Решение по делу № 2А-1928/2023 от 14.06.2023 - о признании незаконными действий (бездействия), взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания.

70RS0003-01-2022-005736-90

2а-1928/2023

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 июня 2023 года Октябрьский районный суд г.Томска в составе:

председательствующего судьи Шишкиной С.С.,

при секретаре Ветровой А.А.,

помощник судьи Опенкина Т.Е.,

с участием административного истца ФИО1,

его представителя Ленинг Е.А.,

представителя административного ответчика ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области

ФИО2,

представителя административного ответчика Министерства Финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Томской области ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к Российской Федерации в лице ФСИН России, УФСИН России по Томской области, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области, Министерству финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Томской области, ФКУЗ МСЧ-70 ФСИН России о признании незаконными действий (бездействия), взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания,

установил:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области, в котором просит признать незаконными (бесчеловечными и пыточными) условия содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области за период с 20.11.2020 по 08.06.2022, обязать устранить допущенные нарушения прав истца в период его очередного содержания в учреждении с 20.07.2022, взыскать с ответчика в пользу истца путем перечисления на лицевой счет в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области в счет компенсации морального вреда вследствие нарушенных условий содержания с 20.11.2020 по 08.06.2022 денежные средства в размере 2000000 рублей.

В обоснование заявленных требований с учетом их уточнений указано, что с 20.11.2020 по 08.06.2022 истец содержался в камерах №319, №320, №261, №125, №126, в карцерах №32, №37, №30, №31. Во всех вышеуказанных камерных помещениях размер оконного проема составляет менее 1,2 х 0,9 м (120 х 90 см), а искусственного освещения было явно недостаточно, в камерах окна расположены выше чем на расстоянии 1,5 м от уровня пола (нарушение п. 10.5 свода правил (СП) 247.1325800.2016 «Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утв. Приказом Минстроя России от 15.04.2016 №245/пр и введенные в действие с 04.07.2016) (п.1). Режимные корпуса №2 и №3 ФКУ СИЗО – 1, в помещении которых содержится истец, фактически являются аварийными (ветхими) и располагаются менее чем на расстоянии 30 м от противопобегового ограждения (п. 7.6 СП-247), что причиняет жуткий дискомфорт от воя сирен, лая собак, жужжания, гудения и др. (п.2). Режимные корпуса №2 и №3 ФКУ СИЗО-1 введены в эксплуатацию в 1990 г. и в 1978 г. соответственно. Корпуса №2 и №3 должны были обследоваться первично в 1992 г. и в 1980 г., а затем каждые 5 лет в связи с неблагоприятной средой. Таких обследований и экспертиз не проводилось, а потому у ответчика отсутствует документация, опровергающая доводы истца о ветхости аварийности корпусов №2 и №3. Таким образом, истец содержался в непригодных и опасных для проживания здании, испытывая страх за свою жизнь и здоровье. В уточнениях дополнительно указал, что у ответчика отсутствует надлежащая документация с подписями собственника объекта (ФСИН России), местных органов исполнительной власти и органа государственного строительного надзора, а также руководителя организации, проводившей обследование объекта каждые 5 лет. Фактически из-за проседания и трещин в фундаменте 2 режимный корпус имеет множество трещин в стенах, крыша съезжает, в окнах лопаются балки, дверные проемы перекашиваются (п.3). В корпусах №2 и №3 отсутствовало специально оборудованное помещение для личного приема администрацией СИЗО-1 заключенных (п.11 СП-247), в том числе для личного приема сотрудниками отдела специального учета для вручения входящей корреспонденции и ознакомления с отправкой исходящей, поэтому где заключенных «выловят», там и вручают документы, т.е. приходится расписываться «на коленях», но не на столе и без возможности присесть, что подтверждается ответом начальника ФКУ СИЗО-1 ФИО4 от 09.10.2021 №ОГ-72/ТО/7/9-2004 (п.4). В ФКУ СИЗО -1 в нарушение п.п. 6.1, 7.2 СП-247 следственное отделение и сборное отделение с санпропуском расположены с нарушением требований в подвале администрации здания (штаба), т.е. в локальной зоне административного назначения, что недопустимо: в сборное и следственное отделения возможно попасть из режимных корпусов (из камер) только через подземный переход СИЗО, который практически всегда занят потоками заключенных в том числе, по большей части, тех заключенных, с которыми в силу требований о раздельном содержании нельзя пересекаться, а также что заставляет длительное время ожидать вывода к адвокатам, следователям, на ВКС и др. отсутствие именно в режимной зоне сборного отделения с санпропускником препятствует своевременной санитарной обработке по прибытию в СИЗО этапом и из судов (помывка, обработка вещей) и т.д. (п.5). В обоих корпусах № 2 и №3 отсутствует комната для отправления религиозных обрядов, в пределах камерного сектора отсутствуют парикмахерские и душевые, постирочные для личного белья и сушилка для личного белья, отсутствие каждого четвертого прогулочного двора для занятия спортом и отсутствие дворов 216,0 и 108,0 кв.м., отсутствуют в корпусе №3 кабинеты психолога и помещение для групповой психологической работы (п.6). Отсутствует надежная изоляция туберкулезного отделения от отдельных камер терапевтического отделения (п.7). Отсутствуют санпропускники в сборном отделении (п.8). Отсутствие при кабинетах следователей и адвокатов одноместных помещений для кратковременного нахождения (п.9.18 СП-247), что влечет длящееся нахождение заключенных, уже «отработавших» со следователями и адвокатами в этих кабинетах, т.е. новых заключенных для работы завести в них нельзя, из-за чего создается «длинная очередь», что сокращает время свиданий с адвокатами, нарушая конституционные права и получение квалифицированной юридической помощи (п.9). В нарушение п.4 таблицы 8 СП-247 уборная с умывальником отсутствует при кабинетах следователей и адвокатов, то есть адвокаты сокращают время свиданий, желая сходить в туалет (п.10). Вместо не менее 15 залов ВКС нет ни одного, поскольку ВКС проводится в кабинетах для следователей и адвокатов, причиняя ущерб встречам с адвокатами из-за занятости кабинетов сеансами ВКС (п.11). В нарушение п.8 таблицы СП-247 помещение множительной техники отсутствует (п.12). Во всех кабинетах для работы со следователями и адвокатами (они же используются как залы для ВКС) в нарушение п.9.19 СП-247 установлены клетки из арматуры (металлических прутьев) для содержания заключенных, в то время как только 10% кабинетов должно быть оборудовано стеклянным отсеком из бронированного стекла с дверью. «Клетки из арматуры» не только препятствуют нормальному конструктивному общению за одним столом с адвокатом, следователем, нормальному общению с судом по ВКС, но и эти клетки формируют предвзятое отношение к истцу как уже преступнику (п.13). В нарушение п. 11.5, 11.6 СП-247 в помещениях для работы со следователями и адвокатами вместо внутренних дверей усиленной конструкции с замками камерного типа установлены незаконные тоненькие фанерные двери, через которые слышно снаружи все происходящее в кабинетах, т.е. какая-либо конфиденциальность при общении с адвокатом отсутствует, чем нарушается конституционное право на получение квалифицированной юридической помощи в условия конфиденциальности (п. 14). Отсутствие в стационаре медицинской части санпропускника и медицинского изолятора, боксированных палат (изоляторов), фтизиотерапевтического кабинета, кабинета функциональной диагностики, раздельных помещений для внутривенных и внутримышечных инъекций, отсутствие приемной, ожидальной, помещения для хранения одежды и обуви больных, санитарной комнаты (п. 15). В камерах №312, 320, 261 и в карцерах №31, 32, 37 отсутствуют между санузлом и площадью камеры кирпичные перегородки толщиной 120 мм на всю высоту камерного помещения (п.16). В камерах №125 и 126 терапевтического отделения умывальник находился не внутри кабины туалета, а возле нее (п. 17). Высота прогулочных дворов 3 режимного корпуса крайне низкая и составляет около 2-х метров вместо 3-х, вследствие чего прогулка превращается в пытку – как физическую, так и психическую (п. 18). Во всех прогулочных дворах отсутствует отвод атмосферных осадков (п.19). Отсутствует во всех прогулочных дворах целостный подстилающий слой полов из бетона, вместо этого полы прогулочных дворов пылят, неровные, бетон от старости крошится, образуются впадины, выступы, в том числе острые камни, режущие подошву обуви (п.20). Окна для передачи пищи в камерах №319, 320, 261 и в карцерах № 31, 32, 37 расположены на высоте ниже 1 м и размером менее 180 х 220 мм (п.21). С внутренний стороны дверей камер № 319, 320, 125, 126 незаконно установлены решетчатые двери на расстоянии более 50 см от двери камер, что вынуждает получать пищу вставая на колени, либо сгибаться, что причиняет жуткую боль при заболевании спины, при гемангиоме позвоночника (п.22). Высота потолков в камерах №319, 320, 261, в карцерах №31, 32, 37 гораздо меньше 3 м (п.23). В камерах № 319, 320, 261, 125, 126 и в карцерах № 31, 32, 37 не вся площадь полов покрыта досками, 2/3 полов забетонированы, но бетон крошится от старости и сырости, от пыли усугубляется аллергия истца, боли в суставах ног, коленях; расположение санузлов в них не ниже на 10-15 мм уровня отметки дощатого пола, а выше, без устройств гидроизоляции; в камерах № 319, 320, 261 и в карцерах № 31, 32, 37 отсутствует гидроизоляция умывальника и покрытие пола из керамической плитки возле него (п.24). Внутри самих камер №125 и №126 незаконно расположен трубопровод под потолком (горизонтально), отчего истец вечером, ночью не может уснуть не только из-за шума воды, но и опасения прорыва этой трубы и рассева горячей воды под давлением по всей камере (п. 25). Отсутствует вызывная сигнализация (световая, звуковая) в медицинских и процедурных кабинетах, в кабинетах следователей и адвокатов, а также не вывод сигнала из камер и карцеров вызывных сигнализаций на пост операторов СОТ, из палат медицинской части на пост дежурной медсестры и оператора СОТ, из кабинетов следователей и адвокатов в комнату оператора СОТ. В уточнениях к иску указал, что в каждой из 4 дежурных смен один постовой совмещал незаконно более 2-х постов, в связи с чем истец был лишен возможности своевременно позвать дежурного (постового) или вызвать через сигнал сигнализации оператора СОТ (п.26). Незаконность обысков в камере №125 15.04.2022 и 17.05.2022 в камере №126 вследствие нарушения самой процедуры (п.27). Нерассмотрение (бездействие) ответчика по заявлениям адвокатов А. и Ленинг Е.А. с просьбами разрешить им пронос на свидание с истцом и использование фотоаппарата цифрового, диктофона либо мобильного телефона с функцией аудио и видеосвязи для эффективности оказываемой правовой помощи и для эффективного ознакомления как с судебно-следственными документами, так и с проектами процессуальных обращений истца по уголовному делу (п.28). Нерассмотрение (игнорирование) ответчиком письменных заявлений адвоката А. о проносе на территорию ФКУ СИЗО-1 мобильного телефона с функцией диктофона для аудиопротоколирования в ходе выездных судебных заседаний с Кировским районным судом г. Томска по уголовному делу в отношении истца, в результате чего истец лишается возможности аудиопротоколирования посредством помощи защитников (п. 29). Воспрепятствование ответчиком в проносе адвокатом Ленинг Е.А. на территорию ФКУ СИЗО-1 мобильных телефонов с функциями диктофона и фотоаппарата для их использования на свиданиях с истцом в целях повышения эффективности правовой помощи и для аудиозаписи хода судебных заседаний, проведенных в СИЗО (п. 30). Воспрепятствование ответчиком в лице сотрудника Б. в свободной передаче между истцом и адвокатами Ленинг Е.А., А. в ходе свиданий (рабочих встреч) заметок, проектов обращений процессуальных документов по уголовному делу, письменных консультаций, письменных объяснений истца адвокатам (п. 31). Размер туалетного отсека не позволяет полноценно сесть на унитаз, а в камере №261 и во всех карцерах унитазы вообще отсутствовали. Ширина стола маленькая и затрудняет написание обращений, колени бьются об стол из-за близкого расположения лавочки к столу и низкой высоты стола. Светильники дневного и ночного освещения расположены в нарушение правил пожарной безопасности не в нишах из негорючего материала, а прямо на потолке и на стене над входом, не огорожен защитными решетками. Любое колыхание бака с водой издает сильный скрежет по металлическому спальному месту, так как подставка для этого бака приварена сваркой в изголовье кровати в камерах №319, 320, 261. Температура тела не измерялась утром и вечером ежедневно в условиях действовавшего до 2022 года режима «повышенная готовность» вследствие угрозы распространения новой коронавирусной инфекции. Обязательные медицинские осмотры перед этапированием (транспортировкой) из СИЗО в суды и при возвращении в СИЗО не проводились с февраля 2021 года по 05.03.2022. Библиотекарь за весь период ни разу не предлагал взять книги (либо обменять), периодическая издания и газеты ни разу не выдавались в камеры. В выходные дни технических осмотров камер утром и вечерних количественных просчетов (сверок) не проводилось, в связи с чем в выходные дни истец был лишен возможности подавать письменные обращения и обращаться с устными. В журнале учета обращений №232 2-го режимного корпуса за весь период истцу не давали расписываться о подаче каждого письменного обращения и об обращении с устными обращениями, из-за чего обращения регистрировались выборочно. 26.11.2020 был незаконно поставлен в ФКУ СИЗО-1 на два вида профилактического учета без соблюдения предусмотренной приказом процедуры. За весь период содержания в ФКУ СИЗО-1 какой – либо воспитательной работы не проводилось.

Определениями судьи Октябрьского районного суда г. Томска от 12.10.2022, 03.05.2023 к участию в деле в качестве административных ответчиков привлечены РФ в лице ФСИН России, УФСИН России по Томской области, Министерство финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Томской области, ФКУЗ МСЧ-70 ФСИН России.

Определениями Октябрьского районного суда г. Томска от 10.11.2022, 25.11.2022 принят отказ административного истца от требований в части признания незаконными условий содержания в камерах 3-го режимного корпуса ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области №125 и №126 за период с 15.03.2022 по 08.06.2022; признании незаконными обысков в камере №125 15.04.2022, в камере №126 17.05.2022, незаконным бездействия административного ответчика по не разрешению проноса на свидание с административным истцом фотоаппарата цифрового, диктофона либо мобильного телефона с функцией аудио и видеозаписи; бездействия административного ответчика по не рассмотрению заявления о проносе мобильного телефона с функцией аудио и видеозаписи; действия административного ответчика по воспрепятствованию в проносе на территорию ФКУ СИЗО-1 мобильных телефонов с функцией аудио и видеозаписи, диктофона и фотоаппарата; незаконными действий административного ответчика в лице сотрудника Б. по воспрепятствованию в свободной передаче между административным истцом и адвокатами в ходе свиданий заметок, проектов процессуальных обращений по уголовному делу, письменных объяснений административного истца. Производство по делу в указанной части прекращено.

Определением Октябрьского районного суда г. Томска от 14.06.2023 требования административного истца о признании незаконным и нарушающим права административного истца бездействие ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области по необеспечению надлежащих условий содержания в камерах 2-го режимного корпуса №319, 261, в карцерах №32, 37, 31 за период с 20.11.2020 по 08.06.2022, в 3 режимном корпусе в камерах №125, 126 за период с 05.03.2022 по 14.03.2022, непроведению воспитательной работы за весь период содержания с 29.01.2020 по 28.04.2023, оставлены без рассмотрения.

