78RS0008-01-2025-004553-21

Дело № 2-5873/2025 09 сентября 2025 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Кавлевой М.А.,

при помощнике судьи Шмыглиной П.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения,

установил:

ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области обратилось в Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения в размере 11 611 602,63 рублей, ссылаясь в обоснование требований на то обстоятельство, что решением комиссии ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области по жилищно-бытовым вопросам и предоставлению единовременной социальной выплаты сотрудникам, оформленным протоколом № 7В от 12.12.2022, постановлено ходатайствовать о предоставлении единовременной социальной выплаты в размере 11 611 602,63 рублей пенсионеру МВД России ФИО1 в составе семьи из 2-х человек (он, жена ФИО2). Решение комиссии утверждено распоряжением ГУ МВД России от 12.12.2022 № 195, распоряжением МВД России № 1/14990 от 24.12.2022 ответчику была осуществлена единовременная социальная выплата для приобретения или строительства индивидуального жилого помещения в сумме 11 611 602,63 рублей, указанные денежные средства перечислены ответчику платежным поручением № 446309 от 29.12.2022. По мнению истца, указанная выплата осуществлена без достаточных оснований и подлежит взысканию в качестве неосновательного обогащения, поскольку установлено, что 16.11.2022 на имя жены ответчика ФИО2 было зарегистрировано право собственности на квартиру по адресу: <адрес> на основании свидетельства о праве на наследство по закону от 15.11.2022. При этом, 06.12.2022 от ФИО2 на имя начальника ГУ МВД России поступило заявление о том, что жилых помещений на праве собственности на территории Российской Федерации она не имеет. При предоставлении сведений о наличии в собственности указанного жилого помещения, правовые основания для выплаты ЕСВ ответчику отсутствовали, поскольку обеспеченность семьи ответчика на дату вынесения решения составляла 25,45 кв.м, что превышает установленную законом норму.

Представитель истца в судебное заседание явился, исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, указанным в иске.

Ответчик ФИО1 в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения исковых требований, поддержал позицию, изложенную в письменных возражениях, указал на отсутствие в его действиях недобросовестности, отсутствие у ответчика сведений о регистрации супругой права собственности на наследственное имущество.

Представитель третьего лица ФИО2 в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения исковых требований, поддержал позицию, изложенную в письменных возражениях, указал на отсутствие в действиях ответчика и третьего лица недобросовестности, ненадлежащую проверку документов истцом при принятии решения о выплате, непредоставление третьим лицом истцу сведений об отсутствии у нее в собственности жилых помещений.

На основании ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения иска исходя из следующего.

В соответствии с частью первой статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (п. 2).

По смыслу указанной нормы, обязательства из неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трех условий: факт приобретения или сбережения имущества, приобретение или сбережение имущества за счет другого лица и отсутствие правовых оснований неосновательного обогащения, а именно: приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица не основано ни на законе, ни на сделке, то есть, произошло неосновательно.

Согласно подпункту 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, исходя из особенности предмета доказывания и распределения бремени доказывания, на истце, заявляющем требование о взыскании неосновательного обогащения, возлагается бремя доказывания совокупности следующих обстоятельств: факт получения приобретателем имущества, отсутствие предусмотренных законом или сделкой оснований для такого приобретения. Ответчик, в свою очередь, должен представить доказательства правомерности получения имущества либо имущественных прав, либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации (п. 7 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 17.07.2019).

Из материалов дела следует, что решением комиссии ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области по жилищно-бытовым вопросам и предоставлению единовременной социальной выплаты сотрудникам, оформленным протоколом № 7В от 12.12.2022, утвержденным распоряжением ГУ МВД России от 12.12.2022 № 195, постановлено ходатайствовать о предоставлении единовременной социальной выплаты в размере 11 611 602,63 рублей пенсионеру МВД России ФИО1 в составе семьи из 2-х человек (он, жена ФИО2) /л.д. 174-176 том 1/.

