Апелляционное определение по делу № 2-10/2023 от 14.08.2023

Судья Луст О.В.

Судья-докладчик Сальникова Н.А. по делу № 33-6725/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

14 августа 2023 года г. Иркутск

Судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда в составе:

судьи-председательствующего Герман М.А.,

судей Коваленко В.В., Сальниковой Н.А.,

при секретаре Шипицыной А.В.,

с участием прокурора Альбрехт О.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-10/2023 (УИД 38RS0032-01-2022-001338-34) по иску ФИО1 к Областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Иркутский городской перинатальный центр» о взыскании компенсации морального вреда, возмещении материального ущерба, взыскании судебных расходов по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Кировского районного суда г. Иркутска от 27 апреля 2023 года,

установил а:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ОГБУЗ «Иркутский городской перинатальный центр» о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда. В обоснование иска указала, что Дата изъята она поступила в акушерский стационар учреждения ответчика, в этот же день она родила ребенка путем естественных родов. Во время родов произошел (данные изъяты). При зашивании были наложены только внутренние швы, (данные изъяты).

Истец полагает, что некачественно оказанные медицинские услуги и действия администрации ОГБУЗ «ИГПЦ» при рассмотрении её претензии причинили нравственные и физические страдания, выразившиеся в переживаниях, связанных с опасением за свое здоровье и дальнейшую полноценную жизнь, что привело к ухудшению состояния её здоровья, а именно к повышению давления, подавленному эмоциональному состоянию, стрессу, депрессии, плохому настроению, душевной боли из-за неправильного диагноза и предстоящей операции.

ФИО1 просила суд, с учётом уточнений заявленных исковых требований в порядке ст. 39 ГПК РФ, взыскать с ОГБУЗ «Иркутский городской перинатальный центр» материальный ущерб в размере 48841 руб. по компенсации стоимости приемов врачей, операции и анализов; а также моральный ущерб в размере 1500 000 руб., судебные издержки в размере 25302 руб.

Определением суда от 20.04.2022 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных исковых требований, на стороне ответчика, привлечена ФИО2

Определением суда от 23.05.2022 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных исковых требований относительно предмета спора, на стороне ответчика, привлечен ФИО3

Решением Кировского районного суда г. Иркутска от 27.04.2023 исковые требования удовлетворены частично. Суд взыскал с ОГБУЗ «Иркутский городской перинатальный центр» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 15000 руб., расходы на оплату судебно-медицинской экспертизы в размере 1000 руб.

В удовлетворении заявленных исковых требований в большем размере – отказал.

В апелляционной жалобе истец ФИО1 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований. В обоснование доводов к отмене настаивает, что выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. Суд неправильно истолковал закон. Так, вывод суда о невыполнении истцом рекомендаций выписки по обращению в женскую консультацию по месту ведения беременности противоречит материалам дела, напротив, при обращении в женскую консультацию истец не была проинформирована о диагнозе (данные изъяты), не получила направление на операцию.

Суд не установил некачественное оказание истцу медицинской помощи, между тем медкарта истца Номер изъят не демонстрирует бесспорные доказательства правомерности действий врачей и отсутствия вины ответчика, между тем доказательства истца (медкарта Центра молекулярной диагностики, заключение проктолога, медкарта Центра инновационной медицины) суд не принял и не оценил.

Суд неверно оценил заключение СМЭ, в том числе вывод об установлении факта правильной диагностики родовых травм и отсутствии недостатков оказания медпомощи, который противоречит научной литературе. Вывод суда о невозможности установить период травмы – в первых или вторых родах – не учитывает медкарту от Дата изъята Центра инновационной медицины.

Суд неверно оценил показания свидетелей, которые пытались ввести суд в заблуждение, в том числе о причинах родовых травм.

Полагает также, что судебные издержки истца подлежали взысканию в полном объеме с учетом того, что ответчик не заявил возражений и не представил доказательств чрезмерности судебных расходов.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу прокурор, участвующий в деле, и представитель ответчика ФИО4 просят оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте разбирательства судом апелляционной инстанции извещены надлежаще, о чем свидетельствуют электронные уведомления, в заседание судебной коллегии не явились третьи лица ФИО3, ФИО2, ходатайств, препятствующих рассмотрению дела, не заявили, об отложении дела не просили. Судебная коллегия в соответствии с ч.3 ст. 167 ГПК РФ полагает возможным рассмотреть дело по апелляционной жалобе в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

Заслушав доклад судьи Сальниковой Н.А., выслушав объяснение истца ФИО1, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, представителя ответчика Иркутского перинатального центра ОГБУЗ ФИО5, заключение прокурора Альбрехт О.А., полагавших решение суда законным и не подлежащим отмене, изучив дело, проверив законность и обоснованность принятого судебного акта по правилам ст. 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия не находит оснований для его отмены по доводам апелляционной жалобы.

