в связи с чем размер причиненного ущерба должен быть снижен на указанную сумму.

В подтверждение указанных доводов ФИО2 представил отчет «Автотека проект Авито» от дата в отношении транспортного средства <...>, гос. рег. знак №.

Из объяснений представителя истца в судебном заседании следует, что транспортное средство было продано ФИО1 за 210 000 руб., в подтверждение чего в судебном заседании дата представлен заключенный дата истцом с ФИО10 договор купли-продажи автомобиля, копия которого приобщена к материалам дела.

дата транспортное средство <...>, гос. рег. знак №, снято ФИО1 с учета, в связи с продажей (передачей) другому лицу. Согласно карточки учета транспортного средства снятие с учета данного автомобиля произведено на основании представленного ФИО1 договора купли-продажи от дата, содержащего сведения о цене транспортного средства - 210 000 руб.

В судебном заседании дата по ходатайству представителя истца к материалам дела приобщена копия договора купли-продажи указанного транспортного средства, внешне данный договор отличается от ранее представленного договора купли-продажи, между тем, содержание данного договора, его существенные условия, в том числе, дата заключения - дата, стороны договора - продавец ФИО1, покупатель - ФИО10, цена транспортного средства - 210 000 руб. полностью совпадают.

Из показаний допрошенного в судебном заседании по ходатайству представителя истца свидетеля ФИО19 следует, что с 2021 г. он состоит с ФИО1 в фактических брачных отношениях. После произошедшего дорожно-транспортного происшествия она продала поврежденный автомобиль <...>, гос. рег. знак №, за 350 000 руб. При этом, после заданных вопросов относительно цены автомобиля свидетель пояснил, что точную сумму, за которую было продано транспортное средство уже не помнит. После ознакомления с представленными истцом вышеуказанными договорами купли-продажи подтвердил, что транспортное средство было продано указанному в них покупателю за 210 000 руб., верным является договор купли-продажи, который был приобщен представителем истца в судебном заседании дата, заполненный сторонами договора вручную.

Вместе с тем, обстоятельства продажи ФИО1 поврежденного транспортного средства не имеют правового значения для разрешения настоящего дела, определения размера причиненного ущерба.

Продажа потерпевшим поврежденного автомобиля не является основанием для освобождения причинителя вреда от обязанности по его возмещению и не может препятствовать реализации имеющегося у потерпевшего права на возмещение убытков, причиненных в результате дорожно-транспортного происшествия, поскольку является правомерным осуществлением права на распоряжение принадлежащим ему на праве собственности имуществом.

Отчуждение (продажа) потерпевшим поврежденной вещи не освобождает причинителя вреда от возмещения ущерба, так как денежная сумма, полученная потерпевшим от реализации поврежденной вещи, не влияет на размер возмещения ущерба.

Цена по договору купли-продажи, определенная его сторонами в конкретном случае по своему собственному усмотрению, сама по себе не определяет размер ущерба, причиненного повреждением имущества, который не может изменяться в сторону увеличения или уменьшения в зависимости от усмотрения сторон договора купли-продажи, и тем самым, увеличивать или уменьшать объем ответственности причинителя вреда, не участвовавшего в этих отношениях.

Аналогичная позиция изложена определениях Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2016 № 88-КГ16-3 и от 19.03.2024 № 32-КГ24-3-К1.

По смыслу ст. ст. 15, 1064 ГК РФ, с учетом разъяснений в п. 65 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», если стоимость ремонта превышает стоимость самого транспортного средства без учета повреждений, то надлежащим способом возмещения вредя является взыскание с его причинителя суммы ущерба, складывающейся из стоимости автомобиля за вычетом стоимости его годных остатков.

Таким образом, суд приходит к выводу о взыскании с ФИО2 в пользу ФИО1 причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия ущерба в размере 1 185 809 руб. (1 386 366 руб. (стоимость транспортного средства истца в неповрежденном состоянии) – 200 557 руб. (стоимость годных остатков)).

В ходе судебного разбирательства представитель ответчика пояснял, что материальное положение ФИО2 не позволяет возместить истцу заявленную сумму ущерба.

В соответствии с п. 3 ст. 1083 ГК РФ суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Исходя из положений действующего гражданского и гражданского процессуального законодательства, для определения имущественного положения ответчика, а также наличия или отсутствия оснований для применения п. 3 ст. 1083 ГК РФ, суду необходимо дать оценку материальному положению ответчика и представленным в подтверждение данного обстоятельства доказательствам.

