Председательствующий: судья Григорица С.Н. Дело № 22-3043/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Красноярск 27 июля 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Красноярского краевого суда в составе:

председательствующего Дроздовой Л.В.,

судей: Костенко С.Н., Непомнящего Д.А.,

при секретаре Коровко А.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и в его интересах адвоката Бастрыгина А.Ю., апелляционным представлениям заместителя прокурора г.Норильска Красноярского края Недоступа П.А. на приговор Норильского городского суда(в районе Талнах) Красноярского края от 14 июня 2022 года, которым:

ФИО1, <дата> года рождения, уроженец <адрес>, <данные изъяты>, не судимый,

осужден по ч.4 ст.111 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 9 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачтено в срок лишения свободы время содержания под стражей с 29 марта 2021 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена без изменения до вступления приговора суда в законную силу.

Принято решение по вещественным доказательствам.

Заслушав доклад судьи Костенко С.Н., выступления осужденного ФИО1 не поддержавшего доводы апелляционных жалоб, адвоката Ага Р.В. в интересах осужденного, поддержавших доводы апелляционных жалоб в части, прокурора краевой прокуратуры Гарт А.В., поддержавшей доводы апелляционного представления,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 осужден за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего ФИО17, имевшее место 28 марта 2021 года в период времени с 10 часов до 20 часов 18 минут в квартире по адресу <адрес>, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Бастрыгин А.Ю. просит приговор суда отменить в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, неправильным применением уголовного закона, передать уголовное дело на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции.

Приводя показания подсудимого ФИО1, показания свидетелей ФИО13, ФИО28, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ссылаясь на протокол явки с повинной, заключение судебной медицинской экспертизы в отношении потерпевшего ФИО17, делая их анализ и давая свою оценку, считает, что виновность ФИО1 в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть ФИО17, не нашла своего подтверждения, а выводы суда о доказанности вины ФИО1 нельзя признать обоснованными.

Считает, что судом не дана обоснованная оценка доводам защиты, выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, в приговоре не указано, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, суд принял одни из этих доказательств и отверг другие.

Полагает, что протокол осмотра места происшествия от 28.03.2021г. является недопустимым доказательством, поскольку осмотр квартиры по адресу <адрес> был проведен в отсутствии хозяина квартиры ФИО13, который на момент осмотра находился в отделе полиции и там же подписал протокол осмотра места происшествия. При этом, ФИО13 не мог удостоверить порядок производства осмотра, ему не были разъяснены права, обязанность и ответственность, он был лишен права делать замечания, вносить в протокол дополнения и уточнения.

Суд необоснованно отказал стороне защиты о признании данного протокола осмотра недопустимым доказательством и не мотивировал свой отказ.

В апелляционных жалобах осужденный ФИО1 просит приговора суда отменить, направить уголовное дело в суд первой инстанции на новое судебное разбирательство.

Считает, что доказательств его виновности в причинении тяжкого вреда здоровью ФИО17, повлекшему смерть последнего, не имеется.

Суд первой инстанции не дал объективной оценке имеющимися в деле доказательствам, не были устранены противоречия в показаниях свидетелей, проигнорирован факт психологического воздействия на него со стороны следствия, факт систематического нарушения его прав на защиту, проигнорирован факт фальсификации протоколов следственных действий, иные грубые нарушения, допущенные в ходе предварительного следствия.

Ссылаясь на заключение судебной медицинской экспертизы № от 06.05.2021г., карту осмотра трупа, показания эксперта ФИО16, изложенные в приговоре, о времени нанесения ударов, делая их анализ, указывает, что телесные повреждения были причинены ФИО17 до 12 часов 30 минут 28.03.2021г., в то же время судом установлено, что преступление было совершено 28 марта 2021 года в период времени с 10 часов до 20 часов 18 мину. Данным обстоятельствам и противоречиям суд надлежащей оценки не дал, нарушив требования УПК РФ.

Приводя содержание показания свидетелей ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, свои показания, данные в ходе предварительного следствия и в суде, обращает внимание, что у него с потерпевшим было три конфликта с 10 до 11 часов, с 14 до 15 часов, с 17 до 18 часов, и в каждом конфликте его инициатором был потерпевший, действия которого были аморальны и противоправны. В тоже время, суд не учел данного обстоятельства, указав в приговоре, что он был инициатором конфликта с потерпевшим, чем было нарушено его право на защиту и повлияло на вынесение обоснованного и законного решения.

Ссылаясь на свои показания, показания свидетелей ФИО12, ФИО13, ФИО14, показания эксперта ФИО16, приводя их содержание, исследованные в суде протоколы следственных действий, заключения экспертиз, вещественные доказательства, постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО12, делая их анализ и давая свою оценку, указывает, что телесные повреждения, в том числе, повлекшие смерть потерпевшего, были причинены не им, а ФИО12, а его виновность не доказана. В тоже время, суд не дал оценки данным обстоятельствам, проигнорировал его ходатайство и выступление в прениях, указав в приговоре о том, что причинение потерпевшему телесных повреждений подтверждается совокупностью исследованных судом доказательством.