Суд апелляционной инстанции установил, что ФИО1 в период с Дата изъята находилась в ОГБУЗ «ИГПЦ» в связи с родоразрешением.

Согласно выписке Номер изъят, заключительный диагноз: (данные изъяты). Пособия и операции: (данные изъяты).

Для проверки доводов истца о причинении вреда здоровью, в результате оказанных медицинских услуг, определением суда от 23.06.2022 по делу назначено проведение судебной-медицинской экспертизы.

Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы ГБУЗ «Иркутское бюро судебно-медицинской экспертизы» Номер изъят от Дата изъята , на основании изучения медицинских документов, материалов дела и в соответствии с поставленными вопросами экспертная комиссия приходит к следующим выводам.

(данные изъяты)

Разрешая заявленные требования, оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, в том числе заключение судебно-медицинской экспертизы ГБУЗ «Иркутское бюро судебно-медицинской экспертизы» Номер изъят, допросив экспертов, входящих в состав комиссии при проведении СМЭ, установив, что на этапах оказания медицинской помощи ФИО1 в период беременности, родов и послеродовом периоде имелись недостатки качества оформления медицинской документации, которые выражаются в недостаточно подробном описании результатов осмотра наружных половых органов и промежности, указанные недостатки не позволили экспертам достоверно определить причину и период возникновения (данные изъяты) (при первых или вторых родах), принимая во внимание, что медицинская документация является доказательством при разрешении конфликтов между пациентом и врачом, пациентом и медицинской организацией, поскольку в ней аккумулируется информация о состоянии пациента, проведенных лечебно-диагностических мероприятиях, именно медицинская документация позволяет ознакомиться с выполненными медицинскими вмешательствами, основаниями для их проведения (обоснование клинического диагноза, записи осмотров и консилиумов врачей-специалистов, показания и противопоказания к медицинскому вмешательству и др.), проанализировать процесс оказания медицинской помощи пациенту и соблюдение всех необходимых требований, пришел к выводу, что, несмотря на то, что некачественного оказания ФИО1 медицинской помощи судом не установлено, наличие недостатков в оформлении вышеупомянутой медицинской документации, которые не привели к причинению вреда здоровью истца, является основанием для компенсации истцу морального вреда.

Учитывая фактические обстоятельства по делу, степень вины ответчика, степень физических и нравственных страданий истца, требования разумности и справедливости, суд первой инстанции взыскал с ответчика ОГБУЗ «Иркутский городской перинатальный центр» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 15 000 руб.

Разрешая исковые требования в части взыскания с ответчика материального ущерба, суд, принимая во внимание, что реконструктивно-пластическая операция – (данные изъяты) проводится в государственных бюджетных учреждениях здравоохранения по ОМС, то есть бесплатно, вместе с тем, в государственные бюджетные учреждения здравоохранения ФИО1 не обращалась, в получении указанной услуги по ОМС, ей отказано не было, не усмотрел оснований для взыскания с ответчика материального ущерба в размере 48 841 руб. (стоимость приема врачей, операции, анализов).

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они подробно мотивированы, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на представленных доказательствах и нормах материального права, регулирующих спорные правоотношения.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В силу статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья граждан относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151ГК РФ).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее также - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33) разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Из норм Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положений статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относятся жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 ГК РФ.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» даны разъяснения о том, что по общему правилу, установленному статьей 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33, под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

Согласно п. 48 указанного постановления, медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

В пункте 49 постановления разъяснено, что требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Исходя из вышеприведенного правового регулирования, юридически значимыми для данного дела обстоятельствами являлось установление дефектов, недостатков оказания медицинской помощи ФИО1 и выяснение того, могли ли выявленные дефекты и недостатки повлиять на своевременность постановки диагноза, назначения соответствующего лечения, а также определение степени нравственных и физических страданий истца с учетом фактических обстоятельств причинения ей морального вреда и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных ею переживаний в результате ненадлежащего оказания медицинской помощи.

Доводы апелляционной жалобы истца относительно уменьшения размера компенсации морального вреда, в связи с тем, что суд неправильно применил закон и неверно оценил показания свидетелей, отклоняются судебной коллегией.

Суд обоснованно отметил, что причинно-следственная связь между действиями врачей при родоразрешении ФИО1 и имеющимися у неё нарушениями (данные изъяты), для устранения которых требуется проведение реконструктивно-пластической операции – (данные изъяты) судом не установлено, а недостатки в оказании медицинской помощи заключаются только в дефектах ведения медицинской документации. Данные выводы суда не противоречат показаниям специалиста ФИО6, допрошенной в судебном заседании и отметившей, что при (данные изъяты), то есть у женщины бы появились все причины для обращения за медицинской помощью через неделю-две. Однако истец не обращалась за консультацией гинеколога на протяжении месяца, описания половых органов медицинская документация не содержит. После восстановления состояния женского здоровья, возможно проведения пластической операции, которая проводится в государственных медицинских учреждениях здравоохранения.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд оценил медицинские документы Центра молекулярной диагностики, ООО «Клиника Эксперт Иркутск», наряду с другими доказательствами по делу, в том числе заключением СМЭ.