Кроме того, судом при разрешении вопроса о снижении размера суммы подлежащего взысканию ущерба должен быть учтен баланс интересов сторон, материальное положения истца и расходы, которые он должен будет понести с целью восстановления его имущества, поврежденного по вине ответчика.

Из материалов дела, показаний допрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО18 (матери истца) и ФИО19 следует, что ФИО1, дата года рождения, не работает, не замужем, имеет на иждивении малолетнего ребенка - ФИО11, дата года рождения, состоит в фактических брачных отношениях с ФИО19, который и обеспечивает истца. На праве собственности ФИО1 принадлежит 1/5 доля в праве на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, иного имущества, транспортных средств истец не имеет.

Оснований не доверять показаниям свидетелей в указанной части у суда не имеется. В данной части показания свидетелей ФИО18 и ФИО19 последовательны, каких-либо противоречий не имеют.

Согласно объяснениям представителя ответчика в судебном заседании, ФИО2 в браке не состоит, несовершеннолетних детей не имеет, в настоящее время не работает, оказывает помощь нетрудоспособным отцу ФИО13 и бабушке ФИО12 Согласно представленным документам, ответчик зарегистрирован по адресу: <адрес>, совместно с отцом и бабушкой. В период с дата по дата ФИО4 работал токарем 2 разряда в АО «<...>», с 07.08.20025 по 11.11.2025 - в ООО «<...>» кладовщиком, комплектовщиком, уволен по собственному желанию. Согласно представленной справке о доходах и суммах налога физического лица за 2025 г. доход ФИО4 в АО «<...>» за период с февраля по май 2025 г. составил <...> руб. без вычета НДФЛ. Размер получаемой ФИО12, дата года рождения (бабушка ответчика) пенсии составляет <...> руб., а размер пенсии отца ответчика ФИО4 - <...> руб., также они являются получателями ЕДВ в сумме <...> руб. Мать ответчика - ФИО14 умерла дата.

Между тем, иные документы, подтверждающие материальное положение ФИО4 (подтвержденный налоговым органом перечень расчетных и иных счетов ответчика в кредитных организациях; подтвержденные указанными кредитными организациями данные об отсутствии/наличии на соответствующих счетах денежных средств, а также об общей сумме задолженности владельца счета (счетов) по исполнительным листам и платежным документам; подтвержденные указанными кредитными организациями данные о ежемесячном обороте средств по соответствующим счетам; при наличии у ответчика счета цифрового рубля - аналогичные сведения относительно остатка средств и оборота по указанному счету; подтвержденные надлежащим образом сведения о получаемых пособиях, иных доходах; о принадлежности/отсутствии имущества, пр.), ответчиком в соответствии со ст. 56 ГПК РФ не представлено, как и не представлено доказательств наличия у ФИО4 препятствий к трудоустройству в целях получения дохода.

Таким образом, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для применения в настоящем случае положений п. 3 ст. 1083 ГК РФ, уменьшения размера возмещения вреда.

Разрешая исковые требования ФИО1 о компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

К числу признаваемых в Российской Федерации и защищаемых Конституцией Российской Федерации прав и свобод относятся, прежде всего, право на жизнь (ч. 1 ст. 20), как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод и высшая социальная ценность, и право на охрану здоровья (ч. 1 ст. 41), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

В силу указанных положений Конституции Российской Федерации на государство возложена обязанность уважения данных конституционных прав и их защиты законом (ст. 18). В гражданском законодательстве жизнь и здоровье рассматриваются как неотчуждаемые и непередаваемые иным способом нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения (п. 1 ст. 150 ГК РФ).

Согласно п. 1, п. 2 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (п. 1).

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п. 2).

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (ст. ст. 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (п. 2 ст.1064 ГК РФ).

Учитывая, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и не поддается точному денежному подсчету, соответственно, является оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, такая компенсация производится с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего, в связи с чем, должна отвечать признакам справедливости и разумности.

Из материалов дела следует, что в результате рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия автомобиль <...>, гос. рег. знак №, под управлением ФИО1, съехал в кювет с последующим опрокидыванием. В связи с получением телесных повреждений ФИО1 с места дорожно-транспортного происшествия была доставлена в ГУЗ «Плавская ЦРБ им. С.С. Гагарина», где ей поставлен диагноз: ЗЧМТ (?), ушиб мягких тканей головы, ушибленная рана левого предплечья. При этом, от госпитализации и обследования ФИО1 отказалась.