Приводя выводы судебной медицинской экспертизы в отношении ФИО17 о наличии у последнего комплекса повреждений(внутричерепные кровоизлияния, ушибы мягких тканей волосистой части головы), причинении потерпевшему неоднократных(не менее 3) ударных воздействий тупым твердым предметом, обладающим ограниченной контактирующей поверхностью, не отобразившим свои индивидуальные особенности, обращает внимание, что выводы суда противоречат данным, установленным в ходе следствия о нанесении ударов потерпевшему только руками. При этом, в теменную область головы потерпевшего он удары не наносил.

Указывает о наличии противоречий в выводах судебной медицинской экспертизы в отношении потерпевшего и показаниях эксперта ФИО16 в судебном заседании о нанесении ударов в область волосистой части головы потерпевшего. Также обращает внимание, что ФИО16 не является экспертом в области трасологии.

Просит признать недопустимым доказательством указанное заключение, полагая, что оно является неполным, не соответствует требованиям закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ».

Считает, что судом в нарушение требований ст.73 УК РФ не был установлен умысел(прямой или косвенный) при совершении инкриминируемого ему преступления, мотив совершения преступления, а также то, что именно он причинил черепно-мозговую травму потерпевшему, повлекшую его смерть.

Полагает, что его действия необходимо переквалифицировать на менее тяжкую статью, с учетом того, что инициатором конфликта был потерпевший, который, находясь в состоянии опьянения, первый нанес ему удар, а он был вынужден обороняться.

Ссылаясь на свои показания, данные в ходе предварительного следствия и в суде, считает, что инициатором конфликта являлся ФИО17, который первый нанес ему удар, действия потерпевшего были противоправными, а его доводы о защите от посягательства со стороны последнего, опровергнуты судом не были.

Просит признать недопустимым доказательством протокол его допроса на месте происшествия от 30.03.2021г., поскольку он составлен с нарушением требований ст.166 УПК РФ, в частности: имеются противоречия во времени проведения следственного действия, указанного на титульном листе и в самом протоколе; имеется несоответствие в содержании протокола и видеозаписи следственного действий в части расположения ФИО17 и ФИО12, его и ФИО17; на всех листах протокола следственного действия отсутствует его подпись и подписи всех участников, сам протокол также не подписан.

Просит признать недопустимым доказательством протокол осмотра места происшествия от 28.03.2021г., поскольку осмотр квартиры по адресу <адрес> был проведен в отсутствии хозяина квартиры ФИО13, который на момент осмотра находился в отделе полиции и там же подписал протокол осмотра места происшествия. Также в протоколе отсутствуют графа и подписи ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО13 о том, что они были предупреждены об ответственности по ст.307,308 УК РФ, не была подписана каждая страница протокола участвующими лицами и протокол в целом.

Просит признать недопустимым доказательством заключение амбулаторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы № от 13.04.2021г., поскольку был нарушен порядок ознакомления с постановлением о назначении и заключением данной экспертизы, предусмотренный ст.ст.195,198 УПК РФ, то есть с постановлением о назначении экспертизы и с заключением он был ознакомлен после ее производства. Также ему было предоставлено недостаточно времени для ознакомления с постановлением и заключением экспертизы.

Считает, что суд необоснованно при назначении наказания учел в его действиях такое отягчающее обстоятельство, как совершение преступления в состоянии алкогольного опьянения, не мотивировав свои выводы.

Указывает, что в отношении него были применены недозволенные методы ведения следствия со стороны сотрудников полиции и следователя ФИО39., которая при задержании лишила его право на телефонный звонок родным и близкими, а также оказывала давление при проведении следственных действий. При этом, суд не допросил следователя для проверки его доводов.

Оспаривает протокол задержания и выводы суда о том, что он был задержан 29 марта 2021 года, хотя фактически был доставлен в отдел полиции 28 марта 2021 года.

Обращает внимание на противоречивые выводы суда о том, что протокол явки с повинной является недопустимым доказательством, вместе с тем, суд ссылается в приговоре на содержание явки с повинной о мотивах совершения преступления, количестве и локализации ударов потерпевшему.

Указывает, что суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства защитника об оглашении протокола объяснения ФИО21

Полагает, что уголовное дело было рассмотрено предвзято, с обвинительным уклоном, поскольку суд не удовлетворил большую часть заявленных ходатайств со стороны защиты, использовал недопустимые доказательства для обоснования выводов о его виновности.

Обращает внимание, что судом было принято решение о направлении в СО СК по г.Норильску ГСК по Красноярскому краю и Республике Хакасия материалов для проведения проверки о незаконных методах ведения следствия. Однако, сроки проверки были нарушены, о результатах проверки и о принятом решении он уведомлен не был.

Считает, что суд необоснованно не поставил под сомнение показания свидетелей, допрошенных в судебном заседании, которые не были очевидцами инкриминируемого ему преступления.

Полагает, что было нарушено его право на защиту, поскольку свою позицию с адвокатом он был вынужден обсуждать в присутствии двух конвоиров, недалеко от секретаря и прокурора, при оглашении приговора отсутствовал прокурор, адвокат, при оглашении приговора председательствующим судьей в него вносились изменения и исправления, текст письменного приговора не соответствует оглашенному приговору.

Указывает, что суд необоснованно не принял во внимание его письменные показания, которые были приобщены 20.05.2022г. в ходе судебного заседания, а также его выступление в прениях.