Административный истец ФИО1, участвовавший в судебном заседании посредством системы видеоконференц-связи, его представитель Ленинг Е.А., заявленные требования поддержали в полном объеме по доводам, изложенным в административном иске, дополнительным письменных объяснениях, указали, что высота прогулочных дворов всего 2,5 м в нарушение Приказа МЮ РФ от 04.09.2006 №279, что также подтверждается ответом начальника УФСИН России по Томской области от 10.11.2022 №ОГ-72/ТО/1/24-1206, из-за чего прогулка превращается в психологическую пытку от провисающей (свисающей над головой) решетки-потолка на фоне имеющего у истца заболевания психики. Истец, оставаясь фактически без всякого надзора целыми днями, был лишён возможности обращаться с любыми просьбами бытового характера и о вызове медработника к дежурному-постовому у камер ввиду незаконного совмещения одним дежурным (постовым) по 3-5 постов согласно суточным ведомостям надзора при отсутствии вывода сигнала вызывной сигнализации камеры на пост операторов видеонаблюдения (пост СОТ или ЦПСОТ). Между тем, согласно Приказу МЮ РФ от 03.11.2005 № 204-ДСП допускаются совмещения одним дежурным у камер (постовым) не более 2-х постов с общей численностью спецконтингента не более 100 человек, но не по 3 и, тем более, не по 5 постов. Данное грубейшее нарушение несения службы (это полное отсутствие надзора за заключенными) неоднократно выявлялось УФСИН РФ по Томской области (ответы в деле) и прокуратурой Томской области в представлении от 28.02.2022. Истец был лишен возможности подавать письменные обращения и обращаться с устными в выходные и праздничные дни ввиду незаконного не проведения в СИЗО-1 в такие дни технических осмотров, обходов камер вплоть до конца апреля 2022 года, т.е. практически за весь период иска с 20.11.2020 по конец апреля 2022 г. Письменные обращения регистрировались в Журнале № 232 Учета обращений выборочно, а потому в нарушение закона Журнал в рабочие дни на обходах камер отсутствовал. Также истцу не давали возможности расписываться в этом Журнале за каждое поданное обращение. Нарушение правил пожарной безопасности при установке в камерах светильников не в нишах, а также без защитных решёток, а прямо на потолке или на стене без изоляции из негорючего материала, что противоречит "Общим положениям правил пожарной безопасности". Нарушения выразились также в части: ненадлежащих размеров оконного проёма, кровати, стола, лавочки у стола, туалетной кабины; чрезмерно маленького расстояния от умывальника до стола (вода "летит" на стол), от кровати до радиатора (трубы) отопления; отсутствие перегородок на всю высоту между туалетом и камерой, отсутствие унитаза, отсутствие бака для смыва (сливного бачка) в туалете, отсутствие гидроизоляции возле туалета и умывальника, типа стола и покрытия полов и т.д. Указал, что для приведения режимного корпуса в соответствие с требования СП не требуется проведение капитального ремонта или реконструкции, это можно устранить без привлечения дополнительных бюджетных ассигнование и альтернативными методами. В то же время само расположение второго корпуса вплотную к противопобеговому ограждению (довод № 2 иска), высота камер менее трёх метров (довод № 23)-действительно являются неустранимым и требует строительства нового здания-объекта недвижимости, но и это не освобождает от присуждения компенсации за нарушение условий содержания в этой части, т.к. с момента введения в действие с апреля 2016 г. СП-247 уже миновало 7 лет. Распорядком дня никак не предусмотрено вручение Истцу входящих документов во время участия или занятости истца в других мероприятиях по распорядку дня: во время движения по коридорам, по улице, во время прогулки или помывки в душе, а, тем более, через окно для подачи пищи двери камеры, которое должно открываться только и на время раздачи пищи и в случае ЧП. Поскольку любое вручение документов это личный приём, то он должен проводиться в кабинете для личного приёма, а, при его отсутствии в альтернативном помещении, которое у ответчика имеется, что признал сам ответчик-это кабинет начальника корпусного отделения. Прогулка по целостному подстилающему слою полов из не пылящего бетона превращается в наказание от хождения по острым камням и от подворачивания ног на выбоинах, а нахождение истца в камерах и карцерах постоянно на сыром уже крошащемся от старости бетоне - это повышенная влажность, как следствие - постоянный насморк, отек горла, носа и ушей, постоянная пыль, холод в ногах и т.д. Также, если в СИЗО всего 11 кабинетов для следователей и адвокатов, то клеткой из арматуры может быть оборудован только один кабинет, максимум два, но не все. Вплоть до 20.11.2020 истец находился в ФКУ ИК-4, 20.11.2020 Истец переведён из ФКУ ИК-4 в ФКУ СИЗО-1 в порядке ст.77.1 УИК РФ, то есть, СИЗО являлось для Истца "новым" учреждением УИС, а потому 26.11.2020 ответчик был никак не вправе выносить протокол заседания комиссии о продлении истцу двух видов профилактического учета, т к. предшествовавшие до 26.11.2020 три месяца истец был под наблюдением сотрудников ФКУ ИК-4, а не СИЗО. Такое нарушение процедуры 26.11.2020 означает незаконное нахождение истца в СИЗО на двух видах профилактического учета вплоть до снятия с них 02.11.2021 и в конце 2022 года, т.е. нарушение права длящееся.

Представитель административного ответчика ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения требований в полном объеме, пояснила, что нарушений условий содержания административного истца в спорный период допущено не было, условия соответствовали предъявляемым требованиям.

Представитель административного ответчика Министерства Финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Томской области ФИО3 возражал против удовлетворения заявленных требований, указал, что Министерство финансов РФ не является надлежащим ответчиком по данному делу.

Административные ответчики РФ в лице ФСИН России, УФСИН России по Томской области, ФКУЗ МСЧ-70 ФСИН России, будучи надлежащим образом уведомленные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание своих представителей не направили, об уважительных причинах неявки не сообщили, в связи с чем, руководствуясь ч.6 ст.226 КАС РФ суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Согласно письменным пояснениям представителя административного ответчика ФКУЗ МСЧ-70 ФСИН России ФИО5 лица (медицинские работники), осуществляющие дежурства на постах терапевтического и туберкулезного отделений стационара филиала «Медицинская часть № 4» ФКУЗ МСЧ-70 ФСИН России (расположена на территории ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области) являются работниками ФКУЗ МСЧ-70 ФСИН России. Закрепление за постом осуществляется на основании наименования должности работника согласно штатного расписания, а также в соответствии с графиком работы (дежурств) среднего медицинского персонала филиала «Медицинская часть № 4» ФКУЗ МСЧ-70 ФСИН России, утвержденным приказом на очередной календарный месяц. Санпропускник в филиале МЧ-4 ФКУЗ МСЧ-70 ФСИН России отсутствует, т.к. корпус, в котором расположен филиал МЧ-4, по техническому паспорту введен в эксплуатацию в 1978 году. Филиал МЧ-4 расположен на 2-ом этаже 2-ух этажного здания по всей длине коридора и зонирован на 3 части: 1- медицинская часть с необходимым набором помещений для оказания медицинской помощи, 2 - терапевтическое отделение с камерами (палатами), 3 - фтизиатрическое отделение с камерами (палатами). В составе филиала МЧ-4 палатное отделение отсутствует. С целью соблюдения санитарно-эпидемиологических требований фтизиатрическое отделение расположено в конце коридора филиала МЧ-4, отделено от терапевтического отделения специализированной дверью и имеет отдельный вход с торца здания (п.4.1.11 санитарных правил СП 2.1.3678-20). Таким образом, разделён поток медицинского персонала и больных, находящиеся в терапевтическом отделении от фтизиатрического отделения. В соответствии с пунктом 879 санитарных правил СанПиН 3.3686-21 «Санитарно- эпидемиологические требования по профилактике инфекционных болезней» - пациенты во время нахождения на лечении во фтизиатрическом отделении соблюдают режим и правила поведения и личной гигиены для пациентов таких отделений. Пациенты с бактериовыделением при выходе из камер (палат) используют индивидуальные средства защиты органов дыхания, медицинские маски, препятствующие попаданию возбудителей туберкулеза в окружающую среду. В соответствии со Сводом правил СП 247.1325800.2016 «Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования» (п.9.29) - в составе стационара следует санпропускник, палатное отделение и медицинский изолятор, однако настоящий свод правил устанавливает нормы проектирования и распространяется на строительство, реконструкцию, расширение, техническое перевооружение и капитальный ремонт зданий, помещений и сооружений, предназначенных для размещения и функционирования следственных изоляторов (СИЗО). Положения настоящего свода правил не распространяются на объекты капитального строительства, проектная документация которых до вступления в силу настоящего свода правил получила положительное заключение государственной экспертизы, а также на документы территориального планирования и документацию по планированию территории, утверждённые до вступления в силу настоящего свода правил. Согласно пункту 9.30 Свода правил - санпропускник в стационаре предназначен для гигиенической обработки, сдачи грязной одежды и выдачи больничной одежды, госпитализируемых в палатное отделение и медицинский изолятор и его следует размещать, как правило, между палатным отделением и медицинским изолятором или перед ними. Существующее в настоящее время расположение филиала МЧ-4 не позволяет разместить санпропускник, с целью его использования по назначению. Учитывая данное расположение, санпропускник в составе филиала МЧ ФКУЗ МСЧ-70 ФСИН России возможно организовать только пи выделении для помещения филиала МЧ-4 отдельно стоящего здания. То же относится и к боксированным палатам изолятору, физиотерапевтическому кабинету, кабинету функциональной диагностики. Вместе с тем, необходимо отметить, что согласно пункту 9.35 в Таблице 11 свода правил СП 247.1325800.2016 определён примерный состав и площади помещений медицинской части с амбулаторией и стационаром, а не требуемый. Учитывая камерное содержание пациентов стационаров необходимости в боксированных палатах и изоляторе объективно отсутствует. Наличие в филиале МЧ-4 физиотерапевтического кабинета, кабинета функциональной диагностики не предусмотрено штатным расписанием ФКУЗ МСЧ-70 ФСИН России. При необходимости такие пациенты переводятся в филиал «Больница» ФКУЗ МСЧ-70 ФСИН России. Основные санитарно-эпидемиологические требования к зданиям, строениям, сооружениям и помещениям медицинских организаций определены пунктом 4.2 подпунктами 4.2.1-4.2.10 санитарных правил СП 2.1.3678-20 «Санитарно-эпидемиологические требования к эксплуатации помещений, зданий, сооружений, оборудования и транспорта, а также условиями деятельности хозяйствующих субъектов, осуществляющих продажу товаров, выполнение работ или оказание услуг» (далее - СП 2.1.3678-20). Согласно подпункту 4.2.1. СП 2.1.3678-20 - размещение помещений медицинской организации должно обеспечивать соблюдение требований к последовательности (поточности) технологических процессов обработки оборудования, инвентаря, материалов. В целях контроля за соблюдением санитарных правил и выполнением санитарнопротивоэпидемических (профилактических) мероприятий в филиале МЧ-4 организован и проводится производственный контроль с проведением необходимых лабораторных исследований. В соответствии с Приложением 1 санитарных правил СП 2.1.3678-20 определён набор основных помещений медицинских организаций, необходимых для обеспечения противоэпидемического режима и минимальные площади помещений. Согласно подпункту 37 приложения 1 процедурная предназначена для внутривенных вливаний, забора венозной крови, внутримышечных, внутрикожных инъекций, экстракорпоральной гемокоррекции. Учитывая изложенное, проведении внутривенных и внутримышечных инъекций в одном помещении (процедурной) не противоречит действующим СП 2.1.3678-20. Не согласны с доводами административного истца о признании незаконными условия содержания в части непроведения медосмотров перед выездами из СИЗО-1 в суды. Согласно пункту 38 Приказа Минюста России от 28.12.2017 N 285 "Об утверждении Порядка организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы", лица, заключенные под стражу, или осужденные, убывающие из СИЗО и учреждений УИС, в том числе следующие транзитом, осматриваются медицинским работником для определения возможности транспортировки. Результат осмотра с заключением о возможности транспортировки фиксируется в медицинской карте пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях, и справке, которая приобщается к личному делу. Согласно пункту 60. Инструкции о работе отделов (групп) специального учета следственных изоляторов и тюрем ФСИН России, утвержденной Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 23.06.2005 N 94-ДСП, временно выбывшим считается подозреваемый, обвиняемый или осужденный, который выбывает из следственного изолятора (тюрьмы) без личного дела на срок не более одних суток (в указанный срок это лицо подлежит возврату). Согласно пункту 76. Инструкции от 23.06.2005 N 94-ДСП, подозреваемый, обвиняемый или осужденный, убывающий из следственного изолятора (тюрьмы) по вызову следователя, прокурора, дознавателя или суда на срок более суток, направляется по месту вызова с личным делом (с приобщенной к нему медицинской картой) пересылаемым с караулом (конвоем) и снимается с учета наличия. Таким образом, считают, что исходя из системного толкования перечисленных выше нормативных актов следует разделять понятия «убывающий» и «временно убывающий». При этом положения, изложенные в п. 38 Приказа Минюста России от 28.12.2017 N 285 касающиеся как самих медицинских осмотров, так и фиксации результатов осмотра в медицинской карте пациента относятся исключительно к «убывающим», а проведение медицинских осмотров в отношении «временно убывающих» указанными нормативными актами не предусмотрено. Применяя положения п. 14 Постановления Главного государственного санитарного врача ФСИН России от 27.06.2022 № 753 «О введении дополнительных санитарно- противоэпидемиологических (профилактических) мер, направленных на недопущение возникновения и распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» следует исходить из того, что данная норма предполагает проведение медицинского осмотра исключительно перед выездом в суды, но не предполагает проведение осмотра при возвращении из судов; не содержит, в отличие, например, от пункта 38 Приказа Минюста России от 28.12.2017 N 285 требования о «фиксации результатов осмотра с заключением о возможности транспортировки в медицинской карте пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях, и справке, которая приобщается к личному делу». Не содержит требования о ведении какого-либо журнала учета температур и тем более не устанавливает требования к его форме, порядку ведения, хранения; не содержит конкретный перечень необходимых медицинских манипуляций, подлежащих включению в такой осмотр; не предполагает увеличение штатной численности дежурных медицинских работников, при том, что ежедневно после завтрака на суды и следственные действия из ФКУ СИЗО-1 УФСИН по Томской области «временно убывает» по 50-70 человек и провести в отношении каждого из них «полный» в понимании административного истца медицинский осмотр (сбором полного анамнеза, пальпацией внутренних органов, осмотром кожных покровов и т.д., с внесением результатов такого осмотра в медицинскую карту пациента) объективно не представляется возможным. Учитывая, что на ежедневном утреннем «Техническом осмотре», проводимом сотрудниками ФКУ СИЗО-1 УФСИН по Томской области с обязательным участием врача МЧ-4 ФКУЗ МСЧ-70 ФСИН России, административному истцу проводится измерение температуры тела, то отсутствие повышения температуры тела, признаков ОРВИ и жалоб самого административного истца на симптомы ОРВИ, является достаточным основанием для принятия решения о возможности выезда его в суд в соответствии с Постановлением от 27.06.2022 № 753. При этом, при наличии жалоб на острые и неотложные состояния здоровья, медицинский осмотр в общем порядке с внесением результатов осмотра в медицинскую карту проводится всегда и выдачей врачебного заключения о возможности либо невозможности участия в суде.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, изучив представленные письменные доказательства, суд приходит к следующему.

Положениями части 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации гражданину, организации, иному лицу предоставлено право обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если они полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

Федеральным законом от 27 декабря 2019 года N 494-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", вступившим в силу 27 января 2020 года, в главу 22 КАС РФ, регламентирующую производство по административным делам об оспаривании решений, действий (бездействия) органов и организаций, наделенных публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, введена статья 227.1 устанавливающая особенности рассмотрения требований о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительных учреждениях (статья 3).