Распоряжением МВД России № 1/14990 от 24.12.2022 ответчику была осуществлена единовременная социальная выплата для приобретения или строительства индивидуального жилого помещения в сумме 11 611 602,63 рублей, указанные денежные средства перечислены ответчику платежным поручением № 446309 от 29.12.2022 /л.д. 207 том 1/.

Обстоятельство получения указанных денежных средств ответчиком в ходе рассмотрения дела не оспаривалось.

Из материалов учетного дела, представленного истцом, следует, что основанием для выплаты спорных денежных средств послужили следующие обстоятельства.

30.10.2012 ФИО1 обратился с заявлением о принятии на учет для получения единовременной социальной выплаты /л.д. 24-27 том 1/, решением комиссии ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области по жилищно-бытовым вопросам и предоставлению единовременной социальной выплаты сотрудникам, оформленным протоколом № 21/21П от 21.12.2012, утвержденным распоряжением ГУ МВД России от 31.12.2012 № 139, с учетом последующий изменений, ФИО1 был принят на учет и состоял на учете для получения единовременной социальной выплаты в составе семьи их 2-х человек (он, жена ФИО2 /л.д. 89-91, 105-107. 109-111 том 1/.

Согласно справке о регистрации ФИО1 со своей супругой ФИО2 зарегистрированы в 15-комнатной коммунальной квартире по адресу: <адрес>, где занимают комнату площадью 23.2 кв.м, в соответствии с договором передачи доли коммунальной квратиры в собственность граждан от 20.04.2015 указанное жилое помещение было передано в собственность ответчика и его детей, в том числе, ответчику – 7/338 долей в праве собственности на квартиру /л.д. 188 том 1/.

Решением комиссии ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области по жилищно-бытовым вопросам и предоставлению единовременной социальной выплаты сотрудникам, оформленным протоколом № 271П от 17.03.2022, с учетом наличия в собственности ответчика доли в праве собственности на вышеуказанную квартиру и отсутствия у него и его супруги иных помещений, занимаемых по договору социального найма и принадлежащих на праве собственности, расчет нуждаемости определен в 42 кв.м /л.д. 147-148 том 1/.

06.12.2022 на имя начальнику ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области от ФИО1 и его супруги ФИО2 поступили заявления об отсутствии изменений в составе семьи, а также в своем заявлении ФИО2 указала, что жилых помещений в собственности на территории Российской Федерации не имеет /л.д. 152-153 том 1/.

На основании изложенного, было принято решение о выплате ответчику единовременной социальной выплаты в размере 11 611 602,63 рублей.

Вместе с тем, согласно сведениям Единого государственного реестра недвижимости 16.11.2022 на имя ФИО2 было зарегистрировано право собственности на жилое помещение общей площадью 50,9 кв.м, расположенное по адресу: <адрес> на основании свидетельства о праве на наследство по закону от 15.11.2022 /л.д. 11-19 том 1/.

Сведения о наличии в собственности данного жилого помещения при обращении с заявлениями 06.12.2022 ни ответчиком, ни третьим лицом не были указаны.

При этом, право сотрудника на единовременную социальную выплату признается при установлении его нуждаемости в жилом помещении, которая определяется по основаниям, перечисленным в части 2 статьи 4 Федерального закона от 19.07.2011 N 247-ФЗ. В частности, единовременная социальная выплата предоставляется сотруднику в пределах бюджетных ассигнований, предусмотренных федеральному органу исполнительной власти в сфере внутренних дел, иному федеральному органу исполнительной власти, в котором проходят службу сотрудники по решению руководителя федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, руководителя иного федерального органа исполнительной власти, в котором проходят службу сотрудники, при условии, что сотрудник не является нанимателем жилого помещения по договору социального найма или членом семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственником жилого помещения или членом семьи собственника жилого помещения (подпункт 1 части 2 статьи 4 Федерального закона от 19 июля 2011 г. N 247-ФЗ); является нанимателем жилого помещения по договору социального найма или членом семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственником жилого помещения или членом семьи собственника жилого помещения и обеспечен общей площадью жилого помещения на одного члена семьи менее 15 кв. м (пункт 2 части 2 статьи 4 Федерального закона от 19.07.2011 N 247-ФЗ).