Обращает внимание, что суд необоснованно привел в приговоре в качестве доказательств его виновности показания сотрудников полиции ФИО22, ФИО23, ФИО15 об обстоятельствах совершенного преступления, ставших известных им от ФИО1, ФИО13

Оспаривает и просит отменить постановление суда от 17.02.2023 года, которым было отказано в удовлетворении замечаний на протокол судебных заседаний. Обращает внимание, что протокол судебного заседания не соответствует приговору, в котором искажены его пояснения и показания, показания свидетеля ФИО9, эксперта ФИО16, сам протокол не соответствует аудиозаписи судебного разбирательства, отсутствуют сведения о том, что при общении с защитником присутствовали государственный обвинитель, секретарь судебного заседания, конвоиры.

Считает, что замечания на протокол судебных заседаний рассмотрены предвзято, формально, несправедливо, не председательствующим по делу Григорицей С.Н., которая, по его сведениям, прекратила свои полномочия. Полагает, что в оспариваемом постановлении подпись судье Григорицы С.Н. не принадлежит.

В апелляционных представлениях заместитель прокурора г.Норильска Красноярского края Недоступ П.А. просит приговор изменить вследствие существенного нарушения уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона и несправедливости назначенного наказания, как в силу его чрезмерной мягкости, так и в силу чрезмерной суровости.

Считает, что суд признал недопустимым доказательством явку с повинной ФИО1, в тоже время фактически признал ее смягчающим наказание обстоятельством в соответствии с п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ.

Обращает внимание, что суд необоснованно привел в качестве доказательств виновности ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении показания оперуполномоченного ОП № ОМВД России по <адрес> ФИО15 в части воспроизведения обстоятельств, ставших известных ему от ФИО1 при написании явки с повинной.

Просит исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание об учете при назначении наказания сведений, указанных в явке с повинной, усилив наказание, а также исключить из описательно-мотивировочной части приговора показания оперуполномоченного ОП № ОМВД России по <адрес> ФИО15 в части воспроизведения обстоятельств, ставших известных ему от ФИО1 при написании явки с повинной, учесть явку с повинной ФИО1, в качестве смягчающего наказание обстоятельства в соответствии с п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ, снизив наказание.

На апелляционную жалобу осужденного ФИО1 потерпевшими ФИО25, ФИО26 поданы возражения, в которых указывается о несостоятельности изложенных в ней доводов.

Проверив представленные материалы, обсудив доводы апелляционных жалоб и представлний, судебная коллегия приходит к следующему.

Решение суда в части изложенных в приговоре фактических обстоятельств содеянного ФИО1 является обоснованным.

Юридическая оценка действий ФИО1 судом дана правильно по ч.4 ст.111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, выводы суда о виновности ФИО1 в совершенном им преступлении, основаны на совокупности собранных по делу доказательств, исследованных и оцененных судом в соответствии с требованиями ст.ст.73, 88, 307 УПК РФ, подробный анализ которых приведен в приговоре. Выводы суда полностью подтверждаются исследованными в судебном заседании доказательствами, судом учтены все имеющие значения для правильного разрешения дела обстоятельства.

Так, из показаний ФИО1, данных в судебном заседании и в ходе предварительного следствия, усматривается, что 28 марта 2021 года у него с ФИО17 имели место конфликты, которые происходили в квартире по адресу <адрес> в период с 10 до 11 часов, с 14 до 15 часов, с 17 до 18 часов. За все время конфликтов он наносил ФИО17 многочисленные удары кулаками в левую и правую часть головы, область лица, живота, груди, межу ними была борьба, в ходе которой они падала на пол.

Потерпевшие ФИО25, ФИО26 в судебном заседании пояснили, что ФИО17 в марте 2021 года работал вахтовым методом в <адрес>, травм головы не имел, указывают о злоупотреблении им спиртных напитков, но характеризуют с положительной стороны.

Из показаний свидетеля ФИО13 усматривается, что 28 марта 2021 года, находясь в квартире по адресу <адрес>, он был очевидцем конфликта между ФИО1 и ФИО17, который происходил в период 11-12 часов, 14-15 часов, а также в период 17-18 часов. При последнем конфликте видел, как ФИО1 нанес один сильный удар в левую височную область головы ФИО17 Он разнял их, отвел ФИО17 в спальную комнату, где уложил спать. ФИО17 был в сильной степени алкогольного опьянения, на его лице были следы побоев. Около 20 часов 28 марта 2021 года обнаружил ФИО17 на том же месте без признаков жизни, после чего вызвал скорую помощь.

Из показаний свидетеля ФИО12 следует, что что 28 марта 2021 года распивал спиртные напитки в квартире на <адрес> в компании, где были ФИО1 и ФИО17, у которых между собой происходили конфликты. После 11 часов ФИО1, находясь сверху ФИО17, нанес последнему один удар в область лица слева. Около 13-14 часов произошел конфликт у него с ФИО17, в ходе которого он нанес ФИО17 один удар кулаком в область рта, от чего у того в области носа или губы потекла кровь. Около 14-15 часов между ФИО17 и ФИО1 опять произошел конфликт, во время которого оба выходили в зал, откуда он слышал звук падения. Прибежав, увидел, что возле входной двери зала прислонившись головой о дверь комнаты на спине лежал ФИО17 лицом вверх, а над ним стоял ФИО1, держа свои руки в кулаках и уже приготовился еще ударить ФИО17 Было видно, что ФИО1 до того, как он прибежал к ним, избивал ФИО17 После 16 часов на кухне между ФИО1 и ФИО17 опять начался конфликт. ФИО1 кидался на ФИО17, но их разняли.