В соответствии с частью 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном главой 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Согласно части 5 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации при рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

При оценке соблюдения административным истцом срока для обращения в суд за защитой нарушенных прав, суд исходит из требований части 7 ст. 219 КАС РФ и правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной пункте 12 Постановления Пленума от 25.12.2018 N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания", согласно которой нарушение условий содержания лишенных свободы лиц носит длящийся характер и административное исковое заявление может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

Суд учитывает, что правоотношения по содержанию ФИО1 в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области носят длящийся характер, поскольку ФИО1 с 20.11.2020 содержится в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области по настоящее время. Административное исковое заявление о нарушении условий содержания подано в суд 21.07.2022, тем самым, срок для обращения с данным административным иском не пропущен.

Статьей 3 Конвенции «О защите прав человека и основных свобод» от 4ноября 1950 г. закреплено, что никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В соответствии со ст. 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Как следует из п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от10 октября 2003 г. № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» в соответствии со статьей 3 Конвенции и требованиями, содержащимися в Постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству (абзац 4). Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности (абзац 5). При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания (абзац 6). Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению (абзац 7).

Принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное – как физическое, так и психическое – воздействие на человека. Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц (п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания").

Данные меры осуществляются посредством принудительного помещения физических лиц, как правило, в предназначенные (отведенные) для этого учреждения, помещения органов государственной власти, их территориальных органов, структурных подразделений, иные места, исключающие возможность их самовольного оставления в результате распоряжения (действия) уполномоченных лиц (далее - места принудительного содержания), принудительного перемещения физических лиц в транспортных средствах.

Несмотря на различия оснований и порядка применения указанных выше мер, помещение в места принудительного содержания и перемещение физических лиц в транспортных средствах должны осуществляться без нарушения условий содержания лиц, подвергнутых таким мерам.

В силу частей 2 и 3 статьи 62 КАС РФ обязанность доказывания соблюдения надлежащих условий содержания лишенных свободы лиц возлагается на административного ответчика - соответствующие орган или учреждение, должностное лицо, которым следует подтверждать факты, обосновывающие их возражения.

Обстоятельства, свидетельствующие о ненадлежащих условиях содержания, в случае их признания административным ответчиком или достигнутого сторонами соглашения по соответствующим обстоятельствам, могут быть приняты судом в качестве фактов, не требующих дальнейшего доказывания (статья 65 КАС РФ) (п.13 Постановления).

Условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

Так, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации (например, статья 7 Федерального закона от 26 апреля 2013 года N 67-ФЗ "О порядке отбывания административного ареста", статьи 16, 17, 19, 23 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", статья 99 УИК РФ) (п.14 Постановления).

Федеральный закон от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» регулирует порядок и определяет условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

В соответствии со статьей 4 указанного Федерального закона содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

В местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей (статья 15 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений»).

В соответствии со ст.17 названного Закона подозреваемые, обвиняемые, содержащиеся под стражей, имеют право на получение компенсации в денежной форме за нарушение условий содержания под стражей, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации.

В части 1 статьи 74 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что следственные изоляторы выполняют функции исправительных учреждений в отношении осужденных, оставленных в следственном изоляторе или переведенных в следственный изолятор в порядке, установленном статьей 77.1 данного кодекса.

В соответствии с частью 3 статьи 77.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных частями 1 и 2 указанной статьи, осужденные содержатся в следственном изоляторе в порядке, установленном Федеральным законом "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", и на условиях отбывания ими наказания в исправительном учреждении, определенном приговором суда.

Из приведенных положений следует, что часть 1 статьи 74 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, действуя во взаимосвязи с его статьей 77.1 не предполагает для осужденных к лишению свободы, оставленных в следственном изоляторе либо переведенных в следственный изолятор для участия в следственных действиях или судебном разбирательстве, ухудшение условий отбывания наказания по сравнению с условиями, установленными в соответствии с уголовно-исполнительным законодательством в исправительной колонии соответствующего вида.

Изложенное согласуется с позицией Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в пункте 5 постановления от 28 декабря 2020 года N 50-П "По делу о проверке конституционности статьи 77.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, статей 17 и 18 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" и пунктов 139 - 143 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы в связи с жалобой гражданина ФИО6.", согласно которой, правовое положение лиц, подозреваемых или обвиняемых в преступлении и заключенных под стражу, значительно отличается от правового положения осужденных к лишению свободы, оставленных в следственном изоляторе или переведенных туда для участия в следственных действиях или в судебном разбирательстве по решению следователя, дознавателя или суда, вынесение которого не требует наличия предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации условий и оснований, необходимых для избрания и продления меры пресечения в виде заключения под стражу.

Таким образом, поскольку ФИО1 был переведен в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области на основании статьи 77.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, он должен содержаться в следственном изоляторе на условиях отбывания им наказания в исправительном учреждении, определенном приговором суда.

При этом, в отношении ФИО1 18.11.2022 вынесен приговор Октябрьского районного суда г. Томска, который вступил в законную силу 29.11.2022. Соответственно, с указанной даты следственный изолятор для ФИО1 выполняет функцию исправительного учреждения и на него также распространяются правила внутреннего распорядка для осужденных к лишению свободы.

Частью 9 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации установлено, что при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделённых государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет: нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление (пункт 1); соблюдены ли сроки обращения в суд (пункт 2); соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих: полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия); порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен; основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами (подпункты «а» – «в» пункта 3); соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения (пункт 4).

Согласно части 11 данной статьи, обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 этой статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9, – на орган, организацию, лицо, наделенных государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).

Судом установлено и не оспаривалось административными ответчиками, что ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области в камере №320 второго режимного корпуса в период с 22.09.2021 по 22.09.2021, что подтверждается справкой ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области от 10.11.2022.

При этом, доказательств содержания ФИО1 в карцере №30 2-го режимного корпуса ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области в период с 20.11.2020 по 08.06.2022, материалы дела не содержат, о конкретных нарушениях условий содержания в карцере №30 административный истец в иске не ссылается, соответственно, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований административного истца в части признания незаконными (бесчеловечными и пыточными) условий содержания в карцере №30 2-го режимного корпуса ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области в период с 20.11.2020 по 08.06.2022, взыскании компенсации за нарушенные условий содержания денежных средств.

В обоснование своих доводов о нарушении условий содержания в камере №320 второго режимного корпуса в период с 22.09.2021 по 22.09.2021, административный истец указал, что режимный корпус №2 фактически является аварийным (ветхим) и располагается менее чем на расстоянии 30 м от противопобегового ограждения, что причиняет жуткий дискомфорт от воя сирен, лая собак, жужжания, гудения и др. (п.2). Корпус №2 введен в эксплуатацию в 1990 г., должен был обследоваться первично в 1992 г., а затем каждые 5 лет в связи с неблагоприятной средой. Таких обследований и экспертиз не проводилось, а потому у ответчика отсутствует документация, опровергающая доводы истца о ветхости аварийности корпуса №2. Таким образом, истец содержался в непригодных и опасных для проживания здании, испытывая страх за свою жизнь и здоровье. В уточнениях дополнительно указал, что у ответчика отсутствует надлежащая документация с подписями собственника объекта (ФСИН России), местных органов исполнительной власти и органа государственного строительного надзора, а также руководителя организации, проводившей обследование объекта каждые 5 лет. Фактически из-за проседания и трещин в фундаменте 2 режимный корпус имеет множество трещин в стенах, крыша съезжает, в окнах лопаются балки, дверные проемы перекашиваются (п.3).

Приказом Росстандарта от 27.12.2012 N 1984-ст введен в действие «ГОСТ 31937-2011. Межгосударственный стандарт. Здания и сооружения. Правила обследования и мониторинга технического состояния» (далее - ГОСТ 31937-2011), который является нормативной основой для контроля степени механической безопасности и осуществления проектных работ по повышению степени механической безопасности зданий и сооружений, регламентирует требования к работам и их составу по получению информации, необходимой для контроля и повышения степени механической безопасности зданий и сооружений.

ГОСТ 31937-2011 распространяется на проведение работ по: комплексному обследованию технического состояния зданий или сооружений для проектирования их реконструкции или капитального ремонта; обследованию технического состояния зданий и сооружений для оценки возможности их дальнейшей безаварийной эксплуатации или необходимости их восстановления и усиления конструкций; общему мониторингу технического состояния зданий и сооружений для выявления объектов, конструкции которых изменили свое напряженно-деформированное состояние и требуют обследования технического состояния; мониторингу технического состояния зданий и сооружений, попадающих в зону влияния строек и природно-техногенных воздействий, для обеспечения безопасной эксплуатации этих зданий и сооружений; мониторингу технического состояния зданий и сооружений, находящихся в ограниченно работоспособном или аварийном состоянии, для оценки их текущего технического состояния и проведения мероприятий по устранению аварийного состояния; мониторингу технического состояния уникальных, в том числе высотных и большепролетных, зданий и сооружений для контроля состояния несущих конструкций и предотвращения катастроф, связанных с их обрушением.

Пунктами 4.1, 4.3 ГОСТ 31937-2011 установлено, что обследование и мониторинг технического состояния зданий и сооружений проводят силами специализированных организаций, оснащенных современной приборной базой и имеющих в своем составе высококвалифицированных и опытных специалистов

Первое обследование технического состояния зданий и сооружений проводится не позднее чем через два года после их ввода в эксплуатацию. В дальнейшем обследование технического состояния зданий и сооружений проводится не реже одного раза в 10 лет и не реже одного раза в пять лет для зданий и сооружений или их отдельных элементов, работающих в неблагоприятных условиях (агрессивные среды, вибрации, повышенная влажность, сейсмичность района 7 баллов и более и др.). Для уникальных зданий и сооружений устанавливается постоянный режим мониторинга.

В свою очередь, приказом Минюста России от 28.09.2001 N 276 утверждена Инструкция по технической эксплуатации зданий и сооружений учреждений уголовно-исполнительной системы (далее - Инструкция).

Инструкцией по технической эксплуатации зданий и сооружений учреждений уголовно-исполнительной системы надлежит руководствоваться службам территориальных органов и учреждений УИС, осуществляющим эксплуатацию, ремонт и контроль за техническим состоянием и условиями эксплуатации всех зданий и сооружений (за исключением инженерно-технических средств охраны) жилых, режимных, лечебных, хозяйственно-складских зон и зданий административного назначения учреждений УИС, включая строительные конструкции, санитарно-технические и энергетические устройства, инженерные коммуникации и благоустройство территории (п.1.1).

Настоящей Инструкцией определяется порядок проведения технической эксплуатации зданий и сооружений (за исключением ИТСО) жилых, режимных, лечебных, хозяйственно-складских зон и зданий административного назначения учреждений УИС (п.3.1).

Согласно п. 3.2, 3.3 Инструкции техническая эксплуатация включает в себя осуществление контроля, технического надзора и проведение технических мероприятий планово-предупредительных ремонтов зданий и сооружений. Правильная техническая эксплуатация зданий и сооружений, инженерного оборудования и территорий жилых, режимных, лечебных и хозяйственно-складских зон имеет целью обеспечить: длительные сроки службы зданий элементов, сохранение их от преждевременного износа и разрушения; бесперебойную, безаварийную и безопасную работу систем водопровода, канализации, теплоснабжения, газоснабжения, электроснабжения и вентиляции; экономное расходование электроэнергии, воды, газа и топлива; пожарную безопасность всех зданий и сооружений и находящегося в них оборудования и инвентаря; надлежащие санитарно-гигиенические и культурно-бытовые условия; рациональное расходование денежных средств и материальных ресурсов, выделяемых для эксплуатации и ремонта.

Здания и сооружения учреждений УИС подразделяются на здания и сооружения основного назначения (основные); здания и сооружения подсобного и обслуживающего назначения (вспомогательные). К зданиям основного назначения относятся в том числе, режимные корпуса СИЗО, тюрем, ИК особого режима для осужденных ПЛС (п.4.1).

В соответствии с п. 9.1 Инструкции техническое состояние зданий и сооружений основного и вспомогательного назначения и уровень их эксплуатации должны определяться в процессе систематических наблюдений и периодических технических осмотров.

Периодические осмотры подразделяются на текущие, общие и внеочередные. При общем осмотре производится визуальное обследование всех элементов и инженерных систем зданий и сооружений. Общие осмотры должны проводиться силами учреждения два раза в год: весной и осенью (п. 9,4 9.6 Инструкции).

Общие и внеочередные осмотры зданий и сооружений должны проводиться специальной технической комиссией, назначенной приказом начальника учреждения. В состав комиссии входят заместитель начальника учреждения по тылу (председатель комиссии), специалисты служб контроля и надзора учреждения, лица, ответственные за техническую эксплуатацию зданий. Результаты всех видов осмотров оформляются актами, в которых отмечаются обнаруженные дефекты, а также меры и сроки их устранения (п. 9.11-9.13 Инструкции).

Обследования специализированными организациями производятся при необходимости углубленного изучения, оценки состояния и определения мер по ремонту или усилению строительных конструкций. Обследования проводятся по специальным методикам, разрабатываемым организациями, выполняющими обследования, и включают помимо осмотра инструментальную проверку, анализ материалов конструкции, поверочные расчеты и другие работы (п. 9.14).

Согласно п. 9.15 Инструкции в случае обнаружения аварийного состояния строительных конструкций службы контроля и надзора учреждения обязаны: немедленно доложить об этом начальнику учреждения; выдать предписание лицу, ответственному за техническую эксплуатацию здания, сооружения; ограничить или прекратить эксплуатацию аварийных участков и принять меры по предупреждению возможных несчастных случаев; принять меры по немедленному устранению причин аварийного состояния и по временному усилению поврежденных конструкций; обеспечить регулярное наблюдение за деформациями поврежденных элементов (постановка маяков, геологическое наблюдение и т.д.); принять меры по организации квалифицированного обследования аварийных конструкций с привлечением специалистов из проектных, научно-исследовательских или других специализированных организаций; обеспечить скорейшее восстановление аварийного объекта по результатам обследования и по получению, в необходимых случаях, проектно-сметной документации.

В материалы дела административными ответчиками представлен технический паспорт на нежилое здание по состоянию на 07.08.2009, из которого следует, что по адресу: <...> располагается нежилое здание режимного корпуса №2 ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области, площадью 1698,1 кв.м., является кирпичным с железобетонным сборным фундаментом, здание введено в эксплуатацию в 1990 г.

Согласно справке начальника ОКБИиХО ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области 2 этаж 2 режимного корпуса закрыт по представлению прокуратуры Томской области от 12.09.2016 №17-08-2016. Пожаров и (или) иных возгораний в помещениях 2 корпуса не возникало. Здание находится в удовлетворительном техническом состоянии, но нуждается в капитальном ремонте. В 2023 г. на проведение капитального ремонта на данный объект выделены денежные средства. На данный момент проводится капитальный ремонт. Камерное помещение №320 расположено на третьем этаже кирпичного трехэтажного режимного корпуса №2 ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области, общая площадь камерного помещения составляет 7,4 кв.м. Ежегодно в соответствии с Приказом МЮ РФ от 28.09.2001 №276 «Об утверждении инструкции по технической эксплуатации зданий и сооружений учреждений УИС» проводятся весенние и осенние осмотры зданий и сооружений.

Согласно акту общего (осеннего) осмотра здания (о готовности объекта к зиме) от 30.08.2021 (в спорный период содержания в камере №320 22.09.2021), комиссией произведен осмотр режимного корпуса №2, установлено, что строение находится в не удовлетворительном состоянии и нуждается в капитальном ремонте. Неудовлетворительное состояние установлено только в отношении входных дверей и оконных переплетов.

Как следует из письма ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области от 11.10.2022, ответа Управления капитального строительства, недвижимости, эксплуатации и ремонта ФСИН России от 15.04.2022 №ОГ-20-18519, для устранения несоответствий материально-бытовых условий при содержании в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области, принимаются меры в рамках проведения капитальных и текущих ремонтов по приведению в соответствие оборудование камерных помещений режимных корпусов. Приведение объектов указанного учреждения в надлежащее техническое состояние и в соответствие с действующими нормами СП 247.1325800.2016 осуществляется планомерно в рамках доводимого бюджетного финансирования.