Оценка доказательств и отражение ее результатов в судебном решении являются проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти.

Ставить под сомнение выводы проведенной по делу экспертизы у суда первой инстанции оснований не имелось, поскольку исследование проведено экспертами, обладающими специальными познаниями и достаточным опытом работы, предупрежденными об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложных заключений. Нарушений гражданско-процессуального закона и прав сторон при назначении и производстве экспертизы не допущено. Заключение экспертов соответствуют требованиям ст. 86 ГПК РФ, согласуется с другими исследованными в судебном заседании доказательствами, оснований не доверять изложенным в ней выводам не имеется.

Между тем, судебная коллегия полагает заслуживающими внимания доводы апелляционной жалобы истца ФИО1 относительно размера суммы судебных расходов на оплату судебно-медицинской экспертизы, взысканной в пользу истца.

Так, согласно счету на оплату № 83 от 14.07.2022, стоимость судебно-медицинской экспертизы составила в общем 24 761,64 руб. Согласно квитанции от 20.08.2022, ФИО1 была произведена оплата за судебную экспертизу по счету № 83 от 14.07.2022 в сумме 24 761,64 руб. (л.д. 96 том 2).

Принимая во внимание, что заключение судебно-медицинской экспертизы, принято судом в качестве допустимого доказательства при разрешении исковых требований ФИО1 о взыскании с ответчика компенсации морального вреда, то при их взыскании суд распределил их между сторонами с учетом частичного удовлетворения заявленных требований по правилам статьи 98 ГПК РФ и взыскал с ответчика ОГБУЗ «Иркутский городской перинатальный центр» в пользу истца ФИО1 судебные расходы по оплате экспертизы в размере 1 000 руб.

Судебная коллегия полагает суд неверно применил правила пропорции, в связи с чем неверно определил размер суммы, подлежащей взысканию в пользу истца.

Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся в том числе суммы, подлежащие выплате экспертам (ч.1 ст. 94 ГПК РФ). Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (ч.1 ст.98 ГПК РФ).

Согласно п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», судебные расходы, состоящие из государственной пошлины, а также издержек, связанных с рассмотрением дела (далее - судебные издержки), представляют собой денежные затраты (потери), распределяемые в порядке, предусмотренном главой 7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

По смыслу названных законоположений, принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу (например, решение суда первой инстанции, определение о прекращении производства по делу или об оставлении заявления без рассмотрения, судебный акт суда апелляционной, кассационной, надзорной инстанции, которым завершено производство по делу на соответствующей стадии процесса).

Согласно п. 11 постановления, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

При неполном (частичном) удовлетворении имущественных требований, подлежащих оценке, судебные издержки присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику - пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (статьи 98, 100 ГПК РФ, статьи 111, 112 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) (п. 20 постановления).

Положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении: иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда) (п. 21 постановления).

Принимая во внимание, что иск ФИО1 удовлетворён в части требований о компенсации морального вреда, при этом в части требований о взыскании материального вреда суд отказал, в материалы дела представлены доказательства несения истцом расходов на проведение судебно-медицинской экспертизы, результаты которой суд положил в основу решения, судебная коллегия полагает, что судебные издержки истца на оплату экспертизы должны быть распределены как ? от заявленных требований, то есть в размере 12 380,82 руб. (24 761,64 руб./2= 12 380,82 руб.).

Иные доводы апелляционной жалобы не содержат правовых оснований к отмене или изменению решения суда, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции, а также к выражению несогласия с произведенной судом оценкой представленных по делу доказательств, не содержат фактов, не проверенных и не учтенных судом первой инстанции при рассмотрении дела и имеющих юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияющих на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергающих выводы суда первой инстанции, в связи с чем являются несостоятельными.

При таких обстоятельствах судебная коллегия полагает необходимым решение Кировского районного суда г. Иркутска от 27.04.2023 по данному делу изменить в части размера взыскания судебных расходов, взыскать с ОГБУЗ «Иркутский городской перинатальный центр» в пользу ФИО1 судебные расходы в размере 12 380,82 руб. В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда

определила:

решение Кировского районного суда г. Иркутска от 27 апреля 2023 года по данному делу изменить в части размера взыскания судебных расходов.

Взыскать с Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Иркутский городской перинатальный центр» (ИНН Номер изъят в пользу ФИО1 (паспорт (данные изъяты)) судебные расходы в размере 12 380 рублей 82 копейки.

В остальной части решение Кировского районного суда г. Иркутска от 27 апреля 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Судья-председательствующий М.А. Герман

Судьи В.В. Коваленко

Н.А. Сальникова

Определение в окончательном виде изготовлено 24.08.2023