Из показаний свидетеля ФИО14 усматривается, что 28 марта 2021 года распивал спиртные напитки в квартире на <адрес> в компании, где были ФИО1 и ФИО17 Около 10-11 часов услышал на кухне звуки драки и звук падения на пол. Прибежав в кухню, увидели лежащего на спине на полу ФИО17, на нем сидел ФИО1 и держал его за плечи. Он слышал, как ФИО1 наносил удары ФИО17 Было видно, что они до этого дрались между собой. Около 13-14 часов произошел словесный конфликт между ФИО17 и ФИО12, после чего ФИО12 и ФИО17 пошли в коридор, а он остался на кухне. Через минуту в кухню зашел ФИО12, после него зашел ФИО17, у которого был разбит нос или нижняя губа, откуда немного текла кровь.

Из показаний свидетеля ФИО10 следует, что 28 марта 2021 года в течение дня в компании, где был ФИО17 и ФИО1, распивал спиртные напитки в квартире по адресу: <адрес>. От выпитого спиртного он уснул. Когда он ложился спать, на лице ФИО17 телесных повреждений не было. Проснувшись в 15-16 часов, увидел под глазом у ФИО17 свежее телесное повреждение розового цвета. ФИО4 ответил, что его побил ФИО2 Затем он вновь лег спать. Ближе к 20 часам его разбудил ФИО28 и сообщил о смерти ФИО17

Из показаний свидетеля ФИО9 следует, что с утра 28 марта 2021 года начал распивать спиртные напитки в квартире по адресу: <адрес> в компании мужчин, в числе которых были ФИО1 и ФИО17 Около 12 часов от выпитого спиртного он усн<адрес> около 18-19 часов, зашел в спальную комнату, где увидел лежащего на полу ФИО17, который сказал, что его сильно избил ФИО1 У ФИО17 на лице были следы телесных повреждений, затем тот начал храпеть. Около 20 часов его разбудил ФИО10 и сообщил о смерти ФИО17

Из показаний свидетеля ФИО28 усматривается, что 28 марта 2021 года распивал спиртные напитки в квартире в компании знакомых, среди которых были ФИО1 и ФИО17 Около 13-14 часов, находясь в комнате, услышал звук удара рукой, выйдя из комнаты, увидел, что ФИО17 находится в ванной комнате и умывается, рядом с ним стоял ФИО29 с полотенцем в руках. Затем от выпитого спиртного уснул. Проснулся около 17-18 часов, видел спящего в комнате на полу ФИО17 При этом тот храпел. Затем он вновь уснул, а когда проснулся ближе к 20 часам, то увидел ФИО17, который лежал на том же месте в том же положении, но не дышал. Он попытался разбудить его, но тот не подавал признаков жизни.

Из показаний свидетеля ФИО30 следует, что он работал в ООО «<данные изъяты>», где в его подчинении работали ФИО1, проживающий в служебной квартире на <адрес>, а также ФИО17 28 марта 2021 года около 23 часов ему позвонил ФИО1 и сообщил, что ФИО17 умер.

Аналогичные показания дал свидетель ФИО31, уточнив, что о смерти ФИО17 узнал от ФИО30

Из показаний свидетелей ФИО22 и ФИО23 усматривается, что <дата>, около 20 часов 40 минут, как сотрудники полиции они выезжали по адресу: <адрес>, где был обнаружен труп ФИО17 с телесными повреждениями на лице. Прибывшей бригадой скорой медицинской помощи при них была констатирована биологическая смерть. В квартире находился ФИО13 и ФИО1

Из показаний свидетеля ФИО3 следует, что он работает врачом выездной бригады КГБУЗ «Станция скорой медицинского помощи». <дата>, около 20 часов 30 минут, как врач скорой помощи выезжал в квартиру по адресу: <адрес>, для оказания медицинской помощи ФИО17, который был обнаружен лежащим на полу без признаков жизни. При осмотре обнаружены множественные ссадины в области лица, гематома в затылочной области справа. Дыхание отсутствовало, сердечные шумы не определялись, пульс на центральных артериях отсутствовал, тоны сердца не выслушивались, фотореакция зрачков отсутствовала, явных следов кровотечения не было, в носовых ходах - свернувшаяся кровь. В 20 часов 37 минут 28 марта 2021 года им была констатирована биологическая смерть ФИО17 В момент их прибытия по указанному адресу, находились 2 мужчин. В 20 часов 50 минут окончил осмотр, после чего передал сообщение в отдел полиции ОП № 2 ОМВД России по г.Норильску.

Из показаний свидетеля ФИО32 следует, что 28 марта 2021 года, находясь в своей квартире, около 10-11 часов слышал, как в <адрес>, расположенной сверху его квартиры, начались конфликты, шум драки, крики и нецензурная брань. По голосам было слышно, что в указанной квартире находились несколько человек. Были слышны разговоры на повышенных тонах, крики и звуки падающих предметов, как будто падали стол или стул, это продолжалось примерно в течение 10 минут. Потом шумы и крики прекратились. Затем около 20 часов в окно увидел, что возле их дома стоят машины скорой медицинской помощи и полиции.