На основании вышеизложенного, учитывая, что в установленном законом порядке режимный корпус №2 аварийным либо ветхим не признан, доказательств этому материалы дела не содержат, 30.08.2021 перед помещением административного истца в камеру №320 22.09.2021 комиссией в установленном порядке проводился общий осенний осмотр здания, в ходе которого установлено, что здание нуждается в капитальном ремонте, аварийное состояние строения не обнаружено, в настоящее время проводится капитальный ремонт в режимном корпусе №2, административным ответчиком в материалы дела представлены соответствующая техническая документация на нежилое здание, суд приходит к выводу, что доводы административного истца в указанной части не нашли своего подтверждение в ходе рассмотрения дела, соответственно, требования о признании незаконными условий содержания в данном случае удовлетворению не подлежат.

Административный истец ссылается на несоответствие условий содержания во 2-м режимном корпусе и в камере №320 в период его содержания 22.09.2021 требованиям Свода правил 247.1325800.2016 «Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утв. Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 15 апреля 2016 г. N 245/пр (далее - СП 247.1325800.2016).

Опровергая указанные доводы административного истца в части применения положений СП 247.1325800.2016, административные ответчики указывают, что 2-ой режимный корпус введен в эксплуатацию в 1990 г., то есть в рассматриваемом случае указанные нормы не подлежат применению, поскольку они устанавливают нормы проектирования и распространяются на строительство, реконструкцию, расширение, техническое перевооружение и капитальный ремонт зданий, помещений и сооружений, предназначенных для размещения и функционирования следственных изоляторов (СИЗО). Положения настоящего свода правил не распространяются на объекты капитального строительства, проектная документация которых до вступления в силу настоящего свода правил получила положительное заключение государственной экспертизы, а также на документы территориального планирования и документацию по планированию территории, утверждённые до вступления в силу настоящего свода правил.

Регламентирующим документом по проектированию в период строительства и введения в эксплуатацию здания 1990 года являлся Приказ МВД СССР от 20.12.1973 N 346 "Об утверждении указаний по проектированию и строительству следственных изоляторов министерства внутренних дел СССР". Данные нормы утратили силу в связи с изданием Свода правил норм проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста России, утвержденными Приказом Министерства юстиции РФ от 28 мая 2001 года N 161-дсп (далее - СП 15-01 Минюста России). На сегодняшний день действующим документом в части нормативных требований является свод правил СП 15-01 Минюста России и Свод правил СП 247.1325800.2016. Данные правила устанавливают нормы проектирования и распространяются на строительство, реконструкцию, расширение, техническое перевооружение зданий, помещений и сооружений, предназначенных для размещения и функционирования следственных изоляторов.

Вместе с тем, как было ранее указано и подтверждается представленными в материалы дела справками административного ответчика, в настоящее время проводится капитальный ремонт 2-го режимного корпуса ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области, объекты указанного учреждения приводятся в надлежащее техническое состояние и в соответствие с действующими нормами СП 247.1325800.2016, которое осуществляется планомерно в рамках доводимого бюджетного финансирования, что опровергает сами доводы административных ответчиков.

В то же время, указанные административным истцом нарушения в части несоответствия 2-го режимного корпуса, самой камеры №320 предъявляемым требованиям СП 247.1325800.2016 непосредственным образом касаются обеспечения гуманных условий для содержания лиц, в отношении которых применена мера пресечения заключение под стражу, подозреваемых и осужденных, с точки зрения соблюдения их прав на личную безопасность и охрану здоровья, на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, надлежащих санитарных условий, то есть создания благоприятных безопасных условий среды обитания, в связи с чем, эксплуатация объекта с нарушением указанных требований ведет к недопустимому риску для здоровья лиц, находящихся в зданиях ответчика и нарушению прав такого лица на обеспечение соответствующими условиями.

Из содержания подпункта 6 пункта 3 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13.10.2004 N 1314, следует, что задачей ФСИН является создание осужденным и лицам, содержащимся под стражей, условий содержания, соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров Российской Федерации и федеральных законов.

Тем самым, поскольку обеспечение надлежащих условий содержания в следственном изоляторе являлось и является обязательным, неисполнение требований закона влечет нарушение прав осужденного на содержание в условиях надлежащего обеспечения его жизнедеятельности.

Таким образом, в рассматриваемом случае при установлении обстоятельств нарушений условий содержания административного истца в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области подлежат применению положения СП 15-01 и СП 247.1325800.2016, действующие в период его содержания.

В качестве доводов о нарушении условий содержания административный истец указал, что 2 режимный корпус располагается менее чем на расстоянии 30 м от противопобегового ограждения, что причиняет жуткий дискомфорт от воя сирен, лая собак, жужжания, гудения и др. (п.2).

Согласно п. 7.6 СП 247.1325800.2016 здания режимной зоны следует располагать не ближе 30 м от противопобегового ограждения.

Доводы административного истца в указанной части не опровергнуты административными ответчиками, доказательств, подтверждающих, что 2 режимный корпус ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области располагался в период содержания ФИО1 в камере №320 22.09.2021 на расстоянии 30 м и более от противопобегового ограждения, административными ответчиками не представлено, что свидетельствует о нарушении условий содержания административного истца в указанной части.

Также, в качестве нарушения условий содержания административный истец указал, что размер оконного проема не соответствует предъявляемым требованиям - менее 1,2 х 0,9 м (120 х 90 см); искусственного освещения явно недостаточно, окно расположено выше чем на расстоянии 1,5 м от уровня пола (п.1).

Согласно пунктам 10.5, 10.6 СП 247.1325800.2016 естественное освещение в камерах, за исключением карцеров и камер для временной изоляции подозреваемых, обвиняемых и осужденных, у которых произошел нервный срыв, следует определять по СП 52.13330. Размеры оконных проемов должны составлять не менее 1,2 x 0,9 м. Оконные переплеты в камерах должны выполняться створными и оборудоваться для вентиляции форточками или фрамугами. Низ оконных проемов в камерах должен быть на высоте не менее 1,5 м от уровня пола. В оконных проемах камер вместо подоконников следует устраивать откосы с закругленными углами. Освещение карцеров должно быть естественным. Окна размерами 1,2 x 0,9 м необходимо располагать у потолка.

Положениями п. 8.64 СП 15-01, также было установлено, что естественное освещение в камерных помещениях, за исключением карцеров, камер для изоляции буйствующих и камер ШИЗО, следует принимать согласно требованиям СНиП 23-05-95. Размеры оконных проемов должны составлять не менее 1,2 м по высоте и 0,9 м по ширине. Оконные переплеты в камерах должны выполняться створными и оборудоваться для вентиляции форточками или фрамугами. Низ оконных проемов в помещениях располагается на высоте 1,5 м от пола.

В свою очередь, доказательств, подтверждающих соответствие оконных проемов установленным требования, надлежащего естественного освещения в камере 2-го режимного корпуса №320 в период содержания Приступы 22.09.2021, административными ответчиками в материалы дела не представлено, указанные доводы административного истца надлежащими доказательствами не опровергнуты, в связи с чем, суд приходит к выводу о нарушении условий содержания административного истца в данной части.

Административный истец также ссылается на нарушение условий содержания во 2-ом режимном корпусе в части отсутствия специально оборудованного помещения для личного приема администрацией СИЗО-1 заключенных, в том числе для личного приема сотрудниками отдела специального учета для вручения входящей корреспонденции и ознакомления с отправкой исходящей. Указывает, что такое вручение происходит где заключенных «выловят», приходится расписываться «на коленях», но не на столе и без возможности присесть (п.4).

В Таблице 6 СП 247.1325800.2016 перечислены помещения, входящие в состав режимного корпуса, где в том числе указан кабинет приема администрацией СИЗО подозреваемых, обвиняемых, осужденных (п. 12).

Согласно ответу начальника ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области ФИО4 от 09.10.2021 №ОГ-72/ТО/7/9-2004 в следственном изоляторе не предусмотрено отдельное специально оборудованное помещение для ознакомления и вручения корреспонденции подозреваемым, обвиняемым, осужденным.

Из справки ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области от 10.11.2022 следует, что кабинет личного приема администрацией СИЗО-1 в режимном корпусе №2 отсутствует. Однако, прием лиц, содержащихся в камерах, возможно осуществлять непосредственно в камере, а также в иных помещениях – кабинете начальника корпусного отделения.

Вместе с тем, нормами СП 247.1325800.2016, также как и иными нормативно-правовыми актами не предусмотрено, что в составе режимного корпуса следственного изолятора должно быть помещение именно для вручения корреспонденции подозреваемому, обвиняемому или осужденному. Непосредственно личный прием подозреваемых, обвиняемых, осужденных, как было указано административным ответчиком, осуществляется, в том числе в кабинете начальника корпусного отделения, что не свидетельствует о нарушении СП 247.1325800.2016 в части отсутствия кабинета приема администрацией СИЗО.

Таким образом, суд не усматривает нарушений условий содержания административного истца в указанной части, равно как и нарушение его прав и законных интересов.

В пунктах 5, 8 административного иска ФИО1 указывает, что следственное отделение и сборное отделение с санпропуском расположены с нарушением требований в подвале администрации здания (штаба), т.е. в локальной зоне административного назначения, что недопустимо: в сборное и следственное отделения возможно попасть из режимных корпусов (из камер) только через подземный переход СИЗО, который практически всегда занят потоками заключенных (в обе стороны по одному потоку движения без разделительных перегородок сплошного заполнения), в том числе, по большей части, тех заключенных, с которыми в силу требований о раздельном содержании нельзя пересекаться, а также что заставляет длительное время ожидать вывода к адвокатам, следователям, на ВКС и др. Отсутствие именно в режимной зоне сборного отделения с санпропускником препятствует своевременной санитарной обработке по прибытию в СИЗО этапом и из судов (помывка, обработка вещей) и т.д. Кроме этого, в сборном отделении отсутствуют санпропускники.

Согласно п. 6.1 СП 247.1325800.2016 СИЗО следует проектировать с учетом зонирования площади на локальную, режимную и хозяйственно-складскую зоны. В локальной зоне (изолированной территории) следует размещать здания административного назначения, состав которых определен в 7.1. В режимной зоне размещаются здания режимного и вспомогательного назначения, состав которых определен в 7.2.

В составе режимной зоны следует предусматривать: режимные корпуса (включая корпус для подозреваемых, обвиняемых и осужденных отрицательной направленности); сборное отделение с санпропускником, карантинное отделение; следственное отделение; отделение краткосрочных и длительных свиданий; медицинскую часть со стационаром и амбулаторией; прачечную; кухню; мастерские; локальную территорию на особый период; изолированный участок (блок) с общежитием для хозобслуги, волейбольно-баскетбольной площадкой, служащей одновременно площадкой для построения и территорией для прогулок с местом для курения (из расчета 2 м2 на одного осужденного из числа хозобслуги); транзитно-пересыльный пункт (п.7.2 СП 247.1325800.2016).

Согласно п. 7.3 СП 247.1325800.2016 для исключения прохода подозреваемых, обвиняемых и осужденных по территории режимной зоны, все здания режимного назначения, отделение краткосрочных и длительных свиданий, мастерские и, по возможности, здания обслуживающего назначения, расположенные в режимной зоне, а также, административное здание СИЗО, соединяются отапливаемыми переходами, которые следует выполнять на уровне второго (третьего) этажа - переходные галереи или ниже уровня поверхности земли - подземные переходы, что оговаривается заданием на проектирование.

Для исключения возможности пересечения путей следования следователей и адвокатов, сотрудников СИЗО и конвоируемых подозреваемых, обвиняемых и осужденных все переходные галереи (переходы) соединяющие здания СИЗО между собой следует разделять продольными перегородками сплошного заполнения (п. 14.1 СП 247.1325800.2016).

Пунктом 8.89 СП 15-01 Минюста России установлено, что для исключения встречных потоков конвоируемых подозреваемых и обвиняемых следователей и адвокатов, персонала СИЗО все коридоры переходных галерей и подземных переходов, соединяющих здания режимного назначения, следует разделять продольной решетчатой перегородкой.

Таким образом, сборное отделение с санпропускником, следственное отделение должны располагаться в режимной зоне СИЗО, в которые подозреваемые, обвиняемые и осужденные попадают через переходные галереи или подземные переходы. Сами переходные галереи или подземные переходы должны быть разделены продольными перегородками сплошного заполнения.

Также, п. 9.12 СП 247.1325800.2016 установлено, что санпропускники сборного отделения должны размещаться на первом этаже в обособленном отсеке и иметь сообщение с комнатой обыска. Они должны быть разделены на потоки с целью увеличения пропускной способности.

Из справки ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области от 10.11.2022 следует, что следственное отделение и сборное отделение с санпропускником расположены в цокольном этаже административного здания, штабе учреждения по адресу: <...>.

Таким образом, расположение сборного отделения с санпропускником и следственного отделения в локальной зоне (здании административного назначения) противоречит положениям СП 247.1325800.2016 и свидетельствует о нарушении условий содержания административного истца в рассматриваемый период. Кроме этого, доказательств, опровергающих доводы административного истца о том, что в сборном отделении отсутствуют санпропускники, в подземном переходе отсутствуют разделительные перегородки, административными ответчиками не представлено, указанные доводы не опровергнуты, что является основанием для удовлетворения требований административного истца в данной части.

В качестве нарушений условий содержания также указано, что в корпусе № 2 отсутствует комната для отправления религиозных обрядов, в пределах камерного сектора отсутствуют парикмахерские и душевые, постирочные для личного белья и сушилка для личного белья, отсутствие каждого четвертого прогулочного двора для занятия спортом и отсутствие дворов 216,0 и 108,0 кв.м. (п.6).

В пп. 19, 24-27, 30 Таблицы 6 СП 247.1325800.2016 установлено, что в режимном корпусе следует предусматривать: комнату для отправления религиозных обрядов (одна на режимный корпус); парикмахерская с местом хранения уборочного инвентаря (одна на режимный корпус); душевая (не менее одной на камерный сектор (пост)); постирочная личного белья подозреваемых, обвиняемых, осужденных (одна на камерный сектор (пост), смежная с душевой); сушилка личного белья подозреваемых, обвиняемых и осужденных (одна на камерный сектор (пост), смежная с постирочной; прогулочные дворы для занятий спортом (каждый четвертый прогулочный двор), в том числе: для взрослых – 30,0 кв.м., для несовершеннолетних - 1 на 100 чел (216,0 кв.м.), 1 на 50 чел (108,0 кв.м.).

Согласно справке ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области от 10.11.2022 во втором режимном корпусе отсутствует комната для отправления религиозных обрядов, данные комнаты имеются в иных режимных корпусах.

Вместе с тем соответствующих доказательств, подтверждающих, что во 2-ом режимном корпусе в спорный период содержания ФИО1 в камере №320 22.09.2021 имелись вышеуказанные помещения, прогулочные дворы для занятия спортом, в материалы дела не представлено, в связи с чем, суд приходит к выводу, что административными ответчиками не доказано соблюдение условий содержания административного истца в указанной части.

Административный истец также указал, что отсутствует надежная изоляция туберкулезного отделения от отдельных камер терапевтического отделения (п.7).

Согласно примечанию №3 к Таблице 6 СП 247.1325800.2016 туберкулезное отделение следует надежно изолировать от остальных камер. При лимите наполнения СИЗО 1000 чел и более размещение туберкулезного отделения следует предусматривать в отдельно стоящем корпусе. Состав и площади помещений корпуса в данном случае следует принимать аналогично режимному корпусу по настоящей таблице.