С учетом площади вышеуказанного жилого помещения по адресу: <адрес>, право на получение единовременной социальной выплаты у ответчика отсутствовало, что последним не оспорено.

Оценивая возражения ответчика и третьего лица об отсутствии недобросовестности с их стороны, а следовательно, об отсутствии оснований для взыскании спорных денежных средств в качестве неосновательного обогащения в силу п. 3 ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд исходит из следующего.

Из материалов дела следует, что при обращении с заявлением о постановке на учет для получения единовременной социальной выплаты, предусмотренной ст. 4 Федерального закона РФ от 19.07.2011 № 247-ФЗ, ответчик указал, что иных помещений, помимо того, в котором он зарегистрирован, он и члены его семьи не имеют, также в своем заявлении ответчик обязался, в случае изменения состава семьи, жилищных условий и других оснований постановки на учет, в месячный срок предоставить соответствующие документы /л.д. 253 том 1/. Для реализации своего права ответчик неоднократно представлял сведения о наличии у него и членов его семьи недвижимого имущества, изменении состава семьи, что подтверждено материалами учетного дела.

В материалы учетного дела представлены документы, которые должны подтверждать отсутствие иных жилых помещений у ответчика и третьего лица в виде выписок из Единого государственного реестра недвижимости, на которых имеется подтверждение ответчика от 24.11.2022 актуальности и полноты полученных из Росреестра сведений /л.д. 194-195 том 1/, при том, что на тот момент супруга ответчика уже приобрела право собственности на жилое помещение в порядке наследования. Кроме того, как было указано выше, в материалах учетного дела имеется заявление супруги ответчика ФИО2 от 06.12.2022 об отсутствии в собственности на территории Российской Федерации жилых помещений. Подлинность подписи на указанных документах надлежащими доказательствами не опровергнута.

Довод ответчика об отсутствии у него сведений о наличии в собственности супруги квартиры, приобретенной в порядке наследования, не является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

В силу ч.ч. 3,4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно ч. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В соответствии с разъяснениями, данными в абзацах 3, 4 п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

С учетом указанного, суд приходит к выводу о том, что ответчику на момент издания распоряжения МВД России о предоставлении выплаты должно было быть известно о принятии его супругой наследства, исходя из характера доверительных брачно-семейных отношений, однако он не довел до сведения данную информацию до жилищно-бытовой комиссии МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, напротив, подтвердил отсутствие в собственности супруги иных жилых помещений, что повлекло за собой получение сотрудником единовременной социальной выплаты в отсутствии к тому оснований. Действия ответчика по сокрытию факта принятия наследства членом его семьи квалифицируются как недобросовестные.

Аналогичные выводы содержатся в определении Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 23.06.2025 по делу № 88-10138/2025.

С учетом изложенного, принимая во внимание также то обстоятельство, что право собственности на квартиру по адресу: <адрес> возникло у третьего лица до принятия решения о выплате единовременной социальной выплаты и до настоящего времени не прекращено, что ответчику должно было быть известно, и что не было сообщено жилищно-бытовой комиссии МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворении заявленных исковых требований о взыскании с ответчика суммы неосновательного обогащения в размере 11 611 602,63 рублей.

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая, что истец освобожден от уплаты государственной пошлины при подаче иска, с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 92 641 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 56, 67, 68, 71, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 в пользу Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области неосновательное обогащение в размер 11 611 602,63 рублей.

Взыскать с ФИО1 в доход бюджета Санкт-Петербурга государственную пошлину в размере 92 641 рублей.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца путем подачи апелляционной жалобы через Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья:

Мотивированное решение изготовлено 23 сентября 2025 года.