Из показаний свидетеля ФИО33 усматривается, что он проживает по адресу: <адрес>. Над его квартирой расположена <адрес>. 28 марта 2021 года в период с 10 до 11 часов слышал, как в <адрес> происходят конфликты<данные изъяты>

Кроме этого, виновность ФИО1 подтверждается исследованными судом письменными доказательствами:

- протоколом осмотра места происшествия от 28 марта 2021 года, из которого следует, что в квартире по адресу: <адрес>, на полу комнаты обнаружен труп ФИО17 с признаками насильственной смерти. В ходе осмотра места происшествия изъяты: куртка и кофта ФИО17 со следами вещества бурого цвета, три использованных фильтра от сигарет, две ножки от сломанного табурета, 13 следов рук(т.1 л.д.4-12);

- заключением трасологической судебной экспертизы № от 15 апреля 2021 года, согласно выводов которой на поверхности представленной футболки, изъятой в ходе выемки у подозреваемого ФИО1, имеются два сквозных повреждения, относящиеся к типу разрыва-перерастяжения, образованные в результате непрямого воздействия силы с лицевой стороны футболки(т.1 л.д.158-160);

- заключением эксперта № от 30 марта 2021 года, в соответствии с которым у ФИО1 на момент проведения экспертизы каких-либо видимых повреждений на предъявленных для осмотра частях тела выявлено не было(т.1 л.д.133-134);

- заключением эксперта № от 06 мая 2021 года, согласно которому на представленных на исследование брюках и спортивной кофте погибшего ФИО17 установлена кровь человека, происхождение которой не исключается от погибшего ФИО17(т.1 л.д.203-209);

- картой вызова скорой медицинской помощи от 28 марта 2021 года, согласно которой вызов для оказания медицинской помощи ФИО17 принят 28 марта 2021 года в 20 часов 21 минуту. Установлена биологическая смерть ФИО17 (т.2 л.д.134);

- заключением судебной медицинской экспертизы трупа № от 06 мая 2021 года, согласно которому при судебно-медицинской экспертизе у ФИО17 установлены повреждения в виде:

- закрытой тупой черепно-мозговой травмы, представленной острым двусторонним субдуральным кровоизлиянием в зоне пахионовых грануляций по обе стороны от серпа твёрдой мозговой оболочки на своде полушарий, общим объёмом 78,6 см3 (из которых 48,6 см3 представлено свёртком крови, а 30 мл жидкой кровью) и обширным субарахноидальным кровоизлиянием по конвекситальной, боковым поверхностям части лобных, теменных и затылочных долей на общей площади 15,5x9x0,3 см, с точками приложения травмирующей силы в виде ушибов мягких тканей в теменно-затылочной области справа с кровоподтёком и ссадиной на его фоне (1), в височно-теменной области слева (1) и лобной области сразу по срединной линии (1).

Комплекс повреждений (внутричерепные кровоизлияния, ушибы мягких тканей в волосистой части головы) образующий закрытую черепно-мозговую травму возник в пределах 12-24 до наступления смерти, в результате неоднократного (не менее чем от 3-х) ударных воздействий тупым твёрдым предметом, обладающим ограниченной контактирующей поверхностью, но не отобразившим своих индивидуальных особенностей.

Морфологические особенности повреждений, образующих закрытую черепно-мозговую травму - различная локализация точек приложения травмирующей силы, отсутствие участков ушиба вещества головного мозга, в том числе по типу «противоудара», исключают возможность их образования в результате однократного падения с высоты собственно роста на широкую твёрдую поверхность.

Кроме того, выявлены повреждения в виде кровоподтёков на нижнем веке левого глаза (2), в области наружного угла правого глаза (1), в височной области справа (1), в скуловой области слева (1), на красной кайме верхней губы (1), на слизистой нижней губы с 2мя разрывами на его фоне (1), на задней поверхности левого плеча (5), на задней поверхности левого плечевого сустава (1), на задненаружной (2) и переднёнаружной (1) поверхностях правого плеча, на задненаружной поверхности правого предплечья в средней трети (2), на тыльной поверхности правой кисти по области пятно-фаланговых суставов 2,3 пальцев (1), на передней поверхности правого плечевого сустава (1), в надлопаточной области справа (1), в надключичной области слева (3), на задней поверхности грудной клетки отступя справа (2), на передненаружной поверхности правого коленного сустава (1) и ссадин в верхней трети левой ушной раковины по задней ее поверхности (1), в средней трети правой брови (1), на правом (1) и левом (3) скате носа, на красной кайме нижней губы справа (1) не входящие в комплекс закрытой черепно-мозговой травмы, которые возникли в быстрой последовательности друг за другом, незадолго (от нескольких часов до 1-х суток) до наступления смерти ФИО17 (о чем свидетельствуют их морфологические особенности) в результате неоднократного ударного (кровоподтёки) и ударно-скользящего (ссадины) воздействия твёрдого тупого предмета, обладающего ограниченной контактирующей поверхностью, но не отразившего своих индивидуальных особенностей.

Локализация и количество (5) кровоподтёков по задней поверхности средней трети левого плеча (5) характерны для сдавления кожи и мягкотканых структур указанной области между подлежащей костной тканью и тупым твёрдым предметом, каковым могут являться пальцы кисти руки постороннего человека, т.е. могли возникнуть от одного воздействия.

Таким образом, кроме уже отмеченных 3-х ударных воздействий, гр.ФИО17 было нанесено еще не менее 17-и ударных и ударно-скользящих воздействий в область лица, туловища и верхних конечностей.