Из письменных пояснений представителя административного ответчика ФКУЗ МСЧ-70 ФСИН России ФИО5 следует, что с целью соблюдения санитарно-эпидемиологических требований фтизиатрическое отделение расположено в конце коридора филиала МЧ-4, отделено от терапевтического отделения специализированной дверью и имеет отдельный вход с торца здания (п.4.1.11 санитарных правил СП 2.1.3678-20). Таким образом, разделён поток медицинского персонала и больных, находящиеся в терапевтическом отделении от фтизиатрического отделения. В соответствии с пунктом 879 санитарных правил СанПиН 3.3686-21 «Санитарно- эпидемиологические требования по профилактике инфекционных болезней» - пациенты во время нахождения на лечении во фтизиатрическом отделении соблюдают режим и правила поведения и личной гигиены для пациентов таких отделений. Пациенты с бактериовыделением при выходе из камер (палат) используют индивидуальные средства защиты органов дыхания, медицинские маски, препятствующие попаданию возбудителей туберкулеза в окружающую среду.

В свою очередь, в нарушение положений п. 11 ст. 226 КАС РФ, доказательств, подтверждающих надежную изоляцию туберкулезного отделения от отдельных камер терапевтического отделения ФКУЗ МСЧ-70 ФСИН, в том числе разделение их специализированной дверью и наличие отдельного входа туберкулезного отделения с торца здания, как на это указано административным ответчиком, материалы дела не содержат, в связи с чем, не представляется возможным сделать вывод об отсутствии нарушений условий содержания административного истца в рассматриваемый период, учитывая, что обязанность по подтверждению (опровержению) соответствующих юридически значимых обстоятельств возлагается на административных ответчиков путем представления как письменных доказательств, так и соответствующих свидетельских показаний.

Таким образом, доводы административного истца об отсутствии надежной изоляции туберкулезного отделения от отдельных камер терапевтического отделения не опровергнуты надлежащими доказательствами, что является основанием для удовлетворения требований в указанной части.

Кроме этого, в качестве нарушений условий содержания административный истец ссылается на отсутствие при кабинетах следователей и адвокатов одноместных помещений для кратковременного нахождения. Указывает, что их отсутствие влечет длительное нахождение заключенных, уже «отработавших» со следователями и адвокатами в этих кабинетах, из-за чего создается «длинная очередь», что сокращает время свиданий с адвокатами, нарушая конституционные права и получение квалифицированной юридической помощи (п.9). Отсутствует уборная с умывальником при кабинетах следователей и адвокатов, то есть адвокаты сокращают время свиданий, желая сходить в туалет (п.10); отсутствуют залы видеоконференцсвязи, которых должно быть не менее 15, в связи с чем, ВКС проводится в кабинетах для следователей и адвокатов, причиняя ущерб встречам с адвокатами из-за занятости кабинетов сеансами ВКС (п.11); отсутствует помещение множительной техники (п.12).

При кабинетах следователей и адвокатов необходимо предусматривать одноместные помещения для кратковременного нахождения, требования к которым аналогичны требованиям, предъявляемым к указанным помещениям, расположенным в сборном отделении (п.9.18 СП 247.1325800.2016).

Пунктом 4 Таблицы 8 СП 247.1325800.2016 предусмотрено, что в состав помещений следственного отделения входит уборная с умывальником в тамбуре.

Пунктами 7, 8 Таблицы 8 СП 247.1325800.2016 установлено, что в состав помещений следственного отделения входят: помещение видеоконференцсвязи (15,0 кв.м.), помещение множительной техники (10,0 кв.м.).

Согласно письму ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области от 10.11.2022 следственные кабинеты предназначены для встреч со следователями и адвокатами. Боксы предназначены для ожидания лицами, содержащимися в учреждении, встреч со следователями и адвокатами. В административном здании, штабе учреждения на втором этаже, расположены туалетные комнаты с унитазами и умывальниками для всех сотрудников и посещающих учреждение лиц. Видеоконференцсвязь производится в помещениях следственных кабинетов. Помещение множительной техники при следственном отделении отсутствует. При необходимости следственные кабинеты используются как помещения для множительной техники.

Вместе с тем надлежащих доказательств, подтверждающих, что во 2-м режимном корпусе в период содержания ФИО1 при кабинетах следователей и адвокатов имелись помещения кратковременного нахождения для ожидания лицами, содержащимися в учреждении, встреч со следователями и адвокатами; уборная с умывальником в тамбуре следственного отделения; помещение видеоконференцсвязи, помещение множительной техники, в материалы дела не представлено, указанные доводы административного истца соответствующими доказательствами не опровергнуты, кроме как письменными пояснениями начальника учреждения, учитывая, что обязанность по подтверждению (опровержению) соответствующих юридически значимых обстоятельств возлагается на административных ответчиков путем представления как письменных доказательств, так и соответствующих свидетельских показаний.

В связи с чем, суд приходит к выводу об обоснованности заявленных требований и нарушении условий содержания административного истца в указанной части.

Согласно доводам административного истца о нарушении условий содержания во всех кабинетах для работы со следователями и адвокатами установлены клетки из арматуры (металлических прутьев) для содержания заключенных, в то время как только 10% кабинетов должно быть оборудовано стеклянным отсеком из бронированного стекла с дверью. «Клетки из арматуры» не только препятствуют нормальному конструктивному общению за одним столом с адвокатом, следователем, нормальному общению с судом по ВКС, но и эти клетки формируют предвзятое отношение к истцу как уже преступнику (п.13). В помещениях для работы со следователями и адвокатами вместо внутренних дверей усиленной конструкции с замками камерного типа установлены незаконные тоненькие фанерные двери, через которые слышно снаружи все происходящее в кабинетах, т.е. какая-либо конфиденциальность при общении с адвокатом отсутствует, чем нарушается конституционное право на получение квалифицированной юридической помощи в условия конфиденциальности (п. 14).

В соответствии с п. 9.19 СП 247.1325800.2016 целях обеспечения безопасности следователей, адвокатов и иных участников уголовного производства, места для размещения подозреваемых, обвиняемых и осужденных в 10% кабинетов, следует отделять перегородкой с дверью, конструкцию которой следует предусматривать в соответствии с 14.17.

Согласно п. 14.17 СП 247.1325800.2016 конструкцией перегородки из стекла устойчивого к пробиванию, отделяющей место для содержания подозреваемых, обвиняемых и осужденных во время проведения судебных процессов от зала совещаний, должна быть обеспечена необходимая звукопроницаемость, а также безопасное применение к подозреваемым, обвиняемым и осужденным спецсредств - наручников, для чего в двери перегородки следует предусматривать запирающуюся снаружи форточку. Класс защиты стекла следует принимать не ниже Б 1 по ГОСТ Р 51136.

Пунктом 11.5 СП 247.1325800.2016 установлено, что внутренние двери усиленной конструкции следует устанавливать в административном здании СИЗО, в КПП всех типов, в дверных проемах проходного коридора, во всех зданиях режимной зоны, в том числе в следственном отделении - во всех кабинетах.

Внутренние двери усиленной конструкции, устанавливаемые на входах в отделение длительных и краткосрочных свиданий, в блок помещений дежурной службы, а также в кабинеты следователей и адвокатов следует оборудовать смотровыми окнами и замками камерного типа (п. 11.6 СП 247.1325800.2016).

При этом согласно подпункту 23 пункта 60 Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы (далее - Наставление), утвержденным Приказом Минюста России от 4 сентября 2006 года N 279, в 10% следственных кабинетов от пола до потолка устанавливаются металлические решетчатые перегородки из вертикальных прутьев круглой стали диаметром не менее 15 мм и поперечных полос сечением 60 мм x 5 мм с размером ячеек 200 мм x 100 мм, отделяющие место, предназначенное для размещения допрашиваемого, от остального пространства кабинета. В перегородке предусматривается дверь, оборудованная замком камерного типа.

Аналогичные положения о наличии в 10% следственных кабинетов металлических решетчатых перегородок и дверей, оборудованных замками камерного типа, изложены в письме ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области от 10.11.2022.

Таким образом, проанализировав положения СП 247.1325800.2016 и Наставления, суд приходит к выводу, что в период содержания ФИО1 во 2-ом режимном корпусе в камере №320 22.09.2021 не менее 10% кабинетов следователей и адвокатов должны были быть оснащены перегородками из стекла устойчивого к пробиванию, отделяющие место для содержания подозреваемых, обвиняемых и осужденных, остальные кабинеты следователей и адвокатов могли быть оснащены металлическими решетчатыми перегородками, что не противоречит вышеуказанным нормативным положениям. Кроме этого, в кабинетах должны быть установлены входные внутренние двери усиленной конструкции с замками камерного типа.

Однако доказательств, подтверждающих, что в спорный период во 2-ом режимном корпусе ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области не менее 10% кабинетов следователей и адвокатов были оснащены соответствующими перегородками из стекла, установлены входные внутренние двери усиленной конструкции с замками камерного типа, административными ответчиками не представлено, что свидетельствует о нарушении условий содержания административного истца.

Также административный истец указывает на нарушение условий содержания в части отсутствия в стационаре медицинской части санпропускника и медицинского изолятора, боксированных палат (изоляторов), фтизиотерапевтического кабинета, кабинета функциональной диагностики, раздельных помещений для внутривенных и внутримышечных инъекций, отсутствие приемной, ожидальной, помещения для хранения одежды и обуви больных, санитарной комнаты (п. 15).

В силу п. 9.29, 9.30 СП 247.1325800.2016 в составе стационара следует предусматривать санпропускник, палатное отделение и медицинский изолятор. Санпропускник в стационаре предназначен для гигиенической обработки, сдачи грязной одежды и выдачи больничной одежды госпитализируемых в палатное отделение и медицинский изолятор. Санпропускник следует размещать, как правило, между палатным отделением и медицинским изолятором или перед ними.

Таблицей 11 СП 247.1325800.2016 определен примерный состав помещений медицинской части с амбулаторией и стационаром: физиотерапевтический кабинет (п. 13), кабинет функциональной диагностики (п. 15), процедурная - помещение для внутривенных инъекций и помещение для внутримышечных инъекций (п. 18), приемная (п.29), ожидальная (п. 30), помещение для хранения одежды и обуви больных (п. 32), санитарная комната (п.33), боксированные палаты в медицинском изоляторе (п. 48, 49).

Из письменных пояснений представителя ФКУЗ МСЧ-70 ФСИН России следует, что филиал МЧ-4 расположен на 2-ом этаже 2-ух этажного здания по всей длине коридора и зонирован на 3 части: 1- медицинская часть с необходимым набором помещений для оказания медицинской помощи, 2 - терапевтическое отделение с камерами (палатами), 3 - фтизиатрическое отделение с камерами (палатами). В составе филиала МЧ-4 палатное отделение отсутствует. Существующее в настоящее время расположение филиала МЧ-4 не позволяет разместить санпропускник, с целью его использования по назначению. Учитывая данное расположение, санпропускник в составе филиала МЧ ФКУЗ МСЧ-70 ФСИН России возможно организовать только при выделении для помещения филиала МЧ-4 отдельно стоящего здания. То же относится и к боксированным палатам изолятору, физиотерапевтическому кабинету, кабинету функциональной диагностики. Вместе с тем, необходимо отметить, что согласно пункту 9.35 в Таблице 11 свода правил СП 247.1325800.2016 определён примерный состав и площади помещений медицинской части с амбулаторией и стационаром, а не требуемый. Учитывая камерное содержание пациентов стационаров, необходимости в боксированных палатах и изоляторе объективно отсутствует. Наличие в филиале МЧ-4 физиотерапевтического кабинета, кабинета функциональной диагностики не предусмотрено штатным расписанием ФКУЗ МСЧ-70 ФСИН России. При необходимости такие пациенты переводятся в филиал «Больница» ФКУЗ МСЧ-70 ФСИН России. Основные санитарно-эпидемиологические требования к зданиям, строениям, сооружениям и помещениям медицинских организаций определены пунктом 4.2 подпунктами 4.2.1-4.2.10 санитарных правил СП 2.1.3678-20 «Санитарно-эпидемиологические требования к эксплуатации помещений, зданий, сооружений, оборудования и транспорта, а также условиями деятельности хозяйствующих субъектов, осуществляющих продажу товаров, выполнение работ или оказание услуг» (далее - СП 2.1.3678-20). Согласно подпункту 4.2.1. СП 2.1.3678-20 - размещение помещений медицинской организации должно обеспечивать соблюдение требований к последовательности (поточности) технологических процессов обработки оборудования, инвентаря, материалов. В целях контроля за соблюдением санитарных правил и выполнением санитарнопротивоэпидемических (профилактических) мероприятий в филиале МЧ-4 организован и проводится производственный контроль с проведением необходимых лабораторных исследований. В соответствии с Приложением 1 санитарных правил СП 2.1.3678-20 определён набор основных помещений медицинских организаций, необходимых для обеспечения противоэпидемического режима и минимальные площади помещений. Согласно подпункту 37 приложения 1 процедурная предназначена для внутривенных вливаний, забора венозной крови, внутримышечных, внутрикожных инъекций, экстракорпоральной гемокоррекции. Учитывая изложенное, проведении внутривенных и внутримышечных инъекций в одном помещении (процедурной) не противоречит действующим СП 2.1.3678-20.

Как было верно указано административным ответчиком, в Таблице 11 СП 247.1325800.2016 определен примерный состав помещений медицинской части с амбулаторией и стационаром.

При этом из п. 9.33 СП 247.1325800.2016 следует, что требования к размещению, устройству, оборудованию и содержанию помещений медицинской части с амбулаторией и стационаром следует выполнять в соответствии с СанПиН 2.1.3.2630.

Указанные СанПиН 2.1.3.2630-10 утратили силу с 01.01.2021 в связи с изданием Постановления Главного государственного санитарного врача РФ от 24.12.2020 N 44 "Об утверждении санитарных правил СП 2.1.3678-20 "Санитарно-эпидемиологические требования к эксплуатации помещений, зданий, сооружений, оборудования и транспорта, а также условиям деятельности хозяйствующих субъектов, осуществляющих продажу товаров, выполнение работ или оказание услуг" (далее - СП 2.1.3678-20), который действовал в спорный период содержания административного истца во 2-ом режимном корпусе в камере №320 22.09.2021.

Приложением №1 к СП 2.1.3678-20 предусмотрен набор основных помещений, необходимых для обеспечения противоэпидемического режима и минимальные площади помещений, среди которых указаны: санитарный пропускник для пациентов в приемном отделении (п. 58); процедурная для внутривенных вливаний, забора венозной крови, внутримышечных, внутрикожных инъекций, экстракорпоральной гемокоррекции, прививочный кабинет, процедурная врача-косметолога с парентеральными вмешательствами (п. 37); помещение временного хранения вещей пациентов (п. 61), санитарная комната (п.129).

Также, п. 4.2.4, 9.15 СП 2.1.3678-20 предусмотрено, что в составе медицинского пункта в организациях, предоставляющих услуги по уходу с обеспечением проживания, должно быть приемно-карантинное отделение с изолятором. Медицинский кабинет размещается рядом с палатами изолятора и имеет отдельный вход из коридора.

Для приема, лечения и временной изоляции пациентов с инфекционными заболеваниями или подозрением на них в медицинских организациях, оказывающих помощь в стационарных условиях, оборудуются приемно-смотровые боксы, боксы или боксированные палаты.

При этом положениями СП 2.1.3678-20 фтизиотерапевтический кабинет, кабинет функциональной диагностики, раздельные помещения для внутривенных и внутримышечных инъекций не предусмотрены в качестве обязательных помещений медицинской части.

Помещение ожидальной предусмотрено только для фельдшерских акушерских пунктов согласно Приложению №2 СП 2.1.3678-20.

Таким образом, доводы административного истца в той части, что в нарушение СП 247.1325800.2016 отсутствует фтизиотерапевтический кабинет, кабинет функциональной диагностики, раздельные помещения для внутривенных и внутримышечных инъекций, ожидальная, суд признает несостоятельными, поскольку указанный в Таблице 11 СП 247.1325800.2016 перечень помещений является примерным, а не обязательным, перечень обязательных помещений медицинской части предусмотрен СП 2.1.3678-20, среди которых фтизиотерапевтический кабинет, кабинет функциональной диагностики не предусмотрены, ожидальная предусмотрена только для фельдшерских акушерских пунктов, а проведение внутривенных и внутримышечных инъекций может осуществляться в одном помещении – процедурной.