дата ФИО1 обратилась за медицинской помощью в ГУЗ «ТГКБСМП им. Д.Я. Ваныкина», в связи с участием в вышеуказанном дорожно-транспортном происшествии предъявляла жалобы на боль в бедрах, левой руке, была осмотрена врачами-травматологами и врачом-нейрохирургом. Осмотром установлено, что пациентка передвигается с опорой на обе нижние конечности, динамика ходьбы не нарушена, множественные кровоподтеки нижних и верхних конечностей, п/о рана на локтевом суставе без признаков воспаления, в проекции 4 пальца левой кисти - рана 1х0,5 см без признаков воспаления. По результатам осмотров и инструментальных методов исследования ФИО1 уставлены диагнозы: «Сотрясение головного мозга. Ушиб мягких тканей головы. Открытая ране других частей запястья и кисти. Хирургические обработанные раны левого локтевого сустава, 4 пальца левой кисти. Множественные ушибы конечностей». От госпитализации ФИО1 отказалась, рекомендованы постельный режим, ограничение физических и тепловых нагрузок на 14 дней, наблюдение хирурга/травматолога по месту жительства, медикаментозное лечение. Оформлен больничный лист с дата по дата.

дата ФИО1 за медицинской помощью обратилась в поликлинику «Вирмед», предъявляла жалобы на боли, отек, гематомы обоих нижних конечностей, боли в области раны локтевого сустава, боли в области 4 пальца левой кисти в проекции раны. Врачом-хирургом данной поликлиники ФИО1 поставлен диагноз «Сотрясение головного мозга. Открытая рана других частей запястья и кисти. Открытая рана локтя», рекомендовано медикаментозное лечение, открыт больничный лист на период с дата до дата.

На приеме у хирурга поликлиники «Вирмед» дата ФИО1 предъявляла те же жалобы, лечение продолжено, больничный лист продлен до дата.

При обращении к врачу-хирургу поликлиники «Вирмед» дата ФИО1 предъявляла жалобы на эпизодическую тошноту, головные боли, сонливость, боли в области нижних конечностях и в области раны на левом локтевом суставе, ей был поставлен тот же диагноз «Сотрясение головного мозга. Открытая рана локтя», рекомендовано дальнейшее лечение, консультация невролога, больничный лист продлен до дата, а впоследствии - до дата. На приеме у врача-хирурга дата ФИО1 жалоб не предъявляла, больничный лист закрыт.

Постановлением инспектора ДПС группы ДПС ГИБДД МОМВД России «Плавский» от дата в отношении ФИО1 была назначена судебно-медицинская экспертиза с целью определения характера и степени тяжести повреждений, полученных в результате рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия. Медицинскую экспертизу ФИО1 не проходила.

дата, дата ФИО1 обращалась к врачу-неврологу в медицинский центр «Консультант», ей был установлен диагноз «Соматизированное невротическое расстройство с психовегетативным пароксизмом от дата. Цервикалгия, мышечно-тонический синдром» (дата), «Дорсопатия, цервикоторокалгия, мышечно-тонический синдром. Синдром вегетативной дисфункции. Генерализованное тревожное расстройство с психо-вегетативными пароксизмами» (дата), рекомендована консультация психотерапевта.

дата, дата и дата ФИО1 обращалась к врачу-неврологу клиники «МаксиМед», жаловалась на снижение настроения, астению, депрессию, панику и страх, учащение сердцебиения, указала, что данные жалобы отмечает с января 2023 г. после участия в дорожно-транспортном происшествии, произошедшем в 2022 г., ей установлен диагноз «Астено-невротический синдром, декомпенсация. ПА по анамнезу», рекомендовано медикаментозное лечение.

дата на приеме у врача-невролога, мануального терапевта, рефлексотерапевта, кинезиолога ИП ФИО17 ФИО1 предъявляла жалобы на панические атаки, тревожное расстройство с сентября 2022 г. после вышеуказанного дорожно-транспортного происшествия, ей установлен диагноз «Тревожное расстройство. Миофасциальный болевой синдром», рекомендована консультация психотерапевта.

Врачом-психиатром клиники «Мать и Дитя» дата ФИО1 установлен диагноз «Паническое расстройство (эпизодическая пароксизмальная тревожность)», рекомендован курс психотерапии.

дата, дата, дата, дата ФИО1 обращалась к врачу-психиатру в поликлинику «Вирмед», ей установлен диагноз «Посттравматическое стрессовое расстройство», появление тревожности связывает с участием в рассматриваемом дорожно-транспортном происшествии.