Достоверно высказаться о последовательности нанесения всех отмеченных выше телесных повреждений не представляется возможным ввиду одинаковой давности и быстрой последовательности их возникновения (от нескольких часов, до 1-х суток).

Положение пострадавшего, равно как и взаиморасположение его относительно нападающего, было таково, при котором были доступны для воздействия повреждённые участки тела (голова, туловище, верхние конечности), при этом, наибольшая выраженность (толщина) субарахноидального кровоизлияния в проекции грануляций паутинной оболочки (П-вы грануляции) косвенно свидетельствует, что не менее чем один из ударов в область волосистой части головы наносился в направлении сверху вниз по теменной области головы.

Наличие телесных повреждений на задней поверхности правого предплечья, может свидетельствовать в пользу пассивной самообороны - т.е. попытки закрыться от наносимых пострадавшему ФИО4 ударов, а наличие кровоизлияний в области пястно-фаланговых суставов правой кисти («костяшки пальцев») могут свидетельствовать о возможной активной самообороне.

При судебно-химическом исследовании биологического материла от трупа ФИО17 наркотических, сильнодействующих или психотропных веществ не выявлено. Однако, в крови и моче выявлен этиловый спирт в концентрации 3,2 промилле в крови и 4,8 промилле в моче.

Указанная концентрация этилового спирта в крови (3,2) промилле, применительно к живым лицам, соответствует тяжелому алкогольному отравлению. Указанная концентрация этилового спирта в крови (3,2), не является абсолютно токсической, что в сочетании с отсутствием явной токсической картины смерти, не может являться причиной смерти ФИО17

Смерть ФИО17 насильственная, наступила от закрытой тупой черепно-мозговой травмы, представленной объёмными кровоизлияниями под мозговые (как твёрдую, так и мягкие) оболочки, с развитием отёка вещества головного мозга, его дислокацией и вклинением стволового отдела в большое затылочное отверстие, блокированием расположенных там жизненно важных (дыхательного и сосудодвигательного) центров, приведших к остановке дыхания и сердечной деятельности.

Согласно предоставленной карте осмотра трупа ФИО17 на месте его обнаружения давность его смерти находится в пределах 3-4 часов на 23 часа 45 минут 28 марта 2021г., что не противоречит характеру и степени выраженности посмертных явлений, отмеченных при экспертизе его трупа в условиях секционного зала морга Норильского городского судебно- медицинского отделения 29 марта 2021 г.

Имеющаяся у ФИО17 телесные повреждения, образующие закрытую черепно-мозговую травму, состоят в прямой причинной связи с наступлением его смерти.

Остальные телесные повреждения (кровоподтёки и ссадины), не входящие в комплекс закрытой черепно-мозговой травмы, в причинной связи с наступлением смерти ФИО17 не состоят.

Комплекс повреждений, образующий закрытую черепно-мозговую травму, представленную кровоизлияниями под оболочки головного мозга, его дислокацией и ущемлением в большом затылочном отверстии является опасным для жизни, привёл к наступлению смерти, является квалифицирующим признаком тяжкого вреда здоровью. Поэтому расценивается как причинивший тяжкий вред здоровью человека. Таким образом, указанной закрытой черепно-мозговой травмой ФИО17 причинён тяжкий вред здоровью.

Остальные телесные повреждения, не входящие в комплекс закрытой черепно-мозговой травмы (кровоподтёки лица, верхних конечностей и туловища), являются поверхностными, не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, что не соответствует ни одному из квалифицирующих признаков вреда, причиненного здоровью человека, квалифицируются как повреждения, не причинившие вреда здоровью.

При судебно-медицинской экспертизе трупа ФИО17 каких-либо острых заболеваний, признаков обострения хронических заболеваний, которые могли бы обусловить наступление его смерти или ускорить её наступление, не выявлено(т.1 л.д.112-121).

Допрошенный в судебном заседании судебно-медицинский эксперт ФИО16 подтвердил выводы указанной экспертизы.

Выводы судебной медицинской экспертизы, показания эксперта ФИО16 о локализации телесных повреждений, времени их причинения согласуются с показаниями свидетелей о нанесении потерпевшему со стороны ФИО1 многочисленных ударов кулаками в голову в период с 10 до 20 часов 18 минут 28 марта 2021 года.

На основании исследованных в судебном заседании доказательств суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о доказанности виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ.

Доводы апелляционных жалоб о возможности получения потерпевшим телесных повреждений при иных обстоятельствах, чем установлено приговором суда, являются необоснованными.

Также не нашли своего подтверждения и доводы защиты о возможном причинении тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть потерпевшего, со стороны ФИО12 Суд тщательным образом выяснял данный вопрос и обоснованно отверг, мотивировав свои выводы.

Вопреки доводам апелляционных жалоб существенных противоречий в доказательствах, а также в выводах суда, относительно виновности ФИО1, в приговоре не содержится.

Представленные стороной обвинения доказательства, в том числе указанные осужденным и его защитником в апелляционных жалобах, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, не содержат существенных противоречий, согласуются между собой, им дана оценка судом первой инстанции, оснований для признания их недопустимыми доказательствами, не имеется.

Нарушений уголовно-процессуального закона при назначении и проведении амбулаторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы в отношении ФИО1 в ходе предварительного следствия допущено не было.