Тем самым, проанализировав доводы сторон, положения СП 247.1325800.2016 и СП 2.1.3678-20 в их взаимосвязи, суд приходит к выводу о нарушении условий содержания административного истца в части отсутствия в медицинской части ФКУЗ МСЧ-70 ФСИН России помещений, наличие которых является обязательным в силу требований СП 2.1.3678-20: санитарный пропускник для пациентов в приемном отделении; помещение временного хранения вещей пациентов; санитарная комната; медицинский изолятор, боксированные палаты. Доказательств, подтверждающих наличие указанных помещений в медицинской части ФКУЗ МСЧ-70 ФСИН России в материалы дела административными ответчиками не представлено, что в свою очередь свидетельствует об обоснованности доводов административного истца в указанном случае.

В качестве нарушений условий содержания административный истец также указывает, что в камере №320 отсутствует между санузлом и площадью камеры кирпичные перегородки толщиной 120 мм на всю высоту камерного помещения (п.16). В прогулочном дворе 2-го режимного корпуса отсутствует отвод атмосферных осадков (п.19), отсутствует целостный подстилающий слой полов из бетона, вместо этого полы прогулочных дворов пылят, неровные, бетон от старости крошится, образуются впадины, выступы, в том числе острые камни, режущие подошву обуви (п.20).

Пунктом 10.7 СП 247.1325800.2016 предусмотрено, что во всех камерах унитазы следует размещать в кабинах с дверьми, открывающимися наружу. Перегородки кабин следует выполнять кирпичными, толщиной 120 мм на всю высоту камеры.

В соответствии с п. 10.10 СП 247.1325800.2016 для защиты от атмосферных осадков, в прогулочных дворах, со стороны наружной стены следует предусматривать козырек (навес) с выносом его на 1,5 м внутрь двора с учетом обеспечения полного обзора для младшего инспектора, для этих же целей над помостом для младшего инспектора устраивается навес.

Аналогичные положения установлены п. 9.12 СП 15-01.

Подстилающие слои полов в прогулочных дворах должны быть бетонными толщиной не менее 100 мм, покрытия полов следует выполнять из непылящих, нескользких и морозо-водостойких материалов в соответствии с требованиями СП 29.13330. Устройство покрытий полов из штучных плит не допускается (п. 14.10 СП 247.1325800.2016).

Из письма ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области от 10.11.2022 следует, что в камере №320 имеется помещение санитарного узла, которое предназначено для обеспечения приватности. Над прогулочными дворами вдоль стен, противоположных помосту для младшего инспектора, устраиваются облегченные навесы для укрытия от атмосферных осадков шириной до 1,2 м. Во всех прогулочных дворах имеется отвод для атмосферных осадков. Основания прогулочных дворов второго режимного корпуса выполнены в виде бетонной стяжки, целостной не нарушена. В прогулочном дворе 2-го корпуса отсутствует плесень и грибок.

В свою очередь, наличие соответствующих кирпичных перегородок кабин санитарного узла толщиной в 120 мм на всю высоту камеры №320 в спорный период для обеспечения приватности, наличие в прогулочном дворе 2-го режимного корпуса козырька (навеса) для защиты от атмосферных осадков, бетонных подстилающих полов из непылящих, нескользких и морозо-водостойких материалов, материалами дела не подтверждается, соответствующих доказательств, объективно подтверждающих соответствие указанных условий содержания установленным требованиям, административными ответчиками не представлено, в связи с чем, доводы административного истца в части указанных нарушений условий содержания суд признает законными и обоснованными.

Нарушениями условий содержания, по мнению административного истца, являются в том числе: окно для передачи пищи в камере № 320 расположено на высоте ниже 1 м и размером менее 180 х 220 мм (п.21), с внутренний стороны двери камеры № 320 незаконно установлены решетчатые двери на расстоянии более 50 см от двери камер, что вынуждает получать пищу вставая на колени, либо сгибаться, что причиняет жуткую боль при заболевании спины, при гемангиоме позвоночника (п.22). Высота потолков в камере № 320 гораздо меньше 3 м (п.23). В камере № 320 не вся площадь полов покрыта досками, 2/3 полов забетонированы, но бетон крошится от старости и сырости, от пыли усугубляется аллергия истца, боли в суставах ног, коленях; расположение санузлов в них не ниже на 10-15 мм уровня отметки дощатого пола, а выше, без устройств гидроизоляции; в камере № 320 отсутствует гидроизоляция умывальника и покрытие пола из керамической плитки возле него (п.24).

Согласно п. 11.8 СП 247.1325800.2016 в дверях на высоте 1,0 м от уровня пола необходимо устраивать окна для передачи пищи размерами 180 x 220 мм.

Пунктом 11.7 СП 247.1325800.2016 установлено, что в камерах устанавливаются камерные глухие двери.

В соответствии с п.11.10 СП 247.1325800.2016 решетчатые двери устанавливаются с внутренней стороны: в дополнение к внутренней двери усиленной конструкции - на входе, ведущем в комнату хранения оружия; в дополнение к камерным дверям - в карцерах, камерах для осужденных к пожизненному лишению свободы, осужденных, которым смертная казнь в порядке помилования заменена пожизненным лишением свободы (осужденных к смертной казни), а также (по заданию на проектирование) в камерах изолированного участка для содержания отдельных категорий подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений. В качестве основных металлические решетчатые двери устанавливаются в отсекающих перегородках: тамбуров проходного коридора, в торцах камерных секторов, в торцах переходных галерей.

Пунктом 8.83 Норм проектирования следственных изоляторов и тюрем Министерства юстиции Российской Федерации (СП 15-01 Минюста России), утв. Приказом Министерства Юстиции РФ от 28.05.2001 года N 161-дсп, также установлено, что решетчатые двери устанавливаются с внутренней стороны: в дополнение к внутренним дверям усиленной конструкции - на входах, ведущих в лестничные клетки административного здания и зданий режимного назначения, общие коридоры зданий режимного назначения, комнату хранения оружия. В качестве основных, решетчатые металлические двери устанавливаются в торцах камерного блока, в торцах переходных галерей, в продольных, поперечных и камерных отсекающих перегородках.

Высота помещений зданий режимной зоны и стен прогулочных дворов должна быть не менее 3 м (п. 14.2 СП 247.1325800.2016).

В камерах, во всех палатах медицинской части следует предусматривать дощатые беспустотные полы с креплением к трапециевидным лагам, втопленным в бетонную стяжку по бетонному основанию, при этом участок пола, ограниченный кабиной для установки унитаза (санузла при палате), следует выполнять с перепадом - ниже отметки дощатого пола на 10 - 15 мм, с покрытием из керамической плитки по бетонной стяжке и устройством гидроизоляции. Гидроизоляцию, покрытие из керамической плитки размерами в плане 1,2 x 1,2 м следует также предусматривать в камерах на участке пола в месте установки умывальника. Все деревянные элементы полов камер, до монтажа, следует обрабатывать антисептирующими составами. Дощатые полы в камерах по периметру помещений следует укреплять деревянными брусьями на болтах (п. 14.10 СП 247.1325800.2016).

Согласно письму ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области от 10.11.2022 высота потолков камерных помещений режимных корпусов учреждения составляет не менее трех метров, пол камеры №320 имел деревянное покрытие, санитарные узлы расположены ниже уровня дощатого пола с устройство гидроизоляции. Все умывальники камерных помещений имели гидроизоляцию. Камера №320 в соответствии с Приказом ФСИН России от 26.07.2007 №407 «Об утверждении Каталога «Специальные (режимные) изделия для оборудования следственных изоляторов, тюрем, исправительных и специализированных учреждений ФСИН России» оснащены дверьми: п. 1.3.1 Дверь камерная ДК-1 (с окном для передачи пищи шириной 220 мм, высотой 180 мм). Дополнительно двери камерного помещения №320 имеют дверь решетчатую ДРН-1 в дополнение к дверям усиленным наружным с внутренней стороны дверных проемов (СИЗО и тюрьмах – в наружных дверных проемах административных зданий (за исключением наружных дверных проемов проходного коридора), режимных корпусов, производственных мастерских, медицинской части, сборного, следственного отделений).

Вместе с тем, СП 247.1325800.2016, действующими в период содержания административного истца, равно как и СП 15-01 Минюста России, а также разделом 2 Каталога «Специальные (режимные) изделия для оборудования следственных изоляторов, тюрем, исправительных и специализированных учреждений ФСИН России», утв. Приказом ФСИН России от 26.07.2007 №407, не предусмотрено, что решетчатые двери устанавливаются в дополнение к камерным дверям всех камерных помещений, за исключением перечисленных в п. 11.10 СП 247.1325800.2016, к которым камера №320 не относится.

Таким образом, учитывая, что в материалы дела административными ответчиками не представлено доказательств, подтверждающих соответствие камеры №320 2-го режимного корпуса в период содержания ФИО1 22.09.2021 вышеуказанным установленным требованиям СП 247.1325800.2016, а также законность и обоснованность установления решетчатой двери с внутренней стороны камеры, суд полагает, что требования административного истца о нарушении условий содержания в указанной части являются законными и обоснованными.

Также исходя из доводов административного истца нарушением условий содержания в спорный период являлось отсутствие вызывной сигнализации (световая, звуковая) в медицинских и процедурных кабинетах, в кабинетах следователей и адвокатов, а также не вывод сигнала из камеры на пост операторов СОТ, из палат медицинской части на пост дежурной медсестры и оператора СОТ, из кабинетов следователей и адвокатов в комнату оператора СОТ (п. 26).

Из положений п. 19.33 СП 247.1325800.2016 вызывной сигнализацией (световой и звуковой) следует оборудовать все камеры, карцеры, палаты, медицинские и процедурные кабинеты, кабинеты следователей и адвокатов. Сигналы из камер и карцеров должны передаваться операторам СОТ; из палат - на пост дежурной медсестры, оператору СОТ медицинской части; из кабинетов следователей и адвокатов - в комнату оператора СОТ следственного отделения; из медицинских и процедурных кабинетов - в коридор и операторам СОТ.

Также, подп. 13 п. 60 Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы, утв. Приказом Минюста России от 04.09.2006 N 279, установлено, что камеры оборудуются вызывной сигнализацией. Устройство вызывной сигнализации устанавливается у двери на высоте 1,2 м. Включение вызывной сигнализации регистрируется на концентраторе на посту у камер и сопровождается звуковым или световым сигналом. Сигнал вызова поступает на световое табло, установленное в помещении начальника корпусного отделения.

В соответствии с письмом ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области от 10.11.2022 сигнал световой и звуковой сигнализации камеры №320 был выведен на коридор корпусного отделения около входа в камерное помещение.

При этом, соответствующих доказательств, объективно подтверждающих оборудование медицинских и процедурных кабинетов, кабинетов следователей и адвокатов 2-ого режимного корпуса в спорный период содержания административного истца (22.09.2021), а также камеры №320 вызывной сигнализации (световая, звуковая) в соответствии с вышеуказанными требованиями, вывод сигналов на соответствующие посты операторов СОТ, в материалы дела административными ответчиками не представлено, учитывая, что обязанность по подтверждению (опровержению) данных обстоятельств в силу закона лежит на административных ответчиках.

Таким образом, указанные доводы административного истца не опровергнуты надлежащими доказательствами, а требования о признании незаконным бездействия административного ответчика по обеспечению надлежащих условий содержания в данном случае подлежат удовлетворению.

В том числе, в уточнениях к административному иску ФИО1 указал, что нарушением условий содержания явилось незаконное совмещение одним постовым в каждой из 4 дежурных смен более 2-х постов, в связи с чем, он был лишен возможности своевременно позвать дежурного (постового) или вызывать через сигнал вызывной сигнализации оператора СОТ.

Из ответов УФСИН России по Томской области от 02.06.2022 №ог-72/ТО/1/20-616, от 21.07.2022 №ог-72/ТО/1/12-806, от 20.05.2022 №ог-72/ТО/1/12-550 следует, что факт совмещения внутренних постов одним постовым выявлены в первом и втором кварталах 2022 г., что не относится к рассматриваемому периоду (22.09.2021).

Вместе с тем, данные обстоятельства не отрицались административными ответчиками, из письма ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области от 10.11.2022 следует, что в некоторых случаях допускалось, что один дежурный – младший инспектор дежурной смены, совмещал два поста корпусных отделений в связи с острым некомплектом личного состава.

Таким образом, поскольку вышеуказанные доводы административного истца о нарушении условий содержания в спорный период в камере №320 не оспаривались административными ответчиками, доказательств обратному в материалы дела не представлено, суд приходит к выводу об обоснованности указанных истцом нарушений условий содержания и нарушении его прав на своевременное обращение к дежурному (постовому) у камер.

Помимо вышеуказанных нарушений, ФИО1 также ссылается на наличие нарушений в части размера туалетного отсека, который не позволяет полноценно сесть на унитаз; маленькой ширины стола, что затрудняет написание обращений; близкого расположения лавочки к столу и низкой высоты стола, из-за чего колени бьются об стол.

Согласно пункту 42 Приказа Минюста России от 14.10.2005 N 189 "Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы", камеры СИЗО оборудуются: одноярусными или двухъярусными кроватями (камеры для содержания беременных женщин и женщин, имеющих при себе детей, - только одноярусными кроватями); столом и скамейками с числом посадочных мест по количеству лиц, содержащихся в камере; шкафом для продуктов; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; зеркалом, вмонтированным в стену; бачком с питьевой водой; подставкой под бачок для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; урной для мусора; тазами для гигиенических целей и стирки одежды; светильниками дневного и ночного освещения; телевизором, холодильником (при наличии возможности (камеры для содержания женщин и несовершеннолетних - в обязательном порядке); вентиляционным оборудованием (при наличии возможности); тумбочкой под телевизор или кронштейном для крепления телевизора; напольной чашей (унитазом), умывальником; нагревательными приборами (радиаторами) системы водяного отопления; штепсельными розетками для подключения бытовых приборов; вызывной сигнализацией.

Вместе с тем, нормативными актами не установлен конкретный размер туалетной кабины в камерах СИЗО.

В свою очередь, в Своде правил. Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования (СП 308.1325800.2017), утв. приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ от 20 октября 2017 г. N/пр, в таблице 14.4, устанавливающей размеры помещений, предусмотрено, что размеры уборных для административно-управленческого персонала должны составлять 2,0 кв.м. При этом согласно примечанию к данному нормативу, уборная подлежит оборудованию одним унитазом и одним умывальником.

По мнению суда для размещения только одного унитаза площади туалетной комнаты в 2 квадратных метра достаточно исходя из установленной минимальной нормы площади камеры, учитывая, что месторасположение в ней унитаза не должно создавать каких-либо трудностей для его использования с достаточной степенью приватности.

Вместе с тем, доводы административного истца в части маленького размера туалетного отсека административными ответчиками не опровергнуты, доказательств, подтверждающих, что размер туалетной кабины является достаточным для удовлетворения естественных нужд, в материалы дела не представлено.

Также, согласно разделу IV Приложения №3 Номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утв. Приказом ФСИН России от 27.07.2006 N 512 камеры режимного корпуса обеспечиваются, в том числе столом со скамейками.

Согласно пункту 13.1 Каталога "Специальные (режимные) изделия для оборудования следственных изоляторов, тюрем, исправительных и специализированных учреждений ФСИН России", утвержденного приказом ФСИН России от 27 июля 2007 года N 407, стол камерный на 2 места состоит из каркаса, столешницы и ячеек под столешницей по количеству мест. Каркас стола изготовлен из стального уголка сечением 45x45x5 мм, перекладины для ячеек - из уголка 25x25x4 мм. Столешница выполнена из досок толщиной 38 мм и облицована пластиком толщиной 1,6 мм. Ячейки стола выполнены из стального листа 2 мм. Стол крепится к полу на глубину 80 мм и имеет высоту над уровнем пола 790 мм. Габаритные размеры стола: длина - 800 мм; ширина - 410 мм; высота - 870 мм.