Диагноз «Тревожное расстройство» также был установлен ФИО1 врачами-неврологами многопрофильной клиники «Медикейт» дата и дата.

Из объяснений представителя истца в судебном заседании следует, что до настоящего времени ФИО1 в связи с участием в рассматриваемом дорожно-транспортном происшествии претерпевает панические атаки, тревожность, наблюдается у врачей, не может вести привычный образ жизни.

Допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО18 (мать истца) и ФИО19, с которым ФИО1, состоит в фактических брачных отношениях, пояснили, что после рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия у ФИО1 начались панические атаки, она перестала, спать, есть, посещает психиатра, до настоящего времени проходит терапию, не может вести привычный образ жизни, полноценно заниматься воспитанием ребенка, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, работать, испытывает страх смерти, претерпевает тревожность.

Оснований не доверять показаниям указанных свидетелей, предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, у суда не имеется. Показания свидетелей ФИО18 и ФИО19 последовательны, каких-либо противоречий не содержат, согласуются с представленными медицинскими документами, из которых следует, что возникновение панических атак, тревожности ФИО1 связывает с участием в рассматриваемом дорожно-транспортном происшествии.

Таким образом, установленные обстоятельства применительно к приведенным правовым нормам дают суду основания для взыскания с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсации морального вреда, в связи с повреждением ее здоровья в результате рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия, произошедшего по вине ответчика. Поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В добровольном порядке причиненный истцу моральный вред ФИО2 не компенсирован.

При решении вопроса о размере компенсации морального вреда на основании указанных правовых норм суд учитывает вышеизложенное, а также разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации в постановлениях от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда здоровью» и от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», принимает во внимание фактические обстоятельства, при которых истцу был причинен моральный вред, степень вины ответчика, тяжесть наступивших для ФИО1 последствий, причиненные ей повреждения, в результате которых она испытывала боль, тревожность, была вынуждена обращаться за медицинской помощью, претерпевать определенные ограничения, в том числе, связанные с физической активностью, период прохождения лечения, характер и степень нравственных страданий, возраст и состояние здоровья истца.

Также при решении вопроса о размере компенсации морального вреда суд учитывает материальное и семейное положение сторон.

Таким образом, принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, исходя из требований разумности и справедливости, суд определяет размер подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в 150 000 руб. Именно данная сумма соразмерна последствиям допущенного ФИО2 нарушения и компенсирует ФИО1 перенесенные физические и нравственные страдания.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса.

На основании указанной правой нормы взысканию с ФИО2 в пользу ФИО1 подлежат документально подтвержденные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 4 000 руб., оплате услуг оценщика ООО «Тульская Независимая Оценка» в размере 25 300 руб., а также расходы по оформлению нотариально удостоверенной доверенности на представителя от дата в сумме 2 150 руб., из содержания данной доверенности следует, что она выдана истцом ФИО1 на конкретное дело, а именно: на представление ее интересов по гражданскому делу по иску о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, имевшего место дата с участием транспортного средства BMW X5, гос. рег. знак <***>.

Также ФИО1 заявлено о взыскании с ответчика расходов по оплате услуг представителя в размере 50 000 руб. Данные расходы подтверждены заключенным истцом с ФИО3 договором на оказание юридических услуг от дата и расписками ФИО3 от дата, дата в получении денежных средств в общем размере 54 000 руб., из них: 4 000 руб. - на оплату государственной пошлины для подачи иска в суд.

Оснований не доверять представленным ФИО1 доказательствам несения расходов на оплату услуг представителя в вышеуказанном размере у суда не имеется, данные доказательства отвечают требованиям закона об их относимости и допустимости.

В силу ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В п. 11, п. 12, п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (ч. 1 ст. 100 ГПК РФ).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Таким образом, основным критерием размера оплаты труда представителя согласно ст. 100 ГПК РФ является разумность суммы оплаты, которая предполагает, что размер возмещения стороне расходов должен быть соотносим с объемом защищаемого права.

Как следует из содержания указанных норм, они не ограничивают виды подлежащих возмещению расходов, понесенных в связи с участием представителя в судебном заседании, а устанавливают лишь критерий при определении размера оплаты услуг представителя, направленный против его необоснованного завышения.

Применительно к вопросу о возмещении стороне, в пользу которой состоялось решение суда, расходов на оплату услуг представителя с противной стороны, вышеназванная норма означает, что, обращаясь с заявлением о взыскании судебных расходов, указанное лицо должно представить доказательства, подтверждающие факт несения данных расходов в заявленной к возмещению сумме, то есть осуществления этих платежей своему представителю.

Другая сторона вправе заявить о чрезмерности требуемой суммы и обосновать разумный размер понесенных заявителем расходов применительно к соответствующей категории дел с учетом оценки, в частности, сложности дела, объема оказанных представителем услуг, времени, необходимого на подготовку представителем процессуальных документов, продолжительности рассмотрения дела, стоимости оплаты услуг адвокатов по аналогичным делам.

Доказательств чрезмерности (неразумности) заявленных ФИО1 судебных расходов ФИО2 в соответствии со ст. 56 ГПК РФ суду не представлено.

Соотнося заявленную сумму расходов на оплату услуг представителя с объемом защищаемого права, учитывая сложность дела, напрямую зависящую от его распространенности, повторяемости в практике, принимая во внимание объем проделанной представителем ФИО1 работы, количество затраченного на это времени и судебных заседаний с участием представителя истца, суд приходит к выводу о взыскании с ФИО2 в пользу ФИО1 расходов по оплате услуг представителя в заявленном размере - 50 000 руб.

Расходы по оплате услуг представителя в данном размере являются разумными, справедливыми, соотносимы с объемом защищаемого права ФИО1, соответствуют расценкам, применяемым при заключении соглашений об оказании юридической помощи в Тульской области.

Таким образом, с ответчика ФИО2 в пользу истца ФИО1 подлежат взысканию судебные расходы в общем в размере 81 450 руб. (4 000 руб. + 25 300 руб. + 2 150 руб. + 50 000 руб.).

Из материалов дела следует, что изначально в поданном в суд исковом заявлении ФИО1 просила взыскать с ФИО2 ущерб в размере 100 000 руб., за данное требование истцом была уплачена государственная пошлина в сумме 4 000 руб. (п. п. 1 п. 1 ст. 333.19 НК РФ). От уплаты государственной пошлины за требование о компенсации морального вреда, связанного с повреждением здоровья, истец ФИО1 освобождена (п. п. 3 п. 1 ст. 333.36 НК РФ).

В ходе производства по делу истец ФИО1 в порядке ч. 1 ст. 39 ГПК РФ увеличила размер исковых требований, просила взыскать с ответчика ущерб в сумме 1 185 809 руб.

В соответствии с п. п. 10 п. 1 ст. 333.20 НК РФ при увеличении истцом размера исковых требований недостающая сумма государственной пошлины доплачивается в соответствии с увеличенной ценой иска в срок, установленный п. п. 2 п. 1 ст. 333.18 настоящего Кодекса (в десятидневный срок со дня вступления в законную силу решения суда), при этом плательщиком определяется по правилам ст. 333.17 НК РФ истец, если решение принято не в его пользу.

Поскольку первоначальное исковое заявление ФИО1 было принято к производству с оплаченной истцом государственной пошлиной (4 000 руб.), то вопрос о взыскании государственной пошлины с учетом увеличения иска должен решатся судом при распределении судебных издержек, связанных с рассмотрением дела, при вынесении решения.

Критерием присуждения судебных издержек является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного истцом требования.

Таким образом, поскольку исковые требования ФИО1 признаны обоснованными, удовлетворены в полном объеме, суд приходит к выводу о взыскании с ФИО2 в доход бюджета муниципального образования город Тула недоплаченной государственной пошлины за подачу иска в суд с учетом увеличения требований в размере 22 858 руб. (26 858 руб. (госпошлина, подлежащая уплате) – 4 000 руб. (госпошлина, уплаченная истцом)), также на основании ч. 1 ст. 103 ГПК РФ взысканию с ответчика в доход бюджета муниципального образования город Тула подлежит государственная пошлина за требование о компенсации морального вреда в сумме 3 000 руб. (п. п. 3 п. 1 ст. 333.19 НК РФ), от уплаты которой истец был освобожден.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 (СНИЛС №) в пользу ФИО1 (СНИЛС №) в возмещение ущерба 1 185 809 руб., компенсацию морального вреда в сумме 150 000 руб., а также судебные расходы в размере 81 450 руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 в остальной части отказать.

Взыскать с ФИО2 (СНИЛС №) в доход бюджета муниципального образования город Тула государственную пошлину в размере 25 858 руб.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы в Привокзальный районный суд г. Тулы в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Мотивированное решение суда составлено 29 декабря 2025 года.

Председательствующий О.В. Миронова