С постановлением о назначении указанной экспертизы от 01.14.2021г. ФИО1 и его защитник были ознакомлены 19.04.2021г., им были разъяснены права, предусмотренные ст.198 УПК РФ, каких-либо замечаний, заявлений, дополнений и ходатайств от них не поступило. С заключением указанной экспертизы ФИО1 и его защитник были ознакомлены 19.04.2021г., замечаний от них также не поступило. Также с их стороны отсутствовали ходатайства о проведении экспертизы в ином экспертом учреждении, назначении и проведении дополнительной или повторной экспертизы.

При этом, суд апелляционной инстанции считает, что несогласие осужденного и его защитника с показаниями ФИО1 от 30.03.2021г., показаниями свидетелей ФИО13, ФИО28, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, эксперта ФИО16, заключением судебной медицинской экспертизы в отношении ФИО17, протоколом осмотра места происшествия, протоколом проверки показаний на месте ФИО1, связано с переоценкой доказательств.

О направленности умысла ФИО1 на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего ФИО17 свидетельствует нанесение многочисленных ударов кулаками в жизненно важный орган голову.

Доводы апелляционных жалоб осужденного и его защитника о необходимой обороне со стороны ФИО1, нападении на него потерпевшего ФИО17, следует признать несостоятельными, поскольку они опровергаются исследованными судом доказательствами. В состоянии необходимой обороны либо при превышении ее пределов осужденный ФИО1 не находился. Вопреки доводам жалобы осужденного именно он был инициатором конфликта, оскорбив потерпевшего. Выводы суда в этой части должным образом мотивированы, судебная коллегия с ними соглашается.

Фактические обстоятельства, установленные судом, позволили суду прийти к выводу о том, что преступление было совершено на почве личных неприязненных отношений, возникших у ФИО1 к потерпевшему после того, как между ними произошла ссора из-за оскорбления потерпевшего со стороны осужденного, а затем трижды в течение дня конфликты и драки, в ходе которых ФИО1 наносил потерпевшему удары в голову и иные части тела.

Доводы апелляционных жалоб о неполноте предварительного следствия, невозможности установления очевидцев преступления, являются несостоятельными, поскольку представленных стороной обвинения доказательств, исследованных судом, достаточно для установления виновности ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении, нарушении прав обвиняемого и фальсификации доказательств допущено не было.

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного суд точно установил время совершения преступления и время наступления смерти, что подтверждается показаниями свидетелей, заключением судебной медицинской экспертизы в отношении ФИО17, показаниями эксперта ФИО16

При этом, судом дана оценка показаниям подсудимого ФИО1, данных в ходе предварительного и судебного следствия, а также в прениях сторон.

Вопреки доводам апелляционных жалоб осужденного ФИО1 достоверных и убедительных данных о применении к нему недозволенных методов ведения следствия со стороны следователя ФИО5, оперативных сотрудников полиции материалы уголовного дела не содержат.

Доводы жалоб осужденного на несправедливое судебное разбирательство, обвинительный уклон суда, судебная коллегия находит несостоятельными, поскольку из протокола судебных заседаний следует, что в судебном заседании было обеспечено равенство прав сторон, которым суд, сохраняя объективность и беспристрастие, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования доказательств по делу.

Все представленные суду доказательства были исследованы судом, заявленные ходатайства сторон рассмотрены в установленном законом порядке, в приговоре дана оценка всем исследованным доказательствам, а также доводам подсудимого и его защитника, принятые судом первой инстанции постановления отражены в протоколе судебного заседания.

При этом, принятие содом решений об отказе в удовлетворении ходатайств защиты не свидетельствует о предвзятости и обвинительном уклоне суда, а приговор основан только на допустимых доказательствах.

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного обсуждение своей позиции с адвокатом в зале судебного заседания, где находились сотрудники конвоя, секретарь судебного заседания и государственный обвинитель, как и оглашение приговора в отсутствии адвоката и государственного обвинителя не является существенным нарушением, влекущим отмену приговора.

Достоверные сведения о внесении в приговор изменений и исправлений материалы уголовного дела не содержат. Текст приговора соответствует аудиозаписи судебного заседания.

Согласно протоколу задержания ФИО6 был задержан в 23 часа 30 минут 29 марта 2021 года. Иные сведения о задержании ФИО6 в материалах уголовного дела отсутствуют.

Дата задержания ФИО6 согласуется с показаниями свидетеля ФИО15, из показаний которого следует, что ФИО6 самостоятельно явился в отдел полиции 29 марта 2021 года, написав явку с повинной.

Вид и размер назначенного ФИО6 наказания определен судом в соответствии с требованиями ст.ст.6, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности виновного, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, с учетом смягчающих обстоятельств, в частности: активное способствование раскрытию и расследованию преступления, наличие малолетних и несовершеннолетних детей, неработающей супруги, принесение извинений потерпевшим, добровольные пожертвования, положительные характеристики с места жительства, работы и содержания под стражей.

Вопреки доводам апелляционных жалоб и представления суд обоснованно учел содержащиеся в явке с повинной сведения об обстоятельствах преступления в совокупности с признательными показаниями, в том числе при проверке показаний на месте, как смягчающее обстоятельство, предусмотренное п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ – активное способствование раскрытию и расследованию преступления. Оснований для повторного учета данного обстоятельства смягчающим в соответствии с п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ суд апелляционной инстанции не усматривает.