Скамья камерная изготавливается 3-х типоразмеров, различающихся количеством посадочных мест и габаритными размерами. Скамья любого типоразмера состоит из каркаса и сиденья. Несущие элементы каркаса скамьи СК-1 выполнены из стального уголка сечением 45х45х5 мм, сиденье – из досок толщиной 45 мм. Скамья СК-1 крепится к полу на глубину 80 мм и имеет высоту над уровнем пола 450 мм (п. 14.1 Каталога).

В свою очередь, надлежащих и объективных доказательств соответствия ширины стола камеры №320, параметров скамейки к данному столу установленным требованиям административными ответчиками не представлено.

Таким образом, суд приходит к выводу о доказанности нарушения условий содержания ФИО1 в камере №320 в спорный период в части достаточного размера туалетной кабины, а также параметров стола и скамейки к нему установленным требованиям.

Нарушениями условий содержания в спорный период, по мнению административного истца, также выразилось в том, что светильники дневного и ночного освещения расположены в нарушение правил пожарной безопасности не в нишах из негорючего материала, а прямо на потолке и на стене над входом и не огорожены защитными решетками.

Согласно письму ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области от 10.11.2022 камера №320 была оснащена светильниками дневного и ночного освещения, в них установлены лампочки мощностью: дневное освещение – не менее 100 Вт, ночного освещение – не менее 40 Вт.

В соответствии с п. 13.7 СП 247.1325800.2016 во всех камерах, палатах медицинской части и коридорах зданий режимного назначения светильники рабочего освещения следует размещать на потолке, а светильники дежурного освещения и радиодинамики - над дверьми. Во всех камерах и палатах медицинской части светильники рабочего и дежурного освещений, а также радиодинамики следует ограждать металлическими решетками.

Подпунктом 13 пункта 60 Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы, утв. Приказом Минюста России от 04.09.2006 N 279, также предусмотрено, что в камерах предусматривается общее и дежурное освещение. Общее освещение обеспечивается светильниками с люминесцентными лампами или с лампами накаливания, которые устанавливаются на потолке и ограждаются металлической сеткой. Для дежурного освещения централизованного управления применяются светильники с лампами накаливания мощностью 15 - 25 Вт, которые устанавливаются над дверью и закрываются плафоном с металлической сеткой, предотвращающей доступ к ним.

При этом, пунктом 10.1.8 Приказа ФСИН РФ от 30.03.2005 N 214 "Об утверждении правил пожарной безопасности на объектах учреждений и органов Федеральной службы исполнения наказаний" установлено, что электросветильники в камерных помещениях устраиваются в нишах из негорючего материала и ограждаются от возможного их повреждения. Ниши для светильников общего освещения должны устраиваться в потолке, а для ночного освещения - в стене над дверью и изолироваться решетками. При невозможности устройства ниши в потолке для светильников общего освещения данные светильники крепятся непосредственно к потолку и оборудуются защитными решетками с запирающим устройством.

Вместе с тем, административными ответчиками не представлены соответствующие доказательства, подтверждающие, что в камере №320 в период содержания ФИО1 22.09.2021 установлены светильники дневного и ночного освещения в соответствии с правилами пожарной безопасности, то есть в нишах из негорючего материала и с защитными решетками с запирающим устройством, равно как и доказательств невозможности устройства нише в потолке, что непосредственным образом является нарушением условий содержания и нарушением прав и законных интересов административного истца.

Любое колыхание бака с водой издает сильный скрежет по металлическому спальному месту, так как подставка для этого бака приварена сваркой в изголовье кровати в камере № 320, что, по мнению ФИО1, является нарушением условий содержания.

Пунктом 42 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утв. Приказом Минюста России от 14.10.2005 N 189, установлено, что камеры СИЗО оборудуются, в том числе бачком с питьевой водой, подставкой под бачок для питьевой воды.

Пунктом 7 раздела IV Номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утв. Приказом ФСИН России от 27.07.2006 N 512 также предусмотрено, что камерные помещения режимного корпуса оборудуются баком для питьевой воды с кружкой и тазом.

При этом, разделом 17 Каталога «Специальные (режимные) изделия для оборудования следственных изоляторов, тюрем, исправительных и специализированных учреждений ФСИН России, утв. Приказом ФСИН России от 26.07.2007 №407 установлено, что подставка под бак для воды может быть как напольная, так и настенная.

Согласно письму ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области от 10.11.2022 расположение подставки под бак определяется исходя из возможности размещения в камере.

Таким образом, поскольку подставка под бак для воды может быть как напольная, так и настенная, месторасположение подставки под бак для воды нормативно-правыми актами не регламентировано, суд приходит к выводу, что расположение бака с питьевой водой возле кровати административного истца не является нарушением условий содержания, и не свидетельствует о нарушении прав и свобод административного истца в указанном случае.

Одним из доводов о нарушении условий содержания административный истец также указывает, что температура тела не измерялась утром и вечером ежедневно в условиях действовавшего до 2022 года режима «повышенная готовность» вследствие угрозы распространения новой коронавирусной инфекции.

В спорный период содержания административного истца в камере №320 22.09.2021 постановлением главного государственного санитарного врача ФКУЗ МСЧ-70 ФСИН России от 25.05.2020 №1 «О введении дополнительных санитарно-противоэпидемических (профилактических) мер, направленных на недопущение возникновения и распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» обязанность обеспечить строгий контроль за регулярным измерением температуры у лиц, содержащихся в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области, в период с 25.06.2020 до особого распоряжения была возложена на начальника ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области. Данное постановление отменено 18.10.2021 постановлением главного государственного санитарного врача ФКУЗ МСЧ-70 ФСИН России от 18.10.2021 №14.

Согласно письму ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области от 10.11.2022 до отмены режима «повышенная готовность» температура тела замерялась утром и вечером медицинскими работниками МСЧ-70 ФСИН России.

Согласно ответу УФСИН России по Томской области от 18.11.2022 №ог-72/ТО/20-1245 достоверно подтвердить или опровергнуть факт проведения термометрии лицам, содержащимся в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области в период до сентября 2022 г. не представляется возможным, так как срок хранения видеозаписей составляет 30 дней, «Журналы учета температуры тела обвиняемых, подозреваемых, осужденных, содержащихся в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области» не сохранились, так как сроки их хранения не установлены нормативными документами.

Из ответов УФСИН России по Томской области от 02.06.2022 №ог-72/ТО/1/20-616, от 21.07.2022 №ог-72/ТО/1/12-806, от 20.05.2022 №ог-72/ТО/1/12-550 следует, что факт отсутствия измерения температуры тела выявлены в первом и втором кварталах 2022 г., что не относится к рассматриваемому периоду (22.09.2021).

В свою очередь, административными ответчика не представлено доказательств, подтверждающих исполнение требований постановления главного государственного санитарного врача ФКУЗ МСЧ-70 ФСИН России от 25.05.2020 №1, в части измерения температуры ФИО1 в спорный период содержания в камере №320 22.09.2021, что непосредственным образом свидетельствует о нарушении условий содержания административного истца в указанный период. Те обстоятельства, что ведение Журнала учета температуры тела обвиняемых, подозреваемых, осужденных, содержащихся в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области, не предусмотрено нормативно-правовыми актами и указанным постановлением, не освобождает административного ответчика от доказывания (опровержения) юридически значимых обстоятельств по делу, в том числе и иными допустимыми доказательствами.

Административный истец также ссылается на нарушение условий содержания в той части, что обязательные медицинские осмотры перед этапированием (транспортировкой) из СИЗО в суды и при возвращении в СИЗО не проводились в рассматриваемый период содержания истца – 22.09.2021.

Приказом Минюста России от 28.12.2017 N 285 утвержден Порядок организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы (далее - Порядок), который устанавливает правила организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу в следственных изоляторах (далее - СИЗО, лица, заключенные под стражу, соответственно), а также осужденным, отбывающим наказание в виде лишения свободы в исправительных учреждениях уголовно-исполнительной системы (далее - осужденные, учреждения УИС, УИС соответственно), в соответствии с пунктами 1, 2, 4 части 2 статьи 32, частью 1 статьи 37 и частью 1 статьи 80 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации".

В силу п. 38 указанного Порядка лица, заключенные под стражу, или осужденные, убывающие из СИЗО и учреждений УИС, в том числе следующие транзитом, осматриваются медицинским работником для определения возможности транспортировки. Результат осмотра с заключением о возможности транспортировки фиксируется в медицинской карте пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях, и справке, которая приобщается к личному делу.

В соответствии с п. 60 Инструкции о работе отделов (групп) специального учета следственных изоляторов и тюрем ФСИН России, утв. Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 23.06.2005 N 94-ДСП, временно выбывшим считается подозреваемый, обвиняемый или осужденный, который выбывает из следственного изолятора (тюрьмы) без личного дела на срок не более одних суток (в указанный срок это лицо подлежит возврату).

Подозреваемый, обвиняемый или осужденный, убывающий из следственного изолятора (тюрьмы) по вызову следователя, прокурора, дознавателя или суда на срок более суток, направляется по месту вызова с личным делом (с приобщенной к нему медицинской картой) пересылаемым с караулом (конвоем) и снимается с учета наличия (п. 76 указанной Инструкции).

Таким образом, нормативно-правовыми актами, равно как Порядком организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы не предусмотрено обязательное проведение медицинского осмотра временно убывающих подозреваемых, обвиняемых или осужденных из следственного изолятора в суд на срок не более чем одни сутки, а предусмотрено проведение такого осмотра только в случае убытия таких лиц из СИЗО или их следования транзитом.

Тем самым, суд не усматривает нарушений условий содержания в указанной административным истцом части, равно как и нарушение его прав и законных интересов не проведением соответствующего медицинского осмотра.

Помимо указанных нарушений условий содержания административный истец указывает в том числе на то, что библиотекарь за весь период ни разу не предлагал взять книги (либо обменять), периодическая издания и газеты ни разу не выдавались в камеры.

В спорный период содержания ФИО1 в камере №320 22.09.2021 в отношении подозреваемых, обвиняемых действовали Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утв. Приказом Минюста России от 14.10.2005 N 189 (далее - Правила №189).

Подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются для индивидуального пользования, в том числе книгами и журналами из библиотеки СИЗО (п. 40 Приказа №189).

Для общего пользования в камеры в соответствии с установленными нормами и в расчете на количество содержащихся в них лиц выдаются издания периодической печати из библиотеки СИЗО (п. 41 Приказа №189).

Издания периодической печати из библиотеки СИЗО выдаются в камеры по мере их поступления из расчета одна газета на 10 человек или на камеру, если в ней содержится менее 10 человек. Обмен книг и журналов из библиотеки СИЗО осуществляется не реже одного раза в 10 дней. Правила пользования библиотечным абонементом утверждаются начальником СИЗО (п. 48, 49 Приказа №189).

Из сведений ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области от 10.11.2022 следует, что административный истец ФИО1 с 22.09.2021 по 22.09.2021 содержался в камере №320, с 22.09.2021 по 28.09.2021 в карцере №32.

Согласно рапорту старшего инспектора ОВР от 17.09.2021 в период с 20.09.2021 по 24.09.2021 отделом по воспитательной работе производилась замена литературы библиотечного фонда учреждения с 1 по 5 режимный корпус. В результате выдачи от получения литературы отказались следующие камеры: 179, 192, 219, 355, 32, 382, 429, 441, 88.

Согласно справке старшего инспектора ОВР от 15.05.2023 за период содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области осужденному ФИО1 предлагалась возможность получения литературы из библиотеки учреждения, на что он неоднократно отвечал отказом, в связи со ссылкой на отсутствие интересующих его произведений. В отдельных случаях, во время выдачи книг на корпусе, отсутствовал в камере, в связи с выездами на судебные заседания и следственные действия. В спорный период с 20.11.2020 по 14.03.2022 по читательскому формуляру выдача книг и периодических изданий осужденному ФИО1 в следственном изоляторе не производилась по причине отказа в пользовании библиотекой, о чем имеются рапорты и акты об отказе в получении литературы.

Вместе с тем рапорт старшего инспектора ОВР от 17.09.2021, справка старшего инспектора ОВР от 15.05.2023 достаточным образом не подтверждает факт отказа ФИО1 от получения литературы библиотеки СИЗО 22.09.2021, содержащегося в данный период как в камере №320, так и в карцере №32. Иных доказательств, подтверждающих выдачу ФИО1 либо его отказ в получении литературы в рассматриваемую дату, в материалы дела не представлено, соответственно, суд усматривает нарушение условий содержания в указанной части.

Кроме этого, в качестве нарушений условий содержания административный истец указывает, что в выходные дни технических осмотров камер утром и вечерних количественных просчетов (сверок) не проводилось, в связи с чем в выходные дни истец был лишен возможности подавать письменные обращения и обращаться с устными.

Также ФИО1 указал, что в журнале учета обращений №232 2-го режимного корпуса за весь период истцу не давали расписываться о подаче каждого письменного обращения и об обращении с устными обращениями, из-за чего обращения регистрировались выборочно, что является нарушением условий содержания.

Пунктами 65, 66 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утв. Приказом Минюста России от 16.12.2016 N 295 установлено, что администрация ИУ ежедневно обходит камеры и принимает от осужденных, находящихся в ШИЗО, ПКТ, ЕПКТ, общих и одиночных камерах, безопасном месте и запираемых помещениях строгих условий отбывания наказания, ТПП, предложения, заявления, ходатайства и жалобы как в письменном, так и в устном виде. Предложения, заявления, ходатайства и жалобы, принятые в устной форме, записываются в журнал приема осужденных по личным вопросам и докладываются начальнику ИУ.

Регистрация предложений, заявлений, ходатайств и жалоб, изложенных письменно и адресованных администрации ИУ, осуществляется службой делопроизводства ИУ в течение 3-х дней с момента их подачи.

Пунктами 91-93 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утв. Приказом Минюста России от 14.10.2005 N 189, в отношении подозреваемых и обвиняемых установлено, что представители администрации ежедневно обходят камеры и принимают от подозреваемых и обвиняемых предложения, заявления и жалобы как в письменном, так и в устном виде. Все поступившие предложения, заявления и жалобы регистрируются в Журнале учета предложений, заявлений и жалоб подозреваемых, обвиняемых и осужденных.

Все предложения, заявления и жалобы, принятые в устной форме, начальником корпусного отделения регистрируются в Журнале учета предложений, заявлений и жалоб подозреваемых, обвиняемых и осужденных, о чем под роспись знакомится заявитель. Устные предложения, заявления и жалобы докладываются лицу, ответственному за их рассмотрение.

Предложения, заявления и жалобы, изложенные письменно и адресованные администрации СИЗО, регистрируются в Журнале учета предложений, заявлений и жалоб подозреваемых, обвиняемых и осужденных и докладываются начальнику СИЗО, который принимает меры по их разрешению. При отсутствии такой возможности подозреваемому или обвиняемому даются соответствующие разъяснения.

Таким образом, действующими в спорный период содержания ФИО1 в камере №320 22.09.2021 Правилами внутреннего распорядка не предусмотрено, что при обращении с письменными предложениями, заявлениями или жалобами подозреваемый, обвиняемый или осужденный расписывается в соответствующем журнале учета. Исключением являются предложения, заявления и жалобы, принятые в устной форме от осужденного, при регистрации которых осужденный в журнале учета ставить свою подпись об ознакомлении.

Тем самым, поскольку ФИО1 не ссылается на те обстоятельства, что 22.09.2021 в период содержания в камере №320 он обращался с устными предложениями, заявлениями и жалобами, с которыми он не был ознакомлен под роспись, материалами дела данные обстоятельства также не подтверждаются, обязанность администрации учреждения ознакамливать административного истца под роспись в журнале учета о регистрации письменных обращений заявителя Правилами внутреннего распорядка предусмотрена не была, суд приходит к выводу об отсутствии нарушений условий содержания в указанной части.

Также, поскольку в рассматриваемом случае в спорный период ФИО1 содержался в камере №320 – 22.09.2021, который не являлся выходным или праздничным днем, суд не усматривает оснований для признания нарушением условий содержания административного истца отсутствие обхода камеры №320 в выходные и праздничные дни для приема обращений, равно как его прав и законных интересов в указанном случае.

Одним из нарушений условий содержания административный истец указывает, что 26.11.2020 он был незаконно поставлен в ФКУ СИЗО-1 на два вида профилактического учета без соблюдения предусмотренной приказом процедуры.

Постановка на профилактический учет осужденных производится в соответствии с «Инструкцией по профилактике правонарушений среди лиц, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы», утвержденной приказом Минюста России от 20.05.2013 №72 (далее по тексту – Инструкция).

Пунктом 24 Инструкции предусмотрено, что на профилактический учет берутся подозреваемые, обвиняемые и осужденные, склонные к совершению суицида и членовредительству; склонные к нападению на представителей администрации и иных сотрудников правоохранительных органов.

В пункте 8 Инструкции предусматривается, что основанием для постановки подозреваемого, обвиняемого или осужденного на профилактический учет являются наличие достоверных и проверенных сведений о его намерениях совершить правонарушение или негативном влиянии на других лиц, а также медицинские и психологические показания. Сбор и подготовка необходимых материалов по постановке подозреваемого, обвиняемого или осужденного на профилактический учет возлагается на сотрудников подразделения учреждения уголовно-исполнительной системы (далее по тексту – УИС), являющегося инициатором постановки на профилактический учет.

Начальник учреждения УИС после ознакомления со сведениями, изложенными в рапорте, дает поручение оперативным службам учреждения УИС на их полную и всестороннюю проверку (пункт 28 Инструкции).

Согласно пункту 29 Инструкции сотрудники подразделений учреждения УИС в течение 10 дней проводят проверку достоверности и обоснованности сведений, изложенных в рапорте, отражая результаты проверки в соответствующих документах. После окончания проверки в случае согласия визируют рапорт, после чего передают его в воспитательную службу. Если по результатам проверки не выявлена целесообразность постановки (снятия) лица на профилактический учет, то к рапорту прилагается справка с мотивированным обоснованием и при необходимости рекомендациями о дальнейшей работе с этим подозреваемым, обвиняемым и осужденным.

Начальник учреждения УИС после ознакомления с указанными материалами, убедившись в обоснованности ходатайства инициатора о постановке (снятии) на профилактический учет лица, указанного в рапорте, визирует его и назначает дату для рассмотрения представленного материала на заседании комиссии учреждения УИС (пункт 30 Инструкции).

Для рассмотрения на очередном заседании комиссии учреждения УИС начальником отряда (воспитателем), за которым закреплен подозреваемый, обвиняемый и осужденный, готовится соответствующий материал, включающий в себя справку по личному делу, объяснения подозреваемого, обвиняемого и осужденного и иных лиц по поводу ранее совершенных правонарушений, заключение служебной проверки по факту допущенного правонарушения и иные материалы, характеризующие подозреваемого, обвиняемого и осужденного (пункт 31 Инструкции).

В силу пункта 32 Инструкции на заседании комиссии в присутствии подозреваемого, обвиняемого и осужденного заслушиваются: сотрудник, возбудивший ходатайство о постановке (снятии) его на профилактический учет (кроме сотрудников психологической службы), и другие должностные лица, имеющие возможность охарактеризовать это лицо. Кроме того, заслушиваются по желанию подозреваемого, обвиняемого и осужденного его объяснения. Материалы психологической диагностики на заседании комиссии не озвучиваются.

Профилактическая работа с лицами, поставленными на профилактический учет, может проводиться в течение всего срока пребывания их в учреждении УИС, если в отношении них регулярно продолжает поступать информация о намерении совершить противоправные действия (п. 40 Инструкции).

О результатах профилактической работы закрепленный за лицом, поставленным на профилактический учет, сотрудник по истечении трех месяцев докладывает на заседании комиссии администрации учреждения УИС. Комиссия принимает решение о снятии лица с профилактического учета либо о продлении срока профилактической работы. В последнем случае комиссия дает конкретные рекомендации по существу возникших проблем. Решения комиссии администрации учреждения УИС с рекомендациями о проведении профилактических мероприятий оформляются протоколом с письменными указаниями начальника учреждения УИС (п. 41 Инструкции).

29.01.2020 ДПНСИ ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области по результатам изучения материалов личного дела установлено, что ФИО1 состоит на профилактическом учете как склонный к совершению суицида и членовредительства, к нападению на представителей администрации и иных сотрудников правоохранительных органов на основании п. 24 Приказа Минюста России от 20.05.2013 №72, в связи с чем вынесен рапорт о необходимости постановки на профилактический учет осужденного ФИО1, как склонного к совершению суицида и членовредительства, к нападению на представителей администрации и иных сотрудников правоохранительных органов. С данным рапортом ФИО1 был ознакомлен 30.01.2020, что подтверждается его собственноручной подписью.

30.01.2020 на основании указанного рапорта проведено заседание комиссии по рассмотрению материалов о постановке ФИО1 на профилактический учет, в результате которого ФИО1 поставлен на профилактический учет как склонный к совершению суицида и членовредительства, к нападению на представителей администрации и иных сотрудников правоохранительных органов на основании п. 24 Приказа Минюста России от 20.05.2013 №72, что подтверждается выпиской из протокола заседания комиссии №7 от 30.01.2020.

Постановка ФИО1 на профилактический учет 30.01.2020 на основании решения комиссии, оформленного протоколом №7 от 30.01.2020, в установленном законом порядке незаконной признана не была, материалы дела обратного не содержат.

На основании выписки из протокола заседания комиссии №78 от 26.11.2020 работа с ФИО1, как склонного к совершению суицида и членовредительства, к нападению на представителей администрации и иных сотрудников правоохранительных органов продолжена. От ознакомления с выпиской из протокола заседания комиссии №78 от 26.11.2020 ФИО1 отказался, что подтверждается соответствующим актом от 26.11.2020.

Оспаривая законность продления нахождения на профилактическом учете 26.11.2020, ФИО1 указал, что вплоть до 20.11.2020 он находился в ФКУ ИК-4, 20.11.2020 переведён из ФКУ ИК-4 в ФКУ СИЗО-1 в порядке ст.77.1 УИК РФ, то есть, СИЗО являлось для истца "новым" учреждением УИС, а потому 26.11.2020 ответчик был не вправе выносить протокол заседания комиссии о продлении истцу двух видов профилактического учета, так как предшествовавшие до 26.11.2020 три месяца истец был под наблюдением сотрудников ФКУ ИК-4, а не СИЗО. Такое нарушение процедуры 26.11.2020 означает незаконное нахождение истца в СИЗО на двух видах профилактического учета вплоть до снятия с них 02.11.2021 и в конце 2022 года.

Согласно п. 43 Инструкции при убытии лица, поставленного на профилактический учет, в другое учреждение УИС учетная карточка на него и справка-ориентировка с предварительными выводами о результатах и целесообразности проведения с ним в дальнейшем профилактической работы, подписанная начальником учреждения УИС, приобщаются к личному делу обвиняемого, подозреваемого или осужденного; администрация учреждения УИС, принявшая такого осужденного (обвиняемого, подозреваемого), постановку его на профилактический учет осуществляет в соответствии с пунктом 39 настоящей Инструкции.

При поступлении в учреждение УИС подозреваемых, обвиняемых или осужденных из воспитательных колоний либо из следственных изоляторов (тюрем), к личным делам которых приобщены учетные карточки лиц, поставленных на профилактический учет, такие осужденные (подозреваемые и обвиняемые) автоматически ставятся на профилактический учет по основаниям, указанным в учетных карточках. На заседании комиссии учреждения УИС в отношении них разрабатываются конкретные профилактические мероприятия и за ними закрепляются сотрудники для проведения профилактической работы в течение шести месяцев. Результаты рассмотрения и решение комиссии оформляются протоколом. По истечении указанного времени начальники отрядов, в которых содержатся эти лица, готовят материал к рассмотрению на заседании комиссии администрации учреждения УИС, куда вносят предложение о целесообразности продолжения профилактической работы либо снятия их с профилактического учета (п. 39 Инструкции).

Соответственно, учитывая, что в ФКУ ИК-4 УФСИН России по Томской области ФИО1 был поставлен на профилактический учет, как склонный к совершению суицида и членовредительства; к нападению на представителей администрации и иных сотрудников правоохранительных органов, суд приходит к выводу, что при поступлении в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области он автоматически подлежал постановке на данный профилактический учет на основании данных, представленных в материалы его личного дела, что и было законно и обоснованно осуществлено сотрудниками учреждения 30.01.2020. В связи с чем, доводы административного истца в части незаконного продления 26.11.2020 нахождения на профилактическом учете являются несостоятельными.

Нарушений порядка продления 26.11.2020 нахождения административного истца на профилактическом учете судом не установлены, учитывая, что соответствующее продление не противоречит Инструкции и нормативно-правовым актам, обусловлено проведением необходимого комплекса профилактических мероприятий по недопущению правонарушений и основано на имеющихся у сотрудника данных о наличии или отсутствии положительных результатов воздействия.

Таким образом, суд не усматривает нарушений условий содержания административного истца в указанной части, равно как и нарушение его прав, свобод и законных интересов.

Обращаясь с настоящим административным иском ФИО1 также указал, что за весь период содержания в СИЗО воспитательная работа с ним не проводилась (с 29.04.2023 по 14.06.2023).

В соответствии со статьей 109 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации воспитательная работа с осужденными к лишению свободы направлена на их исправление, формирование у осужденных уважительного отношения к человеку, обществу, труду, нормам, правилам и традициям человеческого общежития, на повышение их образовательного и культурного уровня. Распорядком дня исправительного учреждения могут быть предусмотрены воспитательные мероприятия, участие в которых обязательно для осужденных.

Согласно положениям статьи 110 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации в исправительных учреждениях осуществляется нравственное, правовое, трудовое, физическое и иное воспитание осужденных к лишению свободы, способствующее их исправлению.

Воспитательная работа с осужденными организуется дифференцированно с учетом вида исправительного учреждения, срока наказания, условий содержания в индивидуальных, групповых и массовых формах на основе психолого-педагогических методов.

Таким образом, учитывая, что ФИО1 содержится в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области на условиях отбывания ими наказания в исправительном учреждении, с ним должна проводится воспитательная работа.

Вместе с тем, поскольку доказательств, подтверждающих проведение с ФИО1 воспитательной работы, индивидуально-воспитательных бесед в спорный период с 29.04.2023 по 14.06.2023, административными ответчиками в материалы дела не представлено, опровергающих доводов не приведено, суд приходит к выводу о незаконном бездействии, выразившимся в не обеспечении административного истца надлежащими условиями содержания в указанной части.

На основании вышеизложенного, учитывая установление судом нарушения условий содержания ФИО1 в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области в спорный период его содержания 22.09.2021 во 2-ом режимном корпусе в камере №320, определяя размер компенсации, суд учитывает характер нарушений, связанных с нарушением как общих условий содержания в режимном корпусе, так и материально-бытового обеспечения, нарушением условий содержания в части непроведения с истцом воспитательной работы за период с 29.04.2023 по 14.06.2023, их длительность, значимость нарушенного права для административного истца, в связи с чем приходит о частичном удовлетворении требований административного истца, признании незаконным бездействия следственного изолятора по не обеспечению надлежащих условий содержания ФИО1 в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области и взыскании в его пользу компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере 45 000 рублей.

В силу части 4 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации при рассмотрении судом требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении интересы Российской Федерации представляет главный распорядитель средств федерального бюджета в соответствии с ведомственной принадлежностью органа (учреждения), обеспечивающего условия содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

В соответствии с подпунктом 1 пункт 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.

Подпунктом 6 пункта 7 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 г. № 1314 предусмотрено, что ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.

Согласно пункту 5 указанного Положения ФСИН России осуществляет свою деятельность непосредственно и (или) через свои территориальные органы, учреждения, исполняющие наказания, следственные изоляторы, а также предприятия, учреждения и организации, специально созданные для обеспечения деятельности уголовно-исполнительной системы.

По смыслу приведенных положений по искам о возмещении компенсации в результате незаконных действий (бездействия) учреждений ФСИН, за счет казны Российской Федерации от имени Российской Федерации в суде выступает ФСИН России как главный распорядитель бюджетных средств. При таких обстоятельствах обязанность по возмещению вреда должна быть возложена на Российскую Федерацию в лице ФСИН России.

Указанные положения также свидетельствуют о том, что Министерство финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Томской области не является надлежащим административным ответчиком по рассматриваемому делу, на что было верно указано представителем, поскольку ответственность за вред, причиненный ФИО1 в результате необеспечения ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области надлежащих условий его содержания в учреждении, возлагается на Российскую Федерацию в лице ФСИН России, которая является главным распорядителем средств федерального бюджета, предусмотренных на эти цели.

В силу ч. 3.1 ст. 353 КАС РФ исполнительный лист по решению о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок, о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении вместе с копией соответствующего судебного акта направляется судом в орган, уполномоченный в соответствии с бюджетным законодательством исполнять решение о присуждении компенсации, не позднее следующего дня после принятия решения суда в окончательной форме независимо от наличия ходатайства об этом взыскателя.

Согласно материалам дела, по решению Октябрьского районного суда г. Томска от 06.12.2022 выдан исполнительный лист серии ФС №042192270 о присуждении ФИО1 компенсации за нарушение условий содержания в размере 45000 руб., который направлен в Министерство финансов РФ для исполнения.

По сведениям, представленным Министерством финансов Российской Федерации, следует, что решение Октябрьского районного суда г. Томска от 06.12.2022 исполнено, денежные средства в сумме 45000 руб. перечислены ФИО1, в связи с чем, суд считает необходимым в резолютивной части решения указать, что решение суда в части компенсации за нарушение условий содержания считать исполненным.

Требования административного истца об обязании устранить допущенные нарушения условий содержания в период его очередного содержания в учреждении с 20.07.2022, а именно: обязать административного ответчика воздержаться от содержания ФИО1 в камерных помещениях режимного корпуса №2 с указанными нарушениями, удовлетворению не подлежат, поскольку данные требования направлены на защиту будущих прав и законных интересов, вместе с тем, по смыслу ст. 1, 3, 4 КАС РФ, защите подлежат только нарушенные либо оспариваемые права, свободы и законные интересы гражданина.

Иных оснований нарушения прав и законных интересов административного истца судом не установлено, в административных исках не указано, на основании чего, в удовлетворении остальной части административных исковых требований надлежит отказать.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 177, 227 КАС РФ, суд

решил:

административный иск ФИО1 удовлетворить частично.

Признать незаконными и нарушающими права административного истца бездействие ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области по необеспечению надлежащих условий содержания в исправительном учреждении ФИО1 в период с 20.11.2020 по 14.06.2023.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет казны Российской Федерации компенсацию за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в пользу ФИО1 в размере 45000 руб., перечислив данную сумму по указанным ФИО1 реквизитам банковского счета.

Решение суда в указанной части считать исполненным.

В удовлетворении остальной части административных исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Томска.

Судья С.С.Шишкина

Мотивированный текст решения изготовлен 28.06.2023

Судья С.С.Шишкина

Подлинный документ подшит в деле №2а-1928/2023 в Октябрьском районном суде г.Томска.

70RS0003-01-2022-005736-90