С учетом характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения, выводов судебной психолого-психиатрической экспертизы о личностных особенностях ФИО6, суд обоснованно признал в его действиях отягчающее наказание - совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку данное состояние снизило уровень интеллектуально-волевого самоконтроля и облегчило открытое проявление агрессии.

Судом сделан обоснованный вывод об отсутствии оснований для применения положений ч.6 ст.15, ст.64 и ст.73 УК РФ, с которыми соглашается судебная коллегия.

С учетом положений п.«в» ч.1 ст.58 УК РФ судом верно определен вид исправительного учреждения исправительная колония строгого режима.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению по основаниям, предусмотренным п.2 ст.38915 УПК РФ, в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

По смыслу уголовно-процессуального закона, в частности положений ч.3 ст.56 УПК РФ, не исключается возможность допроса должностных лиц органов полиции – сотрудников уголовного розыска, проводивших проверку сообщения о преступлении, в качестве свидетелей, в том числе об обстоятельствах производства отдельных процессуальных действий.

Вместе с тем, положения ч.3 ст.56, ч.5 ст.246, ч.3 ст.278 УПК РФ, подлежащие применению в системной связи с другими нормами уголовно-процессуального законодательства, не дают оснований рассматривать их как позволяющие суду допрашивать сотрудников уголовного розыска о содержании показаний, данных в ходе досудебного производства подозреваемым, и как допускающие возможность восстановления содержания этих показаний вопреки закрепленному в п.1 ч.2 ст.75 УПК РФ правилу, согласно которому показания подозреваемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствии защитника и не подтвержденные подозреваемым в суде, относятся к недопустимым. Тем самым закон, исходя из предписания ч.2 ст.50 Конституции РФ, исключает возможность любого, прямого или опосредованного, использования содержащихся в них сведений.

При данных обстоятельствах суд соглашается с доводами апелляционных жалоб и представления об исключении из приговора ссылки на показания свидетеля – старшего оперуполномоченного ОУР ОП № ОМВД России по <адрес> ФИО15, данных в судебном заседании и оглашенные в порядке ст.281 УПК РФ, в части воспроизведения обстоятельств, ставших известных ему со слов ФИО1 об обстоятельствах конфликта, драке с потерпевшим, причинении последнему телесных повреждений, в том числе нанесении ударов в область головы.

Вместе с тем, вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного ФИО1 сведения, изложенные в показаниях сотрудников полиции ФИО22, ФИО23, не воспроизводят обстоятельств, которые им стали известны от ФИО1, в связи с чем оснований для исключения из числа доказательств не имеется.

Внесенные в приговор изменения не влекут отмену приговора или смягчения наказания, приговор содержит иные доказательства виновности ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении.

В соответствие с положениями ст.260 УПК РФ в течение 3 суток со дня ознакомления с протоколом судебного заседания стороны могут подать на него замечания, которые рассматриваются председательствующим незамедлительно. По результатам рассмотрения замечаний председательствующий выносит постановление об удостоверении их правильности либо об их отклонении.

Суд первой инстанции в установленном законном порядке рассмотрел замечания осужденного ФИО1 на протокол судебного заседания. Нарушений процессуального закона судом первой инстанции не допущено.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований ставить под сомнение решение суда, в связи с чем, доводы апелляционной жалобы осужденного ФИО1 о незаконности и необоснованности отклоненных замечаний на протокол судебного заседания являются несостоятельными.

Из материалов уголовного дела следует, что протокол судебного заседания изготовлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, при этом замечания ФИО1 на протокол судебных заседаний были рассмотрены председательствующим судьей Григорица С.Н. в соответствии со ст.260 УПК РФ. Решение, вынесенное по результатам рассмотрения замечаний, является мотивированным.

Сомнений в том, что замечания на протокол судебных заседаний, были рассмотрены иным судьей, у суда апелляционной инстанции не имеется и таких сведений в материалах уголовного дела не содержится.

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного ФИО1 протокол содержит весь ход судебного заседания, в том числе, в протоколе подробно и полно отражены его показания, показания свидетелей, эксперта, выступления и действия иных участков процесса. При этом, дословного соответствия письменного протокола судебных заседаний аудиозаписи судебного заседания не требуется.

Принятое судьей постановление о рассмотрении замечаний не протокол судебного заседания от 17.02.2023г. соответствует требованиям ст.7 УПК РФ о его законности, обоснованности и мотивированности, предусмотренных законом оснований для его отмены или изменения, суд апелляционной инстанции не находит.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора суда, из материалов уголовного дела не усматривается.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.38913, 38920, 38928, 38933 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Норильского городского суда(в районе Талнах) Красноярского края о 14 июня 2022 года в отношении ФИО1 изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку на показания свидетеля – старшего оперуполномоченного ОУР ОП № ОМВД России по <адрес> ФИО15, данных в судебном заседании и оглашенные в порядке ст.281 УПК РФ, в части воспроизведения обстоятельств, ставших известных ему со слов ФИО1 об обстоятельствах конфликта, драке с потерпевшим, причинении последнему телесных повреждений, в том числе нанесении ударов в область головы.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и в его интересах адвоката Бастрыгина А.Ю., апелляционные представления заместителя прокурора г.Норильска Красноярского края Недоступа П.А. - без удовлетворения.

Судебное решение может быть обжаловано в кассационном порядке по правилам главы 471 УПК РФ в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения копии судебного решения, вступившего в законную силу.

В случае подачи кассационной жалобы(представления) осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: